Название книги в оригинале: Федотов Никита. Белый силуэт

A- A A+ White background Book background Black background

На главную » Федотов Никита » Белый силуэт .





Читать онлайн Белый силуэт [СИ]. Федотов Никита.





Никита Федотов

Белый силуэт

 Сделать закладку на этом месте книги

Последствие

 Сделать закладку на этом месте книги

Тяжёлый вдох и выдох.

Мужчина в грязном плаще утомительно шёл по следам кавалерии. Он ощущал образовавшиеся колдобины от рейтаров, пустивших своих лошадей по кривой дороге. Проклятый смог не рассеялся, оставляя за собой видимость на десять шагов. Вонь от горевшего дерева давно стала привычной, а очередное утро поглощал едкий сумрак.

Усталость накапливалась с каждым шагом.

Злобно сплюнув в сторону, путник не останавливался. И всё бы ничего, если бы под его плащом не было сопевшего младенца, укутанного в плед. Он приостановился, дабы перевести дух, засматриваясь на грязненькое от угля личико младенца, — почувствовать некую радость, что хоть кто-то из них не чувствовал смертельного измора.

— Вы направляетесь в город? — подался голос из густой пелены. Оттуда вышла тёмная фигура женщины.

Позади неё появились ещё двое мужчин. У одного из них виднелся старый меч на поясе, у второго за спиной висел длинный лук, как у самой женщины только была грязная котомка. Но это может быть ловушкой. В такое ранее время может быть кто угодно — наёмники или если повезёт соклановцы.

По крайней мере сейчас они не представляют опасность. Пока что.

— Я не ищу неприятностей, — устало выговорил мужчина в плаще.

— Мы тоже.

Младенец в это время пропищал, вдыхая грязный и пропитанный сыростью воздух. Женщина грустно за этим наблюдала, словно что-то вспоминала.

— Альгитийцы не принимают беженцев, только зря силы потратите.

— У меня их и так не осталось, — ответил незнакомец. — Но в обиду я её не дам.

— Мы не разбойники, а обычные жители Лоидса, — женщина взглянула на своих спутников. — Можешь попробовать пробраться в город, но не надейся на удачу, — сказала она незнакомцу.

— Нечего надеяться, удачи уже никогда не будет, — ответил тот.

Путник немного размялся — суставы в плечах хрустнули, — затем прошёл мимо женщины, и прежними шагами побрёл по дороге. Двое спутников мирно о чём-то переговаривались.

Утомительно на них смотреть, особенно после тяжёлой ходьбы. Идти все эти дни почти без отдыха куда легче обходилось. Усталость не даст тебе думать о страдании, отсюда и лёгкость бытия.

Проходя мимо этих двоих, слышен их разговор:

— Резам всё ещё пылает огнём, видимо и завтра будет тяжёлая охота.

— Верно. И с каждым днём становится всё только хуже. Видать в Альгисти все счастливы, раз уж они не видят, что именно происходит за их стенами.

Наивное обвинение на свою плохую жизнь. Если не сумел защитить себя, не жалуйся, что другие плохие, ибо они тоже защищались — нападая и убивая себе подобных. Есть такой маленький талант у людей.

Тяжёлые вздохи.

Шаг за шагом.

Вот скоро уже должны быть стены. Там всё и закончится, ведь назад возвращаться некуда.

Вдох и выдох.

Деревья, тянущиеся вверх, раскидывали ветви в стороны, продолжая вести за собой тяжёлые шаги путника. Надежды уже не было, усталость и её забрала.

После преодоления тяжёлой дороги в смуглой завесе, он наконец заметил огоньки от факелов. Стены Альгисти. Их уже из виду не потеряешь. Высота их почти достигала двенадцати метров, вытянувшись до скал, хорошо прикрывая населённый город.

— Добрались, — выдохнул путник затхлый дух.

Подойдя ближе к стенам, он заметил солдат возле ворот, обмундированных в лёгкие доспехи. Трое из них держали алебарды, у остальных бойцов виднелись ножны на поясах.

По идее, стража должна находиться на стенах, а не за ними. Видимо сейчас был иной случай.

— Это ещё кто такой? — воскликнул старик среди них. Он был одет в чёрные одежды, и с большим недовольством на лице. Явно непростой горожанин.

Стражники тут же приготовили оружие к бою.

Незнакомец снял с себя капюшон, показывая своё бледное лицо, похожее больше на мертвеца. Даже свистящий воздух, который исходил из его ноздрей, подавал реальность — что он уже труп.

— Господин Гиснн, это просто бродяга, — сказал один солдат. — Фотсижи скоро…

— Они могут подождать, — перебил его старик и начал подходить к незнакомцу. Стражники последовали за ним.

Путник наклонил голову и дрожащими руками протянул младенца к старику.

— Её имя Лиара, — выдохнул он.

Один солдат вякнул:

— Мы беженцев не…

Незнакомец рухнул вперёд. Старик чудом сумел выхватить из его белых рук младенца. Стража тут же отреагировала, резко оттащив старика на безопасное расстояние.

— Что с ним?

Воины проверили неподвижное тело незнакомца в плаще. Старик удивлённо наблюдал за их процессом, надеясь на их надёжную помощь.

— Он мёртв, — выкрикнул воин.

— Даже мертвецом сюда добрался, — проговорил старый Гиснн, осматривая потрёпанную одежду незнакомца.

Младенец немного откашлялся от грязного воздуха. У старика появилась лёгкая улыбка. Он посмотрел на тёмное небо, закрывшее тучами, куда всё время смотрел ребёнок — в бесконечные облака.

— Сержант, возьмите Лиару в город. Скажешь Гарольду на счёт неё, — он передал младенца. — А предводитель Вугаст… он поймёт.

Тот понимающе кивнул, взял поудобнее девочку и направился к воротам.

Часть 1

Натачивая когти

 Сделать закладку на этом месте книги

Глава 1

 Сделать закладку на этом месте книги

Оранжевый огонь полыхнул змеиным чёрным оттенком, оставляя на руках горячее пламя ученицы. Ирис удивилась её новым способностям.

— Ты и без меня тренировалась, Лиара?

— В книгах Игоцо, всё отчётливо пишут, — девчонка размяла пальцы, привыкая к новому теплу. — Решила проверить технику на тренировке.

— Ну, тогда нападай.

Та ей ехидно улыбнулась, после чего нанесла первый удар.

Промах.

Ирис почувствовала новый жар пламени и контратаковала противницу. Лиара успела отреагировать: схватила её за запястье, в этот же момент нанесла второй удар. Та сделала тоже самое: поймала огненный кулак, но резко вырвалась от хватки, оттолкнув ученицу от себя.

— Очень любопытно, — Ирис посмотрела на свою покрасневшую руку.

— Слишком перестаралась? — обеспокоилась Лиара.

Та ей только помотала головой.

— Это я виновата. Недооценила твой огонь, отчего и обожглась. А ты не беспокойся о противнике, — сжала ноющую ладонь в кулак, — думаешь враг передумает, когда ты ему скажешь «я случайно?».

— Поняла.

— Тогда повторим.

После неудачных попыток, Лиара уже чувствовала, как её запястье, плечи, ноги горели от напряжения, а пот скатывался с её лица заметными каплями. Но она ещё не сдавалась. Ещё одна попытка!

Лиара обессиленно повалилась на выжженную траву, глубоко вдыхая горелый воздух. Снова небо, голубое море, покрытое белыми, летящими облаками.

Когда обессиленным лежишь после тренировки, значит хорошо потренировался.

— Слишком много сил вкладываешь в удар, — на фоне яркого солнца, нависла тёмная фигура Ирис, — поэтому быстро и устаёшь.

Лиара это слышала постоянно.

— Если атаковать слабо, то и противник дольше стоять будет, — ответила ученица, сквозь одышку.

— Зато ты быстрее устанешь. — Ирис посмотрела на свою одежду. — Силицевая ткань почернела. Завтра повторим тренировку, а пока отдыхай.

— Да, только я ещё немножечко полежу.


Ценность

Лиара переплела светлые волосы. Затем нахмурилась, обдумывая свой наилучший вид, рассматривала своё отражение в зеркале. И как такие волосы нужно сложить, чтобы придать им необычную красоту?

— Снова будешь рассматривать их часами? — позади послышался голос Ирис, а ещё шелест перелистанной бумаги.

— Может и часами, — улыбнулась Лиара самой себе, проводя пальцами по гладким волосам.

Может это и не идеальная красота. В основном все порядочные женщины следят за собой. Не ради кого-то, а ради себя! Другие также это видят, что ещё лучше, — взглянуть на необычный мир, который есть только у тебя, как и в этом зеркале.

И куда там до идеальной красоты — быть высокой, стройной, иметь воплощение величавости — гибкости и лёгкости, словно сказочная принцесса; иметь белоснежное платье, с расшито-сверкающими нитями, волосами с отливным золотом, а на бледной груди иметь самые изящные и редкие драгоценные камни. Быть магнитом для бед!

Она повернула голову влево, затем вправо, желая подобрать правильный образ своих волос: мягкие, не хрупкие, не слишком длинные, не слишком короткие, и разумеется огнеустойчивые.

Маг сначала приобретает иммунитет к своим способностям и только потом он приобретает контроль над силой.

Тётя Ирис часто так говорила.

Наконец Лиара заплела волосы в косу. Слишком просто, как покажется другим, но для неё это отличная причёска в любых ситуациях: если придётся бежать, вряд ли подведут.

— Познавая магическую силу, никогда не забывай о состоянии внутри, — проговорила Ирис, продолжая улыбчиво наблюдать из своего тёплого места.

— Снова? — неохотно буркнула Лиара, отворачиваясь от зеркала.

На этот раз она быстро закончила с прической.

— То как ты устаёшь… — начала Ирис.

— …истощается приток силы изнутри, я помню, — нудно продолжила Лиара.

— В уставшем состоянии можно использовать магию, — Ирис опустила книгу и посмотрела на свою ученицу, — но и будут серьёзные последствия.

— Последствия здоровья, а затем смерть.

«И сколько раз я это повторяла? Такое ощущение, будто у меня память, как у маленькой девочки».

Послышался стук в дверь. Ирис устало выдохнула и отложила толстую книгу на столик, и отправилась в гостиную. Лиара последовала за ней. По пути она заметила книгу «Найди моё счастье» — любовный роман. Она читала её два года назад, и немного поморщилась от вкуса тёти Ирис.

Она тихо встала к стенке, так удобнее всего подслушивать многие интересные разговоры.

— На Ровном Холме расположился Зунга, — говорит незнакомец.

— Неужто такая проблема? — поинтересовалась Ирис.

Ровный Холм — старое и забытое место. Когда-то служил отличной стратегической точкой. Туристы называли его Ровным, так и привязалось название.

«И видать там снова потревожат мёртвых» — подумала Лиара.

— Он хочет видеть тебя. Видать он не забыл тебя из-за того случая.

— Ладно, скоро буду.

Ирис закрыла дверь.

— Подслушивать не хорошо.

Из-за стены вышла нахмуренная Лиара.

— Я же не шумела.

— Вот именно, слишком тихо было.

— Снова уходишь? Новые опасности вновь тебя искусили?

— Пятнадцатилетней девочке рано ещё всё знать.

— Но…

— Если ты такая взрослая, пойди и купи что-нибудь поесть, — Ирис поставила руки по бокам, сильно нахмурившись.

— Ладно, — фыркнула ученица.


* * *

Скопище зданий были всюду, окружая в тонком переулке: привычные гиганты по сравнению с ростом человека. Лиара вышла на простор людей. Среди зданий начали выделяться зелёные парки, а проходившая через весь город река, сияла в солнечном свете. Мосты были довольно широкими, но не слишком длинными. В первые дни строения Альгисти, требовалось перевозить множество ресурсов и людей. При необходимой обороне, эти мосты также отлично могли послужить когда-то, благо не пришлось этого проверять. Это было давно, так что на таких мостах — даже на глаз видно — оборона выйдет не слишком удачной. Столько можно перевозить телег с фруктами и овощами, даже обычные сладости отлично пригодятся.

Лиара прикрылась ладонью от солнца, рассматривая дальний край города, где виднелись стены и башни. Сегодня тумана не было, который окаймлял город, и хорошо присмотревшись, можно узреть людей за парапетом стен.

«Даже солдат видно, — она убрала ладонь. — Идеальная погода».

На реках не было кораблей, только маленькие лодочки и кричащие оттуда скупщики. На суше перекликались остальные люди. Пришпорив коней, они перевозили повозки через мосты, вместе со стражей, одетой в ужасно жаркую экипировку. Более богатые купцы обзаводились соклановцами: магами. Те были одеты совсем в лёгкую одежду с различными знаками кланов. Они чаще нанимали соклановцев низкой категории: они не дорогие, и что самое важное — исполняют свою работу.

Как подобает в центре больших городов — люди наступали со всех сторон, толпясь и крича друг на друга. Каждый из них — личность, имея свои навыки, знания, опыт и историю. И среди них Лиара. Большое количество живых людей для неё — привычное дело. Она знает, где нужно найти брешь в человеческих массах, — быстро успеть нырнуть в неё, обгоняя спины зевак, растворившись в круговороте толпы.

По идее в таком большом населённом городе, должен стоять ужасный запах, но его не было. Стражники каждый день, да что уж там каждый час проверяли рынки, районы, парки и уголки города на свежий навоз, лошадей и людей. Благо — последнее не слишком важное, ибо люди в Альгисти отлично следят за собой, а у ворот города есть душевые установки, конюшни и чистая одежда.

Войдя в лавку выпечки, Лиара почувствовала запах свежего хлеба.

— О, Лиара, — крикнул продавец, — заходи-заходи!

Как всегда — чистота и домашний-деревянный уют. Весь город пропитан такой обстановкой, даже северная часть покажется слишком близким и родным.

— Тебе как всегда?

Лиара ему кивнула. Разговаривать было сейчас не слишком уместно, этот продавец любит поболтать, а ещё он любит, когда его слушают.

— Даже в такие жаркие дни, город остаётся сплошным муравейником. Идёшь направо — там купцы, налево — там стражники, вперёд — солдаты, а сзади — уже маги. Интересно, сколько путешественников перепутали юг с севером?

— Смотрите что пишут! — отозвалась коллега продавца, держа в руках деревянную дощечку, а на ней исписанные листы.

«Информационные события — новости о сегодняшнем дне, и возможно даже о будущем».

— Что там уже написали?

— В Лоидсе теперь новый Император, — девушка посмотрела невинными глазами на продавца.

— Император? — повторил её слова продавец. — И кто же?

— Император Миранот.

— Миранот? — удивился он. — А как… ты не шутишь? — Продавец быстренько сложил свежий хлеб в специальную сумочку и передал Лиаре. После чего сам принялся читать новости. — Удивительно, удивительно… куда только люди смотрят?!

— Разве это слишком плохо? — спросила девушка.

— Это ужасно! — Посмотрел он на неё строгим взглядом. — Этот Миранот проводил свои торговые дела на юге и на востоке страны, особенно тогда, когда мы гвирентийцев били. Он ни единой мышцей своей не повёл, чтобы как-нибудь помочь лоидсам, а теперь он Императором стал!

Лиара покинула лавку. Как-никак, а лучше подальше держаться от большой политики, а то потом можешь оказаться в ней и никогда из неё не выйти. Ирис также это повторяла, пока это не укоренилось в голове.

Теперь дорога обратно велась куда легче. По переполненным улицам людьми не слишком соблазняло возвращаться. Лиара пошла другим путём, намного лучше предыдущего, хоть и длинного. Она шла по широкой мощённой улице, где было меньше торговых лавок, заведений для еды и особенно разновидных банков, и прочих юридических контор. Здесь, что можно встретить — так это магазины с цветами, культурные дома и суровые статуи предводителей. Здесь чувствуешь иной воздух — не удушливый среди людей, а наполненным ароматом цветов. В отдельных местах сидели люди, чаще из них были странствующие торговцы, воины и соклановцы из большака.

Было безопасно, пока прохожий не ударил Лиару в плечо. Незнакомка с немаленькой силой пронеслась рядом, чуть не сбив её с ног. Она только через пару секунд поняла, что в руках уже ничего не было.

— Что? Вор! — вскрикнула Лиара.

Рядом никого не оказалось, словно вор и рассчитывал на это. Она собралась и погналась за нахалкой.

— А ну стой!

Удобная одежда и тем более причёска позволяли ей сблизиться с нахалкой. Девчонка начала оглядываться, и поняла, что убежать ей не получится.

— Я стою, только не бей! — крикнула она, медленно приостанавливаясь.

Когда незнакомка остановилась, она невинно посмотрела на Лиару, своими карими глазами. Одежда у неё не поношенная и сама не выглядела на бездомную. Этот трюк не прокатит!

— А ну отдала! — Лиара медленно поднесла руку, ожидая опасность.

— Я отдам, только сначала… — со спины послышались тяжёлые шаги и громкое дыхание. — …помоги мне.

«Что? Ловушка? Вот я дура!»

Лиара тут же резко обернулась на незваных гостей.

Девушка и парень. На бандитов не похожи, скорее всего на синиэлов. Видать правилам Арнегиля, эти ученики решили не следовать, зажимая людей в переулках.

— Вот и мы негодяйка! Что, друга позвала?

«Они явно в не настроении».

— Я здесь ни…

— А ну заткнись! — выкрикнула незнакомка и сильно толкнула Лиару в сторону.

Лиара стукнулась о стену и протёрлась рукой по шершавой поверхности.

«Ах ты скотина!»

— Смотри куда идёшь, корова! — выкрикнула Лиара.

Грубиянка повернулась к той, как в её глазах отразился жёлтый свет. Она не успела ничего понять, как получила пылающий удар от Лиары в подбородок. От такого удара, грубиянка тут же оторвалась от земли, больно приземлившись на неё.

— Вот как?! — выкрикнул парень позади.

Он уже замахивался правой рукой. Лиара развернулась в сторону: локтём блокировала его кулак; издался громкий хруст костей и, горячим кулаком нанесла ему удар сверху — прямо в щёку — впечатав в землю. У него виднелся красный отпечаток пальцев на лице, и красная кровь, что вылетела из губ.

Лиара резко повернулась к девчонке. Та только протянула украденное. Её лицо не было испуганное, а скорее удивлённым.

— Ты их не убила?

Лиара присмотрелась к лежащим телам. Дышат.

«Это хорошо».

Но чувство дрожи не пропало. Тем более боль в костяшках только наступала.

«А вот это плохо».

Отобрав своё, Лиара пошла прочь к узким переулкам. Она чувствовала одновременно приятное и скверное ощущение, убеждая себя, что поступила правильно, и что те знают за что получили!

Не долго радость длилась, как её окликнула девчонка, тут же встав перед ней на пути.

— Это было круто, научишь меня так?

— Что?..

— Ну бить — так! — замахнулась она по воздуху, повторив хук Лиары.

Та удивилась, что девчонка так легко с ней заговорила после всего случившегося. Но радости от этого было никакой. Нужно от неё избавиться, как можно быстрее.

— Нет! — Лиара прошла мимо. — А теперь отвали!

Девчонка снова перегородила ей путь. С таким ростом запросто можно и через щель пролезть.

— А вот и не отвалю! — уставилась она на Лиару тёмно-карими глазами.

В этот момент у Лиары размылось зрение. Появился туман при свете дня. Всё начало раздваиваться, ноги подкашиваться, из-за чего она присела на колено. Протерев глаза, всё пришло в норму. Первым делом она посмотрела на свои вещи. Всё на месте.

— Что это было?

— Я скажу, если пойдёшь со мной! — заявила девчонка. — И тем более помогу разобраться с проблемами, которые ты начудила.

— Проблемами?

— Угу, ты побила синиэлов, одного очень влиятельного человека, — девчонка развернулась и торопясь пошла.

— Эй, постой! — подоспела Лиара.

Они остановились возле домов, которые простирались в одну линию, а за ними пустая земля, с десятком метров и стена Альгисти. Неплохое место для проживания, воздух здесь куда свежее от центра.

Девочка открыла дверь одного дома, и жестом пригласила Лиару. Та осмотрелась и не спеша последовала за ней.

Внутри здания Лиара ещё больше удивилась, если только не испугалась. Всё вокруг охвачено бардаком. Даже при свободном и просторном домике, умудрились так намусорить.

«Здесь что, обезьяны живут?»

Девчонка скрылась. А вот неубранные вещи скрываться не собирались. Длинные и короткие носки и другая прочая грязная ткань, всё только отталкивало, как и любого нормального человека.

— Что это за беспорядок?! — возмутилась Лиара.

— Как неприемлемо говорить такое гостям, — отозвалась девочка и наконец показалась на глаза, широко улыбаясь во весь рот.

— Ты говорила о проблеме.

— Верно, родители тех бездарных, являются банкирами в этом городе, и вряд ли они закроют глаза на их избиение, — ответила девчонка.

— И что же ты им сделала такого?

— Я назвала ту девушку лицемерной сучкой, потому что она плохо отзывалась о людях. И дальше я сбежала, потом заметила тебя…

— И решила меня обокрасть!

Девочка расставила руки в стороны, мол она ни в чём не виновата.

— Мне нужна была помощь.

— А вот и нет!

— Теперь и я тебе помогу. — Тут Лиара уже ничего не добавила. — Знаю я одного индивида, он поговорит с теми банкирами и всё уладится.

— Всё так просто?

— Агась! Тот человек мне проспорил, так что мне остаётся только сказать одно слово.

«Маленькая девочка имеет связь с большими людьми?.. И надо же было мне так влипнуть? Что дальше, она окажется рыцарем?»

Лиара смиренно выдохнула:

— И что ты хочешь?

Девочка чуть согнулась, показав своё миленькое личико. Она выглядела так необычно, что невозможно её в чём-либо подозревать. «Ведьма!».

— Помоги мне убраться в доме.

— Что? — Лиара недоумённо похлопала веками.

— Отлично! Я сейчас принесу воду, — и побежала в другую комнатку.

«Она блин издевается! Неужто я гожусь на уборщицу?»

Убирая грязную ткань, протирая столы, Лиара вдохновилась уборкой. Теперь здесь будет чище самого трона Императора. Как сказала бы тётя Ирис, не трудно убирать, а трудно поддерживать чистоту. Действительно, для кого-то ценность — волосы, а для кого-то — свежий хлеб, а другим может быть достаточно — чистота в доме.

— Так, как твоё имя? — спросила незнакомка, макая тряпку в ведро.

— Лиара Роида да Альгисти.

— Как официально. Ну а меня тогда Анисия Маринлия.

— Значит Ася. Ты что-то вроде гипнотизёра? — Лиара слегка испугалась, мол вдруг эта девчонка может управлять разумом.

— Ну почти. Моя способность вникать в голову людей, это немного другое от гипноза.

Лиаре всё равно это не очень понравилось.

— Значит телепат!

— И тоже нет! — рассмеялась она. — Я не могу прочитать мысли человека, это невозможно. Но, например, я могу обжечь его в реальности… Грубо говоря обжечь человека в его же голове.

Ася чуть выпрямила спину и начала аккуратно слаживать чистую одежду, а грязную кидать на пол.

— Но огонь же не будет настоящим? — поинтересовалась Лиара.

От пыли Ася чихнула и протирая нос ответила:

— Угу, человек обжигается лишь тогда, когда мозг даёт команду, — она посмотрела на Лиару и большим пальцем указала на голову: — Так что обманув сознание человека, я могу причинить ему вред.

— Что-то типа самовнушение?

— Да! Но мы называем это внедрением, — она чуть размялась и продолжила уборку. — Мозг даёт команду: дать ожог на участке кожи, где было горячо.

— Так значит, сейчас я могу находиться в иллюзии?

— Можешь, но только это может сделать очень сильный маг, мне ещё до этого очень далеко, и тем более ты заметишь, что я лезу тебе в голову.

«И вправду, я заметила наподобие тумана в глазах, а это значит — что она ещё не полностью может вкорениться в мозг человека. Но только сейчас».

Лиара после этого раздумья облегчённо выдохнула и дунула на пыльные полки, тут же пришла мысль, что нужно их протереть.

— А ты всё это время жила тут одна? — спросила Лиара и взяла намокшую тряпку.

— Угу, меня всего лишь полгода назад перевели сюда.

Лиара протерла полки, после чего положила туда безделушки.

— Это будет очень весело, особенно, когда будешь ночевать у меня! — продолжает Ася. — А своим родителям скажешь, что тебя забрала самая храбрая и сильная девушка, и имя её Анисия Маринлия! — утрируя она заметила, как Лиара погрустнела. — Что-то случилось?

— Я бы с радостью им сказала, но у меня нет родителей.

— Ой, прости, я не знала. — Асе стало неловко, её взгляд стремительно уткнулся в стену.

Лиаре самой стало неловко, и она энергично разбавила обстановку:

— Забери уже вот эти грязные носки! — Вытянула их, мельтеша перед лицом Анисии.

— Ай, только не выбрасывай!


Контракт

Вот уже три года Император Миранот ведёт правление в Лоидсе. Новый правитель — Новый мир. Места, где люди обретали уверенность и спокойствие, где глаза путешественников обретали радость и ностальгию по родным краям, зелёных садов, белых шпилей зданий, что вздымались вверх над кварталами, где даже самые тёмные уголки улиц внушали спокойствие — теперь превращались в скверные места.

Везде и повсюду, кроме некоторых исключений. Альгисти по-прежнему вдыхал аромат свободы и процветания. Можно сказать, что этот город совершенно другая страна, которая спряталась от внешнего мира за каменными стенами.

А прятаться вечно — невозможно. Всегда кто-то постучится тебе в гости.

Шумное местечко, в отличие от некоторых частей в городе. Запах вроде свежий, а чуть дальше гнилой и снова свежий.

— Не нравится мне это место, Декстер, — затянул Фелгмар и огляделся назад, — не привык я к таким людям.

Сзади проходили мужики, одетые почти как разбойники: штаны широкие, а верх почти голый. Они не особо внушали к себе доверие.

— Да ладно тебе, — посмотрел Декстер назад и уловил взгляд одного из шайки. Глаза ему не показались добрыми, но и не злыми. — К ним можно привыкнуть.

— И получить нож в спину, — добавил Фелгмар.

Было бы интересно посмотреть на здешнюю девушку-разбойницу, где у неё штаны широкие, а верхняя одежда чуть прикрывала обнажённую грудь. Задание там, не задание — мысли так просто из головы не уберёшь.

Фелгмар протёр указательным и большим пальцами глаза.

— Получили контракт называется… это же Северная часть Альгисти, обитаемая гратеями — самым неудержимым народом в городе, если уж и не в самой стране.

Декстер ткнул его локтём:

— Так может тебе ещё и девушка здесь приглянется? Ты только смотри получше!

— Здесь больше шансов, что приглянется мужик, так что я лучше воздержусь.

Они проходили возле некой таверны, оттуда выскочил здоровенный лысый гратей, держась за челюсть. Видать кому-то уже пригляделся.

— Эта коровья обезьяна меня ударила! — голос его оказался очень высоким, это смешило.

Здоровый мужик, который говорит писклявым голосом, для гратея это слишком большое наказание. По лицу Декстера можно было заметить еле сдерживаемый смех.

Из здания вышел другой гратей, подкачанный, как лесоруб. В руке у него кружка с элем. Он рукавом протёр своё лицо и сделал несколько жадных глотков, опустошив кружку до капли.

— Она хочет сразиться с тобой, ты ей явно понравился! — радостно выкрикнул лесоруб.

«Она?» — подумали Декстер и Фелгмар. Из того же здания вышла женщина. Чуть полненькая и одета не в лёгкую одежду, как надеялся Фелгмар, а обмундирована в тяжёлые доспехи и шлемом на голове.

— Пернатый Ноб! — крикнула она и достала из-за спины оружие наподобие секиры, что лезвие дугой изгибалось почти до рукояти.

— Писклявый Ноб! — крикнул писклявым голосом тот лысый мужик. — Какого сарвилдотского изгиба ты делаешь?

Фелгмар улыбнулся от его голоса, а Декстер закрыл ладонью лицо и притворился будто кашляет. Женщина в доспехах сжала рукоять своего оружия. Она явно не шутки шутить собралась.

Настроена серьезно, хоть и маленько пьяна.

— Я, Яванна Скала, призываю тебя на бой! — сняла шлем и бросила его на землю.

Звон шлема исчез настолько быстро, как терпение у самого гуманного гратея.

Писклявый Ноб рассмеялся своим высоким голосом, некоторые гратеи тоже начали посмеиваться, но не слишком сильно.

— Ну ладно жопа, давай разбивать лица!

Яванна сделала рывок и замахнулась секирой в Ноба. Тот уверенно сделал шаг вперёд и одной рукой поймал оружие: схватился за лезвие и обезоружил, словно игрушку у младенца отобрал. Яванна отпрыгнула назад и сжала скулы.

Теперь остались кулаки. Маленькие руки, которые искупались во многих нечестных и кровавых драк.

И эта драка будет нечестной, и это драка будет кровавой, осталось лишь сделать шаг.

Она закричала во всё горло, шагнула вперёд и плюхнулась на землю вместе со своим снаряжением.

Споткнулась?

За ней стоял тот самый лесоруб с кружкой в руке, он чуть поправил пояс и говорит:

— Я хочу выпить, а бармен, змея усатая всё пялится на вас! — перевёл взгляд на лысого. — Хватит с девушками заигрывать, пошли пить!

— Эй, а это разве честный бой? — проговорил Фелгмар.

Один из гратеев к нему повернулся.

— Ты что с дуба перевернулся и опять залез? — удивлённым взглядом посмотрел Фелгмару в глаза. — Это же Писклявый Ноб — опаснейший и опытный воин, знаменит своими боевыми подвигами, — повернул голову к лесорубу. — Если


убрать рекламу






бы тот чудак ей не заехал по затылку, то её бы разорвали на части.

Фелгмар посмотрел на Ноба, тот очень громко зевнул и бросил оружие Яванны на землю к её шлему, пореза на ладони не было замечено.

— Разве Ноб такой жестокий?

— Вот ещё мне кот учёный и бобёр вороний. Все мы гратеи жестокие, а особенно к тем, кто нас на бой призывает, — он снова посмотрел в сторону таверны, в который уже заходили гратеи. — Писклявый Ноб однажды с быком встретился. На деле всё ужасно — он оторвал ему рога во время боя — ими же заколол тварь! — Он рассмеялся и похлопал по плечу молодого соклановца, после чего удалился.

— Очень познавательная история, — проговорил Декстер. — Ладно Фелгмар, пошли.

Тот ему кивнул, и они продолжили идти. А Яванну несколько человек взяли и отнесли куда-то вместе с её снаряжением. Скорее всего в свинарник, где отдыхают самые буйные пьяницы.

Придя куда надо, Декстер заметил одного гратея с чёрной бородой, словно у пирата. Он вырезал из шкуры ткань тонким ножом. Мастерство видно на глаз, этот талант в свинарнике вряд ли потеряешь.

— Мы по поводу заказа.

Гратей повернулся к ним и рассмотрел их одежду на которых символизировался клан Редиса — знак змей, что изгибались на плечах.

— Ох, ослиная жаба! — гратей бросил нож на землю и быстро привстал. — Вы же из клана Редиска?

— Из клана Редис, — аккуратно поправил его Декстер.

— Ну да Редис, ядрёна мать! — вскричал он от радости.

— Что тебе сынчара лобовая? — выкрикнула пожилая женщина из дворика.

— Хорошие новости мама, пришли чародеи из клана!

— Это те которые редиски любят?

— Да мама! — сказал гратей почёсывая свою небрежную бороду. — Да вы проходите, не укушу. А вот с матерью, как повезёт.

Гратей провёл их к своему двору и усадил их за деревянный столик, от которого до сих пор веяло свежим и приятным запахом дуба.

— Как хорошо, что Гидор Вемоситихс послал вас к нам. Знал, что соклановцы и гратеи всегда помогут друг другу.

Фелгмар осмотрел его дворик, где было совсем другое место. Хоть и запахом он не отличался, но здесь очень даже неплохо, повсюду зелень, декларации, уж город Альгисти поражает всё больше. Интересно на что можно посмотреть в южной части города?

— Нам очень стало интересно, что именно у вас произошло, — начал Фелгмар, — мы уже поняли, что задание будет не из лёгких, раз уж сами гратеи не могут его решить.

— Вы же колдуны, так что для вас это будет как лбом арбуз разбить. — Облокотился гратей об стол и продолжает: — Позавчера, ночью я был на складе. Ну как всегда, сложи вещи в тот ящик, а другой отнеси туда, как оно обычно и бывает. Но тогда донёсся страшный звук, рычание вдалеке, я даже пёрднуть боялся. Крики гратеев можно было услышать и в самой столице. По звукам я слышал, что они пытались бежать… Никто из них не спасся… Ну, а я сразу ноги в руки и на выход. По пути были разорваны на части стражники и рабочие. Но толком ничего не успел я рассмотреть, всё произошло слишком быстро.

— Так существо вы не видели? — спросил Фелгмар.

— Бес это, я вам говорю! Я всем рассказал, что это бес, так тут у всех жопа вспотела. Мы сразу же в город за помощью, а они сразу обратились к клановщикам, то есть к вам. Заказ подписан на меня, но выплату, как вы знаете даёт губернатор.

— А что, из города разведку даже не проводили?

— Про разведку не было ни слова. — Гратей стукнул по столу: — Драный енот!

— А где этот склад-то находиться? — спросил Декстер.

— За стеной, возле полей и леса. За лесом идёт ручей, а за ручьём болото.

Теперь понятно почему разведки не было, Фелгмар нахмурил брови и прислонился к столу. Опасная живность, непонятные заросли, и самое главное…

— Бандиты и разбойники, я слышал, что они обитают в тех краях.

— Про них весь город знает, но наш склад охранялся хорошо, где-то десяток лучших гратеев.

Фелгмар начал обдумывать ситуацию. Если уж там такая охрана была, то может действительно могло быть что-то страшное, если не какой-нибудь сильный маг.

— Но всё же, кто-нибудь может что-то знать об этих бандитах, они наверняка узнали о случившемся о вашем складе, раз уж там могут быть гости?

Гратей откинулся на спинку стула и почесал затылок.

— О, Звенислав может что-то знать, он ж ведь и делал заказ на беса — на меня.

— Отлично, где он?

— Он на дежурной башне, — гратей показал рукой в направлении. — Но, а как же бес, вилку мне в стог сена?

— Мы его уничтожим, если конечно эти разбойники нас не опередили, — ответил Декстер, привставая со стола.

— Неплохо, — встал следом за ним гратей. — За выполнение — награда, куда уже все гратеи скинулись.

Он начал их проводить.

— Если будет худо дело, то у нас есть знахарь по имени У-у-с-с-ру-л — Усру-ла.

— Урсула? — переспросил Фелгмар.

— Да, это Сула! Она наловит жаб, огромных, больше чем её задница и делает различные лекарства и мази. Некоторым гратеям мази пригодились кстати, особенно от геморроя.

— Она поставляет их в Альгисти? — спросил Декстер.

— Не совсем, — промычал гратей. — Мы покупали лекарства раньше из города, но и жили тогда беднее, алхимическими порошками лечили простуду.

— У вас тут ещё и алхимией увлекаются? — поинтересовался Фелгмар.

— Конечно, сучок мне от сосны, это же Альгисти! Полезешь в шахту, там и золушку откопаешь!

— Если действительно окажется бес на складе, боюсь, что мази от геморроя нам уже не помогут.

Редисы приближались к назначенной башне. На ящике стоял кричащий тип, раздавая команды гратеям. Сам он не похож на местных, уж больно прилично одет, что аж его кожаная обувь блестела.

— Неси эти документы в командование! — кричал он, разводя руками по сторонам.

Декстер подошёл к нему:

— Вы не знаете есть ли тут сейчас Звенислав?

Мужик посмотрел на него своими суровыми глазами, будто в бездну глядел и наконец увидел проблеск света.

— Чёрт побери, вы даже не представляете, как вы сейчас нужны, — мужик жестом пригласил их за собой.

Они вошли в гостиную, затем оказались в уютном кабинете, где помещение было чистым, что аж чихнуть тут же расхотелось. А запах напоминал о зелёных садах и распустившимися синими фиалками. Уж слишком резко отличается от гнилой и серой улицы. Тем более эта комната была неплохо обставлена ненужными предметами. Вид из окна показывал улицу, откуда они собственно и пришли. Печально, что редисы снова там окажутся, снова будут привыкать к гнилому воздуху.

— Эх… — уселся мужик в кресло. — Здесь хоть и подышать можно, да?

Декстер ему кивнул.

— Значит вы знаете кто мы…

— Я - Звенислав Маслов, и чёрт побери, вы сейчас уж как мать-копать нужны нам!

— По поводу вашей проблемы? Мы уже взялись за один заказ, — сказал Декстер.

— Верно, в заказе писалось про беса, который расхерачил склад и смылся куда-то, а гратеи всё в штаны ссут, не хотят работать.

— О складе уже всё рассказали. Один гратей, что привязан к заказу нам уже всё рассказал.

Фелгмар заметил, пока говорил, что во рту у него стал сладко-приятный привкус. Действительно, очень хорошая обстановка для человека. Маслов достал некие карты и выложил одну из них на стол. Теперь повеяло запахом старых бумаг.

— Склад, он довольно неплохо снабжает город… Вернее гратеев, хоть и не сильно, но стабильно чёрт побери.

— А правда, что туда никто не совался после того случая? — спросил Декстер.

— Да чёрт побери! Гратеи уж слишком верят в эти гробовые сказки — что якобы там заблудился бес… Проголодался, наверное, и на склад забрёл, чтобы немножко покушать, и берлогу на складе заодно себе устроить. Красиво жить не запретишь! А бандиты, которые обитают по этому округу, — обвёл он пальцем по линиям леса и болот, — имеют оружие и убить могут… Хотя, это только мягкие отговорки.

— Что можете рассказать про этих бандитов? — спросил Фелгмар.

— Эти вонючие змеи… — Звенислав хрустнул пальцами. — Эти ублюдки не только за городом грабят поля и фермы, но и ещё каким-то чудом пробираются в город. Медикаменты грабанут или еды нахапают, замужних женщин трахнут.

— Они гратеи? — поинтересовался Декстер.

— Хм… — почесал Маслов подбородок. — Разные, и наверняка они могут уже быть на том складе, хотя кто его знает. Бес там, не бес — если несколько стражников-гратеев не смогли удержать того монстра, то и тех не должно быть. — Он посмотрел на редисов: — Уж я-то надеюсь, вы сможете справиться, молодые люди?

— Безусловно! — подтвердил Декстер.

— Отлично! — сказал Маслов и привстал. — Когда собираетесь работать?

— Через полчаса, — ответил Фелгмар.

— Хорошо!

Маслов пожал им руки и провёл наружу. Редисы уже уходили, как кто-то за спиной позвал Маслова:

— Звенислав, труба опять!

— Вот так новость, трубы нам ещё не хватало! — выругался он и поспешил работать.

Чёртов склад оказался не слишком доброжелательным из-за пасмурной погоды. На первый взгляд даже трава показалась серой, как и само небо. Дорога же располагалась обыкновенным пыльной линией к деревянным воротам, образующие борозды от колёс повозок.

— Фелгмар, а вдруг это действительно Бес?

— Может быть, — тот указал прямо.


* * *

Ворота были разбиты и завалены камнями. На земле и на постройках виднелся след крови, а по сторонам было всё увитыми ползучими растениями. На самой территории склада в глаза кинулись трупы и разбросанные предметы вокруг них. Некоторые деревянные оружия были попросту сломаны вдребезги, одежда порвана в клочья, простираясь по земле. Если слишком засмотреться на покойников, можно обнаружить разорванные раны и окровавленные выпирающие кости наружу. Запах стоял отвратительный, хуже, чем в северной части Альгисти.

— Какая мерзость, — проговорил Декстер.

Фелгмар присел, дабы получше рассмотреть увечья.

— Действительно, что-то здоровенное на них напало… Смотри, следы от когтей! — указал он на раны. — И следы от зубов…

В голове рисовалась самая худшая и страшная паранойя, которая не милее любой твари. Может только одно порадовать — выживших на складе всего двое человек.

Декстер вынул кинжалы из-под куртки. Тщательнее осматривая местность, он прошёлся по красной грязи, после чего заметил остальных мучеников. Все в крови и порванной одежде, но не слишком растерзаны, как остальные.

— Это не гратеи! Разбойники?

— Верно, — подоспел Фелгмар. — Одежда другая и сами они худощавые по сравнению с ними.

Он осмотрел трупы и обнаружил новый след крови, куда указывал на раздробленные деревянные ящики и тележки.

— Он явно пытался уйти…

Соклановцы пошли по кровавому следу, что заканчивался возле разрушенной деревянной стены, на разодравшем хладном трупе бандита. Шея повреждена когтями, удивительно, как голова ещё не слетела. Видимо из разрубленной артерии и вылилось столько крови. Кто-то протащил тело по земле. Декстер заметил ещё кровь, слегка разбрызганный по тенистой траве.

— Смотри! — он обнаружил разодранную ткань и протоптанную траву.

— Похоже чудище тогда не покинуло склад. Разбойники знают, что всяких бесов не существуют и попёрлись сюда, и здесь они встретились с выдуманным чудовищем.

После этих слов Декстер напрягся, сильнее сжал кинжалы и посмотрел на истоптанную траву. Следы слишком широкие, неразборчивые, словно большой шар катали.

Выжившие значит сделали брешь в стене, но один из них попал к лапам чудовищу, тогда как остальные сбежали.

— К сожалению следов от этого чудища, не разобрать, — продолжал Фелгмар, — и видимо, что разбойники не владеют магией… Не вижу магических следов. И быть может — чудище может и не являться бесом, наверное.

Ему от своих же слов сразу стало легче, очень хочется верить, что так оно и есть. Декстер всё равно был в напряжении, от всего увиденного, ему не становилось легче, хоть уже и имел кровавые задания. Но на этот раз — как сам бес здесь рыщет, даже если по словам гратеев — было жутко.

— Нам как-никак, нужно найти эту тварь живым или мёртвым, понимаешь? — говорит Фелгмар.

— Да, — неуверенно произнёс Декстер.

Немного собравшись они ринулись в глубь, в заросли леса. Этот мир чертовски густой, почти ничего не видно, что происходит дальше десяти шагов. По пути они замечали сломанные сучья и брызги от крови. Чуть пройдя дальше, был замечен ещё один труп, который валялся на земле; и ещё один бедолага на дереве, полностью окрашен красным цветом.

Раненный, и после того, как залез на дерево — скончался прямо на ветке.

Фелгмар подметил, что разбойники вооружены лишь мечами и топорами, а без длинного оружия, как например копьё, будет трудно завалить громадину. Увы у самого был лишь меч в ножнах, а до более простого оружия он не додумался, и слегка постучал себе по лбу.

Неожиданно послышался треск в стороне — в пятнадцати шагах. Декстер был уже готов кинуть туда кинжалы. После чего через пару секунд оттуда выбежала лиса и жадновато посматривала на растерзанные трупы. Соклановцы чуть дух не испустили. Фелгмар посмотрел чуть далее — быть может лиса убегала от кого-то.

Дальше был слышен ручей. Под ногами начали попадаться камни, что немного отвлекало от наблюдения. Они вышли из густого мира, на мелкий ручеёк. На другой стороне уже заметна огромная тварь.

— Медведь?! — пискнул Декстер.

— Не знаю.

Они заметили, что под огромной тушей медведя, набралась красная лужа. Огромный медведь. Длина тела громадины не меньше трёх с половиной метров, морда вся грязная от крови. Толстые кости и выпуклые мускулы вырывались наружу сквозь мех. На его туше виднелись древки и оперения от стрел.

Возле этой твари было трое трупов, ещё один под самой громадиной, у которого было перекошено лицо от ужаса.

— Видимо этот бедолага и завалил громадину, — указал Фелгмар на морду медведя, где в его глаза были воткнуты кинжалы. Затем осмотрелся ещё раз. — Луков не видать, видимо они были не одни, и лучники смогли спасти свои сверкающие задницы.

— И похоже, что эти бандиты сделали за нас всю работу, — выдохнул Декстер. — Повезло, что не пришлось мне тратить силы на эту… хрень.

У одного из трупов не было руки, у второго часть тела, у третьего вспорото брюхо. Последнего раздирали дольше, а значит он первый же и погиб.

— Пытались спасти своего товарища. Даже воры и преступники способны на благие поступки, да только им это не помогло, — он посмотрел на два трупа.

Фелгмар проверил карманы у перекошенного ужасом бандита, что поглядывал на мёртвое лицо здоровой твари — беса описанным гратеями.

Разбойников было намного больше. Фелгмар посмотрел на измятую траву.

— Слишком вытоптанная… Видать ещё убегали от кого-то, но тел дальше незаметно.

— Разбойники? Если это так, тогда это чудовище завалили недавно.

— Угу. — Фелгмар достал бумаги от павшего, где расписаны ограбления и время. — Нужно возвращаться, а то незваные гости могут вернуться, а мы уже и так наследили здесь.

В незнакомых местах всегда так бывает — остался чуть дольше — уже мертвец.

Возвращаться доставляло меньше радости, особенно когда солнце начало желтеть, заходя на запад. Ветви и кусты окружали соклановцев со всех сторон и Фелгмар подумывал, что они могут заблудиться в этих дебрях. Время слишком быстро шло, и поэтому вот уже должна быть стена Альгисти, да только она была в их головах.

Солнце перестало освещать небо, старая луна пристальнее выделялась из густых облаков. Как же трудно обнаружить предыдущие следы, что уж пришлось идти на интуицию, всё равно выход из зелёного ада — всегда есть.

Ломая хворост под ногами, послышались и новые шаги. Лёгкие, также ломающие сухие палки и услышанное дыхание, как у собак. Волки.

Хищники уже кружили над своими жертвами. Декстер крепче сжал рукоять кинжала. Фелгмар схватился за ножны, приложив ноготь большого пальца к гарде. Как вовремя оказаться закуской для голодающих семей.

— С ними что-то не так, — выговорил Декстер, — слишком смелые они.

— Верно подметил.

Два волка остановились перед ними, не дойдя до них пару шагов. Один завыл, остальные начали сужать круг нападения. Волк зарычал, оскалил свои стальные зубы, как другие хищники также показали жертвам свои белые клыки.

— Вот так попали, — проговорил Фелгмар.

— Говоришь так, будто тебя девушка на танец пригласила, — выкинул Декстер.

Фелгмар подсчитывал волков, пока он не встретился со взглядом одного хищника. Рык остальных начинал становиться громче — уже готовы к нападению, но соклановец не отводил взгляд от хищника. Те волки, которые кружили, ожидали неправильного движения соклановцев. Декстер тяжёлым дыханием, кашлянул и сплюнул на землю.

Положение резко изменилось к худшему. Минуту назад они надеялись, что вот-вот уже выйдут к Альгисти без трудностей, но судьба всё-таки осложнила им задачу. Фелгмар сможет сразить двух или трёх волков (если конечно Декстер прикроет спину), с мечом и парой кинжальчиков.

Он снова оглядел волков, которые ожидали от них сопротивления, тем более если их жертвы вооружены. Жаль, что спина будет открыта: нападение оттуда будет печальным исходом.

Декстер выдохнул холод — из его рта начал исходить пар. Значит уже всё готово.

Хищники начали разбег. Декстер резко присел, прислонив ладони к земле. На зелёной траве начало искажаться белая линия льда, и из-под земли вырвались ледяные колы. Несколько волков заскулили от поражения, как остальные попятились назад.

Первый хищник также решил присоединиться — побежал прямо на Фелгмара. Тот резко вытянул меч и замахнулся; левую руку держал при ноге. Хищник предвидел удар меча и успел отпрыгнуть назад. Фелгмар в этот момент открылся для нападения — и зверь тут же воспользовался моментом.

Соклановец успел вытянуть левую руку, в который был кинжал, и вонзил лезвие нападающему в шею. Волк слишком тяжёлым оказался, так что не хватило сил сильнее ударить об землю. Фелгмар прижал коленями его лапы и начал разрывать ему рану, отчего хищник начал громко скулить.

Услышал новое движение — это был второй волк, набросился прямо на Фелгмара, — и наткнулся на кол меча. Кровь брызнула по земле. Здоровяк всеми силами пытался выбраться, как получил заряд локтём в пасть. Теперь он жертва. Фелгмар сильнее надавил на кинжал и вкрутил лезвие глубже в шею, отчего волк смертельно пискнул.

Стая в испуге разбежалась по сторонам. Кровь волков заливала всё вокруг — особенно у того, который налетел на кол.

Фелгмар вытащил окровавленный меч с туши. После чего подбежал к Декстеру.

— Эй, ты чего прилёг?

Декстер сам почти заскулил, как голодный хищник.

— Да сразился с этими тварями! — Он придерживался за потемневшую ткань на груди. — Повезло, что до шеи не добрались.

— Если бы об этом узнал Гидор…

— Он бы нам устроил лоидский балет.

Фелгмар почувствовал, как в его руке начала пульсировать рана. Волки всё же задели его, так что здесь без шрамов не обойтись. Он вытер рукавом своё окровавленное лицо, затем помог Декстеру с ранением.

— Зараза! — выругался Фелгмар, заматывая рану. — Ты что хотел волка поцеловать?

— Да хватит уже перематывать! Просто подними меня, и я сам дойду до города.

Фелгмар приподнял его, но на ногах Декстер явно стоять не мог.

— Куда?! — успел поймать Декстера. — Чёртов маг льда! Ты куда полетел?

— Я полетел вниз, но не успел упасть.

Наконец этот проклятый лес и чёртовые заросли подходили к концу, как они сразу заметили городскую стену.

— Эй, хлопцы, открывайте!

Стражники засуетились на стенах. Широкие врата поднялись со скрежетом, открывая путь в чёртов город.

Двое стражников подоспели помочь раненому. Третий обратился к Фелгмару:

— На бандитов напоролись? Они-то не любят, когда на их территории грибы собирают.

— Дали прикурить вашим волкам.

— Неплохо. Твоего друга сейчас отнесём к ближайшему медпункту гратеев, — похлопал по плечу Фелгмара.

— А я уж думал, что в восточную часть забрёл.

Стражники занесли Декстера в медпункт, там их встретила женщина. Она быстро обменялась словами со своими коллегами и те приняли раненого.

— Только жабами не кормите! — выкрикнул Декстер.


* * *

Фелгмар вошёл в роскошную комнату, где его приветственно воскликнул Маслов:

— Ага, раненый соклановец, — обратил внимание на перебинтованную руку.

Свечей было не много в помещении, но стол они освещали хорошо, на котором были различные старые бумаги. Ещё одна бессонная ночь впереди.

— Вы нашли этого… беса? — Звенислав указал на кресло пред собой.

— Такую тварь я бы обозвал бесом, — присел Фелгмар напротив него.

— Хех, такие молодые ещё, а уже такие задания выполняете, понимаю — клан не для слабаков! Убили беса верно ж ведь?

— Бандиты нас опередили. На той твари было много шрамов от бойни и стрел воткнутых в тело… и вообще мне кажется он может быть не один… кажется.

— Что ты имеешь в виду?

— То не бес, как описывают в мифах или, как говорят гратеи, а огромный медведь. Быть может есть ещё, например, самка или самец, честно не различил кого добили.

— Хм, — помял Маслов себе лицо. — Разве медведь способен убить десять гратеев?

— Быть всё может, но такого огромного медведя я впервые видел, даже в книгах такого не видал.

— А где именно его труп?

— В лесу, возле реки. И да, разбойники прибыли на тот склад и многие из них погибли, последние выжившие сбежали через лес, и то не все.

— От медведя?

— Верно. Эта тварь уже мертва.

— Хах, — вскрикнул от радости Звенислав. — Надеюсь, что это и вправду являются наши дорогие разбойники.

— Безусловно, только лица у них разодраны.

Фелгмар выложил на стол слегка промокшие бумаги, на некоторых из них были красные следы. Маслов сразу же принялся их читать и всё более и более бледнел.

— Ох, банное мыло! — прошептал он.

Его пылающие глаза внушали Фелгмару, что вот-вот он станет самым ценным человеком в мире. Прочитав письмо, Маслов очень широко улыбнулся.

— Ежа мне в огород, это же все планы разбойников… видимо это записи их главаря! — сказал он и быстро привстал, затем постучал в необычное окошко.

Тут же через пару секунд прибыл стражник.

— Так точно!

«Он что сидит там и ждёт команду: стук?» Подумывал Фелгмар и чуть помялся на спинке стула.

— Держи вот эти бумаги, — Маслов передал ему планы в руки, — и быстро шуруй в командный пункт, в город. Скажешь им мою фамилию, тебя проведут к управляющему и им передашь эти бумаги.

— Понял!

— Давай быстрее!

Стражник тут же выскочил из комнаты, а Маслов протёр своё лицо и снова постучал в то же окно, но только другими ритмами. В кабинет вошли двое здоровых гратеев.

— Звали?

— Звал. Можете возобновлять работу, склад свободен, но только возьмите группу для очистки трупов и бригаду для расчистки леса, там тоже есть трупы, и как говорит мой товарищ, там может шастать медведь, так что аккуратнее.

— Да, давно пора, а бес уже мёртв?

— Мёртв. — ответил Маслов.

Гратеи зарядились энтузиазмом и тут же выскочили наружу.

И как же быстро привести людей в чувство. Можно наговорить столько сладких сказок — и получишь светлые надежды.

— Надо же… медведь блин! — присел Маслов за стол.

— Они же узнают, что это был не бес, — сказал ему соклановец.

— Да им плевать уже на этого беса, — достал Звенислав ещё бумаги, — им бы этот склад заиметь снова. А вот как раз документ о награде, от этого заказчика, которому вы приходили, нужна подпись одного из редиса, — протянул он и предоставил чернило с пером.

Фелгмар читая документ схватился за голову, взирая на сумму.

— Что случилось, слишком мало для редисов?

— Так это же грабёж! — проговорил Фелгмар.

— Увы, такие требования вашего клана, ты на эти цифры не обращай внимание, гратеи скинулись, чтобы вы склад освободили, — Маслов указал на него пальцем: — Что вы и сделали!

— Думаете гратеи не порвут нас на куски?

— Может некоторые и порвут, — рассмеялся Звенислав, — но, когда же вы прибыли сюда впервые, никто же на вас не быковал?

— Нет.

— Вот и славно, подписывать будешь?

Фелгмар взял перо в руку и скользнул по бумаге.

Маслов снова подошёл к тому окну и постучал. В кабинет заглянул тип, одежда была очень аккуратная. Звенислав подал ему документ:

— В посольство!

Тот ему кивнул и необычной походкой удалился.

— Ну вот, редис, зарплата уже идёт в ваш клан, — снова присел за стол, — а там уже сами разбирайтесь, что кому, верно?

— Верно.

— А где второй? Неужто уже девок лапает?

— Ранили. Чёртовы волки.

— Понятно. Если что заходите к нам ещё, пиво здесь отличное, прям башку сносит, — засмеялся Звенислав.

На улице было заметно, как луна посеребрила трепещущую поверхность. Её лучи заливали потоки белого света и падали на дома, а тень необычно отбрасывалась вдоль дорог.

Заходя к своему напарнику, Фелгмар застал его с ещё одним больным, который лежал напротив Декстера и вёл с ним разговор.

— О, Фелгмар, ну что, всё прошло гладко? — вскрикнул Декстер.

— Впрочем, как всегда!

— О! — воскликнул больной, — и ты тоже редис, вон какие знаки — змеи.

— А ты не гратей, неужто тоже с города? — спросил Фелгмар.

— Да, из юго-восточной части, — ответил незнакомец.

— Хех, что же с тобой произошло, на вид вроде бы всё с тобой в порядке, наверное, не поздоровался с гратеем?

— Ну почти, но травму я получил не здесь. И не поверишь, что именно со мной произошло!

— Похоже догадываюсь, ты прополз раненным весь город! — добавил Декстер, но тот отрицательно покачал головой.

Фелгмару и вправду стало интересно, вряд ли он тут лежит, потому что отравился, а только потом каким-то образом оказался здесь.

— В общем, мне хорошо дали вставить! — засмеялся больной.

— Драка?

— Почти… меня девушка побила, правда смешно да? А я всего лишь хотел познакомиться и проявил настойчивость, как подобает мужчине. Ну и она меня побила… Сильная зараза! А только потом уж, как сюда пришёл к своему знакомому, стало совсем плохо: оказалось, что у меня два ребра сломано.

Фелгмара как молнией ударило. «Девушка?». Он чуть поправился и слегка улыбнулся, — подумывал, что та незнакомка наверняка накинется и на него.

— Может опишешь её, чтобы не наткнуться на неё, а то мало ли перепутаем? — спросил его Фелгмар.

Незнакомец слегка рассмеялся и размял затёкшую шею.

— Поверь ты сразу её заметишь, как увидишь! Походка такая — очень уверенная и одевается так, что каждый на неё глазеет.

— Похоже, что она специально ищет чьей-то крови, — добавил Декстер.

— Это уж точно! Так что лучше держаться от неё подальше или просто дать ей дорогу.

— Где же ты наткнулся на неё, в юго-восточной части города? — спросил Фелгмар и уже понемногу собирался уйти.

— Да, но она может обитать и в центральной части, так что поаккуратней там!

Фелгмар ещё немного перекинулся с ними словечками и вскоре попрощался.

Он снял у гратеев однокомнатную квартиру, всего за сорок лодисов, что считается в этом городе дёшево. Фелгмар раздвинув шторы, выглянул в окно: скопище величественных зданий громоздились друг на друга, а вдали еле виднелась стена, которая окружала весь город. Это более северная часть и, если уж идти на юго-восточную сторону, понадобиться немало времени.


Больше, чем друг

Лиара мяла кожаные перчатки в своих руках, углубляясь в своих мыслях. Сидеть за столом на улице, да ещё в самую жару, отлично расслабляло. А перчатки напоминали ей о былых тренировках и поте, от прошедшей детской жизни, продолжая утопать в расслаблении.

— Это и есть подарок от Ирис? — Удушливо проговорил Син, сидя напротив неё.

— Она сказала, что я уже достаточно взрослая, — Лиара посмотрела на него, приподняв бровь. — Думаю, она теперь отдохнёт от меня. Надеюсь, что она скоро вернётся с Сарвилда.

— Да, повезло ей. А я вот от этой жары сейчас сознание потеряю.

— Может это от горячей любви к Асе? — игриво добавила Лиара, привязывая перчатки на пояс.

Она расслабленно уселась на стуле и начала попивать холодную воду, наблюдая, как Син с соблазном смотрел и на свой стакан воды, обдумывая, что ответить.

— Я её только на два года старше, разве это так плохо?

— Нет. Но ты даже не пытаешься с ней поговорить нормально. Мне всего лишь нужно оставить вас наедине.

— Ты та привыкла «разговаривать», а некоторым это очень сложно даётся.

Лиара облокотилась локтём о стол и положила голову на руку.

— Поступи в какой-нибудь клан, например, в Деус Риз, она любит соклановцев.

— Я в большей степени в химии разбираюсь, и алхимии тоже, а Лоидс таких людей очень ценит, так что в клан мне идти невыгодно.

— Зануда, — фыркнула та. — Всё думаешь только о себе. Впрочем, как и все вы мужчины.

Син покачал головой и наконец взялся за стакан, чуть-ли не сразу его опустошил. Лиара скрестила руки и вдумчиво посмотрела в сторону. Ей жалко этого дурака — Сина. Хоть он и является сыном одного великого воина, только храбрости и мужества он явно не перенял.

— Эй, сейчас не вечер, чтобы ссориться между собой, — подсел к ним один соклановец. На его одежде символизировалась морда серого волка.

— Дункан? — немного взбодрившись выговорила Лиара. — А ты что сегодня не на задании?

— Да вот конвой я сопровождал, рядом совсем, — указал рукой в направлении. — Уже всё доставили и тут я вас и замечаю.

— Как всегда. Без торговли — никуда. — Положила та руки на стол.

— Может это и к лучшему!

Дункан внезапно взял за руку Лиару. Она немного смутилась, а Син вообще в шок впал, будто это его руку схватили.

— Дункан, — напряглась Лиара и сжала ему пальцы, — я же тебе уже отказала. Что ты делаешь?

Тот заж


убрать рекламу






мурился от боли.

— Да я всего лишь хотел сделать предложение…

— Предложение?.. — проговорила она и тут же ослабила хватку.

Дункан отстранился, массируя свою руку, а Син смотрел на них, нервно постукивая по столу. Лиара снова облокотилась о стол и смущённо смотрела в сторону, закрывая ладонью половину лица.

— Да, предложение… — продолжил Дункан. — Ты ж ведь пока не поступила в синиэлы, тем более сейчас отличный шанс для новичков. Вступай к нам, в Дауфрак.

— Дурак, — промямлила она, чуть слегка посмотрев на него; на ее щеках был заметен проступивший румянец.

— В клан, прямо к вам в Дауфрак? — схватился Син за голову. — Это же просто отлично Лиара!

Та наконец пришла в себя и откинулась на спинку стула, словно обдумывала великие планы, постукивая ногтем по своему пустому стаканчику.

— Вот именно! Шанс для тебя, — повторил Дункан. — Новый коллектив, оружие, опасные задания, артефакты! Всё что ты любишь.

— А за опасные задания много платят? — спросил Син.

— Смотря где. Вот допустим за сопровождение конвоя на опасных местах могут до тысячи лодисов заплатить, это за одного защитника. Не то что я сейчас получил каких-то 50 лодисов.

— Хех, 50, это уже хоть что-то.

— Да, но, если брать не только задания, а именно контракты, через месяц можешь себе здесь очень хороший домик приобрести.

Это заставило Сина немного задуматься. Было бы интересно на него посмотреть, с мечом в руках и пугливым лицом. Быть может он и пригодился в бою, но только не солдатом.

— Ну что Лиара? Я уже поговорил с предводителем, он хочет посмотреть на тебя. Я точно уверен, что он быстро тебя примет.

— Нет. — Ответила она очень спокойно, смотря на небо и катаясь на стуле, заложив руки за голову, мол о чём-то мечтая.

— Как нет? — удивился Дункан. — Это ж ведь клан со средней категорией.

— Мне не интересно, — ответила она, разминая шею и руки. — Так что лучше возьми-ка Сина, он вот вам пригодиться.

— Эй, вон этот соклановец проклятый! — крикнул издалека один молодой парень.

К нему подоспели ещё двое молодцов. Они были, без сомнения, совершенными синиэлами: чистые, высокие, одетые в удобные одежды — в общем, почти как сам Дункан. У более худого парня, который стоял слева, имелось полотенце на его плече; двое здоровых верзил держали деревянные палки. Ухмыляясь, они двинулись навстречу к сидящим. Дункан повернулся к ним и осмотрел их жалкую попытку выставить себя суровыми. После их вида ему стало как-то неловко перед ними.

— Эй ребята, а что случилось-то? — начал он.

— Вот что случилось: приходят в наш город всякие соклановцы, а потом наших баб забирают. Так не пойдёт, мы защитим их! — крикнул один из синиэлов.

— О боже… — промямлил Дункан.

Лиара громко стукнула по столу, что аж Син вздрогнул.

— Баб? Забирают? Это значит, что я для вас какая-то вещь?! — злобно выкрикнула она.

Трое синиэлов переглянулись друг на друга и впали в замешательство.

— Н-нет… Не вещь. Мы просто…

В этот момент Лиара встала со стула и начала медленно подходить к ним. Каждый её шаг сбивал им язык, отчего их разговор перешёл к бульканью.

— Что просто?

— Мы делаем то, как будет лучше для тебя…

Она впервые их видела, и очень злилась на это — мол какие-то незнакомые люди, а особенно парни, будут говорить ей, что и как ей лучше. Подошла к ним чуть-ли не в плотную:

— А скажи мне, как будет лучше вам троим?

— Мы… — не успел он договорить, как получил удар в челюсть.

Лиара тут же схватилась за полотенце, дёрнула того в сторону и с разворота попала пяткой в лицо, отчего тот прилично отлетел на расстоянии.

— Ой! — успел промычать тот.

Полотенцем Лиара подкосила ноги третьего и дёрнула на себя — незнакомец тут же плюхнулся на землю к своим сотоварищам. В последний момент она прижала его коленом в грудь.

— Ну что, лучше стало?

Дункан осмотрел готовых синиэлов. Один из них держался за лицо и торопливо отползал подальше. Второй протирал свою челюсть, не отставая от своего друга.

— Не стало, — ответил худощавый синиэл, прижатый Лиарой.

Та посмотрела на его невинные глаза и наконец встала с него, отчего тот держась за свою грудь начал уносить ноги.

— Ну ты даёшь! — отреагировал Дункан. — Если бы я мог это предвидеть, то непременно бы спас этих бедолаг.

— Уж поверь, этого бы не стоило делать.

Лиара повернулась к нему, как Дункан был прямо у неё перед носом. Если бы это был незнакомец, ему было бы несдобровать.

— Я, наверное, пойду, — крикнул Син, — ещё увидимся!

— Давай Син! — попрощалась Лиара, скрестив руки пред соклановцем.

Дункан осторожно приподнял улыбку, выпрямляя свою грудь прямо.

— И что ты хочешь мне сказать? — она положила одну руку на свой пояс.

— Ты о чём?

— Я видела, как ты кивнул Сину.

Дункан тихо промычал.

— Ну… для начала давай пройдёмся.

Они вышли на дорожку, которая вела к площади. Дункан рассматривал лицо Лиары и не мог понять, что терзало её изнутри. Это заметно, особенно, как она пытается это скрыть под своей невидимой маской. А за ней скрывалась та самая Лиара, которая бы не разозлилась просто из-за каких-то пустых слов. Ведь год назад она не была такой. Тогда Дункан был сильно опечален.

— Ты стала сильнее, вон, как тех здоровяков разрядила! Такой сильной девушки, как раз не хватает в Дауфраке.

— Ха, ты снова мне говоришь о клане, а как же наше государство — Лоидс?

— Так кланы же ведь тоже относятся к Лоидсу.

Лиара повернулась к нему.

— Ты видел, как истинные лоидсы обращались к тебе, к соклановцу?

— Тоже верно, но от тебя они усвоили урок и такого они больше себе не позволят.

Она рукой провела по высокому каменному бордюру, пристально разглядывая посаженные за ней растения. И глубоко вздохнула.

— Я просто… — помотала она головой. — Неважно, — отбросила взгляд с цветов и угрюмо продолжила ходьбу.

И о чём только думает Дункан? Лиара сама не могла понять, о чём и самой думать. Магия. Кланы. Участие в заданиях или контрактах. Про пользу стране также является довольно приемлемым. А тёмная магия наверняка является для многих — слишком соблазнительным, — получить силу без усилий хотят многие.

Раньше магами выступали древними и загадочными орденами, посвящённых в тайны мира и искушённых в путях волшебства. Сейчас мало магов обладают мудростью и могуществом, о каких простые люди даже не смеют мечтать. И то, мало быть даже красноэлом.

Со времен больших войн, Восток был полон всякого опасного отребья — дезертировавших солдат, подавшихся в разбойники крестьян или просто безземельных и отчаявшихся людей, которым нечего было терять. А сейчас, даже о разбойниках некогда думать, то как и ты скоро можешь им оказаться.

Как никак, но слухи о тёмной магии, слышатся всё чаще. Только соклановцам под силу противостоять грядущему.

И разве Лиара должна в этом участвовать?

Они вышли на небольшую площадку, как на них обрушились лучи от пылкого солнца. Дункан хоть и был в футболке, но его вспотевшие штаны уже прилипали к ногам. Как всё за один день может измениться.

— Надо же, даже после драки ты не выпустила и капли пота. Не поделишься секретом? — начал он, вытирая пот со лба.

— Всё очень просто, — носи меньше всякого хлама. — Взглядом она указала на его брюки с ремнями и на его экипировку.

Он развел руками, мол — сам что надел, то и разгребай.

На площади люди на удивление не толпилось. Обычно их тут достаточно собираются, но жара не дает им шанса даже пройтись до любой лавки. Под солнечным светом, Лиара становилась всё более необычной. Дункан сглотнул и немного прошёлся, посматривая себе под ноги, ладонью закрывая глаза от яркого солнца.

По проспекту с грохотом проскакал лоидский рыцарь на огромном, покрытом хлопьями пены коне. Железные колья на его шлеме сверкали на солнце. Рыцарь что-то выкинул на площадь: помятую бумажку.

Дункан с любопытства подобрал её и прочёл. Слова были очень размыты, видимо нижняя часть была промокшая и под такую жару они свернулись.

«М — т — ру Или — д - у до-тав-ть докла- об у-ичто — н-и-. Госпо — н Жог — у — с Дон».

— Что там написано? — спросила Лиара.

— Просто мусор, — Дункан глубоко вдохнул, дабы как-нибудь охладить своё тело.

— А вы любите под жарой стоять, как я вижу, — донёсся голос со стороны.

Наверняка это снова какой-нибудь любопытный задира, подумал Дункан и неохотно посмотрел на того чудака. Он не был похожим на синиэла, его одежда уж слишком удобно сидела на нём; его рубашка кого-то напоминало, но из-за солнечного света Дункану трудно было разглядеть незнакомца. Он снова прикрыл глаза ладонью и увидел одежду со змеиными изгибами на плечах чудака — редис; высокая чёрная фигура, а за его спиной фон городских зданий.

— А тебе то какое дело? — спросил Дункан.

— Да я просто хотел познакомиться, — ответил редис.

Дункан напрягся этому, мол с чего это вдруг ему так приспичило познакомиться? Может он, как и другие: познакомиться с Лиарой?

— Тебе лучше уйти, — начал он, — не стоит тебе со мной знакомиться.

— Не стоит знакомиться, как те синиэлы, которых она побила? — редис посмотрел с улыбкой на Лиару. Та с интересом подняла бровь.

— Значит и ты хочешь получить, — завёлся Дункан и вышел к нему напрямую.

— Пожалуй хочу, — ответил редис и отошёл в сторону; солнце уже не светило в глаза Дункану.

Редис вытащил меч из ножен, свистнув лезвие в воздухе. Дункан напряг левую ногу, и большим пальцем левой руки также вытянул меч из ножен, после чего полностью обнажил его другой рукой. Этот клинок, длиннее чем у редиса, а значит легче будет парировать. Лиара в этот момент заняла безопасную зону. Скрестивши руки, она облокотилась о стену и начала с интересом наблюдать.

Вот он, неплохой шанс показать Лиаре свои навыки, — подумывал Дункан.

— Начнём! — выкрикнул он и рванулся вперёд.

Он прыгнул и сделал выпад правой. Редис был к этому готов и с лёгкостью отразил атаку. Дункан не потерял равновесие, но на два шага отступил.

Теперь его очередь отражать удары.

Редис после звонкой атаки, отступился. Момент и Дункан твёрдо ступил вперёд, чуть опуская клинок — и нанёс кольчатый удар.

— Ах ты! — прошипел тот.

Чудак напрягся и что было силы отскочил вбок, — удар прошёл мимо. Дункан попытался сразу же произвести режущий удар, но редис заметил надвигающийся клинок и отбил его в сторону, коля мечом что было мочи. Он атаковал клинком, потом еще раз; Дункан с трудом блокировал удар, что аж попятился назад.

Теперь редис попался!

Соклановец радостно улыбнулся и снова ринулся на противника, выставив перед собой меч. Дункан к немалому удивлению, воспрянул, ускользнул вбок и отбил атаку с уверенной твердостью. Редис потерял равновесие, качнулся вперед и потрясенно ахнул, стараясь восстановить позу.

Нужна всего лишь секунда, чтобы выставить лезвие в прежнее состояние. Он чуть провернул рукоять, что помогло ему быстро парировать, и после чего тут же замахнулся.

Дункан метнулся вперед, нырнул под его клинок и силой врезался ему плечом.

— У-уф, — выдохнул редис, качнулся назад и тут же упёрся пяткой, зажимая рукоять двумя руками.

В таком положении это лёгкая победа для Дункана. Он замахнулся мечом, чтобы окончательно его обезоружить, но редис будто ждал момента. Он поднял меч так, что локтём ударил об рукоять неприятеля и клинок Дункана начал смотреть верх. Редис с высокой скоростью отступил назад, провернул ему лезвия — и рывком обезоружил противника. Клинок заскользил по камням, а кончик меча редиса остановился в воздухе у горла Дункана.

— Неплохо, — ответил побеждённый, поднимая руки.

Редис убрал меч и улыбнувшись ему отвечает:

— Сам заманил себя в ловушку.

Дункан угрюмо отмахнулся и подобрал свой клинок с земли.

— Твоя правда, — повернулся к нему: — Но для тебя, она будет большей проблемой. — Дункан посмотрел на Лиару и сложил меч в ножны, после чего побрёл в переулок.

Та подошла ближе, немного похлопывая в ладоши.

— Это было поразительно, — игриво говорит она, — и как мне называть победителя?

Редис сложил свой клинок в ножны.

— Фелгмар. А твоё имя, раз уж заслужил?

— Лиара, — она ещё шире улыбнулась и немного прошлась, осматривая его со всех сторон. — Раз уж мы теперь знакомы, что дальше?

— Дальше будет — потом. А сейчас мне нужно к кое-каким делам вернуться.

— Да ладно, уже уходишь? — удивилась она, хоть и попыталась это скрыть.

Фелгмар развел руками.

— Да, ведь первое дело сделано: я смог с тобой познакомиться.

Лиара как-то странно себя почувствовала, на её лице появился лёгкий румянец.

«Он что издевается, неужто он просто так уйдёт?.. Предыдущие парни наоборот обращали на себя внимание всеми способами, а он… Как он смеет?»

Фелгмар совсем неожиданно взял её за руку. Она тут же почувствовала внутри удар.

— Ничего, я скоро вернусь, только подожди немного.

Она смотрела ему в глаза, и не могла пошевелиться, всё тепло поднялось к лицу. Фелгмар улыбнулся ей и резко отстранился, после чего помахал ей на прощание.

— Что? — прошептала она и тут же сжала кулаки.

Уткнувшись себе под ноги, она никак не могла прийти в себя.

«Что это было? Он сделал точно так, как и Дункан… Он видел и это, решил надо мной так пошутить? Если он вернётся, я ему преподам урок. Чёртов Фелгмар!»


Соклановцы высокой категории

Син открыл дверь и вошёл в здание, за ним последовала Лиара.

— И что это за дыра?

— Я знал, что ты в Лоидсе такого не найдёшь, это что-то наподобие поварской лавки. Отец говорит, что это место не только доход приносит, но ещё и радость.

Лиара хорошо ладила с его отцом — Варизом. Как-то однажды, он заметил её с Сином вместе и подумывал, что сын уже себе девчонку нашёл. Вариз всегда говорил: самый опасный враг — это влюблённый союзник!

Они уселись за столик. Граждане также сидели в дальних уголках, наслаждаясь отдыхом.

— Как там дела у Аси? — спросил Син.

— Всё проходит те испытания в клане Деус Риз, только я забыла их предводителя… Лауренсе?..

— Так точно, Ролео Гелье Лауренсе.

— И как ты их запоминаешь, я даже не помню кто у Дункана.

— Масо ро Вулли. Думаю, что эта память, пригодится мне в алхимии.

Их отвлекло грубое открытие двери — в здание вошло четверо незнакомцев. Один из них чересчур здоровенный, словно медведь, — в его руке была огромная металлическая палка. Сразу видно, что пришли не слишком миролюбивые жители.

Лиара косо на них посмотрела, но пыталась себя этим не выдавать, ибо не спровоцировать. Син взглядом замер на них, явно предвкушая беду.

— Так… Как ты собираешься стать алхимиком, ты уже всё спланировал? — вывела его из задумчивости Лиара.

Син уже не так глазел на тех прибывших гостей, которые спокойно и мирно уселись за соседний стол, — как раз за спиной Лиары.

— А, да… — посмотрел он на неё. — В этом году в синиэлах будут проводиться эксперименты в химии и алхимии, на них как раз будут присутствовать различные командиры. Один из них будет сам Сезари ди Шоль!

— Сезари? Он ж ведь воин, а не алхимик.

— Верно, но как опытному командиру, да ещё и магу, он отлично послужит вдохновением для экспериментаторов.

— И ты хочешь туда попасть?

— Да, я уже кое-что придумал, осталось это только реализовать.

— Неужто так легко?

Син помотал головой.

— Ничего лёгкого. Если получиться, тогда мне и повезёт.

— Мне самой даже стало интересно, что же ты там такое приготовил.

Он улыбнулся.

— Секрет.

Разговор соседей позади подозрительно стал тише. Лиара облокотилась на стул и чуть отклонилась назад, дабы расслышать шёпот.

— Это уж точно, — подтвердил незнакомец.

— А ты видел тех волков, говорят, что их коснулась тёмная магия.

— И видать дикие собаки также подверглись осквернению.

— На самом деле я сделал работу за цену, за которую договаривались! — понемногу тон у них начал повышаться.

— Договаривались за волков, а не за бешеных собак, да и к тому же ещё Степан дохлый, от него воняло так, что в него вся бригада насрала.

— И чего же ты хочешь? — развел здоровый руками.

— Чтобы он вернул половину — за Степана и за долбаных псов.

— Ты не охренел? Это же ведь не по договору!

— А по договору вы должны были прикончить волков, а не собак!

— Срать мы хотели на этих волков!

— А Степана вонючего кто будет хоронить, и за какие деньги?

— Да в реку его и дело концом.

— Идиот! — послышался лещ позади. — Хочешь, чтобы стража его тело нашла и всё прояснила?

— Сейчас Норед устраняет одного из фотсижев?

— Тихо ты… — буркнул тому и осмотрелся вокруг.

Лиара успела усесться за стол, чтобы тот верзила ничего не заподозрил. В этот момент прохожая дверь громко открылась — ударилась о край, гость уж слишком сильно её толкнул. Он тут же направился к этой четвёрки; сам он был одет более в чистую одежду. Скорее всего главарь этой маленькой банды.

— Норед! Мы тебя уже заждались.

Тот к ним подсел, Лиара не могла уже подслушивать, слишком долго она сидела в таком положении.

Через минуту в здание вошли ещё двое: у одного из них виднелся меч за спиной, у второго кинжалы в руках. На их белой одежде обозначался символ клана — силуэт черными полосами, символизирующие морду пантеры. Лиара привстала и поняла, что сейчас что-то начнётся, раз уж здесь объявились соклановцы высокой категории.

— Фотсижу! — крикнул один из этой бандитской группы. — Они проследили за мной, отвлеките их! — он придерживал что-то под своей кофтой и кинулся в бегство, в обратную сторону здания.

У него хватило сил, чтобы успеть оттолкнуть Лиару в сторону.

Она уже была готова побежать за ним, как перед её лицом промчался один из соклановцев, словно молния. За ними погнался ещё один бандит, но его неуклюжая беготня будет их догонять вечно. Перед ним открылась дверь, что сбило его с ног. Оттуда вышел хозяин заведения, Вариз. Гражданские уже начинали покидать здание.

— Я не понял, что это за сборище дармоедов? — выкрикнул Вариз.

Бандит начал приходить в себя после удара двери. Вариз огрел его сковородой, отчего тот принялся считать звёзды.

— Нам нужно валить, но сначала разберёмся с фотсижу! — крикнул один из бандитов.

Лиара попыталась встать, но ловкий бандит её опередил и приставил нож к горлу.

— Ах ты ублюдок, а ну отпусти её! — крикнул хозяин.

— Если ты только дашь по башке тому соклановцу, — указал он на фотсижа, который стоял в боевой стойке и крепко сжимал кинжалы.

«Пора тебе дать!»

Лиара задержала его кисть, чтобы он её не зарезал. Тот закричал от боли, как она подставила ему подножку и бросила прямо под удар Вариза.

Фотсиж тут же кинулся на здорового бандита. Син сразу пополз в безопасное место, драка — не его дело.

Второй бандит охнул и споткнулся, и в этот момент Лиара бросилась на него, — одной рукой схватилась за его лохмотья и нанесла удар лбом. Нос бандита хрустнул, по его подбородку потекла кровь. Лиара подняла ногу выше своего роста и впечатала его голову в пол.

— Ничего… Я спасу тебя! — крикнул фотсиж Лиаре и вновь бросился на верзилу.

Он попытался закончить с ним быстро, но здоровый был слишком поворотливым. Он с лёгкостью уклонился и ударом своей металлической палкой отшвырнул крикливого соклановца. Тот задел пару деревянных столов, затем ударился о стену. Поднялась пыль.

«Ещё один спасатель! Неужто они повсюду?»

Лиара зажгла свои кулаки, бандит улыбнулся этому, и медленно начал к ней приближаться. Его металлическая палка медленно скребла деревянный пол.

Раздражает.

«Пора засунуть это ему в…»

— Эй, — крикнул ей Вариз, — ты только не спали здесь всё!

«Точно, огонь. Тут полно дерева, нужно его ослабить».

— Девочка, — говорит здоровый бандюга. — Играться с огнём… — Приставил палку к своему лицу и облизал её языком. — …можно очень сильно обжечься.

— Смотри не подавись, лизун! — крикнула она ему ответ.

«Стоит на ногах твёрдо и тело его крепкое, наверняка и его тупая башка прочная, как чугунный котелок. Напрямую бесполезно бить, то как он не закрывает корпус. Его палица выглядит ужасающе, и не зря, ведь того фотсижа он знатно запустил. Так что нельзя прыгать на его удар, а то он будет для меня последним».

Лиара чуть присела и сделала рывок, здоровяк сумел среагировать на её скорость и тут же атаковал. Она нырнула под его замах, оказавшись у него за спиной.

«Сейчас ты получишь!»

Воздух слегка загорелся и засветился. От её руки распространился жар сжатого огня. Она поразила его прямо в спину. Амбал открыл рот расплёвываясь слюной, чуть прошёлся вперёд недоуменно моргая, оторвался с места и всей массой грохнулся животом на пол.

— Вот же урод, убью! — оклемался фотсиж.

Он чуть встряхнулся и подбежал к месту происшествия. Лиара хмыкнула ему и быстро направилась ко второму выходу, — куда подался первый бандит.

Из-за кричащих людей, она быстро нашла виновников. Соклановец успел перегородить путь главарю.

— Вы не остановите меня… Не сейчас! — крикнул бандит, доставая из-под рубашки наподобие медальона, что начал светиться, а глаза носителя сиять красным цветом.

Фотсиж сразу бросился на него, но бандит моментально среагировал: яростно отразил удар, из-за чего произошла ослепительная вспышка. Бандюган громко задышал — а именно начал принюхиваться. Он повернулся прямо на Лиару. Страшный взгляд, хуже, чем у хищника. У неё от этого подкосились ноги. В эту секунду он кинулся на неё, как последний безумец. Она еле вырвалась из шока и пылающей ногой отразила удар. От столкновения, по воздуху образовались красные искры огня.

— Чёрт! Что это?!

Ужасная колющая боль. Лиара схватилась за свою ногу. Отвлекаясь на это, в последний миг заметила яростное лицо главаря, стремительно несясь на неё.

Увернуться не получиться. Неужто это конец?

Перед глазами, что-то появилось, как внезапно послышался резкий скрип.

Лиара наблюдала за этой секундой несколько минут. Страшное ощущение. Вот-вот была мысль, что уже конец, как в воздухе успела повиснуть неизвестная тень. Только сейчас до её лица донёсся лёгкий ветерок.

Осознавая происходящее, у неё забилось сердце. Перед ней стоял этот фотсиж спиной — успев блокировать атаку безумца. Лиара повалилась на землю, держась за свою ногу.

«Что это было?.. Так быстро… и… так медленно?!»

Бандит начал безумно смеяться, он тут же сжал лезвие фотсижа ладонью, словно за рукоять схватился.

— Не ожидал такого? — он второй рукой схватил соклановца за предплечье.

Тот замычал, пытаясь вырваться от хватки. Через несколько пыточных секунд, главаря накрыла тень; он обескураженно поднял голову, — Лиара, как раз была над ним, со свирепым огнём в кулаке. Тип тут же отшвырнул фотсижа от себя и закрылся двумя руками.

Удар.

Её кулак начало резко колоть и сжимать, словно тысячи шипов вонзались глубоко в кожу. Горячий воздух яростно начал выгорать, а кислорода вокруг огнива становилось всё меньше.

Наконец блок не выдержал — и пылающий кулак накрыл пламенем главаря банды.

Лиара медленно отошла назад и посмотрела на поверженное тело бандита. Фотсиж забрал у него испортившийся медальон и спрятал у себя. Она теперь сильно держалась за руку, — боль распространялась от кисти до плеча. Немного размяв ногу, как там уже понемногу начало отходить, но рука всё наливалась болью.

— Я думала, вы будете намного сильнее, — выговорила она с небольшой одышкой.

— Эй, вы уже закончили? — подбежал к ним второй фотсиж.

— Закончили, — подтвердил первый.

Он заметил полуобгоревшее тело бандита, и сам немного удивился.

— Значит и этого она уделала, верно?

— И что с этого, впервые видишь такое? — выкинула Лиара.

— Ого, а девушка с характером.

— Успокойся Хэймон, мы уже всё сделали, — сказал его напарник.

— Успокоиться? Да её нужно сразу к мастеру тащить! Ты ж ведь сам видел, как она его!

Лиара сдвинула брови, покачала головой и заметила, как к ним присоединились стражники.

— Так, что здесь происходит? — завопил солдат. — А, Фотсижу?

— Сможете отнести его к нашему предводителю? — ответил мечник, указывая на поджаренного главаря.

— К самому Адрему Соугельсу?! — Немного замешкался стражник. — Будет сделано. Эй вы! — обратился он к группе стражников: — Забирайте этого горячего парня.

— Да, ещё и в том заведении есть оставшиеся бандиты, все связанные, — добавил Хэймон.

Стражник кивнул ему и со своими быстро разошлись.

— Ну так вот! Может всё-таки к нам запишешься? — обратился Хэймон к Лиаре.

Она не была удивлена этому. Разминая и растопырив пальцы, она ответила:

— Хах, я уже достаточно увидела, что из себя представляет клан Фотсижу, — кучка слабаков.

— Возможно, вот Стейнор ещё учиться, а так у нас в клане есть очень сильные ребята.

«Тот, кто ещё учиться меня спас. Надо же, вот какого оно — сражаться насмерть».

Стейнор посмотрел на него удивлённым взглядом, Хэймон вздохнул и развёл руки:

— Ну всё-всё, шутка. Это она про меня скорее всего. Я тогда недооценил того здоровяка, который огрел меня здоровой палкой.

Неожиданно Лиару кто-то обнял. Тепло приятно охватило спину.

— Это что ещё за мусор, Фотсижу? — послышался приятный голос.

«Фелгмар? Он то откуда взялся?»

— Не очень-то вежливо, — завёлся Хэймон.

Фелгмар отошёл от Лиары.

— А вы и есть мусор! Думаешь, что из-за вашей прошлой репутации вы заслуживаете к себе уважение?

— Я бы с радостью тебе показал уважение и хорошенько надрал бы тебе задницу!

— Хэймон! — крикнул Стейнор. — Мы закончили.

— Послушай своего дружка, мол, что-то полезное сделаешь, — добавил редис.

Кланы не очень-то приветствуют других соклановцах, а именно подобных себе категорий. Кланы Фотсижу и Редис как раз относятся к высокой категории. Они влияют на некоторые участки территории и пользуются своей репутацией в заказах и выполнении заданий из командных участков. Основатель клана Редис — Ногат Улим, что изначально был настроен отрицательно к фотсижем, когда у них являлся — Игара ди Фреско Селнев. Кланы с низкой категории не настроены так отрицательно, ибо они годятся только в бедных регионах, где их становиться — то больше, то меньше.

Лиара никак не могла отойти от колющей боли в руке; нога уже не болела, но вновь думая об этом, боль снова накатывалась волнами по суставам. Сейчас в этой ссоре не слишком было удобно участвовать.

— Ты ещё пожалеешь! — злобно ответил Хэймон и покинул их со своим напарником.

Фелгмар повернулся к Лиаре и уже спокойным голосом говорит:

— Этот клан Фотсижу никуда не годиться. Они развиты не потому, что сильны.

— Ты… Чего это ты вдруг так появился?

— Как?

Она смущённо скрестила руки, боль в руке ещё не отошла.

— Так не обычно, да ещё на фотсижев накинулся.

— Хех, это просто слабаки. Тот тип понял, что кишка тонка, и поэтому он отозвал своего дружка. Фотсижу уже давно потеряли свою натуру.

— И всегда ты такой?

В этот момент Фелгмар снова её приобнял. Лиара этого не ожидала, хоть и могла догадаться. Она могла его оттолкнуть, но что-то останавливало это сделать. Ощущение этого тепла, становилась приятнее, придавая волнительную лёгкость.

— Приходи завтра вечером на территорию «Медуси». Ты ведь знаешь где оно находиться?

— Знаю, — обвела его руками и прижала к себе.

— Я буду ждать, — отстранился он от неё, и оставил одну.

Ей стало одиноко. Чувство смешивались внутри подобно краскам.

Она повелела головой, отвлекаясь от мыслей и размяла свои мышцы.


* * *

Прогуливаясь по городу, Лиара никак не переставала думать о Фелгмаре, его прикосновения и о его взгляде.

Она заметила сидевшую за столом Анисию, которая почитывала книгу на свежем воздухе и наслаждалась любимым мороженым.

— Эй!

— О, Лиара, садись! Дядя Тэр, пожалуйста ещё мороженное, — крикнула она продавцу.

Лиара присела за стол. Если хочешь найти Анисию, ищи где-нибудь в сладком месте.

— Я вообще-то не хотела мороженного.

— А может это я себе заказала? — усмехнулась она, задрав нос.

Через пару минут, сюда прибежала худенькая девушка, с длинной косой почти до колен. Она начала радостно выкрикивать:

— О, я хочу вот это мороженое! А ты какое будешь?

— Мила, я ничего не хочу, — этот голос показался знакомым, Лиара посмотрела в ту сторону. Это был тот фотсиж с которым она недавно виделась.

Неожиданно и к ней за стол присел ещё один фотсиж — его дружок — Хэймон. Ася заметила знак пантеры, от удивления у неё чуть челюсть не отпала.

— Это же… клан Фотсижу! — выкрикнула она.

«Вот чёрт, его только здесь не хватало».

Подошёл продавец Тэр и поставил на стол углублённую тарелку с мороженым. Стейнор подошёл к Хэймону, а сзади его обняла Мила.

— А мне такого тоже пожалуйста, — широко улыбнулась, будто в последний раз улыбалась. — Стейнор, ты уже выбрал?

— Да, я буду клубничное мороженное, — спокойно ответил он.

Хэймон прищурено рассматривал Лиару, та ему отстреливала косым взглядом. Скорее всего у них ничего не получиться.

— Мила, — обратился к ней Хэймон и вновь посмотрел на Лиару, — это та злюка, которая начистила задницы наших недружелюбных приятелей.

«Злюка? Да я видела, как ты на Фелгмара смотрел! Козёл».

Ася прислонилась к Лиаре на ушко:

— Слышишь, когда ты связалась с такими людьми?

— Сегодня, — вздохнула подруга.

— Да ладно, круто!

Мила и Стейнор договорились с продавцом и подсели к ним за стол. Хотела бы Лиара сказать, что стало хуже, но этот Хэймон уже успел п


убрать рекламу






одпортить день.

— Если она станет фотсижем, с ней мы ещё быстрее будем выполнять задания, — продолжал Хэймон.

— Я не отдам вам Лиару! — запротестовала Ася.

— Верно, она ведь уже тогда ответила своим негодованием.

— Вот именно, — подтвердила Лиара.

— Чёрт, Стейнор, вот зачем ты вмешиваешься, неужто ты испугался того редиса?

— Думаю, что тот редис порвёт тебя на куски! — добавила Лиара.

Ася испугалась. Ведь её подруга, что-то слишком дерзит перед ними. Главное, чтобы после этого не было негативных последствий. Но Лиара только разогревалась.

— Та я этого редиса!.. — Хэймон приостановился. — Очень жаль, но твоего парня я легко уделаю в бою!

В этот момент подошёл продавец, он принёс мороженное для фотсижу.

— А вы что-нибудь будете? — спросил он Хэймона.

— Ничего… спасибо, — вежливо ответил тот, по крайней мере постарался.

Тэр кивнул и удалился.

— Парень? — удивилась Ася и презрительно посмотрела на Лиару. — А ты всё молчишь, ничего не рассказываешь?!

— Это… Всё сложно и необычно к тому же.

Мила начала посмеиваться.

— Ты Лиара, верно? Я тебя понимаю, эти парни очень странные.

— Что ты имеешь ввиду? — приподнял бровь Хэймон.

— Да всё! — Мила подняла высоко голову и вкусила сладкое мороженное.

— Это уж точно, — добавила Ася, — вы ведёте себя, как последние козлы!

«Все кроме Фелгмара».

— Это кто тут козёл?! Я? Или Стейнор?

— Вы оба, — добавила Лиара, — да и вообще все.

«Кроме Фелгмара».

Стейнор спокойно захватывал ложечкой поверхность клубничного мороженного и быстренько его смаковал. Ему было абсолютно всё равно про что сейчас идёт разговор, или же просто не подаёт виду. Интересно, является ли он собеседником этого диалога?

— Давай так, — серьёзно продолжил Хэймон, — я и твой парень — один на один.

— Ты даже Асю не одолеешь, — ответила Лиара.

— Хэймон, давай без этого, — наконец среагировал Стейнор, посмотрев ему в глаза.

Тот слегка ударил кулаком об стол.

— Скоро и Киликинора будет косо на нас смотреть, — раздражённо ответил Хэймон, встал и покинул их.

— Он всегда такой? — спросила Лиара.

— Он немного вспыльчив, но лучше долго его не злить, а то взорвётся, — ответил Стейнор, наслаждаясь мороженым.

— Впрочем, как и вы все, — добавила Ася.

Соклановец только пожал плечами.

А Мила положила ладонь на лицо.

— Жаль, что меня тогда с вами не было, я бы с удовольствием посмотрела, как ты одолела Нореда.

— Так, если вы забираете её к себе в клан, то и меня берите! — поставила Анисия ультиматум.

— Я только за, — подтвердила Мила. — Только что скажут нам глава и командиры?

— Прости, но мне не интересно, — ответила Лиара.

— Может оно и правильно.

— А что, если я продемонстрирую свою силу, вы возьмёте меня в клан? — воодушевилась Анисия.

Видать у кого-то большое будущее, мечтам нет препятствий — пробивай её насквозь. Скорее всего Анисия не удовлетворила прежних соклановцев и уже рвётся к другим, к более «серьёзным».

— Я могу только оповестить клану о тебе. Но и могу посмотреть на твои навыки, силы должна продемонстрировать на максимум, справишься?

— Справлюсь! Вот прямо сейчас, только давай отойдём, чтобы не навредить кому-либо.

— Ладно, — ухмыльнулась Мила.

Через некоторое время они отошли подальше.

— И какую же силу имеет такая девушка? — спросил Стейнор.

— Ася? В общем, она как-то внедряется тебе в голову и оказывает галлюцинации.

Он поднял глаза верх, будто у него на лбу сидел кто-то, обдумывая возможную полезность.

— Тогда её могут взять в разведку, в Лоидсе полно мест, где можно полазить.

— В том дело, что она не способна читать мысли.

— А в основном то и не надо. Если она может наводить галлюцинации, она просто может заставить недруга отойти в другую сторону или потушить сознание.

— Да, верно…

Повисло молчание. Лиара никогда ненавидела такие моменты, даже с Сином такое никогда не происходило.

— Сегодня… На счёт тех бандитов, — начала она.

— Они изначально грабили лёгкие конвои, разумеется, которые были без охраны. А Норед убил одного из наших, после чего забрал одну реликвию… Впрочем, ты всё сама видела.

— А вы слабовато охраняете вещи.

Соклановец улыбнулся.

— Теперь Соугельс будет за этим следить. Так что буйные разбойники клан не потревожат.

— Спасибо, что тогда прикрыл меня… а то от меня и мокрого места бы не осталось.

Лиара не привыкла благодарить людей, а тем более только что познакомившихся людей. Но что правда то правда — Стейнор действительно тогда уберёг её от смерти. И сейчас он смотрел на неё чудным взглядом.

— Да… не за что…

«И всё? Такое ощущение, что это я тогда его спасла от того психа. Странное это ощущение — искренность».

— Хоть и необычная у тебя реакция на мою благодарность, но всё же — я у тебя в долгу.

Стейнор засмеялся:

— В долгу? Ты же ведь вон как разозлила Хэймона, и у меня появилась причина, чтобы его прогнать и отдохнуть нормально.

Он наконец доел мороженое, чуть осмотрелся и протёр глаза.

— Случайно твоя подруга не убила Милу, мне она ещё живой нужна.

Те как раз успели вернуться и присели обратно за стол.

— Долговато вас не было, — сказал Стейнор.

— Я Соугельсу сообщу о ней, а тебе чуть позже всё расскажу, — заинтригованно сказала Мила.

— Опять всё утаиваешь.

— Что ж, часто вы бываете в городе? — спросила их Лиара.

— Редко. Пока что просто выдают задания, а контракты пока запрещено брать, — отвечает Мила. — Выполняем их вместе и иногда отдельно, вот пришлось быть командиром этой группы.

— А вот и ещё один плюс к девочкам! — заявила Ася.

— Ну не совсем всё так, вот Стейнор тоже мог командовать группой, но он чего-то не хочет, — немного посмеялась Мила.

— Не хочет, тогда не достоин! — гордо добавила Ася.

Стейнор немного развеселился, это показалось странным для Милы.

После ухода соклановцев, Асе до сих пор не вериться, что у неё был диалог с ними, с самими фотсижу. Лиара заметила её счастливое лицо, она явно была на седьмом небе.

— Ну и день, я сидела за столом со фотсижами.

— Может они и не так уж и плохи, как о них отозвался Фелгмар.

— Фелгмар? А ну да… Это же он — твой парень.

— Не совсем, он… просто знакомый, — у Лиары загорелись щеки.

Она отвела свой смущённый взгляд от Аси, отчего та захихикала.

— Какая же у меня таинственная подруга, всё скрывает от меня.

— Лучше расскажи, что же ты там сделала с Милой.

— О, Мила… Ну да, а знаешь, а вот и ничего. Я попыталась ей внушить, что она должна похрюкать, но ничего не вышло… Ох, я ещё так мало знаю.

— Но она всё-таки скажет тому Соугельсу о тебе, значит ты уже не так уж и слаба.

— Возможно ты права.

«В общем, как всегда, как всегда — я права!


Поручение старому воину

Разукрашенные двери распахнулись по сторонам, загоняя противный сквозняк в помещение; огоньки свечей колыхнулись, исполняя маленький танец балерин. Здесь служила просторная и богато обставленная комната, располагаясь на нижнем этаже административного здания. Видать хозяину слишком много достаётся жита, позволяя себе обшитые ковры и панели на стенах. Здесь можно было и почувствовать лёгкость, пока не появился он.

— Полкан Сезари ди Шоль, — отреагировал секретарь, — Илиодор ждёт вас.

Полкан ничего не ответил и холодно прошёл мимо него, будто его приветствовал пёс на пороге дома. Секретарь тут же закрыл за ним двери и смирно уселся на своё прежнее место.

«Садись-садись, пока можно, а то скоро твоё нижнее место может внезапно перестать быть горячим».

Заходя в кабинет, полковник уже представлял упитанного мужчину, с растянутой дорогой одеждой с седыми волосами вокруг лысины. Но сейчас он заметил чёрную одежду — спину какого-то незнакомца. А за привычным столом, как всегда сидел стройный мужчина с маленькой бородой, не слишком в дорогой форме и что самое главное — без лысины. Старый приятель — Илиодор да Фридрис. Он как всегда и постоянно, что-то пишет в своих нудных бумагах.

«Небось уже и истинны придумал, осталось их только кому-то проповедовать».

— Вижу у тебя сейчас гости, — потревожил тишину Полкан.

Незнакомец в чёрной одежде медленно отошёл в сторону, изучая прибывшего гостя с ног до головы. Полкан приметил знак птицы на чёрной одежде этого незнакомца, прикрывающего своё лицо балаклавой. Дисперс.

«Если этого чудака ты увидел — жди беды, или пол-беды».

— Полкан, — оторвал голову со стола Илиодор и привстал с места, — проходи, здесь все свои.

«Из своих почти никого не осталось. Поздно меня уже обучать компетенциям».

— Вижу ты подружился с Дисперсом? — полковник ехидно осмотрел скудную одежду чудака. — В такой одежде небось и в штаны ссать можно.

Илиодор развёл руками, а дисперс продолжал наблюдать холодным взглядом за полковником, отчего только действовал на нервы.

— Я не силён в модах, сам знаешь. А здесь дела, как видишь не ахти, поэтому пришлось ещё и следопыта в это дело втянуть.

— Следопыт, Дисперс этот?!

— Нет. Следопыт просто опаздывает, думаю он отлично составит тебе компанию.

— Компанию? тот, кто опаздывает?.. да ты блин шутит губернатор? — Полкан уставился на Илиодора.

— Это поможет найти основной источник тёмной магии, — вмешался дисперс.

— А, этот секретный воин скрывающейся под маской ещё и разговаривать умеет? Браво, разговорчивых обезьян мы уже нашли, надеюсь нам осталось найти разговорчивых верблюдов, дабы в пустыне не заблудиться.

— Хватит уже. Полкан, ты как опытный воин, да к тому же герой предыдущей войны чёрт побери, сможешь с этим справиться, — сказал Илиодор.

— Решил выбрать именно меня?

— Опытный офицер?.. Конечно чёрт тебя побрал!

Полкан отошёл от Илиодора и посмотрел на дисперса, как тот хлопал ему глазами.

— Ну хорошо… допустим, — начал полковник, — а что ты там говорил про тёмную магию, найти источник?

Дисперс спокойно кивнул, не отрывая от него взгляда.

«Что можно ещё ожидать от них, неужто так сложно сказать «да»? Но нет нужно показать, какой ты из себя крутой».

Полкан взялся за подбородок и немного посмеялся:

— Что-то я не пойму, как найти этот источник если этой магией балуются по всему миру?

«И действительно как? Неужто у нас затаился главный колдун-некромант?»

— Именно здесь в окраинах Альгисти, совсем иная магия, — начал Илиодор, — грубо говоря одна и та же.

— Этой магией пользуется отдельная группа, — добавил дисперс, — она же не просто оставляет за собой чёрный след, но и похищает припасы, зачем-то нападают на военные посты и казармы.

— На счёт казарм слышал, — ответил Полкан, — мне Бакос уже все уши этим прожужжал.

— И поэтому мне пришлось обратиться в Нюр Арем за помощью, — сказал Илиодор.

— И они нам прислали одного дисперса, браво! А те, кто сидят в столице, чешут задницы и плюют в потолок: «подумаешь там беда в Альгисти, отправим-ка к ним одного из Дисперс и пусть там разберётся!»

— Моя работа уже окончена, надеюсь, что вы справитесь со своей задачей, — ответил дисперс, и сдержанным кивком зашагал прочь.

Илиодор выдохнул, заложив руки за спину и позволил себе немного пройтись по комнате.

— Не стоит так сильно влезать в политику, там уже давно искоренились слова наподобие: честь и гордость.

— О, да… ты ещё не знаешь, что чёрт побери происходит сегодня, — завёлся Полкан. — Сейчас люди только и думают, чтобы набить деньги в карманы, будто их это от тёмной магии спасёт.

— Коррупция?

— Торговля, сейчас только этим и вдалбливается в голову, и сам знаешь, что это влечёт к контрабанде.

Илиодор остановился и хмуро посмотрел на открывавшийся за окном вид, и повернулся на звук.

В комнату забежал один парень.

— О, вот уже и следопыт пришёл, Декстер!

«Декстер? Молодой парнишка?»

— Это… — промямлил полковник.

— Это опытный следопыт и даже хороший воин, — говорит Илиодор, — маг льда, соклановец Редиса…

— Соклановец?! — прервал его Полкан. — Я терпеть их не могу, какого чёрта я с ним буду работать, у нас что, разведчики пропали?

— Полковник Сезари ди Шоль, — сказал Декстер и низко склонил голову. — Знаю, что сейчас кажусь непригодным для этого задания, но для меня большая честь доказать ваше ошибочное мнение!

«Вежливости у него хоть побольше чем у дисперса».

— Редис недавно выполнил золотой заказ от гратеев — убив одного беса, — Илиодор подошёл к ним. — Так что он уже проверен.

— Всего-то беса?.. — переспросил Полкан.

Илиодор погладил свою бородку и отвечает:

— Тот бес был невероятных размеров, Маслов всё задокументировал. А это значит, что до той твари скорее всего дотронулась рука тёмной магии, ведь таких огромных чудищ не существует. — Он жестом руки кое-что попросил у соклановца.

Декстер передал ему листок, тот его за полсекунды успел прочитать и немного задуматься. Полкана всегда поражало его умение читать; обычно Илиодор за несколько десятков минут может прочесть толстенную и нудную книгу, а после всего лишь протереть лоб.

— Понятно, — проговорил Илиодор. — В общем это сходится с информацией дисперса.

— И что же там написано? — спросил Полкан.

— Использование этой новой тёмной магией произошло не так давно, примерно пять лет назад, и более схожей применений этой магии ближе относиться к южному региону, там сейчас правит Гид. Вы должны оба направиться туда и сделать тщательный осмотр.

— Чем быстрее закончим, тем лучше, — ответил Полкан, передёрнулся и зашагал к выходу.

Декстер поспешил за ним.

Полковник вышел из роскошного здания, как позади него догонял соклановец.

— Сезари ди Шоль, вы сейчас направляетесь в южный регион?

— Да, и к тому же, — Полкан приостановился и повернулся к нему: — Запомни: я тебе не друг, все соклановцы — мне не друзья. Понял?

— Так точно, — вяло ответил тот. — Ну так если сейчас туда направляемся, нужно ведь подготовиться?

«Что за молодёжь пошла? Видно, что они мало чего видели. А как мы кидались в приключение: с одной буханкой хлеба и с глиняной миской, и то некоторые не долго продержались… Были же времена!»

— Тебе сколько лет?

— Двадцать.

«Совсем ещё зеленый, как он вообще контракты умудряется выполнять, да ещё и золотые?»

Полкан выпрямился.

— Ты можешь здесь остаться, я сам обо всём позабочусь.

Декстер впал в недоумение, покачивая головой.

— Ничего подобного! — сжал он кулаки. — Это и моё задание, так что я с вами.

— У тебя здесь есть девушка?

Соклановец отрицательно покачал головой.

— Ну так найди лучше!

— Пап! — послышался голос.

Полкан отреагировал на звук, где стояла девушка с длинными волосами. Она держала руки за спиной. Как Полкан в последний раз её видел — она улыбалась. Но сейчас её лицо не было таким радостным.

Он повернулся к редису:

— Если она — ты труп, а теперь иди подготавливайся, выступаем через несколько дней.

— Так точно, — выговорил Декстер и тут же удалился.

Внутри что-то колотиться, неужто сердце? Старость — не радость. Прикусив губу, Полкан медленно направился к девушке. Она тоже сделала шаги. И что ей говорить? Как себя вести? Снова позволить самому всё разрешиться?

Они остановились перед друг другом, не произнося ни слова. Полкан не отводил взгляд с её глаз, даже ураган бы не заставил его моргнуть; девушка надула щёки, стараясь не проиграть ему в гляделки.

«И пусть меня хоть бес дёрнет!»

Это молчание громко било по ушам. Через пару секунд солнце успело зайти за горизонт, что только облегчало в нелёгком противостоянии. Лицо Полкана было настолько холодным и суровым, что любой проходящий мимо человек ощущал этот холод на себе.

Девушка выдохнула и закрыла глаза, натягивая широкую улыбку, что сразу сбило его с толку. Таких моментов он не ожидал, как и сейчас, как было это раньше. Вновь попался.

— Ты никак не меняешься, — открыла она глаза, — эта армия из тебя статую сделала.

«Это ещё мягко сказано».

Армия действительно превращает тебя в камень, особенно на войне. Некоторые ломаются под суровостью или попросту сходят с ума. Раньше всё было по-другому. Солдаты погибали во время долгих маршей, особенно если это было в холодные месяца. Сначала они теряли силы, отставали, а затем падали. Через некоторое время ты начинаешь понимать, кто из них уже уставший-труп — превращая тебя в каменную статую. Потери людей на глазах — ужесточает или разрушает.

Слабое место — только его дочь, — последнее, что у него осталось.

— А тебя Фотсижу слишком мягкой, — ответил он ей, — эти треклятые кланы тебе ничем не помогли, и как ты могла после вступления туда, аж три месяца меня избегать?

— Ну прости-прости, там были очень сложные испытания…

Полкан понял, что она не всё договаривает и тут же добавил:

— Это всё из-за того парня? Если он мне попадётся, разорву на части!

— Эй, вообще-то я сама решила вступить в Фотсижу. И кстати, твои тренировки очень кстати пригодились, — сказала она в сторонку, немного смущаясь.

Полкана схватило чувство гордости, что сумел хоть как-то подготовить её к чему-то. Если он сейчас бы находился один дома, то наверняка бы слезу пустил. Его каменное лицо наконец размякло и он смог наконец сделать лёгкую улыбку, хоть и на вид казалась угрожающей.

— Ну здравствуй, Мила, — спокойным голосом поприветствовал её.

Она тут же накинулась на него и крепко обняла. Он принял её объятия. Видимо каменная душа уже не такая крепкая, как прежде, ощущая прилив горячей энергии.


Зажигающий вечер

— Ваше имя?

— Лиара… Что? — возмутилась она. — Это закрытая территория?

— Сегодня — да. Гоген любит устраивать вечеринки, но сегодня только по приглашению.

— И вряд ли он приглашает незнакомцев.

— Вы сказали Лиара?

Она сомнительно кивнула. Тот опустил глаза на список.

— Лиара да Альгисти, вы есть в списке, проходите.

Видимо Фелгмар всё успел предусмотреть.

Территория Медуси охватывало приличный участок, окружёнными маленькими домами, дворами и яркими огнями при темноте вечера. Люди развлекались разными способами: объедались, танцевали, в тихих уголках культурно играли в карты и прочими забавами. А в уютных и освещённых местах музыканты исполняли весёлую музыку. За длинным столом выпивало несколько мужиков на спор, и один из них уже лежал в не своей тарелке. Хочешь повеселиться, Медуси — твой рай.

Во дворах, где распространялись столы вдоль стен, сидели влюблённые пары. Лиара засмотрелась на их счастливые лица, испытывая нечто подобное. Мечта любой девушки.

Перед ней тут же встал Фелгмар. Это было так внезапно, что она не знала, как отреагировать. Он улыбнулся и тут же её приобнял.

— Мне до сих пор не вериться, что ты пригласил меня сюда, — растроганно выговорила Лиара.

— Даже здравствуй не скажешь, видимо нужно разогнать этот процесс получше.

Усевшись за стол, Фелгмар тут же достал две кружки из-под стола.

— Что-то ты долго, я уж думал умру, не дождавшись тебя.

— Дразнила тебя, — ответила Лиара, привыкая к местности.

И она вновь осмотрелась. Некоторые девушки и женщины были одеты в разноцветные платья, а другие так же, как она: в штанах и рубашке. В них хотя бы можно свободно дышать и двигаться по сравнению удушливых платьев, где с трудом успеваешь поймать глоток воздуха. И всё ради мужчины.

Она слегка надулась, но Фелгмар смотрел только на неё, отчего она ещё сильнее смущалась. Видать не всем интересно смотреть на красующиеся одеяние на телах. Хоть Альгисти город большой и богатый, люди ещё не сильно смотрят на внешний вид. Ведь до сих пор витает дух прежних войн и былых разрушений, да к тому же в городе проживают гратеи, которые отлично составляют компанию и проявляют к себе большое доверие и уважение, но одеты они — как попало. Но есть такой огонёк, что хочется порадовать своего избранника — своей загадочной индивидуальностью.

— Решил напоить меня? — сомнительно спросила Лиара.

— Это улучшит твоё настроение.

— А может я против, — скрестила она руки.

Фелгмар слегка улыбнулся.

— Ты такая милая, когда злишься.

Лиара снова покраснела.

— Хватит это говорить, самому-то не надоело?

— Мне тоже хочется тебя подразнить.

Она отвела взгляд на музыкантов.

— Что ж, — начал Фелгмар, разливая вино, — решишь ли ты меня поддержать?

Он взял кружку и слегка отпил вино. Лиара неохотно повторила за ним.

— Ну, как чувство?

Она немного подождала, распробовав напиток.

— Вкусно, довольно сочное, шелковистое, насыщенное и мягкое… а ещё в груди какой-то огонёк, наподобие огня.

— Не думал, что ты дегустатор.

— Химия и алхимия, их изучения требует много практики, — она поставила кружку на стол: — Не скажешь, как я оказалась в списке приглашённых?

Фелгмар опустошил кружку.

— Гоген является редисом. Мне всего лишь нужно было с ним поговорить.

— Соклановская дружба?

— Скорее всего услуга. Ну так что, повторим?

Та кивнула. Вино очень неплохое, так почему бы и не выпить?

После некоторого времени, музыканты начали играть очень спокойную игру, видать слишком много выпили дабы продолжать веселье. Всех пьяных танцоров возвращали за стол, а их места занимали другие пьяницы.

— Хорошая музыка, — сказал Фелгмар и привстал: — Позвольте мне пригласить вас на танец.

Лиара только мило посмеялась.

— С большим удовольствием, — и протянула ему руку.

Выйдя на площадку, они пристально смотрели на друг друга. Лиара вновь засмущалась, но алкоголь постепенно убирал этот противный и невинный эффект. Ощущая тепло Фелгмара, согреваясь от дерзкого холода, она всё ближе начала к нему прижиматься. Он тут же распустил руки по её телу; в танце он медленно и уверенно продвигался к стенке, где наконец он смог прижать её полностью. Неведомая химия внутри образовало холод среди выходящего тепла из тела, такая грубость её только сильнее разжигало. Лицо Фелгмара слишком близко, глаза устремлены в её взгляде.

Она чувствовала его запах, дыхания свежего вина. Он прикоснулся кончиками пальцев к её лицу, медленно пробежав по мягкой щеке. Тёплые губы дотронулись до горячей поверхности. Лиара как раз перевела их к своим губам, приподнявшись на носочки, и ещё сильнее прижимая его к себе. Мысли потерялись в воздухе, среди таких же пар, как и они.

Биение сердца и неуклюжесть, слегка раздражало, как Фелгмар быстро спасал ситуацию: понемногу перешёл на щёки, затем шею, утопая её в тёплое море. Она открыла на миг глаза и заметила ярко-жёлтую вспышку.

В один миг Лиару ослепил яркий свет. Сначала разорвались каменные стены, затем прилетел звуковой удар взрыва. Вдох и выдох, вдали послышался вой кричащих в панике людей. Повсюду дым, дворы и зелёные лужайки с фонтанами оказались в огне или были разрушены, люди бегали в разные стороны, пытаясь найти выход.

Лиара откашливалась от затхлого дыма и прикрывая рот предплечьем, старалась меньше вдыхать горящие осколки в воздухе. Фелгмар схватился за неё, стараясь спрятать в безопасное место.

— Лиара, ты в порядке? — откашлялся он.

— Вроде да.

На самом деле она чувствовала слабость. Проклятое вино! Фелгмар помог её вывести к более не горящему месту. Маг огня тоже уязвим к огню, — Лиара чувствовала жар на коже, и как яркое пламя светило ей в лицо, не горячее, чем сам огонь мага.

Гул людей только увеличивался, отчего голова раскалывалась ещё сильнее. Но было слышно и другое, будто что-то резко шлёпало и резало со звоном металла. На территорию Медуси ворвались люди в масках, с колющим оружием в руках. Вооружённые люди вырезали всех задыхающихся людей; некоторые уже не шевелились от недостатка воздуха, другие блевали, пытаясь вдохнуть каплю кислорода.

Очередной взрыв произошёл неподалёку от Лиары и Фелгмара. Пыль распространилась по воздуху, огонь отражал своим свечением всю эту грязь над головой. Из одного задымлённого дома выбегали люди, полностью зажмурившись с вытянутыми руками, пытаясь наткнуться на какой-либо предмет. Им не повезло, как их приняли бандиты.

Фелгмар успел оттолкнуть Лиару, как очередной взрыв откинул его в сторону.

Она попыталась оттащить его, но из-за собственного кашля не услышала пробравшегося к ней неприятеля; в последний миг она услышала топот и резко обернулась. Копьё прошло мимо. Она резко подорвалась и замахнулась на него, но тот блокировал удар и схватил её за горло.

Лиара сжала копьё, дабы тот не смог её заколоть, но вторая его рука всё сильнее и сильнее сжимало ей горло. Оставшиеся силы покидали тело, пытаясь свободной рукой разжать впитавшуюся ладонь. Фелгмар мог бы успеть помочь, но он неподвижно лежал на земле.

— Ты не можешь всех спасти! — проговорил бандит в маске, продолжая сжимать шею, после чего медленно повернул голову в сторону.

Из дыма и пепла появилась тень с мечом. С каждым вдохом тень начала приближаться к ним. Лиара с трудом могла разобрать кто там стоит, неожиданно она замерла. Время остановилось: тела застыли, даже свет перестал мелькать. Тень в дыму приняла боевую стойку. Огонь, воздух, бандит сжимающий горло — застыли, словно расплав металла. Звук одного дыхания, еле-еле эхом пронзалось сквозь воздух, прорываясь сквозь миражный барьер.

Чёрная фигура замахнулась, послышался мгновенный скрежет.

Вновь всё пришло в норму.

Хватка в шее ослабла, Лиара резко перевела взгляд на закрытое лицо недруга, — тот начинал задыхаться, с его рта выплеснулась кровавая пена. Он пытался что-то прошептать, но от бессилия у него закатились глаза. Она тут же вырвалась от хватки, после чего сильно начала откашливаться, как бандит же неподвижно свалился на землю. Ему уже кашель не поможет.

— Фелгмар… — проговорила она и пытается через накатившиеся слёзы рассмотреть хоть что-то.

Ей помог встать этот незнакомец. Она протёрла глаза и узнала его — Стейнор.

— Что?.. — выговорила она, похрипывающим голосом.

— Ты должна уходить отсюда.

— Я без Фелгмара не уйду.

По другую сторону, бандиты начали сбегаться с территории.

— Я позабочусь о нём, а сейчас беги… Ну же!

Лиара закрыла своё лицо, встала на ноги и побежала в безопасное место.

Глава 2

 Сделать закладку на этом месте книги

Стейнор убедился, что она покидает Медуси, как на него бежали двое недругов. Прокрутив в руке меч, он взмахом провёл лезвие по воздуху, выпустив из неё обозрения волн, что мгновенно пронзили нападавших; их части тел разлетелись в стороны, разбрызгивая кровь на землю.

За спиной он услышал свист лезвия, отчего он тут же отреагировал: бандит пытался заколоть его, как Стейнор разрубил ему грудь, выпустив тёмную струю крови посреди яркого огня.

Очередной бандит начал разрывать на себе одежду, а его тело светиться жёлтым светом; он кричал что было мочи, и с каждым шагом становился всё ярче, пока его свет не начал слепить глаза.


* * *

Лиара почувствовала резкий обжог в спину, повернулась назад и тут же сморщилась от яркого света, обжигающего лицо. Даже при закрытых глазах видишь проклятую вспышку… И проклятое пламя! Она заметила чёрную фигуру Стейнора, а за его спиной ещё кого-то. Пошевелиться нельзя, что-то держало её изнутри, как с трудом смогла закрыться ладонью.

Очень тяжело дышать, сердце начало медленно биться и всё отчётливее; вдох первый — второй — третий. Лиара попыталась закричать, но голос отсутствовал, как и слух.

Теперь осталась лишь боль, а после…


* * *

На улицу выбегали солдаты, трепыхаясь и бряцая своими доспехами. Ася была этим напугана и сразу же направилась за ними. Солдаты выстроились в линейку, сдерживая оживлённую, гудящую толпу. На большой ящик залез командир и начал всем орать во всё горло:

— Разойдитесь по домам, здесь не безопасно. Разойдитесь!

Вдалеке слышались гулы взрывов. За линией солдат выстроилась новая цепочка воинов, направляясь в сторону беды. Женщины и дети тут же дались панике — начали покидать оживлённую улицу; мужчины наоборот воодушевились, продолжая толпиться.

Анисия не могла понять, что происходит, она пролезла между людьми, подобралась ближе, дабы рассмотреть случившееся. В воздухе появился запах серы и металла, через несколько секунд начало что-то очень ярко светиться вдалеке. Люди тут же указывали пальцами на происходящее.

По улицам прошёлся громкий хлопок, будто само небо свалилось на землю — крики людей усилились после всхлипа, — земля задрожала, после чего со стороны солдат пошёл огромный прилив волны, что смогла сбить всю толпу с ног, стёкла вылетели из окон, свалившись на головы.

Ася успела правильно лечь, чтобы она не отлетела далеко. В этот момент её толкнули несколько раз; сверху начали падать солдаты со своими металлическими доспехами. Благодаря подготовленному телу, Анисия смогла кое-как увернуться от падающих тел. Остальным повезло меньше, как обмундированные солдаты свалились прямо на них, ударяя их своим весом. Люди начали бежать со всех ног куда попало, другие полезли в драку, остальные попытались помочь раненным.

— Вот проклятье, Лиара! — крикнула Ася и рывком кинулась вперёд.

Часть одного здания упало вниз, ограничив видимость; со стуком камней что-то разломалось, и кусок камня прилетел прямо в бровь, затормозив Анисию. Со лба начала идти кровь, но она не думала об остановке, она всё ещё могла идти.

Под ногами попадались оглушённые солдаты, по сторонам они откашливались от нарастающей


убрать рекламу






пылюги. Видимость упала из-за крови, но дорога ещё видна, осталось совсем чуть-чуть. На удивления больше взрывов и хлопков не слышалось, только бряцающие и кашляющие солдаты, — а крики раненых граждан начали прорезаться сквозь оглушения.

Наконец добежав до точки назначение, Анисия впала в шок. Вместо территории Медуси образовалась пустота: ни огня, ни дыма, ни зданий и дворцов — только равнина с падиной в огромном радиусе.

— Что… что это?.. — пробормотала себе под нос, морщась от едкого запаха.

Под ногами была обугленная земля, пепел и больше всего раскалённого железа. От этой почвы исходил жар, запах горелого металла с кровью.

Ася пробежала по горячей земле, в надежде найти хоть одного выжившего.

После неудачных попыток, она свалилась на колени. Кровь с её лба падал на раскалённый металл, который испарял красную жидкость: кап-кап-кап.

— Живо осмотреть место взрыва! — послышались крики воинов.

Анисия заметила какую-то вещь в этой пепельной почве, и начала руками откапывать грязь, чтобы достать это. И наконец вытащила оттуда кожаные перчатки. Она узнала эти знаки — те самые перчатки, которая носила Лиара. Она не могла ничего понять, кровь с её лба достаточно закрывал видимость, что хочется сильно ошибаться и думать, что всё не так. Вокруг этой пустынной равнины, всё отчётливее раздавались крики. Осмотревшись, резко перед её лицом встала фигура в плаще, на первый взгляд показался грубым и недоброжелательный типом.

Ася посмотрела на его одежду и свалилась в обморок.


* * *

Альгисти на следующий день был покрыт серостью и обыденным густым туманом, который витал над городом, рассасываясь сквозь лучей солнца. Из окон можно наблюдать, как жители нервно спешили. На земле лежали стёкла разбитых окон, и кукла, на которой не было никаких тканей. Если хорошо присмотреться, можно у неё заметить, оставшиеся следы от чёрного угля; глаза закрыты, словно погружена в пустую темноту, что так и манит глубже податься в небытие: почти живая, не слышит криков или кашель прохожих, кроме шума моря, которым хочется наслаждаться вечно — будто не было головной боли, никогда не было чувства тела… а была лишь пустая кукла, что лежала сама, ощущая воздух, пропитанным страхом, что так сильно накалял адреналин в крови.

— Что говорит разведка?

— Следов почти не осталось Илиодор да Фридрис, — ответил подчинённый, — но некоторые утверждают, что это след тёмной магии.

Илиодор осмотрел рамки окон, на которых оставались осколки стекла не вырвавшись наружу. Он был никак разочарован тем, что его кабинет будет пропускать ветер, пока не заменят на другое окно.

— Может ли быть, что на окраинах тёмная магия могла быть приманкой?

— Если так рассуждать господин, это вполне может служить атакой на Медуси.

Илиодор присел за стол и начал перебирать бумаги.

— Видишь, как погода резко изменилась? — сказал он.

— Погода, как всегда, только ветер небольшой.

— Возможно это из-за непривычной обстановки, всё-таки стекло мне нужно сменить.

— Как скажете.

В дверь постучались.

— Войдите! — крикнул Илиодор.

В кабинет вошёл человек, одетый в обычную гражданскую одежду. Он подошёл к ним и положил на стол запечатанный конверт с чёрным знаком Дисперса.

— Письмо из организации, предводитель, — сказал он очень серьёзно, будто ночь не спал, повторяя эту фразу.

— Принял, — ответил Илиодор и жестом его освободил.

Этот конверт испарял напряжение, ведь написанное там, что-то очень серьёзное и как всегда оно бывает — страшное. Видимо, тот кто пишет эти письма любит пошутить, представляя наисерьёзнейшую организацию в стране.

Илиодор сломал печать и принялся читать множество слов, вышагивая круг по кабинету.

— Катаджи.

— К-катаджи? — выдавил из себя подчинённый.

Илиодор сложил письмо и спрятал в карман.

— Быстро готовь коней в Фотсижу!

— Прямо с-час?

— Разумеется балда! Нужно с ними связаться, сами то они молчат заразы.

— Будет сделано!


Другая сторона медали — Резам

Полкан глубоко выдохнул, сидя на коне, принюхиваясь к ощущениям резамовских земель на свежевыбритом подбородке, обращая взор на окружение.

Ясное утро, — самое его начало. Туман уже рассеялся, открывая вид дороги и стороны тёмных зеленей поросших лесом склонов. Впрочем, для полковника здесь ничего не изменилось за эти годы. Наездник Декстер также осматривал окрестности, изящно зевая.

— Видно, что ты не очень хорошо спал, соклановец. — Полкан сделал ударение на последнем слове.

— Скоро проснусь, только ещё немного посплю, — утомлённо ответил тот.

— Ха! — воскликнул Полкан. — Тут-то выспишься… Я до сих пор здесь чувствую запах крови и металла на зубах.

Декстер получше завернулся в одеяло, ведь утро здесь довольно прохладное, хоть это и южная часть страны. Раздувая ноздри и жмурясь на утреннем воздухе, он вставил:

— Всё из-за Катаджи?

— Верно, Катаджи. Ох и много тут крови было пролито за правильный мир, как внезапно снова может нагрянуть война.

В его речи была услышана нотка радости, будто он получал от этого маленькое восхищение.

— Смотри не заспись, а то скоро жара, проснёшься весь в поту, а потом вонять будешь на весь город.


* * *

Сидя за столом, Гид чувствовал себя ужасно неуютно и желал, чтобы эта пытка поскорее закончилась. При первой мысли об отдыхе, сразу в глаза бросался отблеск золотой посуды и монет.

— Вода, засуха, — бормотал заместитель. — Только посмотрите, что требуют… э-э, а деньги кто будет давать на всё это?

Мытарь замялся, протирая платком свой мокрый лоб. Гид же не сдержался и позволил себе выпить вино из кубка, что временно его освежало. Но после употребления становилось только жарче.

— Так… у нас здесь… — говорит заместитель. — Пекарь! Но мы его пропускаем, далее идёт, э-э…

Стук в дверь вывел их от бессмысленного раздумья, что только даже немного позабавило. В кабинет вошёл солдат.

— Милорд, офицер Лоидса, Полкан Сезари ди Шоль прибыл.

Гид попивая вино поперхнулся от услышанного. Он тут же протёр лицо рукавом и убрал мешочки с лодисами себе под стол.

— Ха-ха, ну чего же ты стоишь? Впустить его!

Полковник зашёл, заложив руки за спиной. Он начал осматривать здешнее административное здание, — всё не так, как снаружи, прям благолепие.

«И к тому же чувство холодного взгляда чужаков, как на пришельца».

Мытарь нервно постукивал пальцами по столу, и неуклюжа поправлял очки на переносице. Только Гид, казалось, ничего не испытывает. Он оглядел этого полковника с ног до головы, сильно нахмурившись; этот командир внушал ему большое впечатление, особенно, что тот прибыл из Альгисти.

— Ага, вы пришли от Илиодора… — Гид покатал языком во рту, прежде чем продолжить: — …с очень важным заданием.

— Так точно, уже успели и позабыть меня? — спросил Полкан, занимая себе больше пространства.

«Этот гнусный торговец не только взял место управляющего, да ещё отрастил пару подбородков у себя на шее. Где же ваша изысканная речь, с помощью которой вы завоёвывали доверия людей? Утратили? Но хоть одно осталось при вас — утончённые и никому не нужные манеры. Разочаровываете вы меня, Гид».

— Да как можно забыть такого человека, весь Лоидс о вас наслышан, — ответил Гид, смакуя вино. — Так… что за задания у вас, могу ли я предложить вам свою помощь? — Наклонился он, и также начал постукивать пальцем по столу в ритм мытарю.

— О, разумеется, — отозвался Полкан. — Разведка донесла, что в этих землях был обнаружен источник тёмной магии.

Гид приподнял бровь, он засмеялся, потом захохотал, молотя кулаком по столу. К нему присоединился мытарь и заместитель.

— Правда, то правда! — воскликнул Гид. Мытарь и заместитель тут же замолчали, как только у него прекратился смех. — Прошу прощения конечно, но, если я не ошибаюсь, тёмной магией балуются по всему миру, а у нас в Лоидсе, с этим активно борются, и в Резаме тоже.

— Понимаю, — сказал полковник. — Но боюсь, что дела обстоят намного серьёзнее.

— Действительно, серьёзнее. — Гид наклонился вперёд, поставив локти на стол. — Но скажите мне, почему вы не разбираете дело в Альгисти, вы же знаете, что произошло там вечером?

— Вы уже чем-то осведомлены?

— Голуби быстро передают информацию.

— Я так понимаю вы хотите мне что-то сказать?

— Пока вы добирались сюда, в Альгисти произошёл теракт. Территория Медуси была полностью уничтожена и все находящиеся там люди тоже.

Полкан сильно задумался и впал небольшое недоумение.

— Теракт?

— Да, а вы ищете источник тёмной магии в Резаме. Видимо, кто-то воспользовался хорошим моментом, пока вы отсутствовали в городе.

— Там есть кому разбираться, — Полкан громко ступил на пол, отчего мытарь вздрогнул и перестал стучать по столу. — Мне было поручено разузнать, что происходит именно здесь, бывшей территории клана Катаджи. Так что я прошу у вас разрешения здесь ненадолго остановиться и предоставить мне возможную информацию о негативных проявлениях в этом округе.

Гид откинулся на спинке стула и глубоко выдохнул сквозь зубы.

— Да будет так, — сказал он и отпил вино из бокала, причмокнув губами. — Поселится сможете у Михаила, он наш мастер-кузнец в городе. Про вашу тёмную магию нам ничего не известно, но бандиты и разъярённые граждане воссоединились на Чёрной реке и на руинах Лизистрэйта. Там сейчас военные лагеря, пытаются поддерживать ситуацию.

— Благодарю, а теперь, позвольте мне приступить к работе, — ответил Полкан и направился на выход.

«И будь ты проклят, старый Гид!»

Как Полкан хлопнул дверями, Гид протёр рот рукавом, после чего позволил себе расслабиться, затем откинул голову назад.

— Как думаете, проблемы будут? — Он поставил ногу на письменный стол с удовлетворённым вздохом.

— Э-э…

— И я так думаю. На всякий случай приберитесь.


* * *

Ярко-светлое солнце освещало наполненную шумом улицу и её суету. Крики торговцев, десятки повозок и телег, загромыхавших по булыжникам, оживляли город, а также отлично пробуждал свежий запах дерьма. Конечно здесь не так людно, как в Альгисти, но эта толпа всё равно действовала на нервы, да ещё солнце в зените жарит бледную кожу.

«И куда только облака делись, ведь были совсем недавно».

К Полкану тут же присоединился Декстер, он был уже одет, как можно свободнее.

— Ты успел всё осмотреть здесь? — спросил его полковник.

— Так точно!

— Нам нужно здесь остановиться, у кузнеца Михаила, знаешь где кузницы поблизости?

— Есть тут одно место, кузнецов там хоть бери и забирай.

Они оседлали коней и отправились на место назначения. Сколько бы не было по пути людей, всё равно найдётся зевака, который не увидит и не услышит лошадь, после чего ударится об неё, а потом будет орать — «Ты что не видишь, куда едешь?». Но рассматривая всадника, они сразу же замолкали, пробубнивши себе под нос извинения, и пойдут дальше по своим делам.

«Здесь жизнь явно не ахти, люди найдут любой повод, чтобы выместить свою злобу».

Добравшись до точки назначения, они спешились. Под такую жару удивляешься, как люди могут находиться на улице, да ещё и в сознании.

В воздухе начал слышится запах пайки меди и райский звук штамповки металла. Это напоминало былые походы, как — раз за разом солдат обделяли тяжёлой бронёй и лёгкими мечами. Были же времена!

Местность ковки огораживал маленький деревянный заборчик, который можно с небольшими усилиями переступить. Полкан же открыл калитку и вошёл на эту территорию вместе с Декстером.

Пройдя дальше, они заметили кузнеца, молотящего раскалённое ремесло на наковальне. Одет так же, как и в Альгисти: в обычном фартуке, с рубахой белого цвета.

— Могу спросить? — подошёл к нему Полкан.

Тот кузнец отвлёкся на него со своим уставшим взглядом, но рассмотрев военную форму полковника, он тут же отбросил инструменты.

— Д-да, чем могу быть полезен?

Голос его был низким, но не отвратительным. Если бы он занимался музыкой, то из него вышел бы отличный певец.

«Подумать только, что заставляет людей идти не по той дороге, и всё ради чего? Из-за войн, или же за тщеславия управляющих лиц?»

— Если я не ошибаюсь, я имею дело с Михаилом?

— Нет, что вы, — отозвался кузнец. — Михаил сейчас может находится где угодно. Вы проверьте там, — показал он на здание. — Может Чарси найдёте, она как раз его ученица, наверняка знает, куда мог отправится мастер.

— Благодарю, — ответил Полкан и покинул его.

Снаружи это здание ничем не выделялось: здание, как здание. Но, как помнил Полкан, в этом городе, присутствовал клан Катаджи, где почти ничего не осталось из построек, только одни руины. Видать предыдущий предводитель очень хорошо постарался, чтобы отстроить Резам, где сейчас люди живут своей утомительной жизнью; осталось лишь ждать, когда Гид разрушит всё из-за своей безразличности.

«А ведь сколько же было вложений на эти здания, окна, дорогах, на улицы? Конечно этот город не для туристов, но для личных целей он послужить тоже может».

Внутри же этого здания, довольно обширная гостиная, а далее простирался коридор и лестница на верхние этажи, больше похоже на общежитие. В самой же гостиной, были ещё два человека, проверяя стены на прочность.

— Случайно Чарси не знаете? — обратился к ним Декстер.

Незнакомцы с выпуклыми глазами посмотрели на них, и сглотнув ответили:

— Так… во дворе она, по ту сторону, — указал один из них рукой на коридор.

Соклановец кивнул им.

Проходя между парадными дверьми, чувствуешь уют, особенно деревянный пол. Даже здесь сохранили старые традиции домашнего очага.

Выйдя из здания во двор, в глаза кинулись торопившиеся люди, которые ходили туда-сюда: таскали оружия, молоты, кувалды и очень много воды. Воздух намного горячее, ведь здесь эти кузни почти всё занимали. За деревянным заборчиком, толпились мужики, которые получали мечи и доспехи, затем грузили их на повозки, а за ними длинная очередь торговцев. Запах навоза не сильно чувствовался, благо ковка металла перебивало его.

«Какое место! — Полкан вдохнул горячий воздух. — Оно прям, как перед боем. Перед тем самым рассветом, когда железо смешается с кровью».

Декстер указал на девушку, ковавши металл. Раз уж Чарси является ученицей Михаила, то она наверняка будет заниматься ковкой.

— Добрый день, — начал Полкан.

— Добрый-добрый, пожалуйста не занимайте очередь, скоро всё будет! — ответила девушка.

Одета в фартук, как и остальные кузнецы, только в длинной, как платье, с красным оттенком, шнурованное на спине и на тыльной стороне её запястий. Сама стояла к ним спиной, так что не могла видеть своих гостей; всё продолжала бить молотом по мечу, да с такой силой, что искры едва долетали до лица Декстера.

— Я ищу Чарси, случайно это не вы?

— Сказала же: ожидайте очередь! — выкрикнула она, и силой колотнула по оружию.

В её голосе можно услышать небольшое раздражение, ведь заказы растут прямо на глазах, как всё больше толпился народ с оружием из стороны в сторону. Тут и вправду можно из ума выжить.

— Мы хотим узнать только одно, где сейчас находится Михаил? — настойчиво продолжил Полкан.

Девушка прекратила ковку, она взялась за рукоять меча и подняла лезвием вверх, после чего разрубила стебель дерева пополам, что лежал для пробы. Она наконец посмотрела на них, и ахнувши попятилась назад, едва сдерживая изготовленное оружие.

— Вы… Я вас узнала, вы — Сезари ди Шоль!

— А вы Чарси, ученица Михаила?

Девушка аккуратно кивнула, затем положила меч обратно на наковальню.

— Мастер Михаил ушёл, выпивает много.

— Раз уж Михаил сейчас отдыхает, может вы сможете обеспечить нас жильём на пару дней? — сказал Полкан, криво улыбаясь.

— Разумеется, пойдёмте, — ответила она, сняла фартук, и повела их за собой.

Шли они в направлении небольшого холмика, дороги были переполнены повозками, за ними виднелись погрузчики и даже воины, выполняя охранную работу. Поток людей всё увеличивалось, но выходить на дорогу тоже не очень желательно, вонь лошадей отталкивал от большого каравана.

«Когда же это всё закончиться, когда уже я смогу заняться нормальной работой? — Полкан поднял голову, чтобы меньше смотреть на беспорядок, затем и вовсе закрыл глаза. — Лучше на земле спать, подальше от этого всего, где-нибудь в одиноком месте».

— Почему здесь производят оружие? — спросил Декстер.

— А что нам ещё делать? — отвечает Чарси. — Хорошую прибыль даёт, да к тому же люди вон, как нуждаются в работе. Бандиты всё чаще начинают вылезать из своих нор, из-за этого пошёл поток людей сюда, а их нужно вооружать. — Она махнула рукой. — Армия Лоидса плохо справляется с безопасностью, так что приходиться самим обороняться.

Полкан продолжал идти с закрытыми глазами, после услышанного у него приподнимались брови. Своей магией он ощущает шаги людей, и даже то что у них в руках, это позволяло ему в них не врезаться.

— Кланов не просили помочь? — продолжает Декстер.

— Кланов? Ха! Им деньги нужно платить, а Резам разорился, всё из-за этого Гида! Мы пришли.

Полкан открыл глаза и смог узреть скромный домик. Здесь наконец не толпился народ, а также дорога не ведёт сюда, что отдаляет от запаха каравана.

«Отличное место. Но что внутри?»

Чарси открыла парадную дверь и впустила гостей во внутрь. Самый настоящий домашний уют: пол, камин, да что уж там, даже диван есть; кухня просторная, стол и стулья, а самое большое удовольствие — отсутствие жары.

Полкан зашёл в одну из комнаток и заметил мягкий стул, расположенный в центре. Хозяин этого дома представляет собой нечто внушительное — не стул, а прямо кресло, обитый кожей, с раскинутыми подлокотниками и высокой спинкой. Он тут же свалился на него и хрустнул своей шеей, получая райское наслаждения.

— Хорошее кресло, мне бы в кабинет такое, — выдохнул он, облокотившись на мягкую кожу.

— Это дом моего отца, он раньше жил здесь. Для вас, как туристов — это лучшее место в Резаме.

— О, да, согласен, — ответил Полкан. — Какая стоимость?

— 150 лодисов в день.

«Прям, как в центре Альгисти».

— Отлично! — заявил Полкан и тут же кинул ей мешочек с деньгами. — Сдачи не нужно. Думаю, через два дня мы уже покинем это место.

Девушка улыбчиво кивнула, её лицо сразу же засияло. Она присела на свободный стул, то как Декстер присел на кровать, ощущая мягкие одеяла.

— Не могла ли нам рассказать, что происходит в городе?

— Да вот уже два года так живём, бедно. Бандиты тоже бедны, поэтому разорившиеся жители собираются в банды, да только они ради собственной выгоды воюют, даже между собой. А мы граждане мирные, — она позволила себе немного расслабиться, облокотившись на спинку стула. — Когда пришёл Гид, сразу же повысились налоги, да ещё и дань платить за безопасность.

— Дань? — насторожился Декстер. — Это что ещё такое?

— Дань, — ответила Чарси, — обеспечивает нас безопасностью, вы только посмотрите сколько людей готовы бороться.

«Оправданный обман. А те люди, которые готовы за него бороться, легко манипулировать. А это значит, что они умирают за чёрные дела своих обманщиков».

— Может мы сможем чем-нибудь помочь? — добавил Декстер.

— Это не наше дело, — отрезал полковник, — так что твои порывы ничем тут не помогут.

На лице Декстера появилась недовольная мимика.

— Но люди здесь умирают!

— И что ты предлагаешь? — пробурчал Полкан, не меняя расслабленного положения. — Убрать Гида? Или развязать гражданскую войну?

Соклановец не отважился ответить.

Полкан засмеялся и немного размялся.

— Вот затем и нужно включать мозги, — он посмотрел на грустное лицо Чарси.

«За подобные разговоры и убить могут. Убрать Гида может и возможно, но кого поставить на его место? Того, кто не сможет сдерживать волну недовольных граждан и бандитов? Резам совершенно отличается от Альгисти, людьми и системой карточного дома.

Скоро слетит первая карта, а за ней все остальные.

— Чарси, — окликнул её полковник, — вы случайно ничего не знаете о странных случаях, например, об использовании тёмной магии поблизости?

Она немного задумалась, раскачиваясь на стуле.

— В последнее время всё чаще про это слышится, люди обеспокоены.

— Что именно вы слышали?

— На самом деле почти ничего интересного. Но… В одном лесу, неподалёку отсюда, довольно много охотников доносят скверные вести. Например, слишком мало живности бегает, а другие и вовсе не помнят, что там с ними происходило.

— И давно у вас такое?

— Даже не знаю. Возможно четыре года назад про это упоминалось, но с месяцами слухи о лесе только увеличивались.

— Люди не пропадают случаем?

— Пока ещё никто не пропал. После их возвращения оттуда на сегодняшний день слишком растерянные.

— Интересно, — выговорил Полкан.

— Вы думаете это тёмная магия? — испугалась Чарси.

— Придётся это проверить.


Невидимый шрам

В глазах всё было мутно. Темнота начинала понемногу отступать, пока в этой мгле не появился сидячий человек.

— Мила? — вырвался слабый голос.

Та быстро повернулась, и на её лице образовалась улыбка. Она кинулась обнимать и быстро говорить:

— Лиара, ты очнулась, я так рада!

— Хватит, а то задушишь.

Мила отстранилась. Лиара поняла, что сейчас она была обнажена, — лишь укрыта одеялом и одета в кожаную набедренную повязку. Повязка очень удобна, то как нигде не натирает, да ещё так хорошо сидит.

Но больше её тревожило учащённое биение сердца в груди. Она ещё была в состоянии стресса.

— Что произошло, где я?

— В больнице, в клане Фотсижу, — сказала Мила с погрустневшей гримасой. — Я уж не думала, что ты будешь невредима после такого…

— После чего?

— Ты что не помнишь? Тебя же Стейнор вытащил из Медуси. А тем более после такого взрыва. Там больше никто не уцелел.

— Никто?! — Лиара взялась за голову, пытаясь хоть что-то вспомнить. — Фелгмар, он… Где он?..

— Фелгмар? Я же сказала, что никто не уцелел, кроме тебя и Стейнора. Больше никого не нашли в живых. У Стейнора тогда была кровь, и я испугалась, что вы серьёзно ранены. Потом он ушёл куда-то, и сейчас не появляется.

— Ничего не помню… Кровь?

— Да, кровь, много крови, она была на тебе и на Стейноре тоже. Хорошо, что с тобой всё в порядке, у тебя даже царапины нет.

«Неужто я потеряла сознание?.. Или кто-то силой или магией вытянул мне память?»

— Мила, я никак не пойму, что именно произошло?

Та от неё немного отодвинулась, давая ей больше пространства.

— Ночью произошёл большой взрыв в Альгисти, на территории Медуси; там вся площадь поражения была выжжена насквозь.

— Мне нужно найти Фелгмара, не мог он!.. — спохватилась Лиара.

Мила успела её остановить.

— Ты должна отдохнуть, сейчас сюда придёт Майрин, она тебя осмотрит, поможет тебе, я знаю.

В этот момент, внезапно в палату зашёл мужчина. Лиара сразу же укрылась за одеялом. Он резко остановился у входа, словно привидение увидел. На его одежде был замечен символ пантеры, тоже соклановец Фотсижу.

«Здесь что, открытый вход для всех соклановцах?»

— Рик, стучаться не учили! — злобно крикнула Мила.

— Ой, да мне это… Майрин разрешила проведать… Ну если она конечно не против, — кинул взгляд на Лиару.

Та продолжала хмуриться, прикрываясь одеялом, как соклановец продолжал на неё глазеть.

— Оставь её в покое, не для тебя цветёт! — выкинула Мила и подошла к нему: — Пойдём, нужно поговорить, — и вытащила его за дверь.

— Надо же… клан Фотсижу, ну и ну… — проговорила про себя Лиара и разлеглась на мягкой кровати.

Она положила руку на лоб, снова пыталась хоть что-нибудь вспомнить: вечер, алкоголь, поцелуй… Её щеки загорелись, ощущая лёгкое сопротивления от своего смущения.

«Танец, затем взрыв… Те взрывы были не особо большими, а Мила говорила именно о большом… Точно! Тогда я видела свет. Магия?»

Она протёрла глаза.

«Фелгмар не мог так просто умереть, не мог! Он же из высокорангового клана. Может Фотсижу что-то скрывают?.. или что-то скрывает Стейнор? Он может мне всё рассказать, первым делом нужно его расспросить обо всём! Но только, где его искать?»

— Чёрт! — выругалась она.

— Неважно выглядишь, — послышался высокий женский голос в палате.

Лиара резко привстала и осмотрелась, — она никого не заметила. Перед ней появилась молодая женщина среднего возраста — прямо из воздуха, в белой медицинской одежде. Она хищно улыбалась, и продолжила говорить:

— Я бы радовалась если бы вышла без единой царапины из такого ада.

Её голос был нежен и такой необычный, что отлично подойдёт для расслабления пациентов, а в неких случаях даже может быть для поднятия их напряжения. Она улыбалась, рассматривая оголённое тело подростка. Лиара заметила, что у неё разноцветные глаза: один синий, второй жёлтый.

— Кто вы? — испугано спросила пациентка.

— Прошу прощения за такое появление. Я доктор Майрин. После того, как Стейнор принёс тебя сюда, являюсь твоим врачом.

«Появилась прямо из воздуха — невидимка. А это значит!..»

— Подслушивали?

— Разумеется, — Майрин прошлась к столу и перебрала медицинские справки. — Ничего не болит, одежда не жмёт?

— Ничего такого… — Лиара слегка замялась. — Эта повязка…

— Чего только торговцы не привезут. Вот кстати новая одежда, примерь-ка.

Лиара удивилась новым тканям и примеряла на себе новую форму. В таком ходят фотсижу, только символа клана на ней не было. Эту форму нужно хорошо перевязывать, но зато ничего нигде не болтается и сидит ровно, даже растягивается при разминке.

«Что только не придумают, может в таких кланах не так уж и плохо. В такой одежде намного лучше, чем в повязках или строфионе».

— Если что, я Рику ничего не говорила, и тем более не давала разрешения входить к тебе. Он просто негодяй.

— А где именно моя одежда и когда я смогу покинуть это место?

— Сказали, что твоя одежда вся сгорела, вообще было удивительно, как ты без ожогов осталась. А покинуть клан всегда успеешь, просто дай мне немного времени, убедиться, что с тобой всё порядке, хорошо?

«Видимо ожогов я не получила из-за того, что я маг огня, небольшое преимущество — остаться голой. Тренировки с Ирис более-менее увеличило сопротивление к огню, но всё равно я от этого могу получить большой вред».

— Про твоего Фелгмара ведомости никаких, — говорит Майрин, — из той зоны поражения ты единственная выжившая… почти единственная.

Лиара прилегла, закрыв рукавом глаза, этим она закрывала свои слёзы. В груди, что-то сжимало, словно вложили туда тяжеленный груз, который с каждой секундой тянул её вниз.

«Не может быть, что он так легко покинул меня».

— И удивительно, что виновников пока не нашли, — Майрин скрестила руки и прислонилась к стене. — В Альгисти, Медуси была полностью уничтожена, вся её территория выжжена в белый пепел: дерево, камень, здания, и тем более люди, которые растворились в этом горячем огниве… Страшная вещь.

— Что же это за взрыв такой? — через всхлип спросила Лиара.

— Поверь, этим сейчас занимаются очень серьёзные люди, а ты пока отдыхай и не забивай голову ерундой.

Она ещё раз осмотрела пациентку и покинула палату, напоследок она произнесла:

— Не поддавайся Рику, он ещё тот извращенец, — и скрылась за дверью.

«Белый пепел? Стейнор сказал, что позаботиться о Фелгмаре, ведь он должен был! Может Фелгмар с ним? Или может мне нужно сейчас отвлечься? Только чем?»

Она собралась силами и привстала, размяв свои мышцы. Палата просторная, и вправду замечена высокоранговость клана. Хоть она не слишком интересовалась кланами, но малые факты она помнила. Например, что основателем клана Фотсижу является Игара ди Фреско.

Высматривая улицу через окно, заметно, как клан действительно хорошо отстроен, дома были не выше третьего этажа, в основном двухэтажные здания. Сами Палаты прилично занимала площадь.

На подоконнике был рисунок, детский: домик, а вокруг него присутствовали счастливые фотсижи с их символами, и улыбчивая девочка, которую обнимали со спины, — скорее её родители. Лиара задержала дыхание от этого. В голову начали приходить разные мысли, чувство начали смешиваться, как алхимические ингредиенты в зельях. Взгляд медленно сползал вниз, где была надпись:

«У меня есть семья, но надолго ли?»

— Семья… — Лиара медленно опустила рисунок.

На одной стене висела картина, на которой был изображён всадник с копьём, а именно Капитан Сиградд Гисгриф. «Видимо это специально повесили для пациентов. Разумеется, это не шедевр конечно, но для познавательного вида сойдёт».

Картина отображала великого воина Лоидса, который возглавил армию на Асейлеве, где войска клином должны были пробить оборону армии Гвирента. Тогда врагам помогали вемерцы, что шанс победы приравнивался почти до нуля. Но благодаря правильной расстановки войск и магов, Сиградд Гисгриф смог прорваться на чужую территорию и позже её защитив. Был смертельно ранен.

«История такая штука, что показывает поведение и решение людей, что пишет сам человек. А именно пишет то, что сам захочет».

Осматривая полки, Лиара искала, чем бы можно было себя занять, пересматривая различные книги, которые помогут скоротать время. Её заинтересовали три из них: Первые Алхимики, Верования на Сарвилде: Сиррт, Меч колдуньи Елизаветы Шельги.

Через несколько часов Лиара проснулась с книгой на лице: Верования на Сарвилде: Сиррт. Сама эта книга описывает и Сиррт и как весь Сарвилд. Есть и одимеи, что предоставляет противоположность веры Сиррта. Само же верование на Сарвилде очень интересная вещь, — где люди обустроили себе одно государство с обществом на две группы. Можно


убрать рекламу






сказать, что это федерация. Ещё племена на Сиррте были написаны первые правила, — законы, что предусматривало дальнейшее выживание народа, а именно — Закон Стан. Из этих же племён, начались другие движения, что хотели поставить свои правила, разумеется на Одимеи. Как они говорят, поставили по тем же законам и правилам, что были написаны на Сиррте. Сами же сиррты не одобряют этого, и их поверье не соотносят как к своей. Но государство то одно, столица одна, а правящих классов две: Сиррт и Одимей.

Глава 3

 Сделать закладку на этом месте книги

У Лиары возникал вопрос: как такой народ, как сарвилдцы, не перебили друг друга за разные взгляды на жизнь. Неужто, этот Закон Стан настолько мощен, что не позволяет перерастать в гражданскую войну. Может она и могла узнать ответ, если бы не поддалась соблазнительному сну.

«Странная слабость, чувствительность вялая, будто при болезни. А так вроде бы всё в порядке, ходить и бегать можно. Это всё проклятое вино!»

Она вспомнила про кожаные перчатки. В палате их не было, вряд ли они могли сгореть в Медуси, уж слишком они огнестойкие.

Из раздумья её выбил стук в дверь.

В палату вошёл парень в городской одежде, такую часто носят в Альгисти. Его лицо приветственно засияла улыбкой.

— Син, ты как меня нашёл?

Лиара была в изумлении от его прихода, так что просто обняла его.

— Мой отец же военный, смог разузнать у своих коллег, что у фотсижев есть выживший — а именно ты. Я так рад, что с тобой всё в порядке.

— Но как тебя впустили сюда?

Как она спросила, сразу же послышался голос:

— Это я его впустила.

Син перепугался, ведь этот голос донёсся прямо из-ниоткуда, отчего он вздрогнул и попятился назад. Лиаре это показалось нечто весёлым: забавно наблюдать, когда пугают других людей.

— Вот-ведь дела творятся в этом клане, — выговорил Син.

Лиара немножко посмеялась.

— Опять подслушиваешь?

— Разумеется, — из воздуха появилась Майрин в медицинской форме. — Всё же он не соврал.

— Соврал? — переспросила та.

Майрин нежно закрыла глазки и выдохнула:

— Он пришёл сюда, чтобы увидеть свою подругу. Ну мало-ли он убийца и пришёл с менее благими намерениями?

— Кто Син? Алхимик — не убийца!

Доктор пристально посмотрела на него, прикусив губу.

— Алхимик говоришь… а зелья умеет делать?

Син уже полностью успокоился, её нежный голос будто напевал ему на уши перед сном, что даже немного напоминало о мягкой кровати. Он немного поправился, ведь ему очень понравилась такая оценка. Алхимики в Лоидсе ценятся, особенно правильных алхимиков.

— Разумеется умею, что за вопрос? — выкинул он.

Майрин ухмыльнулась.

— А какие, например, ингредиенты используешь?

— А какие зелье нужны?

— Чтобы раны быстро затягивались, — добавила она.

Такие зелья очень затратные для их приготовления, тем более, как вдобавок сложные для начинающих. Лиара сразу поняла, что его проверяют, и что говорить ей про сердца кабана и про болотные грибы с алым корнем напрасно. Майрин знает, что Син, как синиэл не должен даже понимать, как делается зелье восстановления, а если и понимает, то это только огромный набор ингредиентов.

Син начал почёсывать подбородок. Лиара же присела на кушетку, ей само стало очень интересно, она очень ценила химию и алхимию.

— Я бы… — начал Син. — Я бы взял лаванду и синюю пчелу с бодстонским сахаром.

— Хм-м, — Майрин приподняла бровь, ведь этот ингредиент действительно может нести лекарственный эффект.

Лаванда, как снятия нервно-шокового напряжения; синяя пчела, как несёт в себе не смертельный яд, который заставляет организм вырабатывать иммунитет; бодстонский сахар, как для эластичности кожи и повышенной регенерации, а также этот сахар восстанавливает работу андроген — из-за чего на неделю повышается рост волос. Этот сахар действительно ценен, поэтому и несёт высокую стоимость.

Майрин всё быстро посчитала в голове и выявила здесь ошибку, ведь не хватает ещё одного ингредиента, который позволит организму медленно приходить в бодрость, а то перечисленные ингредиенты Сина идут только на расслабления, что пациент может и вовсе не проснуться.

— Без парацельста это зелье может даже навредить раненому, но ничего, я убедилась, что Лиара говорила правду.

«Видимо этот доктор больше чем доктор, я и представить не могла, что алхимики могут выглядеть так?!»

— Ладно, — сказала Майрин, — не буду вас тревожить, через двадцать минут приду. — И покинула палату.

После её ухода, Лиара подумала, что доктор может продолжать за ними следить. Но это уже не важно, она хотела расспросить Сина о новостях на счёт Альгисти.

— Кто эта женщина, твой врач? — подсел он на кушетку.

— Да, если бы не она, то я бы скорее всего отсюда сбежала.

Син обнаружил книгу у себя под рукой: Первые Алхимики, но отложил его на стол.

— Син, что происходит в Альгисти?

Он глубоко вдохнул и нахмурил брови, прошёлся по палате, осматривая помещения Палаты Фотсижу. Этот клан его впечатлял всё больше, хоть в Альгисти Палаты почти такие же самые, но полки с книгами там не имеются.

— После взрыва на территории Медуси, жители начали боятся, — он подошёл к окну, рассматривая лужайки. Его голос понизился: — Там стража часто попадается в глаза, а сами люди редко выходят наружу.

Лиаре стало немного не по себе.

— А после того взрыва… больше никто… не выжил? — её голос слабенько задрожал, как не пыталась его перебить.

Он посмотрел на её печальное лицо.

— Никто.

Всё что произошло там — мгновенный бардак, свалившихся на голову. Произошло настолько быстро, что и понять ничего не успеешь. В голову начали приходить воспоминании о ярких огнях и дрожащих взрывов, но такое ощущение, будто Лиары там вовсе и не было.

«Не может быть! — Лиара закрыла руками лицо. — Он… он не мог так просто… Фелгмар! — Слёзы накатились под глазами, она старалась сдерживаться, что есть силы».

— Не верю, я не верю, что он умер!

Син не хотел её тревожить, но его потревожили удары копыт по каменной дороге, после чего он выглянул в окно. Несколько рыцарей на улице проскакали мимо, а некоторые остановились у Палат. Одним из всадников был яркий человек с шляпой на голове.

— Это же… — проговорил Син.

Тут же в палату зашла Майрин.

— Так собирайся, пора уже идти!

— Куда? — спросила Лиара.

— К главе клана. Сейчас начинаются серьёзные дела.

Син отошёл от окна.

— Я рад, что с тобой Лиара всё хорошо, — улыбаясь он повернулся к ней, — но мне пора уже возвращаться.

— Уже уходишь?

— Как видишь, — он раскинул руками: — Как узнал, что ты тут, я сразу же помчался сюда никому ничего не сказав. Вернусь как можно быстрее и сперва разыщу Асю, всё сам ей объясню.

Он подошёл к ней и обнял на прощание. Син попрощался и с Майрин — вежливо ей кивнув. И удалился.

Лиара уже полностью готова, — пора покинуть это комфортное помещение. Майрин выдохнула и со серьёзным взглядом посмотрела на неё. Та ей дала понять, что готова идти.

Они вышли из палаты и спустились на нижний этаж. В коридоре было намного свежее и запах совсем другой, не то чтобы лучше, а этакий непривычный на первый вдох.

На нижнем этаже, по бокам стояли двое рыцарей, обмундированные в доспехи; по середине был предводитель Илиодор, улыбаясь снизу-вверх своей лёгкой улыбкой. В доспехах он не был одет, а в обычной гражданке и в круглой шляпе на голове. По коже Лиары прошли мурашки, что было непривычно для неё самой, ведь эта ситуация с таким серьёзным человеком точно подсказывал — дело вовсе не хорошее.

— Майрин, давно не виделись, ты как всегда выглядишь просто потрясающе! — радушно начал Илиодор.

— И тебе здравствуй, — холодно ответила та.

Илиодор перевёл взгляд на Лиару.

— Эта та выжившая?

— Как видишь.

Лиара же стояла сбоку от Майрин и чуть-чуть за её спиной. Предводитель снял шляпу и подошёл к ней.

— Лиара Роида да Альгисти, если я не ошибаюсь?

Едва ли такое может произойти вообще, что бы тебя знал сам предводитель города.

Та сглотнула.

— Верно.

Илиодор сразу убрал улыбку и нахмурил свой азартный взгляд. Он думал, что этим сможет немного успокоить человека, но Лиара не собиралась расслабляться.

— Не волнуйтесь, — выкинул он, после чего медленно выпрямился назад и улыбнулся, — вам, несомненно, доставит интерес по вашему поводу. Но для начала прошу пойти с нами, — провёл рукой на выход.

Лиара кивнула и направилась к выходу. Наружу она вышла вместе с теми рыцарями, Илиодором и Майрин. Рыцари же оседлали коней и ринулись вперёд.

Клан Фотсижу снаружи был ещё ярче и зеленее, чем казалось это из окна. По пути попадались некие группы — новички, по три-четыре человека с ведущими. А также ещё наблюдались другие соклановцы и представители других кланов, даже обычных городских жителей. В Фотсижу совсем недавно было принято ввести мирных жителей на свою территорию, ведь клан высокоранговый, к тому же и безопасный. С помощью мирных жителей можно улучшать производство отраслей и тренировок рекрутов, а также дополнительных новичков-фотсижев.

Группа дошла до одного здания, где по сторонам стояла стража — фотсижи; стояли ровно с поднятыми подбородками, руки заложены за спинами, на их поясах крепко привязаны кожаные ножны по бокам. Вытащить оружие смогут быстро.

Увидев Майрин, они тут же разошлись в стороны, после чего группа смогла зайти во внутрь.

Длинный зал. Каждый щелчок от подошвы создавал эхо со свистом, что растворялось в воздухе. Дойдя до нужной двери, Майрин их растворила.

Просторный и богато обставленный кабинет. Мебели были слишком пышными, даже для аристократов. Огромное окно открывал вид на ухоженные улицы клана. Большой и длинный стол занимал почти половину комнаты, как за ним сидели командиры из разных кланов.

— Доктор Майрин, неужто и вы удосужились присоединиться к нам, — сказал один из них, и вежливо приподнялся.

Илиодор кивком поприветствовал командиров, после чего сам уселся на свободный стул, украшенной резьбой.

— Не могла же я просто так отправить вам свою пациентку, — ответила она и стала с боку от стола. Лиара старалась держаться к ней поближе.

Приподнявшись, командир вышел вперёд.

— Приветствую Лиара, моё имя Адрем Соугельс, и надеюсь, что вы станете не только свидетелем нашего маленького разговора.

«Лидер клана Фотсижу. — Лиара кинула взгляд на присутствующих за командным столом: командиры разных кланов, не лидеры, и также за столом сидел предводитель Альгисти. — Видимо они здесь не просто так собрались».

Лиара хотела что-то сказать, но Майрин высказалась первой:

— Давай уже сразу к делу.

Адрем улыбнулся и подошёл к столу. Илиодор сложил руки и немного откашлялся.

— В зоне того взрыва мы обнаружили образцы неких знаков, что была использована магия Адимекс.

Командиры огляделись. Они вспомнили, что это высокое колдовство, а значит, что теракт могла устроить очень мощная организация.

— Хотите сказать, что к этому причастны другие государства? — высказался один командир.

— Точно! Уже давно Гвирент когти точит, скорее всего хотят нас спровоцировать! — ответил второй.

Командиры начали переговариваться друг с другом, всё громче подавляя голос собеседника. Весь этот балаган только усугублял ситуацию. Илиодор ударил по столу, да с такой силой, что если бы этот стол был сделан из обычной древесины, то наверняка бы его проломил; командиры тут же замолкли.

— Я сначала тоже так подумал, но потом пришло письмо от Дисперса.

— Что они сообщили? — скрестил руки Адрем.

Илиодор снова странно нахмурился, цокая языком. Лиара узнала такой взгляд. Тот медленно достал из кармана письмо со сломанной печатью Дисперса и положил на стол. Никто из командиров не осмелился даже подумать, чтобы притронуться к письму.

— Они к тебе приходили? — насторожился Адрем.

— Нет, — фыркнул Илиодор. — Огонь в Медуси сжёг все следы, даже кровь вся выпарилась. Что известно — так то, что единственный выживший сейчас находиться прямо в этой комнате.

«Так он думает, что выживший был один, — то есть я. Он не знает о Стейноре и тоже фотсижу молчат. Разве они не должны были ему сообщить? — Лиара прислонилась к стенке, прикусывая губу. Она посмотрела на Майрин, та ей медленно моргнула. — И что это значит? Промолчать?»

— Так Дисперс узнали кто это был? — выкинул один из командиров.

— Узнали, но я хотел бы сам спросить у Лиары, — Илиодор поднял голову. — Что именно было внутри, разумеется если память позволяет.

Он смотрел уже на Лиару.

«Раз уж я в игре у фотсижев, мне нельзя здесь проговориться. Стейнор и я выжили после того взрыва, а об этом знают не многие».

— Там веселились люди, а я была со своим… другом, разумеется он погиб.

Илиодор полностью откинулся на спинку стула, поглядывая на письмо.

— А вы помните, как именно произошёл взрыв?

Разумеется, об этом тут нельзя врать, но что-то здесь не так. Ведь она помнила яркий свет, который обжигал лицо — то ещё не было взрывом, может это было его началом?

— Взрыва не помню, даже не помню, как я оказалась в клане Фотсижу.

Ответ был твёрд и уверенный, ведь она не врёт, но и не говорит всей правды.

«И зачем я только подыгрываю фотсижам, что мне с них толку? Может из-за Стейнора? — Она потрясла головой».

— Хватит её расспрашивать, — вмешалась Майрин. — Выкладывай с кем имеем дело.

Предводитель Альгисти глубоко выдохнул и потянулся за письмом.

— Мы имеем дело с Катаджи.

Командиры впали в недоумение. В воздухе накалялось нечто необычное, как все посланники из кланов начали переговариваться между собой. Илиодор спрятал письмо обратно в карман.

— Катаджи? — выпросила Майрин, видимо это её знатно зацепило. — Что за бред? Они же были повержены!

Илиодор немного улыбнулся, командиры начали затихать. Адрем молча наблюдал за ситуацией, но посматривал на Лиару, на её смятённое лицо.

— Ещё как Катаджи, — начал Илиодор и привстал с места. — Но ты права, что они были именно повержены, даже Элджот был убит, ха-ха, — он подошёл к большому окну. — Дисперс смогли выяснить, что было использовано одно заклятие: проклятие Цифии, но где — неизвестно.

Майрин замерла от такого, все командиры замерли на месте, будто Илиодор их приколдовал к стульям. Только Лиара не понимала о чём идёт речь, ведь за всю жизнь она никогда не слышала про такое колдовство, поэтому не впала в аффект. Илиодор продолжал смотреть в окно, затем посмотрел именно на неё.

— Лиара, я читал вашу биографию, вы довольно способная, — сделал он шаг к ней, — даже очень способная.

Её это сразу заинтересовало, мол от такой похвалы, кто не смягчиться?

— Очень признательна, — ответила та.

— Это хорошо, правда. А что если я переправлю вас в красноэлы, что на это скажете?

«В красноэлы? Там, где учится вся элита Лоидса? Не верю своим ушам, какая честь такое заслужить. Самые одарённые и самые могучие маги, воины, учёные, неужто мне это всё предстоит?»

Она обрадовалась такому, ведь даже синиэлы ей не могут нанести вред, даже самые способные маги.

— А что, если она отправиться к Леокеду? — вновь вмешалась Майрин со своей крепкой речью.

Илиодор высоко поднял бровь, а Адрем сразу встал с места, облокотившись кулаками о стол.

— Ты всё же с ним разговаривала! — по его голосу, понятно, что он этим не доволен.

— Это будет даже лучше, чем какие-то там красноэлы, — комедийно ответила Майрин, бросив свои разноцветные глаза на Илиодора.

— Ха-ха, — рассмеялся тот, — думаешь, что красноэлы такие слабаки? — сделал удар он на последнем слове.

— Ещё как! — ответила Майрин и посмотрела на свою пациентку.

Та уже совсем запуталась. Красноэлы, которые находятся в столице — в Нюр Ареме, и какой-то Леокед, что скорее всего здесь, в Фотсижу.

— Я уверен, — начал Илиодор, — что Лиара сделает мудрый выбор.

Выбор, да не выбор; ведь Майрин не спроста это предложила, хочет помочь? Но тогда почему Адрем этим недоволен, обмануть решили? Нет, обманом здесь вряд ли пахнет, а то бы это точно раскусили здешние командиры. Лиара наконец решилась.

— Леокед. — Твёрдо ответила она.

«Раз уж Илиодор не знает о Стейноре, значит игру ведут здесь фотсижи».

Илиодор развёл руками и улыбнулся, он явно не ожидал такого ответа. Да к тому же сам Соугельс не ожидал этого, после чего он грубо подошёл к Майрин, поставив ей палец перед лицом.

— Нужно было мне сказать.

Майрин только фыркнула ему. Адрем вернулся на место, — упал на стул и перебрал бумаги.

— Что ж! — отозвался Илиодор. — Думаю, уже Лиара и Майрин нам не понадобятся. Так что про оборону позиций и поставок ресурсов, предлагаю заняться прямо сейчас.

Командиры кланов с ним согласились.

— Почту за честь! — сказала Майрин и вместе с Лиарой покинула здание.

Лиара была разозлённая, она никак не могла понять, что это всё значит? Совет, другие кланы, правительство! Она заметила беспокойное лицо Майрин, которая грызла ноготь на большом пальце.

«Нужно хоть что-то выяснить, прямо сейчас!»

— Можете мне объяснить, что происходит-то? — выкинула Лиара, разбрасывая руками в стороны.

Майрин посмотрела ей в глаза.

— А что именно ты хочешь знать?

— Катаджи… Проклятие Цифии, да и вообще весь этот разговор!

— Я сама ещё полностью не поняла. — Майрин прошлась и глубоко набрала в лёгкие воздух, после чего выдохнула. — Похоже, что Катаджи не были полностью уничтожены и они готовятся к войне.

«Война? Так вот зачем тут устроили собрание».

— А что за Леокед, на что я подписалась, да и вообще подписалась ли?

— Леокед… Волк, один из сильнейших магов Лоидса, бывший глава клана Фотсижу. Полное имя его — Леокед Полуфи дан Ренни.

— А зачем мне к нему идти? — смягчённо спросила Лиара, разминая ноги.

— Подумала, что ты можешь у него кое-чему обучиться, конечно если ты хочешь, — она повернулась к ней спиной: — Или можешь просто ждать Илиодора, вдруг ты передумала и решила пойти в красноэлы.

Почему-то сейчас в глазах Лиары показалось лицо Фелгмара, что кровью ударило в сердце. Она поднесла руку к груди. Если нужно двигаться вперёд, лучше не спотыкаться.

Она уверенно посмотрела на Майрин, дав ей точный ответ.

— Вот и отлично. — Та подняла руку вверх, мол этим она дала какой-то знак. — Я оставляю тебя здесь, и помни, что ты уже не одна.

Та обернулась, куда смотрела Майрин. Теперь перед ней стояла изумлённая Мила, — её лицо было таким, каким было лицо Лиары пяти минутам ранее.

— Мила? — проговорила она себе под нос и тут же обернулась к Майрин.

Пустая улица — испарилась на глазах. Мила подошла к ней, теперь на её лице была привычная улыбка, которую всегда поддерживала её лицо.

— Ты тоже следила? — спросила Лиара.

— Следила, но не за тобой, — Мила наклонила в голову в бок, куда указывала на рыцарей в другом переулке: — Всё ради безопасности, вот.

— А сейчас уже не следишь?

— Этим сейчас другие занимаются, — подбадривающе ответила Мила, положив руки по бокам.

Но у Лиары не было настроения, ведь нынешние события её не утешали. Мила снова впала в изумление от неё. Ведь при первой встрече та была увереннее в себе. А сейчас перед Милой был простой человек с разбитыми сердцем и мечтаниями.

— Выглядишь действительно плохо. Но я знаю, как это исправить! — сказала Мила.

Лиара почувствовала себя плохим гостем, который нагло требует к себе сожаления от всех. Та сразу вывела её из раздумья, схватив за руку и повела за собой.

— Куда мы идём?

У Милы ещё шире расползлась улыбка.

— Туда, где ты заново родишься!

«Туда где можно выпить? Ведь напиться было бы сейчас неплохо. Расслабиться только, вот и всё».


* * *

Уже было сумеречно, — сквозь облака едва пробивались лучи солнца, всё дальше падая на запад и озаряя мир своим жёлтым светом.

Мила не отпускала руку Лиары и настойчиво шла вперёд. Сами же улицы напоминали город Альгисти, да только здесь ещё было много ремесленной территории, а также спортивных полей, где новички тренировались справляться магией, рукопашному бою и правильным использованием экипировки.

Наконец они дошли до одного одноэтажного здания, воздух здесь на удивление был теплее. Мила отпустила наконец руку, после чего первой зашла в здание, а за ней Лиара.

Внутри всё было сделано из камня, что аж всё блестело. И кто же вкладывает такие большие деньги в клан?

— О, Мила! — радостно выкрикнул один мужчина со странным языком.

— Привет Дарт, очень хорошо, что ты сегодня работаешь.

Дарт был очень высоким, чуть выше двух метров ростом, но его взгляд был очень добрым, что аж вызывал милость к нему. Он приветственно обнял Милу, и перевёл взгляд на Лиару. Та ему ответила сомнительным лицом.

— Ты с-сегодня с-с подругой? — прошипел он Миле.

Лиара отвела взгляд, мол рассматривала каменные стены, на которых были гравировки. Мила быстренько поговорила с ним, и поторопилась.

Они зашли в маленькую комнатку. Лиара не успела осмотреться, как Мила начала раздеваться до гола. Что-то предстоит веселее, чем выпивка.

— Давай догоняй! — поторопила её Мила.

— Что?

— Догоняй говорю! — разделась она и выбежала за другую дверь, после чего послышался плеск воды.

Из той двери пошёл пар. Лиара решила осмотреться: это что-то напоминало озеро, да только из него исходило тепло, да ещё место хватало примерно на пять человек. Мила всё поторапливала её. Та немного потерялась, но всё же решилась опробовать новый отдых.

Каменные блоки были холодными и благо специально шершавыми, так что не поскользнёшься.

Вода горячая, даёт такой ослабляющий эффект, будто сама таешь в ней, как лёд в чашке чая.

— Я знала, что тебе понравиться!

— Мила, мне это… как-то даже неудобно.

Та рассмеялась и побрызгала на неё.

— Ой да ладно тебе. Мы же ведь подруги!

«Надо же, знакомы всего пару дней, а уже подруги… Впрочем, это как у меня с Асей. Интересно, она же знает где я? Наверняка она сильно волнуется. Надеюсь, что Син ей всё расскажет».

— Твои плечи, — обратила внимание Мила. — Ты много тренировалась, это видно.

Лиара слегка помассировала их, почувствовав разогнавшуюся кровь по жилам. Даже зарядка по утрам не разомнёт такую тяжесть, кроме горячей ванны. Её плечи были слегка подкаченными, почти как у большинства юношей-мальчиков; зато можешь больше тяжести переносить, легко подниматься от земли или вовсе подтягиваться на окраине вершин.

— Тётя Ирис чуть-ли не с каждым днём усложняла тренировки, дабы тело не привыкало к комфорту.

— Неудивительно, что ты смогла одолеть бандитов, про которых говорил Хэймон.

— Ты ведь бывала уже в драках верно?

— Ещё бы, — подтвердила Мила. — Когда я в Фотсижу хотела поступить, провалила все испытания. — Она расправила свои длинные волосы, затем промочила их в воду. — А затем всем кричала, что найду недругов и побью их!

Лиара также расправила волосы вслед за ней. От них чувствовался запах гари и горелой земли. Медуси вновь появилось перед глазами. Она повертела головой, чтобы отвертеться от нежелательных мыслей.

— Говоришь тебя не брали в Фотсижу?

— Отец всегда в походы уходил, для военных это святое. Однажды я захотела стать сильнее, чтобы успеть защитить родных мне людей, и пошла в клан, прямо в высокоранговый!

— Ну ты всё же стала соклановцем.

— Сначала я была наивной дурой, — выплеснула себе на голову Мила, расправляя волосы. — Думала, что вот разозлюсь и тут же смогу побить козлов. Когда я их нашла, набросилась со всей яростью!

— Наверное были на то причины.

— Может быть, пока я не получила по голове. Сразу приземлилась на землю. Тогда фотсижи проследили за мной и помогли в той схватке. Думала, что всё — пропала, и в клане мне делать нечего. Но меня взял Леокед, — дал мне надежду на соклановскую жизнь.

— Леокед?

— Ты о нём знаешь?

Лиара слегка насторожилась.

— Майрин рассказала.

— Ясно. Думаю, что ты сделала правильный выбор.

— Надеюсь на это.

Мила нырнула под воду, полностью намочив намыленные волосы. Вынырнув обратно она выкинула их за спину. Затем подплыла ближе.

— Про своего Фелгмара узнала что-нибудь?

Это было внезапно, но что тут думать, если выживших всего двое. Лиара чуть ниже опустилась в воду.

— Видимо он погиб.

— Он был… твоим парнем?

У Лиары щеки разрумянились ещё сильнее.

— Был, — ответила она и глубоко вдохнула.

Мила же не стала её расспрашивать, только поправила волосы на голове и вышла из воды.

— Можешь ещё отдыхать, я пойду вкусненькое у Дарта попрошу, — после чего взяла полотенце со стола и скрылась за дверью.

«Фелгмар… — Лиара опустилась в воду до глубокой точки переносицы. — Что же мне делать?»

Она выпрямилась, из-за чего смогла лечь на камнях. На секунду позволила себе закрыть глаза, — вот так расслабление: приятная тишина, плеск воды — настоящая песня тишины. Это расслабление отлично помогало избавиться от противных мыслей. Не то что какое-то там вино!

Мир снова замер. Поток воды прекратился вместе с дыханием. Попытки увидеть мир стал невозможным, оставляя чувство тела в замёрзшей воде.

В темноте появилась искра, разгораясь в яркую вспышку, как на территории Медуси. С каждым тяжёлым вдохом оно становилось яснее и всё больше, обжигая лицо, и всё ближе подбираясь к жертве. Тело дёрнулось в оцепеневшей воде, сердце начало сильно стучать в отчаянной попытке вырваться из груди.

Веки поднялись вверх, выпучив глаза из орбит. Лиара вновь в безопасности, где её окружало горячая вода. У неё всё горело, кожа приобрела красный цвет, словно сгорела на солнце. Она протёрла рукой лоб, где скопились капли пота. Кожа слишком чувствительна от прикосновения, отчего жаром разгорелась на горячем воздухе.

— Это что… сон? — перевела взгляд на свои покрасневшие руки.


Проклятые метки

В небе нависли тучи. И Полкану такая погода всегда нравилась. Никакой удушливой жары, никакой ткани, пропитанным потом, — настоящее блаженство. Декстер часто засматривался на небо, ожидая освежающего дождя.

Марш за маршем проводились и в худшие погоды. После дождей образовывались грязи, по которым шли солдаты, стирая свои ноги в кровь, даже при самых удобных сапогах. Коней запрягали только после маршей. В бою кавалерия почти всегда успевала опаздывать, когда пехота из последних сил выкарабкивалась из грязи.

«При такой погоде, отлично управлять армиями — успеть занять высокую точку, пока не пошёл дождь. — Полкан осмотрел листья деревьев, что спокойно свисали с ветвей. — Но эта погода слишком не живая и ветра почти нет, а значит вряд ли будет дождь».

— Хм-м…

Декстер обратил на это внимание, переступая через камни.

— Что-то обнаружили? — спросил тот.

— Я не чувствую магию, — Полкан приостановился и посмотрел на соклановца, прислоняя указательный палец к губам: — Ш-ш-ш.

Тот пригнулся и прислонился к дереву, нервно ожидая неизвестной опасности. На мгновение наступила тишина, и Полкан всмотрелся в кусты, закрывшись за булыжником. Такая тишина всегда ему напоминало о набегах, когда враги прибегали в темноте ночи и вырезали роту солдат, поджигали палатки и дома, оставляя за собой сгоревшие трупы. Или сейчас всё это перерастало в глубокую паранойю?

Вроде всё тихо, как внезапно снова послышался шорох за зеленью. Тишина — начало громкой битвы. Этот момент подбодрил гул совы, что напрягло Декстера ещё сильнее.

«Ненавижу леса. Там всегда какая-нибудь беда, например, вытираться листьями».

По неровной почве и за заросшими кустами, пробежали олени и зайцы. Полкан не дёрнулся, ожидая хищника. Декстер подобрался ближе. По его аккуратности, сразу видно — бывал в таких ситуациях.

— Здесь магия блокируется, тоже ничего не чувствую, — выкинул соклановец.

Полкан понюхал воздух, оглядывая лесную чащу.

«Очень странное место, слишком скверное чувство. Придётся без магии всё обследовать. Ну и что с того, что теперь я под ногами ничего не чувствую, не в шахты же лезу! Не нападёт какой-нибудь упырь из-за спины! Подумаешь!»

Тучи настолько закрыли небо, что лес поглотился почти в ночную темноту. Блаженство не долго длилось. Даже походы армий казались нечто приятным.

— Обожаю Резам, жара, дерьмовые люди, да к тому же эта темнота, как у меня в заднице! — выругался Полкан.

«На самом деле не так уж и темно, хоть дальше носа могу что-либо увидеть».

Декстер взял палку, обмотал его тканями и полил на них неизвестной жидкостью.

— Эй, ты что там делаешь?

— Факел, — ответил Декстер и зажёг его с помощью зажигалки.

Огонь в темноте — это хорошо, а особенно хорошо для твоих убийц с обрывками прелого меха, ржавыми доспехами или ещё лучше, вонючими шкурами.

Полкан подошёл к напарнику и нагло отобрал у него горячую палку.

— Благодарю.

Шагая по траве и огибая груды камней, Полкан тихо ругался, почёсывал лицо, ёрзал, пинал камни. Декстер настолько тихо и аккуратно следовал за ним, что тот вовсе его не замечал. Даже тот, кто наблюдает за укрытием вряд ли сможет его обнаружить.

«Хорошо быть осторожным, слышал это помогает выжить».

Полкан внезапно остановился, хрустнув очередной хворост у себя под сапогом. Он начал принюхиваться, этот запах напоминал маслянистую зловонную воду, почти как река в Альгисти, протекающая по каналам. Ветки и листья не влажные, земля тоже сухая, и не слышно никакого ручейка воды, даже нет холодного ветерка от какого-либо


убрать рекламу






озера.

«Этот запах. Где я мог его раньше слышать?»

Он провёл языком по нёбу, и причмокивая узнал привкус лозы. Он посмотрел на поднимающейся склон. Сразу в глазах появился яркий шар — прелесть среди темноты, прямо летящий на Полкана. Он успел отпрыгнуть в сторону, как этот шар с треском разбился об землю, выплеснув из себя горящую жидкость.

Декстер кинулся вперёд. Жаркое пламя быстро распространилось по зелени: ветки и листья горели совсем по-другому, словно горящая смесь на воде.

Второй снаряд пролетел над головой, и поразила пробегавшуюся белку, отчего та начала громко пищать и щебетать одновременно. Её тело и шерсть начало разъедать прям до костей. Маленький голос перестал исходить от бедного животного слишком быстро.

— Получайте твари! Ха-ха-ха! — на вершине слышался хохот. — Получайте и ещё раз получайте!

Наверху виднелся силуэт, который запускал третий снаряд. Декстер подобрался к нему ближе, тот его заметил, что засуетился и начал убегать.

— Брыдлые колобродьи! — выкрикивал тот во весь голос.

— А ну стой! — выкрикнул за ним Декстер.

Вырвавшись на вершину, они узрели мало деревьев и небольшой домик, который находился в участке, занимавшую площадь этого скудного холмика.

Полкан пробрался через сломанный забор и постучался в дверь.

— А ну открывай дверь, слышишь? Открывай!

Злобно выкрикивая, он лишь получил ответ за дверью:

— Хаутанипата мбузи! — иностранным языком.

Полкан узнал этот язык, хоть и не знал его значения. Скорее всего из Мергаста. Дверь была металлическим, так просто его не откроешь, да и само здание чёрт пойми из какого дерева, оно не менее прочнее чем сама дверь. Неудачно магия пропала.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Декстер.

— Как что? Убиваю вас! Ишь развелось вас здесь… — за дверью послышался стук стекла, после чего топот к двери. — Вы что не из тех уродов?

— Каких ещё уродов, тёмных или светлых? — удивлённо спросил Полкан.

За дверью послышался смех.

— Конечно же тёмных, морон!

— Сам морон! — выкрикнул Полкан. — Открывай дверь!

Терпение уже на пределе. Интересно, возможно ли выломать эту дверь к чёртовой матери, не марая рук? Декстер тем временем осматривал древесные стволы с обрубленными ветками, что их заточенные комли торчали наружу в сторону леса — спускаясь по склону, мол отчего-то обороняясь.

— А вдруг вы меня убьёте? — выкрикнул тот за дверью.

— А вдруг мы случайно подожжём твой дом?!

Тот снова захохотал, как сумасшедший, после чего начал сильно откашливаться.

— Так поджигайте, так я хоть подольше поживу! Но позвольте спросить господа, откуда вы взялись-то, голожопые странники?

Если подумать, может быть с ним и получиться договориться, ибо его старая и ненадёжная оборона на холмике не внушает большого доверия. Мало ли есть и другие, которые могут решиться наведаться сюда.

— Мы из Альгисти, а мой напарник из клана Редис, — понизил голос Полкан.

За дверью снова послышался хохот, сильнее предыдущего.

— Ха-ха-ха, Редис? Они что редисками торгуют?

Декстер только пожал плечами, мол эта шутка давно потеряла свой контраст.

Полкан сильно стукнул в дверь:

— Слышишь, я маг земли, полковник Лоидса, открывай я тебе говорю!

— Маг земли? Ха-ха, так чего же ты не перевернёшь всё здесь вверх ко дну?

— Сам не знаю, не могу колдовать, твоя работа?

Смех чудака умолк.

— Не можешь колдовать?.. Хм-м…

Дверь открылась, оттуда выглядывал худощавый старичок, лицо его было обвисшей кожей с углублёнными глазами. Был он низкого роста, чуть выше живота Полкана. Он смотрел на них холодным взглядом, — изучал кто же на самом деле здесь стоит, и почему-то совсем забыл о своей безопасности.

«Был бы он чуть свирепее, ему бы не поздоровилось».

— Входите! — рявкнул старик, оставив открытую дверь.

Внутри витал сильный запах трав и грибов, нечто хуже, чем у гратеев. Стены были покрыты плесенью, а в другой комнате уже слышался запах гари. Оно и не удивительно, ведь здесь расположился хаос из растений, разных настойках в банках и пепла; на столе были разные круглые пузыри, столовые ложки и прочие побрякушки. Полкан понял, что этим он и кидался в них, только те аж светились в темноте.

— Ты алхимик? — спросил Полкан, откашливаясь от дыма и моргая глазами.

Старик что-то буркнул себе под нос, немного пританцовывая на месте. В его грязных руках был трут из которого исходил дым. Он поместил его в тёмный пузырь, после чего оно вспыхнуло в воздух, дыма стало всё больше. Декстер закрыл нос рукавом, Полкан же стоял и наблюдал. Ему этот запах был уже привычен, да почти к любому запаху он быстро привыкал. Много говна уже успел понюхать.

— Когда-то был, — произнёс старик и поставил пузырь на стол. — Онгетрис, — представился он.

— И мергаст?

Старик покивал, облизывая свои губы, он подошёл к окну и протёр запотевшее стекло.

— Мергаст-мергаст, только вот Мергаста давно нет. Эх, сколько лет хоть прошло?

— Уже двадцать.

— Хо-хо-хо, так даже лучше. Там всегда жопа чесалась, а тут хоть можно на голове постоять.

Полковник вспомнил, что этот чудак довольно быстро убегал, на вид он дряхлый, но проворный. Видимо это из-за его низкого роста — попробуй такого поймай!

Онгетрис тут же замешкался, начал снова срывать травы, после чего мельчит их на столе, мол в доме больше никого нет.

«Так это он тут целых двадцать лет сидит? Может пять лет сюда доходил, но всё же… Одиночество коварная штука, мозг пожирает медленно, но верно. Как и любое курево».

Декстер всё тщательно осматривал, даже позволил себе до чего-то дотронуться, но эффекта не было.

— Осторожнее! — крикнул старик. — Те шипы не трогай, яд осядет в тебе, а потом через несколько дней рефлексы подведут.

Соклановец тут же убрал руку.

«Место и вправду странное, оно и было понятно, когда магия пропала. Но почему?»

— Онгетрис, — окликнул его Полкан, отчего тот с выпученными глазами посмотрел на него. — Про кого ты говорил?

Старик снова захохотал.

— Всякие водятся… — Он снова подбежал к окну и жёлтыми ногтями поскрёб по стеклу. — Те самые — ублюдки.

— Маги? — добавил Полкан.

Онгетрис снова посмотрел на него с горячим взглядом, и подбежал к двери, которая выходила на двор.

Открыв ее, в комнату повеял освежённый воздух, Декстер наконец смог нормально вдохнуть. Старик вышел наружу, за ним же остальные.

— Маги говоришь?.. — проговорил старик, после чего присел на колено и провёл рукой по земле. — Совсем недавно я начал всё хуже себя чувствовать, думал, что не те грибы съел.

Декстер зажёг факел и заметил заборчик вокруг двора, а за ними и перед ними также были острые колья. На другом конце дворика был сарай, на земле небрежно валялись лопаты, длинные деревянные ложки и миски. Лопаты были грязные от земли. Удивительно, что такой худой старичок способен их поднять.

— От кого защищаешься? — спросил Полкан, указывая на защитные сооружения.

— От людей и диких собак. А вот в последнее время слышу гул под землёй. Они хотят, чтобы я не сопротивлялся, хотят, чтобы я вышел к ним.

Чудак посмотрел вверх, где тучи полностью закрывали небо. Декстер заметил, что огонь слегка колебался от ветерка, но он не слышит даже как листья шелестят. Такой же сквозняк был и при открытии двери, что казалось очень подозрительным, — ведь, как магия пропала — за всё это время не дул ветер.

— Небо… — прохрипел Онгетрис. — И не обычные тучи…

— Необычные? — переспросил Полкан.

Старик засмеялся.

— Видишь, как сухо сегодня? А это тёмная магия!.. И так уже несколько дней.

«Несколько дней не могло быть так, ведь совсем недавно было ясное солнце».

— Тёмная магия? Это из-за неё мы не можем колдовать?

Декстер резко устремился вперёд, он не отводил взгляд от огня у себя в руке и наконец доковылял до нужного места. Факел разбушевался сильнее. Он положил его на землю, а сам начал рвать траву и откапывать землю. Старик это заметил и с большим удивлением кинулся к нему. Полкану это не слишком понравилось.

Онгетрис помог соклановцу сгрести землю. Под ней была каменная плита из которой веял сквозняк. Декстер сглотнул и двумя руками попытался его поднять, но силёнок не хватило.

— Дайка мне! — добавил Полкан, после чего они освободили ему место.

Полковник тут же нагнулся, схватился четырьмя пальцами каждой руки за плиту и резко потянул вверх. Держится крепко, но недостаточно крепко для полковника. Он наконец вырвал эту плитку вместе с деревянными корнями, которые срослись к нему, и откинул валун вперёд. Чёрный безмолвный путь, из неё послышался жуткий гул, мол кто-то огромный выдыхал воздух из лёгких.

— Натака куангука чини я ардхи! — проговорил старик.

Декстер бросил факел вниз, осматривая непроглядную тьму. Он упал не глубоко, так что спуститься можно, а если скинуть туда булыжник, а лучше два, то можно и вылезти обратно.

— Интересно… — проговорил Полкан.

«Накаркал на счёт шахт. Похоже на обычный погреб. А вдруг мы там что-то сможем найти, раз уж сам Онгетрис удивился этому месту. Несколько бутылок вина мне бы точно пригодились».

Лезть туда не очень хотелось. Полковник множество битв прошёл, и его чуйка на опасность сохранилась по сей день. Декстер начал делать второй факел, а старик быстро побежал в дом. Полкан жалел, что не взял с собой оружие из Альгисти. Это был первый случай, когда он лишился магии, и такое упоминалось только при использовании сильного колдовства или древними заклинаниями.

В этот момент отлично бы зашла секира. Полкан вспоминал, как с помощью неё разрубал противников пополам, как все его удары были смертельными — всегда успевая бить первым, что повышал себе выживаемость, ибо тяжёлое оружие для него — лучший друг.

— Сделай несколько факелов. Хотя бы четыре штуки, — сказал Полкан разминая свои кулаки.

— Зачем так много?

— Просто сделай, — гаркнул он.

Его руки задрожали. Нет, не от страха, скорее от этого погреба — скверного места. Хотя этот лес полностью пропитан нехорошим воздухом, но снизу шло нечто другое.

Полкан взял с земли кирку. Довольно массивная, чтобы пробить черепушку кому-то, хоть как-то сойдёт за оружие. Декстер это заметил, он тоже почувствовал некую опасность — расстегнул свои ремни на кофте, что будет удобно и быстро достать кинжалы.

Первый факел зажжён, Декстер повис над этой дырой, осматривая подземное пространство. Онгетрис быстро вернулся, в его руках была верёвка и круглый чёрный пузырёк, что протянул Полкану.

— Зачем мне это?

— Пригодиться для фейерверка.

— Чтобы земля на нас обвалилась?

— Эта бомба хорошо огонь разводит, заодно и колбаску пожаришь.

Онгетрис схватился за рукав и широко улыбнулся, что можно узреть его оставшиеся, гноящиеся зубы. Полкан неохотно взял этот пузырь, лишь бы он от него отстал.

Полковник прищурился, глядя на угасающий огонь факела внизу.

— Пора.

Декстер приготовил верёвку, она отлично послужит для выхода из ямы. Он спрыгнул первым и сразу сделал полукруг, осматривая подземелье.

Спустившись вниз, полковник тут же зажёг и второй факел, так можно больше и быстрее изучить местность.

«Понятно, тоннель значит, вырывали будто лопатами. И как оно ещё не рассыпалось?»

Он посветил в непроглядную тьму — ничего кроме песка, земли и стен. Ему пришло в голову, что тот старик подставил их. Осталось дождаться, когда он перережет верёвку. Но верёвка продолжала висеть.

Полкан начал осматривать пузырь: какая-та жидкость и пробка со шнуром, привязана кольцом, — легко снять пальцем. Из него доносился знакомый запах дерьма.

— Какая гадость! — выговорил Декстер, морщась от запаха.

Полкан улыбнулся.

— Привыкай, скоро будет ещё хуже.

«А хуже будет, ведь эта яма не вселяет хорошего продолжения».

Туннель шёл дальше, прямо под домом того старика, Полкан расслабил руку в которой держал кирку и двинулся вперёд. Всё так же: земля, песок, стены и тёмная дорога перед носом. Декстер снова заметил отсутствия сквозняка, а ведь на выходе он был. Полкан споткнулся об уступ, но сразу же выровнялся. Он уже привык чувствовать землю своей магией, чувствовать любую вырубку, ямку, что ещё до несколько шагов рассчитывал свою ходьбу, а здесь, в тёмном помещении ещё нужно и под ноги смотреть.

И как только люди ходят?

Из тёмного мрака снова послышался жуткий гул, мол кто-то сидел в ней, медленно сжавшись в землю, готовясь к нападению. Декстер резко обернулся назад, мол кто-то уже следил за ними, но сзади никого. Паранойя — отличный друг для защиты и опасный враг для твоей головы.

«Сейчас как выпрыгнет какая-то хрень из темноты, и я получу инфаркт. Вот будет здорово, когда этот редис выберется отсюда и всем расскажет, что Полкан Сезари ди Шоль умер от страха! — Проводя языком по своим зубам, почувствовал адреналин в крови. Сердце начинало сильнее стучать в надежде увидеть невидимого противника. — И долго мне ждать нападения или я уже сам становлюсь параноиком?»

Факел не так далеко светил, но там точно кто-то есть, Полкан резко остановился, за ним же Декстер, взгляд у него был испуганным. Полковник закинул факел вперёд, от счастья оно не затухло, но оно засветило движение. Из темноты вышло длинное тело, прямо аж до потолка. Тело человека, только кожа белая, как мел, с отсутствием лица.

— Что это? — выкрикнул Полкан.

«Ну вот — инфаркт обеспечен!»

То существо начало приближаться, отчего Декстер и Полкан начали отходить назад.

Он никогда не встречал подобных тварей, страх пришёл сам от безызвестности. Если это был обычный человек, с ростом трёх метров, то Полкан легко бы с ним разделался, ну с этим…

— Это Коробейник! — заметил Редис.

— Короб-кто?

Тварь дробными шагами вдавливал землю, громко дышал, его гул распространялся по всему тоннелю. У этого чудища длинные когти, что наверняка способен разорвать тушу. От него исходила какая-то аура, отчего тело впадало в дрожь, а за ним головная боль и нехватка воздуха.

— Коробейник! — повторил соклановец.

Полкан сильнее сжал кирку, всё обдумывая, как дотянуться до головы этого здоровяка. У Декстера не было такой паники, как у полковника, ибо он уже встречался с подобным явлением. Он кинул в коробейника факел, отчего отлетел, словно от каменной стены, благо тоже не потушился, как предыдущий.

— И как его одолеть? — прошептал Полкан.

— Не знаю! — Декстер начал глотать воздух.

«А кто знает?! Старый пердун, или баба Надя?»

Декстер поджёг третий факел, после чего Полкану уже надоело отходить назад — ждать, когда стена упрётся им в спины. Приготовив кирку, он кинулся в атаку.

Как этот коробейник стал ближе, в глазах появилось размытие, но это полковника не остановило. Он замахнулся, чтобы нанести удар ему в грудь, но чудище быстро направило когтями в его сторону, отчего пришлось бить по руке.

Удар.

Кирка не проткнула руку, Коробейник уже замахнулся второй рукой; как-никак Декстер с кинжалами поймал эту руку, крепко ухватившись за неё. Тварь отвлеклась на него, отчего начал яростно стряхивать с себя.

Чудище выбило кирку, Полкан откинулся назад. Голова всё сильнее начала раскалываться. Декстер уронил кинжалы и отступил, по-прежнему отходя назад.

Полкан поднялся и задней ходьбой догнал своего напарника. Снова они бродили задом к первому входу. Вспомнив о зелье, он достал его из кармана, отряхивая вонючий песок.

— Ну посмотрим, как поможет этот фейерверк, — промямлил он и выдернул пробку.

Этот пузырь начал сильно нагреваться и всё сильнее светиться, разводя огонь внутри. Он тут же кинул снаряд в Коробейника. Только через вечную секунду оно взорвалось, да с такой мощностью, что откинуло Полкана и Декстера на приличное расстояние.

Как только потолок не упал, неизвестно, но песок с землицей накрыло их тела.

— Ох, нихрена-се! — выругался Полкан, вставая на ноги.

Декстер начал отплёвываться и отряхиваться за полковником.

«Теперь мне нужна ванна, и отдельная ванна для моей формы!»

Полкан заметил, что его одежда слегка горела, он тут же его потушил, отчего стало чуть темнее. Только на месте взрыва полыхал огонь, понемногу погасая.

— И как только здесь ничего не обрушилось? — проговорил он.

«Видимо, что с Коробейником покончено. Да чего уж там, я чуть сам с собой не покончил».

Полкан заметил, что уже ничего не болит, как снова зрение вернулось в норму, как снова в жилах побежал приток магической силы — прочувствовав всю почву, которая его окружала с ног до головы. Даже небольшой сквозняк повеял с другого конца туннеля.

— Возвращайся обратно! — Полкан прошёлся вперёд, осматривая место поражения.

— Ну я…

Не успел договорить Декстер, как неуклюжа успел поймать последний факел. Он ничего не понял, как земля вырвалась у него прямо перед носом, перекрыв путь к туннелю.

Огонь уже успел полностью погаснуть, оставив помещение в полной темноте. Полкану не привыкать к подобному, то как его преимущество — магия земли, в такой-то темноте он может полностью адаптироваться, ни разу не споткнувшись.

«Неужто эта тварь блокировала источник магии, тем более на такое приличное расстояние? Теперь я чувствую одних стервятников, да к тому же слабую прочность этих стен. Повезло, что всё здесь не обрушилось».

Чуть дальше коридора слабо накалялся факел. По пути, полковник подобрал кинжалы Декстера. Дышать после Коробейника стало легче, но этот песок с поднятой пылью затруднял дыхание.

«Факел Декстера — попытка хоть как-то приостановить чудище, от которого даже мокрого следа не осталось».

Полкан взялся за древко, тряпка ещё не вся выгорела и к тому же оставался специфический запах. После чего достал свою зажигалку, которая вся была грязная от земли, и несколькими попытками наконец смог поджечь тряпку. Может пригодиться.

Минуя достаточно метров, тоннель стал шире. В глазах бросился окровавленный сухой песок, вырисовывая незнакомые знаки на стенах, земле и на выжженном пепле.

«Или костей. Это место охранялось. — Полкан прошёлся с другой стороны, рассматривая оставшиеся следы. — Слишком сухой песок. Происходило давно. А по следам здесь было несколько человек. — Провёл факелом над пеплом. — Чем же они здесь занимались? Кричали и махали руками? Орали и бушевали, или использовали человека для странного обряда?»

Последнее больше подходит. Это явно проявление тёмной магии.

Послышался какой-то грохот снаружи, Полкан поднял голову. Похоже на гром, но что-то оно слишком часто гремело.

Больше никаких улик и доказательств здесь не присутствовало. Полкан направился ко второму выходу.

Выбив булыжник из прохода, на улице стало светлее. Сами тучи ярко сверкали от молний, словно фейерверки по праздникам; Полкан же вспоминал, как маги подрывали людей на полях битвы, что аж сам огонь горел красным пламенем от их страданий. Он не помнил, что на резамовских землях была такая погодная аномалия. Новый повод насторожиться.

Сам полковник находился ниже холма, под территорией Онгетриса. Оттуда слышался безумный смех и всхлип, отчего полковник поспешил. Он с помощью магии оттолкнул себя от земли, отчего поддался небольшому полёту.

Декстер заметил что-то сверху и отскочил. На его место приземлилась тень, слегка встряхнув землю. Соклановец тут же приготовился к бою, выставив кулаки перед собой; он поймал собственные запылившиеся кинжалы, отчего часть пылинок попала ему в рот.

— Я вернулся, — отозвался Полкан.

Декстер начал отплёвываться:

— Что-то нашли?

— Ничего.

Полковник перевёл взгляд на старика, тот что-то громко бормотал себе под нос, пробуждая свой гулкий голос по двору. Это напоминало молитву, то как старик стоял на коленях и брыкался по сторонам говоря по мергастски.

— Аликуджа кууа кила у-мту, аликуджа кусафиша хапа, аликуджа хапа тена, миака иширини баад-дауе!

Громкий удар молнии в небе сбил его с места. Он шокирующими глазами посмотрел на бушующую стихию в свинцовых тучах, извергая всё больше молний из своего чрева, что молнии начали бить прямо по лесу.

— Старик! — выкрикнул Полкан. — Что с ним?

— Не знаю, он такое начал, как шторм начался, — ответил Декстер всё пригибаясь от грозы.

«Здесь что-то не так… Но что именно, до сих пор не понятно! — Полкан подбежал к старику. — Сейчас, как долбанёт сюда эта электрическая змея — и не завершу дело до конца».

Дождь всё ещё не идёт, это значит только одно — тёмная магия.

— Катика Резам, лазима укимбие хуко, хуко в Резам! — Онгетрис схватился за предплечье полковника. — Резам… Резам в опасности! Харака — Спешите!

Полкан смотрел на его безумные глаза, в такой обстановке Онгетрис чуть-ли душу свою не отдавал ради этих слов.

— Нужно быстро уходить, идём сейчас-же! — привстал полковник.

— А как же старик?

— Он о себе позаботиться.

Онгетрис остался один, продолжая стеклянными глазами смотреть на разорвавшиеся искры в тёмном небе. Молнии били по лесу, отрывая от деревьев щепки. Удивительно было, что от таких ударов молнии, пожара никакого не происходило, кроме пепельных следов.


* * *

Изнутри проносилось эхо, что можно слышать, как любой сидячий владелец торговли беспокойно ёрзал задом. Гид прошёлся по серебряному полу; его небрежно лязгающие сапоги с высоким металлическим каблуком, гулко раздавалось по залу. Он подметил лица отрока Нильса и печатника Лариона, они приветствующий наблюдали за ним. Не было только воевода Селивёртса и воеводы Надина.

По другую сторону, как всегда собрались обычные граждане. Большинство из них были кузнецы, — среди них же была та капризная девчонка Чарси. Только вот мастер Михаэль, как обычно пропускает это важное совещание, впрочем, как всегда.

Гид не особо радостно туда смотрел, ведь взор горожан его съедал. Наконец добравшись до большого стола, можно расслабленно сесть и наблюдать отсвет молний за большими окнами; сам гром не так сильно проходил сквозь стен, что позволяло спокойно вести беседу.

— Тихо, тихо, не шуметь! — крикнул Гид, подняв ладонь в сторону толпы.

Заместитель, который сидел со стороны, тут же принялся скользить пером по бумаге. Как в зале стихло оживление. Нильс тут же вызвался:

— На этой недели было меньше поставок, а разбойники всё продолжают набеги!

— Набеги?! — выкрикнул Гид и выпучил глаза. — Вы должны не только там сидеть на голой жопе и рубить этих тварей, но к тому же найти этих долбаных заговорщиков!

— А может стоило бы соклановцев привлечь?

— Вот именно! — резко отозвался Ларион, он никак не мог спокойно сидеть, мандражно ёрзая на стуле.

Гид злобно на него посмотрел, отчего тот опустил голову.

— А ты разве забыл Нильс, как с этим заданием справились дауфракцы? — Он сделал паузу, чтобы все присутствующие резко ощутили свою глупость. — Или ты хочешь сюда привлечь фотсижев или редисов? — Гид откинулся на спинку стула: — Впрочем, это не вопрос, если сделаете вклад.

Обычные горожане снова начали балагур.

— А откуда-то вклад? — отозвался один горожанин. — Мы ведь крошки доедаем!

— Тихо, тихо! — снова крикнул Гид, на этот раз он громко постучал кулаком по столу. — Если мы прекратим поставки на наши лагеря, всё пойдёт к чертям! Слышите?

Горожане не собирались затихать, торгаши начали озабоченно кататься на стульях.

Послышался шорох, лица воевод и владельцев обернулись на открывающиеся ворота. Оттуда начали выходить вооружённые люди в тёмно-зелёной одежде. Гид продолжал смотреть своими ошарашенными глазами, он никак не мог прийти в себя. Молния осветила помещения своей серебристой вспышкой, раздавая звуковую волну по залу. Резко подул сильный ветер, отчего все упали на колени, закрыв голову руками; все свечи были потушены — тьма захватила территорию.

Гид попытался ползком сбежать, как в этой темноте его схватили и потащили назад.

— Отпустите меня! Вы не знаете кто я такой!


* * *

Молнии продолжали разрываться в тучах, оставляя после себя высеребренную паутину. Люди толпились возле Главного Здания. После каждого грома, они пригибались.

Полкан слез с коня, он кинул взор на Декстера, что аж пригвоздил его на месте.

— Быстро езжай в Альгисти! И ничего не спрашивай! — он сказал со всей своей грозностью, отчего юноша тут же помчался прочь.

Вот и ветер подул, и с каждой секундой начал усиливаться. Люди пытались поворачиваться к нему спиной, но большинство были устремлены в центр события.

Из здания силой выпихнули Гида, что вмазался лицом на грязные каменные плиты, что воняли дерьмом. Народ готов был его разорвать, если бы не мечники в зелёной одежде не оцепили толпу, которая возбуждена гневными голосами. Каждый человек в такой массе непроизвольно передавался повышенным безрассудством окружающим чувствам.

«Проще говоря, они уже готовы на полное насилие — на жажду крови».

От них слышался разъярённый вопль:

— Урод!

— Тварь!

— Я убью тебя!

Гид медленно поднял голову, узрев лицо девушки. Чарси. У неё в руках был меч, которым с лёгкостью прорубала стебель дерева. Это должно было напугать Гида, но у него на лице расползалась широкая улыбка, становясь ещё менее приятным. Даже после смерти, вряд ли она получит радость, ибо улыбка — это уверенность; вдобавок Гид начинал хохотать.

— Думаете, вы всё исправите? Ха-ха-ха! Исправите все ошибки?! Вы просто пешки, вы все наивные глупцы! — Гид расширил свой рот, усиливая свой смех на всю площадь. — Вы даже с бандитами не справитесь!

Чарси только подняла подбородок, смотря на него, как на последнюю заразную скотину, которая ничего не заслужило в этом мире, а особенно говорить своим грязным языком.

— С бандитами справимся, — начала она, — я как раз с этого и начну! — И подняла меч.

Новые крики людей, будто целой колонной идут в бой. Это гораздо громче, чем предыдущие визжания от страстей. На фоне послышался шквал выкриков — люди кричали: «Убей!». Чарси крепче сжала рукоять своими потными руками и, взмахом ударила Гиду в плечо, что лезвие прошло по его телу пополам; кровь тут же брызнула в лица горожан. Толпа продолжала орать, некоторые из них не выдержали и их вырвало прямо на месте. Мечники на это никак не реагировали, они просто продолжали сдерживать толпу, пока те не успокоятся.

У Чарси дрожали руки, её глаза были закрыты — весь шум и балаган для её ушей был фоном белого шума — только она одна. Открыв глаза, она наконец ощутила на себе кровь, которая уже становилась холодной, почти, как капли дождя на ветру. Но только дождя не было. Кровь растеклась по плитам, запах железа доносился всё сильнее, металлическим привкусом во рту. Она смогла сдержаться, ведь этот запах ей знаком, слишком знаком, чтобы её вывернуло наизнанку.

Тучи начали успокаиваться, будто они всё это время подыгрывали толпе, которая начинала рассасываться. Люди с радостными лицами начали покидать площадь, где оставались мечники и Чарси, и Гид, — то, что от него осталось.

«Эти мечники не городские, их форма не знакома, какая-то секта, или секретная организация, или ещё того хуже!»


* * *

— Чарси! — крикнул Полкан.

Он стоял в нескольких шагах от этой группы. Мечники насторожились, схватившись за эфесы холодного оружия на поясах. Чарси жестом дала понять, что опасности нет, отчего те позволили себе немного расслабиться, но руки от рукоятей не отвели. Они поминутно облизывали губы, и их взгляд метался из стороны в сторону, высматривая лучшие позиции.

Чарси вздохнула и сбросила оружие на землю.

— Полковник, а мы наконец-то решаем проблемы!

— Я вижу.

Полкан начал подходить к этой группе, те начали сходиться в линейку.

«Окружить меня хотят, ха, слишком предсказуемые».

У Чарси не было уже огонька в глазах, когда она горела своими желаниями — совсем стали холодными. Опасный взор. Взор палача — взор убийцы. Её лицо с кровавыми пятнами уже не казалось таким милым. Дерьмо и то бы лучшее окрашивало.

— Решаешь проблемы значит, — говорит Полкан. — Видно, что здесь появились твои новые друзья!

— Верно, вы с ними уже давно знакомы. Может пора бы вам и подружиться с ними, ведь всегда есть выбор к большему добру полковник!

«Или к большому злу. Про меньшее зло здесь даже и не пахнет. И что значит «знакомы?». Одежду такую впервые вижу».

— Видимо, — полковник развёл руками, — я уже слишком стар, чтобы иметь выбор.

Мечники начали заходить по сторонам. Чарси же стёрла с себя кровь рукавом, её личико снова приобрёл милый характер, даже глаза теперь не кажутся такими жестокими. Но Полкана этим не возьмёшь, у него даже бровь не шевельнулась.

— Очень жаль, полковник, — проговорила она нежным голосом.

— А мне нет.

Послышались шорохи кожаных ножен и лёгкий лязг металла. Мечники начали приближаться, указывая своим сотоварищам: в обход. Тридцать вооружённых человек, которым осталось жить совсем немного.

Полкан подтянул потуже ремень, размял плечи, похрустел шеей и напряг каменные пальцы. Он вновь пожалел, что не имел холодного оружия, что приятно охлаждало бы кожу.

Среди мечников могут быть маги, только не выдают себя, слившись с товарищами. Необычные воины, опасные, но Полкан опаснее. Чарси отходила подальше от грядущей беды.

Из туч появились маленькие проблески солнечного света, который помогал осматривать улицу. Мечники молодые, среди них стариков мало, даже убивать жалко. Выхода другого нет. С секирой закончить дело было бы быстрее.

Противники с каждым шагом окружали одиночную цель. Полкан почесал бровь, тут же мечники сделали шаг назад. Аккуратные, явно знают, что делают. Мир словно сжался в этом узком радиусе. Посмотрев на Чарси, та невинно смотрела в ответ. Она заметила улыбку Полкана, после чего его лицо стало слишком суровым.

Он


убрать рекламу






топнул тяжеленной ногой по каменным плитам, закрыв себя и мечников грунтовой землёй.

— Жги! — послышался крик одного из мечников.

Земля под ногами содрогнулась. Послышались звуки бьющихся клинков и свирепых криков. Новый толчок в земле, отчего Чарси свалилась на колени. Теперь время пошло намного быстрее: лязг, вскрик, грохот.

Вот уже воцарилась тишина. Стены обрушились на землю, поднимая удушливую пыль и оставляя ущербные шрамы на дорогах города. В радиусе обвалившегося круга, были видны окровавленные трупы мечников.

Полкан осмотрелся, остался ли кто живой. Потом он сорвал у одного ткань с одежды и внимательнее всмотрелся на знаки.

— Не может быть. Вот ж ведь чёрт! — рявкнул он, сильно отдышавшись.

Старость даёт о себе знать, уже не так, как в молодости. Полковник тут же направился на Чарси. Та продолжала испуганно наблюдать, мол это всё её не касается.

— Теперь ты! — злобно сказал Полкан.

— Я не хочу драться.

Тот покивал головой и улыбнулся:

— Это хорошо, легче будет!

С ноги зарядил ей прямо в нос, отчего наружу выплеснулась алая кровь. Затем он взял её ногу и кулаком ударил в бедро: послышался хруст костей.

— А-а-а! — закричала она.

— Значит Катаджи! Вы забыли, что они с вами делали?!

Её лицо снова в крови, что придавал ей характер убийцы. Она схватилась за свою ногу, и бесполезными попытками начала отползать.

— А что делать полковник… что делать? — взвыла она от боли.

— Всё возможное делать, — Полкан посмотрел на разрубившего Гида. — Убив его, вы сделали только хуже.

У Чарси появились слёзы; тяжело дыша, боль у неё начала немного отступать. Она начала посмеиваться, этот смешок немного напоминал смех Онгетриса.

— Давно вы о людях стали думать? Ха-ха, когда этих храбрецов разом сожрут? Забавно, — она доползла до бордюрчика и облокотилась на него, — а что они сейчас по одному дохнут, разве не задумывались? Альгисти, Нюр Арем, — она сглотнула, — что там тем «людям» до нас? Они хорошо живут, зачем им тогда проблемы от других людей?

Полкан осмотрелся, не подоспевают ли остальные.

— Вот так вот, полковник. На улице воняет, уже дерьмо убирают стражники; люди здесь режут друг друга, спиваются, грабят, потому что Гид из нас всё выжал; молодёжь сбегает подальше, погибает, а врачей у нас тут вообще нет — сбежали или поддались к бандитам.

— Так что же вы их всех кинули? — Полкан сжал свои пальцы, отчего почвой зажал ей руки. — Вы же сами их убиваете.

— В городе живут тысячи, а сотни пожертвуют собой ради общего блага, — Чарси широко улыбнулась. — Это же вы всё начали, Катаджи не забыли…

Полкан не сдержался. Он взялся за вторую ногу, начал сжимать её мышцу, отчего та закричала от боли, пытаясь вырвать руки с магической почвы, но было бесполезно, что только брыкалась в разные стороны.

— Кто предводитель Катаджи? — начал Полкан.

— Это вам всё равно не поможет!

Он сжал ногу настолько сильно, что она начала плеваться:

— А-а-а!

— Говори! — крикнул он.

— Это… это Ас-с…

— Ас-с? — Полкан смягчил давку.

От боли она жадно начала хватать воздух.

— Кто?

— Астерион.

Полкан промычал и сглотнул слюну. Он свистнул, отчего к разрушенной улице прискакала лошадь. Запрокинув ногу на сиденье, он в спешке отправился в Альгисти.

— Вы от этого не уйдёте, — прошептала Чарси, — всегда нужно отвечать за поступки.


Опасное порождение

За пределами Фотсижу, дороги расходились вдоль широколиственных лесов, направляя пути в лоидские города. С другой стороны, виднелись и поля, обеспечивающие территории провизией или для расширенной торговли в дальние земли. Если подрубить ещё несколько деревьев напротив, то можно отстроить несколько кланов, как это делал первый предводитель фотсижев.

Лес был чем-то похожим на город: также окружал высокими деревьями, как каменные здания. Лиара подумала, что зелёное царство становилось больше и длиннее, пока она с Милой не вышла к склону, где деревья на несколько десятков метров отсутствовали, раскрывая просторный участок, где и назначалось место встречи. Там были две статуи: один смирно стоял, держа в руке рапиру; напротив него второй мечник, держал оружие на уровне носа, готовясь нанести кольчатый удар.

Интересно, кто из них вышел бы победителем, если бы они сейчас ожили.

На большом камне неподвижно сидел мужчина с седыми волосами. Как Мила и Лиара приблизились, они заметили, что мужчина сидел с закрытыми глазами и почти не дышал. Он держал длинный посох, прямо как у красноэлых-колдунов, но с виду вроде обычная деревяшка с обрезанной корой.

— Мастер Леокед. — Мила преклонила голову, Лиара повторила за ней.

Как только Лиара подняла голову, так тут же перед носом оказался этот колдун, отчего та содрогнулась с места. Мила никак не отреагировала, видать уже привыкла к такому трюку.

Леокед Полуфи дан Ренни, закрывшими глазами смотрел в пустоту; его неподвижный взор, словно наблюдал за ней, накаляя жуткое чувство.

— Здоровье крепкое, но крепка ли твоя душа? — он поднял веки, за которыми скрывались белые зрачки.

Его глаза не такие, как у живого человека, отчего Лиара на шаг отступилась.

— Д-да, — неуверенно выдавила она.

— Настоящий маг всегда должен отвечать чётко! — громогласно выкрикнул Леокед. — Не думай, что если я слепой, то не вижу тебя.

Та кивнула ему, — на ответ не хватило сил. Он же позволил себе выпрямиться и очень легонько улыбнуться. От этого стало немного легче.

— Хорошо, тогда мы начнём сегодня, — бережно провёл пальцами по своей бородке Леокед.

Он подошёл к Миле. Перекинулся с ней пару слов, как та понимающе кивнула и оставила их наедине.

Лиара сжала кулаки, пытаясь отвлечься от небольшого стресса пред ним.

— Статуи Никомакхос, — указал он посохом на две каменные статуи: — Легендарные воины старого мира, которые прошли множество битв: один из них никогда не убивал, оставляя своих соперников в живых, даже самых свирепых и сумасшедших. А второй всегда убивал, лишая в мире слабаков и недостойных этого мира. — Леокед протёр свой лоб ладонью. — Что об этом думаешь, Лиара?

— Это выдуманная история… — аккуратно ответила та.

— Верно, выдуманная. Но насколько выдуманная история отображает реальность людей? И чего они хотят от этой жизни?

Лиара не посмела его перебить.

Леокед застыл на месте, словно статуя.

— Майрин мне говорила, что у тебя есть сила, верно?

— Я маг огня…

— Магия — это не сила. Столько людей от этого пострадало. Разве Одольфу и Героху магия помогла в величие?

— Они не были магами.

— Верно. — Леокед удобно уселся на камень. — Так скажи мне Лиара, зачем тебе сила в магии? Неужто страдание за этот маленький талант стоит этого?

В глазах всплыло лицо Фелгмара, отчего Лиара от резкого чувства прижала ладони.

— Я не смогла защитить любимого человека.

— А с магией сможешь это сделать? — Леокед поднял бровь, не отводя с неё пустой взгляд.

— Смогу.

У этого старика расползлась улыбка. Лиара не нашла здесь ничего смешного, от чего она понемногу злилась.

Старик с седыми волосами выпрямился, и пальцами откинул свою ухоженную, тонкую бородку. Он палкой постучал по камню и провёл языком по верхней губе.

— Ответь мне, Лиара, что общего у статуй Никомакхос?

«Один из них никогда не убивал, второй убивал всегда. Оба всегда выходили победителями».

— Возможно это борение.

— Это твой ответ. Я вот по крайней мере думаю, что это примирение.

Никомакхос: один стоял смирно, как второй готовился к атаке. Если смотреть под другим углом, то первый уже может быть победителем, а второй проигравшим. Лиара вроде начинала этого осознавать, приводя всё больше мыслей на счёт них.

«Неужто мой ответ отражает реальность этих статуй?»

— Магия — это твоё искусство и только ты сможешь её развивать. — Леокед прикрыл глаза: — Сумеешь ли ты преодолеть собственные препятствия?

Лиара почувствовала, как в животе, что-то скрутило и возложилась огромная тяжесть на её плечи. Она увидела, как брови Леокеда сошлись к переносице, а уголки рта были опущены вниз. Мышцы на спине напряглись, как через несколько секунд её тело поприветствовало землю — свалившись вниз, как мешок с песком.

«Что это? Почему я стала весить несколько тонн?»

После падения, резко почувствовалась боль в плечах и в ногах. Без ушибов не обойтись. Разве это магия — раздавить себя собственным весом?

— Когда встанешь на ноги, перейдём к следующей тренировки! — сказал Леокед, облизывая губы.

«К следующей?! Да я сейчас задохнусь! Дерьмо! Какая там тренировка, я даже не могу рукой пошевелить!»

Тело, как магнит, который прилип к земле. Мыча от боли и суетливости, через несколько минут, она уже поняла, как можно кое-как пошевелиться: медленные и верные шевеления мышц, напрягла руки, облокотившись ими об землю и наконец смогла чуть привстать, — уже готова сделать последний рывок.

«Тебе так просто меня не сломать, старик!»

И тут же резкая боль в пояснице, после чего с новой силой ударила землю, на этот раз лицом. С носа пошла кровь, а лицо ободралась и испачкалась. Без синяков не обойтись.

«Чёрт! И как мне выбраться, это разве возможно?»

В таком положении, в шее сжались артерии из-за чего в глазах появился небольшой мрак. Лиара с невероятными усилиями заставила себя перевернуться на бок, избегая потери сознания. Леокед продолжал улыбаться. Её это раздражало.

«Нужно его обыграть, только… Что делать? Что? Дышать? Преодолеть препятствие… Моё тело?!»

Она резко открыла глаза, Леокед что-то почувствовал и хмыкнул, — улыбка у него тут же исчезла. Лиара сделала вдох. Снова медленными движениями облокотилась на землю. Немного подождала и перевела дыхание.

Последний рывок.

Вырвавшись из ловушки, она ощутила лёгкость, словно пушок, давление тут же рассеялось на ветру.

Леокед громко стукнул посохом по камню.

— Отлично! — гаркнул он. — Я теперь почувствовал силу, — снова посмотрел своими пустыми глазами на неё. — Зажги свой огонь!

Тело ещё не отошло от боли. Она сглотнула, перевела внимание на свои руки и зажгла в них магическое полымя.

Леокед так же напряг руки, что можно наблюдать вздувшиеся его вены. Он воздвигнул зажимавшуюся огромную стену. Жуткий звук. Через пару секунд эта стена укрепилась, почти, как сам металл.

— Я почувствовал твоё спектральное излучение, используй его! — Он резко провёл рукой по своей бородке. — Твой огонь способен резать металл, сможешь ли ты подчинить его?

Он сделал паузу, ожидая от неё ответа. Лиара же молча смотрела на пылающие ладони.

— Разрушь стену! — сказал он ей.

«Резать металл? Он думает, что я не способна разорвать какую-то стену? Сейчас я ему покажу!»

Она добавила мощь, отчего одежда начала немного портиться, и выпустила огненную волну в цель. Пламя разошлась в стороны, создавая взрыв жёлтой звезды, ослепительного, раскалённого огня. Жар тут же ударил в лицо.

Вложив достаточно сил, Лиара устало выдохнула, её руки слегка тряслись, пот выступал на лице. Такую мощь вряд ли что-то удержит.

Переводя дыхания, она всмотрелась в рассеявшийся дым. Сначала показалась выжженная трава, затем металлическая стена — полностью цела и невредима, даже окалина не было заметно.

— Не получилось? — потрясённо проговорила Лиара.

— Потенциала огня не усвоено, — вставил Леокед, — как же ты владеешь магией?

— Как и все владеют. Читала разные книги, тренировалась…

Леокед снова громко стукнул посохом, та вздрогнула.

— Читала… Тренировалась… Изучая уже изученное! — Он хмуро подошёл к ней и своим посохом ударил по рукам. — Здесь нет твоего огня, ты его искусственно наращивала.

— В схватках я никогда не проигрывала.

— Не проигрывала слабакам! Настоящий враг не будет просто махать руками и нестись на тебя, как последний дурак!

Лиара вспомнила бандита с красными глазами, ведь тогда он мог покончить с ней, если бы не Стейнор. Леокед продолжал смотреть пустыми глазами сквозь неё.

— Думаешь им навредит твой огонёк, которым можно костёр развести? — ткнул в неё посохом.

— Всегда можно увеличить мощь.

— И только напрасно потратишь силы! Ты не должна думать, что можешь победить, а должна думать, как будешь распоряжаться!

Лиара только повертела головой и нащупала шишки на руках. В этот же момент из-под земли воздвигнулся небольшой камень, после чего Леокед поставил на него флакон, содержащуюся в ней неизвестную жидкость.

— Это поможет тебе со спектральным огнём, — говорит он уже спокойным голосом. — Но, если ты не справишься — сгоришь. — Сделал акцент на последнем слове.

— Сгорю?

— Да, если ты не справишься со своим огнём, то умрёшь, — говорит он с улыбкой, жестом указывая на напиток, затем указал на стену: — Не воспользуешься этим, тогда тренировки окончены.

Лиара успела только сглотнуть, быстро моргая и ощущая, как бледнело её лицо.

Надеяться на Илиодора уже глупо, смешно себе представить, что он отстраниться от своих дел. Второго шанса не даст, как и другим.

«Мне всего лишь нужно его выпить! Что тут сложного?»

Пытаясь себя заставить хоть немного пошевелить пальцами, мозг заставлял тело не шевелиться. Она продолжала стоять, как те две статуи, что смотрят на застоявшеюся возможность.

Леокед начал уходить, как Лиара так и не сдвинулась с места, продолжая глядеть на зелье.

«Можно сказать, что я пытаюсь подписать договор о своей смерти».

Она понимала, что её возможности преувеличены, они не такие, какие она их представляла. Она понимает, что этот риск зависит от точного управления своих чувств. Разве этот флакон не служит к искусственному наращиванию?

Леокед уже скрылся из виду.

«Нужно… всего лишь… его выпить! — Ладони наконец превратились в кулаки, но шаг сделать не удалось. — Почему это так сложно?»

Вновь сглотнув, она вырвалась из соблазнительной ловушки, протягивая руку к напитку смерти. Взяв в руки флакон, она осмотрела жидкость. Вроде не смертельно.

Вытащив пробку, к носу повеял сладкий запах.

— Будет что будет! — крикнула она и тут же опустошила содержимое.

После употребления, изнутри пошло тепло, развиваясь в организме и усиливая жар. Затем наступила дрожь, ветерок становился почти ледяным. Невероятный приток жара пошёл изнутри, что так и хочет вырваться наружу; такое чувствуется при использовании магии.

Теперь осталось покончить с этой стеной. Лиара воспламенила огонь в руках, — он уже не был обычного цвета. Синее пламя в руках веяло от маленького ветерка; оно начало сильно жечь руки, отчего Лиара закричала.

— А-а, — сжавши зубы она прорычала, уткнувши своё лицо в землю.

Руки были обожжены, она чувствовала, как кожа её начала опухать, как запёкшаяся кровь скользила по её пальцам. Она попыталась привстать с помощью локтей, отчего она узрела последствие: свои обгоревшие руки. От боли у неё накатились слёзы, пот стал ледяным от дующего ветра.

«Я не могу… Это слишком!»

С невероятными усилиями сместилась на спину, стонавши от боли. Небо под действием зелья растекалась серостью, а облака начинали краснеть. Всё тело горело, словно пламя внедрилось вместо сердца, а руки словно плавились в котле.

Лиара заметила, насколько её одежда чуть ли не вся усеивалась ожогами и пятнами. Если повторить подобное, то не только одежды лишишься, но и рук.

Испуганная, начала откашливаться и задыхаться собственным дыханием. Она уже не могла сопротивляться. Слёзы начали скатываться по её щекам, а в глазах накатываться краска, пока не пришла ожидаемая темнота.


Планы к действию

В воротах не было торговых людей, которые каждые дни толпились в удушливой давке. Только некоторые солдаты вели лошадей с повозками в город, набитыми разными видами оружия.

Стражник поднял руку и Полкан остановил лошадь.

— Что происходит, солдат?

— А, это вы полковник, не узнал. — Солдат тут же выпрямился: — Город начал эвакуацию, всех жителей сейчас выводят через северные ворота, а военные укрепляют позиции.

Полкан посмотрел на стену. Над парапетами и бойницами виднелись пики воинов и их непрерывную спешку.

«Вовремя спохватились».

— Илиодор ещё в городе?

— Насколько знаю — да!

— Отлично.

Глава 4

 Сделать закладку на этом месте книги

Полкан вошёл в кабинет. Илиодор продолжал сидеть на своём месте, перебирая тонны бумаг. Он тут же поднял глаза на пришедшего гостя.

— А, Сезари, уже вернулся!

— Вернулся, только вот с не очень хорошими новостями. А ты тут видать уже к войне готовишься?

— Давай ты первый.

— В Резаме действительно замечен след тёмной магии. Нашёл непонятные символы с кровавым песком и раздробленными костями. Видать там что-то писали, а затем выжгли магией, не оставив следов.

— Вот ведь холера! — выругался Илиодор и поднял брови: — Это ещё хуже… — Он глубоко вдохнул, облокотившись на спинку стула. — Это заклинание Цифии.

Полкан недоверчиво склонил голову, у него начали потеть ладони. Илиодор смотрел будто в пустоту, теребя коленкой. Его лицо походило на маску, изборождённой морщинами, белой кожи. Полкана бесило это неловкое молчание.

— Уверен, что это Цифия?

— Кровавый песок и кости, с их помощью они призывали Коробейника, который и наделяет тёмную магию, а затем выжигает её. — Илиодор продолжал смотреть в точку.

— С этой тварью я успел познакомиться, жуткая падла.

— Значит ты уже почувствовал магнитное поле от него?

— Угу.

Илиодор наконец оживился, — он кивнул на свободное место, и начал проходиться по кабинету. Полкан же упал на твёрдый стул, где обычно присаживались горожане.

«И как тут вообще сидят, ведь это дерево только добивает».

— Ты ждёшь гостей видать, а то город слишком пустым стал?

Илиодор не остановился на месте.

— Может быть Полкан… — он снова кинулся за стол. — Среди плохих новостей, иногда есть и хорошие.

— Ха, я и не сомневался, что ты уже всё знаешь, — Полкан широко улыбнулся.

— А то! — прокашлялся Илиодор. — Армия Лоидса в основном на востоке и на севере, а с юга сейчас надвигаются катаджи, и они явно сюда прибудут через несколько дней, верно подметил?

— Только недавно с ними разобрались, как снова они. Значит, есть только мы?

— Почти, — тот поставил локти на стол. — Дисперс успели меня предупредить, и я согласовался с другими кланами, они уже здесь в городе.

— А что случилось с людьми на руинах и на Чёрной реке?

— Ничего хорошего, там много людей пало. Кланы Дауфрак и Деус Риз вмешались. Говорят, что их бандиты чуть с дерьмом не смешали. — Илиодор натянул улыбку: — Я вижу, что ты ещё что-то знаешь?

Полкан захихикал.

— Верно, — он размял шею. — Я узнал имя главаря Катаджи.

Он сказал так, что Илиодор не мог понять, сказал ли друг всерьёз.

Убрав улыбку, Полкан расслабился на стуле.

— Катаджи тебе сказали? — спросил Илиодор, смотря на жалкий вид стула.

— Пришлось развязать языки, к сожалению, я не успел полностью насладиться, — Сезари пожал плечами. — Астерион, что-то говорит тебе?

Илиодор нахмурился, почёсывая свой подбородок.

— Ты же знаешь это имя, — выговорил Полкан от нетерпения.

— Да, знаю. Но он же погиб.

— Кем он был?

Илиодор подержал паузу, для полковника это была целая вечность. Илиодор привстал с кресла и прошёлся к любимому месту для раздумья — к окну.

— Ты ведь знаешь Леокеда?

— Ну? — торопливо ответил Полкан.

— Астерион его сын, был когда-то.

— А-а, тот самый сын, который убил свою мать и брата? Честно говоря, тогда я был слишком занят.

— Верно, но у Астериона не хватило сил на Леокеда, — Илиодор прошёлся по кабинету, снова разминая себе ноги. — Смерть его была такова: Леокед его с землёй сровнял, в буквальном смысле — заживо.

«Мой любимый метод».

— Ясно. Значит, мы имеем дело с другим Астерионом. Кстати, этот Леокед где сейчас?

— По идее должен тренировать одну девушку, — он кинулся к бумагам, — Лиару.

Полкан рассмеялся, отчего вытер слезинки.

— Он до сих пор обучает этих неумех?

Илиодор только хмыкнул, шутка его не позабавила, впрочем, как всегда.

— Лиара Роида да Альгисти — маг огня, единственная выжившая в «Медуси». — Он любопытно посмотрел на полковника, наблюдая, как с него гаснет самодовольная улыбка.

— Выжила за счёт того, что она маг огня?

— Увы, никто не знает, даже она сама.

— А что на счёт Медуси, неужто что-то серьёзное?

— Ещё как! Гоген, его гости и друзья, все были выжжены дотла. Мы выяснили, что это дело рук Катаджи. Как раз их метод, думаю ты меня понимаешь.

Полкан хмыкнул.

— Помню.

— Та девушка Лиара оказалась выжившей, но её быстро завербовали фотсижи.

Полкан встал со стула — он готов поклясться, что, если ещё минуту на нём просидел, он бы разломал его на куски.

— А может она что-то видела, не верю, что ты просто так её отпустил.

Тот развёл руками:

— Не думаю, что это серьёзная информация…

— Тогда скажи мне, — полковник наклонился к нему, — почему тогда она с Леокедом?

Илиодор не сразу ответил, он отчётливо разглядел недовольную гримасу Полкана.

— Она сама сделала выбор. А обговорив с другими кланами, соклановцы согласились нам помочь против Катаджи, так что она нам уже не нужна. И когда сюда явятся катаджи, ты им преподашь урок. Снова.

Полкан медленно облизал губы, затем появилась широкая улыбка. Шрам немного растянулся, отчего Илиодор отвёл взгляд.

— Ты дашь мне армию? — сказал Полкан. — Надеюсь они будут с нормальными командирами.

— Да-да, армию, только солдат не так уж и много, сам понимаешь. И ещё, арбалетчиков нет, только лучники.

— Уже хоть что-то! — обрадовался полковник. — Если они пойдут на стены, то у нас будет преимущество. Ну а если арбалеты где-нибудь найдёшь, то мы быстро солдат обучим.

— К сожалению нет, всё пошло на восток и север.

— Даже не будет…

— Не будет, — договорил Илиодор. Он снова начал рыться в бумагах. — Большая часть гратеев пойдёт сопровождать гражданских, и кстати Маслов тоже имеет командование батальоном.

— Это хорошо, что гратеев не будет, они-то не очень дисциплинированы в бою, а с Масловым я достаточно битв прошёл, чтобы ему доверять.

— Тогда не будем терять времени, — Илиодор глянул на Полкана, — иди пока отдохни, прими ванну, а потом проверь солдат. С новыми новостями я тебя оповещу.

Как больной свет упал на его глаза, стража на улицах в разы участилась.

— Сезари ди Шоль? — отозвал его кто-то за спиной.

Полковник даже не услышал его шагов и даже не почувствовал его приближения. Он резко обернулся.

Перед ним стоял крепкий мужчина зрелого возраста. Полкану было смешно узреть такой необычный вид: клиновидная белая бородка отделена от его длинных белых усов, чуть-ли не от уха до уха, и, что самое главное — его густые брови, которые торчали на концах; очень странный стиль модели у этого любителя изысканной моды, а точнее его утончённости.

— Я вас знаю? — спросил полковник.

— Где же мои манеры, — он вежливо преклонился. — Я Радд Адих Мивод — предводитель клана Дауфрак.

«Чёртовы соклановцы… кланодеятели… клановщики! И что они всё липнут ко мне, как мухи на дерьмо?»

— Ох, — он прикрыл нос и осмотрелся. — Вы недавно прибыли с юга, и как видите здесь стало не так чисто, как было при людях, но к этому привыкаешь.

— Дело обычное, — Полкан понюхал своё плечо, отчего понял, что вонь исходило как раз от него, а не от улицы. — Твоё имя… ты из Вемерии?

— Так точно! К вашим услугам, полковник.

— Вот моя услуга — убирайся к чёрту!

Этот Радд широко улыбнулся — его усики помахали, как крылья, отчего Полкану это очень не понравилось.

Радд закинул руки за спину:

— Вы только что были у Илиодора, и наверняка он дал вам армию.

«Откуда он узнал?»

— Вы подслушивали разговор?

Радд тут же отрицающие потряс головой:

— Нет, что вы… Это и так понятно — чтобы полковник был надёжен в бою, ему нужны люди.

— Ну так что?

— Ваша армия почти не имеет магов, разве что до десяти досчитать. А из меня командир очень скудный, хоть даже предводитель среднего клана. Я хочу предоставить вам своих воинов, они почти все маги, а те, кто не маги отлично владеют клинком, к тому же могут забраться в любую щель и нанести внезапную атаку.

— О нет, только не это, — прошипел Полкан. — Только не грёбаные соклановцы!

— Вы наверняка уже придумали, как защитить тыльные стены, но с нашими магами вы можете это организовать с минимальными усилиями.

«Он явно не дурак, прикрыть тыл соклановцами — неплохая идея».

— Сюда пришли ещё не все соклановцы, они будут прибывать несколько дней, как только опытные бойцы освобождаются из больниц и от заданий.

— Ты просто не хочешь участвовать в сражении, решил сбежать и оставить своих людей на меня? — резко отрезал Полкан.

— Уж поверьте, лучше бы я остался здесь. Но на севере, на границе Гвирента происходят неладные вещи, мне нужно туда добраться, как можно скорее.

— Гвирент… — проговорил полковник. — Они что, сами во всём разобраться не могут?

— Говорят, что происходит что-то серьёзное и поэтому вызвали меня. — Он широко развёл руками. — Для меня большая честь познакомиться с вами, — он положил руку на грудь и поклонился. — Дауфракцы будут ждать вас во дворце «Родже».

Он попятился назад и растворился с патрулём, его присутствие под ногами исчезло.

— Эй, я не давал согласия! — крикнул полковник, но уже было слишком поздно.


Горящее сердце

Вокруг воцарилось пламя, захватывая каждую площадь густого сумрака. Воздух был слишком горячий, а при каждом вдохе оно становилось холодным, словно стужа. За распространившимся жёлтым пламенем виднелась тёмная фигура — силуэт, державший в руке длинное оружие. От этой тени исходило медленное и тяжёлое дыхания. Продолжая смотреть на него, как через каждую секунду в груди, начинало отчётливее сжиматься сердце. Пламя с каждой секундой чернело, оставляя за собой ярко-белую пустоту, — выгоревший мир покрытой золой.

Тень начала захватывать весь обзор длинными щупальцами, как едкое пламя начинало разноситься по воздуху, оставляя вокруг дрожащее марево.

Лёгкие начали сужаться от недостатка воздуха. Но почерневший огонь продолжал гореть, словно этот мир был пропитан чем-то другим — чем может дышать только избранный.

Лиара жадно набрала в лёгкие свежий воздух. Перед её глазами уже виднелось небо и ослепительное солнце. Реальный мир. Она тут же посмотрела на свои руки, которые были обвязаны в эластичные повязки. Боль в руках она не почувствовала, приходя в полное сознание из кошмарного сна.

— Отлично, уже проснулась, — неожиданно ответил Леокед сидя на привычном камне.

Лиара лежала в мягком мешке, это ей напоминало одеяла, что можно подстелить под кровать. Она выбралась из него.

— Что произошло?

— Противоядие — это ты сама. — Старик улыбнулся, приподнимая подбородок.

— Значит, мне не приснилось, — посмотрела она на обмотанные руки.

— Скажем так: если я тебя заставил выпить зелье, то ты бы познала верную смерть.

Лиара продолжала смотреть на руки, не понимая, как именно зелье подействовало на неё.

— Душа не любит навязанные вещи, — продолжает Леокед, — оно пытается с ними сражаться, даже если проиграет. Но когда ты понимаешь смысл своих действий, душа принимает его в себе. Это и есть — спектральность души. Можешь снять повязки.

Лиара дрожащими пальцами начала освобождать руки, надеясь узреть ужасающий их вид — обгорелой кожи и запёкшейся крови. Но они были чисты и вовсе без ожогов. Она от этого немного ужаснулась.

— Что… Как… Я же видела, что от них оставалось!

— Как любой воин Никомакхос, он должен точно знать свои действия. Теперь твоя спектральность привыкла к ожогам, — Леокед привстал, сжимая свой длинный посох. — Зажги свою новую магию и заверши дело! — Указал он на возведённую стену.

Лиара зажгла непривычный огонь в своих руках, который был жёлто-красного цвета. Она снова почувствовала ужасную жгучую боль, после чего крикнула и упала на колено, затушив горения.

Снова с опасением посмотрела на руки, пытаясь узреть на них новые увечья. Ничего уже не было: ни ожогов, ни следов ран.

Леокед стукнул посохом по земле.

— Огонь должен боятся тебя, а не наоборот! Вставай!

Она сжала свои покрасневшие руки, встала и вновь вспыхнула пламенем.

Жгло сильно, да так, что аж зубы сводит. Лиара старалась всем терпением поддерживать в себе баланс, всеми силами. У неё от боли катились слёзы, но она продолжала стоять.

— А теперь, я хочу, чтобы та стена была уничтожена! — крикнул Леокед, стукнув посохом о камень.

Не долго она пыталась держаться, как снова повалилась на колено.

— Не пытайся управлять огнём! — громко сказал Леокед, и начал ходить вокруг неё: — Что именно ты чувствуешь внутри, почему твоё тело не хочет принимать твою стихию? Может просто ты не достойна своей магии? — Он встал перед ней, показывая свои белые зрачки.

В этот момент Лиаре вспомнился сегодняшний кошмар. У неё появилась лёгкая дрожь и одышка.

Леокед направил на неё посох:

— Ты не думаешь об огне, ты думаешь о боли, о утрате. Не пытайся покорить огонь, а то с ним и сгоришь!

Как можно не думать о боли, когда эта магия причиняет только его?

Лиара посмотрела на посох, и вновь запылала руки. Красный огонь, снова боль. Внезапно весь мир потемнел.

Во мраке снова вспыхнуло плам


убрать рекламу






я. За яркими лучами начала виднеться тёмная фигура, всё ближе приближаясь и сильнее обжигая лицо.

Леокед ударил по её рукам, потушив красное пламя. Та резко пришла в чувство.

— Снова твои мысли пытаются тебя погубить. Избавься от них! — крикнул он и повернулся спиной.

Лиара сжала покрасневшие пальцы, отчего кожа стала ещё сильнее жечь; пот со лба скатывался вниз, воссоединяясь с другими холодными каплями. Слёзы на веках не успевали последовать им, высыхая на прохладном ветре.

— Да чтоб его! — прошипела она.

Ударила землю кулаком, как вновь почувствовала в ней адскую боль.

Снова зажгла пламень в своих руках: жёлтое огниво с красными оттенками, распространявшийся по коже. Слабое огниво, нежное, словно вода.

Никомакхос — нападай или убегай.

Боль от огня пропала, в груди почувствовался горячий воздух, как бывает в жаркие дни, будто кто-то вложил туда пылающий факел, ощущая странное задерживающее чувство.

Она открыла глаза, узрев на своих ладонях, лёгкое синее пламя, — она ощутила прилив новой силы — огонь разгорелся сильнее, придавая горячее тепло.

Вот он — синий огонь. Спектральная сила — сила, которая так глубоко скрывалась у неё внутри. Немного страшно им владеть, ибо такая мощь снова может обжечь. Но сейчас не время боятся, а время становиться сильнее.

Лиара приподнялась и разожгла магическую силу, отчего одежда до её плеч начала портиться, накаляя воздух обжигающим жаром.

Придав новые силы к сияющему пылу, она выбросила ослепительно раскалённую волну на возведённую стену. Трава тут же обуглилась от прикосновения полымя. От одиноких деревьев полопались ветки с оглушительным треском, выбросив клубы раскалённого пара. Дойдя до цели, стена от жара потрескалась; камни полопались, вздымая в воздух горячий дым.

Стена не выдержала атаки, отчего разорвалась на куски, разлетелись сгустки огоньков с искрами, оставляя на земле раскалённые камни на выжженной траве.

Леокед с закрытыми глазами приподнимал подбородок, наслаждаясь тёплым впечатлением. Лиара сама удивилась своей мощью, смотря на угасающие синие огоньки у разрушенной стены.

— Теперь твоя магия зависит только от тебя, — выговорил Леокед, садясь на камень. — И помни: огонь не оставляет следов, — его взор повернулся в неведомом направлении, но рукой указал на выжженную траву, — разве что кроме пепла.

Осмотрев свою обгорелую одежду, Лиара обошлась без всяких вопросов. Она протёрла лоб рукавом и принялась уже заканчивать эту тренировку. Воздух прошёлся по холмистым равнинам вдоль окрестных деревьев и скал, остужая магический пыл.

— Могу ли я присоединиться? — издался голос позади.

Обернувшись, Лиара заметила потускневшее лицо старика, крепко сжавший свою челюсть, что аж складки напряглись наружу. За его спиной стоял кто-то, но солнце затемняло его силуэт. Голос показался знакомым.

— Эс… — проговорил Леокед. — Сколько лет прошло, как ты снова пришёл сюда.

Тот подошёл ближе и Лиара смогла рассмотреть его лицо. Стейнор.

Леокеду это не понравилось, он прикрыл веки, после чего начал уходить:

— Я приду через пять минут, — прошёл мимо соклановца.

Тот даже не шевельнул к нему головой.

Стейнор медленно начал направляться к Лиаре. Его лицо было чем-то встревоженным и непонятным.

— Вижу ты хорошо овладела своей магией, — кинул он взгляд на разрушенную стену.

— Следил? — спросила Лиара, нахмурив брови и скрестив руки.

— Всего две минуты.

Наступило неловкое молчание.

Соклановец размял себе шею, мол отвлекаясь от пагубных мыслей, которые наверняка тревожили его изнутри. Он имел подобающий вид — отменной формы фотсижу. Лиара же имела похожую одежду, но обгоревшую с угольными оттенками — что не слишком привлекательно.

«Наверняка он следил дольше».

— Ты тоже ученик Леокеда? — спросила она.

От этого вопроса Стейнор глубоко вздохнул, вспоминая о чём-то.

— Нет.

Его глаза начали отталкивали назад. Этот взгляд напоминал дикого зверя, который смотрит на свою добычу. Лиара не смогла удержать его на себе, поэтому начала осматривать его с ног до головы.

Стейнор подобрал горящий камень с земли, прижав его пальцами.

— Зачем тогда пришёл?

— Хочу удостоверится. — Он выкинул камень, на его ладони оставалось покраснение.

— Удостоверится в чём?

Стейнор снова кинул взгляд на место разрушения.

— Сам ещё не знаю.

— Отлично, — Лиара развела руками. — После моего спасения в «Медуси», ты просто пришёл, чтобы меня увидеть. Не хочешь ли мне рассказать хоть что-то?

У соклановца опустились глаза.

— Думаю, ты и так понимаешь. Но ещё многого не знаешь.

«Значит Фелгмар мёртв, что тут непонятное, он меня за дуру держит?»

— Почему я? — она сжала кулаки. — Почему ты меня спас, ведь там были и другие люди! Решил в героя поиграть?!

У неё накатились слёзы.

Стейнор молчал, топтавшись на месте.

— В Медуси были катаджи, а значит, что они вернуться.

— Вернуться в Альгисти хочешь сказать?

Голос её стал увереннее, его это испугало.

— Даже не думай об этом, ты!..

В него врезался кулак, отчего кое-как смог удержаться на ногах.

— Не смей мне говорить, что делать! Думаешь, что я послушаю тебя только из-за того, что спас меня?

Он прижал ладонь к губам; Лиара нанесла довольно мощный удар, — сама удивилась, как он смог устоять на своих двоих.

— И не думал, — сказал он, вытирая кровь. — Это опасно для тебя, и позволить тебе туда отправиться…

— Плевать уже! — прервала она. — Катаджи напали на меня, убили моего парня, и я хочу мщения!

Стейнор не удосужился ответить. Она то надеялась, что он хоть её поддержит, поможет хотя бы добраться до Альгисти. Но она всего лишь разочаровано повернулась к нему спиной, смотря на обугленные, расщепленные кварцы и сажу, которые расстилались пледом по траве.

— Уходи, — хмыкнула она ему.

Стейнор испарился.

К ней уже подошёл Леокед, у которого очень злобное лицо, почти, как у самого чёрта.

— Идём в Фотсижу, здесь уже нечего делать.


* * *

Клан Фотсижу, — рассветный и нетронутый. До него ещё не дошли бандиты, желающее унести добычу побольше. Никто ещё не осмелился. Стейнор знал того, кто всё-таки осквернил это место кровью, и от этой мысли его изначально выворачивало. Даже запах вспоминал, всё также продолжая ненавидеть.

А так, жизнь здесь продолжает расцветать, уж такому парню не трудно будет завести семью. В других городах, — более мрачных, где высокий шанс голода, где могут поймать контрабанда, а после продать в рабство где-нибудь на западе, не слишком давало на удачную судьбу. В развитых же городах проблемы переполнены: дети не подготовлены к жизни; соседи, которые будут только рады твоим несчастьем, а о построении своей мечты люди даже и не думают, ведь уже всё всем дано — зачем напрягаться? Эти города очень лёгкие мишени, — при малейшей опасности, горожане передавят, предадут друг друга за лишний глоток воздуха — воздуха, которой они называют «свободой».

— Нужно лишь успеть вовремя, — бормотал Стейнор сквозь зубы, высматривая здание.

Все они походили под разные проекции. Клан, как высокоранговый и очень даже прибыльный, устаревшие здания быстро сносят, а на их места строят более современные, пытаясь наладить архитектуру под столицу Лоидса.

— Успеть вовремя.

Он уже осознал, что успеть никак не получиться, даже если бы он решился на это пару дней назад — всё равно успеешь в одно время. Всё уже давно подсчитано.

В «Медуси» он вспомнил недоброжелательные слова: «Зря ты сюда пришёл». Он смог вырваться оттуда живым, но какой ценой?

Стейнор начал уставать не только от холмов или от изнурительных путей. Усталость исходила от всего. Но куда такому молодому усталость? Ещё столько дел не сделано, некогда уставать, по крайней мере — не сейчас.

Дойдя до одного маленького здания, он гулко постучал в дверь. Время-жизни, но всё уже давно подсчитано — и он стучал не торопливо.

Дверь открыл Хэймон, у него была неопрятная рубашка и расстёгнутый ремень. За ним виднелись полураздетые девушки.

— А-а, Стейнор, не можешь ли ты немного подождать?

— Не могу! — ответил тот и резко вошёл в здание.

Те девушки начинали ему подмигивать, но Стейнор не обращал на них внимания, направляясь к одному проходу.

— Стейнор, может тебе помощь нужна?

— Нет, — выкинул он через плечо.

— Ну смотри, если что девочки не прочь помочь.

Щёлкнув ключом в замочной скважине, дверь со скрежетом распахнула проход во внутрь, вздымая пыль и прохладный сквозняк. Давно он здесь не был, ещё со времён, как он вернулся с Сарвилда.

Комната была обречена на пыль и паутину, даже занавески выглядели скверно. Пыль же просвечивалась на солнечном свету, пока солнце не скрылось за облаками. Шкаф, те же тумбочки, кровать, всё так же стояли на месте.

Стейнор полез под кровать и достал оттуда длинное полотно.

Расстелив его на кровати, он засмотрелся на ножны с острыми знаками. Вытянув меч, можно почувствовать запах металла: всё так же безупречен, всё такой же, как был изготовлен: длинный двулезвийный меч с короткой рукоятью, клинок с прямым обухом, гарда же изгибалась в сторону острия, а на навершие обозревалась голова птицы. Серебряный меч с иридием.

Такой безупречной работы мало кто делает. Единицы мастеров! На выковку этого меча задействовалась алхимия, много обрезанной кожи и дорогостоящих камней. Ещё Фаэрил держал этот меч в лаве несколько дней, после чего выбивал металл несколько недель. А Йодис укрепляла металл своими алхимическими знаниями — разводя рубиновые цвета, после чего стирала их в пыль и наводила на раскалённое лезвие.

Сам же Стейнор ещё был слишком юн, чтобы держать такое опасное оружие, но ситуация вынудила воспользоваться им, пока он не вернулся в Лоидс.

— Эх, Фаэрил, насколько же ты был спокоен. — проговорил он и провёл пальцами по холодному лезвию.

Интересно, возможно ли разрушить это чудо?


Больное место

— Никакого толку! — крикнул Полкан.

На столе валялись различные бумаги, как на ум приходили дурные мысли.

«Неужто катаджи действительно пойдут на Альгисти? Как именно они смогли восстановиться, и не причастны ли здесь другие страны?»

Стук в дверь вывел его из глубокого раздумья. Если это пришёл какой-нибудь проныра, то ему сейчас не поздоровиться.

— Кто?

Тот отозвался за дверью:

— Я из Дауфрака. Радд Адих должен был вас оповестить на счёт клана.

— Да, он оповещал. — «И это не значит, что я давал согласие. И к тому же согласие приходить ко мне!» — Входи!

Соклановец вошёл. На одежде символ серого волка, удачно расположенные клинки на корпусе и отважное лицо, которая готова к любым трудностям.

«Молодой ещё, сколько же ему лет… тоже двадцать? Дауфрак и их послал на убой, и куда вообще Илиодор смотрит?»

— Как зовут?

— Дункан, — тот вежливо поклонился.

— И что вам нужно, Дункан?

— Радд сказал, что вы должны будете прибыть в «Родже», и я пришёл, чтобы провести вас. Другие соклановцы уже занимают позиции в городе, так что нужно поторапливаться, чтобы успеть занять подходящие точки.

— Можешь не волноваться, стратегические точки найти всегда можно. — Полкан встал с уютного кресла. — Ну тогда пройдёмся.

Город Альгисти уже не блещет своими окрасками мирной жизни. На место жителей теперь располагались воины, в частности среднего возраста. Некоторые регионы были заняты кланами, где проводили свою тактику и подготовку. Улицы стали мрачнее и грязнее, только солнечный свет ещё наделял их неким совершенством.

Полкану приходила мысль, что Катаджи вряд ли смогут захватить город, по крайней мере за пару дней, и что скорее всего они нападут на другие города. А если всё-таки нападут: они или безумцы, или имеют большую силу, то как другие военные части Лоидса не слишком торопятся сюда. И вряд ли, что на это посмотрят другие лидеры, которые потом будут говорить, что Катаджи — всего лишь шайка бандитов и разбойников.

— Ты откуда вообще? — спросил Полкан.

— Из Мериди, но вырос здесь, в Альгисти.

«Мериди — гнусный восток нашей страны, там особо нечего делать, кроме того, как добывать руду».

— Тебе же приходилось драться?

— Конечно. За пределами Альгисти творится самый настоящий ад: то собаки нападут на караван, то бандиты из засады вылезут. Однажды на наш обоз напала беременная женщина, с вот таким пузом! Некоторые товарищи не захотели её убивать и поэтому попытались задержать, но были ею же и убиты, — маг звука, кричала так, что из ушей кровь шла.

«Вот бы мне попадались беременные женщины, которых нужно было остановить. Гораздо было бы легче выполнять задания, при этом увеличивая себе шансы на жизнь».

— Ты же ведь понимаешь, что Катаджи это совсем другое?

— Конечно понимаю, поэтому я здесь: как защитник своего города и как патриот Лоидса. Катаджи ж ведь были раньше кланом, так что я их и ассоциирую с соклановцами.

«Катаджи не соклановцы. Они — армия, которая скоро нападёт на укреплённый город, а это значит, что они вовсе не слабы».

— Мы пришли, — произнёс Дункан перед зданием.


* * *

Внутри, этот «Родже» почти ничем не отличался от трактира, но только здесь не веселились и не напивались до безрассудства, что потом бьют друг другу морду, оставляя за собой разбитые предметы. Все присутствующие дауфракцы были среднего возраста, пока что только Дункан выделялся среди них.

Они дошли до большого стола, где сидела женщина лет тридцати, после чего она жестом пригласила присесть. Полкан же воспользовался приглашением, как Дункан покинул их.

— Я надеюсь вы не от Катаджи? — с ухмылкой спросил полковник.

Женщина сидела прямо перед ним. Лицо подтянутое, с коротко остриженными волосами с чёлкой, что закрывала один глаз, а второй глаз улыбчиво наблюдал. Этот взгляд колол Полкана, отчего ему этот стул казался новой деревянной пыткой.

— Почему вы так думаете? — она взяла дымящуюся трубку на столе, и губами втянула в себя крепкий табак.

— Отличное место для тихого убийства.

Она одной губой улыбнулась.

— Ну вы бы почувствовали опасность, но сейчас вы просто сидите на месте.

«А может я и почувствовал опасность для моих костей от этого пыточного сиденье».

— Спокойнее буду сидеть, если узнаю с кем я сейчас говорю.

Она выпрямилась и взмахом головы убрала чёлку с лица. Полкан только сейчас заметил, что у неё аквамариновые зрачки, такие же самые, как у покойной жены. Он немного поёжился.

— Моё имя Неолла, племянница Радда Мивода, — она снова преподнесла трубку к губам.

«А они любят ставить эксперименты со своими волосами».

— Радд мне сказал, что вы присоединяетесь к моей армии, — начал он.

— Так точно, но вам нужен и командир.

«Тут она права чёрт возьми».

— Допустим, — Полкан неудобно откинулся на стуле, — кого посоветуете?

— Мы уже проголосовали.

«Интересно за кого? Только не тот Дункан, или ещё хуже — женщину».

— В связи обстановкой в городе, да и к тому же, что наш предводитель не будет принимать с нами участие, мне бы хотелось узнать, что вы об этом думаете?

Полкан пожал плечами.

— Думаю, что смогу с любым вашим мудрым выбором управиться.

«На самом деле нет. Хоть они и клановщики, но должны нормально подумать своей головой».

— Выбор прямо перед вами, полковник. — Она поставила локти на стол, приподнимая подбородок.

«О боже».

— Очень хорошо, — произнёс Полкан, немного ёрзая на стуле. — Думаю сейчас лучшее место для обсуждения тактики.

— Я с вами полностью согласна, но только после Ларсены, — она бросила голову на центр заведения.

— Ларсены? — полковник посмотрел туда и удивлённо приподнял бровь.

Несколько человек держали музыкальные инструменты. На свободное место вышла молодая девушка, на её лице был глубокий шрам, намного ярче и ужаснее, чем у самых изувеченных полководцев Лоидса.

Музыканты начали играть медленную мелодию на струнных инструментах, после чего в помещении все замолкли.

Ларсена начала петь:


Листья затихнут навсегда
Будет шуметь вода
Кровь остынет в жилах — во снах,
Разбуди меня любя

Голос очень тонкий и очень сильный — внимание аудитории была полностью прикована на неё. На лице Ларсены отражалась грусть, полковник понимал эту мимику. Эта грусть не от любви, а скорее грусть перед смертью, по крайней мере ему так казалось.


Тыльной ладонью проведи,
Силой ты тень прогони
Белый свет осветит пути
Приди, при-ди, и оживи…

Она повесила голову, после чего шагнула в сторону и посмотрела на потолок. Полкан увидел блестящие слёзы на её глазах. Само поведение и её слова брали за душу, что аж ему самому стало неловко от этого.


Остался лишь один глоток,
Одной мне почувствовать тебя
Освети мне путь присутствием своим,
Отгони ты мрак, и едкий взгляд

Присутствующие девушки с пониманием смотрели на неё с гордо поднятой головой, вытирая платками глаза. Это немного напоминает горн перед битвой. Воины с такими же лицами готовились победить, только слёз им не хватало.


Прощай мой милый лорд
Боль скоро пройдёт
Время придёт, и увидимся вновь,
Скоро снова всё расцветёт
Много ли осталось дышать,
Листья вновь шелестят
Как снова потечёт черная кровь,
Силуэт белых снов — снова придёт
Остался лишь один глоток,
Одной почувствовать тебя
Освети мне путь присутствием своим,
Отгони ты мрак, и едкий взгляд

Ларсена полностью опустила голову, после чего на неё обрушилась волна аплодисментов. Полкан сам не заметил, как его ладонь со шлепком била вторую. Неолла с изучающим взглядом продолжала смотреть на него. Он наконец остановился, — ему было неловко показать свою обнажённую слабость к искусству.

— Всегда интересовался творчеством.

— Думаю, мы уже можем обсудить план, — продолжила она. — Наверняка вы уже знаете, что делать.

— Знаю. Вы должны будете занят позиции на западе и востоке стен. А когда прибудут катаджи, прикроете стороны огненными столбами, чтобы они даже не подумали туда сунуться, сможете сделать?

— Конечно полковник, это запросто, — она пристально смотрела на него, впитывая табак в лёгкие.

«Отлично, этого будет достаточно от них. Если катаджи бросятся в лоб, то будет куда проще».

— Насколько мне известно, у вас есть причины ненавидеть катаджи? — высказалась Неолла, стряхнув пепел с трубки.

Полкан скривил губы от этого вопроса.

— Это было давно.

— Знаю. Неудачно сложившиеся ситуация с вашей женой.

— Если вы хотите узнать, утратил ли я в себе силы, то скажу: ничуть не утратил.

— Как и я.

— Тоже скажете?

Она прикрыла глаза.

— Моего мужа зарезали бандиты, как свинью. Увы, детей мы не успели завести, — она открыла глаза, — если вы понимаете о чём я.


* * *

Солнце уже не освещало бежевые стены города, как небо заполонили розовые облака, становясь воцарением беспросветности. Полкан редко наблюдал из возвышенности на города, отдаляясь подальше от бесконечных дел. Но на самом деле он смотрел на Альгисти, как в последний раз, как и в последний раз смотрел и в Вемерии, Гвиренте и Регольтии, — каждый раз перед битвой — перед последней битвой.

— Решила меня проведать? — сказал он в пустоту.

— К тебе не подкрадёшься.

Из воздуха появилась Майрин, в серой обтягивающей одежде, вместе с сумкой на плече. Полкан повернулся к ней, оставляя за собой гулкие дыхания площадей и полупустых улиц.

— Неужто сражаться будешь? — спросил он.

— Ты же знаешь насколько я плоха в бою, — Майрин развела руки: — Могу только спасать и лечить.

Её дразнящие полуулыбки никуда не делись, всё продолжая одаривать ими любого человека, который ей неравнодушен. И Полкан в их числе. Он уже привык к такому, долго привыкал.

— Если бы ты меня вылечила… от этого поганого мира. — Бросил рукой в сторону: — Всё никак не могу привыкнуть к мирной жизни, а тут опять… — Он замялся.

Как только солнце зашло за облака, тут же накинулся небольшой холодок. Скоро зима, и будет один хлад, особенно в северных землях страны.

— У тебя просто ещё горячая кровь, не думаю, что даже к пятидесяти годам ты остынешь, — Майрин немного рассмеялась.

— Смешно тебе, а я уже чувствую стариковское ослабление, скоро буду ходить здесь горбатым.

Это насмешило даже его самого, отчего он слегка улыбнулся.

— Как там Мила хоть, а то я даже не вспоминал её из-за дел.

— Отлично, нашла себе подругу — Лиару.

— Маг огня?

— Ты её знаешь?

— Да, Илиодор говорил, что она выжившая после «Медуси», и что она сейчас обучается у Леокеда.

Майрин убрала улыбку, это Полкану не понравилось.

— Я хочу тебя предупредить, что Мила с Лиарой завтра прибудут в город.

— Что ты сказала?! — он стиснул зубы. — Мила будет в городе, какого чёрта?

Та прикрыла свои разноцветные глаза.

— Их амбиции намного сильнее чем я предполагала, особенно у Лиары.

— И давно знаешь?

— Буквально двадцать минут, пришло письмо от Соугельса. — Она посмотрела на утопающие марево, что окутывало в свои объятия Альгисти. — Наверное он не успел им запретить. Сбежали.

— Что ж, спасибо тебе, что предупредила, — произнёс он. — Я их обязательно встречу. — Он кивнул ей, после чего направился к улицам.

— Что-то задумал?

— Да, мне нужно армию подготавливать, а после, встретиться с дочерью.


Сёстры по мести

На дорогах было много повозок и скопившееся гражданские. Гратеи были для них охранной, с оружием в руках и в полной боевой готовности. Через них проскакивала одна лошадь, на ней была Мила, а сзади её обхватывала Лиара. У неё была новая одежда, белого цвета со знаками фотсижу и натянутым капюшоном на голову. С потоком людей, им пришлось сбавить ход, что путь казался им бесконечно долгим. Эвакуация проводилась на северных воротах, после чего Мила свернула в сторону. Теперь можно галопом добраться до стен через хвойный лес.

Копыта лошади начали отчётливее стучать по земле.

Уже близко.

Выйдя из лиственного обилия, над ними возвышалась стена Альгисти, но перед ними были деревянные препятствия с высотой трёх метров. Лошадь тут же сбавила ход и остановилась.

— Что это? — спросила Лиара.

— Оборонительные сооружения, — Мила кинула взор вдаль этих построек. — Там можно пройти!

Сооружения ещё не были полностью завершены, некоторые ещё её достраивали.

— Эй, аккуратнее! — Крикнули воины со стен, как инженеры метнулись в стороны, отчего мимо них проскочила Мила.

— Вот ж ведь клановщики, работать не дают! — крикнул один позади.

Лошадь остановилась прямо перед воротами, отчего стала на дыбы. Лиара ахнувши, еле успела ухватиться за Милу.

— Бр-р, какой наглец!

— Эй, вы что заблудились, клан Фотсижу в другой стороне! — крикнул им командир группы.

— Всё верно, мы оттуда, — крикнула Мила сняв капюшон. — Моё имя Мила Сезари ди Шоль.

Стражник осмотрелся по сторонам.

— А вторая кто?

— Лиара Роида да Альгисти!

— Лиара? — переспросил страж. — Эй, а ну-ка откройте ворота.

Стражники перенаправили глаза на окружающую обстановку, держа в руках луки. Остальные быстро спустились по тросу вниз, после чего принялись открывать ворота, которые углублялись своими крепкими щитами вглубь города.

Они притормозили их у входа.

— Нам нужна Лиара, пусть спуститься на землю.

Им обоим не очень понравилось такое милое приглашение. Но Лиара слезла с коня.

— А вы лучше езжайте к своим соклановцам, — сказал второй наезднице.

Мила посмотрела на Лиару, после чего та кивнула ей. Она слегка сделала толчок ногами из-за чего лошадь двинулась вперёд.

— Отлично, — продолжал стражник, сводя свои брови к переносице. — Я должен вас к кое-кому отвести. Прошу следовать за мной.

Лиара послушно последовала за ним. Ей стало легче, что остальные воины не начали за ними идти, но впереди может быть всё что угодно.

— И куда вы меня ведёте?

— Одна женщина хотела вас видеть.

— Это верно, — послышался голос из ниоткуда, отчего страж тут же насторожился с ужасающим лицом, словно призрака услышал.

Из тени, через которую они прошли, вышла Майрин. Это действительно было шоком для стражника. У Лиары на лице засияла улыбка.

— Благодарю вас, — Майрин подала освободительный жест, и страж удалился.

— И вы тут?

— Тут, — она подошла ближе. — Я конечно думала, что ты захочешь вернуться, но, чтобы с Милой, не ожидала.

Майрин начала осматривать Лиару с ног до головы, а особенно её новую обтягивающую одежду, отчего улыбнувшись, приподняла бровь.

— Я её не заставляла, — фыркнула Лиара.

— Верю, — выкинула Майрин. — Вижу у тебя новая одежда, из самой реагенитской ткани, да ещё так провокационно выглядишь для мужчин.

Лиара недоумевающе посмотрела на себя:

— Леокед сказал, что это одежда очень огнеустойчивая.

— Именно, маг огня, как раз для тебя. — Майрин прикрыла глаза. — Интересно лава сможет её повредить?

— Думаю вы вызвали меня не просто так?

У Майрин пропала улыбка.

— Верно, это на счёт Сина. Пойдём.

Солнце уже начинало поглощаться горизонтом, отчего небо освещало оранжевый мираж над головой. Его последние лучи падали на высокие башни, на окна, которые подмигивали своими последними вспышками.

— Здесь живёт твоя подруга? — спросила Майрин указывая на дверь.

Дом, где живёт Ася. Лиара невольно кивнула. Майрин ринулась вперёд, после чего оттолкнула дверь и вошла в помещение, напарница следовала за ней.

Внутри уже горели свечи, предметы и вещи были не тронуты. В комнате их ожидал Син, перебирая зелья. На столе была самая настоящая станция для алхимика.

— Син, — произнесла Лиара. — А где Анисия?

Майрин скрестила руки, и с нерадостным лицом взглянула на неё. Син с таким же лицом посмотрел на неё отрываясь от работы, да ещё таким умирающим взглядом, будто из его груди вырвали сердце.

— Лиара, — сказал он слабым голосом и приподнялся с места, — очень рад тебя видеть. — Он попытался улыбнуться, но улыбка только давило неловкое напряжение.

— Син, что произошло? — Лиара подошла к нему, чтобы осмотреть его лучше.

— После того, как я покинул тебя в Фотсижу, я попытался найти Асю, но она просто исчезла… даже следа не осталось.

— Не поняла, как исчезла? — Лиара посмотрела на Майрин, та только пожала плечами. — Может она в клане, или ещё где-нибудь?

— Вот мы и пытаемся выяснить, — Син присел за стол. Держаться на ногах ему сейчас нелегко. — Пришлось Гарольда спрашивать, чтобы он дал нам разрешение открыть двери в этот дом.

«А мои ключи были уничтожены в «Медуси», но зачем им дом?»

— Нам? — спросила Лиара, в её голосе звучало беспокойство.

— Да, — ответила Майрин, — фотсижи начали расследовать дело, но у них до сих пор никаких зацепок.

— Может она ушла из города? — предположила Лиара.

— Может и ушла, — произнёс Син. — Но только в доме все её вещи. Может у неё ещё что-то было?

Лиара осмотрелась, все вещи были на месте. Проверив все комнаты, она убедилась, что ничего не было тронуто, по крайней мере то, когда она была здесь в последний раз.

Она вырвалась наружу.

— Уже уходишь? — спросила Майрин за её спиной.

— Хочу прогуляться.

— Постарайся меньше попадаться Илиодору, всё же Эскесий попросил меня проследить за тобой.

— Эскесий? — спросила Лиара, поворачиваясь к ней.

— Не важно, — она приложила ладонь к своему лицу. — Я уже назначила тебя к фотсижам, ты ж ведь с Милой хорошо ладишь, можете быть вместе в группе.

Это новость порадовало Лиару, но вспоминая о Катаджи, у неё сжались кулаки. Всё началось из-за них.

— А что на счёт Аси? — спросила Лиара.

— Раз уж даже следов не можем найти… — Майрин задумалась. — Скорее она и вправду могла покинуть город.

— Точно! Она же была в клане Деус Риз, наверняка она отправилась с ними, — она тут же почувствовала облегчение.

— Это может быть, ведь соклановцев сюда посылают среднего возраста, а молодых эвакуируют из города. — Она приподняла губы. — Я поговорю с Сином. Ну а ты ступай, в южной части будут флаги Фотсижу, там наш отряд.

Лиара прощально кивнула, и поторопилась.

— Ох, молодёжь, — Майрин посмотрела на пасмурное небо.


* * *

На улицах было пусто, — мёртвый город, даже стражи не виднеются. Уже повечерело, так что огни вдалеке было отчётливее разглядеть. Под ногами был мусор, сейчас некому было его убирать, да и некогда, только смириться с этим, — с новыми обстоятельствами, превращаясь в животное.

Перейдя через мостик, Лиара заметила углублённо-выжженную землю: территория «Медуси». В этом месте, находились разные группы, проверяя выжженные пеплом место.

Лиара сначала не поняла где именно оказалась. От увиденного у неё не хватало воздуха, почувствовав комок в горле. Разве возможно было выжить всё в таком радиусе? Она вспомнила Фелгмара, отчего её уколола печаль. Но она не собиралась впадать в отчаяния. Сжав кулаки и зубы, она была полностью пропитана решимостью и злобой.

Флаги Фотсижу. Вокруг удобных зданий был расположен их лагерь. Лиара заметила, что на Милу кричал мужик, одетый в военную форму. Она узнала этого воина.

— …так что здесь тебе находится запрещено, разве ты забыла, что сделали катаджи с Беляной? — От произносимого его имени, Мила зажмурилась, — а что они делали с фотсижу ты тоже забыла?

«А он явно не любит Катаджи. По крайней мере я не забыла, что они сделали с Фелгмаром!»


убрать рекламу






Мила! — вмешалась Лиара.

Этот воин посмотрел на неё угрожающим взглядом, мол, как она посмела его потревожить.

— Лиара, — отозвалась Мила, — всё в порядке, он мой отец.

«Теперь понятно почему она Сезари ди Шоль».

— Лиара? — оторвался Полкан. — Та самая Лиара, которая обучалась у Леокеда?

Та аккуратно кивнула. Полкан её тщательно рассмотрел, облизав свои губы. Мила привычно уткнулась в землю.

— Вижу вы тоже стали фотсижу, — продолжил он.

— А что если я от Майрин? — Лиара приподняла бровь от его допроса.

— Майрин… вечно она, как заноза в заднице, — он присел на лавку, это определённо лучше всяких стульев. — Так вы значит подруги, — посмотрел он на Милу, — не хотите покидать друг дружку?

— Командуй своей армией, а к фотсижам ты не имеешь дело! — выговорила Мила.

— Но я твой отец! И поэтому я не хочу, чтобы моя дочь была убита!.. — Он встал с места: — Это тебе не какие-то весёлые задания или контракты от Фотсижу — это настоящая война! — от этого Мила сглотнула и отвела взгляд. — На войне друзей не бросают, на войне друзей убивают, а ты, — он перевёл взгляд на Лиару: — и ты, ведёте себя, как дети малые!

«Да что он знает! — Лиара стиснула зубы. — Неужто этот старик думает, что мы такие слабые?!»

Мила не смогла усидеть на месте:

— Я сделала свой выбор, я остаюсь, и Лиара тем более! — крикнула она.

К ним прибежал стражник, бряцая своей кольчугой и говорит:

— Полковник, вас Бакос уже дожидается.

— Уже иду! — выкинул Полкан, махнув ему рукой, как тот скрылся за зданиями.

Полкан тяжело выдохнул, вся его одежда была пропитана потом. Знатно его дочь гоняет, даже самые истощённые битвы были только разминкой. Он своей тяжёлой рукой провёл по каменному и потному лицу.

— Пожалуйста, не делай этого, — выговорил он, и ушёл прочь.

Как только его силуэт растворился с темнотой, Мила закрыла глаза руками, немного постанывая. В этот момент её обняла Лиара, отчего им обоим стало немного легче.

Хорошая вещь — обниматься.

— Он прав, — произнесла Мила. — Он прав. Ведь с предыдущей войны с Катаджи, мы потеряли близкого человека, и я его полностью понимаю… Но я не хочу оставаться в тени, только не в этот момент.

«Мне тоже знакома эта боль, я тоже хочу отомстить. Мы — сёстры по мести».

Часть 2

Начало

 Сделать закладку на этом месте книги

Глава 1

 Сделать закладку на этом месте книги

Очередная плохая ночь уже позади. Полкан сопел в стол, облокотившись на военные документы. Эта война с бумагами сильнее утомляет, чем массовые и ненасытные битвы. Одно только радовало — бумаги ранят больно, но не смертельно.

Сам он уже не спал; и полностью просыпаться тоже не хотелось, то как чувствовал, что сейчас была ранее утро, можно ещё воспользоваться этими свободными минутами покоя.

«Какое утомительное начало дня, даже голову поднять нельзя. Снова давление изменилось, скорее будет дождь. — Сквозняк резко ударил в дверь, отчего Сезари поднял бровь. — Да, этот сквозняк, он только к одному, — к дождю. Надеюсь, что он пойдёт не раньше катаджи».

Стук в дверь, совсем тихий и такой нежный. Полкан наконец поднял свою тяжеленную голову, отчего нашёл в себе силы подняться и поковылять к двери.

— Кто? — зевнул он.

— Открой и увидишь, — послышался женский голос за дверью.

Открыв дверь, Сезари увидел улыбчивую Неоллу, и её чёлка также продолжала закрывать один глаз. Одета была в соклановскую одежду, и на ее куртке были заметны не до конца застёгнутые пуговицы.

— Могу войти? — улыбнулась она ещё шире.

— Скажешь тоже, — промямлил полковник.


* * *

Притяжение темноты заволакивало сильнее, заливая всё алым фоном. Лиара подняла веки, и сразу участилось биение сердца. Перед ней стоял Фелгмар. Его лицо было чистым, как и одежда со змеиными знаками; перед его лицом очень медленно падала капля крови, словно земля теряла гравитацию, — впоследствии чего капелька разбилась об мягкую землю.

Отходя назад, он ей улыбнулся, после чего мгновенно превратился в белый пепел, разлетевшийся в воздухе, и оставил позади себя много разных цветов, над которыми царило тёмное небо и яркая луна. Цветы начали загораться красным цветом, вздымая чёрный дым вверх; их жар ощущался всё горячее, а запах гари всё отчётливее. Сердце бешено застучало, намного сильнее, в жилах побежала быстрая кровь — некая парализованность. Лиара никак не могла сдвинуться с места. Даже моргнуть. Загадочный мир затягивал её глубже, в бездну.

Огонь усилился, поднялся выше головы, через него снова вышла чёрная тень с мечом. Снова он. Его голова была опущена, и когда он поднял её, глаза засветились ярким цветом. В этот момент луна налилась кровью, всё поле в пламенном огниве с оранжевыми оттенками расплылось по тёмному миру.

Силуэт направил на неё меч. Капля крови упала на его кончик лезвия. Лиара с трудом вдыхала оставшийся воздух. Она никак не могла закрыть глаза. Тень резко взмахнула мечом и через мгновение он оказался прямо перед её носом. Она попыталась закричать, стараясь вырваться из ловушки. Кто-то обхватил её за талию и резко потянул назад, чтобы пропитанная чумой рука не успела до неё дотянуться.


* * *

Наконец с криком Лиара вскочила с кровати. Этот кошмар закончился. Она была вся в холодном поту, с её глаз текли горячие слёзы.

Недалеко от неё лежала Мила, она продолжала причмокивать подушку, наблюдая за своими сладкими сновидениями. Была ранняя рань.

Лиара отправилась в ванную комнату.

Приведя в себя в порядок, она засмотрелась в зеркало: на свои глаза и на свои распущенные волосы.

«Это всего лишь сон… всего лишь сон, — старалась в этом убедиться ещё раз».

Жалкая попытка успокоить себя.

Она собрала волосы в косу, наблюдая за собой в отражении зеркала, и не сразу узнала себя. Могла бы рассмеяться, улучшив себе настроение, изменить свою гримасу, быть находчивой и бесстрашной. Но она этого не сделала.


* * *

Небо покрывали тучи, но дождя пока не было, только пыль, поднятая ветром. Маслов и Илиодор вышли из здания. У второго было очень нахмуренное лицо, снаружи он с небольшим облегчением выпрямил ноющую спину, что навешивал ему тяжёлый кабинет.

— Главное выдержать, — начал он. — Выдержать до подкрепления.

— Надеюсь, что до войны не дойдёт, — ответил ему Маслов, но он не был уверен в своих словах.

— Увидим, — фыркнул Илиодор, запрыгивая на лошадь. — Эти гвиренцы могут сделать что угодно, однажды они уже пытались отравить наши земли, но они понесли большое разочарование от нас.

Шесть наездников — рыцари, оснащённые тяжёлыми яркими доспехами, встали позади Илиодора, ожидая его сопровождения. Маслов был рад за этих отважных воинов, потому что с такой экипировкой пасть в бою очень легко. А что их ждёт на севере, мало кто может знать.

— И помните, — продолжает Илиодор: — город в ваших руках, на всех вас!

— Так точно, — подтвердил Звенислав.

Губернатор пришпорил коня и ринулся в путь, за ним последовали рыцари, бряцая своим дорогим снаряжением. С такими звуками, они самая лучшая жертва для охотников. По крайней мере попасть в засаду бандитов — крайне высока.


* * *

Возле стен несколько патрулей присматривали за строем солдат. Они стояли, как статуи, ожидая приказа. Со временем их должны подменить другие воины, а когда будет тревога, они смогут быстро занять стены, пока остальные только будут подоспевать. За ними наблюдал Писклявый Ноб, обхохатываясь от их положения.

— Ты сейчас не на карауле? — подошёл к нему Маслов.

— А, Майор, у меня на замене вон те бойцы, — ответил он писклявым голосом, указывая пальцем на вершину стены. — Разве так должно быть, а, майор, — указал он на строй воинов, — так смешно над ними издеваться, ха-ха, я не жалею, что вы меня оставили здесь, ой не жалею!

Солдаты продолжали стоять смирно, даже муха им не предоставит большого беспокойства. На них не было столько доспехов, как у рыцарей, что могло только сужать их обзор, забирая силы и выносливость, но за то так повышал выживаемость.

«И какой толк в выживаемости, если упасть будет легче — а значит больший шанс на поражение. А при поражении всех лежащих добивают».

Маслов понимал, что такие доспехи отлично иметь на равнине, где тебя огреют палицей по шлему, после чего ты упадёшь на землю, а тебя заменит твой соратник. Отходя от контузии и приходя в чувство, ты теперь должен будешь заменить соратника, также получившего палицей по голове. А при том, что солдат в городе не много на такую длинную стену, даже вместе с соклановцами, пасть в битве — верояттость явно высока.

Кожаный нагрудник на солдатах — отлично послужит при падении от последующего взрыва от вражеских магических снарядов; пояса, что полностью закрывают ноги — отлично послужат от защиты мелких осколков камней, и не нужно будет сваливаться от боли; шлемы — не тяжёлые, чтобы успевать вовремя отреагировать на опасность; щиты — средние и круглые, для удобного перемещения; оружия — копья в руке, и желательно крепкая рука, которая способна проткнуть жертву на расстоянии; на поясах кинжалы, если копье будет потеряно. Такими сейчас и были солдаты в Альгисти, отлично подходят для обороны города.

«Главное самому быть в безопасности, а то без командира они как дети».

Некоторые лучники были уже наготове. Остальная часть располагалась под стенами, разводя костры и палатки. В башнях же были помещены, как можно больше людей, что смогут молниеносно отреагировать на опасность.

У соклановцев было всё скромнее — на них всего лишь тряпки, видимо для большего маневрирования при использовании магии.

— Неужто необходим этот цирк солдатам, а майор? — продолжал смеяться Ноб.

— Это дисциплина, без неё никуда, привыкаешь к тяжестям и в битве не поддаешься панике.

Ноб нахмурился.

— Тот, кто не поддался панике — тот мертвец.

Маслов частично был с ним согласен, но солдат не идёт умирать — он идёт убивать. Только об одном он жалел, что нет на стенах никаких брёвен с металлическими цепями, а так было бы с ними удобно. Стальные решётки очень надёжно выглядели, даже самый тяжёлый таран будет пробивать их долгое время.

Попробуй пойти на такие стены, с возвышенности в шесть раз превышая самого человека. Надёжный парапет и бойницы. Всё готово для отражения атаки.

С двух сторон были каменистые скалы, давая только один путь — в лоб.

«Только беженцев не хватает у ворот, а это значит, что катаджи их не выпускают».

На стенах лучники засуетились, но тревогу они не подали. Маслов заподозрил неладное, побежал мимо сидевших солдатов, которые чистили оружие, начал пробегать по каменной лестнице, что вела в башню, перешагивая по две ступеньки за раз.

— Что случилось? — спросил он, поднявшись к лучникам.

— Мы не можем понять, — ответил один из них.

Где по бледно-голубому небу должны были растягиваться облака, виднелась чёрная тьма — самый настоящий смог, а над смогом чёрная туча, что извергала из себя молнии, расползаясь лоскутами по соседним облакам. Одна искра дошла до города, прямо над Альгисти. Наконец послышался гром.

— Ёкарный бабай, — ругнулся Маслов. — Живо тревогу!

Солдаты тут же начали бить в колокола. Лучники начали подниматься на стены, за ними стоявшие солдаты; закинули щиты за спины и расположились на широкой стене. Остальные солдаты начинали собираться внизу и строится линейкой, ожидая приказа от командиров.

— Это не просто смог… Это магия!


* * *

Колокола начали бить по всей южной части города, воины выходили на дороги, спеша к стене, а соклановцы перемещаться по крышам. Лиара повела Милу обходным путём, где было меньше солдат, она хорошо знала эти переулки, так они быстрее попадут на стены. На массивных зданиях и башнях выстраивались лучники.

Выйдя на стены, через бойницы Лиара узрела огромный смог, надвигающуюся на город.

Левая часть стены: здесь меньше лучников, но больше солдат с копьями. Благодаря широким стенам, они не сильно толкались, что быстро заняли позиции.

Соклановцы засели в некоторых башнях, тогда как большая часть засела на домах позади стен в засаде, а в тылу стен засели дауфракцы, что начинали разжигать огни.

Первая настоящая битва. Лиара не знала, как реагировать в такой ситуации. Внезапный страх снова одолевал, ведь сколько в драках участвовала и выходила победителем, но тут скверное чувство начинало её душить. Может из-за того, что не видно противника, который может прятаться за смогом? Мила ничего не чувствовала, она явно в больших передрягах побывала и теперь ей оставалось поддерживать свою подругу.

— Видно, что в таких драках ты не участвовала, — улыбчиво произнесла Мила.

— Только там, где можно было кости размять.

— Когда меня сильно побили, я вдохновенно тренировалась. Настолько мне понравилось.

— А в таких ситуациях? — спросила Лиара.

— Да ничего страшного здесь нет. Только после боя, чужие зубы не собирай.

— Зажигай огни! — крикнули солдаты, те начали поджигать факела.

«Вот и настало время… Но у нас преимущество, мы на стенах, так что должно быть легко!»

— Вот дерьмо, я там ничего не вижу, — высказал один солдат.

— Не бзди! Уверяю, ты точно увидишь, что тебя убьёт, — подбодрил второй.

Лиара от этого не чувствовала себя хорошо.

— Прикрыли рты! — скомандовал офицер. — Поглядывайте вниз лучше.

Глава 2

 Сделать закладку на этом месте книги

Полкан начал быстро одеваться, как и Неолла. Теперь каждая секунда на счету, нужно успеть к стенам.

— Не жди меня, выполняй задачу, — сказал Полкан, скомкав бумаги.

Неолла явно хотела его дождаться, но сжав кулаки, она бросилась к выходу.

«Хорошо… хорошо… — Полкан уже полностью готов, как задумался о заклинании Цифии. — Цифия — женщина, которая убивала своих детей ради артефакта Моира… Стоп… Моира? — Он ощутил, как мурашки пробежали по его спине. Знал кто такая Цифия, и даже не удосуживался про неё вспоминать, как не в этот момент. — Моира… Артефакт… может ли быть, что катаджи использовали его с какой-то целью… Нет?!»

Полкан резко выскочил на улицу. Солдаты попадались ему по пути. Вроде маленькая нелепица, которая может его задержать на долгое время и как раз именно сейчас! Разве в такие времена бывает иначе? Он сейчас уже ничем не поможет лоидсам, если сейчас катаджи начали атаку. Но даже это обстоятельство не отвлекало его от сотни дел, которые найдутся всегда, даже если кто-то споткнётся рядом.

«Кровь Моира… невозможно… они же…»

Он уже бежал, приложил все силы, чтобы как можно быстрее добраться до Илиодора. Его мысль тревожила сильнее, чем сами катаджи. И как раз у него заболела голова. Отличный сигнал к беде.

Здание никем не охранялось, стучать было уже бесполезно. Полкан выбил дверь ногой.

«Никого нет. И даже охрану не поставили. Как же я теперь буду без секретаря Илиодора. — Полкан поднялся по ступенькам. — Это на него не похоже, значит что-то стряслось».

Зайдя в уютный кабинет губернатора, он тут же кинулся к полкам. Сезари хорошо помнил, где Илиодор прятал всякие важные, никому ненужные бумаги и документы.

— А вот и они! — радостно выговорил он, доставая несколько книжек записей почти за двадцать лет. — Теперь я должен сам во всём убедиться.

Архивы и документы прошедшей войны, их записи и даты. В начале войны с катаджи, беженцев составляло 1741 человека, потом 1531, а потом 752.

«Да, так и есть, беженцев становилось меньше. Потом ещё меньше, и когда воины Лоидса прочёсывали резамовские земли, беженцев не было вообще. Скудная правда, скрывающаяся от многих лиц. — Полкан перебрал ещё несколько бумаг. — Тогда катаджи были уверены в победе. Но после нападения на их клан всё изменилось, беженцы исчезали… а точнее мы от них избавлялись. Значит нужна та дата!»

Полкан проводил указательным пальцем в те дни, когда клан Катаджи был уничтожен. Он весь пропотел, сердце бешено стучало в груди, ладони его становились мокрыми. Его палец остановился на дате и тут же он ощутил укол страха. Он не хотел в это верить, но правда прямо перед его глазами:

Один выживший — Лиара Роида да Альгисти.

«Беженец. Младенец. Именно в те дни — после конца Катаджи… когда беженцев уже не было, — он провёл пальцем дальше по списку: — Больше не было… Значит она последняя… она — Кровь Моира? Неужто Гиснн закрыл на это глаза, а Вугаст не придал этому значению? Илиодор может и не читал это, поэтому и не отнёсся критично на счёт неё, но всё же».

Он почувствовал знакомую пульсирующую боль позади глазных яблок, становясь с каждой секундой всё сильнее. В его глазах появилась та подруга дочери, которую он подозрительно разглядывал вчера. Да, она явно похожа, даже слишком. Тогда Полкан не придал большого значения этому, когда сомнения терзали его на счёт Милы.

«Я думал, что показалось, но видимо, что нет… Если бы не Мила, я бы точно догадался. Я должен был догадаться об этом раньше! — Он сильно ударил по столу, после чего побежал на выход. — Нужно сейчас успеть. Нужно успеть! Убить до катаджи!»


* * *

По сторонам были подожжены огни, теперь противник туда не переберётся. Лиара сглотнула, наблюдая за ситуацией, за лицами солдат, на их шрамы и рубцы. Уже бывали в стычках, прожили в битвах и остались в живых. Если сегодня выживут — тоже будет неплохо.

— Это точно Катаджи? — спросила она, кивая в сторону смога.

— Раз уж тревогу подняли, скорее всего, — ответила Мила.

Над головами заполнялись чёрные тучи, а молнии расползаться по всему небу. Можно подумать, что оно готовилось ударить по солдатам свинцовыми снарядами.

Солдаты и лучники были на позициях, маги же были расположены сзади. Они уже готовы выполнять приказы, готовы сражаться; крепко вцепились друг в друга, словно перегородили путь бездомному воришке.

— Луки! — первое командование.

— Луки! — эхом пронеслись голоса остальных лидеров. — А теперь стрелы!


* * *

Полкан наконец добежал и заметил, как чёрный и едкий смог вырывался над стенами, заполняя в свои объятия южную часть города.

Держа в крепкой руке двуручную секиру он готов уже встретиться с невидимым недругом.

Внезапно подул ветер, он начал усиливаться, что подожжённые факела начали тухнуть, а солдаты на стенах укрываться от противной пыли. Этот ветер сильнее разносил смог, сокращая видимость для всех. Огни в тылу не были погашены, по ним хоть как-то можно ориентироваться где ты находишься.

Как ветер стих, воины начали кричать:

— Стены, стены!

Некоторые лучники тут же натянули тетиву, но ничего не увидели, даже ничего не услышали — куда стрелять? Лиара посмотрела вниз, вроде никто не лез. Но ощущение шептало, что уже кто-то был за спиной. Она слышала только, как шептались деревья и как тяжело дышали солдаты, пытаясь хоть что-то узреть.

— Мила?!

— Я здесь. Вижу, что ничего не вижу!


* * *

Маслов старался вести наблюдения в непроглядную мглу с ворот, где были сосредоточены лучники. Солдаты начали переговариваться между собой, понять, что именно происходит. Писклявый Ноб раздражённо постукивал своей палицей по парапету.

«Это не может быть ложной тревогой, я чувствую, что здесь что-то не так! — Звенислав прислушался к окружению, с большим трудом он услышал какое-то рычание, но оно было не только за стеной, оно было повсюду. — Собаки? Нет, больше похоже на волков… Но почему слышно это повсюду?»

— А-а! — закричали солдаты.

Зверский рёв начал слышаться везде, и лязг клинков эхом проносился вокруг. Через смог почти ничего не видно, только как тени с кем-то боролись.

Из-за спины внезапно что-то толкнуло, но Маслов смог устоять; резко повернувшись назад, его взгляд устремился на выпрыгивающую тварь из ниоткуда.


* * *

Они нападали из-за спины, Полкан чувствовал их передвижение, что махом секирой попадал по одной твари; они плавились в чёрную дрянь. Остальных солдат разрывали на куски, нагрудник не помогал.

У первого за спиной появлялась человеческая тень, которая набросилось на свою жертву, как у второго за спиной появилась тень в форме зверя, что начала разрывать его на части. Некоторые солдаты выстроились в кольцо. Третий пропустил болезненный удар, что на миг потерял дыхания. Этого хватило, чтобы его повалили на землю и покончить с ним.

«Что это за хрень?!»

Как только Полкан подумал, он почувствовал, как за его спиной появились неведомые существа. Он стукнул ногой по земле, вырывая из-под неё твёрдые штыки, что пронзали их насквозь. На земле расплывалось чёрная жидкость.

«Катаджи даже так решили?»

Одному из солдат размозжило голову о камень — брызнув кровью на других солдат. Твари визжали, будто находились под вакуумом, появляясь из чёрного и густого воздуха — набивались к солдатам, сметая их по сторонам.

Со стен падали воины с громкими криками. Другие пытались спасти соратника от неминуемой смерти. Один потерял равновесие, как огромная тень начала его раздавливать своим весом.


* * *

В спину вгрызлась тварь, но ей не хватило сил, чтобы откусить кусок мяса. Ноб ударил её об камень, после чего добил ногой. Вторая тварь вцепилась ему в ногу, и прежде чем ей удалось повалить гратея, Ноб ударил тяжёлой рукой по твёрдому телу. Тварь зашипела, задёргалась, разинула свою пасть, после чего получила палицей по голове. В Ноба брызнула чёрная субстанция.

— Говно!

Жалостный вопль солдат — значит там беда.

В этой мгле очень сложно что-то разглядеть. Удар пришёлся в первое существо, как второго успели прижать ногой, после чего в тварь вонзилось копьё воина.

Писклявый Ноб спрыгнул на здоровую тень, размазав её по земле. Следующему, одним ударом рассадил череп вдребезги, отчего существо растворилось в смоге.

— Ну и дрянь! — отплёвываясь произнёс он: — Смердит хуже дерьма.

Одного солдата так сильно ударили, что он отлетел спиной к стене. Он успел поставить перед собой кол, зверь наткнулся прямо на него, как второй и третий, вгрызлись воину в лицо.

Глава 3

 Сделать закладку на этом месте книги

Земля уже мокра от крови, как Полкан новым тяжёлым топотом успел спасти группу солдат, которые изрыгали проклятия. Соседний соратник махнул мечом вслепую и тут же отшатнулся. В его спину вонзилась острая и тёмная рука; откашливаясь, он недоумённо смотрел в тёмную пустоту, стоная и выплёвывая изнутри содержимое.

Повалив нескольких на землю, твари получали удары от подземного штыка. Полкан секирой врубился в руку твари, отчего та начала сильно дымиться, пока вовсе не испарилась в смоге.

Вот и молния удосужилась поучаствовать в битве, ударяя блестящими колами в землю: первый разряд прошёлся по нескольким солдатам, поджаривая их до корочки, после чего твари накидывались на их тела.


* * *

Лиара огнём разожгла теней, как в её руку вцепилась металлическая цепь. Она синим пылом раскрошила её. Внезапно в неё влетел солдат, на которого накинулась крупная тварь.

— А-а!

Не успев ни за что уцепиться, она свалилась за стену; успела подставить руку, что смягчила себе падение. Звук битвы уже не был таким громким. Упала не на свою половину.

— Вот дерьмо! — выругалась она, разминая ушиб на руке и на плече.

Пристав на ноги, она поняла, что у неё болела вся правая часть тела. Удачное приземление — если чувствуешь боль.

Cмог начал рассеиваться. Хорошая новость, особенно узреть вражеские войска, несущейся на стены. Лиара торопливо поковыляла в сторону ворот, может кто-нибудь ей да и откроет.

Она заметила несколько теней в тумане. Только воздух как-то странно задрожал и повеял запах…

«Серы?»

Вдруг стена разорвалась на куски. Воздух наполнился дымящимися каменными осколками. Солдаты повылетали со своих позиций.

Лиара испугалась, потрясённо пригнулась от опасности, кашляя и задыхаясь.

Зажав рукавом лицо, она ринулась к месту взрыва.


* * *

Когда смог рассеялся, твари перестали появляться. Солдаты были прижаты к земле. Не поймёшь кто из них мёртв, а кто жив — все одинаковы. Поднятая пыль от подрыва ворот, также снижала обзор. Некоторые от недостатка воздуха бились в конвульсиях на земле, другие вопили от боли и терялись в оглушительном реве.

«Такие ворота подорвать нужно ещё постараться. И нужно перегородить путь!»

— Выстроиться в строй! — отдал приказ Полкан.

Несколько десятков успели выстроиться, плотно прижав щиты к друг другу.

— Живо за стены! — продолжил он.

Успевшие выстроившиеся, нырнули в пыль, пока враг ещё не был рядом.

Они могут выиграть время.

Полкан поднялся на стену, увидел армии Катаджи, выстроившихся на них. Они заседали на открытом пространстве — не кучковались, были врассыпную по всей местности. В дальнем лесу люди заполнялись прямо на глазах. Первые из них катаджи, остальные по пять-десять человек резамцы, оснащённые большими щитами, что были уже сформированы в стройные ряды. Между пустых долин, уже успели выстроится другие линии резамцев.

«Вот и постучались злые люди в Альгисти. Такие же, как и мы».

Первая линия резамцев уже подбегали к разрушенным воротам, направляя оружия и щиты на маленький отряд лоидсов.

Среди кашлянья, ругани и бряцания железа, Полкан услышал только тишину. Он всегда её слышал в предшествующей битве, как часто это слышали Бакос и Звенислав.

Те, кто были на стенах, взялись за луки. Пару десятков успели к ним подняться, также снабдив остальных луками и стрелами. Бакос успевал приказывать всем внизу, создавая другие группы, которые брались за копья и издавали боевой клич.

Внезапная атака тварями и погодой не сломает дух лоидсов. Это вам не резамцы и никакие там клановщики. Это армия Лоидса.

Только сейчас до него донёсся шум обезумевших врагов, который топал по грунту и лязгал своим оружием. Они шли не шеренгой, совсем неправильно. После чего ускорили бег, отчего их строй был полностью в дырах.

— Луки! — скомандовал Полкан.

Дерево зашелестело в руках воинов, натягивая стрелы на тетиву. Они ничего не боялись, даже после такого шока; в их глазах горела ярость, злоба и мщение.

— Стрелы! — выкрикнул вдали Маслов. Его лицо было окровавленным.

Остальные солдаты эхом разнесли приказы.

«Ха, засранец, ты ещё жив старина!»

Лучники спокойно дышали, тщательно прицелились, и наметив себе цели, стиснули челюсти. Противники вот почти сблизились с лоидсами: вовсе неосторожно и жалко, выкрикивал мужской голос. Ну же, ну же. Полкан хрустнул шею.

— Иии… — поднял руку он.

— Мочи козлов! — выкрикнул Полкан. Тут же зазвенела тетива, и на головы резамцев посыпался первый залп.

Шеренга противников стала ещё скуднее. Тем не менее они не остановились. С боевым кличем накинулись на первый строй лоидсов, отчего получили справедливое сопротивление. Они надеялись повалить их, но к их несчастью, лоидсы сумели выдержать удар.

Несколько стрел повалило резамцев, как они начали упорно наваливаться на маленький строй героев у разрушенной стены.

Лоидсы резко отошли назад, впоследствии чего к ним успели присоединиться остальные воины. Разогнавшись с новыми силами, они ударили резамцев щитами, оттолкнув их от себя, некоторых даже повалили на землю. Сталь чавкала, пронзая плоть. Кровь вырывалась из ран, заливая друзей и врагов. Резамец словил стрелу, его товарищ принял копьё в шею, второго не успевшего шагнуть, ударили щитом по ноге, и он с воплем проглотил острие пики.

С жалкими выкриками, резамцы начали отступать. Лоидсы подняли оружия, выкрикивая победный клич.

На место отступающих выстроились люди в странных одеяниях. Стрелы до них не долетали, словно их покрывал невидимый щит. Они строем стали перед группой лоидсов, вытянули руки, затем скрепили пальцы.

А потом из их ладоней вырвалось жгучее море ослепительного пламени, которое лавиной полилось на стены. Волна проглатывала стрелы, сжирала всё на своём пути.

Лоидсы тут же заикнулись и кинулись в бегство.

Лиара почти добежала, почти перешла на сторону своих, как перед её носом вырвалась колонна, которая откинула её назад, к отступающим лоидсам.

— Ложись! — кто-то выкрикнул на стене.

Полкан упал на колено, тяжело дыша от поднятой пыли. Он слышал, как солдаты кричали снизу, моля их впустить к себе. И всё это его вина.


* * *

Лиара смотрела, как на неё неслась лавина огня, отчего успела только закрыться руками. И огонь поглотил всё пространство. Отчаянные вопли лоидсов, их крики от дикого ужаса и боли вырывались из хриплого горла. Голодный огонь, окутал их всех. Солдаты потерялись в оглушительном реве, они обезумели, держась за свои головы и катаясь по горящей земле.

Их почти не слышно из-за треска огня. Лиара ничего не почувствовала, словно пламя являлось для неё водой.

Только бы не дышать!

В неё вцепился парень, обугленными пальцами, изувеченным сгорающим телом. Он кричал, умолял, чтобы его спасли из горячей домны. Она


убрать рекламу






держала его на руках, видела его яркие глаза, как они быстро изменились в чёрный цвет, как его пальцы крепко вцепились в её одежду, в мгновении превращались в угли.

Пламя почти рассеялось, оставляя после себя яркие языки пламени. Она почувствовала скверное ощущение, непонимание, продолжая смотреть на сгоревшее тело солдата, который держался за невредимую ткань фотсижу.

— Укхг… — выдавила Лиара, как змеиная цепочка обвилась вокруг её шеи, затем руки и ноги. Она панически пыталась вырваться, как свет в её глазах медленно погас.


* * *

— Вот и всё, — проговорил Полкан, всматриваясь на исчезающее пламя.

Мила накинулась на него, но он успел схватить её за запястья.

— Что ты наделал, ты их всех погубил! Там же была Лиара!

— Ты что здесь делаешь?!

— Воюю, как и ты, мерзавец! — она вырвалась от его хватки.

— Сейчас не время для болтовни!

— Ты что не видел, что там была Лиара?

— Говорю не время!

— Ответь!

Мила смотрела на него со всей ненавистью в глаза. Полкан был вне себе от её взгляда.

Стиснув пальцы в кулаки, он ответил:

— Она Кровь Моира! — он замялся, когда эти слова вышли из его уст.

Мила остолбенела.

Сглотнувши, она недоверчиво повертела головой.

— Ты… Ты лжёшь!

Тучи громко загремели, после чего сделал несколько разрядов в небе. Полкан посмотрел на тёмные тучища. Молнии начали разряжаться не только по облакам, но и по самому воздуху.

— Говорю: не время! — крикнул он, схватил Милу и вместе с ней спрыгнул со стены.

Молнии разрядились и начали бомбардировать солдат, разносить ослепительные удары на землю. Солдаты закрывали уши от контузии, а поражённых обжаривало вместе с одеждой до костей.

Полкан чуть не свалился на землю, если бы его не поймал Ноб, как ребёнка. Мила вырвалась от хватки и побежала в направлении. Ноб дёрнул полковника, отчего они нырнули в укрытие.

После заряженной атаки, солдаты начали приходить в чувство. Немногие продолжали лежать, опасаясь нового форсинга. Полкан обхватил рукоять меча, и держась за голову встал на ноги. Мила оказалась рядом, вытирая своё мокрое лицо, покрывшей грязью.

— Полковник, — прокашлялся Ноб.

— Всё в порядке.

«Провались эта магия! Чёртовы катаджи!»

Как только солдаты опомнились, произошли новые взрывы. В нескольких частей стен, выбросились осколки, которые полетели в невиданном направлении. Как раз один кирпич пролетел мимо уха. На город обрушился новый наплыв песчаной лавины.

Откашливаясь, лоидсы плотно прижались в линейку ожидая нового выпада от противника. Полкан уже почувствовал врагов, много врагов — они все уже заходили в город.

Песок с землёй начал оседать. Из этого мрака, выполз Маслов, он был весь в мокром песке от крови. Он пытался ползти руками, потому что у него отсутствовали ноги по колено. Он сильно закашлял кровью, после чего сплюнул на землю.

— Вот дерьмо, — буркнул Полкан.

— Прости меня Полкан… — проговорил Маслов хриплым, нечеловеческим голосом. — Не смог я…

В его голову вонзился меч.

— Падлюка, — прошипел Полкан.

Владелец кровавого меча вытер лезвие об согнувшееся свое предплечье. Это скорее всего главарь: крупный мужчина, с гладковыбритым подбородком, за шлемом виднелись его азартные глаза, а на его тёмно-зелёной одежде выступал знак…

«Дракона — знак проклятого Катаджи. И будь я сам проклят если я этому уроду не оторву голову!»

Лоидсы плотнее выстроились в шеренгу, как резамцы начали прибывать из разрушенных стен. Люди в зелёных одеяниях осели на стенах и готовы разрядить последующими магическими снарядами по городу.

Командир катаджи радостно раскинул руки:

— Здравствуйте альгитийцы, мы к вам в гости пришли.

«А чувство юмора у него ещё хуже, чем у Илиодора, — гнусный червяк!»

— Двигаемся назад, — прошептал Полкан солдату, отчего тот начал два раза бить по своему щиту.

Остальные подловили его ритм, и линия обороны понемногу начала отходить к городу, освобождая пустые улицы и переулки. Шаг за шагом — назад, ещё шаг и снова назад. Эти переулки отлично послужат для внезапного нападения.

«Но этого мало, нужно ещё отступить. Чем больше пространства им дадим, тем больше в ловушку их загоним».

— Эй, — продолжал тот червяк, размахивая руками, — разве так принимают гостей, доброжелательные граждане?

«Мы вам такое гостеприимство устроим, что мало не покажется».

Колдуны-катаджи продолжали наблюдать за отступающими лоидсами, они ждали приказов. Наконец тот командир махнул рукой, как катаджи зарядили у себя в руках зажигающие снаряды.

Первый залп. Множества огней появились в воздухе — прелесть среди чёрных туч. Вот-вот и будет удар… Но снаряды не долетели, выгорев в воздухе.

«Барьер. — Полкан кинул взор вокруг дома. — Дело рук соклановцев, а я уж думал, что сейчас нас разорвут на куски. Но этот барьер не смог противостоять смогу, можно ли надеяться на следующую удачную защиту?»

— Готовься! — крикнул катаджи.

Резамцы разом крикнули и ударили по своим большим щитам.

— Вперёд!

Враги с боевым кличем понеслись на лоидсов. Получить удар от таких больших щитов — страшная вещь. Щиты лоидсов не так сильно предназначены для прямой стычки. Но солдаты Лоидса не из робкого десятка, они смогут удержать удар.

«Только бы ногу не вывихнуть!»

Щиты столкнулись: в друг друга начали плевать в глаза, наносить колющие удары. Полкан помог лоидсам оттолкнуть недругов, как тут же солдаты подняли щиты и нанесли кольчатые удары, опустили щиты и снова держат натиск от новых набежавших врагов.

— Ну же… — прошипел Полкан и топотом пошатнул землю. — Ну же!

Из зданий выбились стёкла, как оттуда полетели горящие снаряды прямо на головы резамцев. На крышах поднялись соклановцы, что также начали накрывать противником льдом, огнём и землёй.

Снова поднялся проклятый и всем ненавистная пыль.

Резамцы поднимали щиты, но от взрывов и жара это не спасало. Тела соклановцах начали падать вниз, катаджи тоже хотят захватить вверх. Солдаты внизу бьются холодным оружием, как наверху бьются магией.

«Здесь нельзя оставаться, иначе просто похороним друг друга».

Полкан ударил одного солдата по плечу, тот начал стучать по щиту три удара. Другие начали подхватывать удары. Это даже как-то поднимало дух, у лоидсов появились силы, чтобы оттолкнуть противника, а после вонзить им в шею сталь и тут же резко отступить назад. Так строй начинал отступать, как на крышах творилось безумие от дыма и огня; мёртвые, окровавленные тела падали прямо на головы, что от врагов, что и от дружественных.

На заднем ряду копейщики нацелились вверх и метнули их: кто-то в войска, а кто-то в катаджи наверху. Лучники засели на некоторых башнях и начали отстрел, в них начали прилетать взрывные снаряды от магов. Теперь на головы уже начали падать обломки зданий. Видать барьер уже не слишком работал.

— Помогите! — кричит один придавленным фрагментом башни.

Спасти его — себе хуже, отличная мишень для ещё одного снаряда.

После поочерёдных взрывов, солдаты на заднем ряду опустились на колени, откашливаясь от пылюги. Удары щитов в такт, взбадривал их, но после контузии, удары можно было почувствовать лишь через дрожащую землю.

Гром — гроза снова зарядилась. Полкан поднял голову, обдумывая все поганые вещи, которые пережил в своей жалкой жизни.

— Вот сука, снова понеслась!


Ложь победителей

— Разве так мы просили это сделать?

— Кьяллак сказал: любым способом.

Тихие голоса доносились из далёкого мира. Лиара лежала под деревом с закрытыми глазами. Здесь довольно холодно и мокро. У неё сейчас болело горло, на удивление руки не были связаны, но чувство слабости подавляло дальнейшее сопротивление.

— Это не значит, что у тебя было право так обходиться!

Эти голоса только действовали на нервы, но открывать глаза нельзя, лучше продолжать слушать, набираясь свежими силами.

— Был приказ, и я его выполнил, хватит уже придираться ко мне.

— Да я тебя за такое вверх ногами повешу, Робин!

Главное не торопиться, нужно выждать момент.

Кто-то рядом расхаживал взад-вперёд по скрипучей траве, потом по камням и снова поворачивал обратно, — эта ходьба не похоже на нетерпимость, скорее на обеспокоенность. Лиара сжала скулы, это давило на терпение ещё сильнее: топ, топ, топ.

Она резко взбодрилась и зажгла руки лазоревым пламенем. В глазах потемнело от резкости, но она уже готова принять бой.

— Она очнулась! — вскрикнул один катаджи.

— Лиара! — кто-то воскликнул за спиной.

Внезапно сжалось сердце, размытый обзор начинал стабилизироваться, а пламя в руках испаряться в воздухе. Она узнала этот голос, после чего у неё накатились слёзы под глазами. И повернулась к нему.

Видно лицо… Его лицо… Обеспокоенное и одновременно радостное. Зрение начало размываться из-за слёз, но лицо она видела отчётливо.

— Фелгмар… — слабо выговорила она. — Как такое возможно?

— Не только ты выжила после «Медуси», — ответил тот.

Осмотревшись, Лиара поняла, что находилась в лесу, где вокруг были одни катаджи, одеты в тёмно-зелёную одежду со знаками дракона. Только она была в белой одежде фотсижу — как пленник. Явно драться со всеми не хватило бы сил, как эти силы сейчас быстро начали испаряться.

На плечо упала рука, — нежная и одновременно твёрдая, так могла сделать только одна женщина. Ирис.

Лиара не могла поверить своими глазами, будто она попала в иной мир, где всё поставлено вверх ногами.

— Ничего не понимаю… что происходит?.. эта одежда… — выговаривала Лиара, осматривая всех катаджи.

Тётя Ирис тут же её обняла, отчего слёзы покатились по румянившим щекам.

— С самого начала ты и была катаджи, и мы заботились о тебе, все мы.

Катаджи, — те, которые убивали невинных жителей, те, которые сжигали деревни и кланы. А теперь говорят, что она является одной из них.

Лиара оттолкнула её от себя и вытерла лицо рукавом.

— Что это значит катаджи? — вспылила она. — Вы столько бед наделали, даже сейчас вы убиваете людей! — Она бы кричала сильнее, если бы её горло не жгло от боли.

Один тип нахмурился, бряцая цепями, рассматривая её из-под тяжёлых бровей. Лиара уловила его взгляд. Скорее всего это он ухватил её за горло.

— Что смотришь, урод?!

— А ты девка с характером, мне это не нравиться, нужно тебе преподнести урок, — сжал он цепи.

— У тебя есть отличная возможность.

Остальные катаджи смотрели на них, хлопая глазами, некоторые из них попятились назад, ожидая их выпада.

— Неужто ты и правда так думаешь?

Лиара повернулась на новый голос.

«О нет, только не ты!»

На каменном выступе гордо стояла улыбающаяся Анисия, сжимавшая пояс катаджи. Одежда её также тёмно-зелёная с драконьим знаком. С ним был старичок, с низким ростом, с очень длинной седой бородой, которую он нервно теребил; тёмно-зелёный плащ катаджи достигал почти до его ступней. Он что-то мычал себе под нос, а его глаза закрывались под хмурыми бровями.

Лиара была окружена необъяснимыми явлениями, чувствовала себя ужасно скованно. Анисия и старый сумасшедший полностью зажали её посреди леса. От его вида, вкупе с затхлым воздухом, вечными грязно-серыми тучами и кошмарного места становилось всё противнее.

«Почему Ася, почему ты с ними?»

— Это та Лиара… — старик промямлил губами. — Роида да… как там это… А-а, — Альгисти!

— Да это она, — ответила Ирис, преклоняя голову перед ним.

— А почему… — он раздражённо покашлял. — Почему она на наших кидается?

— Каких «наших»?! — выкрикнула Лиара, через боль в горле. — Мне кажется, что вы повторяете свои предыдущие набеги! Но только я ничего не начинала, и не являюсь «вашей»!

Старик медленно поднял руку к лицу, чтобы почесать свою щеку. Её это раздражало, над его старческим бесконечно долгим раздумыванием. Сколько лет то ему, и как он всё ещё стоит на ногах, не опираясь на трость?

— Так она думает… что это мы… — (Лиара глубоко вздохнула от его долгой речи). -…напали на лоидсов?! — На последнем слове он аж пискнул от удивления.

— Мы ещё не успели ей рассказать, — добавила Ирис.

— А мне и нечего рассказывать.

Лиара услышала вдалеке гром, отчего рефлекторно посмотрела в сторону. Лес находился на вершине, где отлично можно рассматривать разрушенные стены Альгисти, полыхавшим дымом и огнём, превращая постройки в горящую бездну.

«Здесь они и проводили свои тактики».

— И это дочь Деи? — спросил старик.

Лиара оступилась, отчего посмотрела на старика, который медленно к ней подходил. С каждым его шагом, за ним увеличивалось больше холода. Она сглотнула, присматриваясь в его еле живые глаза, которые тухли с каждой секундой.

— Изначально лоидсы начинали убивать катаджи, — его медлительность тут же испарилась, отчего Лиара впала в небольшой шок, — они начинали настраивать деревни и кланы, — старик помотал головой: — Всё из-за Деи, и в частности — тебя тоже.

Он подошёл ещё ближе.

Лиара начала немного отступать:

— Но люди, тогдашняя война!..

— Историю пишут победители. Тогда… в тот день мы проиграли, — победили лоидсы. Позволь мне показать тебе.

Его костлявые пальцы схватились за её нежную руку, отчего кожу начало морозить. Глаза наполнились темнотой, голос исчез, осталось чувство последнего дыхания.


* * *

Горящий город, повсюду дым, крики людей, треск металла вдалеке, под заваленными обломками слышны чьи-то стоны, из зданий выбегали катаджи, покрытые кровью и ожогами.

Через обломки и людей, в которых в глазах исчезла сама жизнь, пробегала женщина, держа младенца в руках, ещё надеясь на выживание. С её плеча сочилась кровь, ноги подкашивались. Она споткнулась о труп и упала на колени. Слёз было так много, что они капали на младенца крупными каплями. Ребёнок плакал в ответ. Белая пелёнка уже смешалась с грязью и углём.

За спиной произошёл оглушающий взрыв. Тела из зданий вылетали вместе с обломками. Пламя расширилось вдоль улиц, за ними в драку вцепились всадники, что копья противников ударялись в щиты друг друга. Щиты и нагрудники не выдерживали удара от копей, протыкая их, глубоко вонзаясь в тела. Некоторые сразу слетали с седла лошади от удара, у вторых слетал тяжёлый шлем с головы. Напряжённые солдаты с лютой ненавистью впитывались в других, добавляя яркую кровь на каменные плиты, с огромной надеждой добить своего врага.

— Сюда! — прокашлял один мужчина, он помог подняться женщине на ноги.

Долго пройти они не смогли, как женщина снова упала на колени.

— Нельзя мне, я останусь. Пожалуйста, заберите Лиару, — она преподнесла ему младенца в окровавленной пелёнке.

Тип в плаще, немного подумывал, как можно было её вытащить из пылающего города. Но ничего такого в голову не приходило. Пришлось согласиться с несправедливостью.

— Я понял, — он сглотнул и аккуратно взял плачущего младенца на руки, после чего побежал дальше. Через пару шагов остановился, дабы посмотреть на женщину в последний раз, и ринулся в путь дальше.

Женщина доползла до разрушенной плиты, на что облокотилась на неё. Теперь оставалось только ждать… ждать конца последнего луча в этом мире.

Последующий взрыв поднял ещё больше дыма, вопли людей затихли. За дымом слышались шаги, громкие шаги, гулко стуча по ушам. Конец уже близко. Из плеча кровоточило, но ощущение уже было холодным — боль уже покинуло тело. Остался только последний, грязный, пропитанным жаром воздух.

Из тёмного миража, поглощённым тьмой, с оттенками жёлтого огня, гулкими шагами вышел Полкан Сезари ди Шоль. За ним появился Леокед, у которого глаза светились голубым цветом. Они переступили через обломки, раздавливая осколки своими тяжёлыми сапогами и остановились перед ней. Их окружало пустое место — пустые и сожженные дома, где эхом вокруг раздавался звук сражения.

— Не должна я была, — заговорила женщина, — не должна была скрываться… Глупо.

— Ты понимаешь, Дея, — ответил полковник, смотря на неё уравновешенным взором, словно понимая её боль, и словно сам сидел на её месте. — Это всего лишь ошибка… так что это всё ради безопасности.

Дея закашляла, и кивком с ним согласилась. Треск раскалённого дерева начинало превращаться в ручей. Воспоминание, как она выходила на мостик, чтобы встретиться с Элджотом. Чудесные времена, — понять, что можно жить и в таком мире, можно не страдать от существующих проблем — не быть проблемой, а просто наслаждаться… Наслаждаться даже таким гадким воздухом, которой была пропитана эта вонючая улица.

Теперь она закрыла глаза.

Полкан сжал кулак, и замахнулся…

«Нет!»

Глава 4

 Сделать закладку на этом месте книги

Подняв веки, в глазах виднелось обеспокоенное лицо Анисии. Лиара смотрела на неё, как рыба в воде смотрит за пределами аквариума. Лицо потное, но воздух леса поглаживал её щеки, и она глотала его, наполняя лёгкие после кошмарного сна. Она чувствовала мягкую ладонь Аси, что вытирала ей слёзы. Она чувствовала себя так, будто целый день сидела в полной темноте, а теперь она здесь — на свободе.

Резко подорвавшись с места, Лиара взглядом нашла старика, который рядом с ней лежал на мокрой земле.

— Лиара, что случилось, — обеспокоенно спросила Ася, смотря на неё недоумевающими глазами.

— Я… не знаю… Что это было?

— Мы были в прошлом, — прокашлялся старик. — Невероятно… ты и вправду дочь Деи… — он снова сильно закашлял.

Ирис тут же поспешила ему помочь.

— Дея, это моя мама? Почему? Почему вы мне ничего не говорили?

— Всё ради твоей безопасности, — ответила Ирис. — Катаджи была уничтожена от лоидсов, и мы не могли гарантировать тебе защиту. Только сейчас мы взяли под контроль резамовские земли, только сейчас мы сможем обезопасить клан от лоидсов и других народов, что непременно придут сюда.

Всё услышанное Лиаре не нравилось. Совсем не нравилось. Она чуяла опасность, которая нарастало прямо в этом лесу.

— Как приятно слышать «ради твоей безопасности», неужто столькими смертями я являюсь важной?!

— Даже больше, — вмешался старик. — Дея, она не хотела видеть этот мир своими глазами, как мир проклинает текущую в ней кровь. Кровь Моира. — Он снова закашлялся. — Пока она не встретила Элджота, твоего отца… Тогда жизнь начала иметь ценность для неё, и что ты тоже можешь иметь свою ценность.

От этого видения старик стал ещё более тощим и бледным, болезненного вида с темными кругами под глазами, а его волосы прилипли к голове от пота. Сейчас он вообще не обладал каким-либо могуществом, когда он хватал Лиару за руку. Если подумать, его вид отображал сейчас её чувство, когда она пыталась понять кем она является на самом деле.

— Что значит Кровь Моира? — спросила Лиара и небрежно отступилась.

— Кровь, что сможет активировать могучий артефакт «Моира», — рассказывает Ирис: — Стилет, что должен находится в надёжном месте. Его пытались утопить, спалить, но отважные и грязные маги всегда находили способ его достать. Этот стилет по идее где-то хранится у высших магов. Если мы им завладеем, то сможем защитить клан Катаджи, и не только его — весь Лоидс, если даже не весь мир.

Это похоже больше на сказку. Но даже в сказках такое не напишешь. Лиара присела, чтобы не упасть от сомнительной байки, который наводил туман на голову.

— Аккуратнее нужно быть, — заговорила Ася. — Дисперс также хотят заполучить Кровь Моира живой, а лоидсы даже не подумают о помиловании.

— Значит Дисперс и Лоидс — разные вещи: одни хотят меня убить, другие захватить, забавная у меня жизнь, оказывается.

— Лоидс также могут схватить тебя, за деньги разумеется, — добавила Ирис. — Если сможем взять Альгисти, то даже и столицу получится захватить. Всё равно у Лоидса не будет сил на южную защиту.

— Вы просто хотите захватить власть, — злобно добавила Лиара.

— Никак нет! — отрезал старик. — Лоидс скоро вступит в войну, где шансов на победу почти не будет. В Нюр Ареме давно уже сидят люди, которые продали благородство и порядочность за деньги. А если катаджи успеют захватить власть и артефакт, то мы сможем защитить эти прекрасные земли, может даже быть… — он сильно кашлянул. — …может быть мы сможем даже сделать вечный мир. Правда звучит, как сказка?

— Ещё бы. — отрезала Лиара.

Она резко направилась в сторону стен Альгисти. Грозовая буря ярко и громко захватила город. Она вспомнила Милу, что находилась в том огниве. Если она ещё жива, нужно поспешить. От этого Лиаре стало ещё хуже, что аж захотелось блевать.

К ней подошёл Фелгмар.

— Зачем вы устроили тогда теракт в Медуси? — спросила Лиара.

— Мы ничего такого не делали. Ты правда думаешь, что я бы повёл тебя в опасное место?

— Но ты выжил.

— Повезло.

— Не важно, — тихо произнесла она. — Я не могу здесь отсиживаться, я должна идти!

— Куда? В город?!

— В город.

Он крепко обнял её.

— Я не позволю тебе туда пойти, только не сейчас. Ты нужна нам живой… мне нужна.

— Я надеялась, что ты меня поддержишь. — Она вырвалась из объятий и посмотрела ему в глаза: — Я хочу помочь, а ты можешь не идти!

— Лиара, твоя безопасность для нас сейчас высший приоритет, так что ты не можешь туда отправиться.

— А вот и могу! — выкрикнула она.

Внутри что-то воспламенилось, как сам огонь пробудился в жилах. Лиара так разозлилась, что по её коже начали расходиться светящиеся жилы синим цветом.

— Лиара?! — проговорил Фелгмар, после чего ударила яркая вспышка, отчего он закрылся руками.

Через одно мгновение на месте Лиары остался синий огонёк.


Грядёт буря

Вокруг были разбросаны обломки, оружия, руины зданий, расщепленные доски и трупы: зияющие засыпанные песком раны, переломанные конечности, пронзёнными копьями и стрелами. У некоторых было разрублено лицо, у вторых стекала кровь с разорванной шеи, у третьих не хватало конечностей, — кровь разливалась по грязной земле, как пролитая вода на столе.

Последующий взрыв поднял новую волну грязи.

Фотсижи столкнулись с катаджи у разрушенных строений. Крики заглушали грохот падающих обломков зданий, после чего голоса переходили в кашель, даже у тех, у кого была натянута на лицо балаклава.

Мила успела подставить короткий клинок перед выпадом противника, как тот начал давить всем телом на кол. Она сделала ему подножку, отчего тот поприветствовал землю, а вслед за ним свалилась Мила. Кто-то схватил её за ногу, не давая завершить начатое дело. Удар свободной ногой оттолкнул назойливого катаджи, как второй ублюдок не дал ей времени на размышление и тут же накинулся на неё сверху, пытаясь удобно захватить шею.

Его пальцы, словно скользкие змеи. Он зашипел и бормотал ругань себе под нос. Руки впились, как зубы хищника в жертву, — ублюдок сжимал их всё сильнее; у Милы начало синеть лицо, и она стала выплёвывать белую пену сквозь зубы.

Хрипя, она освободила руку из его веса, старалась дотянуться до его лица. Безнадёжно. Ублюдок сидел прочно, словно с высоты боялся упасть. У неё уже не было дыхания, в глазах всё начало темнеть; катаджи продолжал жать шею изо всех сил. Она наконец вытащила клинок. Единственным местом удара был его живот.

Первый удар: ублюдок замычал, но хватка не ослабла, если только не усилилась. Второй удар, третий: плоть катаджи хлюпала с поцелуями острия. Мила начала скручивать лезвие, наконец хватка у него ослабла, как он тут же замахнулся на удар. Мила нашла силы приподняться и скинуть его с себя. Свободна! Кровь выхлёстывала из его ран, залив её с ног до головы, а под ногами растекалась багровая лужа. Ублюдок отвлёкся на свои раны, как Мила сразу же накинулась на него — завершив одним ударом клинком в мягкую шею.

Тёплая кровь брызнула в лицо.

Вдыхая пыльный воздух, она начала откашливаться, сплёвывать слюну и слизь, массируя пальцами свою шею. У нее сильно заболело горло.

— О-ох, — выдохнула она, как в неё кто-то влетел, повалив на матушку землю.

То была та истощённая катаджи, которая держала в руке кинжал. Но Мила попыталась оттолкнуть её от себя, как катаджи снова схватила за ногу и вонзила лезвие в ляжку.

— А-а-х-ты! — завопила Мила.

Она оттолкнула её свободной ногой, и начала быстро отползать. Кинжал торчал в ноге, из-под него вырывалась алая жидкость. Вытаскивать нельзя, но как же оно печёт внутри!

Та девушка вновь встала на ноги. Она была пропитана ненавистью, в её глазах совершенно угасала надежда на жизнь. Этот взгляд Миле знаком, очень знаком. Как бы сказал отец: «Война — это вой воинов, и в ней чувствуешь себя мертвецом». Катаджи сжимала кол в своих руках, достаточно длинный, чтобы напасть и завершить дело. Она хотела отомстить.

Тут уже ничего не поделаешь.

Мила напрягла руку, её сосуды надулись; как только она сжала пальцы, катаджи уронила кол на землю, схватила себя за затылок, пытаясь вырваться от невиданной хватки. Мила резко дёрнула руку вниз — катаджи врезалась в землю с такой силой, что лобная часть её взорвалась кровью.

Использования магии сильно истощает, особенно когда ты уже почти изнеможён. У Милы появилась одышка. С невероятными усилиями она встала на одну ногу и поковыляла на свою сторону. Но с такой ногой далеко не уйдёшь.


* * *

На благо бои велись в другой стороне: слышался лязг металла за разрушенными зданиями. На удивление над головой пока не велись бои, а то Мила бы уже имела дело с другими катаджи. Она сейчас остановилась у стены старого здания. Порвала свою верхнюю одежду, после чего крепко перевязала выше бедра для остановки кровотечения. Тело стало ещё уязвимее — только жилетка и обнажённые руки почти до плеч. Теперь камни ловить станет ещё больнее.

«Как неудачно вышло, а ещё опытным бойцом называюсь!»

Со всех сторон она уловила неясные звуки: по крышам опять забегали. Вдали слышался грохот и удары щитов, крики и вопли. Мила хромая прижалась к стене, обливаясь потом; руками держалась за стену, чтобы не упасть и идти ровно. У неё очень сильно болела шея, будто напилась ледяной воды. Выглянула из-под угла, никого не было, кроме трупов и горевших зданий. А значит эта территория может быть чьей угодно.

Гром снова пророкотал, готовясь выпустить свои яркие клыки на город. Она быстро направилась на другую сторону улицы. Вроде всё чисто. Прижалась к другому зданию. Из того угла уже слышался тяжёлый топот. Она выглянула, тут же заметила перед собой спину катаджи, но тот её не заметил. Мила зажала себе рот.

Неудачно шагнув назад, она почувствовала резкую боль в ноге, отчего прикусила руку.

Катаджи вроде начали уходить. Один из них начал медленно поворачиваться в её сторону. Невозможно успеть скрыться, как со спины кто-то схватил и потащил в дверь. Катаджи из-за грома ничего не услышал, что только сплюнул на землю.


* * *

Провалившись во внутрь, Мила приготовила оружие к бою. Она лежала на спине ожидая выпада.

— Тихо, — прошипел парень. — Здесь свои.

— Кто ты?

— Свои, сказал же!

Мила не очень-то расслабилась, но оружие убрала. Он помог ей привстать, — запрокинул её руку на себя и потащил по коридору. Изнутри звук битв слышался ещё отчётливее — они были повсюду. Мила старалась не мычать от боли, когда они пробрались в одну комнату, обшитой деревянными панелями.

Парень аккуратно положил её на кровать.

— Хорошо вошёл, — прошипел он, смотря на её рану.

Сам он не был испачкан кровью и грязью, но заметны линии от мелка. Наверняка он избегал стычек, пробираясь между зданиями. Он аккуратно схватился за её ногу, продолжая рассматривать окровавленное увечье.

— Эй! Что ты делаешь? — спросила Мила.

— Пытаюсь понять, что с этим делать.

Он немного растянул кожу, отчего она сжала скулы. Пот, выступивший на её лице, становился более явным. Она не могла уже смотреть на это и откинула голову назад.

— Хреново, — сказал он.

— Ха! А бывает не-хреново? — прошипела она от боли. — Ты что медик?

— Ну… можно и так сказать, — он поднял голову: — алхимик.

«Отлично. Сейчас он мне даст своё зелье, и я в жабу превращусь».

— Рана загрязнена, — он перевёл взгляд на ногу, — кинжал нужно вытащить и прижечь повреждение.

«Прижечь? Огнём?»

— Нет спасибо, — Мила попыталась привстать, но встать он ей не позволил, — не нужно мне тут ничего прижигать, тем более алхимику!

— А тем более если ты не хочешь лишиться ноги, — вставил он. От этих слов Мила застыла на месте. Он сглотнул, смотря на её знак клана. — Ты же из фотсижу, знаешь же Майрин?

Та послушно кивнула.

— Она меня обучила кое-чему, теперь этими знаниями придётся воспользоваться.

Ей стало немного легче, ведь Майрин ерундой не занимается. Но сейчас её больше пугало загрязнение раны. Ведь он прав. Лишиться конечности из-за загрязнения не редкий случай. Она вспомнила, как ей рассказывал отец страшилки про раненых солдат, которым отрезали руки и ноги по кусочкам, дабы сохранить им жизнь. А ведь он наверняка правду говорил. Ей всегда было интересно-жутко слушать и страшно-жутко вспоминать.

— А ты разве не из Фотсижу, или хотя бы из частей клана? — спросила она в надежде расслабиться.

— Синиэл я, — он начал рыться в своей маленькой сумочке.

«Синиэл? Мне конец».

Мила сжала своё окровавленное бедро, пытаясь хоть как-то облегчить боль. Она не доверяла ему, а вдруг он просто соврал, и выбрал её, как первого пациента?

— А имя у тебя хоть есть?

— Син, — ответил он, доставая из сумочки различные настойки. — А ты?

— Мила.

«Приятно познакомиться и надеюсь ты меня сейчас не добьёшь».

Син начал переливать зелья в пузырьк


убрать рекламу






и, одновременно их смешивая. Делал он это быстро, что Мила начала понемногу успокаиваться. Но большого доверия это не вызывало, ведь большинство алхимиков бездарны, малоопытны или просто любители.

— А это точно поможет?

Син помешал пузырь и поставил его на пол.

— Поможет, но будет печь.

— Мне не привыкать.

«Соврала я себе».

— Дай мне свой ножик, — он протянул ладонь.

Она послушно передала ему нож.

— Это необходимо? — спросила она, наблюдая за процедурой.

— Так будет легче.

Син начал надрезать штанину над ранением, после чего полностью сорвал её с ноги. Удивительно, как торчащий кинжал из раны не переломал кость такой худой ножки.

«Отлично, теперь я буду полуголой сражаться, — она глубоко вдохнула, — если вообще смогу».

Син намочил чистую ткань своим зельем, от которого веяло очень горьким запахом и во рту ощущалась кислинка с сахаром. Он аккуратно сложил ткань, для быстрого наложения.

— Сможешь вытащить кинжал?

«Вытащить?! Я?!»

— Думаешь, что твоя алхимия остановит кровотечение?

— Да.

«Нет. Это глубокая рана, её зашивать надо!»

Она недоверчиво на него посмотрела.

— Поверь, это лучше, чем лишиться ноги, — сказал он.

— Но не лучше лишиться жизни, я не буду этого делать!

Здание затряслось после громкого взрыва, — из окон повылетали стёкла.

Потрясённая Мила закрылась руками, набирая в лёгкие воздух. Син упал на колени, но ткань не уронил, держал, как новорождённого младенца: надёжно и крепко.

— Ты должна это сделать, — прокашлялся он.

— Да чёрт уже с тобой! — крикнула Мила.

Она левой рукой облокотилась на ногу, а второй схватилась за рукоять кинжала, после чего резко вытащила его, мыча сквозь зубы. Кровь тут же залилась в глубокой ране, даже перевязанный жгут не слишком помогал.

Син тут же приложил чистую ткань, пропитанным вонючим зельем и начал крепко обматывать ногу. Рана начала сильно печь, словно к ноге приложили раскалённую кочергу. Мила взвыла от боли, откинувшись на кровати, её лицо становилось бледно-красным цветом, всё её тело впало в дикий жар, — она руками вцепилась в бедро, стараясь перевести внимание, её кожа стала мокрой от пота, разукрасившись в багровый расцвет. Удивительно наблюдать насколько ярко выглядели ногти серым цветом, почти как облака среди туч.

«Что это? Факел? Или у меня действительно взорвалась нога, от жгучего и раскалённого пламени?»

— Это остановит кровь и вычистит рану, — говорит Син, слаживая настойки себе в сумку.

В глазах начинало темнеть, с ним же утихать боль, а веки понемногу закрывать глаза.

— Эй, нельзя спать! — крикнул Син.

Мила тут же собралась и вскочила с кровати. Она попыталась дойти к выходу, но с таким состоянием, повалилась вниз. Син едва успел её подхватить. Он дал ей мех с водой, и она ослабевшей рукой взяла и отхлебнула пару глубоких глотков.

— Что дальше?

— Дальше к своим, — произнёс Син, но сам не был уверен в своих словах.


* * *

Путь к лоидсам пролагался к вершине. По переулку выстроились катаджи, барабаня своими щитами. Они пыхтели и тяжело шагали в ногу — ещё одна волна. Гроза снова начала бомбардировать сторону лоидсов, но уже не так долго.

Син поддерживал Милу. Они незаметно перебегали между улицами. Пробраться до своих так просто не получиться, катаджи захватили территорию, как остальные резамцы продолжали натиск.

— Давите их! Мы сильнее их! У них скоро закончатся силы! — кричал один офицер, раскидывая руки перед катаджи.

Несколько из них перегруппировались, после чего залезли на крыши по верёвочным лестницам, остальные даже перепрыгивали между уступами, что с лёгкостью взбирались на поверхность.

— Здесь не пройти, — прошептала Мила.

Син резко выдернул её и вместе с ней нырнул в сумеречный переулок. Он спешил, Мила старалась не хромать — ведь как она могла хромать со своей больной ногой!

— Ты куда меня ведёшь? — спросила она, переводя дыхание.

— Это глухие закоулки, — прохрипел Син, в то время, как они неслись по тёмным, покрытой сажей проулкам, где здания продолжали тесниться к друг другу. — Частенько я здесь бывал.

Мила вытерла лоб рукой, она вся промокла от пота, а точнее от жара; её нога пекла уже терпимо, но ходить трудно. Син резко остановился за углом в самой темноте, а над их головой перепрыгивали тёмные силуэты.

«Такое грязное, тусклое место выглядит намного чище и светлее, по сравнению в самом чистом зале с высоко сияющим солнцем над кровавой баней».

Син снова дёрнул её. Он сворачивал влево, затем вправо. Останавливался на секунду, только чтобы не попасться на глаза.

— Здесь хоть и пахнет плохо, но, когда здесь живут люди — пахнет ещё хуже, — тихо заговорил Син.

— В таком-то городе?

— Может город и вправду богат, и прекрасен, но люди увы нет. Даже здесь за три года что-то успело измениться к худшему.

«Прямо как по всей стране. Если в стране твориться бардак, люди сами по себе превращаются в барахло, даже если это напрямую их не касается. Странная это вещь — страна, прямо как живой организм».

Наконец они вышли из этой тёмной ямы на более светлое место, где над ними царствовала серая туча с чёрными полосами дыма. Вроде рядом никого нет — значит пора бежать к мостику!

Они услышали чей-то свист. Мила резко обернулась назад, на крыше виднелось несколько катаджи.

«Чёрт, мы крыши не осмотрели».

Те быстро спустились: один из них сразу спрыгнул, остальные спустились по выступам и балконам.

«Всего трое».

Син попытался вырвать Милу с места, но она твёрдо стояла на месте.

— Наверное сейчас лучше всего бежать, — проронил Син.

— Нет. Только не от них, — она бросила взгляд на свою перевязанную и обнажённую ногу, не считая чёрного сапога. — И тем более с моей ногой.

У Сина появилась дрожь, она почувствовала это.

— Я не умею драться, так что лучше бежать. Как же неудачно!

Мила оторвала его от себя:

— Они мои, — резко посмотрела на него: — А ты давай беги, а то я и тебя сейчас огрею!

Син чувствовал свою беспомощность, он сжал скулы, кулаки и сильно зажмурился. Мила смотрела на него, как на последнего урода, — злость сходила не от ненависти, а от жалости.

— Иди! — сильно стукнула ему в грудь, отчего тот чуть не упал.

Полностью подавленный, Син наконец повернулся к ней спиной и побежал со всех ног. За ним тут же ринулся один катаджи. Как он пробежал мимо Милы, внезапно схватил себя за горло; его тело резко откинулось назад, отчего его голова ударилась затылком об бордюр. По каменным плитам растеклась кровь.

— Эта стерва убила его! — закричал второй катаджи.

Мила разжала пальцы и расслабила свою напряжённую руку, покрывшейся вздутыми венами. Магия требует силы.

«Теперь двое».

Катаджи подошли к ней с двух сторон. Тот, который уверенно спрыгнул с крыши, ужасно косил на неё. Он наверняка силён. Второй нетерпеливый, и может быть даже легкомысленный и неопытный, среагировав на погибель друга.

«Хотя кого тут обманывать, наверняка любой бы так отреагировал».

— Не спеши, она сильна, — проговорил один, грубым голосом. Он косящими глазами рассматривал её ноги: — Но такая штучка раненная, будет легка, если ты будешь держать себя в руках.

Мила начала понемногу отступать назад. Её нога горела огнём, всё тело испытывало жар, ещё немного и она потеряет равновесие.

— Слушай, красавица, — начал первый, — давай так: ты не сопротивляешься, и мы сохраняем тебе жизнь.

— Какого чёрта ты говоришь?! Она же убила Роно!

— Заткнись!

Тот переглянулся на Милу, потом на своего напарника и остановился на месте. Первый перестал косить, его взгляд уже намного стал мягким и добродушным, но Мила на него не поведётся.

Оружия у них в кожаных ножнах. Мила поняла, что они маги, и проблем от них будет больше, чем от обычных резамцев. Они начали подходить. Ближе. Так не скоро и до смерти. Разобраться с первым будет сложно, но, если успеть его убить, будет шанс выжить. Она медленно отступала, сжимая свой тонкий нож у бедра. Выхода больше нет, придётся рискнуть, а дальше только удача. И так каждый раз.

— Ну что скажешь? — поторопил первый.

Мила прошипела, хмуря брови — это значит нет.

«Сдаваться я не собираюсь. Тем более быть шлюхой среди них».

— Тогда я прикончу эту суку! — вырвался второй и тут же кинулся на неё.

Мила сжала зубы, резко растопырив пальцы. Но тот завертел руками, создавая огненный столб, который направился на неё. Она тут же побежала в сторону, как катаджи поймал её. Она успела контратаковать, — тот поймал её запястье — очень удачно для него, ведь кинжал был недалеко от его глаз. Мила попыталась ударить его в живот здоровой ногой, но он поставил блок своим коленом. Вновь ударила его другой рукой в грудь. Он отшатнулся, отпустив её.

Катаджи тяжело топнул по земле, отчего в воздухе воспламенился огонь. Его волны ослепили, и Мила сама не поняла, как смогла отступить от поражающего пламени. Глаза её были прикрыты, и как только она их расширила, поймала кулак в лицо. Второй удар она поймала своим кинжалом, нанизывая плоть на острие.

— А-а, мразь! — крикнул тот, резко замахиваясь свободной рукой.

Она зарядила лбом ему в нос, отчего у него заструилась кровь. Вот шанс! Она замахнулась кинжалом, как его друг успел схватить её сзади. Снова шея. Но руку он не успел поймать, как Мила вонзила острием ему в ногу.

— Пф-ф, — прошипел ей на ухо, ослабляя хватку.

Второй уже успел достать кинжал, который покрылся слоем оранжевого пламени. Мила лихорадочно выдохнула и с силой оттолкнула первого. Кинжал просвистел над головой, чуть не зацепив и своего товарища. Мила резко встала и врезала второму в подбородок. Тот выронил кинжал и тут же потух. Она в полёте поймала его. Горячий. Левой рукой прижала тело катаджи ближе, а правой нанесла несколько ударов в грудь. Горячая кровь испачкала ей руку.

— Грхг… — он пытался что-то сказать, но кровь в его горле издавала только жуткий всхлип.

«Теперь один».

Удар в спину. Мила упала вместе с окровавленным катаджи. Каменные плиты встретили её слишком твёрдо. Кинжал выскользнул из рук, свалился, перепрыгивая по брусчатке. Жар добавил тепловой удар в голову, отчего становилось только хуже. Лицо приобрёло белый оттенок. Её дрожащая кровавая рука искала дотянуться до чего-либо — всё сойдёт за оружие.

Катаджи ударил по её ноге. Теперь она вряд ли встанет. Второй удар пришёл в спину, выбив воздух из её лёгких. Слюни были выплеснуты наружу, она пыталась сплюнуть и набрать новый воздух в лёгкие. Попыталась сжать пальцы на руках, как катаджи наступил на одну руку.

— Уф-ф, — завопила она, переведя глаза на его сердитое лицо.

Катаджи второй ногой наступил и на вторую руку. Ноги плохо слушались, встать не получится, как не получится воспользоваться магией. Он полностью владел ситуацией, буквально был над Милой. В его ноге торчал её ножик, оттуда ручейком сочилась кровь.

— А я хотел тебя пощадить, — начал он, демонстрируя ей очень острый стальной кол. — Но ты выбрала смерть. — Он сильнее сжал рукоять, что его костяшки побелели от напряжения. — Не скажешь свои последние слова?

Мила не ответила. Она продолжала смотреть на него снизу с замершим взглядом. Полностью напряжена, её глаза задёргались. Катаджи понимал, что она смотрела на чудесную кузнечную работу — на кол в его руке. Он медленно перевёл взгляд на острие своего оружия, восхитительно рассматривая его вблизи. Он любовался и предвосхищался своей победой, тогда как Мила ни разу ему не моргнула.

Внезапно шея катаджи заклинило, прямо перед оружием.

Его глаза посмотрели на Милу, — у неё очень сильно дёргались брови, а если хорошо присмотреться — зрачки сужались, то расширялись. Она откашлялась от слюны и прикусила губу, продолжая смотреть на стальной кол. С её носа начала вытекать кровь.

— Что ты… — промурлыкал катаджи.

Он перевёл взгляд на своё великолепное жало, отчего его рука острием непослушно начала нацеливаться на него. Мила продолжала смотреть, как с её рта начала вытекать красная юшка. Теперь катаджи был в панике, теперь его тело принадлежало ей.

— Я же… зажал тебе… руки!.. — пытался крикнуть катаджи, словно у него застрял комок в горле.

Кол в его руке не поддавался магии, но голова поддалась: удар головой произошёл на острие, отчего вонзилось ему глубоко в глаз. Через мгновение, его тело рухнуло вниз, как мешок, набитый побрякушками.

«Всё!»

Мила наконец моргнула, распластавшись лицом по окровавленной брусчатке. Она начала сильно откашливаться кровью. Ничего сейчас не понятно, в какой стороне что происходило, — вдалеке бои звучали одинаково.

«Чуть сама себя не убила».

Она не могла встать. Оставалось только облокотится на локти и медленно ползти в свою сторону. Голова раскалывалась от жара, спина болела от ударов и сквозняка. Доберётся ли она? Доживёт ли?


* * *

Ползая в грязи, Мила почти доползла до мостика. Она тянула руку к мягкой траве растопыренными пальцами, ощущая тёплое, сухое их существование. Через собственное дыхание, мучительный гул зазвенел в черепе; всё было размыто, но тумана не было, лишь слёзы, что вырывались наружу, а если и был туман, то только в её голове. Тяжело дыша, она наконец переползла лужайку. Вот и мост.

«Ещё немного».

На мосту были разрушенные баррикады и куча трупов: своих и чужих. Она перевернулась на спину: медленно и тяжело дыша. Слёзы катились по её щекам, теперь она видела чёртовы тучи; хоть маленькая надежда на капельку дождя, но капелька всё никак не падала. На зло не падает. Нога горела огнём, всё тело пропиталось потом. Сглотнув кровавую слюну, она поняла, что не доберётся.

Это конец?

— Папа… Эскесий… — с небольшой надеждой проговорила она, — Лиара. — И закрыла глаза перед едкими тучами.

Никаких больше слов, никакой надежды или отчаянья, радости или горечи. Только шум лязга металла и непрерывного грома над городом. Долго ли это будет длиться?

Руки перестали дрожать. Не может быть — неужто это и есть покой?

Позади послышались звуки, или же это просто ветер?

— Мила! — выкрикнул кто-то.

Кто-то подскочил к ней.

«Вот дурак, я же сказала ему уходить!»

— Не вздумай тут помирать, слышишь?

Син легонько поднял её и запрокинул руку на себя. Мила попыталась что-то сказать, но только что-то промычала. Она охнула: Син резко поднял её с земли. Не дадут спокойно умереть. Мила подняла тяжёлые веки.

— Прости, что я не настолько силён, чтобы тебя на руках нести, — прохрипел он, помогая ей выпрямиться.

Мила старалась медленно отталкиваться ногами, как могла. Дыхание бурлило в горле, ещё от удушья боль решила о себе напомнить. Страдание. Левая нога, правая-раненная нога. Ещё раз, и ещё раз. Ноги подгибались, боль пронзала ногу, Мила вскрикнула и готова была уже поприветствовать мёртвых солдат поближе.

Да, лучше уж прилечь.

Что-то снова дёрнуло её. Она помотала головой и снова пришла в себя. Под её подмышкой был алхимик, он всеми силами пытался вытащить её из этого ада.

— Ты справилась, справилась. А теперь, давай-ка к своим. Слышишь?

Снова мучительные шаги: первая нога, вторая… На них падали капли слёз.

— Син, — произнесла Мила.

— Что?

Она перевела дух.

— Есть та девушка, которую ты любишь?

Этот вопрос его немного сбил с толку, но это даже поддержало его.

— Анисию.

Мила немного рассмеялась, как боль теперь казался лишь безобидной щекоткой.

— Что смешного? — удивился Син.

— Не каждый так признается.

Тёплое чувство вновь наполнило тело. Ведь даже самый короткий разговор способен излечить душу.

Они наконец перешли мост, но лежащие, растерянные солдаты ещё не заканчивались. Их хоть не так много, как бывает на поле боя, но их трупы простирались по улицам на каждом шагу.

— А ты тогда кого? — наивно спросил Син, немного хмурясь.

— Эскесия… — Мила зажмурилась. — Но его убили.

— Несправедливо.

— Но он и не мёртв.

Син насторожился, пытаясь понять её правильно.

— А друзья? — спросил он.

Медленно переступая через обломки щитов и копий, Мила уже почувствовала небольшую твёрдость в своих ногах.

— Даже не знаю… жива ли она, — она осмотрела растерзанные тела. Тут держали оборону. Не хватило сил. — Или она идёт против нас.

Мила ни в чем не была уверена. Из-за пульсирующей боли в голове и крови, что немного стекала с носа, было трудно сосредоточиться. Звуки сражения слышны отовсюду: знакомый скрежет металла, стоны — все это гулко разносилось по пустым улицам.

Бесконечный шум этого дня.

— Она предатель?

— Может быть.

Они старались держаться возле зданий, не быть на открытом пространстве. Местность постепенно поднималась, а ведь скоро север города — точнее его конец. Усиливающийся гром исходил с юга, тучи никак не заканчивались.

«Грядёт буря».

— Твоя подруга катаджи значит?

— Да, с самого начала оказывается была. — она тяжело сглотнула, и затем выдавила: — Лиара.


Нагнать упущенное

Пробравшись через разрушенные стены, на площади расстилались мертвецы, засыпанные песком и щебнем. Лиара не слишком бодро себя чувствовала при их виде.

Она постаралась быстро пробежать мимо них. Настороженно озиралась, чтобы никто не накинулся на неё. Солдаты среднего возраста, соклановцы были чуть моложе. Лоидсы одеты в кожаную броню, резамцы в металлические. Здесь они столкнулись лбами, и по ним было заметно, что катаджи пробивались к городу, а лоидсы отступали. Значит, произошло всё быстро.

Лоидсы проиграли здесь битву, нужно сменить одежду. Ей стало интересно, что, если катаджи её заметят: убьют или захватят в плен?

Спеша и перебегая через погибших солдат, за ногу схватился ещё живой соклановец. Деус Риз. Его лицо было бледное и окровавленное, рука каменная, а глаза углублённо-умирающие.

— Воды… — прохрипел он.

Лиара не смогла ничего ответить, как только вырвать ногу из его объятий. И попыталась пройти ещё дальше, покинув парня в неминуемой смерти. Дрожь. Она шла по всему телу. Невероятно, а ведь она к ним можно легко присоединиться.

«Нужно успокоится, иначе я здесь так и останусь».

Она продолжила бег, как едва не споткнулась о другое тело, погребённое под другими солдатами. Ещё один мертвец с парой стрел в груди, лежал на спине — рассматривал серыми глазами тучи.


Вечный взгляд.

Смерть дарит только темноту, куда бы ты не смотрел.

«Но наверняка дальше будет только хуже».

Ближе к центру города уже было меньше трупов, по крайней мере лоидсов. Катаджам здесь хорошую ловушку устроили, — палили с крыши, как по муравьям. Сверху также виднелись чьи-то руки и ноги, даже голова, которая смотрела на тихую улицу. Мертвец, который видел лишь тьму. На крыше тоже пришлось не сладко.

Здания были полуразрушенные, а некоторые пылали огнём. Под обломками виднелись чьи-то руки и ноги, а под ними мокрые пятна. Лиара заметила одного катаджи, который не был запачкан кровью. Наверняка с крыши столкнули и тот сломал себе шею. Она сняла с него тёмно-зелёную куртку, после чего накинула на себя, сбросив белую куртку фотсижу. Знак дракона, — теперь она уже катаджи, но только с белыми, грязными штанами.

В этой куртке было очень неуютно, ведь это одежда принадлежало мертвецу. Повидать столько трупов в первый раз очень нелегко. Но держаться можно. Глядя на них, понимаешь, через сколько способов можно покончить с жизнью. Даже наблюдая за мертвецами, почувствуешь, как смерть дышит тебе в затылок. Неужто так просто умереть? Стрела может пролететь мимо уха или может прилететь прямо в лоб — вот ты и превратился в ничто.


* * *

Фелгмар смотрел на окровавленное тело. В него всадили четыре копья, прежде чем тот смог повалиться на колени. Его голова свисала на землю. В смерти нет ничего достойного, особенно, когда ты с опущенной головой.

— Похоже Кьяллак нас не послушал, — подошла к нему Ася, — никого в плен не берёт.

— Это Декстер, — Фелгмар кивнул на труп: — Он был неплохим другом. Удивительно, что он умудрился погибнуть. На него это не похоже.

Эта схватка среди разрушенных зданий! Наверняка здесь были крики, хруст костей, первые и последние удары.

«А мы только наблюдали».

— Кьяллак урод, — продолжил Фелгмар, — его месть ничего не исправит. За нами придут другие и они будут мстить нам за них.

Анисия сжимала пояс рассматривая окрестность. Она была с ним согласна. Смотря на всех этих мертвецов, привести всё в порядок будет очень сложно. Нужно оборвать это мщение, но сегодня оно только сильнее распустилось. В последнее время Лоидс начал забывать о своих землях, почти, как и в Резаме, этого было достаточно, чтобы резамцы присоединились к Катаджи. Ещё восток и запад может присоединится, как и северная и центральная часть страны. Кланы падут, останется лишь Катаджи.

— Теперь тонкая нить у лоидсов, — сказала Анисия, — обрежут ли они её, или снова нам придётся с ними столкнуться.

— Столкнёмся, — прохрипел Фелгмар, — или другие опередят их. Думаешь они нас простят?

— Сначала нам нужно простить их, — Ася посмотрела на него: — Кьяллак сможет?

— Нет. — Фелгмар ступил дальше, как за ним поспешила напарница.

Катаджи была уничтожена лоидсами, они пришли за Кровью Моира. А те, кто родился в Катаджи — у того кровь катаджи, а значит и Кровь Моира. Разве кланы бросают своих? Эта мысль несла отвращение, особенно, когда Фелгмар смотрел на своих убитых соклановцев. Они все были брошены в объятия неминуемой смерти.

— Давай поспешим, — обогнала его Анисия, — не дадим Ирис и Робину опередить нас.


Врасплох

Минута тишины. Долгожданная, почти вечная минута. Даже тучи не гремели. Резамцы выстроились в ряды, а перед ними солдаты Лоидса. Две стороны сверлили друг друга взглядами из-за своих щитов. Свистящий ветер прошёлся по задымлённому городу; можно услышать, как лучники перебирали стрелы, дабы они вонзились в тела врага. Остальные солдаты перегруппировывались, чеканя сапогами по каменным плитам.

— Сейчас бы кавалерию, — произнёс Полкан, наблюдая за обстановкой.

Он стоял на возвышенности обломка, сжимая рукоять секиры. Ветер приятно обдувал сквозь одежду, — хоть так немного отдышаться можно. Командиры Лоидса распространили команду вдоль обороны, воины стукнули щитами: готовятся к следующей атаки. Резамцы всё не заканчивались. Катаджи. На юге их достаточно много, кто же мог подумать, что они собирают армию.

Отступать почти некуда — ещё пару улиц и уже конец города. Резамцы вдалеке разбежались по сторонам, значит у них уже есть план. Вдали виднелась группа их соклановцев, а именно магов. Те подтягивали пряжки на своих формах — готовились к наступлению. К ним в арсенал поступили новые копья и мечи; щиты остались прежними, и это правда прочные щиты, но их хозяева недостаточно владели ими; имея даже нагрудники, они-то не слишком эффективны в бою, — наверное кузнецы слишком тяжелыми сделали. На вышках засели маги, но они просто мишени для соклановцев, и они же будут палить по улицам.

За щитами от такого не укроешься.

Резамцы застучали щитами, выкрикивая вопли. Их подразделения выстроились в широкий порядок, нервно, но словно на ровной земле: в шеренги, а резервные роты отошли назад.

«Вот они — сто рож, орут ещё здесь. Видать их командир близок, раз так красиво перестроились. Они превосходят нас численностью и даже силой. Но это не значит, что мы потеряем город. Или значит? — Полкан посмотрел через плечо: замешкавшиеся соклановцы перепрыгивали по крышам, остальные готовили маленькие группки. — Здесь можем начать бой, но потом должны выйти на площадь, там катаджи как раз будут из переулков выходить — лёгкая добыча для наших снарядов».

Глава 5

 Сделать закладку на этом месте книги

На ту сторону сразу не переберёшься, тут же прикончат. Лиара пробиралась по закоулкам, найдя уязвимое место у лоидсов. Всё бесполезно, они отлично засели. Группы катаджи начали перепрыгивать между крышами. Готовятся к атаке.

Резамцы завопили, барабаня своими щитами. Лиара прижалась к стене и наблюдала, как волна воинов хлынула вперёд.

— Пали! — послышались выкрики.

На резамцев начали обрушиваться снаряды: то стрелы, то магические шары, разрывая всё на куски. Катаджи отвечали тем же. Лиара тут же прижалась от хлопка взрывов и дрожи земли; подогнула колени, боясь потерять равновесие. Боевой клич прошёлся по улицам, словно свистящий ветер в бурю.

Послышалось громкое столкновения щитов. Сошлись. Лязг человеческих тел, их масса, что эхом проносились по улицам, напрягали воздух, разгоняя адреналин в жилах.

Лиара снова почувствовала дрожь. Она сжала скулы, напрягла руки, что аж ногти впитались в кожу. Дрожь не проходила, и это бесило.

Взобравшись на крышу, Лиара сразу обозрела весь ужас: соклановцы вцепились в друг друга, не давая палить по наземным целям. Внизу толкались противники, дабы пробить оборону недруга, — даже отсюда виднелись до какой степени морщат свои лица солдаты.

Снаряды начали разрывать кровлю, отчего пришлось перепрыгнуть на другое здание. Лиара уже готова была упасть, как её схватили за предплечье. Ей помог один из катаджи. Она выпучила на него глаза.

— Чего стоишь, шевелись! — подбодрил её и ринулся в атаку.

Она приметила откуда выпускали магические снаряды, и присела на одно колено. Лишь бы сюда не долетело. Под её ногами разгорелся лазуристый огонь, кровь внутри разогналась; как она закрыла глаза, на её месте произошла ярко-синяя вспышка. Катаджи обернулись на это огниво, но никого там не приметили.


* * *

— Эй, ты видела это? — спросил редис, стоя на крыше.

— Видела, это был залп?

— Будь аккуратнее.

Снова вспышка, но теперь она была за их спинами. Обзор затемнился, а под их ногами расстелилась ослепляющего, горячего, бледно-синего пледа.

— А-гхх, — послышался женский визг.

Как свет угас, соклановец тут же повернулся к своей напарнице. Та бездвижно лежала на крыше, её руки обхватывали голову, закрываясь от света. Он тут же перевёл взгляд и увидел потускневший свет.

Парень чуть не свалился с крыши, как Лиара успела схватить его за шиворот, после чего уложила рядом с её напарницей. Место не безопасное, но хоть что-то.

— Что это было? Девятый ты там? Седьмой? — Соклановец заметил тела, что тут же насторожился. — Здесь враг!

Лиара спряталась за дымоходом. Она слышала, как к ней надвигаются несколько человек. Снизу шёл бой с катаджи, они были довольно отдалены, так что будет куда проще пробиваться.

— Она здесь! — крикнул один из другого здания.

«Ну конечно, нашла за чем прятаться!»

Лиара тут же вскочила.

— А-а! — вскрикнул соклановец, когда Лиара поразила его в грудь.

Мимо волос просвистела стрела, лучники продолжали натягивать стрелы на тетиву. Лиара широко раскрыла глаза и нырнула вниз; вслед за ней пустились несколько соклановцев.

Приземление оказалось мягким, быть может адреналин не дал познать боль. Лиара разожгла руки огнём. Те, кто стоял напротив неё отшатнулись, разевая рты. Она подняла руку на уровень головы, как стрела разбилась об её кулак, словно хрусталь о стену. Горячее дерево с треском обрушилась на землю. Эта стрела пошла впустую, так будет и с остальными!

Одна против кучи врагов, но это ненадолго. Лиара снова впала в дрожь, — значит пора подраться! В стольких драках побывала, что против одного, что против нескольких, итог был один — все они лежали.

Поразив одного ударом по морде, до неё донеслись торопливые шаги сзади. Лиара прочертила ногой по земле, на месте воцарилась синее пламя, перегородив дорогу и поражая их видимость.

Следующий выступил из-за угла с боевым кличем и замахнулся мечом на неё. Оружие было отбито, отскочив вниз. Он получил жгучий удар в плечо, что аж впечатался в стену.

Лиара осмотрелась. Пусто. Только за её спиной вздымался синий огонь, а за ним слышался бой лоидсов и катаджи. Даже на крышах не виднелись лучники. Куда все делись?

Пламя погасло в руках.

Лиара бежала по переулку, ожидая любой атаки.

Она вышла на площадь. Здесь было слишком много пространства, где её окружало архитектурные и неразрушенные дома: вдалеке виднелся Дворец Игара и его наружные ряды колонн перед входом; в разных сторонах площади стояли высокие бронзовые статуи Одольфа и Героха: двух величайших правителей, которые построили в Альгисти ограждение. Дальше уже шла часть гратеев, а значит, что дальше конец города. Самая настоящая история и архитектура. Здесь не было никаких вражеских группировок и построений, что Лиара так ожидала увидеть. Последние солдаты Лоидса сейчас оборонялись у неё за спиной. У них нет шансов отстоять город.

От дворца направлялись два человека, шли прямо на Лиару. У них были натянуты капюшоны; можно заметить, что одна ковыляла, — под её подмышкой была деревянная палка, а правая нога была обнажённая с повязкой на бедре; левая штанина была испачкана грязью и кровью, верхняя одежда чистая. За ней медленно шёл один соклановец.

Лиара уже стала надеяться, что повезёт, но это было слишком напрасно. Она направилась к ним на встречу. Подойдя ближе, она уже заметила знаки пантер. Фотсижу — Мила и незнакомец. На десять шагов остановились друг напротив друга. Лиара заметила, что за её спиной столпились ещё несколько фотсижев. Окружена врагами, теперь не будет так легко скрыться на огромной площади.

Засада устроена очень тихо. Фотсижи стояли на десять-пятнадцать шагов от Лиары, они тщательно выбрали место. В их руках остро


убрать рекламу






е оружие: меч, какая-то длинная палка с острым наконечником и маленькие топорики, которые очень удобно кидать. У троих сзади одежда крепко привязана на всех поясах. Лица чистые, как и сама форма, — в битве не участвовали.

Мила несла на себе следы борьбы: на её бледном лице виднелись царапины и синяки, а под глазами залегали чёрные круги усталости. Наверняка её длинные волосы также подверглись грязной схватки, если они ещё на месте, а не за шиворотом.

— Я знала, что ты придёшь, — заговорила Мила. — Вижу ты успела переодеться к нашей встрече. — Её брови сошлись, зубы крепко сжались, лоб покрылся кривыми дорожками. Она явно не была в восторге.

Лиара нервно сглотнула и ответила:

— Я пришла, чтобы убедиться, что вы покинете город живыми.

Мила рассмеялась, фотсижи также подхватили её смех. Лиара глубоко набрала воздух через ноздри; её взгляд перемещался от первого фотсижа к Миле, от другого к третьему, изучая их форму и навыки применения оружием, так легче выработать план действий.

— Так это правда? — Мила сняла капюшон, теперь её побитое лицо лучше виднелось. — Ты значит… Кровь Моира?

У Лиары заколотилось сердце. Как на такое нужно реагировать?

— Думаешь я знала? Я до сих пор не понимаю, что это значит!

— Это значит, что ты сдохнешь! — взвился соклановец сзади, и противно провёл языком внутри нижней губы.

— Хэймон! — рявкнула Мила.

Ситуация сложилась вовсе не в сторону Лиары. Даже если одолеть троих, есть ещё двое, тем более все соклановцы высокой категории, а значит чертовски опытны. Даже выиграть время вряд ли получится, и вряд ли найдётся выход. Дрожь снова дала о себе знать.

— И многие хотят моей смерти? — прохрипела Лиара.

— Я не хочу! — ответила Мила. — И видимо твои новые друзья тоже.

— Так может не стоит лучше?

— Боюсь, что стоит.

Лиара стала печальной и усталой, в точности, как её подруга.

— Значит у меня нет выбора.

Мила фыркнула и отбросила палку в сторону, еле держась на ногах. Хэймон широко улыбнулся. Лиара тяжело выдохнула. Время истекло. Она пожала пальцы, чувствуя, как тёплый воздух нагревал её ладони. Фотсижи не слишком-то напряглись, уверены, что с ней легко разберутся.

«Если обернусь, то это будет значить для них фас».

— Прости Лиара, но катаджи слишком много бед сотворили, а теперь и ты с ними, — сказала Мила.

— Я и была катаджи! — буркнула Лиара.

Как только она дёрнулась, двое фотсижу тут же налетели на неё. Лиара воссоздала столб синего пламени, отбросив их на расстояние. Мимо просвистел топорик, — Лиара вовремя пригнулась. Как только огонь начал гаснуть, фотсиж кинул ещё несколько топориков.

— Я тебе покидаю! — фыркнула та, и ловко поймала один за рукоять, второй пролетел мимо уха.

Топот за спиной, Лиара тут же замахнулась. Топорик вонзился в плечо фотсижа, а после получил пяткой ладони по носу. Она развернулась и нанесла удар с ноги в лицо второму фотсижу. Идеальная скорость. На неё понёсся Хэймон, сжав острую металлическую палку.

«Слишком предсказуемо».

Внезапно она почувствовала беспомощность: тело замерло, будто в аффект пала; она еле смогла пошевелить рукой, укрыв свой в корпус.

— Твою ж!.. — Крикнула Лиара, как острие вонзилось ей в плечо.

Плечо сразу онемело. Хэймон вытащил кол, готовясь снова нанести удар. Он был откинут горящей волной, отчего его одежда загорелась синими языками огня. Палка со звоном покатилась в сторону.

— Вот чёрт! Скотина! — ругался Хэймон, пытаясь снять с себя горящую одежду.

Лиара зажала рану рукой. Её одежда пропиталась кровью, — тёмными пятнами на зелёной куртке. Кое-как она с болью прижгла ранение, но рука еле шевелилась хотя и предаваясь колью и онемению.

— Ублюдок, — прошипела Лиара.

Она кинулась на него разожжённой рукой. Сейчас он пожалеет за это! Горло что-то схватило, — невидимая рука, и тут же кинула её назад. Приземление затылком о булыжник, отчего Лиара схватилась за голову, пытаясь рассмотреть потемневший обзор.

Её волосы были уже в крови.

Мила стояла и придерживала лицо ладонью. Хэймон сорвал с себя одежду, после чего прыгнул на противницу.

— Кгха! — всхлипнул он, налетев на сапог.

Он отошёл, Лиара успела встать. Хэймон снова набросился. Та ударила ему ногой в коленный бурсит, отчего тот пошатнулся.

Хэймон успел схватить её за волосы, отчего притянул её к себе. Лиара успела выбить воздух из его лёгких. Он не разжал полностью кулак, вырвав мелкие комки волос. Затем он поймал носок сапога себе в бок, что аж перекосился, открыв вторую сторону. Снова удар ногой в бок, что аж нагнулся, открывая своё лицо. Затем получил твёрдый удар с ноги в пощёчину, разбрызгивая слюни и свалился на твёрдую площадь.

Держась за плечо, Лиара вновь разожгла правый кулак.

Мила сглотнула, наблюдая за ней и переводила дыхание. Использование магии сейчас слишком опасно. Тем более с такой ногой вряд ли она сможет противостоять Лиаре.

Лиара сделала шаг вперёд и тяжело задышала; её левая рука повисла, дёргая пальцами, пытаясь взять над ней контроль. Мила заморгала и сморщилась.

— Это ещё не конец, — прошептала она.

Лиара взревела и кинулась на неё своим пылающим кулаком. Сбоку в неё ударился ещё один фотсиж. Откуда он вообще взялся? Он был настолько близок, что Лиара с локтя зарядила ему в зубы, отчего тот попятился. Горячий удар пришёлся ему прямо в тело. В лицо полетели брызги крови из его рта, отчего его тело откинулось назад, словно прыгающий камень по воде.

Лиара посмотрела на взволнованные глаза Милы, как почувствовала, что её тело снова парализовало. Будто тысячи рук держали её на месте. У Милы текла кровь с носа, слишком много магии использовала.

— Лиара! — крикнула она, ковыляя к ней.

— Вот дура! — крикнула та в ответ.

После чего Лиара вспыхнула синей вспышкой. Раздался оглушающий хлопок.

Мила моргнула, как перед ней лежали тела фотсижу, но Лиары не было.

Та появилась у неё за спиной, вырываясь из новой вспышки, уже готовясь нанести последний удар. Мила слегка повернулась к ней одной стороной лица и улыбнулась с блестящими слезами на глазах.

Лиара тут же подхватила её падающее тело.

— Мила! Вот дурочка!

Та начала сильно откашливаться, с носа вырвалось ещё больше крови, размазывая её миленькое личико. Мила открыла остекленевшие мокрые глаза, рассматривая жалостное лицо подруги.

— Лиара… — тихо прошипела она. — Прости. — Появилась одышка, после чего прикрыла глаза.

— Нет! Я пришла сюда, чтобы ты выжила! Не надо так!

Лиара трясла её в надежде на то, что Мила раскроет влажные глаза, но всё напрасно. И тоже молчала. Больше не находила никаких слов. Мила слишком устала, чтобы продолжать находиться в этом дерьмовом мире. Её кровь капала с подбородка на горячие руки.

Лиара отползла от подруги, пытаясь прийти в себя и перевести дыхание. Её волосы были неуклюжа распущены, грязные и окрашены багровым цветом. Кровавые ладони прижались к лицу, кровь Милы, кровь Лиары, кровь сестёр. Не хочется их вытирать, не хочется вытирать последнее от её подруги.


* * *

Из улиц начали выбегать солдаты. Звук громких и тяжёлых ударов разнеслись эхом по площади; крики и стоны людей, что бились оружием о щиты, ускоряя темп бега. Металлический лязг наполнял воздух только одним — страхом. Сквозь переулков доносился кашель и крик, перемешанными с плачем.

За спинами отступавших поднималась огромная тень, точнее серый дым, воплощая гигантского зверя. Соклановцы закидывали всё дымовыми шашками, дабы лоидсы смогли отступить к площади. Некоторые командиры срывали голос на отступление, некоторые солдаты падали от усталости; их хватали за подмышки, лишь бы донести до следующей линии обороны. Ещё не скоро до вечера, этот хаос длился вечностью.

Полкан отступал вместе с ними. Он знал, что соклановцы лучше прикроют чем он сам. Он заметил валяющихся фотсижу по площади, их начали подбирать соклановцы, проверяя их состояние. Заметив Лиару, он тут же увидел туман в глазах, упал на колено, схватился за свою раскалённую голову, — снова потерял чувствительность под ногами.

Беспощадный шум свалился на голову — звон металла стали слышаться, будто его накрыли куполом или же одели ведро на голову. Полкан побрёл медленными шагами, пытаясь найти выход среди этой чехарды.

Необычный туман. Магия? Его тут же переклинило: он резко повернулся назад, ожидая выпрыгивающую тварь на него. Как он моргнул, туман моментально исчез; только отступающие, уставшие солдаты, что пробегали мимо него. Он снова почувствовал присутствие людей на земле, только уже очень слабо. Силы уже на пределе.

— Мила! — выкрикнул он.

Ей пытался помочь один фотсиж, пока Полкан не оттолкнул его.

— Дочь, — слабо произнёс он.

Он плохо себя чувствовал, в добавок закружилась голова. Мила же бездвижно лежала с окровавленным лицом. Лиары здесь уже не было.

— Что же ты…

Полкан поднял её на руки. Её голова свисала назад, он придержал её, тяжело ступая ногами по направлению к дворцу.

Катаджи захватили половину города. Разве есть смысл продолжать держать строй? Единственная разумная мысль теперь была — отозвать людей, сохранив им жизни.

— Полковник! — к нему подбежал командир. — Сейчас выйдет противник, они будут, как на ладони…

— Отставить! Мы сдаём город, уводи последних воинов.

— Но мы же…

— Никаких мы! Я сказал, уходим.

Командир протёр рукой уставшее лицо и сглотнул. Признать поражение — самое быстрое окончание битвы, и возможно даже сохранение множества жизней. Командир подтянул свой испачканный нагрудник и начал кричать об отступлении.

Новый ритм ударов щитов: уходим.

Лоидсы с последними силами перегруппировались в ряды для более быстрого ухода.

«Наконец этот нечеловеческий звук исчезнет».

Тело уже полностью обмякло, чувство сил гасло с каждым шагом. Лоидсы одеты в кожаные доспехи и покрыты мокрым щебнем от крови; направлялись в переулки, куда вели в часть гратеев, а там и ворота. Они быстро покинут город, Полкан понимал это. Эти воины хорошо организованы и командиры с пониманием, они должны быстро покинут это удушающее место. Они все шли по обе стороны Дворца Игара, который достаточно был длинным, почти длиной в саму площадь.

«Там и приму последний бой».

Миновав несколько каменных плит, некоторые солдаты падали на колени, что определённо замедляли другим темп. Их подбирали оставшиеся соклановцы. Удивительно, что они ещё сами стояли на ногах.

«Может, я ошибался на счёт них, может они и не такие уж слабые. Они крепко держались, даже крепче лоидсов. Я сам всё видел, и вижу».

Полкан сглотнул и посмотрел на бледную Милу. На её раскрытый рот, на окровавленные ноздри и подбородок, и на её закрытые блестящие глаза.

— И на счёт тебя я ошибался… — Выговорил он, очень сложные слова. — Надеюсь ты простишь меня.

На площади покачивались шлемы, копья и щиты. Солдаты сбрасывали их, спешили убраться подальше отсюда. А вот соклановцы не слишком то торопились, пытаясь вывести всех из города. Некоторые хромали сами по себе, некоторые опирались на обломки копий, пока их не потащили деус-ризовцы. У них есть опыт вытаскивать людей из дерьма, как они делали это всегда.

За их спиной очень слабо слышалась волна грохота и лязга. Катаджи идут, но не слишком быстро. «Боятся идти на неизвестность, уроды. И правильно делают».

Зато этот шум придавал стимул на ускорения шага к отступлению.

На удивление гром не гремел уже достаточное время, так как тучи ещё стали темнее, чем были. Полкану показалось, что катаджи специально дают им время на побег. Но что ему не показалось, так то, что дождь ещё не шёл.


Такие не сдаются

Сплошная темнота, — такое загадочное и непонятное явление бытия магнитной сущности. Когда просыпаешься, уже ничего не помнишь, что произошло за это время. А было ли что-то? Разве сон не показывает тебе темноту, которая стирает память с прошлых событий?

После пробуждения, Лиара сразу же встречала раннее утро, но сейчас её что-то тянуло, прямо в тёмное дно, в темноту, которая не хотела отпускать. Она слышала какие-то заглушённые шаги и трескающий звук, а ветер приятно поглаживал волосы, расправляя их в разные стороны.

Хочется наслаждаться этим вечно.

— Я закончила, — донёсся чей-то голос.

— Теперь её нужно увести отсюда.

— Думаешь она послушает?

— Для неё же лучше.

— Ну не знаю.

«Я сплю?»

Лиара почувствовала холодную землю под собой. Куртка была снята, — лежала в жилетке. Да ещё дикая боль в плече, не говоря о самой голове, которая была готова взорваться. Почувствовалась жгучая боль в горле; на шее наверняка оставалось кольцо воспалённых синяков — отпечатки от цепей одного урода.

Схватка с фотсижу… Схватка с Милой! Она тогда улыбалась, — её последняя, яркая улыбка.

Лиара тут же пробудилась в холодном поту с небольшим мычанием. Слабый свет ударил ей в глаза, отчего она мучительно зажмурилась. Действительно, лежала прямо на земле.

— Очнулась! — радостно вскрикнула Ася.

Лиара посмотрела на своё плечо, что была зашита шёлком. Много засохшей крови на её руках и на грязных волосах, а одежда, вовсе потемневшая от грязи. Теперь она не была похожа на храбрую и прекрасную городскую девицу; она была похожа на мертвеца, только этот мертвец ещё живой, дышит и чувствует боль.

— Где я? — тяжело прохрипела Лиара, и закашлялась.

— Почти в безопасном месте.

Она увидела молодого парня, невинное лицо Фелгмара. Попыталась левой рукой ухватиться за его рукав, но почувствовала огонь в плече. Странно, огонь ведь не должен наносит ей вреда.

Видать железо тоже может жалить. — Успокойся и выслушай меня. Ты побывала в аду, и чуть сама не погибла, — говорил Фелгмар.

— Я помню.

— Вот и славно. А теперь, мы вытащим тебя из города.

Лиара смогла встать на ноги, как внезапно у неё скрутило внутренности. Она отошла в угол здания и вырвала. Тело снова дрожало от ощущения дикой лихорадки. Её лицо было воскового бледного цвета, выглядела действительно неважно. Она почувствовала слабость в ноге, вслед за этим полетела лицом вниз.

— Стоять!

Фелгмар успел её придержать, — он обхватил её талию, точно так же, как было в Медуси. Тёплое чувство. Лиара приобняла его здоровой рукой. На них посматривала Анисия, пожёвывая губу. А за её спиной царствовала чёрная буря дыма.

— Хватит уже миловаться, пора бы уходить отсюда, — выкрикнула Анисия.

— Я никуда не пойду, — ответила Лиара.

— Но здесь не безопасно! — вставил Фелгмар.

— Я уже заметила.

— Это и есть та самая Лиара?

К ним подошёл здоровый человек, если его можно так назвать. Бритый подбородок, небольшой ожог с правой стороны, захватывая часть лица, часть уха и часть брови. По его бокам головы было выбрито, а сверху плоско простирались волосы. Лицо было забрызгано кровью, а глаза немного дёргались, как у хищника.

— Кьяллак, — поприветствовал его Фелгмар.

— Неужто вы не поверили в меня, что я не смогу взять город?..

Кьяллак холодно подошёл своими гулкими сапогами. Его левая рука крепко сжимала эфес меча на поясе. Он встал почти вплотную к лицу Фелгмара. Лиара испугалась его. Это был настоящий садист, разве такие люди вообще существуют? Лицо очень серьёзное, его скулы, лоб, а глаза, как у ребёнка, которые видели красочные цвета. Его свист через ноздри накалял эту неловкую тишину.

— Или вы пришли сюда, не послушав Астериона?

— Астерион говорил, что нужно захватывать пленников…

— А когда лоидсы убивали нас, они почему-то не думали о пленниках, — Кьяллак отошёл от него, что тут же стало легче. — Впрочем, я тысячу раз это говорил. — Он посмотрел на задымлённую сторону площади, где дым облаками распространялся по воздуху.

Резамцы выстроились в небольшие группки по восемь человек на переулок. За ними стояли ещё несколько таких групп. На крышах засели катаджи, они пытались рассмотреть, что за дымом; идти в неизвестность никто не решался; Кьяллак выжидал момент, пока этот дым опустится.

— Ладно, — гаркнул Кьяллак, — вы можете мне помочь, если хотите. Но думаю, что уже через десять-пятнадцать минут всё будет окончено и без вас.

— Отлично, — высказалась Лиара и начала готовиться.

— Лиара, я же сказал, что мы уходим.

— Да брось ты Фелгмар, что нам тут осталось? — посмеялся Кьяллак.

— Но Астерион…

— Опять он! Дай ей поучаствовать в битве, вижу она уже вошла во вкус. У неё то яйца побольше чем…

— Кхм-кхм, — промычала Анисия.

Кьяллак махнул рукой. Фелгмар же сжал челюсть и кулаки.

Лиара села на каменные ступеньки. В голову шли разные мысли. И какого чёрта она пойдёт в очередную передрягу с болезненным видом? Лучше понаблюдать за процессом, чем лезть в очередной ад.

Дрожь ослабла, но чувство до сих пор поганое. Застывшая кровь была липкой, что очень неприятно, да ещё и волосы запутаны в этой краске. На её глазах появились блестящие слёзы, что каплями начали падать на испачканные руки.

— Лиара, — к ней подошла Анисия. Она грустно смотрела на неё, сжимая зубы. — Тебе плохо? — подсела к ней рядом.

— Я же ведь отправилась за Милой, а она… — Вытерла глаза предплечьем. — Не смогла я её спасти, не смогла.

Анисия приобняла её. На душе тут же стало легче и тепло.

Всего за один день всё перевернулось: сначала Лоидс, теперь Катаджи — совершенно ничего не понятно. Тем более ещё Кровь Моира, какой-то артефакт и будущие войны. Всё перемешалось вверх дном. Всё! Осталось только перемешать это большой ложкой.

На её колени упало что-то мягкое. Перчатки. Те самые, которые ей оставила Ирис перед уходом.

— После твоего исчезновения, я нашла это на территории Медуси. Думаю, они ещё тебе понадобятся.

Лиара вытерла слёзы и начала рассматривать свои руки: левая покрылась ушибами, а в правой разорванная ткань на косточках с засохшей кровью. Только вопрос в том: будет ли момент использовать их в ближайшее время?


* * *

Дворец Игара, роскошное белое здание в чудесном городе Альгисти. Построили его при Одольфе, а название получил в честь имени его отца, который выстраивал город. Очень давняя история. А дворец, словно вчера построен, как и статуи.

Мила лежала прямо перед этим дворцом, на мраморных ступенях, куда вздымались ко входу широкого здания. Полкан сидел на каменной плите с повисшей головой. Тучи и его слабенький гром прошёлся над ними, оповещая о дожде. Так было всегда, всегда после такого грома шёл дождь.

Но он не шёл.

В Резаме также была эта туча. Тогда молнии вырывались сильнее, намного сильнее, и там также не было этого чёртового дождя. Он бы смыл весь этот чёрный день, чёрную кровь с белой формы. Может быть даже обмыл потерю.

Полкан снял свой командирский мундир. От него воняло железом, перемешанным с кровью и грязью.

«Долго же ведь держится этот дым. Поскорее бы уже встретить этих гадов».

Он услышал едва тихие шаги, после чего поднял голову. Катаджи. Женщина.

«Одна?»

Бежала прямо на него, и на её руках появилось оранжевое пламя. Маг огня. Значит снова будет драка.

Полкан быстро привстал и топнул ногой. Небольшое землетрясение, но враг смог удержаться на ногах.

«Вот дерьмо!»

Он попытался атаковать первым, но женщина пустила пред собой пыл огня. Ещё один тяжёлый топот ногой. Перед Полканом взвилась колонна, из-за чего огонь пополз вверх, не задевая его.

Катаджи высоко перепрыгнула эту колонну и оказалась за спиной. В её руках было короткое копье. Лучше не колдовать — придётся обходится тем, что осталось, — по крайней мере для собственной безопасности.

Она ударила — укол вошёл под мышку. Теперь она попалась! Зажимая копье одной рукой, правой отлично сейчас впишется в голову, превращая её в разбитый арбуз. Внезапно он почувствовал, как цепи резко вцепились в руку, не давая нанести удар.

— Я держу его Ирис! — выкрикнул второй катаджи.

Женщина врезала Полкану в нос лбом, вытащив копье от хватки. Кровь тут же выплеснулась наружу. Полкан начал отходить назад. Нет времени, чтобы успеть использовать магию или вырваться от цепи. Нет времени!

Катаджи закричала, сжимая копьё.

«Похоже это конец. Даже дождя не увидел. Неудачник!»

Её глаза тут же стали стеклянными, а тело её застыло на месте. Снова чудеса. Который раз за этот день?

Она начала хватать воздух ртом, словно рыба, которая случайно оказалась на суше. В ушах почему-то зазвенело от такой внезапности. Он только что видел своё предназначение — увидеть смерть.

«Время остановилось?.. Да нет, вроде дышу».

Противница резко полетела назад головой вниз. Клац. Похоже это её зубы. Цепь слишком резко потянула назад, Полкан еле устоял на ногах. За его спиной послышался вопль ярости.

Владелец цепями был уже на коленях, как секира врезалась ему в голову, разбрызгивая красную кашу по сторонам. К таким вещам привыкаешь, когда ты остаёшься живым после таких сцен.

Рукоять секиры сжимал Писклявый Ноб. Он был весь в грязи, точнее весь белый от щебня. Скорее всего попал под обломками здания, или зданий. Ноб тяжело пыхтел и с лязгом вытащил лезвие из арбуза, после чего поковылял к полковнику.

Полкан смотрел на него пару секунд и понял, что к той катаджи он не имел отношения. Он тут же повернулся обратно.

Мила держалась за голову, еле приподнимаясь с пола. Она жива! Только надолго ли?.. Заметна её дрожь, заметны её вздувшиеся вены, с её рта и носа снова пошла кровь.

— Дочка! — Полкан вырвался из цепей и подбежал к ней.

— Гха! — выдавила она, и тут же закашлялась.

— Тихо-тихо.

«Жива!»

Мила почувствовала объятие. Как же давно она это чувствовала, и как же давно отец это делал? Слишком давно и слишком редко. Ужасный отец! На его плечи поползли её руки. Может и ужасный, но до сих пор любимый. Он начал вытирать кровь с её лица: медленно и нежно.

— Па… — прошипела она.

— Я здесь. Ничего не говори.

Мила вновь улыбнулась своей яркой улыбкой.

— У тебя ничего не болит?

— Ничего, ведь ты рядом.

Ноб засуетился. Снова опасность?! Враг? Где?

— Это я, свои!

К ним присоединился фотсиж. Весь ссутулился, крепко держался за грудь и сам еле держался на ногах. Пострадавший от битвы или переодевшийся противник. Одежда была испортившаяся от огня.

— Коля, — узнала его Мила.

«Ещё один молодой. Если бы удар получил чуть сильнее, закончилось бы для него всё печально».

Мила приподнялась, но на ноги встать не смогла. Её ногу по-прежнему жгло.

— Значит так, — заговорил Полкан. — Николай, ты сейчас вытащишь её из города. А мы, — он перевёл взгляд на Писклявого Ноба, — мы встретим незваных гостей.

— Полковник, — пропищал Ноб. — Вам также нужно уходить, вы офицер, важнейший…

— Здесь приказы отдаю я! — вставил Полкан. — Вы меня поняли?

Коля кивнул. Мила промолчала, но по её взгляду видно, что она против. Ноб хмурился.

— Выполнять!

Николай запрокинул руку Милы на себя и поднял на ноги. Полкан начал смотреть на опускающийся дым.

«Ещё немного осталось».

— Пап! — крикнула Мила.

Полкан повернулся к ней.

— Я прощаю, — ответила и резко отвернулась.

«Я знаю. — Его побелевшие кулаки сжались. — Ты всегда меня прощала. Прощала старого дурака!.. Ну почти старого. Думаешь, я не заметил твоих слёз?.. Слишком очевидно, когда они блестят у тебя на глазах. Но моих ты не увидишь. Только не сегодня».

Он не смог ничего ответить, а только наблюдал, как они скрывались за углом дворца. Все эти годы он ощущал свою виновность перед ней. А сейчас он почувствовал небольшое облегчение внутри, и такую тяжесть, которая хочется вырваться из груди… Может не так уж и плохо не быть статуей.

Ноб присел на ступеньку, переводя воздух. Он улыбчиво наблюдал за фотсижу, и его улыбка становилась шире, словно забыл, что он гратей.

«Значит нас трое — Я, Ноб и его секира. — Сезари посмотрел на лежащую катаджи. — Мертва. Если кто и выжил после такого удара — Мила щадила жертву. Видимо Фотсижу отлично её подготовили».

Второму катаджи было хуже. Эта хоть и умерла быстро, а вот, когда секира идёт в дело, смерть приходит не мгновенно. Даже второй удар тебя может не убить. Ты можешь уже и не шевелиться, но ты чувствуешь холодное лезвие в своих трескающихся костях. Жуткое ощущение, особенно слушать это на своём черепе.

«Если только не повезло тебе потерять сознание. Но хруст ты точно услышишь».

— Долго ли продержимся, полковник? — произнёс Ноб писклявым голосом.

Полкан громко засмеялся, придерживая свой живот.

— А почему у тебя такой голос смешной, не отрезали чего лишнего?

Ноб подсел к нему рядом, Полкан продолжая смеяться.

— Да вот, жив остался, — он ухватился за воротник, показывая ему свой шрам на шее. — Короткий оказался.

На лице Ноба поползла улыбка, после чего он поддался смеху, и Полкан принял хохот как заразу.

Смеясь перед битвой — ты храбреешь, смеясь перед смертью — ты боишься.


Узы кровей

Огромные столбы дыма рассеивались в холодном и режущем воздухе. Резамцы тут же встали в стойку, тогда как на крышах засели катаджи.

Что ожидать от лоидсов: очередные магические снаряды? или град стрел? или разнообразные ловушки?

— Вперёд! — крикнул Кьяллак, после чего послышались удары барабанов.

Воины стукнули щитами и, выстроившись в несколько коробок, направились вперёд. Шаг за шагом, уверенно ступая на свободную улицу. Шаг за шагом — прямо на площадь.

Никаких вражеских построений, никаких летящих снарядов на головы, никакой внезапной атаки — свободная площадь, которая заполнялась резамцами, и пустые переулки напротив них.

Лиара держалась позади них. Анисия указала пальцем на дворец, где виднелось два человека: Сезари ди Шоль и какой-то здоровяк, которые уже спускались со ступеней на ровную площадь.

— Что случилось? — спросила Лиара.

— Видимо лоидсы успели покинуть город, но не все.


* * *

Резамцы тут же начали захватывать улицы и окружать дворец — где были последние противники. Лучники поближе подобрались к цели.

На площади оставались различное брошенное оружие: от копий, мечей до круглых щитов лоидсов. Теперь на их место стали резамцы, выстроившись в ряды, вытянувши из щитов острия; их сапоги ритмично шагали, ударяя в заложенные камни, — теперь повсюду виднелось только их оружие и знамёна со знаками дракона. У них были ужасно уставшие лица, но они знали ради чего они идут — ради свободы и лучшей жизни. Впрочем, как и другие народы.

Полкан сурово осматривал их, немного ухмыляясь. Он сам ещё не понимал, как он мог проиграть таким слабакам, отчего сплюнул в сторону. Писклявый Ноб крепко сжимал секиру в руке, а другой рукой проводил пальцами по лезвию, мол стачивал ржавый металл.

Послышался хлопок в ладоши — ещё один, и ещё. К ним вышел Кьяллак, с радостным лицом, пожимая руки перед собой. Полковник и Ноб никак не отреагировали.

— Не ожидал, что так быстро я одержу победу, главарь прохаживался из стороны в сторону. — Разочаровываете вы меня, Полкан.

Знакомая ситуация.

— А ты сукин сын меня не разочаровал, как собрал своих людей здесь, — ехидно ответил полковник.

— Чем больше людей, тем больше шанс на победу. Не правду ли я говорю, Сезари ди Шоль?

— Возможно, — полковник осмотрел почти все лица резамцев.

Те самые кузнецы, те самые не удостоившиеся певцы и художники. Вся эта разномастная толпа жаждала ещё больше крови. Интересно среди них есть тот пьянчуга, Михаил?

— Победа за нами полковник! — крикнул Кьяллак. — Теперь, всё будет по-другому, и Альгисти перестанет быть частью Императора Миранота!

Он поднял руку вверх над головой, и армия за его спиной, оглушительно ревя, затрясла оружиями и заколотили по нагрудникам. Резамцы — новые лоидсы — носители правды и веры. Теперь они удостоились этим ещё лучше.

В плечо Полкана пришёлся лёгкий удар. Это был Писклявый Ноб.

— Делай, что нужно, — посмотрел на него грустными глазами. — Если они и дальше пойдут, будет ещё хуже.

— Верно. — Прошипел Полкан.

Изнутри пошла нечеловеческая энергия, наподобие рвоты. Вокруг него взвился воздух — гравитационное поле задрожало, словно мираж в солнечной пустыне. Он сжал кулак и со всей силой врезал в землю, отчего раздался громкий треск под ногами.

Резамцы не сильно засуетились, как катаджи начинали что-то выкрикивать.

Они все ахнули, когда из-под земли начали вырываться гигантские колонны, поражая их на чудовищном расстоянии.

Лиара успела ухватиться за небольшой поручень, чтобы устоять на ногах.

А люди истерично закричали от своей беспомощности.

Здания, стоявшие ближе к площади, с оглушительным треском начали раскалываться на части, катаджи тут же начали падать вниз. Оставались только последние крики и вопли людей.

Лиара зажмурила глаза, она не слышала, что именно кричали другие. За неё схватилась Анисия, Лиара обняла ее покрепче.

Лучники не успели сделать выстрел, как тут же были сброшены вниз. Вся площадь начала дрожать и вибрировать от землетрясения. Один огромный камень влетел в стену и, разбившись вдребезги, осколками накрыло лежащих резамцев. Воздух пропитался пылью и щебнем, мимо пролетел кусок дерева, затем осколок каменной почвы, обломки предметов, за ними тела людей. Уши полностью звенели от грохота, стука и нечеловеческого воя.

Лишь бы удержать Асю, которая вцепилась в Лиару, как ребёнок в мать. В звенящую голову приходили разные мысли — от плохих до хороших. Но самое главное выжить, и не дать умереть Анисии.

Звон в ушах утих, как она услышала испуганное дыхание — своё и её подруги. Наконец она решила открыть глаза. Руки её по-прежнему сжимали тело Анисии, что была покрытой щебнем и землей. Она плотно обхватывала её за жилетку, боясь


убрать рекламу






отпустить ее. Как хорошо, что с ней всё в порядке.

Вот и кашель вырвался от удушающей пыли.

— Уже всё закончилось? — откашлялась Ася, приподнимая голову.

— Да, — неуверенно ответила Лиара, — всё уже позади.

Рядом были разбросаны резамцы, сжимавшие щиты, — у всех стекала кровь с ран. Они медленно отползали по сторонам, подальше от площади, по крайней мере, что от него осталось. Их лица наполнены грязью, отчего с надеждой смотрели на тучи, ожидая прохладные капельки воды.

Колонны, что вырывались на площади — исчезли, оставляя за собой большие ямы, забитыми песком, почвой, и криками. Некоторые воины поднялись на ноги, с ужасом осматривая происходящее.


* * *

— Живо, строиться! — кричал Кьяллак. — Катаджи, строиться!

Он зажимал свою руку и отдавал приказы. Лицо было наполовину покрыто грязью, сам он шатался и чуть не спотыкался о трупы или о разбросанные предметы.

Некоторые успели опомниться, после чего встали в небольшой строй. Они двинулись в направление противника; их крик и вопль придавал приток сил, чтобы побежать.

Их встретил верзила с секирой, — первого поразил прямым ударом, после чего на него выплеснулась струя крови. За второго ухватился за щит и рывком разбил его своим плечом, отчего резамец ударился головой об валун. Остальные сделали замах мечами, но верзила резко отошёл на шаг и дугой провёл лезвием, убрав за собой ещё нескольких врагов. Схватил лезвие резамца голой ладонью и с лёгкостью отобрал, как у ребёнка — тот успел только хлопнуть веками, как в его плечо вонзилось секира.

— Я, Писклявый Ноб! — пропищал он в голос. — Ну подходите мрази!

Он посмотрел на разъярённое небо, как молния начала делать круг по площади. У всех встали волосы дыбом. Молния тут же поразила Ноба, создавая яркую вспышку, и его почерневшее тело откинулось назад. Резамцы чуть отдышались, перегруппировались и медленно побрели вперёд. Они аккуратно подбирались ко дворцу, ожидая нового выпада из-под земли.

Полкан сидел на ступенях, повесив голову, а под ней стекала красная струя, образовывая под собой лужу. Наконец он повержен. Катаджи начали ближе приближаться к нему, как они заметили тень перед собой и тут же остановились.

На плечо полковника упала рука. За ним стоял тип в чёрной одежде. Его лицо скрыто за маской и капюшоном, руки закрыты перчатками, а в руке у него была длинная алебарда, что лезвие изгибалось когтём и острым наконечником. А на одежде виднелся знак сапсана.

Дисперс.

Катаджи переглянулись друг с другом и сглотнули. Они сжали мечи и медленно начали подходить ближе, пытаясь в страхе окружить одиночную цель.

Наконец они метнулись к нему и атаковали: один промахнулся и сразу же был наказан ударом лезвием по шее. Второй ударил в бок, и дисперс ловко перехватил оружие, что его удар заскользил вниз и тут же ногой оттолкнул третьего нападающего; Дисперс резко отшатнулся, прокрутился на месте, в воздухе он провёл слэши — белые следы полетели в следующего нападающего, разрезав его на части.

— А-а, — закричал резамец, — я не хочу умирать! — И бросился в бегство.

Остальные смельчаки не испугались, кинулись на дисперса. Первый не успел поднять меч, как алебарда врага ударила ему в шею. Кончик пробился до самого черепа и резким взмахом разрезал до груди. Пробил нагрудник насквозь следующему резамцу, и тот молча свалился на землю, выплеснув кровь изо рта.

— Отходим! — выкрикнул другой.

Дисперс вышел на площадь. Перед ним выстроились катаджи. Резамцы старались держаться от него подальше. На возвышенности встали лучники, отчего сделали несколько выстрелов. У того появились отражения, что извились в стороны: стрелы пролетели сквозь его тело, как будто отражения сами увернулись от летящих острых стрел.

Новая затяжка на тетиву — выстрел: цель не поражена.

— Что?! Как такое возможно? — начали переговариваться катаджи.

— Чего вы стоите? — крикнул один из командиров, — он один, задавите его толпой!

Позади них маги обрушили магические снаряды на одиночную цель. После поражения поднялся дым. Катаджи сжали рукояти мечей и с яростью кинулись в атаку.

Придаст ли ярость сил, чтобы одолеть дисперса, если тот конечно выжил?

Из дыма вырвалась тень, что на ходу проткнула недруга, откинув его собратьев в стороны. Воздух наполнился ливнем крови, обломками оружия, искр от железа и кусками плоти. Дисперс вонзил лезвие одному в брюхо, следующий удар прошёлся по нагруднику, так что его части разлетелись в клочья. Тот резко появился перед носом резамца и нанёс удар; второй его товарищ успел только замахнулся, как дисперс с невероятной скоростью провёл алебардой по воздуху, оставляя небольшие следы в воздухе. Наконец, он резко выпрямился, позади него были замершие статуи катаджи, пока из их тел не вырвалась кровь, заполняя каменные плиты алыми лужами. Все были повержены.

— Это демон! — крикнул один из резамцев.

Воины начали торопливо отступать, в то время как оставшиеся катаджи всё крепче сжимали рукояти. Дисперс приблизился вплотную. Кто не смог удержать меч, сразу подвергся лезвием алебарды, а кто выдержал клинок при парировании — ещё оставался жив.

Это похоже на танец бабочки, как в пьесе: удар-блок, удар-блок, — разбрызгивая щепки по всем направлениям. Одного разрезало тело на части вместе с осколками его оружия. Поодаль катаджи начали что-то колдовать, как дисперс моментально оказался за их спинами, отчего те успели только голову повернуть — увидеть яркий слэш от лезвия, что срубило их пополам.

Глава 6

 Сделать закладку на этом месте книги

Одинокий враг почувствовал за спиной движение и тут же развернулся для атаки. Но он не атаковал. Перед ним теперь стояла Лиара, которая злобно смотрела на него.

— Больше не пройдёшь! — крикнула она, выставив перед собою руки.

Небо взревело новым рёвом, отчего сама земля задрожала. Но это не помешает Лиаре драться. Она сжала свои руки в кожаных перчатках. Было бы лучше, если она владела холодным оружием.

— Давно не виделись, — послышался мужской голос за её спиной.

Лиара заметила, что дисперс начал отходить назад, — испугался чего-либо? Она медленно посмотрела через плечо и заметила улыбающегося мужчину. Его одежда полностью из кожи — где-то белая, а где-то чёрная. Ухоженная борода, короткие волосы и небольшие шрамы на лице. Он придерживал ножны рапиры. На его плече знак катаджи.

Значит он за нас.

Это лицо кого-то напоминало. Но кого?

Он резко вытащил рапиру и вычертил те же слэши в воздухе, что направились на дисперса, пролетев мимо Лиары. Тот блокировал алебардой, после чего его оружие разломалось на части; тело исказило безликую пустоту, вокруг него и слэши прошли насквозь, развеявшись на воздухе.

Точно так же и со стрелами было. Лиара попятилась, продолжая наблюдать за дисперсом.

— Астерион! — подошёл Кьяллак, держась за свою руку. — Я же говорил, что справлюсь!..

— Говорил. Но с ним не справишься. — Он направил лезвие рапиры на дисперса: — Верно, брат?!

Кьяллак нервно сглотнул, рассматривая дисперса и кровавых трупов под его ногами. Лиара уловила, что дисперс смотрел ей прямо в глаза. Этим её не спугнёшь. Брат он Астериона или нет, но она будет стоять до конца.

Дисперс не отводил взгляд и медленно снял капюшон, затем маску. Лиара непроизвольно отступилась. Её противником оказался Стейнор.

Астерион натянул улыбку, увидев его лицо.

Вот значит кого лицо Астериона напомнило Лиаре, — Стейнора. Она потрясла голову, пытаясь сбросить иллюзию. Стейнор? Дисперс? Ничего не совпадает!

Появился густой туман. Дыхание участилось. Лиара пошатнулась, пытаясь опереться о любую опору. И вмиг потемнело в глазах.

— Лови её! — крикнула Ася.

Падающее тело подхватил Фелгмар и поднял её на руки. Он заметил едкий взгляд Стейнора, отчего лишь сглотнул.

— Чего стоишь, уходим! — поторопила его Анисия.

Фелгмар развернулся и побежал вместе с ней в южную часть. Катаджи выстроились в позицию, загораживая им отступление. Кьяллак так же скрылся.


* * *

Астерион начал подходить всё ближе, как Стейнор отступать назад.

Звук копыт разнёсся по площади, всадник появился из переулков, где было меньше разрушений. Он кинул ножны Стейнору, после чего резко повернул назад.

Обнажив меч, Стейнор почувствовал дыхание иридия на своём лице. Такой металл ещё никому не принадлежал, только ему самому. Он прокрутил его в руке, почувствовал его вес и встал в стойку.

— Что ж, — начал Астерион, сжимая рапиру двумя руками. — Теперь потанцуем! — Резко опустил лезвие до стопы и с невероятной скоростью накинулся на Стейнора.

Очень громко ударил гром. Астерион выпрямил рапиру и нанёс укол. Стейнор заметил это и скрестил с ним оружие. Он почувствовал внезапную, ужасающую боль в руках, миллионы уколов — миллион игл вонзались в ладони по направлению к плечам.

— Ах! — отскочил Стейнор назад. Он упал на колено, скривил лицо и заметил, что из его перчаток шёл пар и сочилась чёрная кровь.

Спектральное ранение.

— Это только начало, — вымолвил Астерион.

— Заткнись!

Встав на ноги, Стейнор взмахнул мечом за спину и резко исчез из вида.

Он появился уже за Астерионом, как тот был готов к атаке — резко развернувшись и ударом отбросив Стейнора к разрушенным зданиям. Катаджи прыгнули по сторонам, остальные прижались к земле, чтобы их не сбило летящее тело дисперса.

— И это всё? — проговорил Астерион, взмахнув рапирой.

Он почувствовал за спиной движение.

— Не всё! — крикнул Писклявый Ноб, и нанёс удар секирой.

Увернуться от такого удара не составило труда, как в него прилетело ещё несколько лезвий, что пришлось моментально отбить их рапирой.

На него налетел Хэймон. Астерион тут же блокировал удар, тот застонал от боли. За спиной! Он посмотрел через плечо и заметил, как Николай наносил удар колом, а Ноб уже перекрыл путь к отступлению.

И когда они только успели?


Вернуться в бой

Крики испуганных людей, панический бег из стороны в сторону. Повсюду кружил хаос. Стейнор очутился уже не на площади, — обыкновенной, почти в просторной улице. С его рук исходил пар от горячей крови. Он снял перчатки и узрел покрытые ладони чёрной жидкостью. Он чуть наклонил голову, как вдруг рядом просвистело копьё. Снова враги.

— Он всего лишь один!

— Сейчас мы ему покажем!

Его окружили. На уцелевших зданиях было двое неприятелей, остальные несколько десятков шагов уже перекрыли пути отступления.

— Один говорите? — оговорился Стейнор.

Одного катаджи рассекло прямо на месте, другие вовремя остановились. Их победное выражение лиц сменилось недоумением. Второй бедняга пытался что-то крикнуть, как только успел пискнуть, и из его груди вырвалась алая струя. Дисперс неподвижно стоял на месте, сжимая меч.

— Что это? Кто это делает?!

— Я! — крикнул Стейнор и бросился на них.

Первого поразил бедолагу, а по другую сторону противники сами падали на землю. Наступила паника. Никто не мог понять, кто их убивал, после чего половина начала сбегать с битвы.

— Убейте, убейте его! — кричал один, безумно несясь на Стейнора.

Кричащего легче всего найти в бою. Дисперс просто наставил кол, и тот сам налетел на лезвие. В этот момент за спиной замахнулся его приятель, после чего его откинуло в сторону невидимой силой. Тёмная лужа начала заполнять землю под его телом.

— Невидимка! Невидимка! — панически кричал резамец.

Воины начали махать по воздуху, дабы нащупать недруга. Бесполезно, как один взмахнул кинжалов пред собой и на его груди появилась багровая дыра, а спина покрылась тёмным пятном. Он ослаблено и безнадёжно махал клинком, стараясь хоть что-то нащупать, пока рана не дошла до его горла.

— Маг, сука! — выкрикнул на крыше и, натянув стрелу, выстрелил в дисперса.

Появился еле заметный силуэт Стейнора, искажаясь при контакте стрелы — прошла насквозь.

— Что за?..

Не успел он договорить, как получил вертикальную волну слэша. Его напарник споткнулся от удара волны, после чего начал убегать прочь.

Резамцы пятились, объятым ужасом. Один тут же покрылся порезом на месте. Стейнор с разворота нанёс одному удар, — срезал его оружие пополам и поразил тело; тут же блокировал удар третьего.

Третий с ужасом смотрел на своего товарища, который слёг на землю. Он перевёл взгляд на катаджи, которого разрубило прямо на месте. И теперь он посмотрел на Стейнора.

— Не надо, — выговорил он дрожащим голосом.

— Забирай своих друзей, пока они живы, — ответил ему дисперс и отстранился.

Наконец-то бойня прекратилась. Теперь Стейнора окружал вопль воинов, запах крови и чёртового металла. Слишком тошно. Зато ему сейчас ничто не угрожало.

Но это ненадолго.

Он стряхнул с меча кровь, брызнув на камни:

— Тебе не стоит здесь находится.

— Твоё ранение просто так не излечить, — ответила Майрин, выходя из невидимости.

Её одежда была перепачкана серой грязи и пыли, но не единого пятна крови.

— Хороший врач порекомендовал бы покинуть битву, — сказала она.

Стейнор пожал плечами.

— Но ты же плохой врач, верно?

— Именно. Так что прими вот это, — бросила ему небольшой флакон. — Это поможет стать твоей крови гуще. Неплохая защита от спектрального ранения. — Майрин ему улыбнулась и растворилась в воздухе. — И долго не дерись.


* * *

Вопли раненых воинов эхом разносились по переулкам. Катаджи и резамцев выносили на безопасное место, больше всего раненых собирали в уцелевших зданиях.

По их стонам — тяжёлых раненых.

Выбежав на новую улицу, оживлённость тут же спала. Никаких раненых и никаких суетливых воинов, которые только путались под ногами, кроме обломков от зданий.

— Чуть-чуть осталось, — изрекла Ася.

Фелгмар посмотрел на личико Лиары, и пожалел, что сразу не вытащил её из этого ада. Глупо. Глупо было её отпускать в город. Глупо! Он чувствовал себя виновным, но на войне виноватых нет.

— Не сбавляй темп, здесь!.. — Ася резко остановилась, как им перекрыл путь соклановец.

Она узнала Дункана. Тот крепко сжимал рукоять меча, держась другой рукой за свой лоб. В воздухе летала напряжённость, но его никак это не беспокоило.

— Анисия, — вымолвил Дункан, подходя к ним ближе. — Лиара… Катаджи… Все вы!.. — Он направил на них меч. — Не пропущу!

— Дункан, не глупи, — сказала Ася.

— Заткнись! — рявкнул Дункан, и немного откашлялся. — Этот ублюдок забрал её у меня, а ты Анисия… тоже всё время была с ними! — Он начал посмеиваться. — Не думал, что ты трахаешься с этими ублюдками!

Ася вздрогнула и медленно перевела взгляд на злобную гримасу Фелгмара, после чего вновь невинно посмотрела на Дункана.

— Ты просто зол!

— Да, я тоже зол, — проворчал Фелгмар и опустил Лиару на землю. — Теперь ему придётся ответить за свои слова.

Он был уже готов встать, как за его воротник слабо ухватилась Лиара.

— Стой… прошу… не делай этого…

— Всё в порядке, — Фелгмар поднялся на ноги.

Ася отползла назад, она вся дрожала от страха.

— Ничего, — злобно сплюнул Дункан, — теперь моя очередь!

Наконец он подошёл на достаточное расстояние, как Фелгмар обнажил клинок.

Лиара облокотилась о землю и услышала лязг металла. Она пыталась прийти в себя, но туман ещё не полностью проходил. Нужно вернуться обратно — вернуться в бой. Ася продолжала дрожать и судорожно наблюдать за Дунканом, который яростно выкрикивал ругань.

— Ася… — слабо произнесла Лиара, подползая к ней: — Ася!

Та продолжала судорожно сидеть.

«Зачем же ты это сделала? Ася!»

Лиара что есть мочи начала ползти к ней. Вот её рука. Наконец-то! Как только она коснулась до неё, Анисия тут же всхлипнула. Долгий звук звона пронёсся от падающего меча. Туман тут же рассеялся.

Лиара посмотрела в сторону. Изо рта Дункана стекала тёмная юшка, его серые глаза смотрели на неё. После чего голова упала вниз; из спины торчало окровавленное лезвие; Фелгмар сжимал рукоять, скручивая ему живот.

Вырвав меч из его тела, Фелгмар выдохнул над убитым. Его будто молнией ударило, и он молниеносно посмотрел на Лиару.

— Я же просила не делай этого, — злобно прошипела Лиара. — Просила тебя! — Сжимая кулаки, приподнялась на ноги.

Ася закрыла ладонями заплаканное лицо, продолжая сидеть на холодной земле.

— Лиара, — произнёс Фелгмар, пытаясь прийти в себя, — я не…

— Ты убил его! — закричала Лиара. — Как я могла вообще довериться тебе?!

Она развернулась и побежала обратно.

— Нет, Лиара, не иди туда! — побежал вслед за ней Фелгмар.

Он попытался догнать её, как она вмиг ослепила его вспышкой.

— Не уходи! — он продолжил бежать вслед за ней.

Ася оставалась позади, она дышала быстро и неглубоко, медленно подползая к Дункану, к своему другу.


* * *

Очередной катаджи свалился сверху на другого товарища. Кьяллак старался вправить себе руку, но понял, что она сломана. Он подобрал деревянные останки, что подойдут для первой помощи.

Ещё одни катаджи метались из стороны в сторону — искали выход среди разрушенных зданий. Кьяллак хотел им помочь, подбодрить или просто хоть что-нибудь сказать. Было и так ясно, что с поля битвы они сбегали.

А виной всему Астерион! Нужен был ему тот брат!

Собрав нужные компоненты, он облокотился на разрушенные стройматериалы. Вытащил доску и приложил одну на землю. Более-менее похоже на столик.

Теперь он положил руку на дощечку и принялся её перевязывать.

— Грёбаный полковник, грёбаный маг! — бормотал он себе под нос. — Только приди…

Стук.

Его глаза вылезли из орбит. Там, где лежала его рука, в пальцах был вонзён топор.

— А-а, дерьмо! — закричал Кьяллак.

— Звал, ублюдок?!

Взявшись за рукоять топора, Кьяллак посмотрел на переулок, где стоял Сезари ди Шоль. Его это позабавило, отчего подался смехом, выдергивая топор из своих пальцев.

— Ты жив, ха-ха, жив! — Он поднял топор вверх и приподнялся. На дощечке оставалось два пальца. — У меня ещё есть возможность убить самого Сезари ди Шоля, ха-ха!

Полкан сплюнул в грязь, после чего подошёл ближе.

— Промахнулся маленько, — он стукнул двумя пальцами себе по шее, дав ему понять, что целился в шею.

Кьяллак посмотрел на отрубленные свои конечности, отчего оскалил зубы. С его руки шла кровь, но он был настолько возбуждён, что не чувствовал боль, и тем более переломанной руки.

— У тебя есть шанс повторить.

— О, не волнуйся, я им непременно воспользуюсь! — гаркнул Полкан.

Через переулок донеслись стоны раненых воинов. Особенно слышны их вопли под обломками. Полкан слишком много сил приложил на них. Придётся расправляться по-обычному — без всякой магии.

На одном уцелевшем здании, высунул лицо один катаджи, он громко мычал, звал на помощь. Он надеялся привлечь кого-то, пока полностью не затих. У него было побелевшее лицо с расширенными глазами, которыми смотрел на своих побитых собратьев, словно не понимал, где сам находится. Полкан насмотрелся таких зрелищ, и даже в мирное время приходится повторять эдакое.

Кьяллак уже стоял в стойке, широко улыбаясь. Он ждал его — свою жертву — своё предназначение. Война меняет каждого: одного в худшую сторону, второго в безумную. И он как раз был безумцем.

Полкан нахмурился, ощущая ярость, питая его, и находя её в своей крови. Оно всегда помогает в бою, даже в самых безысходных случаях. Подобрав валявшеюся булаву одного бедолаги, проверил его на прочность.

Крепкий. Теперь можно повыбивать зубы.

Жаль только, что дождь не шёл.


Давняя травма

Писклявый Ноб уже отвоевал своё, заняв укромное место посреди разбросанных руин и трупов. Хэймон и Николай переводили дух. Их руки были испачканы чёрной испаряющейся кровью. Они оба понимали, что не смогут больше сражаться с Астерионом.

— Очень хорошо, — сказал Астерион.

К ним присоединился Стейнор.

— Тебе нужен я, так зачем тебе всё это? — выговорил он, смотря на Астериона.

— Времена меняются, — Астерион развёл руками, — и только мы должны его менять, сделать новые шаги, шаги к свободе, шаги против насилия!

— Насилия?! Ваши действия уже привели к этому. Город тебе доказательство!

— Это только сейчас…

— Нет, не сейчас! Твои… ваши идеи, они властны повторяться. Придёшь ты, как за тобой придут другие, — Стейнор размял шею, не сводя глаз с Астериона. — Это бесконечный круг проблем. Залатав дыру, образуется две.

— Сам знаешь, что Леокед делал со слабыми, — Астерион взмыл рапиру в воздух. — Страна уже умирает, и умирает она от рук сильных. Так что пора слабым обрести свободу.

Как Астерион закончил, он тут же понёсся на Стейнора.

Тот блокировал атаку — вновь скрестив с ним лезвие. Боль уже не такая сильная, и крови не так много испарялось с рук.

Астерион только улыбнулся, резко отшагнул и нанёс несколько ударов. Все были отражены. Рапира атаковала дугой, как Стейнор нырнул вниз и нанёс кольчатый удар. Астерион успел вовремя отпрыгнуть, словно предвещал атаку.

— Теперь ты понимаешь, что пришла эра Нового Порядка.

Астерион наклонился, после чего снова кинулся в атаку.

Блок. Затем удар. Поворот. От таких атак, неопытный бы уже занимал место Писклявого Ноба. Но Стейнор был уже закалённым. Удар за ударом — клинки искрились при столкновении. Отступив на шаг, Стейнор встал в хвостатую стойку. Рапира Астериона прошла сквозь его искажённое тело. Он провернулся на одной ноге, вновь нанося кольчатый удар, отчего Стейнор едва успел поставить блок.

Теперь они находились пару шагов от друг друга. Воздух уже не наполнялся яростью или страхом. Стейнор лишь поддерживал своё дыхание. Астерион стоял сгорбившись, и он уже не улыбался. Дисперс затаился, выжидая следующего трюка.

— А что ты скажешь на счёт этого? — выровнялся Астерион, как над ним заискрилось небо.

По площади пронёсся гром.

Стейнор помнил сражение на мечах. Оно не длится дольше минуты. Любой удар по ноге, по телу, а особенно по шее — значительно снижал шансы на победу. А если прозеваешь вражеский кол — значит игра окончена. Такая схватка всегда заканчиваться быстро, но только не эта.

Рапира Астериона заискрилась чёрной молнией; звук расстелился по воздуху, создавая вокруг едкое марево.

Чёрная кровь испарялась на руках Стейнора. Рукоять всё сильнее скользила.

«Перчатки были бы кстати».

Как он моргнул, мгновением Астерион оказался прямо у него перед носом. Отреагировать на удар он не успел, как у Стейнора исказилось тело, увернувшись от лезвия. Жар от тока обжёг лицо, отчего пришлось зажмуриться. Астерион тут же влетел ему в плечо.

— Агх! — выбил воздух из груди.

Сейчас будет ещё удар. Стейнор тут же открыл глаза, как мир замер, осветив его в серый цвет. В носу начала наполняться кровь. Он чувствовал, как его голова раскалывалась, а под глазными яблоками увеличивалась ужасающая боль. Нужно заканчивать!

Астерион стоял, как статуя, сжимая заряженное оружие. Стейнор опёрся ногой и, оттолкнувшись, резким движением, направил кол в атаку.

— Вот! — крикнул он.

Астерион тут же направил на него зрачки и резко отскочил от его удара. Внезапная темнота, затем в ней загорелся красный огонь, вдали послышался звук стали, что со свистом прорезала воздух, напоминая о рвущуюся ткани.

Темнота исчезла, мир снова заиграл прежними красками.

Стейнор не успел ничего понять, как почувствовал тепло в корпусе. Опустив голову, он узрел проникающее лезвие у себя в груди.

Удар колом — смертельный удар.

— Я знаю, ты помнишь эту боль, — Астерион глубже ввёл лезвие.

На самом деле боли не было, только небольшая дурнота, будто съел не ту еду. Глотать трудно, кровь заполняло горло, затем рот, и наконец вытекала наружу. Дыхание изменилось на хрип.

Теперь не нужно напрягаться, здесь уже всё решено — Стейнор проиграл, а за проигрыш плата — смерть.

Астерион резко вытащил оружие. Стейнор готов был упасть на колени, но с последними силами он продолжал стоять на ногах. В битве всегда происходили удивительные чудеса. Ещё один, последний удар. Он поднял меч и отразил последнюю атаку. От удара его тело отлетело вдаль, подобно стрела, вылетевшая из лука.

А вот и боль от удара стены.

Боль — это жизнь, но не в этот момент.

Стейнор поднял веки. Много тел и много разрушенных зданий. Видать кто-то слишком перестарался. Как же одинаково выглядят мертвецы, раньше такого он не замечал: белые, жёлтые, чёрные — все бледные и холодные.

Меч в руке, но разве есть от этого толк? Теперь он один из них — один из погибших. Неважно в какую одежду ты одет, и неважно кем являешься: катаджи, резамец, или альгийтиец. Теперь уже не важно. Итог один — ты один из них, ты мёртв, как и все они.

Как было это прежде.


Последнее доверие

Надоедливый гром прошёлся над головой. Лиара тяжело дышала, перебегая по переулкам, наблюдая за скопившемся ранеными. Она начинала сомневаться в себе, в катаджи, даже в резамцев, которые играли только военную роль. Все становились чужими. И это пугает.

Переступая между погибшими, она споткнулась о меч. Она кинула на него взгляд, после чего приостановила бег. Необычный меч. Возле него полоса от крови, направлена к зданиям. Лиара замерла. Полоса вела к Стейнору. Тот сидел, зажимая руками грудь, облокотившись на стену. Его голова опущена, со рта медленно шла густая кровь.

Не шевелится.

Лиара подбежала к нему, осматривая его бледно-жёлтое лицо. Даже такие погибают.

Она почувствовала потерю, словно изъяли частичку из её души и разорвали на части, ведь они почти подружились. Это чувство снова повторилось, точно такое, как после Дункана, точно такое, как после Милы.

Одно отчаяние.

— Я ещё жив… — прохрипел Стейнор, но в его голосе не было никакой уверенности.

Неожиданное облегчение прошло по телу, а затем сострадание. Лиара присела к нему на корточки.

— Ты как… что… ничего не говори! — Лиара тут же вмешалась на помощь.

Из раны слишком много выходило крови, такое не остановить. На удивление кровь не обычная, густая. Быть может из-за этого он так долго продержался.

— Здесь уже… ничем не поможешь… — улыбнулся Стейнор. — Смертельное ранение.

— Прости, что не послушала тебя тогда.

Стейнор только громко выдохнул.

Лиара продолжила:

— Лоидс хочет моей смерти, а значит и дисперс тоже, — она посмотрела ему в угасающие глаза. — У тебя был отличный шанс со мной покончить.

— Я не единственный, кто не хочет… твоей смерти, — он тяжело сглотнул. — Дисперс и Катаджи… все они хотят заполучить твою кровь.

— Дисперс? И тот Астерион?

Он серьёзно уставился на неё.

— Астерион… мой старший брат… и он был усыновлён твоим отцом.

— Что? — вырвалось у неё изо рта.

— Леокед — наш отец… — он прокашлялся. — Он много уделял внимание Астериону… но любви от него… не добился, а добился Элджот — твой отец. — Стейнор зажмурился, зажимая рану. — Леокед убил твоего отца… Это было уже после разгрома Катаджи.

Если бы он сказал ей это ранее, она бы просто не поверила ему. Разве может лгать человек, когда умирает?

Лиара почувствовала прежнюю дрожь.

«Почему? Почему они враждуют? Почему продолжают?»

— Зачем? — простонала Лиара.

У неё снова накатились слёзы. Вся горечь и боль выходили вместе с ними. Родные и незнакомые ей люди ушли из этого мира, а за ними их страдание. Но среди живых оно никуда не уходило.

— Сложно, — ответил Стейнор, — сложно дышать… чувствовать этот воздух… сложно…

Он слегка приподнялся, что показалось ему невероятно сложнее, чем дышать. Он протянул дрожащую, красную ладонь.

— Доверие… его всегда можно найти.

Лиара медленно потянулась руками к ладони и, прикоснувшись к ней, снова почувствовала странное чувство. Точно такое, как и со стариком, только рука Стейнора была горячей. Появился мрак. Голоса эхом начали приглушаться, и чувство последнего дыхания вырвали душу из этого мира. Звуки борьбы и крика растворились в шуме тишины.


* * *

Стоял ясный день. Тени камней и ветвей отчётливо падали на почву. Спокойный ручеёк вспыхивал пузырящиеся всплески в воздух, а ветерок гулко проносился над зелёной равниной. Вдали были видны дома, а за ними видны и другие строения.

Возле ручейка, спокойно сидел мальчик лет десяти, и всматривался в небесную высь. Солнце падало на его левую сторону, и он наверняка чувствовал прикосновения луча на своём лице, предплечье и на тыльной стороне ладони. Его это никак не тревожило, увлекаясь за расплывшейся синевой.

— Это ты брат Астериона? — послышался грубый голос.

Мальчик вздрогнул, и резко обернувшись встал в боевую стойку. Если закрыть глаза на криво расставленные ноги и слегка приподнятыми руками, можно назвать стойкой.

— Это хорошо, — пробубнил незнакомец, что был внушительного размера по сравнению с обычным человеком. Его вздувшиеся вены отражались от солнца, как лучи от ряби.

Опасный тип.

Мальчик тут же попятился, осматриваясь по сторонам для побега.

Мужчина только ухмыльнулся.

— Не советую тебе бояться, — он подошёл ближе, тот чуть не свалился на месте. — Ты же брат Астериона?

Мальчик кивнул.

— Моё имя Элджот. — Он приставил ладонь к груди, подчёркивая свою вежливость. — Думаю тебе знакомо это имя?

— Т-ты… Элджот… Предводитель Катаджи? — прокаркал мальчик.

— Верно, — обрадовался мужчина и тут же нахмурился: — Восемь лет назад твой отец отнял у меня двух самых близких людей… Дею и Лиару.

Мальчик сглотнул от его слов, он явно не понимал его,


убрать рекламу






к чему он всё это говорит. Но ясно одно — добром всё это не пахнет.

— Теперь и я отниму у него двоих, — произнёс Элджот, и прямо встал напротив мальчика.

Тот резко обернулся, пытаясь сбежать куда подальше. Как почувствовал горячее жало у себя в груди. Астерион, ещё юный, но уже достаточно взрослый, чтобы держать меч; у него были холодные глаза, словно из них исходил обжигающий хлад.

Опустив глаза, мальчик заметил воткнувшееся лезвие в своё тело, что медленно задвигалось обратно, — Астерион резко вытащил рапиру, продолжая холодно наблюдать за его испуганными глазами. Тот даже не пискнул, как земля ударило ему в лицо.

Горизонт поглощал оранжевое солнце, его лучи окрашивали место ярким светом и тёплое тело мальчика, лежащее в своей крови.

Возле него упала женщина, заливая его слезами. Сначала попыталась его безнадёжно разбудить, а после сильно прижала к себе. Она ощущала его тёплое тело, ещё не слишком холодное.

У неё начали вылезать синие вены на лице, на трясущихся руках, повсюду. Кровь залила глаза, из носа также пошла алая жидкость.

А затем, ничего.


* * *

Лиара вновь почувствовала холодок по спине.

Она снова в аду.

Открыв глаза, она увидела опущенную голову Стейнора. Его ладонь по-прежнему была горячей в её крепких пальцах. Он не боялся снова умереть, ибо он знает, что его ждёт. Только первая смерть пугает, а потом к ней привыкаешь.

Теперь он с Милой.

Лиара встала на ноги, рассматривая свои липкие от крови перчатки. Руки теперь не дрожали. Сейчас было ничего: ни страха, ни ненависти, никакого чувства. Кровь Моира — оружие. А оружие не может чувствовать.

Площадь загрязнена от людей с отрубленными конечностями. По их расположениям тел заметно, что некоторые искали свои руки и ноги, а после умирали от потери крови.

Мертвецы не опасны. Особенно сейчас, и уже никого не укусят.

Астерион твёрдо стоял на ногах, сжимая рукоять окровавленной рапиры. Под его ногами располагались тела соклановцев. Снова была битва.

Нет. Это была резня. Один человек перерубил людей, словно капусту. Точно так же, как и покойный дисперс.

Его брат, и её сводный брат.

— Остальные сбежали, — произнёс Астерион и повернулся к Лиаре, с надменной улыбкой.

— Я всё знаю, — ответила Лиара.

— Разве это важно?

— Тогда, когда Катаджи уничтожили, лоидсы приходили не за смертью моей матери… Не за Кровью Моира!

— Верно. Они пришли для их захвата, — он указал на неё пальцем: — Твой отец думал так же, — он развёл руку в сторону, — но просчитался, сестрёнка.

— Он разве не знал, что я была в Альгисти?

— Катаджи была уничтожена, и он с ней больше не имел связей. Откуда ему было знать?

— Но в Катаджи был ты.

— Это случилось позже.

По его голосу было понятно, что ему абсолютно наплевать на этот разговор, да и вообще на её — как на Кровь Моира. Чего же он тогда добивается?

— Разве вам не важна Кровь Моира?

— Мне нет. А Катаджи нужна. — Он начал подходить к ней. — Ирис всегда вмешивалась за тебя, так что пришлось тебя вернуть обратно.

Он остановился в двух шагах от неё.

— Но Ирис погибла в этом городе за тебя, и ты уже здесь…

— А ты не хотел моего возвращения, братец? — злобно фыркнула Лиара.

— Я хотел поступить рациональнее, — Астерион глубоко вдохнул, — как это сделали лоидсы с твоей семьёй.

Это её не испугало, здесь другое чувство. Хоть оружие ничего не чувствует, но способно накаляться огнём. А огонь — это злость. Злость от того, что её жизнь никому не нужна, что жизнь — её злая шутка и проблема. Всего лишь ошибка!

А ошибки нужно исправлять.

— Тогда у тебя появился шанс, — её руки тут же зажглись синим пламенем.

Замах. Удар был блокирован рапирой. Но Астерион удивился, что Лиара не почувствовала колкую боль в руках. Он отступил, всматриваясь на её перчатки. Кровь не испарялась.

— Спектральная сила, — недовольно промычал он.

Сила, огонь, неважно. Важно одно, что он опасается спектральной мощи. Лиара тут же разожгла огонь сильнее, её куртка начала сгорать, оставляя под ней реагенитскую жилетку фотсижев.

Теперь она победит, и ей не потребуется чья-либо помощь, не так, как было с красноглазым бандитом. Злость придавала ей силы.

Подул сильный ветер, после чего в тучах появились серебристые разряды, что молниеносно набросились на девушку. Воздух пропитался металлом, точнее его токсичным запахом.

Удар в цель. Образовалась мгновенная вспышка молнии, освещая площадь, ослепительно белым светом. Такой удар невозможно отразить, даже среагировать на отступление казалось глупым.

Астерион уже был в предвкушении, осматривая поджаренное тело Лиары. Но он только сильнее нахмурился. На месте удара её не оказалось, только слегка обгоревший булыжник. Если её там не было, тогда она где-то рядом.

Он сделал шаг и заметил, что под его ногами появился белый оттенок слепящего света за его спиной. Резко повернувшись, он с невероятной скоростью поставил блок заряженной рапирой.

Левая рука Лиары настолько разгорелась лазурным пламенем с небольшим красным окрасом, отчего перчатка начала плавиться. Её одежда от жара, так же начала покрываться углем. Этот удар невозможно отразить, даже блок казался слишком глупым.

Её кулак не колол, не горел, а вдавливал в блок. Воздух настолько выгорал, что аж вдохнуть было невозможно. Астерион не мог смотреть на сияние, но Лиара всё видит, её ничего сейчас не слепило и не жгло. Она зарычала, словно зверь, вложив последнее силы в пламя. Защита не выдержала накала — и пылающий кулак врезался в тело Астериона.

Тот только беспомощно выдохнул, после чего был прижат к земле. Это конец.

Внезапно в глазах появилась темнота. Лиара не смогла их открыть, только почувствовать колкую боль в них. Что происходит? Где она? Лиара не чувствовала улицу, ветра и даже грома. Только сильное биения сердца. Это что-то другое. Череп начал раскалываться, она руками схватилась за голову. Наконец она смогла раскрыть глаза.

Красный огонь.

Снова это место.

За огнём виднелась тёмная фигура с яркими глазами и с красными светящемся венами, что расходились по затемнённому силуэту.

Астерион.

Лиара пыталась вновь разжечь огонь, но всё безуспешно. Резко подняв голову, она увидела его руку, покрытая чумной тенью — бесконечную темноту.


Тёмная магия

— Чего вы стоите?! — выкрикнул Кьяллак, выбегая к группе катаджи. — За оружие!

Резамцы присматривали за ранеными. Не все из них могли сейчас сражаться. После землетрясения, силы катаджи значительно упали, утонув в обломках булыжников и почвы. Но двое резамцев быстро среагировали на приказ, они схватились за мечи и встали напротив полуразрушенного переулка.

К ним напротив вышел Полкан. В руках у него уже было сломанное копьё. Глаза его наполнены яростью. Магии нет, так что придётся со всеми справляться железом и деревом.

— Он один! — крикнул один из резамцев, как ним подбежали ещё двое бойцов.

Резамцы подняли клинки, спереди был резамовский щит.

Интересно, как один человек способен прорваться? Полкан знал множество способов. Он заметил на разрушенных обломках тонкий клинок. Самое худшее оружие, но лучше, чем рассыпающийся кирпич или сломанное копьё.

Резамцы начали медленно подходить, так что думать нужно быстрее.

Полковник крепко сжал копьё, замахнулся и швырнул его в отряд. Копьё вонзилось в шею бойца, державшего щит. Вот и шанс! Полкан схватился за тонкий клинок. К нему уже успел подбежать недруг, который зычно ревел, и Сезари рубанул по нему. Резамец отшатнулся назад, медленно отступил подогнув колени, заливая землю кровью. И вконец свалился в грязь.

Второй резамец видимо ловкач, что оторвался ногой от булыжника и подлетел в воздух — яростное лицо, чистые зубы, а его клинок направлен чётко и крепко.

«Жалко таких умелых бойцов».

Полкан выкинул свой клинок и голыми руками поймал его запястья, — с невероятной силой остановил летящее тело, словно стена разогнавшуюся телегу. Меч пару сантиметров не доставал до лица полковника.

Внезапно резамец резко выпучил глаза и его тело неожиданно устремилось вперёд. Полкан поднял колено, чтобы резамец полностью не сплотился с ним. Он почувствовал боль в боку. Меч ловкача прошёл мимо, но что?..

Лезвие торчало из самого тела ловкача и неглубоко вонзалоь в бок Полкана. Сзади ухмылялся его товарищ, более взрослый и опытный. Всё верно, это он нанёс удар. Лицо ловкача совсем молодое, и так умереть он явно не заслуживал. Глаза умирающего стеклянные, он уже ничего не видел, лишь продолжая глубоко хватать воздух в надежде ещё пожить чуть-чуть.

Отличная тактика — подло убить своего, чтобы враг не видел удара. Это напомнило ему ситуацию на стенах Альгисти.

Полкан оттолкнул их, отчего лезвие вышло из его раны. Резамец вытащил клинок из тела парня и отпрыгнул назад. Ловкач продолжал задыхаться и моргать, пытаясь увидеть слабый отблеск в конце коридора. Теперь его меч принадлежал Полкану. И этот меч вонзился в горло своему бывшему владельцу, даря ему вечный покой.

Вот это и есть милость на войне.

Сезари почувствовал новый приток адреналина. Боль пока что пропала, но двигаться много нельзя. Он прижал рану и медленно начал подбираться к противнику, который продолжал ухмыляться. Видимо его очень забавляло ранение офицера, может даже чувствовал большую гордость.

Резамец облизал губы и вопя во всю мочь накинулся на Полкана. Мечи столкнулись. Удар его был очень сильным, что чуть меч не вылетел из рук Сезари. Снова удар. Снова его крик.

— Хга! — крикнул резамец.

Полкан старался не открывать рот, а то может быть только хуже. От парирования атаки он достаточно шевелился, а значит достаточно крови вышло из раны. Уклонившись от трясущегося клинка, он с разгона вложил свой вес в удар по спине, опрокинув противника наземь.

Тот успел встать, снова замахнулся, но Полкан разрубил ему руку. Меч врага ударил воздух. Полковник прижался к нему, скручивая рукоять в его брюхе. Резамец захрипел и вырвал кровью. Адреналин может и уменьшает чувство боли, но не избавляет чувства горячей крови, которая заливала Полкану руки. Он вырвал меч из тела, разбрызгивая кровь и кости на землю.

Резамец умер быстро.

Жалко, что он умер без мучений. Так часто бывает. Опытные и жестокие умирают — быстро, а самые невинные — медленно. Очень жаль.

Полкан посмотрел на тёплое тело ловкача, промокшее в красной луже. Иногда вещи побуждают глупых людей совершать глупые поступки.

«Глупо даже для самых глупых. Мотивация не всегда ведёт тебя к твоей мечте, она может и убить. Но я не дал ему разочароваться в своих сладких надеждах. Его убил я, а не его мечта».

Из раны медленно выходила алая жидкость. Сезари сильно прижал рану рукой, вроде не слишком опасно, но лучше шевелиться поменьше. Инфекции не избежать, главное успеть промыть, но позже. Сейчас есть дела и поважнее.

Длинные красочные переулки, храмы, башни всего за пару часов превратились в руины. Раненых было слишком много. Те, кто мог на Полкана напасть, отползали назад. Катаджи и резамцы хоть и враги, но они не трогают тебя при раненых, за это их можно уважать. Полкан также ранен, и в таком положении очень легко мог получить нож в спину.

Или копьё, да всё что угодно. Даже вонючие трусы отлично подойдут.

За ранеными ухаживали какие-то жрецы, обычные воины и женщины-катаджи. Здесь удобно — подальше от площади, где камни не превышают наличия трупов. В уцелевших домах слышались сильные крики, мычания, просьбы о смерти.

«Им уже не поможешь, так что последний вариант самый вырученный».

Битва вроде как продолжалась, но катаджи уже не нападали. На кровавых носилках, быстро занесли ещё нескольких воинов. Они все были покрыты пылью и щебнем — вытащены из-под обломков.

«Счастливчики. Под обломками в разы больше людей находятся. Я-то уж знаю».

Все их лица всплыли в памяти. И сейчас они находились под землёй.

Легкораненых здесь меньше, они просто наблюдали. Видно их испуганный взгляд, — драться не хотят. Полкан подошёл к одной девушке, она только открыла рот, схватившись за кинжал в ножнах. Он указал на бинты. Та нервно сглотнула и подала ему, после чего резко отстранилась.

«Видимо они не знают, что я лишён магии. Интересно понаблюдать за миром, где нет магии. Насколько много было бы трупов, или их не было бы вовсе?»

Задрав рубашку и разорвав бинты, Полкан приложил кусок на рану и перемотал его. Отлично сойдёт для остановки крови.

«Плевать уже на инфекцию. Главное найти этого главаря».

Катаджи продолжали перешёптываться с друг другом. Раненые больше мычали, чем говорили. Те, кто молчал — уже мертвы. Их вытаскивали наружу, улаживали на носилки и уносили за проулок.

«Туда, где можно делать кладбище».

Дым поднятым пожаром не так выделялся, как дым от сожжённых трупов.

«Скорее всего сжигают лоидсов. Видимо они ещё больше нас ненавидят, чем мне казалось, — Полкан поднял голову на дородный дым, — а к запаху всегда привыкаешь».

Он спешно проходил по проулкам, заполненными голосами страданий и, сжимая рукоять меча, вытирал пот с лица, вглядываясь в испуганные глаза резамцев, ничем не отличавшихся от лоидсов. Хотя они ими и являются.

«Гражданская война — показатель насколько мы разные и насколько одинаковые».

Выйдя на просторную улицу, Полкан заметил лучников на крыше, нацелившихся на него. Перед ними стоял улыбающийся Кьяллак, но вид у него был неважный. Шестеро лучников и двое катаджи, которые готовы продолжить грязное дело.

— Теперь всё будет иначе! — крикнул Кьяллак во всю мощь.

Он сильно держался за живот, перебинтованной рукой. Возле него, можно заметить колебания воздуха.

«Что может быть хуже?»

Катаджи свалились с крыш. Две стрелы просвистели мимо ушей полковника. Дауфракцы одолели противников и тут же накинулись на Кьяллака. Тот только рассмеялся, раскачиваясь на месте.

«Это ошибка!»

Вокруг Кьяллака образовалась чёрная тень.

— Кха! — пикнул первый соклановец, когда острая тень проткнула его насквозь.

— А-а! — закричала девушка с проткнутым животом. — А-а… — тут же замолкла, какая-то тень пробила ей голову.

Третий соклановец попытался напасть со спины, как тёмные шипы вырвались наружу, проткнув и его. Тот уже мёртво стоял, будто сторож, наливаясь кровью вместо пота.

— Так и будешь стоять?

Полкан заметил рядом с собой Неоллу с растрёпанным видом. Её чёлка по-прежнему закрывало один глаз.

— Вижу, ты сейчас не в форме, — выговорил Полкан.

— Скажешь тоже! А что с ним будем делать? — она указала на сумасшедшего главаря, который возбуждённо смотрел на них.

«Тёмная магия. К ней нельзя прикасаться».

Полкан сплюнул и выставил перед собой меч.

— Покончим с ним.

Неолле понравились эти слова, и она также стала в стойку. Теперь вряд ли они выйдут отсюда живыми, даже если выйдут победителями.


Исход

Фелгмар прорывался между людьми, расталкивая их в стороны. Ноги у него горели, сам он спотыкался и поскальзывался на обломках зданий; дыхание колотило в груди, глаза болели от света. Затем выбежал на площадь и остановился, словно вышел в безлюдную пустыню.

— Где же ты?

Рассматривая разрывы, каменные борозды и множество трупов, он пытался понять, куда бы Лиара могла пойти. Но вокруг царил только хаос. Вот как выглядела перемешанная земля с плотью: катаджи зажаты камнями, другие раздавлены, из некоторых больших булыжников виднелись мокрые пятна.

Похоронены заживо.

Он услышал мычание — человека под развалинами. Через пару секунд, послышался ужасающий кашель, затем вздохи-выдохи, и затишье. Ужасающая смерть — умереть от недостатка воздуха. Фелгмар старался не прислушиваться к воплям, и от этого становилось только хуже.

«Если я буду на них реагировать, останусь вместе с ними».

Тучи издали слабый гром. Катаджи недалеки от победы.

«Куда же ты убежала, Лиара?»

Небольшая стена от здания рухнула вниз на скопившиеся руины, под ней послышался плач мужчин, и такие же тяжёлые одышки от недостатка воздуха. Фелгмар не мог им помочь, а просто наблюдал. Ужасно, когда ты становишься свидетелем живых мертвецов, которые задыхаются, сам при этом свободно дыша.

Внезапно Фелгмар почувствовал ужасающую боль в груди, наподобие железного наконечника копья, что вонзилось в тело. Он пошатнулся, чуть не упав и приложив руку к куртке, — понял, что она мокрая. Секундой за секундой, на его ладонях выступали синие вены.

— Что? — тяжело прохрипел он.

Он посмотрел на свою руку, что была красного цвета. Но удара не было, никого рядом не было — ни стрелы, ничего… магия? Внезапно всё его тело начало колоть: от груди до ног и до рук.

— Зря ты сюда пришёл, — послышался голос за спиной.

С невероятной тяжестью Фелгмар повернулся на голос, чуть не свалившись на землю. Он сжал окровавленную грудь ещё сильнее. Он узнал этот голос, узнал этого человека, лицо которого было покрыто синими венами, ледяным-мёртвым лицом, одежда окровавлена, раскрывая дыру в груди, но оттуда не сочилась кровь, и сам он стоял, вроде ранения вовсе не было.

— Ты…

Фелгмар попятился назад, из его рта выплеснулась жидкость, после чего свалился на спину. Теперь его взгляд устремился на серые тучи.


Конец

На фоне серых туч появился чёрный силуэт, издавая зычный рёв над головой, затем тварь наткнулась на острие кола, забрызгав чёрной жидкостью одежду и растворилась в воздухе. За ним была ещё одна тварь, которую скосили очередным ударом.

«Те скотины, что были на стенах Альгисти. — Полкан увидел, как у Кьяллака шла кровь со всех надрывных ран. — Он явно готов умереть, так что сейчас он явно опасен».

— Я вас не отпущу, вы все сдохните! — выкрикнул главарь, как перед ним исказился воздух, откуда образовалась четвероногая тварь собачьей формы с раскрытой пастью и оскаленными зубами.

Очередной удар был оглушительным ревом Полкана и чёрной дряни. Раздался треск: меч вонзился в зубы твари, после чего врубился дальше в пасть. Резким взмахом он вытащил лезвие, и чёрная тварь растаяла в воздухе. В этот раз повезло. Однако не стоит полагаться на него вечно.

И он был прав. Как только он отвлёкся, тёмные шипы подобрались к нему и уже готовые сделать удар снизу. Его тело внезапно отскочило назад, чуть не свалившись на спину.

— Чего залип полковник?! — выкрикнула Неолла. — Письмо пришло? — Она крепко держалась за его дряхлую рубашку.

— Скажешь тоже! — каркнул Полкан.

«А ведь я был на волоске. И в который раз уже?!»

Глава 7

 Сделать закладку на этом месте книги

Пронёсся ветер. Шуршания маленьких камней расползались по всей площади. Стейнор ненавидел такую атмосферу. Страдания людей уже не так были слышны, но всё равно оглушительно доносились до ушей. Столбики из камней валялись по очереди, засыпая участки. Разрушения катастрофические, почти половина площади разрушена, к тому же одна из статуй также повалена, захватывая приличный кусок территории.

Стейнор сумел выжить даже при таких разрушениях, даже после Астериона. Он ещё жив, и вдыхал воздух во все лёгкие, пропитанным кровью и хаосом.

Выйдя на более свободную часть площади, где почти не было разрушенных обломков, он застыл на месте, безвольно ослабив хватку на рукояти. Он подошёл ближе и опустился над телом.

Личико Лиары было бледного цвета, с выпуклыми чёрными венами; глаза закрыты, серые губы, одежда покрыта чёрным налётом, а с левой стороны слегка оголена. Видать её одежда, даже при таком материале сгорела. Её волосы простирались на земле и немного закрывала нижнюю часть лица. На правой руке была перчатка, тогда как на левой вовсе отсутствовала, — только потрескавшаяся почва на ладони.

Произошло всё медленно.

Стейнор приподнял её и прижал к себе, ощущая, как что-то изнутри переполняло. Появилась дрожь, только это не похоже на тоску или печаль. Он понял, что сдерживал только одно — ярость, которая начала пожирать его изнутри, и оставалось поддаться ей полностью.

— Теперь ты меня понимаешь, — послышался голос вдали.

Подняв голову, Стейнор заметил его. Кровь тут же ударила в голову, — ярость нашла свою жертву. Дрожь усилилась, да настолько, что сейчас разорвёт тело изнутри.

У Астериона не было верхней одежды. Он был покрыт чёрными венами, грудь была покрыта пульсирующими жилами; кожа слегка покрасневшая, плечо покрыто засохшей кровью, а его левая рука, почерневшая от ожога, а правая крепко сжимала рапиру. Там и намёка нет на повреждение. Стейнор посмотрел на левую руку Лиары.

Теперь всё ясно.

— Всё же… и ты выучил Мардорер, — продолжил Астерион, приподнимая подбородок.

Стейнор снял уцелевшую перчатку с Лиары и натянул на свою правую руку. Маловата, но меч уже не будет скользить. Астерион широко улыбался, наблюдая за своим младшим братцем, пока тот не подошёл и не встал напротив него в шести шагах.

— Это всё из-за Изерни?

— Её больше нет, — Астерион указал на него обгорелой рукой. — Но даже Леокед меня не волнует так сильно, как ты. А после тебя, — вытянул обожжённую руку к загрязнённому небу, — мы защитим Лоидс!

Гром раздался настолько сильно, что аж вздрогнула земля под ногами, а следом за ней вибрирование распространилось по телу. Появились новые грозы, они были совсем иного рода: холодная, смертельная, чёрно-красная дуга разряда — змея, скребущая по облакам. Небо осветила яркая вспышка, за ней закрутились длинные когти молнии по вздутыми тучами, очерняя их тёмными проблесками. Город накрыла тьма. Раскат грома пронёсся по улицам ужасным рокотом под поднимающимся порывом ветра. У Астериона засветились глаза красного цвета. Его волосы стали дыбом, а на его оголённом теле заметны сверкающие отблески разряда. Стейнор сглотнул от напряжения, но не посмел моргнуть, даже при сильном ветре, где песчинки попадали ему в лицо.

Он оказался в самом эпицентре разгрома, откуда не было выхода.

Очередной раскат прокатился по площади, — огромный столб огня, вырвавшийся из свинцовых туч, ударил за спиной Астериона, по Дворцу Игара. Земля затряслась, на площади появился непроглядный смог. Даже ночью не бывает так темно.

Стейнор тут же вгляделся в океаническую скверность. Вспышка. Что-то блеснуло, совсем рядом. Он тут же блокировал удар. Даже с такой паршивой видимостью, можно было узреть нечеловеческий силуэт за растворённым месивом.


* * *

Оглушающий грохот поразил теплящийся город. Люди держались за головы, некоторые из них упали на колени от шума. Полкан раскрыл рот, чтобы давление по сторонам перепонок было одинаковым. Второй выстрел рокота уже не сильно ударил по ушам, однако землю встряхнуло так, что ровно на ногах не устоишь. За ним послышался ужасный треск расколовшегося здания со стороны площади.

Видимо там происходит и похуже самого ада.

Неолла зажала уши ладонями, также слегка приоткрывши рот, но это скорее всего от неожиданности. Её волосы стояли торчком. Разряд в воздухе был слишком велик.

В свою очередь и сам Кьяллак держался за голову. Он что-то выкрикивал толи от боли, то ли от ярости. Вокруг него по-прежнему извивался воздух, даже сильнее предыдущего, да только его проклятая тень на мгновение пропала.

Отличный шанс покончить с ним!

Полкан вдохнул, и с рёвом набросился на него. Тот быстро пришёл в себя и поймал лезвие голой ладонью, усилил хватку и клинок сломался, полетев в неизвестном направлении. Он не позволил Полкану отступить и схватился за его шиворот второй рукой.

— Вот зараза! — прошипел полковник.

Сезари ударил коленом, с трудом вырвавшись от хватки. Руки жутко начали колоть, они были окрашены кровью в чёрный цвет.

Полкан поднял голову на взрывающуюся глотку Кьяллака. Тот влетел на него со всей силой и попытался повалить на землю. Но Полкан всё-таки маг земли и имел преимущество в физической подготовке. Протащить его на расстоянии действительно могли немногие.

— Что за!.. — выкрикнул Сезари.

Он чувствовал, словно его пытались душить иглами. Кьяллак нанёс сокрушительный урон в бок, отчего полковник ссутулился. Он уже ожидал и второго удара, пока Неолла не вмешалась. Полкан было уже присоединился к ней, но получил удар с ноги в челюсть и плюхнулся боком на сырую землю. Весь мир стал слишком тёмным. Он заметил Неоллу, отчаянно пытавшуюся попасть клинком по врагу. Он заметил, как воздух был захвачен темнотой. Снова смог. Пытаясь подняться на ноги, он заметил свою окровавленную одежду в чёрной влаге.

Так вот что такое тёмная магия.


* * *

Астерион заискрился и Стейнор смог увидеть его в проклятой чуме, — его следующую атаку. Руки испарялись кровавым паром. Зато меч не скользил, хоть это радует.

Снова выпад противника. Они скрестили мечи. Стейнору только не хватало почувствовать ужасающую боль в плече, на которой была обгоревшая рука, не слишком похожа на человеческую. Вместо пальцев были острые когти.

— Агх! — завопил он, и оттолкнул ногой. Стиснул зубы, изо рта исходил болезненный стон. Подумывал, что везение явно не на его стороне, по крайней мере — не в этом мире.

Астерион снова вне зоны видимости.

— Это ещё не всё, — издался голос из смога.

— Заткнись!

Сжав отличный меч, Стейнор немного приободрился. Но такой прилив сил надолго не хватит. Он начал оглядываться по сторонам, ожидая следующего наскока из тьмы. Одно хорошо — глаза вроде начинали привыкать к такому.

Главное продержаться ещё минуту. Его волоски на предплечьях стойко выровнялись, приятно распространяя мурашки по телу, но колючая боль слишком велика, чтобы расслабиться, не считая злости внутри. Горло перехватывало от всех чувств, что может испытывать человек — и это единственное, что как-то придавало ему силы в незнакомом мире.

Тучи накалились электричеством. Секунда, и они обрушились на него. Стейнор стремительно оказался в другом месте. Астерион ждал этого.

Парирование. Блок. Вновь парирование.

Стейнор держал дистанцию, после чего резко отошёл на приличное расстояние и ударил в воздух дугой, создав белый слэш. Астериона это заставило на несколько секунд остановиться. Новая молния, расколовшись красным огнём ударила прямо по дисперсу, что его тело исказилось в воздухе, отчего появились несколько отражений на месте. Повезло увернуться от удара.

Звук гулким эхом распространился по площади, оставляя за собой запах серы и гари. В ушах зазвенел раздражительный писк.

Главное не выронить меч.

Астерион не дал ему время на передышку. Зрение успело увидеть тело врага: его тень, его форма, человек? Удар вошёл в молоко, и с рывком, Стейнор оказался у него за спиной.

Замах. Астерион резко развернулся и тот еле успел вовремя отступить.

Этим его уже не возьмёшь.

— Боль… — запыхтел Астерион. — Это ничего.

Он взмахами рапиры накалил воздух искрами. После чего снова столкнулся с клинком Стейнора.

Тот перенёс атаку, как сразу же новый удар. Вновь отражение. Иглы вырывали чёрную кровь из плоти, парящая жидкость из рук усилилась, подавая гнилой запах.

Оттолкнув противника от себя, Стейнор нашёл силы для нового удара.

Астерион поднял эфес на уровень макушки и, расслабив хват пальцами, позволив мечу дисперса упасть диагонально в сторону до уровня ноги, — оружие недруга соскользнул вниз. Стейнор открылся.

Удар снизу — отражение. Рассекающий удар сверху — блок.

Они снова прижались клинками. Руки Стейнора готовы уже отвалиться от исходящей боли; главное, что рукоять не скользило. Стейнор был близок к Астериону. Близок, дабы рассмотреть новые черты лица Астериона, покрытыми чёрными полосами и его красные глаза, — сама кожа с угольными конечностями, что отражало упитанную жестокость.

Стейнор тут же отступил, не дав чумной руке дотянуться до себя.

— Проклятье! — произнёс он, хватая грязный воздух.

Он с последними силами встал в подвешенную стойку. Над ним проревел очередной рокот. Само несчастье дышало над его головой.

Теперь никуда не денешься.

Стейнор бывал в опасных местах, намного хуже. Видел самых опасных людей, которые были лишены почти всей гуманности. Но Астерион видимо лишился и всей человечности, какая у него была раньше. А раньше было всё иначе, — было проще и даже весело. Пока он не умер от его руки, а точнее выжил после него. И это злит.

— Я чувствую твой страх, твою злость, — Астерион немного засмеялся. — А самое главное — твоё отчаяние. Я позабочусь об этом, обо всём, о чем ты сожалеешь.


* * *

Однажды ты выживаешь на поле битвы. Можно выжить, когда ты слишком яростно дерёшься и другие стараются держаться от тебя подальше, можно выжить, когда сам держишься от опасных врагов. Умереть на месте довольно затруднительно, в основном гораздо чаще воины истекали кровью. Выжить в бою, в большей степени идёт на везение, но и оно когда-нибудь заканчивается.

Но только не сейчас. Сейчас за него нужно ухватиться, как можно сильнее.

— Ухгр, — прорычал Полкан.

Силы были на пределе, оставалось лишь землю обнимать. Неолла отползала от главаря, мучительно стоная. Она вся была покрыта испаряющей чёрной кровью.

«И это разве ветеран Лоидса, который выигрывал битвы в Гвиренте, одолевал сарвилдцев и брал города? Неужто меня победил жалкий соклановец? — Полкан бы рассмеялся, если были у него силы. — Мила бы сказала, что за это не нужно волноваться — что положение, долг, да вообще вся ответственность воинского дела — не стоят выше собственной жизни. Соклановские нравоучения. И похоже, этих нравоучений мне и не хватает».

Земля задрожала после громыхания, н


убрать рекламу






а секунду отбеливая землю вспышкой. Вдали уже виднелись зажжённые факела людей, которые старались держаться подальше от этого проклятого места. Секундой назад смог был довольно сильным, как вновь он начал рассасываться.

Неолла встала, но не во весь рост. Полностью боли она сопротивляться не могла. Кьяллак хоть и выглядел уставшим, но дышал абсолютно спокойно в отличие от неё.

«А ведь Неолла — соклановец. Она продолжает стоять на ногах, не то что я. — Наконец мышцы на лице начали шевелиться. — Она на пределе, а враг её — нет. Мне и самому отдышаться нужно. — Наконец нашлись силы, чтобы стиснуть зубы. — Отдышаться ещё успею, но только не в данный момент, в морге лучшее место».

Наконец он почувствовал лёгкую дрожь от земли. Его пальцы, руки, ноги запульсировали от напряжения. С этими силами, Полкан начал подниматься. Кьяллак только сильнее сморщился, а Неолла похоже начинала посмеиваться.

«Следующая остановка — в морге».


* * *

— А-а! — завопил синиэл, когда его удар пришёлся в пустоту. Его подбородок вскочил вверх, слюна брызнула изо рта, и он ощутил твёрдый песок под собой, испустив последний осознанный выдох.

Воин сжимал рукоять деревянного меча, продолжал наблюдать за побеждённым соперником, выжидая от него последующих шагов — второго дыхания.

Ничего подобного не произошло. Синиэл продолжал считать овечек. Даже самое яркое солнце не способно разбудить человека от такого удара. Сторонники оттащили его тело.

По площадке эхом раздался хлопок. Это была хрупкая женщина в одежде алхимика, которую когда-то носили ещё в столице, но потом это стало вовсе не обязательным одеянием. Рядом с ней стоял мужчина с длинной бородой, его руки даже издалека казались слишком крепкими. На его лице не было никакой радости и даже намёка на улыбку, в отличие от его приятельницы.

Победитель не слишком отреагировал на алхимика и на выкрики других синиэлов, и тем более на хмурого мужика. Он встал на прежнее место.

Тренировочная площадка не слишком большая, её заполняли только синиэлы, женщина с напарником и профессиональный воин — он же победитель. Осталось теперь выбрать нужного ученика-соперника.

— Ты. Вы двое. И ты. Становитесь! — указал он на место драки.

Те не слишком были уверены. Но показать свои навыки мечом, давало им вдохновение, тем более их четверо, а значит будет легче. Подтянув ремни, они подхватили учебные мечи, после чего встали напротив бойца.

У самого бойца была заметна лёгкая ухмылка. Нечестная драка его только сильнее взбадривала. Синиэлы, которых он вызвал на бой, старались выглядеть серьёзно. Его впечатляла их устойчивая походка, — выбрал самых умелых противников. Ему же лучше.

Ощущение победы и радости у бойца не улетучилось. Другие синиэлы начали переговариваться: все глядели, как их товарищи вышли на песок тренировочной площадки.

Ученики какое-то время перешептывались, обговаривая тактику над профессионалом. Тот не был против и ожидал, когда они уже будут готовы.

Наконец они встали в боевую стойку. Теперь их деревянные мечи — боевое оружие. Даже оно может сойти за оружие в настоящих битвах, достаточно лишь попасть по голове или в висок — и уже будет маленькая победа.

Двое ринулись вперёд, издавая боевой клич. Накинутся на противника толпой — легчайший способ его одолеть. Но профессионал принял первый удар, как второго он удачно оттолкнул ногой. Остальные двое обошли со стороны. Боец зарядил лбом переднего — тот свалился. Меч бойца скользнула вверх, а голова пригнулась.

Сторонники ахнули от увиденного, такое действительно не каждый день увидишь. Удар бойца пришёлся в меч одного синиэла — заблокировал его удар. Из мечей полетели щепки. Второй удар пришёлся в его руку, но боец даже и не думал ослаблять хватку рукояти. Как только синиэлы успели опомниться, боец резко встал и начал крутить деревяшку у себя над головой: первый удар — синиэл заорал от боли, закрыл лицо и начал отползать, второй принял удар боком, отчего скрючился и также начал отползать подальше.

Боец остановился пред последним учеником. Тот только что поднялся на ноги после пинка. Осознав, что он остался один, просто выронил меч из рук и проигравши поднял руки. Но боец так не подумал, резко приблизился к нему, ударил под ножку и тот плюхнулся в песок за своими приятелями.

— Думаешь, что противник пожалеет тебя, когда ты ему поднимешь руки? Ты только больше дашь повод по себе ударить!

Снова хлопок от женщины. Хмурый мужик продолжал наблюдать безо всяких эмоций.

Боец выпрямился и поглядел на остальных учеников.

— Кто желает продолжать обучение?

Ученики сами согласились стать опытными воинами, но теперь они так не думали. Или так думал опытный боец.

— Позвольте мне! — выкрикнул из толпы один парень.

Хмурый мужик поднял бровь.

Сторонники посмотрели на него и вовсе не узнали. Он выглядел слишком молодо для синиэла. Его точно сюда не приглашали.

— Ты слишком молодо выглядишь среди учеников, — сказал боец.

— И это должно мне помешать?

— Верно. Так что боя не будет…

— А что, если будет?! — внезапно выкрикнул хмурый мужик.

Женщина вздрогнула, когда боец повернулся к ним.

— Я понимаю, что он слишком глуп. Но ты разве не знаешь мои методы обучения? Вроде наглядно всё было здесь показано.

— Если он так глуп, Готар, — он заинтригованно посмотрел на глупца, — пусть тогда отвечает за это. Всё равно рано или поздно придётся за это отвечать, не так ли, Йодис? — Локтём ткнул ей в бок.

— А я уж думала, что моя мудрость никому не пригодится, — она широко улыбнулась, показывая свои тридцать два зуба. Она посмотрела на глупца: — Раз он здесь, почему бы не дать ему шанс?

Готар только фыркнул и встал на прежнее место.

Синиэлы начали посмеиваться над глупцом. Тот только просовывался между их плечами. Один перегородил ему дорогу, после чего глупец грубо прошёл через него, ударив плечом. Синиэл был уже готов начать с ним драку, как…

— Хватит! — гаркнул Готар, отчего тот провокатор успел только дрогнуть.

Теперь у него новый соперник, моложе предыдущих. Придётся и его проучить. Чем быстрее и раньше, тем лучше.

Молодой парень взял тренировочный меч и начал неуклюже махать им в воздухе. Синиэлы тут же попадали со смеху над его техникой. Йодис улыбнулась. Стоявший рядом с ней мужик перестал хмурится. Но некоторые синиэлы так и не оправдали свои способности и не-способности.

Испробовав меч, глупец встал в стойку: меч поднят на уровне подбородка, выравнивая клинок почти горизонтально — выглядывал из лезвия, словно из окна. Очень необычная стойка.

Осталось понять только одно: притворяется или нет.

— Вы только посмотрите, как он стоит, — будто сильно в туалет захотел! — выкрикнул один из синиэлов.

Они тут же разразились смехом, но этот смех быстро утих.

— Тогда начнём, — проговорил Готар и встал в среднюю стойку, выпрямив перед собой деревянный меч.

Это можно закончить быстро. Чем короче урок — тем он лучше запоминается.

Боец стремительно рванулся на противника. Глупец отреагировал: его острие меча тут же посмотрело на недруга, Готар в последний момент успел приостановиться. Глупец сделал выпад, и бойцу пришлось сделать несколько шагов назад, — увернулся.

Соперник открылся после выпада. Боец атаковал, но парень тут же отбил его ударом снизу. Молодец тут же провернулся на месте. Нужно защищать корпус! Удар. И тут же встали против друг друга.

Готар почувствовал боль не в районе корпуса — а в ноге, накатываясь волной. Он не выдал боль, но этот парень скорее всего знает, что он ощущал. Готар начал уже понимать. Он изначально не целился в корпус и его удар пришёлся не в плоть, а в кость. Метко!

Удар с обманкой — одно из самых эффективных методов боя. Пока враг не привык к тебе, отлично можно этим воспользоваться. Если провести трюк не удалось, тогда враг становится ещё более опасным для тебя, как Готар в этот момент.

Но всё же ему удалось снизить бдительность, хоть и ненамного.

Синиэлы раскрыли рот от удивления. И ни один из них не посмел нарушить кладбищенскую тишину. Мужчина улыбался, а алхимик Йодис была в небольшом изумлении.

Проиграть подростку уж слишком унизительно.

— Хорошая драка, — сказал Готар, — но теперь она закончится в один удар.

Парень только нахмурил брови.

Воин сделал резкий шаг, его меч был сзади — готовый нанести контрольный удар. Парень тут же поставил блок, и почувствовал что-то неладное.

Время для него на несколько секунд замедлилось. Удар Готара уже достиг его меча и разломал на две части, оставляя за собой белую полосу пыли и щепки от дерева.

Магия.

Одним ударом сломать меч и лишить противника контроля — отличный, но подлый ход.

Парнишка с невероятной скоростью упал на одно колено. Удар бойца просвистел мимо уха — уже маленькая победа. Сжимая рукоять сломанного меча, он приблизился к противнику — нанести критический удар эфесом в живот. Вот и всё!

Готар растворился в воздухе, оставляя за собой лёгкий туман. Парень осознал слишком поздно, как острие меча ударил его в спину и вдавил в песок. Он даже не почувствовал удара. Понял только, когда песок натёр ему лицо.

Вот уже пронзила боль в спине.

Профессиональный боец победил. Его меч зажимал тыл, не давая шанса продолжить тренировку. После такого удара, необязательно уже зажимать побеждённого. Готар думал иначе, ведь боль в ноге ему говорило совсем другое.

— Нечестно, — прохрипел парень, еле поворачивая голову.

— А в бою никогда не будет честно. — Готар отстранился от него: — Фехтование — это боевое искусство, частью которого является защита и уклонение от ударов, а не просто банальное нападение в надежде поразить своего врага.

Синиэлы по-прежнему сохраняли тишину. Готар привёл их в чувство, когда повернулся к ним:

— На сегодня тренировка окончена! — И вместе с ними начал покидать площадку.

Сломанный деревянный меч оставался в крепких объятиях пальцев. Парень присел, опершись на деревянную стенку и начал осматривать своё никчёмное оружие.

— Неплохо дерёшься, — послышался женский голос.

Он лениво посмотрел на её улыбчивое лицо.

— Это не помогло, я всё равно проиграл.

— Зато бой завершился не одним ударом.

И то верно. Ведь противник хотел завершить только одним. Может, это и есть маленькая победа в поражении.

— На самом деле, я думал, что ты тут же повалишься вниз, как другие синиэлы, — сказал мужик, — но ты не то что смог отразить удары, да и сам нанёс удар, самому Готару.

Он похлопал в свои ладони.

Парень посмотрел на щепки сломанного оружия. Этим уже вряд ли нанесёшь удар.

— Что, если я сделаю тебе самый крепкий меч? — спросил мужчина с долгой интонацией.

— Меч? — удивился парень.

— Не думаю, что этим можно одолевать врагов, — его улыбка стала ещё шире. — Я Фаэрил — кузнец, а это Йодис — алхимик.

— Приятно познакомиться, — подтвердила женщина.

— Стейнор, — ответил парень.

— Что ж Стейнор, — продолжил Фаэрил, — мы готовы взять тебя с собой, но будет куда сложнее, чем сегодня, и куда сложнее чем предыдущие твои дни. Согласен ли ты пойти с нами?

— Согласен.

— Даже не обдумаешь ничего? Ведь туда куда мы отправимся не будет честных совпадений.

— Бывало и хуже.

Йодис уставилась на чистое небо. На её лице блестел пот, что ручейком скатывался по лицу. Даже в такие жаркие дни, Стейнор готов отправится куда угодно.

— Ну, когда мы отправимся? — спросила она, вытирая лицо тыльной стороной ладони.

— Сегодня. И скажи Готару, что человек уже найден.

Кузнец посмотрел на парнишку. Тот уже стоял на ногах, потирая свою поясницу.

— Кто научил тебя такому стилю?

Стейнор покатал язык во рту:

— Брат.


* * *

Шум слева. Справа. Звяканье клинка теперь послышалось сверху — Стейнор отпрыгнул в сторону.

У него дрожали ноги. Отражать удары становилось всё труднее, а пар из чёрных рук исходил всё отчётливее. Он едва сумел заставить свои руки поставить блок. Подняться на ноги становилось всё сложнее. Это уже не фехтование. Защита и уклонение здесь не поможет. Остаётся банально нападать на врага. Прилив адреналина и ярости начинал угасать, а на их месте оставался только страх.

Дворец Игара разрушен. Площадь почти вся покрыта обломками и трупами. Он только сейчас заметил уцелевшую статую Одольфа, то как статуя Героха заполняла часть площади своими обломками.

Астерион открыто надвигался. Его левая рука была покрыта обгоревшей кожей, а вместо пальцев явно виднелись когти; во второй руке он сжимал рапиру, покрытой чёрной кровью, — кровью Стейнора. Молния раскалилась в воздухе, после чего ударила в статую Одольфа. Полетели груды от бронзы и камней. Второй удар молнии разразился ещё мощнее, расколов статую на несколько кусков, которые начали падать на площадь. Астерион поразил летящие камни слэшем, летевшее на него большими частями. Стейнор же предпочёл сбежать с опасной территории. Послышался рассекающий воздух от лезвия, и ему пришлось снова сойтись в схватке. Перевернувшись в сторону, удар Астериона пришёлся по грунту.

Стейнор повалился спиной, выставив перед собой лезвие — в надежде, что Астерион налетит на него. Подняться силы уже не позволяли, оставалось драться лёжа. Глаза плохо раскрывались, нос тяжело втягивал скверный воздух, руки слабо удерживали рукоять меча, тело покрылось жаром, в горле была засуха; он не почувствовал удара и вообще никакого давление со стороны противника. Чуть привстав, наконец он увидел, что противник ожидал его поднятия.

— Осталось недолго, брат. — Астерион встал в стойку окна. Пристальный взгляд из-под лезвия, что пожирал последние надежды.

Стейнор поглядел на разрушенную площадь и заметил тело Лиары, раскинутую по булыжнику, среди обломков зданий, недр земли, обсыпающую всю территорию. Ярости и страха он не почувствовал, разве что только смирение. Умерев, он отправится за ней, и всеми знакомыми которых знал. Его встретят с пониманием, и скажут: «ты сделал всё что мог». Он посмотрел на брата, с новыми силами прижав рукоять своего меча, сделанным у самых настоящих мастеров. Уж что точно ничего не чувствовал — так это его меч. Видимо Лиара и была такой. Но уже не важно обдумывать это, пора самому спросить у неё.

Стейнор встал на ноги, как бы сделал это живой мертвец.

— В один удар, — сказал он себе под нос.

Астерион продолжал стоять в стойке, высматривая из-под своей рапиры. Стейнор с лёгкой улыбкой на лице направил клинок кверху — средняя стойка.

Оба ринулись на друг друга. Воздух наполнился шумной тишиной — смертью. Ноги будто летели, а дыхание унёс ветер, тучи затрепетали над головой, и вся площадь вместе с её разрушениями превратились в тёмную хмарь.

Затем раздался последний лязг металла.

Глава 8

 Сделать закладку на этом месте книги

Удар.

Боль накатилась волной, раскалывая голову. Из ниоткуда появились маленькие руки, ловившую летящую землю. В глазах протянули ладонь, с помощью которой можно позволить себе подняться на ноги.

Голова теперь будет болеть весь день.

— Слишком рвёшься в битву, Эс, — Астерион ткнул его деревянной палкой в грудь: — Открываешься.

Тот потёр себе голову. Одежда фотсижу на нём так и сидела, даже ничуть не помялась.

— Мне всего лишь нужно подрасти, и тогда я тебе покажу!

— Не спеши взрослеть, увидишь много плохих вещей.

— Леокед уже достаточно показал, — и неохотно отдал тренировочную палку.

Астерион покачал головой.

— Снова ты отца по имени называешь…

— Но не маму.

Тот сложил палки в специальную подставку. Фотсижи тренировались по другую сторону дороги. Они также тренировались фехтовать, пытаясь понять технику, а опытные им громко подсказывали что и как. Леокед всегда говорил, что на свежем воздухе лучше усваиваешь урок.

Астериону он больше всего повторял эти слова, да ещё многое другое. А потом он повторял их своему младшему брату. На удивление тот его понимал, даже в таком малом возрасте. Но увы не всё.

— Тебе ещё нужно подрасти, чтобы понять.

— Я и так всё понимаю! Если бы не мама…

На его плечо упала рука: крепкая и не слишком жёсткая, словно настоящий отец.

— Ты мой брат. И я не позволю никому причинить тебе вред. Посмотри. — Он указал на тренирующихся соклановцев. — Они тоже наши братья, а значит, что также будут тебя защищать, как и ты их.

— Это тебе Леокед сказал?

— Это сказал отец.

Тот никак не отреагировал. Наверное, ещё рано об этом разговаривать.

Младший нехотя убрал руку с плеча и хмуро посмотрел.

— Сам же говорил, что трудности рождает силу.

— Но не тогда, когда тебе восемь лет.

— А потом скажешь: не тогда, когда двадцать?

Астерион выдохнул. Осмотрев тех же фотсижев, и так понятно, что от них тоже будет мало толку. Даже когда они станут сильными. И он заставляет своего младшего брата идти таким же путём — однозначным.

— Продолжим тренировку завтра. И лучше наточи кинжалы для Тареко.

— Неужто я не заслужил больше времени на тренировку?

— Вот скажет Тареко, что ты хорошо поработал, потренируемся подольше.


* * *

Неолла уже не могла сражаться. Она упала на землю, тяжело хватая воздух от борьбы. Её тело, одежда покрыта чернотой, будто опрокинула чернило на себя. Шёл пар. Эта жидкость горячая, но боль не чувствовалась от адреналина. Полкан её прекрасно понимал. Он сам был покрыт этой чумой. Если присмотреться, можно заметить небольшой отлив красной крови.

«И не только крови, — Полкан поднял голову на Кьяллака, тот тоже страдал от тёмной магии. — Испаряется не только она. Силы. Адреналин. Надежда. — Он глянул на Неоллу через плечо. — И даже страх».

— Закончим с этим, полковник, — зарычал Кьяллак, его голос стал намного ниже. За его спиной поднялись тёмные шипы — парящие хвосты, нацелившись на свою жертву.

У Полкана ничего подобного не было, даже самого примитивного клинка. Даже самый обыкновенный кирпич сгодился бы! Но времени на поиски нет. У него было самое опасное оружие — его руки. Голые руки, ладони, пальцы, что превратились в железные кулаки. Теперь он почувствовал матушку-землю.

«Давно пора».

Полкан заревел и обрушился на катаджи. Нависшие хвосты не стали ждать и нахлынули на бегущую фигуру. Они вонзились в руки, в ноги, в ключицы, как в беззащитную игрушку. Кровь вырвалась наружу, она начала ручейком вытекать из дыр, испаряясь наружу. Тело было полностью обездвижено. Полкан засопел от боли. Должно быть он должен издавать вопли, проклятия или злобный рык, когда шипы вонзались ещё глубже, но новых звуков до сих пор не послышалось.

Кьяллак разразился смехом.

— Долго терпеть будешь, Сезари ди Шоль?

Тот не отвечал, продолжая болезненно пыхтеть.

Кьяллак начал медленно к нему подходить. Его шаг был очень кривым, да настолько, что сам был уже готов броситься на землю. Полкан смотрел в его едва живые глаза, пустые, ровно бутылка алкаша. Он мог уже покончить с ним, вонзив кол прямо в лоб. Но ему было бы этого мало. Он хотел ещё, ещё найти немного веселья — заполнить пустые глаза и опустошённое тёмное сердце — залить их кровью.

«Снова почувствовать жизнь. Но тёмная магия забирает у тебя всё: чувство, заботу, волнение и людей… особенно людей. Подходи ближе, ублюдок!»

Кьяллак был уже не более чем в десяти шагах. С его глаз и тела стекало чернило, руки дрожали всё сильнее. Вряд ли его уже можно назвать человеком.

Зубы заскрипели у Полкана, челюсти ходили в стороны: вправо-влево. Не человек — чудище. Он вспомнил Коробейника, которого встретил в туннеле, его фигуру, его ходьбу. Катаджи сейчас шёл точно так же.

Тот поднял руку, широко растопырив пальцы, несущихся в лицо.

— Ха! — вырвал Полкан.

Его тело зашевелилось, хоть и ненадолго. Он чуть пригнулся, поднял ногу, и всей что было мочи ударил по земле. Снова почва зашевелилась под ногами. Из земли вырвался каменный столб и ударил Кьяллака из-за спины, отчего его тело бросилось на полковника, словно бездушная кукла.

Сезари не разжимал кулаки, и не зря. Одним ударом выбил голову урода, вышибив череп вдаль улицы. Из обезглавленного тела, вырвалась смуглая кровь, забрызгивая всё вокруг. Наверняка сейчас этот урод видит закружившийся мир, разрушенные дома, тела, и проклятые облака.

И после чего его голова смешается с грязью.

— Это тебе за Звенислава! За всех ребят! — выкрикнул Полкан.

Только сейчас он почувствовал всю боль, навалившуюся гигантским валуном на тело, стискивая рёбра и грудь. Его ноги не выдержали такой камень, отчего он упал следом за обезглавленным трупом.

«Снова присоединился к покойникам. Может в этот раз уж точно навсегда? — Его голова была не способна пошевелится, но глаза ещё как-то глядели Он увидел Неоллу. Теперь он почувствовал холодную и одновременно горячую вспышку у себя внутри. — А может я снова вздорю?»


* * *

Стейнор стоял, как мертвец. Его взгляд не отходил от Астериона, выглядящего из своей рапиры.

— В один удар.

Рывок.

Замах сверху. Астерион замахнулся сбоку. Белые клинки неслись на друг друга со свистящим звуком. Кто выдержит удар и правильно заскользит лезвие — тот и нанесёт последний удар. В такой ситуации может быть всё: встречный кулак, подножка, трюк тёмной магии, тот же разряд молнии. Времени не хватит для скольжения, Астерион уже готов ко всему.

Стейнор прикрыл глаза.

Лязг.

Кусочки металла полетели в лицо. Лезвие улетело в сторону, со скоростью стрелы, кувыркавшись и вращаясь. Меч прошёлся по рапире, будто ножницы срезали бумагу. Что произошло?

В мгновении секунды Стейнор тут же пригнулся под руку Астериона и вогнал меч в его грудь по самую рукоять. Раздался последний звук чавканья и ломающихся костей.

Никто из них не проронил ни звука. Две застывшие статуи Никомакхос завершили бой. И победа досталась только одному — живому.

Меч Астериона был сломан. Не хватило стойкости против иридия. Стейнор часто вспоминал тренировки. Всегда пытался быть лучше него. Тогда он был слишком мал, чтобы победить, стать сильнее, и вообще обдумывать и понимать серьёзные вещи.

На его плечо упала рука: крепкая и не слишком жёсткая. Он вспомнил эти дни. Все до единого. Яркие и красочные. Которые уже никогда не будут… по крайней мере с ним.

— Всё же ты заточил клинок, брат, — выдавил Астерион.

Вытащив лезвие из залившей жидкостью груди, кровь брызгами вырвалась наружу. Астерион повалился на спину. Его глаза широко смотрели на сгустившиеся тучи.

Стейнор сглотнул, рассматривая его лицо, ничего не успев понять. Он понимал секундой ранее, что он должен был умереть. Если сильно захотеть жить — можно действительно выжить, но он этого не хотел. Хотели другие. Хотели мертвецы.

— Я даже благодарен тебе… — слабым голосом произнёс Астерион. — …я их скоро всех увижу… и скажу им какой ты молодец. Изерни. Матери. — Он поднял руку к тучам и прикоснулся к падающей капле: — Стейнор…

Младший брат посмотрел за ним — на скопленные тучи, издававшие поочерёдные рокот грома. Капли дождя уже долетели и до его лица, освежая своими холодными уколами. Они уже не побеспокоят Астериона, своей грустью и новым будущим, — миром, который он хотел видеть. Не побеспокоят спокойствием и досадами, жизнью и переживанием. Теперь он среди сотни трупов, которые заполняли этот проклятый город.


Результат

Полкан почувствовал на себе тяжеленный груз падающих с неба крупинок, смывая жирную кровь с тела.

Дождь пошёл.

Он тяжело приподнял голову, осознавая, что он всё-таки дождался этого томительного друга, который смоет этот проклятый день, смоет прежние раны, а может даже и саму жизнь.

«Дождь — это хорошо. Если выживу, точно пойду на пенсию».

Он почувствовал мягкие руки. Неолла медленно и аккуратно приподняла его в сидячее положение. Она пыталась остановить кровотечение, однако дождь лишь мешал этого сделать.

«Видимо, пенсии я так и не увижу. Типичная ситуация для стариков».

— Не умирай! — говорила Неолла. — Прошу, не умирай!

«Её попытки остановить кровь мокрыми тряпками не увенчались успехом. Обычно воинов хоронят там, где они умерли, и это отчасти правильно. Неправильно хранить их далеко от дома. Так уж совпало, что у меня вышло всё правильно».

Неолла набрала в грудь воздух. Она хотела закричать, но только опустила плечи, медленно выдыхая пар. Уже стало холоднее. Полкан давно уже это почувствовал.

— Ты не можешь этого сделать. Так мы не договаривались.

— А я ничего не обещал, — прошипел полковник. Его грудь накалилось пыткой, отчего мучительно закашлял.

— Тогда ради меня.

Он всмотрелся на неё, на её прилепленную чёлку к лицу, на её мокрые глаза. Сам уже готов обнажить слезинку. Мужчины не плачут, а тем более полковники. Жалкая ложь для сильных личностей. Он понимал, что если ей ответит, то разревётся, как маленькая девочка. Но только не перед смертью.

Она провела ладонью по его щеке. Это напомнило ему о когда-то добрых днях, очень давних времён. Смотря на Неоллу, ему становилось так хорошо, и вся боль смывалась ручьями холодной воды.

— Ага, ещё раненный! — вскрикнул парень.

«Ах ты мелкий, такой момент испортить!»

Кричащий аж упал на колени, дабы успеть помочь.

«Тоже молодой. И откуда они только берутся?»

— Вы доктор? — спросила Неолла.

— Алхимик! — ответил парень.

«Это ловушка!»

— Так, нужно оттащить его в сухое место.

— Куда? — спросила Неолла.

— Туда! — парень указал пальцем на уцелевшее здание в нескольких шагах.

— Так там же враги!

— А у них свои раненные есть.

Придётся тащить.

«Главное не умереть по дороге».

Полкана дёрнули вверх на ноги, придерживая его под мышками. Он сильно замычал. Уже падает. Боль ужасная. Ноги, руки, плечи, всё тело. Мир тут же раскрасился сине-белым цветом. Хорошо, что хоть кровь изо рта не вырвалась.

«Это очень плохо. Кровь в глотке заглушила бы мои громкие страдания».

— Ничего, Пол, ещё пару шагов, — подбодряющее произносила Неолла.

Какой ужас. Даже нормального отталкивание ноги нельзя сделать. Его просто несли. Дыхание хлопало в горле, но дождь заглушал этот звук.

«Когда уже это закончится? Дайте мне уже спокойно умереть!»

Выбив дверь ногой, они втащили его во внутрь здания, где располагались катаджи и резамцы. Все мягкие места были заняты. Те, кто мог сражаться схватились за ножны. Выход был и по другую сторону — наружу. Через окна виднелись раненые, их старались закрывать палатками от дождя.

Полкана кинули на свободный твёрдый пол. Лучше бы на мокрую землю, она хотя бы мягкая и приятно прохладная.

— Это же Полкан Сезари ди Шоль! — вскрикнул один из резамцев.

Остальные вздрогнули и нацелились взглядом на трёх чудаков, как резамцы начали переговариваться с другими. Полковник был повержен — распростёрт или даже разлит, как лужа после дождя. Он лениво обшаривал незнакомцев взглядом.

И тут нет сил, дабы разозлится, встать на ноги и показать им чей этот дом. Нет сил, чтобы даже мускулом пошевелить.

Это те резамцы и катаджи, которые не успели выйти на площадь. Те, которые не успели поучаствовать в жестокой резне. Их лица были уставшие не от битвы, а от скопившихся пострадавших резамцев. Наслаждаться битвой видимо желание не пропало, а только усиливалось.

— Это тот из-за которого пали все наши друзья! — рявкнул второй резамец.

— Если вы подойдёте, вынуждена буду защищаться! — выкрикнула Неолла, схватившись за пояс, где болтался влажный кинжал. Её почерневшее тело от тёмной магии, никому угрожающим не показалось.

Алхимик тем временем сорвал мокрую одежду с полковника и начал останавливать кровь.

«Неужто я и в этот раз буду просто наблюдать?»

— Защищаться? Одна? — резамец сжал меч и немного засмеялся: — Нас ведь больше.

— И таких убивала.

— Ну раз так!..

В помещении раздался хлопок в двери, как в проходе стояла чёрная фигура. Она поковыляла к трём чудакам, опираясь на сырую трость, если его можно так назвать. Неолла ещё сильнее насторожилась. Видать драка будет жестокая.

Это была девушка, вся промокшая до нитки.

— Полкан Сезари ди Шоль? — отозвалась та.

— Он, — подтвердил резамец. — Сейчас мы его!..

— Заткнись придурок!

Она подошла ближе опершись на трость, на здоровую ногу. Неолла недоверчиво на неё смотрела, по-прежнему сжимая рукоять оружия.

— Чарси? — выдавил Полкан.

— А я думала, что вы меня не узнаете, полковник, — Чарси улыбнулась. — О, Син, и ты тоже тут?

Алхимик отреагировал лёгким кивком.

— Что это значит? — Неолла сильнее сжала рукоять.

— Не думаю, что схватка решит все проблемы. Сезари ди Шоль однажды навещал Резам, и там мы познакомились, — она ударила тростью по своей ноге, — хоть и не очень удачно. А Син нам помог вытаскивать некоторых ребят из объятия смерти. Его травы нам очень кстати пригодились.

— Так ты нам не враг? — спросила Неолла.

— Уже нет.

— Что? Как нет?! — вскрикнул резамец.

— Мы проиграли, дурень. Астерион мёртв, — вставила Чарси и сурово посмотрела на него.

— И ваш буйный главарь тоже, — добавила Неолла.

— Что? Они?! Это невозможно! — возразил воин.

Чарси кинула взор наружу:

— Посмотри, дождь идёт. Астерион никогда не позволял такую погоду.

Резамец замер. Наконец дошло. Все присутствующие застыли, а потом повесили головы. Неолла также расслабилась, но не слишком.

«Дождь всё смывает — и ненависть и мщение».

Результат один — победа. Не слишком радост


убрать рекламу






ная и не для кого нерадостная. Если что-то и было радостным, так это то, что тот тип, сжимая в руках тяжёлую палицу не понёсся в бой. Такому оружию маленьким кинжальчиком не противостоишь.


Белый сон

Вода лилась по лицу, стекая вниз, капала с подбородка и носа. Дождь, от которого не хотелось прятаться. Он продолжал барабанить по голове, барабанить весь город и по тёплому телу Астериона. Схватившись за голову, чувство крови, которая билась в виске куда-то пропала. Снова потеряна жизнь. Среди мертвецов напрасно её искать, ибо мертвецы показывают лишь смерть.

Громыхание с небес свалилась на город своим взрывом, словно задувающий ветер во все переулки в каждую щель и в каждое убежище, — каждое насекомое успела наполнится рокотом во внешнем мире.

— А-а! — закричав во всю глотку, всё ещё державший себя за голову, он пытался перекричать гневную бурю, что огненными когтями вырывались в небе. В его голове слышалась гулкая гроза, неясная, слишком смутная и слишком далёкая.

Он вспоминал, как Астерион обучал фехтованию, говорил тайные знания, рассказывал смешные истории, а после получил от него удар в грудь. Он вспомнил, когда очутился в крови собственной матери, которая применила Мардорер. Всего за один день всё изменилось слишком быстро и неразборчиво. И как же неудачно всё сложилось тогда.

Холодные капли падали с менее тёмного неба. Тучи в центре площади рассеивались подобно дыму. На лице почувствовалась и тёплая вода, отличающегося от небесной мокрой армии.

Поднявшись на ноги, он медленно направился к Лиаре, к Крови Моира, что являлась опаснейшим оружием, проклятием и человеческой ошибкой. Даже тогда, он не чувствовал от неё угрозы и намёка на хаос. Такое ощущение, будто это мы ей придумали зло.

Утомительно наступая на мокрые следы бойни, он ощущал свежесть воздуха. Дождь смывал вонь, горькую тяжесть убийств и гниль крови.

Ноздри расширялись при тяжёлых вздохах.

Шаг за шагом.

Здесь всё закончилось, оставалось только идти вперёд, ведь больше идти — некуда.

Вдох и выдох.

— Эскесий! — подался звук со спины и шлёпающие шаги по лужам.

Он широко раскрыл глаза. Знакомое, слишком знакомое имя. Мёртвое имя. Повернувшись на оклик, в глазах была заметна Мила. Отреагировав на это имя, он понял, что это имя ещё живое.

Жив ещё.

Повсюду послышалась возня. Воины Лоидса вновь захватывали город. Они были покрыты небольшими плащами, сжимавшие древки алебард. Поодаль от них слышался скрежет колёс и стук от копыт, и повторяющийся топот сапог среди шума падающего моря на землю.

— Эскесий… — выдохнул он, как моментально боль колом пронзила грудь, заставляя его выдохнуть и больше никогда не дышать.

Эскесий сжался обеими руками о место боли. Посмотрел на Лиару и упал на колени. Через сухой кашель он рухнул вперёд. Лицо не успело поймать камень, как Мила чудом успела придержать его.

— Что с тобой?! — простонала она от своей боли.

Его лицо было бледным, как у утопленника, и горячим, как у быка. Он уже не дышал.

— О нет, только не это, — выговорила Мила, заметив у себя на ладонях едва помутневшую воду. Чёрную жидкость.

— Это что-то другое, — послышался голос.

Из воздуха появилась Майрин. Её лицо было также бледное, но чуть живее Эскесия. Одежда её повсюду потрёпанная и рваная, словно её раздирал медведь. Она с огромным интересом рассматривала лежащего дисперса.

— Другое? — подняла голову Мила.

— Что-то похожее на случай с Лиарой, — прошептала она и начала проверять.

— Лиара? — Мила посмотрела на распластанное тело. — Что с ней? — Неуклюжа поднялась и поспешила к телу.

Майрин тяжело прикрыла глаза. Ей сейчас нужно удержать Эсса в этом мире. Для неё показалось что-то очень странным: Эскесий слабо дышал, будто спал.

— Спектральный разрыв? — сама удивилась сказанному.

Мила остолбенела, когда увидела чёрные вены на бледном и холодном лице своей подруги. Её светлые волосы были испачканы кровью смешавшись с мокрой грязью. Мила прислонила её к себе, схватила Лиару за плечи так сильно, словно душу готова ей отдать. Мила не могла больше двигаться, не знала о чём думать, только сильно прижимать к себе. Она чувствовала себя виноватой перед ней, за то, что она покинула её. Мысли и соображения не приходили в голову, кроме удара оттаянных кристаллов по голове. Горячая и холодная вода стекала по лицу до самого подбородка, нехотя расстаться с кожей, смывая за собой всю грязь.


* * *

Темнота. Снова она — безликая и такая приятная. В ней невозможно ничего услышать и увидеть. Но порой даже в самой бездне проявляется небольшой свет. Это кажется чудом, и что такого никогда не могло произойти с кем-либо. Столько людей после битв видели нечто, и почти все никогда не видели света.

И сейчас его также не было.

Погружаясь на дно бесконечного океана, на его дальней поверхности послышался стук. Ещё стук. Постепенно всё превращалось в шум, протягивающий свой гул до самого дна. Гул, который может дотронуться до тебя, стучась холодными прикосновениями.

Небольшое дёрганья от необъятной Пустоты. Внезапно, волной пронёсся голос:

— Подслушивать нехорошо… — глас смешался с собственным эхом, после чего затих.

Барабанный шум продолжал нависать сверху.

— Да я всего лишь хотел сделать предложение… — снова прошёлся голос слева-направо, или справа-налево.

Настигло неприятное чувство.

— Осталось только реализовать…

Если возможно ощутить тьму, то это только холодное его погружение, и сейчас оно охватывало все запутанные мысли.

— Это было круто, научишь меня так?

— Неважно выглядишь… — эти слова заставили слегка улыбнуться.

— Туда, где ты заново родишься!

— Противоядие — это ты сама.

«Я?»

Через веки начал пронзаться ослепительный свет, заполняя чёрный океан снежными лучами. Из этой энергии исходил жар, что заставляло оттаивать неподвижное тело.

За руку схватилась горячая и незнакомая рука. Через мгновения её резко потянуло за собой, в белый мир.

— Лиара!

Неожиданное чувство взлёта, чувство дёрганья конечностей, словно сейчас ты вот-вот разобьёшься. В груди почувствовался ожог, постепенно разливаясь по всему телу, захватывая каждый нерв живыми руками.


* * *

Вскрик во всю глотку.

Проходившие солдаты тут же отреагировали на острый выкрик.

Майрин подняла голову и от увиденного впала в ступор.

Лиара выкрикивала с болью, выплёвывая кислую слюну изо рта и панически дёргалась в конвульсиях. Руки, ноги, тело, всё горело, словно в неё вонзались горячие иглы. Мила обомлела и от страха пыталась удержать её всеми силами, дабы та себе не навредила.

Всё тело было раскалено: энергия заполняла каждую вену, каждый сантиметр мёртвой кожи, восстанавливая онемевшие ткани, — выпуклые вены сменялись на синий цвет, растекаясь реками по всему телу.

Мила была напугана, она изо всех сил держала её.

У Лиары появилась пена на губах. Наконец она начала успокаиваться. Она хотела завалится на бок, но Мила крепко её держала, зажмурив своё покрасневшее личико. Она что-то говорила, но Лиара почти не различала её слов. Только слышала постоянный шум, колотившую землю.

— Это был дождь, — с трудом выдавила Лиара. — Всего лишь дождь, — она подняла свою белую руку, покрытой синими венами, словно следы от удара тока.

Она вдыхала холодный воздух. Такое ощущение, что лёгкие у неё были полностью опустошены.

— Мать честная, я думала ты умерла! — выкрикнула Мила.

— Что произошло?

Мила ослабила хватку:

— Что происходит?! Я… я даже не знаю, что сказать!

Лиара приложила руку ко лбу, пытаясь вспомнить последнее событие.

Синие вены начали медленно исчезать под кожей. Она чувствовала ужасающую слабость, которая тянула в глубокий сон. Лиара вновь осмотрелась, заметила Майрин, сидевшую над чьим-то телом.

Мила опрокинула её руку за шею и с трудом приподняла на ноги. Для её ноги это плохо скажется.

— Прости, но сидеть под дождём не лучший вариант, да? — Улыбчиво проговорила она.

— Стейнор? — заметила Лиара.

— Эскесий жив, но он в коме, — ответила Майрин. — Ему может помочь давняя знакомая, Йодис.

— Эскесий? — Лиара рассмотрела его белое и чистое лицо, как у младенца.

Она посмотрела на выкрики людей в стороне. Фотсижи вытаскивали тело Астериона. Такое же мёртвое лицо, как у Эскесия. Было видно, как дождь смывал кровь из его груди, подобно из разбитой бутылки чернило.

Лиара вспомнила. Как сражалась с ним, как его рука достигла её. А потом… потом темнота.

— Что с нами случилось? — ненадёжно спросила Лиара.

— Ты и Эс пережили спектральный разрыв… — Она потёрла свой подбородок указательным пальцем, а второй рукой приравняла свои липкие волосы. — Это из-за Мардорера. Но об этом потом расскажу.

Лиара снова вгляделась в мёртвого Астериона, будто он до сих пор магнитил её, заволакивал в тёмную и спокойную бездну. До сих пор чувствовалась опасность.

Да только он был уже мёртв.


Быть

Клан Фотсижу. Вновь эти здания и окна, отражающую хмурую погоду. Влажная земля и мягкая почва, что после дождя превратилась в грязь, если не в само болото. Дороги были превращены в борозды от колёс. Благо хоть дождь уже не шёл и люди могли навести порядок, оставаясь сухими.

На кладбище всегда должна присутствовать тишина, мёртвая тишина для мертвецов. Со временем тишина недолго проживёт, как и люди, которые будут здесь похоронены. Аккуратно выстриженные кусты смягчали напряжённую обстановку своими мокрыми ветвями. Лепестки на них уже начали желтеть, пагубно слетая на землю.

Леокед неподвижно сидел на сыром камне напротив небольшой статуи женщины, прижавшего к груди младенца. Холодный ветер пронёсся над могилами. Рядом с ними были и свободные места для их родственников, и были уже вырыты ямы для новых людей. Туда положат умерших, которые погибли в Альгисти. Одиноких, холодных, избавленных от всяких забот и страданий. Ничего, скоро к ним присоединятся другие — ко всем, кто здесь заскучал.

Грядёт нечто больше бури. Хаос. Отчаяние. Новая жизнь, или новая смерть…

Но Леокед бы так не сказал. Больше походило как раз на приближающуюся тишину.

— Снова ты прячешься, — проворчал Леокед.

— Не люблю быть замеченной, — из неоткуда появилась Майрин в чистой одежде фотсижу.

Она сжимала пальцы на руках, смотря на застывшую статую, будто сам человек закован в ней. Даже умирающий человек не достаёт такой жути, ибо привыкла к ним. А вот к неживому или даже никогда не жившему — не выходило.

— Небось, ты уже забыла Беляну? — грустно вымолвил Леокед.

— Не забыла, и видимо не только я, — взгляд Майрин упал на загноившееся цветы. — Синие лоидские клематисы?

— Она любила эти цветы, но они быстро завяли, может быть это из-за дождя?

Вечная загадка, что заставило их немного посидеть в тишине.

Майрин прервала молчание:

— Катаджи возглавлял Кьяллак и Астерион.

— Знаю, — Леокед сильно замычал, как обыкновенный задумчивый старик. — Я подвёл вас, не смог его убить тогда.

— Вы не виноваты. Это всё тёмная магия.

Тот лишь иронично посмеялся.

— Видимо случилось ещё что-то, раз уж ты здесь.

— Это касается Эскесия.

— Астерион, он?..

— Мёртв. И его тело сожгут. Второй предводитель Катаджи также мёртв, его тело перешло к лоидсам.

— А как там Эс?

— В коме.

Леокед со злости замычал, как можно тише. Видать он догадывался почему. Майрин только выдохнула.

— При спектральном разрыве его душа…

— Знаю. — Он быстро встал на ноги. — Видать Мардорер он использовал впервые и не был готов к такому последствию. И мне придётся забрать его с собой, в Регольтию, — к Йодис.


* * *

Лиара вынула голову из бочки наполненной горячей водой. Эта ванная комната не слишком отличалась от Альгисти, что так назойливо напоминало о доме. Её порванная в крови одежда валялась на полу. Новая одежда от фотсижев была в корзине.

Стоя голой перед зеркалом, она всматривалась в своё отражение. Что-то с лицом не так. Может быть глаза или губы, щёки или нос. Она снова промокнула голову и снова посмотрела на ту сторону реальности.

— Я?

Обдумывая происходящее, больше впадала в панику. Катаджи… Лоидсы…. Дисперс. Лиара помассировала своё плечо, ведь недавно там было ранение, а после непонятного пробуждения раны не оказалось.

Она схватилась за голову.

Есть так много способов быть смелыми в этом мире. Иногда храбрость подразумевает положить свою жизнь на что-то большее, а иногда это включает отказ от всего, что когда-либо знал, или от всех, кого любил — ради чего-то большего.

Но иногда это не так. Иногда это не что иное, как стискивание зубов от боли и ежедневная работа, медленный путь к лучшей жизни. И чтобы встать на этот путь, нужно для начала до него дойти.

Лиара схватилась за острый нож, лезвие его тонкое, как бритва. Её не охватывала паника или какая-нибудь никому ненужная жалость. Её тело не изнывало от боли, но внутри она чувствовала, что это обман. Крепко сжала рукоять, твёрдо наблюдая за собой в зеркале. Второй рукой скрутила свои волосы и начала срезать себе косу, затем виски. Немного подправила со стороны, немного с другой. Светлые волосы безжизненно падали вниз, расстилаясь мхом возле ног. Когда-то они были воплощение смысла жизни, некой индивидуальной красоты, олицетворяя перед другими совершенно другой мир. Теперь это всего лишь волосы. Змеиные щупальца, за которые можно было ухватиться и задушить жертву.

Для первого раза вышло кривовато, но разве это сейчас так важно? Будет время всё поправить, иначе вовсе себя потеряешь. Всё, ради себя.

Мир теперь другой, хотя он всегда был другим — кому-то лживым, а кому-то правдивым, а может даже для кого-то истинным. Всегда разный.

Вновь окунувшись, вода забрала плохие мысли за собой.

«Вода всё смывает».

Сложив нужные вещи в мешок, Лиара посмотрела на небольшую комнатку с серыми стенами, что так уютно её окружало. Воспоминание о доме вспыхнуло в памяти. Она вспомнила домашний уют, наполненным таким же воздухом, вспомнила тётю Ирис.

Ритмичный стук вывел её из задумчивости, отчего она поторопилась.

Солнце было за пасмурными облаками, одаривая тусклый свет клану.

— Долго ты, — Майрин смотрела на неё разноцветными глазами, приподняв бровь.

— Да так, вспомнила кое-что.

— Тогда отправляемся.

— Вы так и не сказали куда именно.

— Для начала в Нюр Арем, а дальше посмотрим.

Лиара натянула на себя капюшон, чтобы быть менее приметной для остальных.

— А что будет с Эскесием?

— О, ты так за него волнуешься? — Майрин вызывающе улыбнулась.

— Мне просто интересно, — озадаченно скрестила руки Лиара, наблюдая за людьми пришпоривающих коней.

— Леокед позаботится о нём.

Молодой парень готовил лошадей. Повозка не идеальная и не слишком плохая, как у самих торговцев. Внутри неё были ящики, а сверху накрывала плотная растягивающаяся ткань. Такого даже у торговцев не было заметно.

Парень заметил их и слегка попятился. Он видимо узнал Лиару, даже под капюшоном.

— О, вы уже тут, — проговорил он, приветственно улыбаясь.

— Думаю, вы уже немного знакомы, — добавила Майрин.

— Моё имя Рик, к вашим услугам, — он почтительно поклонился.

Лиара его вспомнила. Это тот засранец, который ворвался к ней в палатку, а потом большими глазами рассматривал её оголённые части тела. Он должен был вызвать отвращение или хотя бы злость, но ничего такого не произошло.

— Лиара Роида да Альгисти, — выговорила она и скрестила руки, дав ему понять, что она помнит.

Тот только сглотнул и тут же ринулся к коням.

— Ты же не умеешь управлять лошадью, так? — спросила Майрин.

— Не умею.

— Ну тогда идём в повозку.

Колёса повозки заскрипели, но не слишком громко, как слышалось это у остальных торговцев. На таком чуде можно и до столицы добраться. Лиара будто в последний раз рассматривала клан Фотсижу. На расстеленные здания вдоль улиц и их тёмные окна, что отражали белые и серые цвета облаков. Люди спешили по делам в разные стороны, точно, как это было в Альгисти.

— Теперь нам придётся научиться обходиться без мягкой постели и привычной тишины, — говорит Майрин, — по пути таких мест будет очень мало, и вскоре ты увидишь, какой болезнью поражена страна.

— В Альгисти насмотрелась.

— Думаешь? Нам предстоит увидеть, как люди выживают из последних сил. А в Альгисти было всего две дороги: жить или умереть.

— И прошлась я по двум дорогам. — Лиара резко повернула к ней голову: — Так, что такое спектральный разрыв?

Майрин прикусила губу, обдумывая, как можно мягче сказать.

— Это разрыв твоей внутренней силы, — она помедлила со словами: — магией. Как знаешь не все люди способны овладеть магией, ибо потому что их душа не излучает необходимую спектральность. Можно сказать, что жизненная энергия, которая придаёт твоему телу новый порыв возможностей. А способность Мардорер разрывает эту спектральность… грубо говоря меняет жизненную энергию местами, и меняет баланс вообще на магическую энергию… для всех людей.

Лиара зажгла в руке слабый жёлтый огонёк. В нём уже не было той синей силы, которая она с большим трудом приобрела. Ощущение слабости, как голодающий без еды.

— И как укрепить эту спектральность?

— Случай, только случай.

Рик с кем-то обменялся словами и их выпустили из клана.

Первый шаг сделан.

Майрин откинулась на сиденье. Дорога длинная, так что всего-то требовалось сидеть или лежать. Она поправила свои тёмные волосы, не слишком длинные, но подлиннее чем у Лиары. Даже для невидимки необходима подготовка. Она достала небольшие пузырьки и лекарственные травы, и при качке умудрялась изготавливать лекарства.

«Или же просто ей заняться нечем, — Лиара также прислонилась спиной к повозке и широко раскрытыми глазами смотрела на сгустившиеся облака. — Посмотрим, что будет».

Лиара поняла, что без магии была бы полностью бесполезной. Её это злило, так что её ногти впились в ладони. Майрин это заметила, но не подала виду. Оказалось, не так важно уметь использовать спектральную энергию — магию…

А что, если магия вовсе пропадёт?

«Хотя бы махать железякой бы научиться, а то и вовсе пропаду. — Лиара прикрыла глаза. — Уже пропадаю, вслед за Эскесием».


Раненые

Всё вокруг было ослепительно ярким и расплывчатым до звенящей боли. Не слишком уютное пробуждение. В коридоре слышались приглушённые шаги и тихие разговоры за стенами. Мила лежала в кровати, полностью раздавлена, её сердце никогда так ещё не стучало — тихо и почти без дыхания — только последние кровавые выкрики боли.

Она с трудом приподнялась на мягкой постели. Больничная палата. Уцелевшее здание в Альгисти. Ужасные дни уже позади жестокой схватки, криков, ударов и отчаявшихся живых. До сих пор об этом думать больно. Мила расправила свои длинные волосы, — вот чем можно заниматься в самые длинные дни. Язык ещё немного болел, но опухоль уже сошла. Оставалось только продолжать лежать в тонком халатике. Радовало, что он хоть не прозрачный.

Мила посмотрела на свою обмотанную ногу. Болит, как адская сволочь! Даже при ударе такой боли не было. Благо хоть ходить уже могла, но запрещено врачами. Это её не устраивало. Немного помассировав своё бедро пальцами, она легонько ступила босыми стопами на пол.

Рядом была обувь и небольшая палка, похожая на трость.

Ходить можно, — разрешила она себе.

«Спасибо Хэймону».

Выйдя из палатки, Мила меньше всего хотела наткнуться на человека в белой одежде. Но это ей не помешает.

Каждый шаг был адски болезненным. Что вообще происходит с ногой, она точно заживает? Скорее всего алхимический эффект отошёл и приходиться познавать горячую реальность среди выбеленных стен, опираясь на деревянную трость. А опираться на здоровую ногу не так уж и легко, как кажется, выбивая ритм по половым плиткам.

В тонкой одежде она заглядывала почти в каждую палату на этом этаже. И в этом месте ранеными были только соклановцы. А нужны лоидсы. Наверняка в такой больнице он где-то здесь.

Из дверей иногда выходили врачи, как всегда на ногах и в суетливой спешке. За теми стенами слышались приглушённые крики. Раненые. Те, кто выжил. Калеки, которые уже не будут жить прежней жизнью.

«Кажется мне ещё повезло с ногой. Если бы не Син, наверняка я бы лишилась ноги. Жаль, что невозможно помочь всем».

А вот и самый настоящий, коварный враг — лестница.

«Придётся терпеть».

Придерживаясь за перила, сжимая трость, уж куда это оказалось нелёгким делом. Нога заныла, начала умолять её остановиться.

Но нет, только не сегодня!

— Эй, а ты куда? — наткнулась на женщину в белом халате.

— Мне нужно… — начала Мила.

— Сама еле ходишь, а ну-ка быстро обратно в палату! И тебе вообще-то туда нельзя.

— Никуда я не пойду!

— Если ты ищешь кого-то, то всё равно тебе сюда нельзя, увы, таковы правила.

Мила улыбнулась. Та не разделила её реакцию.

— Вообще-то, я и вправду кого-то ищу… а знаешь кого?

Самое быстрое сражение произошло здесь, в Альгисти. Пережить схватку с катаджи с их внезапным нападением, что с большой лёгкостью можно было остаться на поле боя навсегда. Первое нападение было самым мощным и вероятно непредвиденным даже для соклановцев. Получить ранение в ногу лучше, чем получить ранение в голову. Последнее чаще всего приводить к летальному исходу. Но и излишнее использование магии тоже не лучше, особенно когда внутри тебя всё рвётся и выворачивает наружу.

И так ещё всю жизнь прожить нужно.

А вот и нужная дверь. Мила нажала на ручку, после чего клацнула и отперла деревянную дверь. С трудом зайдя во внутрь, она явно не ожидала увидеть такое. Полкан с трудом сидел на кровати и безуспешно надевал тапочки. Его тело почти везде было перебинтовано, лишая удобного передвижения. Он обомлел, когда заметил обомлевшую Милу пред собой, — наверное, родные.

— Ты… ты что делаешь? — возмутилась Мила, пытаясь нахмурить своё лицо до ходящего ужаса.

— Я… это…

— А ну быстро ложись! — Мила проковыляла к нему и силой загнала обратно в постель. — Куда ты это собрался, ты же похож на мумию, которая до свадьбы не дожила. Тебе лежать нужно!

Полкан постанывая лёг на спину. На него накатилась волна боли по всему телу, словно снова его ранили, и снова он ощутил озноб на шее. Через несколько секунд боль унялась. Хоть он и выжил, но вряд ли случилось что-то хорошее в этом мире. Но сейчас его волновало другое.

— Что ты тут делаешь? И почему ты чуть-ли не голая? — пробормотал Полкан.

— Тебя вообще-то навещаю. А одежду мне ещё не принесли.

Мила аккуратно присела на кровать. Полковник прохрипел — заполнил лёгкие медицинским запахом, поморщился от боли в рёбрах, попытался поудобнее лечь навзничь.

— Ты разве не в Фотсижу должна быть?

— Майрин запретила, — она пальцами провела по перебинтованным рукам, боясь больно надавить. — Что с тобой произошло? Впервые вижу тебя таким раненым.

— Из меня просто выбили дерьмо, — Полкан шмыгнул носом. — Вижу и ты побывала в передряге.

— С ногой всё в порядке.

— В порядке? А что если бы с тобой что-нибудь случилось?

— Не случилось, мне Син помог.

— Доктор который?

— Алхимик.

Полкан слабо хохотнул, и тут же заболело лицо и тело.

— А я думал, что я один такой беспомощный.

— Думай о чём-то другом, — Мила спокойно выдохнула, когда убедилась, что все бинты завязаны как положено.

Полкан обратил внимание на её обеспокоенное лицо. Ему сразу же вспомнился тот случай.

— Тогда, на площади… я думал, что потерял тебя… я бы никогда не простил бы себе. Ай, больно!

— Я знала на что иду! — Мила ещё раз нажала на перебинтованную руку.

— Ай! Ну хватит.

— Ты разве не привык к боли?

— К боли не привыкнешь.

Мила пристально посмотрела на него.

— Откуда ты узнал про Лиару?

— Сначала не мог понять, что нужно было катаджи. Не мог понять почему они сразу пошли на Альгисти.

— Думаешь за ней?

— Проверил старые архивы, и как раз наткнулся на имя твоей подруги, — Полкан немного поправился на кровати. — К тому же Лиара очень похожа на Дею. Я сначала не заметил из-за твоих тех капризов.

— Теперь ты её не достанешь. Её забрала Майрин.

— Думаешь это к лучшему?

Мила нахмурилась:

— Конечно.

— А ты знаешь, что Лиара дочь Элджота?

Мила почувствовала слабый удар тока в груди, отчего глаза увидели проблеск света. Спокойно вздохнула и отвела взгляд на белую стену, не зная, что ответить. Если бы не он, тогда бы и мама была жива, но всё произошло, как произошло. Но месть ничего не принесла, если только не забрала ещё больше.

Полкан продолжает:

— Кровь Моира нельзя допустить чьим-либо рукам. Тогда в Катаджи я убил Дею, чтобы Дисперс её не забрали. Поверь я знаю, что так было лучше, и Леокед знает.

Мила сжала пальцы в кулаки.

— Да ты просто мстил, — она посмотрела ему в глаза: — Разве тебе стало легче?

— Легче вряд ли когда-нибудь будет.

— Как и Лиаре.

— Дисперс наверняка знают всю правду, так что…

— Не так что! Я видела её в тот день, её глаза вовсе были другими. Думаешь я буду её ненавидеть если её отец козёл?! — Она привстала. — Или может ей стоит и меня ненавидеть?

Полкан открыл рот от неожиданности, будто из саркофага вылез. Он не проронил ни слова. Просто смотрел страдающими глазами на дочь.

Мила вновь присела на кушетку, положила палку на колени.

— Я не хочу, чтобы ты охотился за ней. Не надо, — она покачала своей головой, тщательно обдумывая свои мысли. — Разве можно убивать человека, потому что он родился другим? — Повернула к нему голову: — Майрин же сможет помочь ей?

— Может и сможет.

— Не очень убедительно сказано.

— Может быть. Я бы по крайней мере не пытался бы помочь. Но если Дисперс получит её, Лоидс приобретёт слишком большую силу, даже для них самих. Разве одна жизнь стоит жизни миллионов?

— Разные выходы есть на белом фоне, просто белую дверь сложнее заметить.

— Хех, так бы сказал Леокед.

Мила вновь прикоснулась к его рукам, проверяя замотанные бинты.

— А если бы ты тоже погиб… вслед за мамой… — Она подняла опечаленную голову. — Можешь не отвечать, я ведь сама подвергаюсь опасностям. Но ты научил меня привыкать к ним.

— Мила…

Скрип двери. В палату зашла женщина с чёлкой на половину лица. У неё были перебинтованные руки и пальцы, на плече подплечная сумочка. Дауфраковская одежда, имеющая знак серого волка, выделялась ярче всего. Лицо гостя обомлело, бровь приподнялась выше виска. Явно не ожидала такого.

Мила также приподняла бровь.

— Видно, я что-то не знаю, — прищурилась Мила. Отец только хлопнул веками. — И видимо, ты мне потом всё объяснишь?

Он снова хлопнул веками.

Мила облокотилась о трость и поковыляла к выходу. Её очень не радовало, что она сейчас снова встретится со ступеньками. Благо, что хоть спускаться придётся. Лестница вновь примет поражение!

— Предпочитаешь молоденьких? — заговорила Неолла, продолжая хмурится.

— Она моя дочь.

— Честно, я не знала, как она выглядит.

Неолла подошла к столику и начала выкладывать из сумочки яблоки. Раскрыв чистую тряпку, она начала разрезать их ножом.

— Ты откуда их достала?

— Торговцы, Пол, торговцы. А вообще-то — это очень полезно.

— Скажешь тоже.

Неолла подсела к нему на кровать и дала кусочек яблочка, как ребёнку. Это Полкану не слишком нравилось, но что поделать, когда каждое движение превращалось в мгновенную и долгую боль.

— Тебе ещё повезло, что ты жив остался. А вот катаджи и резамцам не слишком повезло. Самых опасных и свирепых вешают. И так будет продолжаться несколько дней, может даже сам увидишь.

Полкан хрустнул яблоком во рту, наслаждаясь кисло-сладким привкусом.

— Пожалуй, лучше отлежусь.

Она улыбнулась, наблюдая за ним.

— Знаешь, кто сейчас занимается администрацией города?

— Нет.

— Сам Этельтиарн Базиль.

— Член Императорского Совета? Не думал, что Илиодор и с ним договорился.


Неподходящий долг

Полкан не собирался отлёживаться в больнице и с трудом вышел на улицу. Теперь он понимал все неудобства трости. Но благо уже легче, как и Миле.

Быстро всё меняется.

Прекрасный город, который построен благими руками, было уже не узнать. Даже если половина разрушена врагами — в большой степени и он сам — всё равно скоро будет восстановлен. Люди повсюду перебегали, перенося различные тяжести в руках: камни, дерево, обломки. Их одежда полностью покрыта пылью, повезло им, что броню разрешили снять.

«И так всегда. Только без гражданских».

Некоторые вот только-только потушили огонь в зданиях, где будет ещё долго горячо. Солдаты носили воду, заливали горячие места. Другие группы собирали обломки и вытаскивали трупы из-под них, а еще и некоторых живых.

«Быстро административная жизнь наладилась. Неудивительно от администратора Совета. Скорее всего люди успели унести с собой архивы до катаджи: кто кому должен, откуда что брать, кто кому поставляет товары».

На местах парков были завалены обгоревшими трупами, другие участки завалены мусором, до большинства деревьев пожар не дошёл, но ветки надломлены, а в водоёмах скопилась грязь и кровь, превращая их в гадкое болото. По другую сторону здания уже не слишком разрушены, но сильно с обугленными стенами.

А если пойти к площади, то там наверняка много народа перебирают обломки и вытаскивают людей. Там, где Полкан обрушил всю мощь на катаджи и резамцев.

Южная часть Альгисти поглотило разрушение, — искалеченная земля, что так строили Одольф и Герох.

Если бы видел


убрать рекламу






Илиодор, что произошло с городом.

Полкан остановился у одного разрушенного здания. На крышах ещё были люди, которые выносили трупы. Один из них чуть не споткнулся.

«И пришлось бы его хоронить смертью храбрых».

Сезари провёл пальцы по шраму на своём лице. Как раз от прошлого, давнего упавшего обломка. Только где это произошло? В Фене? Кувене? А может быть в Каргасте? Тогда он точно не думал, где находился, пытаясь найти свою голову на плечах.

Даже такому старику, разукрашенным новыми шрамами, сможет понравиться женщинам. Особенно Неолле.

Почесав свой затылок, он задумался. Неужто он не заслужил отдых, маленькой пенсии и внуков на коленях? Ведь такая работа сильно утомляет.

«И быстро убивает».

— Сезари ди Шоль!

Полковник повернулся, опираясь на трость; заживающие раны всё ещё болели и пронизали острой болью по телу. К нему подошёл, как сам алхимик Син. Одежда у него слишком чистая для работы на улицах.

— Мне сказали вы покинули палату.

— Верно, — подтвердил Полкан.

— Вы понимаете, что вам нужно вернуться?

— Я уже привык.

— Даже когда привыкли, лучше лежать.

Сезари недовольно фыркнул. Он свыкся осматривать разрушенные города, вдыхать вонючий воздух сожжённых трупов, и к безымянным могилам над которыми проходили жрецы. После всего пережитого, так просто не отлежишься.

— Я ещё немного прогуляюсь, — Полкан продолжил идти в направлении улиц.

Син последовал за ним, словно нянька.

Трупы были покрыты тряпками, уже готовыми к земле или к огню. Несколько всадников проскакали по широкой дороги, наблюдая за порядком.

«Или до сих пор ищут кого убить».

Пройдя несколько сотен шагов, Полкан обнаружил, что здесь вокруг уже не было развалин — только один мусор. Видать убирать эти осколки стекла и расколотых щепок никому не интересно.

От зданий к зданию перебегали солдаты. Спасают кого-то? Или просто мародёрством занимаются? Через улицу, другие солдаты были в очень грязных одеждах и даже опаленных. В руках у них были специальные инструменты, почти как у шахтёров. Лица перемазаны и прикрыты тряпками. У некоторых из них виднелись перевязки на руках и на ногах.

«А вот и настоящие герои — спасатели. Видать много людей из руин вытащили, а сейчас отдыхать идут. Наблюдая за ними можно вдохновиться за свою страну. Да только она в полном дерьме».

— Син, скольким катаджам ты помог при ранениях?

— Где-то дюжину. В большей части я вытаскивал именно лоидсов из-под обломков.

«Хорошо спасать жизни… это тяжелее чем губить».

По улицам начало распространяться эхо голосов. Полкан тут же направился туда.

Солдаты сгрудились в толпе, но не слишком много. Они смотрели на эшафот, где стояли палачи и один крикливый глашатай, зачитывая имена осуждённых. Катаджи стояли чуть пригибаясь, глядя вниз с натянутой верёвкой вокруг шеи.

«Чёрные мешки уже не в моде?»

— …вы приговариваетесь к смерти через повешение!

Палач дёрнул рычаг. Трое катаджи с ужасом глянули на толпу и резко полетели вниз. Кряц. Двое трупов сломали шеи, третья начала мельтешить ногами. Девушка двадцати лет с глубочайшим ужасом смотрела на хмурые лица. Белая пена начала вырываться из её рта, а затем хриплый и почти свободный голос, отчего исходило жуткое мычание. Через пятнадцать-двадцать секунд она успокоилась.

«Даже последнего слова не дадут сказать? Видимо Базиль применяет слишком жестокие методы казни».

Син с трудом сдерживался, смотря на неё. Полкан заметил его испуганное лицо, хотя тот старался этого не выдавать.

«Тот, кто спасает, не может смотреть на тех, кого убивают».

— Тебе не обязательно на это смотреть, — произнёс Полкан.

— Но вы ведь смотрите, — выдавил из себя Син.

Палачи начали снимать трупы. Те, кто сверху, начали смотреть в списки и измерять длину верёвок. Один из них что-то кричал второму — что-то по поводу короткого подбора.

«Не правильно посчитали длину веревки для несправедливо осуждённых людей, чтобы побыстрее даровать безболезненный покой».

На эшафот выставили новых жертв с чёрными мешками на голове.

«А вот и наши мешки. Видимо здесь идёт всё вверх дном. Удивительно, что висельники не полетели вверх».

С одной сняли мешок с головы. Глашатай начал зачитывать из своего свитка.

— Ликлин Нилла. Родилась в Лоидсе, в деревне Братигерн. В катаджи более двадцати лет. Обвинена в жестоких пытках солдат Лоидса и в сжигании людей заживо.

На лице у неё читалась ненависть. Неудивительно, что её приговорили к повешению, таких лучше сразу убивать. Её схватили под мышки и поставили на место падения. Палачи накинули верёвку ей на шею и натянули петлю. Один из палачей посмотрел в свои бумаги и взглянул на длину верёвок.

Всё сходиться — должна умереть быстро.

Маску сняли со второго катаджи. Глашатай продолжал говорить.

— Не думал, что люди настолько жестоки, — заговорил Син, — настолько ненасытны, что спокойно смотрят на всё это. Что же учит в нас жестокость?

— Это мы, Люди, — ответил Полкан. — Мы, даём другим чёрную метку, и мы же сами её забираем «забираем чёрную жизнь». Ничто не учит жестокости лучше, чем реальность… Реальность, которую мы скрываем от этих же Людей, дабы они себе глотки не перегрызли. — Полкан посмотрел на взволнованное лицо юного алхимика. — А тот, кто верит в ложь грызёт не меньше глоток, чем тот, кто верит в правду.

Второго катаджи также приготовили на месте падения, вслед за Ликлин. Его вздёрнули, дабы убедиться в правильной растянутой верёвке.

Солдаты так и смотрели на них. Они почти ничего не говорили, а просто наблюдали за казнью их врагов. Может оно и должно требовать такой благоговейной тишины.

«Впрочем, как оно всегда бывает. Виновный должен быть наказан».

С третьей жертвы сняли мешок. Ещё одна девушка, по телосложению моложе предыдущих катадж. Её волосы закрывали лицо, видать палачи не сильно старались показать её солдатам. Глашатай придавил пальцами своё горло и немного откашлялся.

— Анисия Маринлия. Родилась в Лоидсе, в городе Альгисти. В катаджи состоит с рождения. Обвинена в…

— Анисия Маринлия?! — дёрнул Полкана Син.

— Да, это её имя.

У Сина выпучились глаза, наподобие жабы. Лицо покраснело от напряжения. Полкану такое не слишком понравилось.

— Спасите её! — крикнул он.

«Что он сказал?»

— Что сделать?

— Спасите её, умоляю!

— Я не могу, ведь…

Син не удержался на ногах. Полкан еле успел подхватить бедного парнишку. Боль тут же прошлась по телу. Это он должен был надеяться, что его падающего подхватят.

— Эй, чего стоишь, рот открыл? Помоги! — крикнул он солдату.

Несколько человек подбежали на помощь.

«Он сказал её спасти? Ведь я правильно услышал?»

Полкан посмотрел на эшафот. Трое трупов ровно стояли на предназначенных местах. Палач уже готов дёрнуть рычаг, а глашатай готовый прекратить последний выкрик.

— …вы приговариваетесь к смерти через повешение!

Последние их взгляды в лицо смерти.

Кряц.

Может быть смерть и можно смыть, но дождь сейчас не шёл.


убрать рекламу












На главную » Федотов Никита » Белый силуэт .

Close