Панкратов Владимир Владимирович. Сигма читать онлайн

A- A A+ Белый фон Книжный фон Черный фон

На главную » Панкратов Владимир Владимирович » Сигма.





Читать онлайн Сигма. Владимирович Панкратов Владимир.

"Золотая серия" основана в 2006 году.

Оформление серии В. Панкратов


Обложка. Автор идеи, дизайн В. Панкратов


На обложке фрагмент интерьера Калининградского кафедрального собора (В. Панкратов).


Сигма. Собрание ошибок и заблуждений. Сборник текстов автора за период 1998 – 2018 из коллекции Сигма (https://syg.ma). В. Панкратов. – Москва: 2019. – 373 с.


Обсценная лексика.

Категория 18+


© Владимир Панкратов. Оформление. 2019.

© Владимир Панкратов. 2019.


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ К ТЕКСТУ И. КУНИЦЫНА «АНГОЛЬСКИЙ ДНЕВНИК»

https://syg.ma/@v-pankratov/vmiesto-priedisloviia-k-tiekstu-i-kunitsyna-angholskii-dnievnik


Весна, конец мая. После (или вместо) уроков мы вчетвером гоняли мяч с местными. С ними-то и возник конфликт. Невысокий мужичок лет 25 с голым торсом попер буром, наметанным глазом выцепив из нас самого слабого — Ваньку.

Длинный и тощий, чуть выше моих 185 сантиметров, Куницын не умел драться, и был обречен. Все, в том числе и он сам, прекрасно это понимали. Единственный вопрос состоял в том, сколько он сумеет продержаться — минуту или меньше.

До сих пор помню свои тогдашние мысли и чувства — смесь досады, недоумения и еще чего-то от понимания неправильности происходящего. Де-факто мы могли и должны были помочь своему товарищу, а де-юре не имели права. Оставалось стоять и смотреть, как из него будут делать котлету. Неприятное ощущение.

Я подобрал с земли валявшуюся половину грязного кирпича и подошел к мужику: — Имей в виду, я следующий. Он осмотрел меня с головы до ног и сказал: — Брось кирпич. Я покачал головой и отошел в сторону, освобождая поляну. Кирпич — не нож, мужик не мог отказать.

Поединщики пошли по большому кругу, постепенно уменьшая радиус. Имея преимущество в росте, Ванька пару раз махнул рукой, чтобы достать мужика на дальней дистанции. Назвать это ударами было нельзя. Однако мне показалось, что его противник подрастерял свою уверенность. Боевой настрой у него несколько спал. Что послужило тому причиной — не знаю.

Тем не менее, он собрался и ринулся в ближний бой. Так получилось, что именно в этот момент Ванька махнул рукой в третий раз и этим единственным касанием покарябал ему нос. Из ссадины на коже показалась капля крови.

— До первой крови, до первой крови! — с удивившей меня поспешностью объявил мужик и прекратил поединок. В качестве предварительного условия первая кровь как основание к прекращению драки не оговаривалась, однако мы с облегчением вздохнули. Мужик взял свою рубашку и скрылся в подворотне. Местные рассосались. Поле боя осталось за нами.

— Я дрался первый раз в жизни, — сказал Ванька. Забросив кирпич в кусты, я хлопнул его по плечу. Победитель счастливо улыбнулся.

В ближайшем магазине мы купили сухого вина и всей компанией поехали на Ленинские горы. Трех бутылок нам тогда хватило.

На четвертом курсе я приехал в Москву и встретил Куницына возле журфака. Он торопился, поэтому на вопрос «как дела» ответил:

— Посмотри в «Смене» очерк «Вариант Никифорова», там все написано.

Материал В. Янелиса «Вариант Никифорова» размещен в приложении к настоящему изданию. «Ангольский дневник» печатается по материалам архивного номера журнала «Алтай», а «Бабочка и вертолет» — по материалам «Литературной газеты». Других Ванькиных текстов мне найти не удалось.

Источник

https://www.e-reading.club/bookreader.php/1056494/Kunicyn_-_Angolskiy_dnevnik._Babochki_i_vertolet.html


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ К СБОРНИКУ В. КРИВОГО «ТРУД — ОСНОВА СУЩЕГО»

https://syg.ma/@v-pankratov/vmiesto-priedisloviia-k-sborniku-v-krivogho-trud-osnova-sushchiegho


Предлагаемые вниманию читателя работы В. Кривого перегружены ссылками, поэтому при написании данного текста позволю себе отказаться от такого способа форматирования. Однако при необходимости смогу в любое время дня и ночи предоставить заинтересованным лицам необходимую информацию, подтверждающую сведения, которыми планирую поделиться.

Итак, душа не выдержала, когда я впервые взял в руки Трудовой кодекс РФ, вступивший в силу в 2004 году от Рождества Христова. В одной из его статей разработчики черным по белому записали, что сторонами (участниками) трудовых отношений являются работодатель и работник. Другие статьи этого раздела также демонстрировали полное непонимание авторами кодекса основ теории права.

Подготовленная мною развернутая статья о субъектах трудового права была опубликована в журнале «Закон». Пару раз удалось высказаться на эту тему, участвуя в конференциях МГЮА (тогда еще не им. О.Е. Кутафина) и юрфака МГУ (уже им. М.В. Ломоносова), а в монографии «Право охраны труда. Краткий курс. Общая часть» (ЗАО «Издательство образование», 2005. — 304 с.) изложить теоретические основы трудового права. В скобках замечу, что понятие «труд» Трудовой кодекс РФ по каким-то причинам не раскрывает.

Юридическая общественность молчанием встретила эти попытки привести трудовое право в соответствие с парадигмами современного трудо- и правопонимания. По данным РИНЦ (Российский индекс научного цитирования) указанные работы имеют нулевые показатели.

Однако усилия не пропали даром. Представители великих правовых школ Москвы и Санкт-Петербурга переписали свои учебники!

В них работодатель и работник теперь именуются субъектами (участниками) трудового договора, а не субъектами трудового правоотношения. Причем, без объяснения причин, почему раньше именовались, а теперь нет. Так Пьеха, отказавшись от наследия Броневицкого, перепела все свои песни на новый лад, а Макаревич, как ни в чем не бывало, перепел опусы «Машины времени» с «Ансамблем креольского танго».

В. Кривой учебников, слава Богу, не писал, поэтому переписывать ему ничего не пришлось. Как и всем, ему просто понравилось дышать свежим воздухом чистой теории права. Как и все, он расправил плечи и уверенно пошел этой дорогой, но быстро уперся в стену.

Надо полагать, потому, что под рукой оказались не те первоисточники. Первоисточники, которые не могут объяснить разницу между сущностью права и его содержанием. Ни он сам, ни его товарищи по цеху, не цитируют Корельского, Малько, Мартышина, Матузова, Перевалова, Поленину и др. О зарубежных теоретиках (Кельзен, Сабо) и не говорю. Так что заоблачные показатели РИНЦ перечисленным авторам обеспечивает другая целевая аудитория.

В стену В. Кривой уперся вместе со всеми, но в отличие от других, преодолеть препятствие решил, воспользовавшись теорией божественного происхождения права.

Это действительно, снимает многие вопросы. Но не все. Например, такой — Господь наделил нас совокупностью социальных норм, частью которых право, безусловно, является (В. Кривой это признает). Так какое же отличие между правовыми и другими социальными нормами заложил Отец Небесный в свое творение, чтобы юристы и иже с ними на уровне «не убий» — «не укради» смогли отделить зерна от плевел?

Пожелаю В. Кривому в последующих своих разысканиях первому из ныне здравствующих специалистов трудового права найти ответ на этот вопрос.

Источник

https://e-libra.ru/read/371768-trud-osnova-vsego-suschego-sbornik-statey.html


ОПЕРАТИВНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ

https://syg.ma/@v-pankratov/opierativnyi-ekspierimient


Оперативный эксперимент ничего не нарушает, кроме морально-этических норм. Нет ни одной нормы права, которой бы он противоречил. Такие фокусы практиковали издревле, и при Шерлоке Холмсе и еще раньше. Полиция вправе доставить подозреваемого в отделение для проведения с ним дальнейших процессуальных действий: допрос, выявления причастности гражданина к совершению противоправных действий.

Оперативный эксперимент — это средство психологического воздействия на подозреваемого, но не основание к его задержанию. Нужны самостоятельные доказательства его причастности к преступлению, в том числе и личное признание, которого можно добиться в ходе эксперимента и зафиксировать в протоколе. С такой же целью проводится и перекрестный допрос. Подобные способы психологического воздействия законны и повсеместно используются не только в нашей стране.

Источник

https://www.kommersant.ru/doc/3910295


ОХРАНА ТРУДА В СВЕТЕ НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

https://syg.ma/@v-pankratov/okhrana-truda-v-svietie-niekotorykh-probliem-zakonodatielnogo-riegulirovaniia


Трудовые отношения (или их элементы) присутствуют в гражданском, налоговом, семейном и, конечно же, в праве социального обеспечения, а если брать совсем широко — социальной защиты.

Безусловно, это обстоятельство накладывает свой отпечаток на процесс законодательного регулирования в области трудового права и заставляет обращать пристальное внимание как на понятийный аппарат смежных отраслей, так и на особенности взаимодействия трудового права с этими отраслями.

Рассмотрим некоторые из затронутых аспектов на примере отношений социальной защиты, гражданского и трудового права, а также права охраны труда.

1. Социальная защита и ее формы

Социальная защита — совокупность установленных законом мер, обеспечивающих неприкосновенность прав, свобод и интересов социально уязвимых участников общественных отношений. Социальная защита включает в себя любые меры (экономического, юридического, технического, медицинского, демографического, политического характера). Главное, чтобы эти меры были предусмотрены правовой нормой.

Социальное обеспечение — установленные законом меры, направленные на реализацию конкретной социальной возможности (бесплатные школьные завтраки, детское питание на молочных кухнях, пенсии, пособия и т. п.). Все меры социального" обеспечения являются мерами социальной защиты, но не все меры социальной защиты относятся к мерам социального обеспечения.

Например, налоговые льготы для предприятий, использующих труд инвалидов, являются мерами экономического характера, которыми государство стимулирует работодателей обеспечивать инвалидов работой. К социальному обеспечению они отношения не имеют. К таким же мерам относится, например, и квотирование рабочих мест для несовершеннолетних.

Можно сказать, что социальное обеспечение — одна из форм социальной защиты. В триаде — общее (сущность), частное (содержание) и конкретное (форма) меры социальной защиты и меры социального обеспечения соотносятся друг с другом как категории частного и конкретного.

В свою очередь, социальное обеспечение также существует в нескольких формах, одной из которых является социальное страхование. В качестве примера другой формы социального обеспечения можно назвать адресную социальную помощь. Например, единовременное пособие молодой семье на рождение ребенка, бесплатное питание учащихся 1-4 классов общеобразовательных школ, дотации при оформлении подписки на СМИ для пенсионеров.

В соответствии с распоряжением Премьера Правительства Москвы от 15.03.05 г. № 362-РП инвалиды и участники Великой Отечественной войны, не имеющие квартирного телефона, должны обеспечиваться средствами мобильной телефонной связи.

Как правило, адресная социальная помощь оказывается за счет бюджетов различных уровней, а не из средств специального (страхового) фонда. Более подробно эти вопросы регламентированы Федеральным законом от 17.07.1999 г. № 178-ФЗ (в редакции от 19.12.2004 г.) «О государственной социальной помощи». В данной ситуации уже социальное обеспечение выступает в роли категории частного, а социальное страхование — в роли категории конкретного. Однако диалектический процесс трансформации содержания и формы на этом не останавливается.

Социальное страхование складывается из обязательного пенсионного страхования, страхования от безработицы и некоторых других видов страхования, среди которых следует выделить обязательное социальное страхование «от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Этот вид социального страхования основан непосредственно на отношениях охраны труда. Предметы правового регулирования охраны труда и социального страхования от несчастных случаев в известной степени совпадают [1].

Подобная специфика объясняет отмечаемое в литературе противоречие Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» общим принципам социального страхования [2], но, что очень важно, позволяет рассматривать страхование от несчастных случаев в контексте именно трудоправовой парадигмы охраны труда.

В скобках заметим, что обязательное медицинское страхование не относится к социальному обеспечению, поскольку регулирующие их нормы разнесены по разным статьям Конституции России [3].

2. Интервенция гражданского права

Говоря объективно, Трудовой кодекс РФ не отстоял занимаемых ранее КЗоТом РФ позиций и широко открыл шлюзы гражданскому праву. Так, статьей 11 Трудового кодекса РФ в сфере труда легализован приоритет гражданско-правовых отношений. Трудовые отношения признаются существующими только в том случае, если заинтересованные лица докажут это путем применения специальной процедуры. Если не докажут — приоритет останется за гражданским правом. Значение этой нормы для российского трудового законодательства трудно переоценить.

С другой стороны, статья 232 кодекса закрепила положение, в соответствии с которым сторона трудового договора, причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в порядке, установленном ТК РФ и другими федеральными законами. Под иными федеральными законами в первую очередь имеют в виду Гражданский кодекс РФ. Об этом свидетельствует хотя бы ст. 277 ТК РФ, прямо установившая, что расчет убытков, причиненных виновными действиями руководителя, осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства [4].

Законодательные новеллы получили свое дальнейшее развитие в судебной практике. По мнению Пленума Верховного Суда РФ, если спор возник по поводу неисполнения либо ненадлежащего исполнения условий трудового договора, например, по предоставлению жилого помещения, то, несмотря на то, что эти условия включены в содержание трудового договора, они по своему характеру являются гражданско-правовыми обязательствами работодателя, что сказывается на определении подсудности спора [5].

Развивая эту тенденцию дальше, отметим, что по новому кодексу заработную плату уже невозможно отграничить от вознаграждения по гражданско-правовомудоговору, поскольку таковы формулировки ст. 129 ТК РФ. Следовательно, появились все основания ожидать, что подсудность споров по заработной плате также может быть отнесена к гражданско-правовой сфере, несмотря на то, что заработок — одно из существенных условий трудового договора. Понятно, что изложенное относится не только к нормам, регулирующим заработную плату.

Ждать пришлось не слишком долго. Двумя определениями без номера от 18.03.2005 г. Бабушкинский районный суд г. Москвы прекратил производство по иску Д. к ФГУП «Московский приборный завод» о выдаче трудовой книжки и выплате некоторых сумм в счет компенсации неиспользованного отпуска. В части трудовой книжки суд прекратил производство, т.к. посчитал вопрос решенным ранее в порядке ст. 220 ГПК РФ, а в части выплаты денежных сумм поводом для прекращения избрал факты объявления ответчика банкротом и введения конкурсного производства.

В резолютивной части определения истцу рекомендовано решать вопрос о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в рамках конкурсного производства, т.е. в соответствии с нормами не трудового, а гражданского права.

Дуалистический подход Верховного Суда РФ к оценке предмета трудового спора, зафиксированный в постановлении пленума, получил свое воплощение на практике.

Нельзя не отметить и то обстоятельство, что в результате интервенции гражданского права не ликвидирована, а, наоборот, усугублена конкуренция норм, регламентирующих, например, вопросы возмещения вреда работником своему работодателю.

Если в соответствии с п. 1 ст. 1081 ГК РФ такое возмещение может быть произведено в полном объеме, то в соответствии с ч. 3 ст. 238 ТК РФ работник отвечает лишь в пределах своего месячного заработка.

3. Охрана труда как труднопреодолимый рубеж на пути общей экспансии гражданского права

Охрана труда (подотрасль трудового права) испытала сильное воздействие норм гражданского права, особенно в вопросах возмещения вреда. Результатом, например, явилась ст. 230 ТК РФ, провозгласившая, что в случае грубой неосторожности застрахованного, способствовавшей возникновению или увеличению размера вреда, в акте (о несчастном случае) указывается «степень вины застрахованного в процентах».

Вина — субъективная сторона любого правонарушения (в т.ч. в сфере охраны труда), характеризующая психическое отношение нарушителя к своему деянию и его последствиям. Она может выражаться в форме умысла (прямого или косвенного) либо неосторожности (небрежности или самонадеянности), но никак не в процентах. Возможно, разработчики имели в виду «степень виновности застрахованного», т.е. пределы его ответственности. Впрочем, это смелое предположение. Что имели в виду разработчики этой нормы — не известно.

Подобные несуразности на стыке гражданского права и охраны труда не единичны. По мнению некоторых авторов, материальная ответственность работодателя за вред (увечье, профессиональное заболевание) вообще не нашла в Трудовом кодексе РФ своего надлежащего закрепления, поскольку ст. 184 ТК РФ предусматривает лишь гарантии и компенсации при повреждении здоровья или смерти работника, но не материальную ответственность работодателя.

Положения данной статьи относятся к институту оплаты труда, а не к институту материальной ответственности. В разделе VI «Оплата и нормирование труда» также нет речи о материальной ответственности работодателя, в главе 38 «Материальная ответственность работодателя перед работником» этот вид ответственности тоже отсутствует, тогда как КЗоТ РФ (ст. 159) такую ответственность работодателя предусматривал [6].

Стирание граней между нормами гражданского и трудового права можно назвать стратегической линией дальнейшего развития трудовых отношений на данном этапе, обусловленном курсом государства на выстраивание рыночной структуры общества. Как далеко зайдет этот процесс, сказать сложно.

Теоретически нельзя исключить, что рабочая сила и труд, вопреки требованиям Конвенции МОТ № 143 (1975 г.), будут официально объявлены специфическим видом товара, как, например, электроэнергия, и войдут самостоятельным разделом в Гражданский кодекс РФ.

Однако с реалистичных позиций такой ход развития событий представляется маловероятным. Этого не позволят сделать фундаментальные нормы охраны труда, которые в силу их специфики невозможно целиком втиснуть в гражданско-правовые рамки, несмотря на обилие положений, связанных с возмещением вреда и другими сходными правоотношениями, которые объективно тяготеют к гражданскому праву.

К примеру, упоминавшийся уже Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» почти дословно воспроизводит главу 59 Гражданского кодекса РФ в части возмещения вреда.

Дело в том, что кооптировать нормы трудового права Гражданский кодекс РФ может лишь в той их части, которая относится к частно-правовой (договорной) сфере общественных отношений и на которую, кстати, в значительной степени сориентирован Трудовой кодекс РФ.

В охране труда доминируют нормы публичного права, договорная (частно-правовая) составляющая минимальна, и этот водораздел гражданскому праву, скорее всего, не преодолеть, хотя на полпути к рынку возможны любые сюрпризы, в том числе и в области законотворчества.

4. Старые грабли

Необходимо иметь в виду, что возврат к гражданско-правовым методам регулирования противоречит историческому ходу развития событий. В XIX веке в европейских государствах (Австрии, Венгрии, Германии и др.) трудовой договор изначально представлял собой разновидность гражданско-правового договора о найме услуг.

Это обусловливало возмещение вреда при несчастном случае в рамках договорной ответственности, т.е. ответственность работодателя могла наступить только при наличии его «доброй воли», зафиксированной в договоре. Поскольку ни один работодатель не горел желанием добровольно брать на себя ответственность за травматизм, договорный механизм возмещения вреда не обеспечивал работнику необходимый уровень защищенности.

В попытках преодолеть так называемую «хозяйскую власть» работодателя, юридическая практика постепенно перешла на позиции внедоговорного, т.е. деликтного, механизма возмещения вреда работнику. Суд с учетом вины каждой из сторон трудового договора, мог установить как размер причиненного вреда, так и размер его возмещения, несмотря на то что в трудовом договоре такие условия не оговаривались. Это был шаг вперед в деле защиты прав человека, но и он не полностью удовлетворял общественные интересы.

По некоторым оценкам, примерно 40% несчастных случаев не были связаны ни с виной работника, ни с виной работодателя и не подпадали под механизм безвиновной ответственности последнего как владельца источника повышенной опасности. Эти случаи тяжким бременем ложились на общество.

Иными словами, в 40% случаев методы гражданско-правового регулирования при возмещении вреда были бессильны, общество содержало пострадавших за счет средств бюджета разных уровней, т.е. за счет налогов, имеющих ярко выраженный публично-правовой характер.

Придя к выводу, что работник стабильно подвержен риску получения травмы, который нельзя полностью исключить профилактическими мероприятиями, теория стала рассматривать несчастный случай с работником при отсутствии вины сторон трудового договора в качестве явления, подобного поломке оборудования. Бороться с травматизмом стали путем страхования, включая расходы на него в себестоимость продукции.

Порядок возмещения причиненного вреда изменился, он уже определялся не индивидуальным договором между работником и работодателем и не судом в условиях деликта, а законом, установившим единые для всех стандарты, невзирая на территориальную или отраслевую принадлежность субъектов правового регулирования.

Включился публично-правовой механизм. От гражданско-правовых принципов пришлось отказаться. Право пострадавшего на возмещение вреда на основе договорной или деликтной обязанности конкретного лица объективно трансформировалось в право на социальное обеспечение [7].

Как это происходило во времени и пространстве, видно из следующей таблицы.

Таблица 1. Введение общегосударственных социальных программ в некоторых государствах Европы и США [8] (не приводится)

Как уже отмечалось, право на возмещение вреда, полученного в результате «несчастного случая на производстве», реализуется в русле трудоправовой парадигмы охраны труда. Поэтому даже частичный перевод трудовых отношений на заржавленные гражданско-правовые рельсы следует рассматривать как явление регрессное, понижающее уровень реальной защищенности работающих, особенно в сфере охраны труда.

5. Наука охраны труда и необходимость рокировки

К сожалению, указанные обстоятельства не всегда учитываются. С 1993 г. юридическая наука все больше и больше скатывается на позиции комментатора действующего законодательства, фетишизации и восхваления практики без выхода за красные флажки, расставленные испеченными порой на скорую руку нормативными актами. В известной степени такое положение обусловлено законодательством о государственной службе и некоторыми статусными законами, в соответствии с которыми чиновники могут совмещать свою работу с научной, преподавательской и иной творческой деятельностью.

В результате высшие коллегиальные органы некоторых субъектов законодательной инициативы по рангу своих участников порой напоминают научные или диссертационные советы, составу которых может позавидовать иной ВУЗ. Плюсы такого положения очевидны.

Оборотной стороной является обретение той или иной отраслью права невиданного административного ресурса, который широко используется заинтересованными лицами, чтобы обеспечить быструю победу любой скороспелой идеи без ее глубокой проработки, в обход научной дискуссии. Достаточно сказать, что к концу 2004 г. в последний Бюджетный кодекс РФ поправки вносились больше 20, в Уголовный кодекс РФ — более 30, а в обе части Налогового кодекса РФ — более 60 раз, и это, не считая количества самих поправок, если под ними понимать изменение конкретных норм.

Не избежал подобной участи и Трудовой кодекс РФ. Только Федеральным законом от 22.08.2004 г. № 122-ФЗ изменения внесены в 37 его статей. Массированные поправки подготовлены к внесению в ТК РФ и в настоящее время.

Обеспечив реализацию своих идей в виде конкретных нормативных актов, эти же чиновники, но уже в качестве профессорско-преподавательского состава, несут свои идеи в массы, т.е. студентам и аспирантам высших учебных заведений. Они же пишут многочисленные комментарии к «своим» законам. Результатом подобного подхода является субъект-объектная монологическая модель подачи материала, комментарии при которой формируются как препарированная упрощенная вариация соответствующего юридического текста на основе некритического воспроизведения сформулированных в нем положений.

Используя терминологию А.Л. Лебедевой, можно сказать, что на практике это в лучшем случае адекватная, а чаще искаженная почти до неузнаваемости примитивизацией какого-нибудь «пытливого ума» ретрансляция законотворческой идеи, которая до этого уже подверглась значительному искажению со стороны законодателей при воплощении в конкретный нормативный акт [9].

В этом смысле наука охраны труда являет собой типичный пример ведомого, послушно следующего в кильватере законодательного процесса. При этом все понимают, что несчастные случаи происходят не только на производстве, но и в непроизводственной сфере; что отсутствие документа не может быть частным случаем его наличия; что «нет» не может включать в себя «да» [10].

Не вызывает никакого сомнения тот факт, что это положение должно быть изменено. Охране труда следует, наконец, стряхнуть с себя паутину «научной усталости» [11] и занять свое достойное место как в научном, так и в законотворческом процессе, чтобы смотреть на мир и познавать его самостоятельно, а не только через призму нормативных актов высшей юридической силы.

Панкратов В.В., начальник отдела кадров Федерального арбитражного суда Московского округа

Сноски

[1] См., например: ст.ст. 2, 184, 210, 212, 219, 227, 228, 230 TК РФ.

[2] Ковалевский СМ. Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве. Правовые аспекты. М.: Анкил, 2004. С 102-103.

[3] См.: Постановление Конституционного суда РФ от 23.12.1999 г. № 18-п.

[4] Указанная точка зрения не является общепринятой. Например, в Заключении кафедры трудового права и права социального обеспечения МГIOА на учебное пособие «Охрана труда. Краткий курс» 2004 г. изд., подготовленное авторским коллективом под научной редакцией к.ю.н. Тарло Е.Г., утверждается, что в ст. 232 Трудового кодекса РФ под «другими федеральными законами» понимаются не ГК РФ, а Федеральные законы «О связи», «О наркотических средствах и психотропных веществах», etc. По мнению авторов «Заключения» о Гражданском кодексе РФ в «данном случае» не может быть и речи.

[5] См.: п. I постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

[6] См.: Лебедев Р. Испытательный срок для Трудового кодекса РФ. Российская юстиция. 2002. № 8.

[7] Подробнее см.: Ковалевский С.М. Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве. Правовые аспекты. М.: Анкил, 2004. С 7-17.

[8] Таблица из книги Холостова Е.И. Социальная политика. М., 2000. С 84. Обращает на себя внимание отставание США, которые развернулись в нужном направлении только после Великой депрессии (Прим. автора).

[9] Подробнее см.: Лебедева О.П. Педагогическая риторика и современные образовательные технологии / / Вестник ГИУ. Серия «Гуманитарные науки». 2003. № 1. С 61.

[10] Белов В.А. Содержание и осуществление прав акционеров, приобретенных после так называемого закрытия реестра // 3аконодательство. 2004. № 12. С 8.

[11] Формулировка И.А. Покровского, данная им в работе «Основные проблемы права». М., 1998. С 39.

Источник

Научные труды. Российская академия юридических наук. Выпуск 6. В трех томах. Том 3. М.: Издательская группа «Юрист», 2006, — 1098 с. Стр. 119-124.


О КОНТРАПУНКТЕ В ПОЭЗИИ

https://syg.ma/@v-pankratov/o-kontrapunktie-v-poezii


Не могу вспомнить прозаического произведения, не имеющего названия (анекдоты и пр. в расчет не беру). В поэзии, однако, это явление встречается сплошь и рядом. За исключением, может быть, эпиграмм, это верный признак слабого, как минимум, незаконченного произведения.

Название (заголовок) — сущность, конкретизированная в содержании рифмованного текста, своеобразный контрапункт сюжета и смысла. Есть прекрасные бессюжетные стихотворения В. Хлебникова и другая «заумь», где отсутствие названия лишь усиливает впечатление от прочитанного, и


убрать рекламу


бо каждый читатель может дать (и дает) его самостоятельно, причем, все варианты будут «правильными», настолько прекрасно абстрактным является содержание.

В моем варианте, например, строки А. Крученых — дыр — бул — щыл — убеш — щур — скум — имеют название «Лингвохромосома», ибо вместе с первыми словами человечества (по Н. Марру), такими, как — сал — бер — йон — рош — закручиваются (в моем, естественно, представлении) в одну нуклеопротеидную структуру носителя наследственной информации лингвистического моногенеза.

Естественно, что у других читателей и исследователей поэта (И. Терентьев, Н. Богомолов и др.) несколько иное, не менее чудесное, восприятие. К сожалению, текст А. Крученых — исключение, подтверждающее правило.

Можно предположить, что «преднамеренная затемненность смысла» таких, к примеру, авторов, как И. Жданов, А. Еременко и др. поэтов этого ряда нарочно заставляет их оставлять свои стихи лишенными контрапункта. Однако если взглянуть на репортаж (отчет, воспоминание участника) о творческой встрече с этими поэтами, то И. Жданов, в основном, читает на публике свои озаглавленные тексты, а взять в руки его книгу — таковых стихов меньшинство.

Чувствуя, что гештальт не завершен, но, не понимая причины этого, некоторые авторы интуитивно объединяют обезглавленные тексты в циклы. Иногда это спасает ситуацию, но никогда до конца.

Если когда-нибудь мне доведется быть составителем поэтического сборника, обезглавленных текстов вы в нем не найдете (при условии, что у автора ничего никому не говорящая фамилия). Если фамилия поэта известна (знаменита) составителям сборника его стихов такой ерундой, о которой я сейчас говорю, можно не заморачиваться.

И, тем не менее, название сборника, название цикла и название стихотворения в совокупности обладают наивысшей пробивной силой (при условии, что удачно подобраны и работают на выполнение одной задачи).

Название сборника пробивает защитный слой безразличия, заставляет взять книжку в руки, чтобы ознакомиться с библиографической карточкой и содержанием. Название цикла обеспечивает пробуждение интереса к заявленной теме, а название стихотворения мотивирует прочтение его текста.

Дело за малым, с помощью текста донести до читателя все заложенные в нем смыслы, если таковые имеются.

Источник:

Цитатник Pankra https://syg.ma/@v-pankratov/tsitatnik-pankra


ПОЕЗДКА В ПИТЕР И ОБРАТНО

https://syg.ma/@v-pankratov/poiezdka-v-pitier-i-obratno


компакт-поэма джаз-панк-рок

Мои часы вчера сломались,

мои часы с тех пор стоят,

не знаю, где мы так надрались,

но помню, пили все подряд.

Мой циферблат лишился стрелок,

мне вряди починить его,

я помню, как мы сняли девок

в расчете две на одного.

Очнулся в поезде, в вагоне,

где спал на досках без белья,

видать, сюда после погони

меня пристроили друзья.

Смотрю и сам себе не верю,

(Господь, храни судьбу мою!)

в стекле зеркальном возле двери

свое лицо не узнаю.

Костюм измят и сильно вытерт,

в башке гудит, как в проводах,

да, эту VIP-поездку в Питер

я не забуду никогда!

Как хорошо было вначале,

как славно начинался день,

мы были в Корюшке, в Причале,

потом направились в Мишень.

Назавтра посетили Бочку,

где в хлопьях пены волгла соль,

потом обычную пивточку,

а ближе к ночи — Петрополь.

Тот бар поныне знаменит,

тем, что поили нас в кредит.

Там бросил якорь на три дня,

пока народ искал меня.

Подсняв девиц, торчал в Севане,

спустил все деньги до копья,

но на продавленном диване

провел с одной остаток дня.

Был кофеюшник у Прибоя

и тесный, грязный столовняк,

где мой приятель с перепоя

последний потерял трояк.

Вечерний Лондон я покинул,

приняв для стойкости на грудь,

в тот раз к ночному магазину

лежал мой испрямленный путь.

На берегу реки Смоленки

пил косорыловку взахлеб,

так, что содрал себе коленки,

пока до Гавани догреб.

И там три дня не просыхал,

пока народ меня искал.

И где был вскоре обнаружен

у сточных вод огромной Лужи,

взят потихоньку на буксир,

и увезен попить кефир.

Так в окруженье странных морд

покинул я торговый Порт.

Был в Лукоморье, во Фрегате,

был в рюмочной и в поплавке,

а вечером, совсем некстати,

портвейн пил в парадняке.

Налившись этою отравой,

пошел домой и, наконец,

с большою пьяною оравой

к утру попал в Псковской дворец.

Косая линия безлюдна,

здесь время странное текло,

непосвященным людям трудно

понять, что нас туда влекло.

Похоже, вру напропалую,

что в оправданье мне сказать? –

всем скептикам рекомендую

проверку с Балтики начать.

P. S. The scull bones are not damaged to the finger’s touch.

Источник:

В.В. Панкратов. Поездка в Питер и обратно. Собрание сочинений рифмованной прозы. Селекция. Изд. «Новая юстиция» — Москва. : 2006. — 50 с.


ПОСЛЕДНИЙ ПРОКУРОР БАБУШКИНСКОГО РАЙОНА

https://syg.ma/@v-pankratov/posliednii-prokuror-babushkinskogho-raiona


— Владимир Владимирович, в этом году прокуратура Бабушкинского района стала именоваться межрайонной. Какие изменения в Вашей работе произошли со сменой названия?

— Прежнее наименование перестало соответствовать новому территориальному делению. Бабушкинского района больше нет. Мы стали работать в границах административных округов города Москвы. Опытный адвокат мог обжаловать арест, исходя из того, что я дал санкцию по преступлению, совершенному на территории, которая формально не находится под моей юрисдикцией. Новое название дает нам полномочия функционировать в рамках административного округа.

— Как Вы оцениваете сегодняшнюю ситуацию с правонарушениями?

— Количество правонарушений увеличилось, это видно каждому. Все структуры власти и рядовые граждане жаждут одного: побыстрее с ними справиться. Но совершенное беззаконие не должно порождать нового беззакония. Особенно это относится к так называемым самозахватам.

Если автомобилисты на захваченных территориях самоуправно возводят гаражи, это не означает, что власть должна подогнать бульдозер и их снести. Наша задача — призвать нарушителей к порядку законными способами, все спорные вопросы решать цивилизованным путем.

В текущем году мы направили много исков по гаражам и автостоянкам в суд. Все иски удовлетворены. Обычно судебное разбирательство по такому делу занимает 2-3, максимум 4 месяца. Понимаю, что долго, но по-другому нельзя.

— Расскажите о самом интересном деле года.

— Я расскажу о самом новогоднем деле. Этим летом исполняющий обязанности Московского государственного открытого университета (бывший ВЗПИ) распорядился прекратить удержание бухгалтерией профсоюзных взносов в безналичной форме из зарплаты сотрудников — членов профсоюза, хотя это было предусмотрено коллективным договором, заключенным между коллективом работников и администрацией университета.

В результате за полгода на расчетный счет профсоюза не поступило ни рубля. Сотрудники остались без материальной помощи, без путевок в санатории и дома отдыха, а их дети — без каникулярного отдыха в оздоровительных лагерях и без традиционных подарков и поздравлений к Новому году.

За нарушение прав профсоюза исполняющий обязанности ректора МГОУ В. Бейлин привлечен к уголовной ответственности по статьям 137 и 138 УК РСФСР. Дело направлено для рассмотрения в Бабушкинский районный народный суд, который, в отличие от нас, своего названия не изменил.

— А сейчас над чем работаете или над «кем»?

— Сейчас на нас обрушилась лавина так называемых квартирных дел, связанных с незаконной приватизацией и продажей жилплощади. Сплошь и рядом объектом преступного посягательства становятся разведенные алкоголики, а точнее, их квартиры. Таких людей преднамеренно вводят в состояние запоя, потом резко прекращают выдачу «дозы» и принуждают к приватизации и продаже квартиры.

Находятся нотариальные конторы, которые оформляют такие операции, сплошь и рядом нарушающие права несовершеннолетних детей. Люди сами не понимают, как их дети оказываются на улице. У меня пачка писем возмущенных нотариусов в ответ на мои представления о необходимости при регистрации сделок с собственностью соблюдать жилищные права ребенка, даже в том случае, если его отец хронический алкоголик.

На ситуацию прокурор реагирует не только представлениями в адрес некомпетентных нотариусов. Для привлечения мошенников к ответственности мы возбуждаем уголовные дела, а для восстановления нарушенного права обращаемся с исками в суд. В истекающем году заявлено более 50 таких исков. Часть из них рассмотрена, все удовлетворены. Ни один нотариус (заявленный как третье лицо по делу) в суд не явился.

Есть дела и пострашнее. Широко разрекламированная организация «Хелп» брала одиноких пожилых людей на полное обеспечение в обмен на завещанную жилплощадь. Многие клиенты благотворителей таинственным образом исчезали. Некоторые из них были найдены убитыми в лесополосе за МКАДом.

Сейчас арестованы исполнители и организатор этих преступлений Н. Курдин, бывший судебный пристав Кировского районного суда г. Москвы. Расследование продолжается.

— Владимир Владимирович, как прокуроры проводят новогоднюю ночь?

— Стараемся провести ее в семейном кругу, за праздничным столом.

— А экстренных дел в эту ночь не бывает?

— Практически нет, все начинается утром, после трех часов.

Источник

Московская окраина № 21 (60) декабрь 1993 г.

доп. «Время новостей» № 146 17 августа 2004 г. «Судьба проректора. Бывший глава МГОУ не хочет возвращаться в российскую тюрьму». https://www.vremya.ru/2004/146/51/105321.html


ПЕРВЫЙ ИНСПЕКТОР ТРУДА МОСКВЫ

https://syg.ma/@v-pankratov/piervyi-inspiektor-truda-moskvy


— Владимир Владимирович, государственная инспекция труда по Москве создана несколько позже, чем во многих субъектах Российской Федерации, Чем это вызвано?

— Действительно, кажется странным, что столица заимела контрольно-надзорный орган, образованный указом Президента еще в первом полугодии 1994 года, почти одной из последних среди субъектов Российской Федерации. Но для этого были причины.

В соответствие с положением о Рострудинспекции кандидатуры руководителей государственных инспекций труда согласовываются с главами субъектов Российской Федерации.

В Москве такие переговоры шли несколько месяцев. Видимо, Правительство Москвы и руководители Рострудинспекции никак не могли прийти к общему решению. В конечном счете, остановились на моей кандидатуре.

Вообще подобрать юриста с практическим опытом на маленький оклад, и я это отчетливо понимаю, было трудно. «Мэтры» пытаются устроиться так, чтобы прилично зарабатывать, особо при этом не выкладываясь, и не нести большой ответственности.

Я согласился, в том числе потому, что в условиях, когда один из руководителей страны объявляет государство «ночным сторожем», а столичный начальник предлагает легализовать взятки и упразднить прокуратуру, нужно было помочь людям с иной точкой зрения. Тем более, что юридическое дело люблю, ответственности не боюсь — привык в прокуратуре.

Трудно подбирали руководителя, но еще сложнее шло комплектование штатов. Если у начальника оклад маленький, то у его подчиненных он еще меньше. Вначале к нам пришли только те люди, которые считали надзор и контроль в области трудовых прав граждан делом своей жизни. Они считали эту работу важной и нужной не только для себя, но и для общества. И таких людей к нам пришло несколько десятков. Это костяк нашей инспекции, на которых я в любой момент могу положиться, они не подведут в самой сложной ситуации.

Сейчас у нас одинаково мощные по своим полномочиям правовая инспекция и инспекция по охране труда. Общий штат московской инспекции 200 человек Мы — юридическое лицо, у нас своя бухгалтерия, отдел кадров, и хозяйственное обеспечение. Но штаты укомплектованы еще не полностью.

Если с государственными инспекторами по охране труда вопрос решается удовлетворительно, сюда перешли люди из профсоюзов, то юристов не хватает. Многие из них нашли давно работу и, естественно, к нам они уже не пойдут.

— Вы сказали, что большинство специалистов в инспекцию перешли из профсоюзов. В этой связи возникает вопрос: остаются ли у вас связи с этой общественной организацией?

— Без всякого сомнения. Контроль и надзор за соблюдением законодательства о труде и охране труда ранее осуществляли профсоюзы. Но с некоторого времени этими вопросами вообще никто не занимался. У профсоюзов не было сил и средств вести такую работу, к тому же перед ними стали стоять задачи несколько иного плана, а государственных органов контроля и надзора создано не было. Поэтому вопрос оказался как бы ничейным.

Кстати, государственные трудовые инспекции существуют практически во всех странах. И только у нас в свое время эти функции были отданы профсоюзам.

Сейчас по новому Закону о профсоюзах они также наделены контрольно-надзорными функциями, но только на общественных началах. У них есть даже соответствующие полномочия, то есть они выполняют работу, свойственную и государственной инспекции. Поэтому контакт с профсоюзами есть и будет.

Так, профсоюзы со своей позиции отслеживают процесс, мы — со своей. А ведь двойной тягой можно достичь гораздо большего. Многие обращения граждан к нам по поводу нарушения трудовых прав инициированы профсоюзными организациями. Мы видим в них надежного союзника и всегда открыты к сотрудничеству.

Даже при комплексных проверках предприятий невозможно узнать о всех нарушениях, а профсоюзные активисты всегда имеют достаточно информации. Ведь они работают непосредственно в коллективах. У нас есть и должны быть хорошие контакты с московской федерацией профсоюзов. Она помогала нам в самых сложных ситуациях. Мы им не конкуренты, и они нам тоже.

— Провела ли государственная инспекция, если так можно, выразиться, инвентаризацию действующих предприятий и анализ причин производственного травматизма?

— Сделать это крайне сложно. Мы пока даже не знаем, сколько всего в Москве предприятий, ведь часть из них «бумажные». Таких, по нашим подсчетам, в городе существует до 30 процентов. Поэтому назвать конкретную цифру сложно.

Что же касается производственного травматизма, то наибольшее беспокойство вызывает положение в строительстве и на транспорте, Здесь самый высокий травматизм, в том числе и со смертельным исходом.

К сожалению, мы не имеем полной статистики по гибели людей на производстве. И не потому, что плохо работаем. Года два-три этими подсчетами в Москве никто практически не занимался. Мы пытались воссоздать истину за первое полугодие 1995 года, пользуясь данными нескольких источников. Собрали факты, но они не полностью отражают реальное положение дел.

Более того, даже сейчас, когда в инспекции этот вопрос отлажен, мы не можем реально на сто процентов считать ситуацию под контролем. Слишком много в Москве организаций, работающих без лицензий, что называется подпольно, которым не выгодно сообщать о несчастных случаях. Бывает, что используют труд людей, не имеющих гражданства России. Погиб человек на производстве и никто об этом не узнает. Его труп увезут на родину и там захоронят.

— И все же даже из тех фактов, что имеются в инспекции, можно ли определить общие причины производственного травматизма?

— Да. Их много, но не погрешу против истины, если буду утверждать: важнейшая из них — ослабление надзора и контроля за соблюдением норм и правил охраны труда. Это свойственно для первоначального этапа перехода к рыночным отношениям. Предприниматели в первую очередь сократили штаты специалистов охраны труда, удерживая тем самым квалифицированную рабочую силу, то есть — непосредственных производителей.

Сейчас, когда становится очевидным, что несоблюдение правил техники безопасности, равно как и трудового права, влечет за собой экономические минусы, предприниматели очень осторожно, но возвращаются к решению этих вопросов. Речь пока не идет, как это было раньше, о создании полноценной службы по технике безопасности, но отношение меняется.

Правда, оно еще очень далеко от требований существующего законодательства. По крайней мере, у работодателей стали появляться мысли: как бы в «погоне за прибылью» не «нарваться» на неприятности при нарушении охраны труда. К устранению этой угрозы подходит практически каждый предприниматель, но подходит по-разному. Так что дело с мертвой точки сдвинулось.

Никому не хочется платить всю жизнь пенсию инвалидам, возмещать материальный ущерб и моральный вред. Накладно это становится. Наша же задача — обеспечить необратимость применения экономических санкций, чтобы сделать невыгодным нарушения закона. Потому что убеждать этих людей можно сутками, а в ответ получить: у меня нет денег на возмещение ущерба пострадавшим. Когда заработает экономический рычаг, тогда и начнется разворот в сторону создания здоровых и безопасных условий труда.

— То есть, Ваша позиция — законным путем принуждать работодатели возмещать пострадавшему работнику вред, причиненный здоровью. Это один путь. Но ведь инспекции труда вправе за нарушение законодательства применить и другие санкции, скажем, штрафы.

— Конечно, мы можем накладывать штрафы. Но моя принципиальная позиция, которую разделяют многие коллеги по работе, сводится к тому, что штраф — это последняя инстанция в цепочке «устранение нарушения — ответственность за нарушение» и в максимальной мере применять его следует только к тем, кто уж слишком упорствует и не хочет выполнять правила и нормы охраны труда.

Пока у нас большинство нарушений устраняется в добровольном порядке. Например, инспектор по охране труда появляется на предприятии. Когда он грамотно и квалифицированно проводит проверку, то руководителю, понимающему, что закон находится на стороне инспектора, ничего не остается делать, как исправлять выявленные нарушения. И тогда он выйдет из ситуации с минимальными потерями. В противном случае, при повторной проверке, у него могут быть большие неприятности. Это схема работает.

Так, по итогам прошлого года в добровольном порядке работодатели возместили невыплаченную зарплату в сумме 87 миллионов рублей. Нам не пришлось ни разу обращаться в суд по поводу взыскания в интересах работников невыплаченной заработной платы.

Естественно, что наше вмешательство не гарантирует, что через три-четыре месяца ситуация не повторится, Всякое может быть, но я подчеркну, что повторных жалоб не поступает. Наша задача не карать, а побудить предпринимателя добровольно исполнять законодательство о труде и охране труда.

Ведь порой предпринимателю выгоднее заплатить штраф в размере одного-трех миллионов, чем искать деньги на выплату зарплаты всем своим сотрудникам, Это несоизмеримые суммы. И он будет каждый месяц платить налагаемые штрафы, «экономя» при этом сотни миллионов рублей на зарплате работников. Естественно, к тем, кто упорствует, мы будем применять всю палитру своих полномочий. Но только административных мер недостаточно, без экономического стимула тут не обойтись

— Возможно, Вы правы. Но есть ситуации, когда инспекции обязана и «власть» применить. Например, произошел несчастный случай со смертельным исходом и кто-то в этом повинен. А значит — должен ответить по закону.

— Любой несчастный случай, связанный со смертью работника и расследуемый нами, должен получить юридическую оценку правоохранительных органов, в частности, прокуратуры

Наша задача обеспечить полноту и достоверность информации, то есть собрать в установленном законом объеме необходимые сведения о происшествии. Назвать причастных к поисшествию лиц, определить, что конкретно нарушил каждый из них, и в установленный срок направить материал прокурору.

Его помощники решают вопрос, есть в действиях виновных лиц состав преступления, состав административного проступка или состав дисциплинарного нарушения. В зависимости от этого, прокуратура возбуждает уголовное дело, либо дело об административном производстве, либо дисциплинарное производство. Таков механизм.

— И как реагирует прокуратура? Мне приходилось слышать много нелестных слов об этой надзорной организации из уст ваших коллег, Не всегда они на стороне инспекции, часто, и очень, не соглашаются с ее выводами.

— Практика, если и подтверждает это, то не в полной мере. Есть и такие случаи, когда прокуроры уведомляют нас о возбуждении уголовного дела, но есть и отказные сообщения. Я не вправе утверждать, что прокуроры не выполняют своих конституционных обязанностей на этот счет. Проверять правильность принятых ими решений — это не наша функция и компетенция. Но то, о чем я знаю, позволяет мне сказать, что они подходят к рассмотрению наших материалов без всякой предвзятости.

Есть решения одного и другого порядка. Конечно, если по процентам их разделить, то случаев возбуждения уголовных дел меньше, чем дел об административных правонарушениях. Ведь несчастные случаи со смертельным исходом нередко возникают и по вине пострадавшего.

— И он не несет никакой ответственности?

— Естественно, он же умер. Но ответственность человека, работающего по найму и получившего травму в результате нарушения норм и правил охраны труда, с точки зрения превенции не достаточно определена законом. В крайнем случае, ему объявят выговор, он не получит компенсации, ему не оплатят лечение или еще что-то.

Представим, что рабочий в результате собственной неосторожности ломает руку и «выходит» из строя на три месяца. Естественно, он не получает заработную плату, но он ведь и не выполняет и работу.

За нарушение правил охраны труда его по большому счету, невозможно наказать, хотя, порой, надо привлекать не только к дисциплинарной ответственности. Говорят это негуманно, ведь он и так пострадал. Но вопрос назрел, и требует разрешения.

Например, один и тот же метростроевец систематически нарушает правила охраны труда, которые ни к какому несчастному случаю пока не привели. Но ведь могут привести! При этом, пострадает не он один. Однако работодатель ничего кардинального с таким нарушителем сделать не может. Игнорирование работником правил охраны труда — не основание для расторжения трудового договора.

Моя же точка зрения сводится к тому, что при неоднократном нарушении работником правил техники безопасности, предприниматель вправе, ставить вопрос о его увольнении.

Позиция небесспорна, и одним из доводов ее противников является то, что предприниматель, находясь в такой безвыходной ситуации, будет вынужден больше заниматься вопросами профилактики. Практика показывает, что профилактику он начинает проводить только тогда, когда «гром» уже грянул.

Работодателя начинают «дергать», «подводить» под статью. Но в чем он виноват? В том, что вовремя не уволил нарушителя? Так он же не мог, юридического основания для этого не было. За прогул можно уволить, а за нарушение, которое чудом не привело к гибели всей ремонтной бригады — не то, что уволить, на другую работу перевести нельзя.

Состояние на предприятии норм и правил охраны труда — это вектор, складывающийся из двух составляющих — отношения руководства и отношения лиц, работающих по найму, к соблюдению норм и правил охраны труда. Справедливым будет установить, если не равную, то, по крайней мере, соизмеримую ответственность всех участников трудового правоотношения за нарушения законодательства об охране труда.

— Владимир Владимирович, а как бы Вы вообще охарактеризовали ситуацию с трудовыми отношениями?

— Трудовые отношения — часть сложившихся в государстве правоотношений, поэтому и рассматривать их надо в совокупности. Кризис разразился не сегодня и не вчера. Припомните, как вначале мы стали руководствоваться российскими законами, которые противоречили союзным, потом стали руководствоваться Указами Президента РФ, которые противоречили российским законам.

Чтобы это стало возможным, потребовалось заглушить функцию государственных органов, обеспечивающих примат вышестоящих норм над нижестоящими. Это резко ослабило регулятивную функцию государства, сделало его беспомощным в ситуациях, когда объективно требовалось его вмешательство для защиты общественных интересов.

Затем каждая уважающая себя местная власть стала руководствоваться своими уставами и положениями, которые противоречили не только союзным, но уже новым российским законам и новейшим указам Президента России.

А если взглянуть на уставы образованных в этот период юридических лиц? Они противоречат всему массиву действующего (от федерального до местного) законодательства, так как целиком и полностью списаны (например, в банковской сфере) с лучших зарубежных образцов.

Безнаказанно такие вещи не проходят. Расцвела вседозволенность. Объективно существующий в государствах с федеративным устройством принцип законности оказался нарушенным. Обязательные для исполнения нормы повсеместно игнорировались.

Если признать, что норма права есть идеальная модель поведения, выполняющая роль универсального ориентира для участников общественных отношений, то придем к выводу, что общество дезориентировано. К слову, это в равной степени относится как к правовым, так и моральным нормам.

— Вы хотите сказать, что нарушения моральных норм напрямую отражается на трудовых отношениях?

— Именно. Общество (народ, если хотите) допускает существование крупного частного капитала вследствие объективных закономерностей, суть которых можно выразить двумя параметрами: а) потребность в эффективном производстве товаров и услуг, и б) потребность в обеспечении работой как источником к существованию иных членов общества (не собственников).

В любом конфликте работодатель делает акцент на вопросах производства, а трудовой коллектив — на вопросах обеспечения своих трудовых прав, вопросах трудоустройства. Мне представляется, что истина лежит посредине. Поиск этой золотой середины — процесс не только экономический и юридический, но и нравственный.

— Это, если под нравственностью понимать справедливость…

— А под справедливостью — положительную пропорцию из того, что люди дают обществу и что получают взамен. Попробуйте с этих позиций рассмотреть спор между сторонниками приватизации по Чубайсу и по Лужкову, многое станет ясным…

— Не будем так высоко «летать». Отношение бывшего первого вице-премьера и действующего мэра — дело их совести. Давайте спустимся вниз. Каковы Ваши отношении с Правительством Москвы?

— Самые рабочие. Правительство Москвы уделяет нашим проблемам большое внимание. Вопросы соблюдения законодательства о труде и охране труда рассматриваются на его заседаниях, по ним принимаются соответствующие решении. Оно помогают нам, мы — ему. Государственная инспекция труда по Москве — самостоятельная единица федеральной службы и решает свои вопросы самостоятельно.

Не относимся мы напрямую и к Департаменту труда и занятости Правительства Москвы. Мы, если так можно выразиться, партнеры в общем деле. И, как в случае с профсоюзами, двойной тягой решаем общие проблемы. И это правильно.

Я уверен, что прямой подчиненности органу исполнительной власти у инспекции не должно быть. «Стреноженная» инспекции никому не нужна. В конечном итоге все придут к этому. Если напрямую подчиняться Правительству Москвы, будет поставлено под сомнение объективность реализации нашей контрольно-надзорных функций в московских учреждениях, в мэрии, наконец. Но там тоже могут быть, и наверняка есть, свои нарушения.

Вот почему нужен федеральный закон об инспекции. Хотя реализации намерений — дело непростое, уверен, что в конечном итоге закон будет прият. Но те нормативные акты, которые сейчас регламентируют наши полномочия, достаточно хорошо прописаны, что позволяет недвусмысленно их толковать и применять на практике. Хорошо или плохо мы это делаем — судить не нам…

Е. Войников

Источник

И профсоюзы что-то могут / В.В. Панкратов // Охрана труда и социальное страхование, 1996 г., № 3. С. 13-16.


ТРУДОВОЙ ДОГОВОР. ДЕМАРКАЦИЯ ГРАНИЦ

https://syg.ma/@v-pankratov/trudovoi-doghovor-diemarkatsiia-ghranits


Государственные правовые инспекторы труда все чаще встречаются с фактами, когда работодатели заключают с работниками не трудовые договоры в соответствии с К30Т, а оформляют отношения, как им подсказывает смекалка и накопленный опыт работы в смутный переходный период к рыночным отношениям. Почему это происходит? Об этом в публикуемом материале.

Реализация знаменитого постулата политической экономии социализма о том, что в пост капиталистическом обществе рабочая сила — не товар, обусловила вычленение трудовых отношений в самостоятельную, отдельную от гражданско-правовой, отрасль права. В значительной степени этим мы обязаны появлению К30Та.

При всех прогрессивных воззрениях авторов нового Гражданского кодекса РФ (принят Госдумой: часть 1 — 21.10.94, С3 1994 № 32, ст. 3301; часть 2 — 22.12.95, С3 1995 № 5 ст. 10), они не сочли возможным «восстановить нарушенную справедливость» и включить трудовое право в сферу гражданско-правовых отношений, хотя препятствий политического — догматического, если хотите, характера на их пути уже не было.

Более того, есть все основания полагать, что эффектный распад политической системы (Советы) порождал соблазны иного рода — юридическим, а, значит внешне б


убрать рекламу


езобидным способом закрепить или продемонстрировать крах и экономической доктрины развитого социализма.

Но ответ на вопрос, почему К30Т не вошел составной частью в новый ГК не является предметом настоящей статьи, поэтому оставляю его на рассмотрение читателей. От себя лишь добавлю, что один из вариантов нового К30Та представляет собой попытку включения в трудовой кодекс адаптированных норм ГК РФ.

Однако то, на что не решались основатели — авторы ГК, с легкостью восполнили работодатели. Практика государственной инспекции труда по г. Москве свидетельствует, что если у кого и нет ни малейших сомнений в том, что трудовые отношения — часть гражданско-правовых, так это у них.

Примеры подобного рода представляют собой винегрет из норм трудового и гражданского права, обильно сдобренные примерами собственного нормотворчества. Объединяет их, пожалуй, только одно — они не соответствуют ни требованиям гражданского, ни трудового законодательства.

Приглашенный в инспекцию руководитель одной почтенной страховой компании, после продолжительного раздумья заявил, что администрация АО не имеет четкой позиции о том, является ли агентское соглашение (практика их заключения и послужила поводом для вмешательства инспекции) разновидностью трудового или гражданского правоотношения. Но что позволено страховщику, не позволено государственному инспектору труда.

Инспектор обязан не только знать, но и понимать, в чем состоит разница между гражданско-правовыми н трудовыми договорами при всей их схожести, а порой и идентичности (почти всегда кажущейся).

Опыт свидетельствует, что выполнение нескольких несложных правил позволяет провести достаточно четкую грань между этими договорами. Начать, видимо, надо с того, что титульное название конкретного договора не является определяющим параметром его правовой оценки (фантазия работодателей на этот счет неистощима).

Назвать (озаглавить) договор можно как угодно, поэтому название само по себе не позволяет автоматически причислить договор к той или иной сфере правоотношений.

Теоретически разница между гражданско-правовым и трудовым договором понятна. Предметом трудового договора является исполнение трудовой функции, то есть работы по определенной специальности, должности, квалификации, а гражданско-правового — лишь определенный результат труда, выполняемый лично гражданином на свой страх и риск.

В силу этих причин был признан гражданскоправовым заключенный на Моспочтамте трудовой договор, согласно которому работник в течение месяца должен был расфасовать по пакетикам закупленные профсоюзом конфеты, чтобы подготовить новогодние подарки для детей сотрудников.

По трудовому договору оплата труда устанавливается в виде заработка (минимальный размер заработной платы определяется государством), по гражданско-правовому — в виде вознаграждения в денежном или имущественном выражении, которое выплачивается, как правило, не в связи с наступлением календарного срока, е после окончания работы и принятия ее заказчиком. Трудности начинаются, когда эти различия приходится определять на практике.

Одним из основных критериев, свидетельствующих о наличии именно трудовых отношении, является подчинение (хотя бы частичное) правилам внутреннего трудового распорядка (соблюдение режима работы на предприятии, сменности; получение вознаграждения в дни выдачи заработной платы всем сотрудникам; наличие пропуска общего образца, предоставляющего право прохода на территорию и т.п.).

Упоминание в договоре сведений о зарплате говорит о том, что мы имеем дело с трудовыми отношениями (ст. 15 КЗоТ устанавливает, что зарплата является одним из основных условий именно трудового договора). Иногда требуется проверить, из каких источников выплачивается заработок. Если из средств фонда оплаты труда (ФОТ) — интуиция Вас не обманула, перед Вами трудовой договор (п. 7. 17.1 Инструкции Госкомстата РФ от 10.07.95 № 89 «О составе фонда заработной платы и выплат социального характера).

По большому счету, социальное (в широком смысле) страхование является составной частью системы трудовых отношений. Наша распределительная пенсионная система основана на солидарном принципе, то есть функционирует, в основном, за счет отчислений от ФОТ (28 процентов) и взносов с заработной платы работающих граждан (1 процент).

Не вызывает сомнения тот факт, что, например, однопроцентный взнос в ПФР с заработка представляет собой отложенную часть оплаты труда. Поэтому, если с денежного вознаграждения удерживаются и уплачиваются страховые взносы в порядке социального страхования — это зарплата, а, следовательно, трудовые отношения.

Типичным является пример с уборщицей, убирающей арендуемые помещения. Если работодатель платит ей деньги из ФОТ — совместительство. Если из прибыли или средств, предназначенных для оплаты аренды, уменьшая потом на эту сумму свои арендные платежи — скорее всего, гражданско-правовые отношения.

О наличии трудовых отношений свидетельствует и нахождение работника на рабочем месте (автор разделяет существующую точку зрения, что пребывание на рабочем месте и подчинение правилам внутреннего трудового распорядка суть разные вещи).

Нелишне напомнить, что термин «рабочее место» означает все места, где трудящемуся необходимо находиться или куда ему необходимо следовать в связи с его работой, и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (Конвенция № 155 «О безопасности и гигиене труда и производственной среде», ст. 3, ратифицирована Федеральным законом от 11.04.98 N~ 58-Ф3).

По договору подряда, к примеру, подрядчик выполняет работу своим инструментом, как правило, из своего или оплаченного заказчиком материала. Если же заказчик предоставляет для выполнения систематических курьерских работ не только свой автомобиль, бензин, но и ветошь для протирки полуосей автомашины, то налицо трудовые отношения (ст.ст. 118-121, 125 КЗоТ), вытекающие из обязанности администрации обеспечить условия труда работника.

Немаловажным фактором, позволяющим исключить гражданско-правовые отношения служит отсутствие у физического лица лицензии на осуществление такой деятельности, которая обусловлена оцениваемым договором (например, нет лицензии на автомобильные перевозки). Или же подрядчик не зарегистрирован в качестве гражданина, занимающегося предпринимательской деятельностью без образования юридического лица (ст. 23 ГК РФ).

Кстати, в случае с уже упоминавшейся страховой компанией, администрация в конечном итоге согласилась с позицией государственной инспекции труда и признала свои агентские соглашения трудовыми договорами.

Справедливости ради следует отметить, что чашу весов перевесило не утверждение о том, что соглашения противоречат ст.ст. 160, 971 и др. статей ГК РФ, а отсутствие у «агентов» лицензии на ведение самостоятельной страховой деятельности. Это ставило под угрозу признания недействительными всех сделок, заключаемых ими от своего имени в пользу страховой компании, которая предпочла не рисковать. Перестраховалась.

Особо необходимо подчеркнуть, что приведенный перечень не является исчерпывающим, что каждый в отдельности из перечисленных выше признаков трудового договора, не позволяет с необходимой достоверностью утверждать о наличии трудовых отношения.

Однако, оцененные в их совокупности, они помогают с достаточной степенью точности сделать вывод о наличии либо отсутствии таковых.

Констатация, что на предприятии существуют неправильно оформленные трудовые отношения дает повод для вмешательства инспекции. Исполнение требований предписания о при ведении заключенных договоров в соответствие с нормами К30Т идет на пользу всем. Даже работодателям.

Ситуация с ними понятна. Идет процесс становления новых производственных отношений. Основываясь пока еще на разных формах собственности, работодатели различными же путями идут к решению одной, общей для всех проблемы — к получению максимальной прибыли, в том числе за счет привлечения дешевой рабочей силы.

По сравнению с трудовым, действующее гражданское законодательство позволяет значительно удешевить рабочую силу:

• нет нужды в уплате налогов и отчислений в фонды (до 40 процентов ФОТ);

• не довлеют обременительные условия коллективных договоров и тарифных соглашений, расширяющих ответственность работодателей (к примеру, по действующему сейчас на Московской железной дороге соглашению в случае гибели машиниста его семье выплачивается единовременное пособие в размере двухлетнего заработка погибшего, около 50-ти тыс. руб.),

• в случае причинении работником вреда третьему лицу ответственность работодателя не наступает;

• нет профсоюзов и забастовок.

Вот и прячут совместителей, оформляют гражданско-правовые отношения вместо трудовых, то есть всеми силами превращают рабочую силу в товар.

Результаты деятельности инспектора, отделяющего зерна от плевел, а трудовые договора от гражданско-правовых бесспорно выгодны государству (применение КЗоТа, как правило, способствует собираемости налогов), выгодны работникам (гарантии, компенсации, стаж, пенсии, возмещение вреда и т.п.).

Но в чем выгода работодателя? Нет ли тут натяжки, стремления выдать желаемое за действительное? Ведь выгоды от удешевления рабочей силы настолько очевидны, что аргументы против должны быть, как минимум, весомыми. И вряд ли пример со страховой компанией при всей его убедительности может претендовать на такую роль. Его частный характер слишком уж налицо.

Действительно, «агентское соглашение» — специфический случай, подтвердивший выгоду работодателя, признавшего его трудовым договором.

Общий ответ кроется в конечности любых ресурсов (к примеру, естественным считается ежегодное падение добычи нефти на 10-30 процентов). Как бы не удешевлял рабочую силу работодатель, но эффект это дает временный. Пройдя определенный цикл своего развития предприятие (дело, бизнес) выйдет на убытки.

Любое явление имеет свое начало, середину и конец. Тем более, что удешевлять рабочую силу до бесконечности невозможно. Стагнация предприятий Калининградской области до настоящего времени использующих труд заключенных — тому наглядный пример.

Более или менее эффективно бороться с этим человечество научилось только двумя некриминальными путями — повышением производительности труда и экстенсивным способом. В случае с нефтяниками — это ежегодный ввод в строй новых скважин. Криминальные, а также получившие широчайшее распространение полукриминальные способы в статье не рассматриваются.

С юридической точки зрения, вопрос повышения производительности труда возможно решить только в рамках трудового, а не гражданского законодательства, независимо от того, входит оно составной частью в гражданский кодекс или существует автономно.

Почему — отдельная тема. В подтверждение сошлюсь лишь на практику мировых компаний, филиалы которых работают в Москве (Кока-кола, Хьюллет-Паккард, Кодак и др.). Для них рабочая сила всегда была товаром. Но ни одна из них не отвергла возможность оформления с работниками трудовых договоров. А уж возможность выбора у них была, да и остается немалая.

Так что деятельность инспектора по демаркации границ трудового договора, в конечном итоге, как мы видим, востребована всеми участниками трудовых правоотношений.

Источник

Работодатель, плати пени?! / Панкратов В. // Охрана труда. Практикум, 1998 г., № 4. С. 45-46 .


ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИНСПЕКЦИЯ ТРУДА

https://syg.ma/@v-pankratov/gosudarstviennaia-inspiekts-truda


В настоящее время законодательная база деятельности государственной инспекции труда базируется на широком спектре международного (Конвенция 1947 г. об инспекции труда и др.) и федерального законодательства (КЗоТ РФ, Федеральный закон «Об основах охраны труда в Российской Федерации» и др.).

Постановлением Правительства РФ от 28.01.2000 утверждено новое Положение о федеральной инспекции труда, в развитие которого приказом Минтруда России от 29.02.2000 № 65 утверждено Положение о государственной инспекции труда в субъекте Российской Федерации.

Инспекция является органом федерального надзора и контроля и руководствуется только международным и федеральным законодательством, т. е. на Государственную инспекцию труда г. Москвы не распространяются, например, нормы закона г. Москвы «Об обращениях граждан» или распоряжение мэра Москвы от 15.03.2000 ~ 271-РМ «О мерах по совершенствованию взаимоотношений контролирующих органов и субъектов предпринимательской деятельности на территории города Москвы».

Поэтому сотрудники инспекции, в отличие от сотрудников городских контролирующих органов, не обязаны предъявлять работодателю никаких разрешительных бумаг или поручений на проведение проверочных действий, регистрироваться в Книге инспекторских проверок, которую Московская регистрационная палата должна выдавать каждому субъекту предпринимательской деятельности, или соблюдать установленную мэром Москвы периодичность проверок.

Несмотря на то, что в законодательстве это четко не прописано, судебная практика признает инспекцию правоохранительным органом (решение Перовского межмуниципального народного суда г. Москвы от 01.07.96 г. по делу № 2-1114/1996). Сам инспектор является государственным служащим, которому государство гарантирует необходимую степень защиты при исполнении им возложенных на него служебных обязанностей (Федеральный закон «Об основах государственной службы в Российской Федерации»).

Государственная инспекция труда г. Москвы не имеет окружных или районных подразделений. Сфера ее ответственности — Московский регион в целом. Причем, под ее юрисдикцию попадают не только те предприятия, которые зарегистрированы или функционируют на территории г. Москвы как субъекта Федерации, но в определенных случаях и за ее пределами.

Примером может служить Московская железная дорога. Независимо от того, на территории каких областей располагаются ее отделения, все они поднадзорны и подконтрольны Московской инспекции, в составе которой создан и функционирует специальный отдел по железнодорожному, воздушному (все аэропорты, кроме Быково) и водному (предприятия Московского речного пароходства) транспорту.

Также на Московскую инспекцию возложена функция координатора по Центральному федеральному округу, состоящему из 18 субъектов Российской Федерации. Координации подлежит деятельность не только 18 государственных инспекций труда, но и территориальных служб занятости и органов по рассмотрению коллективных трудовых споров.

Из этого вытекает, как минимум, один вывод. Московскому транспортному прокурору инспекция не поднадзорна, равно как военным и специальным прокурорам. Акты государственных инспекторов труда может опротестовать прокурор г. Москвы (его заместители) или Генеральный прокурор Российской Федерации (его заместители).

Государственный инспектор труда вправе посещать любые предприятия по предъявлению служебного удостоверения, вносить обязательные для исполнения предписания, направлять представления, отстранять должностных лиц от работы, приостанавливать деятельность предприятий, их подразделений и отдельного оборудования, привлекать виновных к административной ответственности (ст. 41 КОАП РСФСР) и в порядке ст. 42 ТК РСФСР обращаться в суд в интересах граждан, а также выполнять другие, возложенные на него законодательством, функции.

Таким образом, полномочия инспектора состоят из трех блоков:

— предотвращение нарушений или возможного вреда участникам трудовых правоотношений (отстранение от работы, приостановка деятельности);

— устранение допущенных нарушений или возмещение причиненного вреда (предписание, представление);

— наказание за совершенные нарушения (составление административного протокола, вынесение постановления о наложении штрафа).

Необходимо также отметить, что привлечение виновных к административной ответственности является не столько правом, сколько обязанностью инспектора. В соответствии со ст. 249 КЗоТ РФ должностные лица, виновные в нарушении законодательства о труде, несут административную ответственность в порядке, установленном законодательством.

Диспозиция этой статьи носит безальтернативный характер и не предоставляет инспектору возможность по своему усмотрению оставить выявленные нарушения безнаказанными. Исключает ответственность виновных в данном случае не позиция (мнение) инспектора, а закон.

Так, ст. 227 КОАП РСФСР содержит перечень обстоятельств, исключающих производство по делу об административных правонарушениях: невменяемость, недостижение определенного возраста, издание акта амнистии и другие заслуживающие внимания основания. Поэтому факт выявления на предприятии нарушений законодательства о труде достаточно жестко предопределяет привлечение руководителя к административной ответственности, если нет оснований (ст. 227 КОАП РСФСР), исключающих производство по делу. От инспектора в данном случае зависят лишь определение степени виновности привлекаемого и меры назначаемого ему наказания, но не вопрос освобождения его от ответственности.

Согласно ст. 38 КОАП РСФСР административное взыскание может быть наложено не позднее двух месяцев со дня совершения правонарушения, а при длящемся правонарушении — двух месяцев со дня его обнаружения. Если в случае с однократным грубым нарушением закона, например, незаконным увольнением, все ясно: срок давности течет с момента издания незаконного приказа, то у работодателей и их адвокатов нередко возникает вопрос: что считать моментом обнаружения длящегося нарушения, например, невыплаты заработной платы или пособий?

Одни предлагают считать таковым написание жалобы работником, другие — дату получения такой жалобы инспекцией, третьи — момент выдачи бухгалтерией работодателя соответствующей справки о задолженности и т. п. Все эти точки зрения грешат, как минимум, одним, но существенным недостатком. Они связывают момент обнаружения правонарушения с действиями каких угодно субъектов, только не с действиями специально уполномоченных лиц, в нашем случае — инспектора, в то время как закон недвусмысленно увязывает эти два понятия.

Обнаружение должно исходить от компетентного лица или органа, которому дано право разбираться и выносить свое суждение о том, есть ли нарушение вообще, и если есть, то в каком виде оно существует. Обнаружение правонарушения должно быть определенным образом зафиксировано (отражено) в документах служебного (делового) документооборота инспекции.

Актом, отвечающим всем требованиям фиксации нарушения, является предписание. Поэтому установленный законом срок давности привлечения к административной ответственности при длящемся правонарушении следует исчислять с момента оформления инспектором адресованного работодателю предписания, т. е. с числа, которым датировано предписание.

Действующим законодательством предписанию инспектора придан обязательный характер. Это означает, что лицо, которому оно адресовано, обязано либо его выполнить в предписанный срок, либо обжаловать в установленном порядке (по подчиненности или в суд) и в случае отклонения жалобы все равно исполнить. Возможности для других решений закон работодателю не предоставляет.

В то же время действующий административный кодекс не устанавливает отдельной ответственности работодателя за невыполнение требований предписания, т. е. невыполнение предписания не образует самостоятельного состава административного правонарушения.

В таких условиях его невыполнение может рассматриваться как продолжение противоправного поведения, несмотря на требование уполномоченных на то лиц прекратить его (п. 2 ст. 35 «Обстоятельства, отягчающие ответственность за административное правонарушение» КОАП РСФСР), а выполнение — как предотвращение виновным вредных последствий правонарушения, добровольное возмещение ущерба или устранение причиненного вреда (п. 2 ст. 34 «Обстоятельства, смягчающие ответственность за административное правонарушение» КОАП РСФСР).

В отличие от опротестования, обжалование действий инспектора возможно в порядке подчиненности (руководству инспекции или в Минтруд России), либо в судебные органы общей юрисдикции по месту расположения инспекции (Пресненский межмуниципальный народный суд г. Москвы) или по месту жительства заявителя. Арбитражный суд г. Москвы не случайно отсутствует в этом перечне.

Дело в том, что инспектор в пределах предоставленных ему полномочий всегда действует от своего имени, а не от имени инспекции. Поэтому инспекция будет надлежащим ответчиком только в тех случаях, когда инспектор, находясь при исполнении служебных обязанностей, причинил кому-либо ущерб. Тогда инспекция будет отвечать за действия своего работника (ст. 1068 ГК РФ).

Во всех иных случаях действия инспектора подлежат обжалованию как ненормативные акты должностного (т. е. физического) лица. А это — компетенция судов общей юрисдикции. Кроме того, судебная практика отрицает саму возможность пребывания инспектора (инспекции) в экономических спорах с подконтрольными организациями, поскольку все возможные разногласия инспектора и работодателя вытекают из трудовых (иногда административных), а не гражданских или налоговых отношений (определения Арбитражного суда г. Москвы от 24.09.96 по иску ЦБ РФ, от 25.12.97 по иску АО «Водстрой» и др.), что также исключает вмешательство арбитражного суда в ситуацию с обжалованием.

Если оштрафованный решил обжаловать постановление о привлечении его к административной ответственности в судебном порядке, то направлять жалобу следует именно в суд.

До настоящего времени встречаются случаи, когда в инспекцию поступают адресованные в суд жалобы с требованием в 3-дневный срок (со ссылкой на ст. 267 КОАП РСФСР) направить их вместе с административным делом в ту инстанцию, куда они адресованы.

Указанная статья административного кодекса действительно содержит норму, согласно которой жалоба направляется должностному лицу, вынесшему административное постановление, если иное не предусмотрено действующим законодательством. Получив такую жалобу, должностное лицо в 3-дневный срок вместе с делом направляет ее туда, куда она адресована (в нашем случае — в суд).

Однако эта норма в случае с инспекцией неприменима, так как имеется оговорка «если иное не предусмотрено действующим законодательством», а иное, как раз и предусмотрено.

Глава 24 ГПК РСФСР детально регламентирует вопросы обжалования постановлений по административным делам. Согласно ст. 237 ГПК РСФСР жалоба должна быть подана гражданином непосредственно в суд, причем по месту своего жительства, но никак не в инспекцию. Несоблюдение этого порядка существенным образом способствует нарушению срока давности, установленного законом для обжалования постановлений.

Не меньшей ясности требует вопрос не только о надлежащем ответчике, но и о надлежащем заявителе. Все требования (предписание, протокол, постановление) инспектор адресует должностным (т. е. физическим) лицам, начиная от генерального директора и заканчивая начальником транспортного цеха. Поэтому и жалоба должна исходить от физического лица, например, от оштрафованного.

Однако сплошь и рядом жалобы поступают от юридических лиц, которые правом обжалования в административном процессе по общему правилу не наделены. Наличие под таким обращением подписи оштрафованного генерального директора сути дела не меняет, ибо он по закону вправе выступать как от собственного имени, так и от имени юридического лица (ст. 53 ГК РФ, ст. 43 ГПК РСФСР).

Разобраться в том, от чьего имени поступила жалоба, помогает ГОСТ Р 6.30-97 «Унифицированная система организационно-распорядительной документации», из п. 4.6 которого следует, что генеральный директор как физическое лицо может обращаться с жалобой, исполненной на бланке должностного лица. Все остальные виды бланков — общий бланк, бланк письма, бланк конкретного вида документов, кроме письма, и бланк структурного подразделения являются бланками предприятия (т.е. юридического лица).

Но даже применение бланка должностного лица не позволяет сделать вывод о том, что оштрафованный директор выполнил требования закона в этой части. Как правило, это сопряжено с использованием средств предприятия (сам бланк, конверт, другие почтовые расходы), хотя реализацию личных прав (в том числе на обжалование) оштрафованный обязан оплачивать из своих собственных средств. Предприятие их ему не компенсирует.

Кроме того, подача жалобы на бланке является нарушением гарантированного законом принципа равенства граждан (ст. 270 КОАП РСФСР). Руководитель предприятия не должен иметь никаких преимуществ перед рядовым гражданином, а тут налицо и материальное (почтовые расходы за счет предприятия) и моральное (используется авторитет учреждения) преимущества. Поэтому каждый директор обязан помнить, что неправильно оформленная жалоба не порождает для него никаких последствий, в том числе, не приостанавливает исполнение постановления о наложении административного взыскания до рассмотрения такой жалобы (ст. 270 КОАП РСФСР).

Единственная обязанность, которая возникает у лиц (органов), получивших неправильно оформленную жалобу, — обязанность по разъяснению обратившемуся требований закона на этот счет и предложение привести обращение в соответствие с действующим законодательством. При этом необходимо иметь в виду, что, во-первых, на обращение юридических лиц требования об их обязательном рассмотрении в месячный или десятидневный срок (ст. 271 КОАП РСФСР) не распространяются.

Во-вторых, пропуск срока на обжалование по причине переоформления жалобы восстановлению не подлежит, так как он произошел из–за незнания жалобщиком закона, что, как известно, не освобождает от ответственности (т. е. является неуважительной причиной).

Указанные последствие возникнут и в том числе, если руководитель поручит решение вопроса обжалования своему представителю, который, с точки зрения закона, не будет являться таковым.

Статья 249 КОАП РСФСР содержит указание на то, что интересы лица, привлекаемого к административной ответственности, могут представлять его законные представители (родители, опекуны и т. п.). Других представителей закон не предусматривает. Это означает, что представительство в административном процессе в общепринятом смысле может возникать только из закона, но никак не из доверенности. Адвокат может принять участие в процессе лишь в том случае, если в качестве подтверждения своих полномочий представит (согласно ст. 250 КОАП РСФСР) ордер, но не доверенность.

Но даже при наличии ордера адвокат не будет представителем оштрафованного. Он будет участником процесса, оказывающим юридическую помощь лицу, привлекаемому к административной ответственности.

Поскольку руководители предприятий в большинстве своем — совершеннолетние граждане, лишенные видимых физических и психических недостатков, законно представлять их интересы в административных процессах по делам о нарушениях ст. 41 КОАП РСФСР некому. Эту обязанность они должны выполнять самостоятельно. Официальную юридическую помощь в процессе им может оказать адвокат, но не юрисконсульт предприятия или начальник юридической службы.

Чтобы правильно обжаловать действия (акты) государственного инспектора, нужно воспользоваться ст. 232 ГПК РСФСР, устанавливающей, что жалобы на постановления по делам об административных правонарушениях рассматриваются по общим правилам административного производства. Следовательно, оформлять жалобу необходимо в письменном виде (как ни странно, в административном кодексе такого требования не содержится), в соответствии с требованиями ст. 126 ГПК РСФСР.

Только тогда можно быть уверенным, что жалоба сразу будет рассматриваться по существу поставленных в ней вопросов, а не превратится в спор по вопросам процедуры, как того требует закон (так или не так написана, правильно или нет подписана, уплачена ли государственная пошлина и т. д.).

Свидетельством взвешенного, объективного подхода инспекции к разрешению возникающих в трудовой сфере конфликтов служит увеличение количества обращений работодателей за помощью, в первую очередь по вопросам возмещения вреда и расследования несчастных случаев на производстве. Работодатели почувствовали, что закон защищает и их права, а инспекция стоит на защите закона.

В 1999 г. прошло несколько судебных процессов, когда действия инспекции обжаловали работники, а не работодатели. И хотя инспекция выявляет несоизмеримо большее количество нарушений прав работников, чем их работодателей, руководители предприятий разного уровня должны знать, что если закон на их стороне, он будет соблюден. Отклонение судами жалоб работников на бездействие государственных инспекторов труда, не пресекающих чинимый, по мнению граждан, работодателями произвол, — тому весомое доказательство.

К сожалению, работодатели не всегда правильно обращаются именно к нам. Тут уже речь идет не о форме жалобы, а о существе обращения.

По действующему законодательству работодатель отвечает за вред, причиненный работнику как в результате несчастного случая на производстве, так и в результате полученного работником профессионального заболевания. И в том и в другом случае должно проводиться расследование.

В первом случае это должно происходить в соответствии с Положением о расследовании и учете несчастных случаев на производстве, утвержденных постановлением Правительства РФ от 11.03.99 г. № 279. Инспекция при этом действительно играет не последнюю роль.

Во втором случае расследование производится органами санитарно-эпидемиологического надзора в порядке, установленном приказами Минздрава России от 10.12.96 № 405 и Минздравмедпрома России от 14.03.96 г. № 90. При этом работодателю следует обращаться в Московский центр санэпидемнадзора. а не в инспекцию, так как ни одна попытка (в том числе через судебные инстанции) воспользоваться для расследования профессионального заболевания Положением о порядке


убрать рекламу


расследования и учета несчастных случаев на производстве успехом не увенчалась.

Источник

Работодатель и инспектор труда / В.В. Панкратов // Справочник кадровика. № 4 октябрь 2000. С. 21-25.


КОЛЛЕКТИВНЫЙ ТРУДОВОЙ ДОГОВОР И ПРОФСОЮЗЫ

https://syg.ma/@v-pankratov/kolliektivnyi-trudovoi-doghovor-i-profsoiuzy


Несмотря на многочисленные недостатки, Закон РФ от 11.03.1992 г. № 2490-1 «О коллективных договорах и соглашениях» позволяет регулировать разногласия, нередко возникающие на предприятиях по данному вопросу. Практика показывает, что недоразумения в основном возникают между работодателями и вновь создаваемыми профсоюзными организациями.

Так, на ВГТРК в 1999 г. насчитывалось от 2 до 5 профсоюзов. Два существовали точно — работников связи и работников культуры, наличие остальных — работников телерадиовещательной компании «Эфир», Соцпрофа и других оспаривалось в различных, в том числе, судебных инстанциях.

С профсоюзами, действующими на предприятии длительное время, таких конфликтов значительно меньше. При рассмотрении конфликтных ситуаций следует иметь в виду, что, независимо от количества действующих на предприятии профсоюзов, коллективный договор должен быть только один. При всей нечеткости законных установлений на этот счет с 1992 г. не было ни одного прецедента, когда работодателя понудили бы заключить два или более коллективных договора.

Основу для такого суждения дает ст. 11 Закона «О коллективных договорах», согласно которой сторонами коллективного договора являются работники организации в лице их представителей и работодатель. Иными словами, сторона в договоре — не профсоюз, а все работники. При этом совершенно не имеет значения, состоят они в профсоюзе или нет. Работники вправе состоять в нескольких профсоюзах, в том числе во всех, действующих на предприятии, или не состоять ни в одном. Все равно закон будет считать стороной в договоре их, и только их. Между двумя этими сторонами и должен быть заключен один коллективный договор. Подписав его, работодатель свою обязанность выполнил.

Вправе ли работодатель подписать с работниками второй, третий или четвертый коллективный договор? Бесспорно, да. Обязан ли, если на этом настаивает вторая сторона? Бесспорно, нет. Таковую обязанность закон на него не возлагает.

Изложенное не относится к дополнениям или изменениям уже заключенного действующего договора. Тем не менее, каждый из существующих на предприятии профсоюзов может быть "представителем•, т. е. представлять интересы всех работников, даже если они в подавляющем большинстве являются членами другой профсоюзной организации, причем представлять без доверенности, просто потому, что это — профсоюз.

Да, раз так, то работодатель обязан вступать в переговоры с каждым профсоюзом, если тот посчитал это нужным. Договор один, сторона (работники) одна, а представителей у нее, причем законных (т. е. тех, чьи права вытекают из закона, а не из доверенности), несколько.

В непонимании работодателем этого обстоятельства и кроются причины многих конфликтов. На предприятии две профсоюзные организации, и у каждой из них свое видение коллективного договора.

Как следует поступить администрации в таком случае, так как принимать по очереди представителей каждого профсоюза и «состыковывать» их работодателю самому нереально? Как построить работу по заключению коллективного договора на предприятии с несколькими профсоюзными организациями?

Чтобы не вести переговоры одновременно с несколькими профсоюзами, работодатель вправе предложить им сформировать единый представительный орган для ведения переговоров, разработки единого проекта и заключения единого коллективного договора.

По смыслу ст. 12 Закона «О коллективных договорах» профсоюзы обязаны предпринять такую попытку. Если согласие не достигнуто, то каждый профсоюз вправе самостоятельно вести переговоры и заключать договор. Это, казалось бы, преимущество оборачивается для профсоюзов существенным проигрышем, так как работодатель получает возможность быстро выбрать и подписать наиболее приемлемый для себя вариант договора, допустим, с "карманной' профсоюзной организацией.

Другим "представителям' будет достаточно сложно, а порой и невозможно доказать, что, проигнорировав их требования, работодатель нарушил закон. Поэтому для профсоюзов лучше потратить время и договориться, чем гордо выйти на переговоры с самостоятельной точкой зрения, предоставив администрации право выбора, которого она лишается при консолидированной позиции нескольких профсоюзов.

Однако достаточно упрощенная процедура представительства интересов работников в переговорном процессе не освобождает профсоюзы от выполнения некоторых обязанностей по подтверждению своих полномочий.

В первую очередь, работодателю должны быть представлены документы, что перед ним профсоюз, пусть даже и вновь созданный: это копии учредительных и уставных документов (Федеральный закон от 12.01.96 № 10-ФЗ "0 профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности"). Из этих документов должно быть ясно: когда создан профсоюз; является ли он самостоятельным или это первичная организация ранее созданного союза; руководствуется он своим уставом или на него распространяются положения других уставных документов (ст. 2 Закона «О профсоюзах»).

Кроме того, физические лица, выступающие в качестве представителей профсоюза или профкома, должны подтвердить свои полномочия. Как правило, это заверенная выписка из решения компетентного органа или доверенность, оформленная в соответствии с ГК РФ.

К сожалению, не все лица, побуждающие работодателей вступить с ними в переговорные отношения, имеют на руках правильно оформленные документы, что дает возможность их оппонентам на законном основании сначала приостановить, а затем и прекратить ведение переговоров. Отсюда можно сделать вывод, что работодатель неуязвим, если он не уклоняется от контактов перед началом переговоров, а требует подтверждения, что перед ним представитель профсоюза, действующего на предприятии.

Многие конфликты имеют под собой такую примитивную подоплеку, как неспособность профсоюзного представителя подтвердить свои полномочия на переговорах.

Не вызывает никакого сомнения тот факт, что, подписывая коллективный договор, профсоюз не только признает ответственность за своих членов при исполнении ими трудовых обязанностей, но и разделяет ее с работодателем за результаты работы предприятия в целом. Поэтому перед членами профсоюза нередко встает вопрос о равенстве не только в правах, но и в обязанностях. Можно и нужно понять руководителей, испытывающих определенный дискомфорт при виде проекта коллективного договора, из которого следует, что работодатель — должен, должен, должен… , а профсоюз — вправе, вправе, вправе…

Получив приглашение на переговоры, работодатель предполагает, что профсоюз готов разделить с ним ответственность за состояние дел на предприятии. В этом случае заключение договора — дело юридической техники. Если это не так, то переговоры рискуют быть трудными и длительными.

Что такое собрание работников, кто имеет право его созывать, как должно оформляться его решение? Никто не может обязать члена трудового коллектива принимать участие в работе собрания, равно как и вообще посещать его. Тем не менее, законодатель связывает утверждение коллективного договора именно с решением собрания, а не с мнением всех членов трудового коллектива, выявленного, к примеру, путем поименного (индивидуального) опроса каждого работника, и уж, тем более, не с решением расширенного профсоюзного собрания или производственного совещания, даже если на них присутствует 100 работников. В данном случае форма важнее содержания.

В избирательном праве выборы считаются состоявшимися при явке на них не менее 25 общего числа всех зарегистрированных избирателей. Трудовое законодательство таких ограничений не содержит. Поэтому собрание работников будет считаться правом очным практически при любой явке. Ограничителем тут может считаться известный со времен Аристотеля ответ на вопрос: два человека это уже собрание или еще нет? Притом, что три человека -это, вне всякого сомнения, полноценное собрание, которое вправе утвердить (или не утвердить) предложенный его вниманию коллективный договор.

Чем меньше кворум, тем больше у администрации шансов провалить дело на его последнем этапе, не утвердив уже подписанный вариант. Отношение русского человека к собраниям общеизвестно: стоит назначить проведение мероприятия на вечер в пятницу, и в нем примут участие только три человека — руководитель и два его заместителя, которые на законных основаниях рассмотрят вопрос по существу. Считаете это неправильным? Вам придется доказывать свою точку зрения, и не на страницах журнала, а в суде.

Собрание само решает, избирать ему счетную и редакционную комиссии или нет. Отсутствие таких органов на законность принятого решения не влияет, как и способ голосования. Собрание текст договора обсудило, но до голосования дело не дошло: «забыли». Формально договор считается неутвержденным.

Не согласны? В суд! Члены профсоюза с многолетним стажем с трудом воспринимают это обстоятельство, но закон не на их стороне.

Источник

Роль профсоюза в заключении коллективного договора / В.В. Панкратов // Справочник кадровика, 2001, № 1. С. 16-19.


ВАСИЛИЙ АКИМОВИЧ БЕЛИК (1894-1963)

https://syg.ma/@v-pankratov/vasilii-akimovich-bielik-1894-1963


Окончил Павловское военное училище, Высочайшим приказом от 01 февраля 1915 года произведен из юнкеров в прапорщики с зачислением по армейской пехоте (https://ria1914.info/index.php?title=Павловское_военное_училище).

Подпоручик 775 пехотного Кустанайского полка, Георгиевский крест 4-й степени № 885458 с лавровой веткой за отличие в период боев 09-12.07.1917 (https://ria1914.info/index.php?title=776-й_пехотный_Кустанайский_полк).

Участник 1-го Кубанского [Ледяного] похода, капитан 1-го Корниловского полка ВСЮР и Русской Армии, в 1920 на транспорте «Ялта» эвакуирован из Крыма в Геллиполи

(https://zav.ansya.ru/health/nastoyashaya-kniga-martirolog-pervih-uchastnikov-beloj-borebi/pg-3.html).

С осени 1925 года в Корниловском ударном полку во Франции (https://dobrovol999.livejournal.com/34855.html).

Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в Париже (https://voldrozd.narod.ru/proekt/france/sntzenev/belik.html).

Источник

https://syg.ma/@v-pankratov/vasilii-akimovich-bielik-1894-1963


ГОСУДАРСТВО КАК СУБЪЕКТ ПРАВА ОХРАНЫ ТРУДА

https://syg.ma/@v-pankratov/gosudarstvo-kak-subiekt-prava-okhrany-truda


Субъектом трудовых отношений является сама Российская Федерация, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования. Как к субъектам к ним применяются все нормы трудового права, если иное не вытекает из определенных законом особенностей этих субъектов. От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации выступают органы государственной власти в пределах их компетенции.

От имени муниципальных образований действуют органы местного самоуправления в пределах своего статуса. Эти субъекты могут через свои органы приобретать и реализовывать права и обязанности в сфере трудовых отношений, в которой государство выступает в сложной роли законодателя, управляющего, гаранта и работодателя.

Государство-законодатель

В широком смысле законодательная роль государства реализуется не только в принятии федеральных законов и законов субъектов федерации

(см., например, Федеральный закон от 17 июля 1999 г. № 181-ФЗ «Об основах охраны труда в Российской Федерации» или Закон города Москвы «Об охране труда»), но и в принятии иных нормативных правовых актов(см., например, Положение о расследовании и учете несчастных случае на производстве, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 11.03.99 г.№ 279 или Положение о межведомственной комиссии по охране труда при Правительства Москвы, утвержденное постановлением Правительства Москвы от 23.12.97 г. № 900),а также федеральных, отраслевых и территориальных программ(см., например, Федеральную целевую программу улучшения условий и охраны труда на 1998-2000 годы, утвержденную постановлением Правительства РФ от 10 ноября 1997 г. № 1409 или Городскую комплексную программу по охране труда на 1998-2000 годы, принятую 07.04.98 г. Правительством Москвы).

Государство — управляющий

Управлять охраной труда означает определять тактические и стратегические цели этой деятельности, создавать условия для их достижения (ставить и решать задачи, выбирать и применять способы, методы и меры воздействия), определять исполнителей (управляемых субъектов), осуществлять надзор и контроль за их действиями, оценивать промежуточные и окончательные результаты. Управление (руководство) охраной труда знает три подхода к решению проблемы: дискреционный, интеграционный и смешанный.

При дискреционном - управленческие функции охраной труда являются обязательным элементом компетенции только органов управления. Такой подход был реализован в Советском Союзе, когда каждое министерство и его структуры на местах (тресты, объединения и т.п.) имели в своем составе подразделения охраны труда.

Дискреционный метод работает только в системе жесткой централизации.

Поэтому, с крахом административно-командной системы и переходом к рыночной экономике на повестку дня встала интеграционная модель, которая предусматривает автономную систему управления охраной труда и создание собственной отрасли (подотрасли) соответствующего законодательства.

Постановлением Правительства РФ от 25.08.95 г. № 843 «О мерах по улучшению условий и охраны труда» было предусмотрено создание Государственной системой охраны труда».

Управление охраной труда призвано осуществлять Правительство РФ, Министерство труда РФ, службы охраны труда федеральных органов исполнительной власти, государственной власти субъектов Российской Федерации и органы исполнительной власти по труду субъектов федерации. Государственное управление охраной труда закреплено и в ст.210 Трудового кодекса РФ.

О формировании подотрасли права свидетельствует принятие законов «Об основах охраны труда в Российской Федерации», «Об основах обязательного социального страхования», «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и других.

Смешанный подход характерен для переходного периода. Он характеризуется параллельным существованием элементов дискретного и интегрального подходов, существенными издержками управления и может рассматриваться только, как временное явление. В России он начался в начале 90-х годов ХХ века и продолжался более 10 лет.

Государство-гарант

Изменения, происшедшие в нашей жизни после 1991 г. носили настолько всеобъемлющий характер, что в 1993 г. потребовалось принятие новой Конституции. Тенденция ухода государства с занимаемых ранее позиций получила законодательное закрепление.

В охране труда за государством сохранена лишь роль гаранта права работников на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст. 37 Конституции РФ).

Прямая обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя (п.1 ст. 14 закона «Об основах охраны труда в РФ»). Прямое вмешательство государства в хозяйственную деятельность предприятий, в том числе и по вопросам охраны труда, по общему правилу не допускалось.

Например, принятые в августе 1993 г. Основы законодательства Российской Федерации об охране труда, которые действовали до принятия закона «Об основах охраны труда в РФ, не возлагали на работодателя обязанность организовывать на предприятии службу охраны труда. Это отражало принципиальную позицию Верховного Совета РФ по защите прав предпринимателя.

Сейчас точка зрения на проблему изменилась. Закон «Об основах охраны труда в РФ» обязал работодателя создавать в организации службу охраны труда, а при невозможности этого, привлекать для выполнения работ по охране труда другие предприятия (на договорных условиях). Также признано, что исполнение государством своих функций гаранта без прямого вмешательства в деятельность конкретного предприятия в некоторых случаях невозможно.

Поэтому введены исключения из общего правила. Например, в соответствии с Положением «О федеральной инспекции труда», утвержденным постановлением Правительства РФ от 28.01.2000 г. № 78 сотрудники инспекции вправе при угрозе жизни или здоровью работников приостановить деятельность предприятия или его отдельных подразделений, а равно отстранить от работы лиц, не прошедших обучение или инструктаж по охране труда. Такая норма закреплена и в Трудовом кодексе РФ.

Типичным случаем обычной формы реализации государством функции гаранта является назначение Фондом социального страхования России большинства видов страхового обеспечения. Например, фонд за счет своих (а по сути государственных) средств оплачивает дополнительные расходы, связанные с повреждением здоровья застрахованного работника, на его медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.

Лишь пособие по временной нетрудоспособности назначается и выплачивается работодателем. Фонд, однако, засчитывает суммы таких выплат при своих последующих взаиморасчетах с работодателем.

Сочетание функций государства, перечисленных выше, можно проиллюстрировать следующим примером: Небольшой, но устойчивый рост производственного травматизма в середине 90-х годов ХХ века сопровождался адекватным, в целом, усилением административных мер, применяемых к виновным. Однако кардинального влияния на ситуацию с травматизмом это не оказывало, позволяя удерживать ситуацию на определенном уровне, что немало, но недостаточно.

Ежегодно выявлялось немало сокрытых несчастных случаев и профессиональных заболеваний. Поставленный в жесткие и несправедливые условия конкурентной борьбы работодатель рассматривал экономию расходов на обеспечении безопасных условий труда для своих работников как одно из средств снижения себестоимости выпускаемой продукции и повышения, тем самым, ее конкурентоспособности.

Другое дело, что по данным НИИ Проблем охраны труда один рубль такой экономии впоследствии оборачивался 3-4 рублями различных компенсационных выплат.

Особенностью ситуации являлось то, что подавляющее большинство таких выплат приходилась не на работодателя, а на гаранта, т.е. на государство в лице Фонда социального страхования или на всех граждан, если называть вещи своими именами.

Предприниматель имел двойную выгоду: и себестоимость снижена, и расплата за ошибку (несчастный случай с работником) на государство переложена. А если несчастный случай еще и скрывали от учета, то работодатель избавлялся не только от обязанностей по его расследованию, но и от многочисленных проверок, которые могли затем последовать.

Нужно было вводить механизмы экономического стимулирования, поощряющие работодателя направлять средства на предотвращение возможного вреда, а не на выплату сумм уже в счет его возмещения. Такая попытка была предпринята.

В развитие закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (№125-ФЗ от 24.07.98 г.) приняли: закон «О страховых тарифах на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве…» (№ 10-ФЗ от 02.01.2000 г.) и «Правила отнесения отраслей экономики к классу профессионального риска» (Постановление Правительства РФ от 31.08.99 г. № 975).

Они дифференцировали размеры страховых взносов, подлежащих обязательной уплате работодателем в Фонд социального страхования РФ, в зависимости от состояния дел с производственным травматизмом в отрасли и на предприятии.

В соответствии с утвержденными фондом «Правилами начисления, учета и расходования средств на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве…» размер обязательного платежа в фонд работодатель мог уменьшить , если самостоятельно нес расходы по материальному обеспечению пострадавшего от несчастного случая. Происходил своеобразный зачет.

Введенный экономический рычаг стал работать наряду с административным. Его действие было настолько эффективным, что фонду пришлось создать специальные подразделения, разбирающиеся с приписками, поскольку иной работодатель стремился даже насморк объявить профессиональным заболеванием.

Тенденции к сокрытию несчастных случаев и профзаболеваний, когда работник не получал причитающихся ему выплат, либо получал их не в полном объеме, был нанесен ощутимый урон. Государство здесь выступило и как законодатель, и как руководитель (управляющий) системы охраны труда, и как гарант интересов работников.

Вместе с тем, исполнение государством своей функции гаранта еще далеко от совершенства. К сожалению, это нашло свое отражение и в Трудовом кодексе РФ. Установленные им гарантии при заключении трудового договора (ст.64) при ближайшем рассмотрении оказываются вовсе не гарантиями, а в лучшем случае декларацией о намерениях.

Во-первых, гарантии сформулированы в виде запрета (на необоснованный отказ, на отказ по мотивам беременности, на отказ в случае перевода и т.д.). В данном случае запрет может быть реализован только пассивным поведением работодателя, хотя при заключении договора от него ожидается не воздержание, а совершение конкретных активных действий. Однако совершения каких-либо конкретных активных действий норма ст.64 кодекса от него не требует. Обязанность заключить договор на работодателя не возложена.

Во-вторых, отказ может быть обжалован в судебном порядке, т.е. в суд следует обращаться не с иском об обязании работодателя заключить трудовой договор, а с жалобой на необоснованный отказ. Метод обжалования эффективен только в случае привлечения к ответственности или возложения на субъекта дополнительных обязанностей. Тогда признание обжалуемых действий незаконными освободит жалобщика от бремени их исполнения.

В случае с трудовым договором работодатель никаких обязанностей на жалобщика не возлагает. Суд удовлетворит жалобу и признает отказ незаконным. А дальше что? Обязанности заключить договор у работодателя как не было, так и не появилось. Оштрафует такого работодателя государственный инспектор труда за допущенное нарушение закона, если уложится в срок давности, а добиться заключения трудового договора не сможет ни он, ни судебный пристав.

Вот и спрашивают люди друг у друга, а что собственно гарантирует Трудовой кодекс РФ в данном случае? Ответ очевиден — ничего, кроме разочарования после прохождения сложной судебной процедуры обжалования. Что помешало законодателю установить, что отказ может быть не обжалован, а оспорен в судебном порядке. Только ли недостаточная квалификация? Вряд ли.

Об этом свидетельствует текст уже первой строки статьи 64 ТК .Статья начинается с грозного запрета на необоснованный отказ в заключении трудового договора. Перепуганный работодатель полезет в юридические дебри, чтобы узнать, а что такое необоснованный отказ. В самом Трудовом кодексе РФ ответа на этот вопрос он, естественно, не найдет.

Но возьмет, к примеру, Гражданский процессуальный (ст. 195) или Арбитражный процессуальный кодекс РФ, в ст. 15 которого записано, что судебное решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Под законностью в данном случае понимается соответствие действующему законодательству, под обоснованностью — соответствие фактическим обстоятельствам, из которых можно сделать вывод о реальных отношениях между субъектами, а под мотивированностью — объясненность причин, по которым сделаны те или иные выводы.

Какой несложный вывод может сделать работодатель, вернувшись после этого к тексту ст. 64 Трудового кодекса РФ? Он может сделать несложный вывод, что

а) законного отказа от него никто не требует

б) необоснованный отказ — это отказ, не основанный на фактических обстоятельствах

в) каких именно фактических обстоятельствах — в тексте закона не указано.

г) причину отказа (мотивы) он должен будет изложить только по требованию лица, которому отказано в заключении трудового договора.

д) ст.64 противоречит ст. 381 Трудового кодекса РФ, которая относит разногласия в случае отказа в заключении трудового договора к категории трудовых споров, т.е. таких, которые разрешаются судом в порядке искового производства, а не в порядке производства по жалобе.

Но оставим любознательного работодателя наедине с собственными мыслями, ограничимся лишь констатацией, что текст ст. 64 Трудового кодекса РФ в ее нынешней редакции не соответствует ее названию.

Государство-работодатель

При Советской власти государство являлось практически единственным работодателем на всей территории Советского союза. Помимо государства работу человек мог получить в колхозе. А в порядке исключения — у редкого физического лица, литературные секретари были, например, у М. Горького. Колхозные дворы, рыболовецкие артели и народные промыслы никакого влияния на общую ситуацию также не оказывали.

Церковь была отделена от государства, служители культа жили по своим правилам. Использовался труд заключенных. За работу в партийных или профсоюзных органах люди получали государственную пенсию. КПСС и профсоюз, по сути, были частями государственного механизма.

Картина изменилась после перехода к рынку. Государство отступило с занимаемых позиций. Его место заняли юридические лица различных организационных форм. Тем не менее, государство остается самым крупным работодателем. Его статус носит особый характер. В основном, эти особенности сконцентрированы в законодательстве о государственной службе.

Интересно, что Европе не страхуют государственных служащих от увольнения по сокращению штата или численности, т.к. не без оснований считают, что государство, как единый работодатель имеет возможность трудоустроить чиновника на любую другу должность государственной службы.

Россия находится лишь в самом начале этого пути. Увольнения государственных чиновников по таким основаниям носят достаточно распространенный характер). Есть еще некоторые категории работников, которые действуют в соответствии со специальными законами, также содержащими изъятия из общих правил. Например, судьи, прокуроры, работники милиции и военнослужащие (военная служба признается особым видом государственной службы).

Касаются такие изъятия и охраны труда, например, на милиционеров и военных не распространятся требования о расследовании несчастных случаев. Возмещение полученного при этом вреда пострадавшему происходит по иным правилам, чем те, которые предусмотрены законодательством для обычных случаев.

Не в полном объеме трудовое законодательство распространяется и на лиц, по приговору суда отбывающих наказание в местах лишения свободы.

Особая категория должностных лиц государства свои права и обязанности получает не в результате заключения трудового договора, а в результате избрания на должность, например, Президент России, губернаторы и депутаты. Их деятельность регулируется нормами не трудового, а государственного (в широком смысле) права.

Но в отношении основной массы государственных служащих нормы охраны труда каких-либо изъятий из общего правила не допускают. Полномочия работодателя государство реализует через свои (государственные) органы (см. п. 3).

Объединения государств

Государства могут объединиться в единое целое, образуя федерацию, как это произошло, например, с Россией. Объединение может носить менее выраженный характер (без общих границ, денежной единицы, языка и т.п.). Тогда это называется конфедерацией. Примером конфедерации является Союз России и Белоруссии образца 1997 года.

Ради достижения экономической или политической интеграции государства создают межгосударственные объединения, как правило, на региональной основе. Например, Содружество Независимых Государств — СНГ или Европейский Союз. Степень интеграции здесь значительно меньше, чем при конфедерации. Однако она есть, целям интеграции служит, например, Соглашение о порядке расследования несчастных случаев на производстве, происшедших с работниками при нахождении их вне государства пребывания, заключенное Правительствами государств-членов СНГ в 1995 г.

Межгосударственные объединения сходны с международными организациями (в основе и тех и других лежит международный договор). Международную организацию от объединения отличает меньший объем полученных от государств-участников полномочий.

Примером такой организации является Международная организация труда (МОТ), выработавшая многие конвенции, присоединение к которым оказало существенное влияние на охрану труда в России, например, Конвенция от 22 июня 1981 г. № 155 «О безопасности и гигиене труда и производственной среде».

Источник

Охрана труда: субъекты права / В.В. Панкратов // Закон, 2003, № 5.С. 19-21.


СУБЪЕКТЫ ПРАВА ОХРАНЫ ТРУДА

https://syg.ma/@v-pankratov/subiekty-prava-okhrany-truda


Субъектами права охраны труда являются участники тех общественных отношений, которые возникают в сфере труда по поводу сохранения работоспособности и тру


убрать рекламу


доспособности работающих.

Теория трудового права советского периода под субъектами трудового права понимала работников, работодателей и государство (см., например, курс Российского трудового права под редакцией Е.Б. Хохлова Издательство Санкт-Петербургского университета, 1996 г. т.1, стр. 177). В основном потому, что в тот период в силу неразвитости других институтов трудового права различия между этими понятиями были невелики и не играли определяющей роли в структуризации отрасли.

К настоящему времени различия существенно увеличились, появились специфические особенности. Например, в случае с судьями функция работодателя оказалась распределена между несколькими структурами.

На должность судью назначают Президент России или Совет Федерации, рабочим местом обеспечивает председатель суда, а освобождает от должности и привлекает к дисциплинарной ответственности квазиобщественная организация, так называемый орган судейского сообщества — квалификационная коллегия судей.

Кто является работодателем у Президента Российской Федерации до настоящего времени четко не сформулировано. Одно ясно — это не Центральная избирательная комиссия Российской Федерации, которая оформляет и выдает ему служебное удостоверение (функция работодателя). В прежнюю схему это, безусловно, не вписывается.

Тем не менее, следует иметь в виду, что как бы эти различия и особенности ни отражались на количественном и качественном составе субъектов, в охране труда субъекты трудовых отношений все равно в той или иной степени выражают либо интересы работника, либо интересы работодателя, либо интересы государства.

Может быть, поэтому до настоящего времени распространенной ошибкой является смешение понятия субъекта отрасли трудового права и понятия стороны трудового договора, хотя эти категории и лежат в разных плоскостях правового пространства (см., например, Комментарий к Трудовому кодексу РФ под редакцией С.А. Панина, Москва, МЦФЭР, 2002, стр. 80).

Нередко субъект отрасли, в зависимости от обстоятельств, может выступать и в качестве работника, и в качестве работодателя, а иногда и совмещать в себе обе эти роли (например, когда на период отпуска работник банка за собственный счет нанимает себе телохранителя). Некоторым исключением является государство. В трудовом договоре оно может выступать как работодатель в широком смысле этого слова (например, для государственных служащих), однако, в отрасли его функции этим не ограничиваются. (Только работодателем может быть и юридическое лицо).

Наиболее распространен в гражданском праве договор купли-продажи. Но на этом основании никто не спешит объявить покупателя и продавца субъектами отрасли.

Трудовой договор — самая распространенная, но не единственная форма реализация субъектами отрасли трудового права своих правомочий. Например, они могут выступить и как участники отношений социального партнерства, в том числе и по вопросам охраны труда, при этом, физические лица принимают участи в этом процессе через своих представителей.

С развитием института обязательного государственного страхования в качестве самостоятельной формы реализации правомочий субъектов трудового права выступают отношения страхования, участники которых называются застрахованными (те, кого страхуют), страховщиками (те, кто страхует) и страхователями (те, у кого страхуют).

Таким образом, физическое лицо может одновременно выступать и в роли работника, и в роли работодателя, и в роли застрахованного и в роли страхователя, а через специального представителя или в качестве члена трудового коллектива, а равно члена профессионального союза и в роли участника отношений социального партнерства.

Это оказывается возможным только потому, что во всех этих случаях физическое лицо изначально являлось самостоятельным субъектом отрасли трудового права вообще и подотрасли охраны труда в частности. При этом лицо должно обладать трудовой правосубъектностью, т.е. трудовой праводееспособностью.

Необходимо отметить, что физическое лицо находится под воздействием норм трудового права еще до того, как оно стало работником в юридическом смысле слова (т.е. стало стороной в трудовом договоре).

Ищущий работу без обращения в службу занятости человек уже является субъектом трудового права. На него, к примеру, возложена обязанность пройти медицинское обследование (за свой счет или за счет средств фонда обязательного медицинского страхования, но не за счет работодателя) и представить будущему работодателю справку о состоянии здоровья или выполнить другие ограничения, установленные законом для поступления, например, на государственную службу. (Лицо, ищущее работу с помощью службы занятости, является субъектом законодательства о занятости населения).

Что касается непосредственно трудового договора и его месте в трудовом законодательстве, то этот институт нуждается в кардинальной переработке. О множественности индивидуальных договоров о труде говорили разные авторы (А.С. Пашков, С.П. Маврин. О концепции обновления трудового законодательства. Вести. МГУ. Серия Право. 1990. № 3. стр. 20; В. Скобелкин. Косметический или капитальный ремонт? Социалистический труд. 1990. № 2. стр. 2; Л.Ю. Бугров. Принципы «неправа» в области действия советского трудового законодательства. Советское государство и право. 1991. № 8 стр. 56).

Не вызывает никакого сомнения, что трудовой договор — родовое понятие. Оно должно раскрываться в Общей части Трудового кодекса, как это, например, сделано в Гражданском кодексе РФ применительно к институту сделок. В особенной части Трудового кодекса должны быть раскрыты видовые понятия трудового договора — договор найма рабочей силы, договор о материальной ответственности, договор об ученичестве и т.п.

К сожалению, разработчики Трудового кодекса РФ вновь не сочли нужным или не смогли пойти по такому пути, (что одинаково плохо), несмотря на то, что это азы процесса кодификации любого, а не только трудового законодательства.

Учитывая это, а также многие другие обстоятельства, Трудовой кодекс РФ с точки зрения кодификации заслуживает неудовлетворительной оценки. Но если его рассматривать с точки зрения обычного закона, то проработанностью некоторых вопросов он выгодно отличается от других федеральных нормативных актов. Уровень закона кодекс в 2001 г. перешагнул, но до уровня Кодекса явно не дотянул. Эту работу еще предстоит сделать.

Физические лица

Под физическими лицами понимаются граждане, лица без гражданства и иностранцы. (В определенных ситуациях можно говорить о статусе беженца или вынужденного переселенца).

Гражданин — физическое лицо, которое национальной правовой системой признается полноправным субъектом общественных отношений, возникающих на территории государства с республиканской формой правления.

Иностранец — с точки зрения национальной системы права гражданин или подданный другого государства.

Подданный — физическое лицо, которое национальной правовой системой признается полноправным субъектом общественных отношений, возникающих на территории государства с монархической формой правления.

Лицо без гражданства — физическое лицо, которое ни одна национальная правовая система не признает полноправным субъектом общественных отношений, возникающих на территории государства с любой формой правления.

В буквальном смысле слова — подданный, например, Великобритании, также является лицом, не имеющим гражданства. Однако лицом без гражданства для целей правового регулирования признается человек, который не принадлежит к национальной правовой системе ни одного государства или государственного образования, независимо от формы правления.

Законодательство о труде ведет, как о главном, речь об одном правовом режиме для физического лица — работнике. Охрана труда использует другой термин — «работающий» (см., например, ст.ст. 209 и 399 Трудового кодекса РФ, ст. 1 Федерального закона «Об основах охраны труда в Российской Федерации», сохраняющий свою силу Государственный стандарт Союза ССР ГОСТ 12.0.002-80 С «Система стандартов безопасности труда. Термины и определения.»).

Понятие «работающий» шире понятия «работник», т.к. относится ко всем застрахованным физическим лицам, лично участвующим в трудовой деятельности, а не только к стороне трудового договора.

Как уже отмечалось, это могут быть и застрахованные обучающиеся граждане и застрахованные частные предприниматели, в сохранении жизни и здоровья которых общество заинтересовано не в меньшей степени, чем в сохранении жизни и здоровья работников.

Здесь охрана труда испытывает сильное влияние законодательства о здравоохранении. Например, ст.20 Основ законодательства Российской Федерации «Об охране здоровья граждан», регулируя отношения в пограничной с трудовым правом области, использует термин «работающие граждане».

Термин «работающий» используется и в науке (см. Кривой В.И. «Отзыв на диссертацию Княжеваа Е.В. Правовые аспекты охраны труда в Российской федерации: состояние и перспективы, стр. 3). Энциклопедия по безопасности и гигиене труда (Международное бюро труда, Женева-Москва, 1986, с. 1562) также использует термин «охрана здоровья работающих». Подобное равное отношение со стороны охраны труда ко всем застрахованным физическим участникам трудового процесса по вопросу сохранения их жизни и здоровья следует признать справедливым.

Чтобы снять малейшие сомнения на счет юридической чистоты такого подхода, можно сказать, что на всех застрахованных физических лиц, лично участвующих в трудовой деятельности, в части сохранения их жизни и здоровья законодательство об охране труда распространяет правовой режим «работника».

Статья 227 Трудового кодекса РФ закрепила это положение, установив правило, в соответствии с которым несчастные случаи подлежат расследованию не только если они произошли с работниками, но и со всеми другими лицами, если те подлежали обязательному социальному страхованию от несчастных случаев и пострадали при исполнении трудовых обязанностей и работы по заданию работодателя (это, например, студенты, проходящие практику в организациях, лица, осужденные к лишению свободы и привлекаемые к труду администрацией, другие лица, участвующие в производственной деятельности).

Как видим, этот перечень не является исчерпывающим, он может быть продолжен в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Например, приемными родителями, которым ст. 152 Семейного кодекса РФ устанавливает особый порядок оплаты труда, отсылая к законодательству субъектов РФ. На основании СК РФ, Закон Новгородской области от 27.03.98 г. № 117-З «О размере оплаты труда приемных родителей и льготах, предоставляемых приемной семье» (в редакции от 17.03.2000 г.) определил размер такой оплаты в сумме 3 МРОТ в месяц на каждого ребенка.

Очевидно, что приемный родитель не является работником в классическом смысле этого слова, хотя оплату труда получает в МРОТ ежемесячно и не за результат, а за труд, т.е. за выполнение трудовой функции (работы). Тем не менее, он субъект трудового права.

При не урегулированных разногласиях по вопросу оплаты его труда (к примеру, несвоевременной выплате) конфликт будет рассматриваться по правилам трудового спора. А статья 3 Федерального закона «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» от 26 января 1996 г. прямо определяет понятие «работник» как «физическое лицо, работающее в организации на основе трудового договора (контракта), лицо, занимающееся индивидуальной предпринимательской деятельностью, лицо, обучающееся в в образовательном учреждении начального, среднего или высшего профессионального образования».

С другой стороны, ст. 11 Трудового кодекса РФ содержит правило, что требования трудового законодательства распространяются на всех лиц. Исключения из этого правила могут устанавливаться только федеральными законами. Это означает, что в кодексе или ином федеральном законе должна быть прямо указана категория лиц, в отношении которых установлены иные правила. Нет упоминания в федеральном законе, значит, нет оснований для исключения, т.е. не упомянутое лицо — субъект трудовых отношений в полном объеме.

К слову, подобная терминология имеет в России исторические корни. В 1882 г. был принят нормативный акт «О малолетних, работающих на заводах, фабриках и мануфактурах».

По общему правилу физическое лицо обретает трудовую правосубъектность по достижении 16 лет. Относительно полная дееспособность наступает к 18 годам, с этого возраста можно выполнять тяжелую работу или работу с вредными и опасными условиями труда, работать с алкогольной и табачной продукцией, в том числе при полной материальной ответственности, может стать и работодателем.

Дальнейшее повышение возрастного порога не оказывает серьезного влияния на общий объем прав и обязанностей физического лица, и присутствует, скорее, в качестве уточнения, дополняющего общее правило. Как, например, возможность стать судьей Конституционного суда РФ в 40, а Президентом России — в 35 лет. Исключением из правила являются случаи понижения возрастного порога до 15, иногда до 14 и реже до 14 лет (см. ст.63 Трудового кодекса РФ).

С этой точки зрения нижнего возрастного предела в трудовом праве не существует, т.к. известны случаи участия в киносъемках детей грудного возраста. (Касаясь этого вопроса, выступающие на семинарах и конференциях любят вопрошать — с какого возраста ребенок может нанять себе няньку?).

За некоторыми исключениями общее правило не содержит ограничений и по максимально допустимому возрасту. Исключения касаются некоторых категорий работников (например, образовательных учреждений или государственных служащих, которые подлежат увольнению по достижении 65-летнего возраста).

Иностранцы обладают специальной правосубъектностью. Она не возникает автоматически только по достижении физическим лицом соответствующего возраста. Иностранец должен получить от специальных органов подтверждение на право вести в России трудовую деятельность. Разрешение на привлечение иностранной рабочей силы должен оформить на свое имя и его работодатель (см. Указ Президента РФ от 16.12.93 г.№ 2146 «О привлечении и использовании в Российской Федерации иностранной рабочей силы»).

На работающего в России иностранца или на лицо без гражданства в полном объеме распространяется российское законодательство об охране труда. На работающего за рубежом гражданина России в полном объеме распространяется законодательство об охране труда государства работодателя. Иное может быть предусмотрено только международным договором между Россией и другим государством.

Объединения физических лиц

С целью отстаивания своих интересов в сфере охраны труда работающие физические лица могут создавать различные объединения. Хрестоматийным примером такой активности является профсоюз (профсоюзы). В соответствии с действующим законодательством профсоюз, например, обладает определенными рычагами воздействия на состоянии техники безопасности на предприятии.

Так, представляя в порядке ст.29 Трудового кодекса РФ работников на коллективных переговорах с работодателем, профсоюз может добиться улучшения условий и охраны труда работников, в том числе женщин и молодежи (ст.41 Трудового кодекса РФ). Несмотря на то, что по сравнению с ранее действовавшим законодательством Трудовой кодекс РФ в определенной мере является антипрофсоюзным (например, профсоюз лишили права объявлять забастовку), профессиональные объединения еще сохраняют возможность влиять на ситуацию, в основном путем участия в переговорах.

Профсоюз не всегда существует в качестве юридического лица. Но и после обретения статуса последнего он не перестает выражать интересы своих членов — физических лиц.

Нелишне отметить, что частные предприниматели как физические лица также имеют легальную возможность образовать свои союзы (в том числе профессиональные), чтобы отстаивать свои интересы во взаимоотношениях с государством или профсоюзами работников. Объединения физических лиц могут самостоятельно выступать в роли работодателей. Например, профсоюз, даже действующий без приобретения прав юридического лица, может заключать трудовые договоры с работниками (см. ст. 3 Федерального закона «Об общественных объединениях).

Юридические лица

Юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество, отвечает этим имуществом по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, а также нести обязанности (см. ст.48 Гражданского кодекса РФ).

Юридическое лицо считается созданным с момента государственной регистрации. С этого времени оно приобретает трудовую правосубъектность и, независимо от вида и формы собственности, может выступать в качестве работодателя. Эту функцию юридическое лицо реализует через свои органы управления. В подавляющем большинстве случаев в качестве такого органа по должности выступает руководитель организации.

Утрата трудовой правосубъектности юридического лица сопряжена с его ликвидацией — прекращением без перехода прав и обязанностей к другим лицам (правопреемства). Ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо — прекратившим свое существование после того, как соответствующую запись сделают в едином государственном реестре юридических лиц (ст. 63 Гражданского кодекса РФ).

Некоторые процедуры, предшествующие ликвидации юридического лица, например, процедура банкротства, существенно ограничивают его гражданскую дееспособность, но это не затрагивает сферу трудового права. Даже созданные в процессе банкротства новые органы управления (конкурсный управляющий) в полном объеме должны осуществлять функции работодателя вплоть до момента ликвидации юридического лица. Задолженность работодателя по заработной плате не является основанием для начала процедуры банкротства.

Ситуация с банкротством интересна еще и тем, что вносит изменения в список органов, прикосновенных к рассмотрению трудовых споров. По очень узкому кругу вопросов решение может принимать арбитражный суд. Статья 18 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установила, что разногласия между представителем работников (еще один субъект права) и арбитражным управляющим (также специфический субъект права) о составе и размере требований по оплате труда и выплате выходных пособий лицам, работающим по трудовым договорам, рассматривает арбитражный суд в порядке ст. 60 этого Федерального закона.

В арбитражный суд вправе обратиться как представитель работников, так и управляющий.

Субъектом охраны труда в квадрате может выступать юридическое лицо, функционирующее, как производитель, например, средств индивидуальной защиты. В этом случае его деятельность регламентируется не только общими (как работодателя), но и специальными нормами охраны труда, устанавливающими обязательные параметры для данного вида производимой продукции.

Объединения юридических лиц

С точки зрения трудового права (том числе охраны труда) объединения юридических лиц в первую очередь интересуют нас, как самостоятельные образования, выражающие интересы работодателей в области трудовых отношений. Самым известным объединением юридических лиц является сторона, представляющая интересы работодателей в Российской трехсторонней комиссии. В настоящее время это Российский союз промышленников и предпринимателей (работодателей). Союз представляет интересы работодателей на федеральном уровне.

На отраслевом уровне интересы работодателей во взаимоотношениях с государством и профсоюзами представляют иные объединения. Например, такие, как Союз лесопромышленников России.

На уровне субъектов федерации работодатели также имеют своих представителей. В столице, например, это Московская конфедерация промышленников и предпринимателей. Естественно, что любое объединение юридических лиц может выступать в трудовых отношениях непосредственно, как работодатель. Но это уже сфера трудового договора, а не социального партнерства.

Если конкретный союз или объединение выражает интересы работодателей конкретного субъекта федерации или отрасли, это не означает, что каждое юридическое лицо данной отрасли или субъекта федерации, как работодатель, является его членом. (В такой же степени профсоюз в сфере социального партнерства выражает интерес всех лиц, работающих по найму, даже если эти лица не состоят его членами.) Но положения, которые фиксируются трехсторонними соглашениями, обязательны для работодателей, даже если они юридически не состоят членами того союза, от имени которого такое соглашение подписано.

Если работодатель не согласен с соглашением полностью или частично, он может в определенный срок и в определенном порядке заявить об этом. Такое заявление освобождает его от исполнения зафиксированных соглашением обязательств. Если работодатель не сделает такой оговорки, промолчит, условия соглашения распространяются на него в полном объеме.

Одно юридическое лицо может быть членом союза работодателей на всех уровнях одновременно (в субъекте федерации, в отрасли, в государстве). Союзы выражают интересы работодателей, как юридических, так и физических лиц.

Необходимо иметь в виду, что до недавнего времени специальное законодательство о союзах работодателей, в отличие от союзов работников, отсутствовало. Это был очевидный шаг назад по сравнению с законодательством Российской империи. Временные правила от 04 марта 1906 года «О профессиональных обществах, учреждаемых для лиц, занятых в торговых и промышленных предприятиях, или для владельцев этих предприятий» предоставляли работодателям того времени возможность создавать свой, пользуясь нынешней терминологией, профсоюз.

Только в ноябре 2002 г. принят Федеральный закон «Об объединениях работодателей», предусматривающий, что такие объединения могут создаваться по территориальному (региональному), отраслевому, межотраслевому, территориально-отраслевому признакам (ст.4), для отстаивания законных интересов и защиты их прав во взаимоотношениях с профессиональными союзами и их объединениями, органами государственной власти, органами местного самоуправления (ст.13). В течение 3-х лет объединения работодателей, созданные до вступления этого закона в силу, обязаны привести свои учредительные документы в соответствие с ним (ст.18).

Иные формы объединения субъектов

В охране труда, как и в трудовом праве вообще, существуют специфические формы реализации субъектами своих правомочий. В отдельный раздел их можно выделить потому, что: а) закон наделяет их специальными полномочиями, которых нет ни у кого из других субъектов , т.е. свои полномочия они получают из закона, а не в результате делегирования. и б) они не являются при этом органами других субъектов, как, например, такие специфические образования, вроде комиссии по рассмотрению трудовых споров или трудового арбитража, которые тоже черпают свои полномочия из закона, не говоря уже о таких структурах, как органы, возглавляющие уже объявленную забастовку.

Самым распространенным в этом смысле примером является общее собрание работников (то, что раньше называлось собранием трудового коллектива), которое не является общественным объединением, сознательно созданным физическими лицами. Оно объективно возникает как самостоятельный конгломерат, объединяющий работающих по найму лиц в некое целое по признаку их принадлежности к определенному предприятию в момент заключения трудового договора с первыми тремя работниками и существует до увольнения трех последних работников. В государственной регистрации общее собрание не нуждается.

Только общему собранию работников дано право объявлять забастовку. Обладает оно и другими правами. Специфическим субъектом отрасли являются работники как сторона в коллективном трудовом споре.

Специфический субъект — государство

Системный подход, т.е. подход с точки зрения концептуальной теории системы выявляет то общее, что существует в различных явлениях окружающего нас мира (изоморфизм). Изоморфизм позволяет исследовать объекты с разных сторон. выявляя их особенности в процессе развития. Особый эффект это дает при изучении динамических многомерных, многоструктурных объектов, имеющих много качественных определенностей и много линий развития.

Например, человека можно определить с точки зрения анатомии и с точки зрения физиологии. Если не разделять эти два понятия, то возможность полного исследования такого объекта как человек будет затруднена. Системный подход, как каркас, на который конкретная наука наращивает знания, позволяет упорядочить информацию, изучить проблему, определив ее место в общей архитектонике знаний. В этом его синтезирующее значение.

Любая система представляет собой оформленный в некую целостность элементный состав, объединенный соответствующей структурой (связью элементов между собой). Из этого понимания следует, что структура — не аналог системе, а ее часть. Помимо целостности система обладает самостоятельностью, устойчивостью и автономностью. Целостность системы возникает как следствие ее полноты. Полной признается система, которая через определенные категории в достаточной степени ясно выражает природу какого-либо явления, его основные свойства, закономерности развития, цель существования и условия ее достижения.

Системный подход позволяет объяснять объект изучения как минимум в двух аспектах: а) статическом (например, анатомия) б) динамическом (например, физиология). Статический аспект (форма) исследует объект в пространстве, а динамический (содержание) — во времени.

Государство сложный с точки зрения познания объект. Полно охарактеризовать его одним определением невозможно. Термин «государство» — типичный случай полисемии, когда одно и тоже слово употребляется в различных, но близких по значению смыслах.

Используя системный подход, это явление можно определить следующим образом:

а) государство — аппарат для урегулирования общественных отношений.

б) государство — форма организации общества

в) государство — страна, как субъект международных отношений

г) государство — форма существования экономически и политически обособившейся части человечества, объединившейся с целью своего выживания.

Выживание — сохранение возможности дальнейшего развития.

Такая дифференциация понятий позволяет более полно понять процессы функционирования государства, но трудовое право специально не изучает виды, типы и формы государства.

Из многочисленных определений этого понятия для решения задач, лежащих в сфере труда, наиболее приемлемым является понимание государства, как властной структуры, обладающей суверенными полномочиями для решения стоящих перед народом проблем, как в пределах определенной территории, так и в отношениях с внешним миром. Это определение охватывает важнейшие элементы государства (народ, территория, суверенитет, власть и аппарат для ее реализации).

Источник

Охрана труда: субъекты права / В.В. Панкратов // Закон, 2003, № 5.С. 15-19.


УРЕГУЛИРОВАНИЕ РАЗНОГЛАСИЙ. ДОСУДЕБНЫЙ ПОРЯДОК

https://syg.ma/@v-pankratov/urieghulirovaniie-raznoghlasii-dosudiebnyi-poriadok


Может ли государственный инспектор труда продолжать проверку жалобы, если по этому основанию уже происходит разбирательство в суде? На этот счет существуют различные мнения. С одним из них мы знакомим читателей.

Новый государственный орган

Создание федеральной инспекции труда свидетельствует о намерении государства выполнить функцию гаранта Конституции. Этой особенностью и определено место инспекции в системе других правоохранительных органов и особое место в системе трудовых правоотношений.

Согласно Положению "О федеральной инспекции труда», утвержденному Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 января 2000 года № 78, федеральная инспекция, как и другие надзорные учреждения, например, прокуратура, не объявлена органом по разрешению трудовых споров (в том числе коллективных). Не предоставлены ей такие полномочия и другими нормативными актами.

Этим, в частности, обусловлено, что, вынужденная действовать в пограничной сфере трудовых конфликтов, инспекция не прекращает попыток самоидентификации, стремлений нащупать границы сферы своей ответственности, расширить их насколько возможно и не выйти при этом за пределы предоставленных законодательством полномочий.

Не вызывает никаких сомнений тот факт, что только неукоснительное соблюдение закона самой инспекцией способно вызвать доверие общества (в первую очередь работников и работодателей) как к принимаемым ею мерам по конкретным делам, так и к выдвигаемым предложениям по изменению или иному совершенствованию действующих правовых установлений.

Коллективный трудовой спор

Самая нечеткая, зыбкая граница разделяет функции федеральной инспекции и судебных органов общей юрисдикции. В немалой степени этому способствует некоторый, мягко говоря, дуализм законодательства. Например, внесенная в 1995 году в КОАП РСФСР поправка предоставила федеральной инспекции право привлекать к административной ответственности лиц, виновных в нарушении законодательства о коллективных договорах (нарушение условий, уклонение от заключения и т.п.). С другой стороны, такое же право закреплено за судом.

Какая-либо детализация в законе отсутствует, и это порождает если не тупиковую, то жалобоопасную ситуацию, при которой какое решение не прими, у проигравшей стороны всегда будет в арсенале весомый аргумент, что при рассмотрении административного дела была нарушена подведомственность (подсудность). Это способно в надзорной инстанции перевесить чашу весов в пользу жалобщика со всеми вытекающими отсюда последствиями для лиц, принимавших решение по существу.

Добровольно отдавать себя на милость надзорной инстанции желающих нет, поэтому ни


убрать рекламу


в судебной, ни в инспекторской практике обилия дел по этим статьям административного кодекса в последнее время не наблюдается.

Нет определенной позиции по этому вопросу и у прокуратуры. Единственно, в чем преуспели должностные лица причастных к этому вопросу государственных органов, так это в обосновании своего невмешательства в разрешение конфликтов, возникших по поводу коллективных договоров. К слову сказать, их аргументация является достаточно веской и, как минимум, заслуживает дальнейшего квалифицированного, подчеркну это слово, изучения. Пока же вопрос остается «ничейным».

Чтобы не показаться голословным, скажу, что одним из весомых доводов против рассмотрения административных материалов именно инспекцией служит то обстоятельство, что конфликты, связанные с коллективными договорами, относятся к категории коллективных трудовых споров, к разрешению которых федеральная инспекция труда никакого отношения не имеет (и не должна иметь).

По мнению сторонников указанной точки зрения, реализация предоставленного инспектору права наложить штраф на виновного в нарушении условий коллективного договора не подкреплена правом инспектора составить протокол об этом правонарушении. Подобное обстоятельство, с их точки зрения, является совершенно логичным, поскольку сфера коллективных трудовых споров лежит за пределами его (инспектора) юрисдикции. Составление административного протокола ненадлежащим лицом ведет к безусловной отмене постановления, кем бы, инспектором или судом, оно не выносилось.

Рациональное зерно в этих рассуждениях есть. Обойти это юридическое препятствие в принципе можно, «пропустив» материал через прокурора, чтобы в дальнейшем рассматривать его не по инспекторскому протоколу, а по прокурорскому постановлению. Однако это снимает лишь часть вопросов в области коллективных трудовых споров.

Индивидуальный трудовой спор

Индивидуальный трудовой спор принято определять как неурегулированное разногласие между работником и работодателем, переданное для рассмотрения в компетентный орган. К сожалению, подобная формулировка по неизвестным причинам в законе не закреплена, ее можно встретить лишь в специальной литературе.

Тем не менее, отсутствие законодательного закрепления не лишает ее как очевидной теоретической, так и несомненной практической ценностей, что, в свою очередь, позволяет использовать данную дефиницию в контексте конкретных трудовых дел. Попробуем разобраться.

Легче всего определиться с компетентным органом. Это орган, полномочия которого по разрешению индивидуального трудового спора прямо установлены законодательным актом, ибо этого требует принцип специальной правоспособности (органу, в отличие от физического лица, можно делать только то, что ему разрешено или предписано).

Горячие головы, поспешившие объявить федеральную инспекцию труда органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, наткнулись не только на отсутствие нормативного закрепления указанной функции за инспекцией (при желании этот факт можно попытаться хоть как-то обосновать), но и на основополагающий принцип работы инспекции, который красной нитью проходит через все ее учредительные и уставные документы. А именно — во всех случаях инспектор действует и принимает решения только от своего имени.

В отличие от судьи закон не наделил инспектора правом выступать от имени органа и принимать решения его именем. В нашем случае — именем инспекции. При том, что полномочия инспектора прописаны более, чем детально, полномочия инспекции (как властного органа) вообще не упомянуты. И этот факт уже не объяснишь забывчивостью законодателя, и не заменишь «сравнительным анализом действующего законодательства».

Это концепция государства, с которой приходится считаться, нравится она кому-либо или нет.

Далее. Несомненной удачей авторов определения ИТ-спора является термин «разногласие». Он настолько широк с лингвистической точки зрения, что может считаться идеальным в юридическом смысле, при условии, что отнесен (или будет отнесен) к трудовому законодательству.

На работнике и работодателе можно не заострять внимания, а вот на том, что разногласия становятся спором только после того, как переданы в компетентный орган, следует немного остановиться.

Как минимум это означает, что орган не может принять разногласия к своему рассмотрению по собственной инициативе. Он должен ждать, когда к нему обратятся (стороны или прокурор).

Помимо прочего, это дополнительный довод в пользу того, что инспекция не является органом по рассмотрению трудовых споров, так как инспектор не связан наличием или отсутствием обращения к нему со стороны заинтересованных лиц. Он действует по собственной инициативе, т.е. принимает вопросы к своему рассмотрению самостоятельно, не будучи обремененным мнениями участников трудовых отношений.

Как быть в случае поступления к инспектору жалобы обиженного работника, не является ли это передачей в компетентный орган неурегулированного разногласия по трудовому вопросу?

Правильный ответ кроется в термине «неурегулированное».

Не всякое разногласие способно стать трудовым спором, а только то, по которому стороны не достигли удовлетворяющего их компромисса. Но поиск такого компромисса предполагает наличие хоть какой-нибудь процедуры, попытки урегулировать разногласие. Будем помнить, что трудовое право основано именно на договорных началах.

Для начала одна из сторон, как правило, работник, должна как минимум обозначить свое несогласие по какому-то аспекту трудовых отношений. В большинстве случаев актом такого несогласия является жалоба. Кому она адресована, работодателю или инспектору, — второй вопрос.

Сама по себе жалоба не свидетельствует о неурегулированности отношений, а, следовательно, о наличии трудового спора. Она является доказательством, что одна из сторон считает свои права нарушенными, и не более того.

Практике известны случаи, когда мотивированный отказ работодателя снимал поставленные в жалобе вопросы. Как известны случаи, когда работодатель соглашался с доводами жалобы и добровольно приводил отношения с работником к общему знаменателю. Какой же тут спор? Никакого. Поэтому связывать возникновение трудового спора только с поступлением жалобы от одной из сторон трудового договора неправомерно.

Разногласия станут таковыми после того, как вторая сторона — работодатель — поданную жалобу отклонила (полностью, частично или вообще не рассмотрела), а первая с этим не согласилась. И тут закон дает обиженной стороне дополнительную возможность урегулировать возникшие разногласия путем обращения в федеральную инспекцию труда, у которой больше возможностей добиться искомого результата. Немалый процент добровольно выполненных работодателем предписаний тому наглядное подтверждение.

Инспекция труда и ее место под солнцем

Законодатель посчитал возможным наделить инспектора полномочиями по урегулированию разногласий в сфере трудовых отношений, чтобы не доводить эти, в основном, очевидные разногласия до состояния трудовых споров, чтобы ускорить процедуру погашения этих конфликтов и снизить нагрузку на компетентные органы, ведающие рассмотрением вопросов подобного рода. Иными словами, инспектор наделен полномочиями в области досудебного разбирательства.

В п. 9.6. Положения «О федеральной инспекции труда» за инспектором закреплено право предъявлять в интересах граждан иски в суд, но только по результатам проведенных проверок. До завершения проверки инспектор обращаться в суд не вправе.

Статья 42 ГПК РСФСР устанавливает две формы участия органов государственного управления в гражданском процессе: а) обращение с исками в защиту интересов других лиц и б) вступление в процесс (в том числе по своей инициативе) с целью дачи заключения по конкретному делу (вопросу).

Если право инспектора на обращение с иском прямо закреплено в действующем законодательстве, то право на вступление в процесс с целью дачи заключения, да еще по собственной инициативе, вообще нигде не прописано.

Более того, многие суды вообще не признают за инспектором права обращаться в суд в защиту интересов граждан, мотивируя свою позицию тем, что, согласно ст.42 ГПК РСФСР, такое право может вытекать только из закона, а не из постановления Правительства Российской Федерации, как это имеет место в нашем случае.

Оспорить эту позицию достаточно сложно и удается часто только в кассационной или надзорной инстанциях. В том числе и потому, что процессуальные противники самым решительным образом выступают против участия инспекции на стороне их работников, нынешних или бывших.

Вот суды первой инстанции и занимают выжидательную позицию, ожидая, что скажет кассация. Налицо недостаточная урегулированность полномочий инспектора.

Еще одной неурегулированной проблемой являются полномочия инспектора в ситуации, когда обиженный работник параллельно обращается и в инспекцию, и в судебные органы. В этом случае право на обращение инспектора в суд блокируется требованиями п. 4 ст. 129 ГПК РСФСР, согласно которому суд отказывает в приеме заявления, если у него в производстве уже есть дело по спору между теми же сторонами о том же предмете и по тем же основаниям.

Без согласия суда вступить в дело инспектор сможет, лишь используя институт представительства. Но тут нужен консенсус инспектора с жалобщиком, поскольку полномочия инспектора будут вытекать не из закона, а из доверенности, которую ему в установленном порядке оформит работник, выясняющий отношения со своим работодателем (ст.45 ГПК РСФСР).

Очевидным минусом тут является зависимость инспектора от позиции заявителя, который может в любой момент прекратить доверенность, если посчитает, что представитель отстаивает точку зрения закона, а не его собственную.

Кроме того, поиск консенсуса с жалобщиком является делом непростым, и может затянуться на неопределенный срок.

Во всех остальных случаях инспектор может принять участие в рассмотрении дела только с ведома и по поручению суда, который способен принять такое решение либо по собственной инициативе, либо удовлетворив соответствующее ходатайство заинтересованной стороны. Нельзя исключить, что с такой просьбой к суду может обратиться и сам инспектор.

И, наконец, наиболее по спорный вопрос: может ли инспектор продолжать проверку жалобы, если по этому основанию уже происходит разбирательство в суде? Нет — если по делу состоялось судебное решение. С этим утверждением согласны, кажется, решительно все. Должен — считают другие, если решения по делу нет, ибо такие проверки будут способствовать приведению в чувство нарушителей трудового законодательства и сокращать сроки долгих судебных процедур.

С такой точкой зрения следует, безусловно, согласиться, если действия инспектора в этом случае не будут расценены как вмешательство в рассмотрение судом трудового спора. Ведь закрепленный в ст. 146 ГПК РСФСР принцип устанавливает, что всякую работу с доказательствами по выяснению истины суд проводит непосредственно, т. е. сам, без посредников, даже таких, как государственный инспектор труда.

Тут мы возвращаемся к тому, с чего начали — с понятия трудового спора, которого нет в действующем законодательстве, чье отсутствие, как мы видим, негативно отражается не только на состоянии теоретических разработок, но и на вполне конкретных делах, с которыми почти ежедневно приходится сталкиваться государственному инспектору труда.

Источник

Досудебный порядок / В.В. Панкратов // Инспектор труда, № 1- 2001. С. 8-11.


В ПОИСКАХ ИСТИНЫ. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ТРУДОВОГО ПРАВА

https://syg.ma/@v-pankratov/v-poiskakh-istiny-tieoriia-i-praktika-trudovogho-prava


Публикация в журнале «ИТ» № 1 — 2001 статьи руководителя Государственной инспекции труда в г. Москве В. Панкратова, анализирующего вопросы участия государственного инспектора труда в рассмотрении трудовых конфликтов вообще и трудовых споров в частности, вызвала оживленную дискуссию читателей. «Масла в огонь» подлила статья И.А. Костян «Досудебный порядок разрешения индивидуальных трудовых споров, опубликованная на страницах другого журнала. Редакция обратилась к В. Панкратову с предложением продолжить обсуждение актуальной темы.

Госорган и его специальная правоспособность

В соответствии с п. 4 ст. 38 Конституции РФ индивидуальные трудовые споры разрешаются на основе федеральных законов. Иными словами, органы по рассмотрению таких споров свои полномочия должны получить из законодательного акта федерального значения. На таком же уровне должна быть урегулирована и процедура их разрешения.

Полномочия органов федеральной инспекции труда и процедура их деятельности в этой части никогда не устанавливались законом. Они вытекали из указов Президента Российской Федерации и постановлений Правительства Российской Федерации, приказов министра труда и социального развития РФ, а также указаний его заместителей.

Следовательно, утверждение, что федеральная инспекция труда разрешает индивидуальные трудовые споры путем принятия решений в виде обязательных к исполнению предписаний неконституционно по определению.

«Решение в виде предписания»

Допустим, случится невероятное и в скором времени, по аналогии, например, с прокуратурой, полномочия инспекции будут установлены федеральным законом. Станет ли она после этого органом по рассмотрению трудовых споров?

Безусловно, станет, если законом на нее прямо будет возложена такая функция с установлением соответствующей процедуры. Это будет соответствовать принципу специальной правоспособности, в соответствии с которым юридическое лицо может иметь только те права, которые прямо записаны в его учредительных документах (ст. 49 ГК РФ).

В этом случае «учредительные» документы имеют форму закона. Знаменитый принцип «разрешено все, что не запрещено» относится только к гражданам (физическим лицам). Перенос этого принципа на юридических лиц, особенно на государственные органы, уже принес нашей стране многие и многие проблемы. Вряд ли стоит снова наступать на эти грабли.

Нет, не станет, если в закон перекочуют в неизменном виде нынешние полномочия инспекции. Дело тут не только в форме (отсутствует федеральный закон), но и в содержании (сущность прав инспекции совершенно не конкретизирована в этой части). Формулировки И.А. Костян «решение в виде предписания» не содержит ни один правовой акт. Нет такой формулировки и в постановлении Пленума Верховного Суда от 26 сентября 1973 г. N! 9 (в редакции от 26 декабря 1995 г.) «О судебном решении».

Решение есть, а спора нет

Особо следует обратить внимание и на то, что орган по рассмотрению трудовых споров не вправе принимать дела к своему производству по собственной инициативе. Он должен ждать, когда к нему обратятся стороны или прокурор. Предписание же может быть внесено работодателю и при отсутствии жалобы, то есть без обращения сторон в инспекцию вообще и в отсутствие спора между работником и работодателем в частности.

Для внесения предписания инспектору достаточно в ходе проверки убедиться в нарушении закона, которое в наше время, к сожалению, нередко происходит с обоюдного согласия сторон трудового договора.

Что в результате имеем? Разногласий нет, а "решение в виде предписания» по их урегулированию налицо. Спор разрешен? Это напоминает известный диалог больного с санитарами: — Ребята, я ведь живой! — Врач сказал в морг, значит, в морг!

С другой стороны, не каждая поступившая в инспекцию жалоба свидетельствует о наличии трудового спора. Нередко это только свидетельство несогласия с каким-то аспектом трудовых отношений ее автора, считающего нарушенными свои права и открыто заявляющего об этом. Известны случаи, когда мотивированный отказ работодателя снимал поставленные в жалобе вопросы, как известны и случаи, когда работодатель добровольно соглашался с доводами жалобы и приводил свои отношения с работником к нужному результату.

Надзорные органы и принцип разделение властей

Почему такой орган надзора, как прокуратура, куда также стекаются многочисленные жалобы на действия работодателей, не отнесен к субъектам рассмотрения трудовых споров? Только ли потому, что не выносит "решений в виде предписаний»?

Ответ в другом — прокуратура не орган по рассмотрению трудовых споров по той же причине, по которой суд, рассматривая жалобы и заявления граждан и принимая по ним решения, не является органом надзора.

Иногда это называют разделением властей. А ведь инспекция — орган надзора. Надзор — ее важнейшая функция и предписание — важнейший акт надзора.

Законодательство наделяет инспектора полномочиями по урегулированию разногласий в сфере трудовых правоотношений, чтобы, не доводить очевидные, несложные конфликты до уровня трудового спора, чтобы упростить и ускорить процедуру устранения напряженности между работником и работодателем, снизить, тем самым, нагрузку на суды. Это лежит в русле очевидной тенденции к расширению возможностей по использованию разного рода процедур (в том числе примирительных) для урегулирования самых разнообразных конфликтов, не только трудовых.

Основным показателем работы инспектора должно быть не количество рассмотренных с его участием трудовых споров, а количество трудовых конфликтов, урегулированных им до того как они переросли в категорию трудового спора.

В рамках процесса

Сторонникам признания инспекции органом по рассмотрению трудовых споров следует признать, что при рассмотрении спора необходимо держаться в рамках процесса, установленного, кстати, Кодексом законов о труде РФ.

Реалии подобного признания таковы: заявления в инспекцию должны подаваться гражданами в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а в случае с увольнением этот срок сокращен до месяца (ст.ст. 205 — 211 КЗОТ РФ).

Надо ли говорить, что вся многолетняя практика работы инспекции свидетельствует об ином подходе к вопросу о сроках. Из этого следует, что инспекция либо цинично игнорирует закон, либо де-факто не является органом по рассмотрению трудовых споров.

О последнем аспекте свидетельствует и то, что во всех случаях инспектор действует и принимает решения только от своего имени. Законодательство не наделяет его полномочиями выступать от имени инспекции, то есть от имени органа и принимать решения его именем, не говоря уже о принятии решения именем государства.

Для того, чтобы выступать от имени инспекции как от органа, инспектору нужна доверенность, оформленная по правилам статей 185 — 189 ГК РФ.

Согласно ныне действующего процессуального закона «решение» — результат работы коллективного органа. Единолично чиновник (инспектор, прокурор, судья) выносит акт под названием «постановление». В органах федеральной инспекции труда коллегиальных органов нет, коллективных решений не принимается, так что термин «решение в виде предписания» неудачен и с этой точки зрения.

Источник

В поисках истины / В.В. Панкратов // Инспектор труда, № 5 — 2001. С. 14 — 19.


ОХРАНА ТРУДА. ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

https://syg.ma/@v-pankratov/okhrana-truda-istorichieskii-aspiekt


Российская империя в недостаточной мере, но все же уделяла внимания вопросам правового регулирования охраны труда. В июне 1882 г. принят нормативный акт «О малолетник, работающих на заводах, фабриках и мануфактурах» (Высочайше утвержденное мнение Государственного Совета — Собрание Узаконений 1882 г., июня 29, ст. 426), которым учрежден надзор за исполнением постановлений о работе и обучении малолетних рабочих.

В 1886 г. этот акт дополнен «Правилами о надзоре за заведениями фабричной промышленности и о взаимных отношениях фабрикантов и рабочих» (Высочайше утвержденное мнение Государственного Совета — Собрание Узаконений 1886 г., июля 15, ст. 639).

Правила установили, что надзор за соблюдением на фабриках и заводах должного благоустройства и порядка возлагается на губернское начальство и осуществляется им при содействии Губернских по фабричным делам Присутствий, а также чинов фабричной инспекции и полиции.

Нормы охраны труда содержались и в некоторых других, так называемых «фабричных» законах (см. «Советское трудовое право» Под ред. Н.Г. Александрова, Юридическая литература, Москва-1972., стр. 114). Было принято 10 основных «фабричных» законов, а если учесть все нормативные акты, которые затрагивали сферу труда, то их насчитывалось 36.

При кодификации российского законодательства все основные законы были включены в Устав о промышленности, который входил в Х1 том «Свода законов Российской империи». В 1913 году из Устава о промышленности «фабричные» законы были выделены в Особый устав о промышленном труде (ч.2 т.Х1 Свода законов Российской империи, 1913 г.).

В него вошли законы о рабочем времени 1897 г., о вознаграждении рабочих за увечье и о старостах в промпредприятиях 1903 г., о страховании рабочих от несчастных случаев и болезни 1912 г. и другие. (Интересно отметить, что в 1913 году был основан журнал «Охрана труда и социальное страхование», который выходит и поныне). Эти законы сохранили свою силу и после падения царизма в феврале 1917 г.

Временное правительство не внесло в регулирование трудовых отношений никаких изменений. Это свидетельствует, что оно не понимало глубинных причин революционной ситуации в России и не имело реальных шансов удержать власть.

«Фабричные» законы были отменены после октябрьской революции 1917 года. Совет народных комиссаров предпринял ряд мер, направленных на усиление охраны трудящихся вообще и рабочего класса в частности от тех «вредностей и опасностей, которые представляют для организма все особые условия промышленного труда» (см. С. Каплун «Теория и практика охраны труда», ч.1 , М., 1925 г., стр. 25-39).

В числе первых декретов — Декрет о 8-часовом рабочем дне от 29.10.1917 г.(!). Всего же до принятия в 1918 г. первого Кодекса законов о труде были изданы 7 декретов Совета народных комиссаров и Всероссийского Центрального исполнительного комитета по вопросам регулирования трудовых отношений.

Большевики последовательно воплощали в жизнь опыт международного рабочего движения, в основном Западной Европы, накопленный к ХХ веку. Они использовали документы Лионского социалистического конгресса 1877 г., Конгресса французских социалистов 1884 г., Съезда Швейцарских рабочих организаций 1883 г. в Цюрихе, Базельского конгресса рабочих организаций 1897 г. и других. В значительной степени этот опыт обусловил создание в 1919 г. Международной организации труда (МОТ).

Кодекс законов о труде РСФСР 1922 г. ввел ряд новых понятий охраны труда — оздоровление труда и охрана здоровья рабочей массы, безопасность жизни и здоровья рабочих, безопасность труда. Были смягчены нормы о военнизированном (трудармия) принудительном труде (так называемой трудовой повинности), уменьшена степень милитаризации труда, введены договорные начала в эту сферу деятельности.

Исторически видно, что трудовое право России и в царский и в большевистский период изначально формировалось как право охраны труда. (см. С.А. Иванов, Р.З. Лившиц, Ю.П. Орловский «Советское трудовое право — вопросы теории». М., 1978, стр. 12).

Картина изменилась с курсом страны на индустриализацию. Во главу угла был поставлен вопрос резкого повышения производительности труда, в том числе за счет ослабления требований к охране труда. (см. С.А. Иванов «Трудовое право переходного периода: проблемы использования зарубежного опыта», Государство и право, 1995, № 3, стр. 33).

Трудовое право при этом активно использовалось в качестве одного из рычагов для достижения экономических и политических целей. В 1933 г. произошло слияние Наркомтруда и ВЦСПС, а также их органов на местах (см. Постановление ЦИК, СНК ССР и ВЦСПС «Об объединении Народного Комиссариата труда СССР и ВЦСПС» от 23.06.33 г. и постановление СНК СССР и ВЦСПС от 10.09.33 г. «О порядке слияния Народного Комиссариата труда Союза ССР с Всесоюзным Центральным Советом Профессиональных Союзов).

Государство передало функции надзора и контроля за состоянием дел с охраной труда общественной организации — профсоюзу. Это усилило позиции профсоюза, но объективно ослабило состояние контроля и надзора за этой сферой труда.

Был введен запрет улучшать положение работающих по сравнению с действующим законодательством, ликвидированы третейские суды и трудовые сессии народных судов. Ремесленные и железнодорожные училища, школы фабрично-заводского обучения комплектовались на основе мобилизации. За самовольный уход с работы или из училища вводилась уголовная ответственность.

Закончившую свое формирование систему исполнения уголовных наказаний (ГУЛАГ НКВД) Исправительно-трудовой кодекс РСФСР, утвержденный постановлением ВЦИК И СНК РСФСР от 01.08.33 г., вывел из–под юрисдикции трудоправовых норм. Чуть лучше, но не намного обстояло дело с колхозниками. Они не имели ежегодных оплачиваемых отпусков, им не оплачивались листки временной нетрудоспособности, не выплачивались пенсии по старости, а заработок исчислялся на основании трудодней. Коллективные договоры не заключались.

По данным А.М. Лушникова КЗоТ РСФСР не переиздавался с 1938 по 1952 г. (см. А.М. Лушников., «Кодификация трудового законодательства России: историко-правовой абрис»., Четвертый трудовой кодекс России., Сборник научных статей., Под редакцией В.Н. Скобелкина., Омск 2002., стр. 77).

После Великой Отечественной войны задачи максимально быстрого восстановления разрушенного народного хозяйства не позволили охране труда вернуться на прежние позиции («Дадим стране угольку!» — такой лозунг висел почти на каждой угледобывающей шахте в СССР конца 40-х годов), хотя с середины 50-х годов приняты около 10 актов, направленных на гуманизацию трудового законодательства.

Например, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 мая 1956 г. для рабочих и служащих в возрасте с 15 до 18 лет установлен 6-часовой рабочий день, им восстановлен оплачиваемый отпуск. Возраст принятия на работу был повышен до 15 лет. Однако охрана труда регулировалась по остаточному принципу. В числе ее приоритетов сохранялось обеспечение репродуктивной функции женского организма. Запрещение абортов обусловило усиление правового регулирование трудовых отношений с беременными и кормящими работницами. Указанные меры были направлены на восполнение людских потерь, понесенных в годы войны.

Тенденция оттеснения на роль второго плана , хотя и в ослабленном варианте, сохранилась на десятилетия и нашла свое отражение в Основах законодательства Союза ССР и союзных республик о труде 1970 г. и в Кодексе законов о труде РСФСР 1971 г., где охране труда было отведено место в особенной части в качестве одного из институтов трудового права.

После распада Советского Союза ситуация медленно начала меняться. Маятник пошел в обратную сторону. С принятием в 1993 г. новой Конституции России и Основ законодательства РФ об охране труда в обществе изменилась система ценностей, в соответствии с которой вопросам сохранения жизни и здоровья работающих стало уделяться повышенное внимание. Изменился и государственный подход к регулированию трудовых отношений. Человеческая жизнь была признана высшей ценностью, не сопоставимой с вопросом повышения производительности труда.

В новых условиях хозяйствования профсоюзы по объективным причинам перестали справляться со своими контрольно-надзорными функциями (см. Доклад о соблюдении прав человека и гражданина Российской Федерации за 1993 г., Российская газета от 25 августа 1994 г). В 1994 г. Правительство РФ приняло решение о прекращении финансирования правовой и технической инспекции труда профсоюзов, которое осуществлялось из средств Фонда социального страхования РФ, т.е. за счет средств консолидированного федерального бюджета.

Функции надзора и контроля были возвращены государственным органам в лице Рострудинспекции, образованной Указом Президента РФ от 04.05.94 г. № 850 «О государственном надзоре и контроле за соблюдением законодательства Российской Федерации о труде и охране труда». В трудовое, административное и уголовное законодательство были также внесены соответствующие изменения (см. Федеральный закон от 18.07.95 г. № 109-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РФ, Основы законодательства РФ об охране труда, Кодекс РСФСР об административных правонарушениях и Уголовный кодекс РСФСР).

На всей территории России была восстановлена система государственного управления охраной труда. Основными звеньями системы стали Министерство труда РФ и органы по труду в субъектах РФ. В развитие взятого курса вышел новый закон «Об основах охраны труда в Российской Федерации» (№ 181-ФЗ от 17.07.99 г.) и был принят Трудовой кодекс РФ, который вступил в силу с 01.02.2002 г.

Источник

В. Панкратов/Охрана труда. Исторический аспект//Бюллетень Московского областного союза промышленников и предпринимателей (работодателей) и Некоммерческого партнерства развития персонала на производстве,2002 г., № 6. С. 167-170.


ВОПРОСЫ ПРОЦЕДУРЫ В АДМИНИСТРАТИВНОМ ПРОЦЕССЕ

https://syg.ma/@v-pankratov/voprosy-protsiedury-v-administrativnom-protsiessie


Рассчитанный скорее на «уличного», чем на «беловоротничкового» нарушителя, действующий КОАП РСФСР ориентирован на немедленное задержание виновного u максимально быструю процедуру рассмотрения собранных материалов по существу.

Причем, чем выше общественная опасность административного деяния, тем короче срок рассмотрения (ст. 257 КОАП РСФСР).

Подобная ориентация обусловила реализацию в кодексе принципа: «одна статья — один виновный». Лишь пунктиром обозначены ситуации, когда одно правонарушение с


убрать рекламу


овершается группой лиц (ст. 35 КОАП РСФСР) или когда одним лицом совершены несколько правонарушений (ст. 36 КОАП РСФСР).

Регламентация процедуры привлечения виновных к ответственности в этих случаях значительно уступает аналогичным процедурам в уголовном процессе. Справедливости ради нужно отметить, что прописанная в Налоговом кодексе процедура при влечения юридических и физических лиц к так называемой финансовой ответственности страдает еще большим процессуальным упрощенчеством.

Наиболее наглядно реализация принципа «одна статья — один виновный» видна на примере такого важного инструмента любой процедуры, как срок давности. В соответствии со ст. 38 КОАП РСФСР он равен 2 месяцам. Для сравнения отметим, что общий срок давности привлечения к дисциплинарной ответственности установлен в 6 месяцев, т.е. в 3 раза больше! (ст. 136 К30Т РФ).

Иными словами, законодатель фактически отсекает все ранее совершенные нарушителем административные проступки, позволяя суду или другому компетентному органу сосредоточиться на последнем (единственном) нарушении.

В целом, этот подход оправдывал себя в дореформенный период. Однако с начала 90-х годов ситуация настолько изменилась, что и в «отведенный» ему 2-х месячный срок нарушитель успевал натворить столько, что в застойные времена ему и на год хватало.

Ответом государства на непомерный рост количества административных правонарушений стало создание огромного числа надзирающих, контролирующих и инспектирующих органов, начиная с налоговой инспекции и кончая инспекцией по контролю за качеством ликеро-водочной продукции.

К сожалению, каких-либо изменений в этом смысле административный процесс не претерпел. Между тем, потребности правоприменительной практики таковы, что ожидать законодательного разрешения проблемы невозможно. Принимать решения нужно исходя из тех реалий, которые есть.

В соответствии со ст. ст. 11, 12, 259 КОАП РСФСР умысел и его форма является обстоятельством, подлежащим выяснению при решении вопроса о наличии, либо отсутствии состава административного правонарушения.

Именно умысел в определенных условиях позволяет установить об одном или нескольких нарушениях идет речь. Так, при нарушении законодательства об оплате труда умыслом работодателя, как правило, охватывается невыплата заработной платы всему трудовому коллективу, а не конкретно рабочему Петрову, инженеру Иванову и своему заместителю Сидорову. Тем самым, умыслом виновного сразу охватывается нарушение охраняемых законом прав двух и более лиц, то есть с субъективной стороны это одно правонарушение и привлекать его надо за одно правонарушение, а не отдельно за эпизод с Ивановым, с Петровым и т.д.

Сложнее, если работодатель в течение 2-х месячного срока давности с промежутком в 10 дней уволит сначала Иванова, потом Петрова, а затем Сидорова. И всех трех — незаконно. Установить единый умысел не удастся, и мы вынуждены иметь дело с тремя эпизодами незаконного увольнения. Сколько составить протоколов, сколько раз наказывать (в том числе, сколько постановлений вносить)?

Тут возможны несколько вариантов

а) самый простой — первое нарушение выявляется незамедлительно, правильно и быстро оформляется, оперативно рассматривается, так, что к моменту второго увольнения работодатель уже является лицом, ранее привлекавшимся к административной ответственности.

Пролонгируя эту цепочку, в последнем эпизоде мы получим злостного нарушителя, привлекавшегося к ответственности по формуле N+1 раз. В этом варианте количество незаконных увольнений равно количеству составленных протоколов и количеству внесенных постановлений о наложении штрафа;

б) если в ходе проверки инспектор сразу устанавливает 3 незаконных увольнения, то по смыслу ст. ст. 234, 235 КОАП РСФСР им должны быть составлены три протокола о трех административных правонарушениях. Вместе с тем, необходимо совершенно твердо заявить, что включение трех незаконных увольнений в один протокол не будет нарушением закона, так как по смыслу ст. 36 КОАП РСФСР такое включение также является правомерным. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в соответствии с упомянутой статьей виновному будет назначено одно (общее) наказание. Единой является и квалификация содеянного.

Кроме того, диспозиция ст. 41 КОАП не устанавливает каких-либо квалифицирующих признаков, в том числе такого, как повторность. Будь такая возможность законом предусмотрена, вероятность составления одного протокола по трем эпизодам ни у кого не вызывала бы сомнений. Часть 2 ст. 41 КОАП РСФСР по признаку повторности снимала бы все вопросы. Но повторность — признак, отягчающий ответственность, и раз его нет, значит его применение невозможно.

Это не оставляет нам выбора в квалификации трех незаконных увольнений по части первой и единственной ст. 41 КОАП РСФСР. В этом варианте по трем незаконным увольнениям возможно составление как трех разных, так и одного общего протокола, ибо четкого указания в законе здесь нет.

Немаловажную роль в выборе пути (3 или 1) играет ведомственная установка. К примеру, в отчетах Рострудинспекции не отражается количество составленных протоколов (только постановлений), поэтому государственные инспектора при выявлении нескольких нарушений, подпадающих под одну статью (41 КОАП РСФСР) составляют один протокол, облегчая задачу себе и виновному (от одного протокола защищаться легче, чем от трех, в том числе и по сумме расходов на адвоката).

В органах милиции отчетность другая. Там чем протоколов больше, тем лучше. Поэтому вы не увидите милицейский протокол, охватывающий несколько эпизодов неправомерной деятельности нарушителя;

в) рассмотрение лицом (органом), уполномоченным принимать решение по существу, поступившего к нему единственного протокола о многоэпизодной деятельности работодателя, не вызывает каких-либо трудностей с процессуальной точки зрения. В нашем случае это: три нарушения — один протокол — одно постановление.

Трудности начинаются, когда на одного нарушителя поступают три протокола. И начинаются с того, что разработанные многими ведомствами формы постановлений не рассчитаны на то, что в соответствии со ст. 36 КОАП РСФСР она должна предусматривать возможность принятия одного решения по нескольким правонарушениям.

Отступления же от установленной формы вооружают лиц, обжалующих постановления, дополнительными доводами в пользу их отмены. Не приветствуются такие отступления и самими ведомствами. Уместным будет заметить, что формы постановлений не соответствуют и ст. 8 3акона «Об исполнительном производстве» (№ 119-Ф3 от 21.07.97).

Вторая трудность — определение того образует ли цепочка незаконных увольнений отдельные составы самостоятельных административных правонарушений или она составляет в совокупности единое (продолжаемое или длящееся) правонарушение, либо мы имеем дело с повторностью однородного правонарушения?

В нашем случае мы пришли к выводу, что налицо повторность, а не совокупность и, тем более, не продолжаемое нарушение. Это означает: три нарушения — три протокола — одно постановление.

С другой стороны, к какому бы иному выводу мы тут не пришли, согласно ст. 36 КОАП РСФСР в любом случае должно быть вынесено одно постановление о штрафе и назначено одно наказание (возможно лишь присоединение дополнительно при наличии реальной совокупности). Естественно, что изложенное относится к случаям, когда несколько протоколов в отношении одного лица одновременно рассматриваются одним и тем же органом или должностным лицом.

При рассмотрении жалоб на постановление по делу об административном правонарушении следует иметь в виду, что в соответствии со ст. 266 КОАП РСФСР оно может быть обжаловано лицом, в отношении которого было вынесено. Поскольку должностные лица Рострудинспекции вправе привлекать к административной ответственности только физических лиц, то и жалобы на постановления должны исходить от физических лиц.

Это положение закона сплошь и рядом не соблюдается.

Оштрафованные работодатели предпочитают писать обращения на бланках своих предприятий, присваивая им (обращениям) исходные номера, заверяя свои подписи лиловыми описками печатей, подписывая их как руководители.

Обращения подобного рода представляют собой письма юридических лиц, которые правом обжалования не наделены. Это исключает саму возможность их рассмотрения в качестве жалобы на постановление о наложении штрафа.

Полагаю, что пропуск по этой причине срока на обжалование является неуважительными и не подлежит восстановлению в порядке ст. 268 КОАП РСФСР.

На это же следует обращать внимание и при судебном обжаловании. Согласно ст. ст. 231 и 232 ГПК РСФСР жалобы на постановления по делам об административных правонарушениях рассматриваются по общим правилам гражданского судопроизводства. Поэтому, исходя из требований ст. 126 ГПК РСФСР, такая жалоба должна как минимум содержать наименование заявителя как физического лица и его домашний адрес.

В случае несоблюдения работодателем закона в этой части перед судом следует поставить вопрос об оставлении жалобы без движения. При неустранении этих недостатков к установленному судом сроку жалоба должна считаться не поданной и подлежать возврату лицу, ее подписавшему.

В практике встречаются случаи, когда в инспекцию поступают жалобы, адресованные в суд, содержащие требование в 3-дневный срок направить их вместе с делами в тот орган, в который они адресованы. Авторы таких жалоб ссылаются на ст. 267 КОАП РСФСР.

Между тем, указанная статья устанавливает, что жалоба направляется в орган (должностному лицу), вынесший постановление по делу об административном правонарушении, если иное не предусмотрено действующим законодательством. Поступившая жалоба в течение 3-х суток направляется с делом в орган (должностному лицу), правомочный в соответствии с настоящей статьей ее рассматривать, и которому она адресована.

Указанный порядок к инспекции не применим, так как «иное» как раз и установлено законом. Я имею в виду главу 24 ГПК РСФСР (жалобы на действия административных органов или должностных лиц), ст. 237 которой обязывает жалобщика обращаться непосредственно в суд, причем, по месту своего жительства. Полагаю, что пропуски по этой причине срока на обжалование является неуважительным.

И наконец, вопросы представительства в административном процессе. Закон (ст. 249 КОАП РСФСР) устанавливает, что интересы лица, привлекаемого к ответственности, или потерпевшего могут представлять его законные представители (родители, опекуны и т.д.) в случае, если привлекаемое лицо является несовершеннолетним или в силу своих физических или психических недостатков не может само осуществлять свои права.

Этот перечень является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. В переводе на русский это означает, что при наличии законных представителей дело по правовым последствиям будет считаться рассмотренным с участием представляемого лица, даже при его физическом отсутствии (в том числе и по делам, где таковое присутствие является обязательным в силу ст. 247 КОАП РСФСР).

Любое другое лицо (например, представившее доверенность на представительство интересов нарушителя в ходе рассмотрения дела) не будет считаться его представителем, так как его представительство вытекает не из закона, а из волеизъявления доверителя. Представитель по доверенности не рассматривается кодексом как участник процесса.

Адвоката ст. 250 КОАП РСФСР называет участником процесса, но только в том случае, если его полномочия удостоверены ордером, выданным юридической коллегией. Отсутствие ордера не может компенсироваться доверенностью или письменным договором на оказание юридической помощи. Нет ордера — нет участия в процессе. Но и ордер не делает адвоката законным представителем нарушителя в процессе. По своим правовым последствиям его участие в процессе в отсутствие привлекаемого лица хотя и воз- можно, но не идентично участию родителей, усыновителей, опекунов или попечителей. Адвокат нужен для оказания юридической помощи, не менее, но и не более того.

Ордер должен быть выдан коллегией. Сейчас в Москве действует 12 коллегий адвокатов, и каждая из них имеет в своем составе юридические консультации. При рассмотрении компетентным органом (лицом) одновременно трех протоколов в отношении одного нарушителя (наш пример) адвокатом должны быть представлены три ордера (по одному на каждый протокол), либо в одном ордере должны быть ссылки на все три протокола. Адвокатское законодательство не содержит каких-либо ограничений на этот счет. Тем более, что уже больше года клиенты, к примеру, Московской городской коллегии адвокатов заключают договоры не с юридической коллегией, а непосредственно с адвокатами. Консультации лишь оформляют это ордерами.

И, конечно, нельзя исключить, что в деле по трем протоколам примут участие три адвоката, которые представят три самостоятельных ордера, выданных в установленном порядке. Но это уже из области юридической экзотики, которая, к счастью, не так часто выпадает на долю государственных инспекторов труда.

от редакции

Публикуя мнение руководителя Государственной инспекции труда по г. Москве В. Панкратова, мы хотим тем самым побудить всех заинтересованных лиц принять участие в обсуждении затронутой автором проблемы. Материал, присланный в редакцию, будет изучен и опубликован на страницах журнала.

Источник

Вопросы процедуры в административном процессе/В.В. Панкратов// Охрана труда и социальное страхование, № 7 июль 1999. С. 9-12.


ВОПРОСЫ ТРУДОПОНИМАНИЯ

https://syg.ma/@v-pankratov/voprosy-trudoponimaniia


В действующем законодательстве о труде и об охране труда до настоящего времени нет формулировки, определяющей, что представляет собой труд с юридической точки зрения. Не получил должного освещения вопрос о сущности труда и в научных разработках последних лет по трудовому праву. Вопросами труда занимались, в основном, представители других наук. Вряд ли такое положение вещей можно приветствовать.

По некоторым данным к настоящему моменту существуют около 4500 наук, из которых около 2000 — естественных, 1800 — технических и 700 — общественных (социальных). И общее количество наук, и их пропорция со временем меняются. В результате сложных процессов одни науки появляются, например, логистика, рискология, другие исчезают, растворяются, например, кибернетика. По мнению И.М. Камардина, высказанному им автору лично, классической кибернетики Н. Винера больше не существует, поскольку, выполнив ставящие перед ней задачи, она растворилась в робототехнике и других науках.

Не соглашался с такой точкой зрения профессор В.В. Крылов, до недавнего времени преподававший студентам правовую кибернетику на юридическом факультете Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова.

Многие не юридические науки в той или иной степени изучают феномен труда. Однако до недавнего времени труд рассматривался ими, в основном, как категория политэкономии (К. Маркс, Ф. Тейлор и др.). Но консолидация человечества, крутой поворот к нуждам человека, осознание, что полно удовлетворить его потребности невозможно в виду ограниченного ресурсно-природного потенциала, что в опасных условиях перенапряжения отношений человека и природы каждый зависит от другого, и любое подавление и неравенство порождают неблагоприятные последствия [1] обусловили резкое повышение научного интереса к проблемам труда.

Непосредственно труд изучают такие науки как экономика труда, социология труда, теория труда. Философия оперирует трудовой теорией антропогенеза. В медицине появился предмет трудотерапия и т. д. В попытках определить, что такое труд постепенно наметился отход от политэкономический парадигмы.

Труд есть прежде всего процесс, совершающийся между человеком и природой, процесс, в котором человек своей собственной деятельностью опосредует, регулирует и контролирует обмен веществ между собой и природой [2].

Труд — целесообразная деятельность человека, в процессе которой он видо-изменяет и приспосабливает предметы природы для удовлетворения своих потребностей. Труд — основное условие существование человеческого общества [3].

Всеобщий человеческий труд рассматривается как процесс, совершающийся между обществом и природой посредством техники; в результате общество увеличивает за счет природы находящееся в своем распоряжении количество вещественно-энергетических информационных ресурсов для производства материальных и духовных благ, удовлетворяющих его потребность [4].

Нетрудно увидеть, что в этих дефинициях труд, в основном, обозначается только как свойство человека (общества), а сам человек как — единственный субъект труда. Это является сохраненным проявлением упрощенного политэкономического подхода, поскольку сам Маркс делил процесс труда следующим образом: целесообразная деятельность, или самый труд, предмет труда и средства труда, причем, сделал оговорку, что не собирается рассматривать в этой триаде первых животнообразных инстинктивных форм труда, а предполагает труд в той мере, в какой он составляет исключительное достояние человека [5], а Ф. Энгельс отчеканил, что труд создал человека, т. е. оба классика признавали, что «самый» труд был до человека. Он, безусловно, есть при человеке и, надо полагать, будет после человека.

Зачем люди ходят на поминки, покойнику ведь все равно? Ответ очевиден — мы хороним своих близких и ходим на поминки ради себя самих, чтобы остаться людьми перед ужасом смерти, чтобы почувствовать поддержку друг друга и сохранить себя для будущего — своих детей. В этом, а не в изготовлении и в использовании орудий труда наиболее ярко проявляется общественный характер бытия и особенность человека как «общественного животного». Именно это отличает нас от других животных [6].

Однако принципиальной разницы между человеком и другими животными не существует. Животное становится человеком, когда осуществляет свою жизнедеятельность максимально (более 50) сознательно, минимально (мене 50) инстинктивно.

Первым таким животным был неандерталец, который осознал необходимость хоронить усопших сородичей. С этих позиций труд. есть процесс расходования и потребления энергии, всеобщее и необходимое условие обмена энергии между живым организмом и остальной природой, вечное естественное условие жизнедеятельности живого организма, независимое от какой бы то ни было формы жизни [7].

Процесс — форма труда. Содержанием труда является деятельность его субъекта. Под деятельностью понимают совокупность операций, под операцией — совокупность действий, а под действием — совокупность движений. Процедуру упрощения (от сложного к простому) называют редукцией и применяют при анализе содержания человеческого труда, в том числе для определении его меры. Широко известна такая мера как трудодень, который выражает количество и качество труда, его соответствие дневной норме работы в колхозе [8]. Предлагалась и другая мера — «человеко-час» [9]. Интересным было предложение И.С. Фомина оценивать количество труда в единицах энергии (Es).

В настоящее время затратная концепция измерения человеческого труда (учет овеществленных, энергетических, временных и информационных затрат) признается недостаточной, поскольку она не учитывает потенциал (предельную возможность) труда. Разница между затратами и потенциалом — это разница между сущим и возможным. Потенциал исчисляется как произведение численности работающих, количества дней работы и продолжительности рабочего дня.

Теория различает традиционный и интеллектуальный человеческий труд (родовые понятия). Следует отметить, что граница между традиционным и интеллектуальным трудом порой весьма условна. Интеллектуальный труд не следует смешивать с умственным трудом. Главной особенностью интеллектуального труда является создание интеллектуального продукта (нового знания, объекта интеллектуальной собственности).

Принято выделять три основных сферы, три основных рода деятельности, в которых наиболее широко используется интеллектуальный труд: наука (и сопредельные области), образование и управление. Это не означает, что интеллектуальный труд не свойствен таким сферам, как здравоохранение, культура и т. п. [10].

Труд человека разделяется на следующие виды: а) умственный и физический б) легкий и тяжелый в) свободный и принудительный г) оплачиваемый и неоплачиваемый д) индивидуальный и коллективный е) бытовой и производственный ж) творческий и нетворческий з) видимый и невидимый и) креативный и эвристический. При креативном труде интеллектуальный продукт не является результатом деятельности отдельной личности. Это всегда результат объединенного труда группы, коллектива людей. Эвристический труд связан с потенциалом отдельной личности, является результатом ее самоорганизации.

Юристы дополняют этот перечень к) самостоятельным и несамостоятельным трудом. К первому виду относится, например, труд индивидуального предпринимателя, ко второму — лица, работающего по найму — трудовому договору л) мужским и женским; м) длительным и краткосрочным (не следует путать с бессрочным и срочным трудовым договором).

В условиях очевидных интеграционных процессов юриспруденции не следует оставаться в стороне от научных достижений в других областях человеческого знания. Открытия и наработки теории труда, других наук о труде не должны быть тайной за семью печатями для лиц, изучающих или профессионально занимающихся трудовым правом и правом охраны труда.

Следует, однако, иметь в виду, что категории теории труда, в том числе и по причине своего «политэкономического происхождения», не могут быть автоматически перенесены в сферу юриспруденции. Уместным будет привести высказывание Р.O. Халфиной, что в подавляющем большинстве случаев решение, принятое на основе данных других наук должно быть переведено на язык юридических категорий [11]. Задача подобного перевода безусловно является выполнимой.

Перспективным с этих позиций, например, будет исследование содержания труда (деятельность — операция — действие — движение) применительно к системе процессуального права (стадия процесса — процессуальный этап — процессуальное действие) и процедуре (совокупности последовательных действий).

Собственный взгляд на труд имеет религия. Христианская концепция, например, видит труд органическим элементом жизни человека, поскольку тот создан подобным Богу, а Бог — творец, который создал мир за шесть дней, а на седьмой опочил от всех дел. В силу этого седьмой день (суббота) является выходным. Но с апостольских времен днем, свободным от труда, считается первый день седьмицы (т. е. недели) — день Воскресения Христова. В Великобритании, например, первым днем недели и поныне считается воскресенье, а не понедельник, как в России.

Труд, с точки зрения христиан, не является безусловной ценностью. Он не богоугоден, если направлен на удовлетворение греховных потребностей духа и плоти. Работающий вправе пользоваться плодами своего труда: «Горе тому, кто… заставляет ближнего своего работать даром и не отдает ему оплаты его» (Иер. 22. 13). Широкую известность приобрели слова апостола Павла: «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (2 Фес. 3. 10).

Однако, если невозможность трудиться обусловлена объективными причинами, то всеобщая забота должна распространиться и на неработающих. Поскольку Иисус отождествлял себя именно с обездоленными, Русская Православная Церковь призывает общество к справедливому распределению продуктов труда, при котором богатый поддерживает бедного, здоровый — больного, трудоспособный — престарелого [12].

Как видим, некоторые важные вопросы трудового права, такие как понедельное распределение времени труда и отдыха, обязательность оплаты труда, поддержка временно нетрудоспособных и др. пришли к нам из Священного Писания. Религиозные нормы нашли свое отражение в нормах позитивного права. Это делает очевидным, что без юридической составляющей исследование феномена труда будет неполным.

Для облегчения задачи предлагается ввести термин трудопонимание, дав ему следующее определение:

Трудопонимание — научная категория, отражающая процесс и результат познания труда как целостного явления.

Л.Н. Исаева приводит краткий перечень, который с полным основанием можно назвать перечнем картин трудопонимания в различных правовых теориях.

Так, неотомизм говорит о божественном предназначении труда. Любому честному (добросовестному) труду присущи высокие морально-этические требования («светская» доктрина естественного права). Всякий честный труд во благо людей может быть формально узаконен (юридико-позитивистская концепция). Все процессы в жизни (включая труд) осуществляются во временном континиуме, т. е. в истории (историческая школа права), в определенном государстве с его законами (нормотивистская школа). Труд направлен не только на укрепление и умножение личного благополучия и благосостояния, но и на благо развития государства и общества — марксизм [13].

От вопросов трудопонимания легко перейти формированию понятийного аппарата отрасли. Для целей трудового права и задач трудового законодательства понятие труд можно сформулировать и объяснить следующим образом:

Труд — совокупность всех функций, необходимых работающему для трудовой деятельности.

Функция трудовая — конкретные действия, выполняемые работаюшим в процессе трудовой деятельности.

Трудовая деятельность — правомерная деятельность физического лица по удовлетворению своих потребностей путем создания, распределения, перераспределения и потребления материальных (имущественных) и нематериальных (неимущественных) благ.

Определив, что есть труд, можно сформулировать, что именно с точки зрения трудового права представляет собой работа и работающий.

Работа — обособленный объем функций, выполняемых работающим в определенном темпе за определенное время и с определенным качеством в процессе трудовой деятельности.

Работающий — физическое лицо, участвующее в трудовой деятельности в качестве застрахованного (подлежащего страхованию) субъекта индивидуальных трудовых отношений [14].

В заключение следует сказать, что трудопонимание относится к общей картине миропонимания, как часть относится к целому. Без учета этого обстоятельства невозможно правильно определиться с вопросами правопонимания, а, следовательно, и с основными понятиями трудового права.

Ссылки

[1] Климов А.И. Коэволюция общества и природы / / Вестник Московского государственного индустриального университета. Серия «Гуманистические науки». 2002. № 2. С. 52.

[2] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 23. С. 188.

[3] Политический словарь / Под ред. проф, Б.Н. Пономарева. М.: Гос. изд-во

политической литературы. 1956. с. 560.

[4] Кирсанов К. А., Буянов В. П; Михайлов л. М. Теория труда: учебное пособие / М.: Экзамен; 2003. С. 149.

[5] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 23. С. 188-189.

[6] Панкратов В.В. Крах пенитенциарных доктрин ХХ века — что делать России со своим делинкветным меньшинством (мнение криминолога) // Электронная библиотека Социологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. Материалы Второго Всероссийского социологического конгресса. 17. Социология девиантного поведения. Выступления.

[7] Кирсанов В.Н. Человек — животное, осуществляющее свою жизнедеятельность максимально сознательно, минимально инстинктивно // Вестник Московского государственного индустриального университета. Серия «Гуманистические науки». 2002. № 2. С. 66.

[8] Политический словарь / под ред. проф. Б.Н. Пономарева. М.: Гос. из-во политической литературы. 1965. С. 562.

[9] Адамчук В. В., Романов О. В., Сорокина М.Е. Экономика и социология труда. Учебник для вузов. М.: ЮНИТИ, 2000. С. 26.

[10] Экономическая энциклопедия. М.: Экономика, 1999. С. 856-857.

[11] Халфина Р.О. Общее учение о правоотношении. М., 1974. С. 67.

[12] Основы социальной концепции РПЦ. Vl. Труд и его плоды / htpp: // www.mospat.гu

[13] Подробнее см.: Исаева Л.Н. Сознание и правопонимание // Государство и право. 2004, N2 8. С. 108.

[14] Подробнее о работающем как о субъекте трудовых отношений см.: Малышева Е.В. Панкратов В.В. Охрана труда. Краткий курс. М.: Юрлитинформ, 2004. С. 11-15.

Источник

Вопросы трудопонимания / В.В. Панкратов // Гарантии реализации прав граждан в сфере труда и социального обеспечения. Практика применения трудового законодательства и законодательства о социальном обеспечении: материалы Международной научно-практической конференции / под редакцией К.Н. Гусова. — М.: 2006. С. 378-382.


СУБЪЕКТЫ ТРУДОВОГО ПРАВА И ЗАКОН О БАНКРОТСТВЕ

https://syg.ma/@v-pankratov/subiekty-trudovogho-prava-i-zakon-o-bankrotstvie


Субъектами трудового права являются участники общественных отношений, возникающих в трудовой сфере. Теория трудового права советского периода под субъектами трудового права понимала работников, работодателей и государство [1]. В основном потому, что в тот период в силу неразвитости других институтов трудового права различия между этими понятиями были невелики и не играли определяющей роли в структуризации отрасли.

К настоящему времени различия существенно увеличились, появились специфические особенности. Например, в случае с судьями функция работодателя оказалась распределена между несколькими структурами. На должность судью назначают Президент России или Совет Федерации, рабочим местом обеспечивает председатель суда, а освобождает от должности и привлекает к дисциплинарной ответственности квазиобщественная организация, орган судейского сообщества — квалификационная коллегия судей.

Следует иметь в виду, что как бы эти различия и особенности ни отражались на количественном и качественном составе субъектов, в трудовом праве субъекты трудовых от


убрать рекламу


ношений все равно в той или иной степени выражают либо интересы работника, либо работодателя, либо государства. Может быть поэтому до настоящего времени распространенной ошибкой является неразличение понятий субъекта отрасли трудового права и стороны трудового договора, хотя эти категории и лежат в разных плоскостях правового пространства [2].

Наиболее распространен в гражданском праве договор купли-продажи. Но на этом основании никто не спешит объявить покупателя и продавца субъектами отрасли. Трудовой договор — самая распространенная, но не единственная форма реализации субъектами отрасли трудового права своих правомочий.

Например, они могут выступить и как участники отношений социального партнерства — тогда физические лица принимают участие в этом процессе через своих представителей. А с развитием института обязательного государственного страхования в качестве самостоятельной формы реализации правомочий субъектов трудового права выступают отношения страхования, участники которых называются застрахованными (те, кого страхуют), страховщиками (те, кто страхует) и страхователями (те, у кого страхуют).

Таким образом, физическое лицо может одновременно выступать и в роли работника, и в роли работодателя, и в роли застрахованного и в роли страхователя, а через специального представителя или в качестве члена трудового коллектива, а равно члена профессионального союза — и в роли участника отношений социального партнерства. Это оказывается возможным только потому, что во всех этих случаях физическое лицо изначально являлось самостоятельным субъектом отрасли трудового права.

Необходимо отметить, что физическое лицо находится под воздействием норм трудового права еще до того, как оно стало работником в юридическом смысле слова (т.е. стало стороной в трудовом договоре).

Человек, ищущий работу без обращения в службу занятости, уже является субъектом трудового права. На него, к примеру, возложена обязанность пройти медицинское обследование (за свой счет или за счет средств фонда обязательного медицинского страхования, но не за счет работодателя) и представить будущему работодателю справку о состоянии здоровья или выполнить другие ограничения, установленные законом для поступления, например, на государственную службу. (Лицо, ищущее работу с помощью службы занятости, является субъектом законодательства о занятости населения).

Еще большей спецификой обладает другой субъект отрасли — юридическое лицо. Юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество, отвечает этим имуществом по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, а также нести обязанности (ст. 48 Гражданского кодекса РФ).

Юридическое лицо считается созданным с момента государственной регистрации. С этого времени оно приобретает трудовую правосубъектностъ и, независимо от вида и формы собственности, может выступать в качестве работодателя. Эту функцию юридическое лицо реализует через свои органы управления. В подавляющем большинстве случаев в качестве такого органа по должности выступает руководитель организации.

Утрата трудовой правосубъектности юридического лица сопряжена с его ликвидацией — прекращением существования без перехода прав и обязанностей к другим лицам (правопреемства). Ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо — прекратившим свое существование после того, как соответствующую запись сделают в Едином государственном реестре юридических лиц (ст. 63 Гражданского кодекса РФ).

Некоторые процедуры, предшествующие ликвидации юридического лица, в том числе процедура банкротства, существенно ограничивают его гражданскую дееспособность, но, в целом, не затрагивают сферу трудового права. Даже возникающие в процессе банкротства новые органы управления (конкурсный управляющий) в полном объеме должны осуществлять функции работодателя, вплоть до момента ликвидации юридического лица.

Ситуация с банкротством интересна еще и тем, что вносит изменения в список органов, прикосновенных к рассмотрению трудовых разногласий. Это, бесспорно, вторжение в сферу трудового права.

По очень узкому кругу вопросов, входящих в предмет трудового спора, решение может принимать арбитражный суд.

Статья 16 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127 — ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) [3] (далее — «Закон о банкротстве») установила, что разногласия между представителем работников должника (еще один специфический субъект — им может быть как физическое, так и юридическое лицо) и арбитражным управляющим (также особый субъект — только физическое лицо) о составе и размере требований по выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовым договорам, рассматривает арбитражный суд. (В арбитражный суд вправе обратиться как представитель работников, так и управляющий).

При этом сделана оговорка, что трудовые споры между должником и работником должника рассматриваются в порядке, определенном трудовым законодательством и гражданским процессуальным законодательством, Т.е. по мысли разработчиков — не арбитражными судами.

Стремление разработчиков «Закона о банкротстве» уйти от термина «трудовой спор» при урегулировании разногласий, например, по оплате труда лиц, работающих у должника по трудовым договорам, можно объяснить стремлением соблюсти в неприкосновенности юрисдикцию общих судов, однако эти попытки носят лишь косметический характер и не разрешают возникающих противоречий по существу. В соответствии со ст. 381 Трудового кодекса РФ трудовым спором признается неурегулированное разногласие между работодателем и работником по вопросам применения законов, содержащих нормы трудового права, о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Очевидно, что п. 11 ст. 16 «Закона о банкротстве» как раз и содержит нормы трудового права. Тот факт, что трудовые разногласия в данном случае увязываются с реестром требований кредиторов, определяющего значения не имеет, т.к. это не меняет природы разногласий, вытекающих непосредственно из трудового договора.

Примечательно, что в трудовом законодательстве суд как орган по рассмотрению трудовых споров определен безотносительного его статуса — арбитражный или общий.

Довод о том, что подобный спор не является индивидуальным (тот факт, что он не относится к категории коллективных — со всей очевидностью вытекает из ст. 398 Трудового кодекса РФ), легко опровергается примером, когда на предприятии-должнике осталось всего одно лицо, работающее по трудовому договору.

Поскольку арбитражный управляющий как физическое лицо, хотя и является специальным субъектом экономических отношений, но в полном объеме исполняет обязанности работодателя, причем, в некоторых вопросах у него полномочий даже больше.

Единственной «зацепкой», обосновывающей утверждение, что арбитражный суд в процессах по банкротству рассматривает не трудовые, а экономические споры, вытекающие, например, из разногласий по оплате труда, является ссылка на гражданское процессуальное законодательство, которым арбитражные суды в настоящее время не руководствуются, используя для отправления правосудия АПК РФ.

Однако теоретических препятствий против использования судьей арбитражного суда процессуальных норм гражданского права не существует, как не существует их для применения судьей общего суда норм уголовного, гражданского или административного права, включая процессуальную их часть.

В таких условиях точка зрения, что разногласия по составу и размеру выходного пособия или по оплате труда лиц, работающих по трудовому договору, переходят после объявления процедуры банкротства из разряда трудовых в категорию экономических споров, требует, как минимум, более тщательной теоретической проработки. Без этого мы вынуждены будем признать, что задолженность по выплате выходных пособий и оплате труда является безусловным поводом к банкротству.

В стратегическом смысле субъекты трудового права совпадают с субъектами других отраслей (физическими и юридическими лицами, их разнообразнейшими объединениями, государством в различных ипостасях и т.д.).

Особенностью трудового права являются специфические формы реализации некоторыми субъектами своих правомочий. Их можно выделить в отдельный ряд, как объединяющие в себе (например, в случае с банкротством) две особенности:

а) закон наделяет их такими специальными полномочиями, которых нет ни у кого из других субъектов, Т.е. свои полномочия они получают непосредственно из закона, а не в результате делегирования;

б) они не являются при этом органами других субъектов, например, комиссии по рассмотрению трудовых споров или трудовые арбитражи, которые тоже черпают свои полномочия из закона, не говоря уже о таких структурах, как органы, возглавляющие уже объявленную забастовку.

Таким образом, перечень субъектов трудового права не следует сводить только к работнику и работодателю, как это делают некоторые теоретики, сплетая в один клубок субъектов трудового права, субъектов трудового правоотношения и субъектов трудового договора, имеющих разный юридический статус и отличающихся друг от друга объемом правомочий. Очевидно, что не каждый субъект трудового права является субъектом трудового договора, но субъект трудового договора не может не быть субъектом трудового права. Это правовая аксиома.

Сноски

[1] См., например, «Курс российского трудового права» под ред. Е.Б. Хохлова. Издательство Санкт-Петербургского университета, 1996 г. т. 1, стр. 177.

[2] См., например, «Комментарий к Трудовому кодексу РФ». Под ред. С.А. Панина. М., МЦФЭР, 2002. с. 80.

[3] Собрание законодательства РФ. 2002 г. № 43. Ст. 4190.

Источник

Субъекты трудового права и Закон о банкротстве / В.В. Панкратов // Судебно-арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения, 2004 г., № 3. С. 90-92.


ТРУДОВОЙ ДОГОВОР (ИНТЕРВЬЮ)

https://syg.ma/@v-pankratov/trudovoi-doghovor-intierviu


Нет смысла успокаивать население по поводу того, что уровень безработицы в России расти не будет. Каждый из нас может сегодня сказать, что на днях сократили или уволили кого-то из его родственников или знакомых, Нашей стране, возможно, не грозит такой высокий уровень безработицы, как в других странах.

И все же он будет значительным. В этих условиях мы должны уметь обеспечить себе правовую защиту.

Каковы наши права и куда следует обращаться в случае конфликтных ситуаций на работе? Об этом рассказывает руководитель Государственной инспекции труда в Московской области Владимир Панкратов.

— Владимир Владимирович, за последние семь лет в трудовых отношениях многое изменилось. Появился новый Трудовой кодекс РФ. Как вы оцениваете степень соблюдения трудового законодательства на предприятиях и организациях Московской области?

— Трудовой кодекс Российской Федерации был принят Государственной Думой 21 декабря 2001 года и вступил в силу с 1 февраля 2002 года. Напомню, что потребность в новом Трудовом кодексе возникла в связи с распадом Советского Союза. В нашем обществе произошли коренные изменения во всех сферах жизни, в том числе — в социально-экономической.

Вместо одного собственника в лице государства, который соответственно и был единственным работодателем, появилось много частных. Они создавали, наряду с государством, собственные организации и выступали в качестве работодателей и соответственно не могли полностью вписаться в сложившиеся трудовые отношения.

Новые трудовые отношения требовали и нового трудового законодательства. Указанные обстоятельства в числе других привели к снижению правовой защиты работников и к многочисленным нарушениям их трудовых прав и свобод.

Принятый Трудовой кодекс не мог сразу и безупречно урегулировать новые трудовые отношения. Поэтому за прошедшие годы он претерпел значительные изменения, в результате чего более точными и определенными стали нормы кодекса и соответственно с их применением у работников и работодателей меньше возникает спорных моментов.

К примеру, очень важным представляется дополнение, сделанное в ст. 67 ТК РФ, в соответствии с которым: «Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателю». Теперь только отсутствие подписи работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя, может служить доказательством неполучения его работником.

Ситуация в плане соблюдения трудового законодательства на предприятиях и в организациях Московской области еще далека от совершенства. Но проводимая Гострудинспекцией работа, пропаганда трудового законодательства среди работников и работодателей, в ходе и по окончании проверок, намного улучшили знание и понимание ими требований трудового законодательства.

Работодатели стали ориентироваться в вопросах применения норм трудового законодательства, а работники, в случае нарушения их трудовых прав, чаще обращаются непосредственно в Государственную инспекцию труда.

Подведены итоги работы Гострудинспекции за 2008 год, и можно привести основные показатели. В 2008 году принято 5145 граждан, проведено различных проверок — 7821, в результате чего выявлено 78 451 нарушение трудового законодательства.

В том числе при оформлении трудовых договоров выявлено 6962 нарушения, при выплате заработной платы — 3746, в сфере соблюдения трудовой дисциплины, рабочего нения выдано 6513 предписаний. К административной ответственности за нарушения трудового законодательства привлечено 3118 работодателей. Общая сумма предъявленных штрафных санкций составила 17 миллионов рублей.

Для решения вопроса о привлечении к уголовной ответственности лиц, виновных в нарушении трудового законодательства, 480 материалов проверок направлены в органы прокуратуры.

— Не преувеличу, если скажу, что нет более важной работы, чем та, которую выполняют сотрудники инспекции, но далеко не все граждане знают о ее существовании, о том, как обратиться к вам, чтобы защитить свои трудовые права. Расскажите о своей организации.

— Полностью согласен с Вами в оценке роли и значения Гострудинспекции в государстве вообще и в нашем меняющемся обществе в частности. Важность и необходимость работы, выполняемой нами и нашими коллегами, стала очевидной еще двести лет назад.

Инспекция труда как необходимый институт социальной политики берет свое начало в XIX столетии. Дитя промышленной революции, она распространилась по Европе. Как и сам процесс индустриализации, инспекция труда возникла в Великобритании. В 1802 году парламент этой страны издал акт об охране здоровья, этике поведения подмастерьев на ткацких и других фабриках.

Однако понимание рисков, относящихся к труду, необходимости и полезности их предотвращения пришло намного раньше. Гиппократ, отец медицины, установил связь между скальной пылью в каменоломнях и легочными заболеваниями.

Сегодня деятельность федеральной инспекции труда и ее должностных лиц осуществляется на основе принципов уважения, соблюдения и защиты прав и свобод человека и гражданина, законности, объективности, независимости и гласности.

Гострудинспекцию хорошо знает большинство работодателей и работников организаций, расположенных в Московской области, поскольку во многих из них уже проводились надзорно-контрольные мероприятия в соответствии с планом работы.

Ежедневно в территориальных отделах Гострудинспекции ведется прием и консультация граждан по вопросам применения трудового законодательства. В необходимых случаях мы оказываем помощь в восстановлении нарушенных трудовых прав работников.

— Известно, что трудовое законодательство обязаны исполнять все работодатели, независимо от формы собственности предприятия. Однако нередко индивидуальные предприниматели нарушают закон. Часто ли обращаются к вам граждане по такому поводу?

— В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса рф все работодатели, независимо от организационно-правовых форм, в том числе и индивидуальные предприниматели, обязаны соблюдать требования трудового законодательства.

Чаще всего индивидуальными предпринимателями допускаются нарушения, связанные с оплатой труда и заключением трудовых договоров, выражающиеся в том, что они не заключают с работниками трудовые договоры в письменной форме, не производят выплату всех сумм, причитающихся работнику в день увольнения, и т.д.

Граждане, работающие с индивидуальными предпринимателями, часто обращаются в Гострудинспекцию по фактам нарушения их трудовых прав. Все обращения рассматриваются в установленных порядке и сроки. В зависимости от результатов проверки принимаются меры инспекторского реагирования. Нарушенные права восстанавливаются.

— В объявлениях о приеме на работу стало «хорошим тоном», среди прочих требований к кандидатам на ту или иную должность, указывать предельный возраст претендента. Все понимают, что это — дискриминация, но хотелось бы получить комментарий из уст специалиста, руководителя такого авторитетного органа, как инспекция труда.

— При поиске работы жители Московской области, как и по всей России, чаще всего сталкиваются с дискриминацией по возрастному признаку. Но количество таких случаев значительно уменьшилось после принятия Федерального закона от 30 июня 2006 г. N 90-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», а также в результате других внесенных изменений и дополнений.

До внесения в ст. 59 ТК РФ изменений недобросовестные работодатели имели возможность избавляться от работников, достигших пенсионного возраста, заключив с ними срочный трудовой договор, по истечении которого их увольняли. Новая редакция ст. 59 ТК РФ исключила эту возможность, и теперь срочные трудовые договоры можно заключать только со вновь поступающими на работу пенсионерами.

Запрещение необоснованного отказа в заключении трудового договора по возрасту, внесенное в ст. 64 ТК РФ, также способствовало снижению количества объявлений, содержащих ограничение в приеме на работу по возрастному признаку. Официальных жалоб граждан об отказе им в приеме на работу по возрастному признаку в Гострудинспекцию пока не поступало. Но были звонки по телефону, связанные с отказом в приеме на работу по этой причине.

В таких случаях мы обращаем внимание граждан на необходимость фиксирования факта отказа любыми имеющимися в их распоряжении средствами и способами с тем, чтобы в ходе судебного разбирательства этот факт можно было бы представить на рассмотрение суда.

Кроме того, при общении с представителями средств массовой информации мы стараемся довести до сведения работодателей крайне негативное отношение. Гострудинспекции к любым их действиям, связанным с отказом гражданину в приеме на работу по возрастному признаку.

— Практически все средства массовой информации предрекают большие проблемы на рынке труда. В таком случае неизбежно проявление произвола. Кто имеет право остаться, а кто — уйти. Как в такой ситуации поступают с пенсионерами? Возможно, что будут попытки уволить с работы женщин, имеющих малолетних, часто болеющих детей. Что должен знать каждый из нас, чтобы не попасть под «секвестр»?

— Гострудинспекция уже осуществляет надзорно- контрольные мероприятия с целью предупреждения и пресечения нарушений трудовых прав и интересов работников в организациях, планирующих увольнение работников в связи с их ликвидацией либо сокращением численности или штата.

Работают телефоны «горячих линий», И с каждым днем увеличивается количество обращений граждан, в том числе и получивших уведомление, а также с вопросами о своих правах, связанных с расторжением трудового договора, о гарантиях и компенсациях, предусмотренных трудовым законодательством.

При проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую вакантную должность, предупредить работников персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Работодатель с письменного согласия работника имеет право расторгнуть с ним трудовой договор до истечения двухмесячного срока, выплатив ему дополнительную компенсацию в размере среднего заработка работника, исчисленного пропорционально времени, оставшегося до истечения срока предупреждения об увольнении.

Порядок, случаи и размеры выплаты выходного пособия определены ст. 178 ТК РФ: «При расторжении трудового договора, в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 настоящего Кодекса), либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

В исключительных случаях средний месячный заработок сохраняется за уволенным работником в течение третьего месяца со дня увольнения по решению органа службы занятости населения при условии, если в двухнедельный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен».

Преимущественным правом остаться на работе при сокращении штатов, в соответствии со ст. 179 ТК РФ, пользуется работник с более высокой производительностью труда и квалификацией. А при равной квалификации предпочтение отдается семейным — при наличии двух или более иждивенцев, сотрудникам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком, работникам, получившим у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание.

Не могут при таких обстоятельствах быть сокращены инвалиды Великой Отечественной войны и боевых действий по защите Отечества, работники, повышающие г квалификацию по направлению работодателя без отрыва от производства.

Особо следует отметить, что с при сокращении численности или с штата работников установлен запрет на увольнение беременных n женщин, женщин, имеющих детей, и лиц, воспитывающих детей с без матери. Эта защита установлена в статье 261 ТК РФ.

— Были ли в практике инспекции необычные дела, с которыми приходилось разбираться? Насколько часто работник оказывается прав?

— Каких-либо необычных дел в практике инспекции не было. В большинстве случаев доводы работников о нарушении их трудовых прав подтверждаются. Соответственно государственный инспектор труда выдает работодателю обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, о восстановлении нарушенных прав работников, привлечении виновных к дисциплинарной ответственности или об отстранении их от должности в установленном порядке.

Кроме того, виновное должностное лицо, допустившее нарушение трудового законодательства, привлекается к административной ответственности. А в случае нарушения законодательства о труде должностным лицом, ранее подвергнутым административному наказанию за аналогичное административное правонарушение, в отношении него возбуждается дело об административном правонарушении по п. 2 ст. 5.27 КоАП РФ и материалы проверки направляются в суд для рассмотрения.

Суд может дисквалифицировать, то есть лишить должностное лицо права занимать руководящие должности в, а исполнительном органе управления юридического лица, входить в совет директоров (наблюдательный совет), осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, а также осуществлять управление организацией в иных случаях сроком от одного до трех лет.

— В одном из телерепортажей было сказано, что сегодня в инспекцию человек может обратиться анонимно, называя только организацию и суть нарушений. И такое заявление может быть рассмотрено?

— Да, в соответствии с порядком рассмотрения отдельных обращений, изложенным в п. 1 ст. 11 Федерального закона Российской Федерации от 2 мая 2006 г. N 59-ФЗ О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерацию>.

Если в письменном обращении не указаны фамилия гражданина, направившего обращение, и почтовый адрес, по которому должен быть направлен ответ, ответ на него не дается.

Если в обращении содержатся сведения о подготавливаемом, совершаемом или совершенном противоправном деянии, а также о лице, его подготавливающем, совершающем или совершившем, обращение будет направлено в государственный орган в соответствии с его компетенцией.

Беседу вела Вера ЗЕЛИНСКАЯ.

В подготовке материалов для интервью участвовал главный инспектор труда Муталиб Мазукабзов.

Источник

Трудовой договор дороже денег / В. Панкратов // Ежедневные новости. Подмосковье. 06 февраля 2009 г. № 23 (1976). С. 1, с. 4


ЦИТАТНИК PANKRA

https://syg.ma/@v-pankratov/tsitatnik-pankra


Семнадцать высказываний автора в теле- и радиоэфирах

1. О победе над США 2. О смертной казни 3. О сталинизме 4. О рифме 5. О сверхурочных 6. О медали «Участнику ликвидации пожаров 2010 года» 7. О суде присяжных 8. О Крыме 9. О Государственном гербе 10. О международном праве 11. О Валентине Степанкове 12. О восстановлении на работе 13. О словах и мнениях 14. О судьях 15. О залоговых аукционах 16 О любви 17. О государственной символике.

1. О победе над США

В 1945 г. русский народ разгромил Германию. В 1991 г. он ликвидировал СССР, а к 2018 г. уничтожил Исламское государство Ирака и Леванта (запрещено на территории РФ).

В этом ряду особо надо отметить стратегическое поражение, которое в 1973 г. мы нанесли США во Вьетнамской войне. В результате ситуация в мире кардинальным образом изменилась в пользу СССР (началась разрядка международной напряженности, 35 государств по предложению государств-участников Варшавского договора подписали Хельсинские соглашения о нерушимости границ в Европе и т.п.). Поэтому Л. Брежнев, как Верховный главнокомандующий (его должность называлась Председатель Совета обороны) был награжден орденом «Победы».

Перед встречей на Мальте с Бушем-старшим (декабрь 1989 года) М. Горбачев по просьбе американцев отменил Указ ПВС СССР о награждении Л. Брежнева орденом «Победы».

2. О смертной казни

В 1997 г. Россия подписала Протокол № 6 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод относительно отмены смертной казни в мирное время, однако до настоящего времени этот протокол не ратифицировала.

С 1997 г. Президент РФ игнорирует рассмотрение вопросов помилования лиц, осужденных к смертной казни, что блокирует возможность исполнения вынесенных смертных приговоров (последний раз осужденного казнили в 1996 г.).

Из действующего законодательства санкция в виде СК не исключена. По умолчанию общество считает, что применение смертной казни в России приостановлено. Суды однозначно толкуют это как невозможность приговорить подсудимого к исключительной мере наказания. Даже война в Чечне их точку зрения не изменила.

Доводов «за» смертную казнь ровно столько, сколько и доводов «против». Перечислять их бессмысленно. Я хочу сказать о другом. Советская власть запрещала мне носить оружие, поскольку право убить моего обидчика государство объявило своей прерогативой. В принципе, я был с этим согласен.

Однако сейчас от исполнения взятых на себя обязательств в этой части Российская Федерация уклоняется. Если ситуация не изменится, государство обязано возвратить мне право на ношение оружия вплоть до официальной отмены смертной казни.

3. О сталинизме

Предвидеть сложно, предсказывать ещё сложнее, а объяснить можно всё-что угодно. С моей точки зрения рост популярности у нас Сталина обусловлен многими причинами, из которых я бы выделил две.

Это запрос в обществе на справедливость, в первую очередь, на справедливое равенство всех перед законом и экономические успехи китайцев, которые не развенчали культ личности Мао-Цзедуна и не вычеркнули его из истории государства, несмотря на то, что он строил (и построил) новый Китай абсолютно сталинскими методами. Со справедливостью и равенством всё ясно, а вот с китайцами вопрос интересный.

Космосом мы гордимся, однако нас туда не тянет. Мы даже не знаем, скольких американцев Россия привезла на орбитальную станцию и вернула обратно, из кого сейчас состоит космический экипаж и сколько времени он находится на орбите. Другое дело - потребительские товары. Например, новый Китай производит iPhone Huawei 5G, о котором в России знает, если не сказать, мечтает, всё подрастающее поколение.

С iPhone Huawei 5G в руках молодым людям несложно сравнить маоизм и сталинизм, от чего, конечно же, Сталин выигрывает в большей степени, чем от сравнения с Гитлером, чьё имя вычеркнуто из светлого прошлого Германии и поэтому никак не связывается с другим предметом нашего вожделения - Mercedes-Benz G, который производится в новой Германии.

Парадигма - Россия и Германия стали теми, кто они есть, вопреки Сталину и Гитлеру, меняется в сторону - Россия и Китай стали теми, кто они есть, благодаря Сталину и Мао. Но этот маятник скоро пойдёт назад.

Однако есть ещё один аспект. Сталинизм жив ровно до тех пор, пока жив анти сталинизм, а не наоборот, как принято считать, ибо антагонистические противоречия существуют только в паре (ярчайший тому пример, фашизм - коммунизм).

В нынешнее время сталинизм нерентабелен (книжки про Сталина погоды не делают). Иное дело — антикоммунизм. Эту делянку возделывает немалое количество народу. Чтобы сохранить свою кормовую базу, они вынуждены в скрыт


убрать рекламу


ой форме поддерживать сталинизм (там, где он есть) или заниматься сочинительством (там, где его нет). Разобраться в этом клубке наслоившихся непонятностей чрезвычайно сложно, зачастую — просто невозможно (да и не нужно).

Чтобы видеть и понимать реальную разницу между сталинизмом и анти сталинизмом (пример менее яркий, чем фашизм-коммунизм) надо быть либо сталинистом, либо анти сталинистом. На конфликт между этими субъектами общественных отношений нормальный человек должен смотреть спокойно, как на войну между Алой и Белой розами.

4. О рифме

Рифма — это способ лингвологистики, с помощью которого сущему придается новое качество. Чем-то рифмосложение напоминает игру в домино, когда результат — выстроенная игроками цепочка — достигается путем «простого» состыковывания костяшек, при том, что сами костяшки в целях такой стыковки какой-либо обработке не подвергаются. Так сложенные в особом порядке ноты образуют мелодию Besame Mucho.

Создание нового — мощный, не всегда осознанный, мотив человеческой деятельности. Вряд ли оголодавший монах руководствовался высокими мотивами, когда первый раз крошил в миску отварную свеклу, картофель и квашеные огурцы. Но вкус vinagreta не спутать ни с чем, равно как и вкус коктейля Daiquirí.

Рифмованный текст, Besame Mucho, vinagreta и Daiquirí объединяет одно — гармония, без которой это просто набор исходного материала — слов, нот, продуктов питания и алкогольных напитков.

Я не знаю, почему люди рифмуют слова и смешивают в одном стакане ром с соком лайма, возможно, вследствие чувства вечной неудовлетворенности (есть такой рассказ у Эджубова). Могу предположить, что гармония порождает у нас чувство безопасности, к которой мы все неосознанно стремимся, стараясь обеспечить выживание себе, своему роду и обществу.

Иногда мне кажется, что у каждого человека есть свой кокон безопасности, внутри которого он чувствует себя комфортно, как младенец во чреве матери. Человек тратит много времени и сил для поддержания своего защитного слоя в целости и сохранности.

Если я прав, стихи — это заплатки, поставленные на прорехи, образовавшиеся в защитном слое кокона безопасности маленького человека.

5. О сверхурочной работе в выходной день

Повышенная оплата труда в выходной день и оплата сверхурочных работ являются двумя самостоятельными видами государственной гарантии. Не бывает халатности над халатностью (иначе у нас сидели бы все министры), а гарантия не применяется к другой гарантии. Это так называемые правовые аксиомы. Если сверхурочные работы приходятся на выходной или праздничный день, применению подлежит только одна гарантия из всех возможных, а именно та, которая более полно соответствует интересам работника.

6. О медали «Участнику ликвидации пожаров 2010 года»

Спасибо, но в Ваших словах звучит ирония, поэтому я не могу принять Ваших поздравлений. Справедливости ради, должен сказать, что участвовал не в тушении пожаров как таковых (хотя тепловой удар все же получил) а в ликвидации их последствий в соответствии с Указом Президента РФ № 966.

На 25 июля в Московской области зафиксировано 38 торфяных и 25 лесных пожаров. Полностью сгорели деревни Каданок и Моховое, погибли 7 местных жителей. Всего же пострадало 5 населенных пунктов, погибли 11 жителей, плюс пожарные и трактористы, умершие потом в больницах и госпиталях.

Огонь уничтожил центральную авиационно-техническую базу морской авиации ВМФ РФ. Администрации расположенных в зоне пожаров ИТУ имели самые суровые инструкции на случай ЧП. Я впервые в жизни увидел трубопроводные войска, о существовании которых даже не подозревал…

Пожары достигли таких масштабов, поскольку принятый в 2006 г. Лесной кодекс РФ перевел лес из статуса экосистемы в категорию древесины. Федеральная служба лесного хозяйства и Государственный комитет по охране окружающей среды были ликвидированы.

У меня нет сведений, что реформа лесного хозяйства проведена в интересах Илим Палп Энтерпрайз или другого оператора целлюлозно-бумажной отрасли. Однако Вы задаете серьезный вопрос. Ваши предположения, по иному их назвать не могу, должны быть проверены со всей степенью тщательности…

7. О суде присяжных

Суд присяжных надо перенести во вторую инстанцию, чтобы представители народа контролировали качество судебных актов судов первой инстанции. Сейчас присяжные заседатели контролируют качество поддержания государственного обвинения. Считаю это бессмысленной тратой времени и денег.

8. О Крыме

Прецедентное право имеет одно, но чудовищное преимущество перед правом позитивным. Англо-саксонский правоприменитель имеет возможность любое нестандартное дело объявить беспрецедентным, т.е. не имеющим аналогов, и рассмотреть его по своему усмотрению без оглядки на все ранее принятые решения и писаные нормы. Только таким образом на свет могут появляться и появляются новые прецеденты, которые после своего рождения встраиваются в уже существующую систему и обретают силу закона.

У позитивистов же извечная борьба за единство судебной практики, попытки втиснуть нестандарт в заранее очерченные рамки. В. Герасимов рассказывал, что когда работал прокурором Иркутской области, столкнулся с одним делом — участковый инспектор в забытом богом районе вылавливал в тайге бродяг, привлекал их к уголовной ответственности, судил, осуждал к смертной казни, после чего приводил приговор в исполнение.

На каждый труп — уголовное дело с написанным от руки обвинительным заключением, протоколом судебного заседания, последним словом, приговором и так далее. В стремлении дать квалификацию содеянному Иркутская область, Прокуратура РСФСР и Прокуратура Союза ССР головы сломали. Попытки впихнуть невпихуемое прекратились после того, как участковый был признан невменяемым. С делом М. Руста было уже проще (осудили по трем статьям, включая хулиганство).

Таким образом, с позиций англосаксонской системы беспрецедентное присоединение Россией Крыма ничего не нарушает, и является абсолютно законным именно потому, что оно беспрецедентно. А с точки зрения позитивизма — типичное нарушение, поскольку присоединение не соответствует ни одной из существующих правовых норм.

Однако в мире, как известно, нет гармонии. С точностью до наоборот в ходе возникшей по этому поводу ругани Запад кричит об аннексии, а мы — о праве разделенного народа на воссоединение.

9. О Государственном гербе

Птицы — фамилиеобразующее семейство пернатых. Чтобы узнать, какая птица является олицетворением России и должна быть размещена на ее гербе, нужно обратиться к данным последней переписи населения и выяснить, кого на Руси больше — Орловых, Журавлевых или Сорокиных. Не думаю, что в большинстве окажутся Воробьевы.

10. О приоритете международного права

Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Так записано в ст. 15 Конституции РФ.

Международный договор мы ратифицируем в форме федерального закона. В нашей правовой системе кроме федеральных законов (ФЗ) есть еще федеральные конституционные законы (ФКЗ) и Конституция — Основной закон (ОС). ФЗ ни при каких условиях не может быть поставлен выше ФКЗ и, тем более, выше ОС.

Таким образом, формализованные в виде федерального закона нормы и принципы международного права никак не могут иметь приоритет над Конституцией РФ — Основным законом нашего государства. За такое крамольное утверждение на защите диссертации я получил пару лишних шаров черного цвета, но пока остаюсь при своем мнении.

11. О Валентине Степанкове

В 1993 году В. Степанков не выполнил свою функцию Генерального прокурора РФ. Считаю, что после расстрела Белого дома он должен был поставить вопрос об аресте и Б. Ельцина, и Р. Хасбулатова. У этих лиц был бешеный иммунитет, и согласия на их арест никто бы не дал, но это не оправдывает Валентина Георгиевича в моих глазах, при всем моем к нему уважении.

12. О восстановлении на работе

Судебное решение о восстановлении на работе является выполненным в момент фактического допуска взыскателя к работе.

Судебные приставы в трудовых вопросах если и разбираются, то не спешат это афишировать. В постановлениях об окончании исполнительного производства они никогда не указывают дату фактического допуска незаконно уволенного к работе, ибо закон этого не требует. Поэтому суд считает работника восстановленным в момент окончания производства и взыскивает с работодателя средний заработок за весь срок производства исполнительных действий, а равно исполнительного бездействия, в чем бы они не заключались.

Процессом оздоровления предприятия руководит арбитражный управляющий, а процессом принудительного восстановления на работе — судебный пристав. В обоих случаях руководитель предприятия лишь выполняет их требования, которые для него являются обязательными. Тем не менее, единственным бенефициаром всех неприятностей является работодатель.

По любым основаниям приставу десять раз отменят постановление об окончании производства, и столько же раз суд взыщет с работодателя средний заработок за каждый новый период, который в результате такой отмены будет приплюсован к общему сроку исполнения, читай — восстановления.

Ровно такая же ситуация с обращениями в суд пристава, должника или взыскателя по поводу разъяснения судебного решения или порядка его исполнения, из–за которых процедура восстановления на работе растягивается на месяцы, при том, что решение подлежит немедленному исполнению. И все потому, что пристав нигде ни разу не указал дату фактического допуска взыскателя к работе.

Зачем восстановленному работнику что-то делать — непонятно, ведь средний заработок, который он получит за dolce far niente в любом случае выше его месячной зарплаты за выполнение конкретной трудовой функции. Если же уволенный и не планировал приступать к работе, восстановление растягивается на годы (см. в Нагатинском суде Москвы дело Пригоровской, в 2019 г. тяжбе — 10 лет).

В каждой отрасли права есть особые конструкции, которые являются элементами ее каркаса (сумма неустойки не может превышать суммы основного долга; взыскание на имущество должника обращается в размере задолженности и т.п.). Есть такие аксиомы и в трудоправовой сфере.

Применительно к рассматриваемому случаю одна из них звучит так — объем действий по восстановлению на работе не может превышать объема действий по приему на работу. Вот, собственно, и все, что судебному приставу нужно знать о трудовом праве.

Работодателю же нужно другое — обжаловать каждое постановление пристава об окончании исполнительного производства, в котором не указана дата фактического доступа взыскателя к работе. Иначе ему не расплатиться.

13. О словах и мнениях

Science — это знания, навыки и умения, которые передаются в процессе обучения. Art — знания, навыки и умения, которые невозможно передать в процессе обучения. Нынче передача знаний повсеместно подменена передачей мнений. Мнения меня мало интересуют. Это женщины, как известно, любят ушами (не любят, кстати, тоже).

К тому же, я ребенок холодной войны, поэтому на слова стараюсь обращать внимание лишь в том случае, если они несут в себе прямое оскорбление или являются обнаружением умысла. Предметом моего пристального внимания являются действия или бездействие окружающих меня людей. Ну и рассказанные ими анекдоты, конечно.

14. О судьях

Если стрелок перестал попадать в мишень с 50 метров и лишь иногда делает это на десятиметровой дистанции — он плохой стрелок. На наших глазах так деградировала судебная система. Судей развратили упрощенным порядком рассмотрения уголовных дел и миллионами написанных под копирку исков о взыскании копеечных недоимок в пользу налоговых органов и Пенсионного фонда.

Встретившись с боле-менее сложным делом, они обязательно ошибутся, т.е. создадут дополнительную работу себе и людям. При все при том, однако, они ходят пьяные от власти.

В первую очередь суд обеспечивает свои интересы, а уже потом — наши. Причем, до наших интересов очередь не всегда доходит.

Суд — вот мой настоящий процессуальный противник, а не сторона по делу (истец или ответчик), как это должно быть. Из органа по разрешению споров и конфликтов суд превратился в орган по их расширенному воспроизводству. Мне стыдно за суд, который мы с вами создали.

15. О залоговых аукционах

Залоговые аукционы 1995 г. — один из способов приватизации, позволивший на несправедливых условиях провести десекуляризацию государственной собственности. Сомневающимся рекомендую ознакомиться с материалами дела по иску Березовского к Абрамовичу, который лондонский суд рассматривал в течение двух лет.

Упорным трудом десять Прохановых не смогли сделать то, что удалось сделать одному Борису Абрамовичу, когда он под протокол раскрыл городу и миру механизмы приватизации «Сибнефти».

Несмотря на это, я бы (по разным причинам) не стал настаивать на отмене их результатов. Полагаю, что у новых собственников не следует отбирать все, что они неправедным способом нажили в лихие девяностые. Однако убежден, что новые собственники должны заплатить реальную цену за полученную ими собственность.

С «Юкосом» вопрос ясен, а вот с владельцев «Сибнефти», «Норильского никеля» и других активов необходимо взыскать в бюджет и заоблачную маржу, и неуплаченные с нее налоги за период с 1995 года по настоящее время.

16. О любви

В подавляющем большинстве случаев право и нравственность регулируют одни и те же отношения. Однако существуют отношения, которые в принципе не подвержены правовому регулированию, например, любовь.

Любовь — форма проявления единства социального и биологического начал в человеке. Эта форма реализуется в эмоционально-половой сфере как результат трансформации общественно-значимых свойств личности в сугубо индивидуальные и наоборот.

Такая двусторонняя связь «личность — общество» возникает даже при отсутствии взаимности. Она характеризуется тем, что у индивида появляются ценности за пределами его эго и он ничего с этим поделать не может. Любовь отличается от влюбленности, как пьянство от алкоголизма.

Как писали болгарские коллеги в пособии для молодых супругов — «Любовь влечет мужчину к женщине, а сперматозоид к яйцеклетке». Наверное, молодые супруги с этим согласны. Именно любовь делает человека общественным животным, превращает человеческое «Я» в человеческое «Мы». Оплодотворенная яйцеклетка уже не клетка в классическом смысле этого слова. Это клетка иного рода. Надеюсь, вы понимаете, на что я намекаю…

Удивительно, сколько вопросов поступило по поводу пьянства. Отвечаю. Пьяница хочет — пьет, не хочет — не пьет. Алкоголик же хочет — пьет и не хочет — пьет.

17. О государственной символике

Надо признать, что в символике большевики разбирались. Вот, Серп и молот — советская государственная эмблема, размещенная на Государственном флаге Советского Союза.

Символизирует единение крестьян (серп) и рабочих (молот); мусульман (полумесяц) и христиан (крест); женщин (лоно Венеры) и мужчин (меч Марса); мирской власти (лук) и духовного оружия (стрела).

Попробуйте, к примеру, самостоятельно разобраться в символике Государственного флага Великобритании, иногда его называют «Union Jack». Только специалист скажет, что на полотнище в одну фигуру совмещены: красный прямой крест на белом фоне (Англия), белый косой крест на синем фоне (Шотландия) и красный косой крест на белом фоне (Ирландия).


*ИЗ ПЕРЕДАЧ (ИХ ФРАГМЕНТОВ), НЕ УВИДЕВШИХ ЭФИРА*


О гибридной войне

Классификация — теоретическая операция по разделению объема знаний о предмете на основании теории систем. Результат операции (на примере животных) — отнесение предмета к понятию царства, классу, роду, виду, подвиду и т. д.

При нехватке знаний о предмете или дефиците у субъекта познания умственных способностей классификация на основании теории систем невозможна. Так, племена Меланезии не видят причинно-следственной связи между половым актом и рождением ребенка через девять месяцев.

Политики дело классификации значительно упростили до уровня — если что-то работает — это, неважно какая, но система, если не работает — не система. Поэтому, не утруждая себя классификацией, политики заявляют о «гибридной войне», о «войне асимметричной» и т.д. Вряд ли это от недостатка у них умственных способностей. Скорее, это расчет на наши с Вами умственные способности.


О начале второй мировой войны

В октябре 1938 года Германия оккупировала Судеты, Польша — Тешинскую область, Словакия и Подкарпатская Русь получили автономию и тут же вышли из состава союзного государства. Чехословакия прекратила свое существование. Оставшуюся на развалинах Чехию немцы захватили в марте 1939 года.

Тем не менее, принято считать, что Вторая мировая война началась в сентябре 1939 года, когда Германия напала на Польшу. Кем и когда определена эта точка отсчета — в учебниках почему-то не пишут.

Есть основания полагать, что решение было принято на переговорах Рузвельта, Черчилля и Сталина после того, как исход войны стал очевиден и лидеры стран коалиции обсуждали вопрос о привлечении к ответственности виновных. Нюрнбергский трибунал исходил уже из этой заданной ему парадигмы.

Иными словами, решение носило не исторический, а политический характер. На тот момент каждую из держав-победительниц оно устраивало (не буду уточнять — кого конкретно и чем именно).

Пересмотр итогов Второй мировой войны неминуемо повлечет за собой пересмотр вопроса о ее начале. На выходе с неизбежностью 100% получим, что Польша вовсе не жертва, а страна-агрессор, вместе с Германией развязавшая мировую войну.

Могу предположить, что найдется немало желающих получать с поляков соответствующие компенсации. Да и Германия согласится. Надоело, поди, столько лет одной отдуваться.


О Центробанке

Существует достаточно большой (до 30%) сегмент трудовых отношений, где трудовые договоры не оформляются, работники получают зарплату в конвертах и, случись что, не могут взыскать с работодателя ни возмещения вреда, ни компенсации. Бюджет при этом недополучает огромные суммы в виде подоходного налога (13%) и ЕСН (30%).

Много лет правительство пытается с этим бороться, но безрезультатно. Министерства и ведомства, однако, рапортуют об успехах — в прошлом году легализованы NN трудовых договоров, в бюджет дополнительно взыскано NN руб. NNN коп. В этом году — на 1,5% больше. Вопросы есть?

Так будет продолжаться до тех пор, пока на весь процесс обналички работодатель будет тратить меньше денег, чем на уплату ЕСН. Но у правительства нет прямых рычагов воздействия на механизмы торговли наличкой в банковском секторе. Это прерогатива Центробанка, который в этом вопросе мышей не ловит.

Нам нельзя ждать милости от Центробанка, заставить его исполнять свои уставные обязанности — наша задача.


О Минфине

Когда правительству удалость перешагнуть через жадность Минфина и отказать ему в поддержке, была установлена плоская шкала налогообложения, доходы казны существенным образом увеличились. Миллионерам оказалось выгодно получать зарплату (назовем это так) в белую, платить с нее, как все мы, 13% подоходного налога и спать спокойно.

Сейчас министр финансов имеет статус вице-премьера, поэтому вопрос о налогообложении самозанятых граждан с мертвой точки не сдвинется. Они как не платили подоходного налога, так и не будут платить. На примерах личного общения с девушкой, которая моет нам окна; сиделкой, которая приходит к нашей бабушке; репетитором, который натаскивает наше чадо к ЕГЭ и т.д. и т.п. я могу прикинуть размер их годового дохода.

У каждого из них расписан график, к ним приходится записываться по телефону и ждать очереди. Я не считаю деньги в чужом кармане, я прикидываю суммарное наполнение 13% подоходного налога, который я плачу, а они нет.

Для таких лиц необходимо установить (страшное дело) необлагаемый минимум, при котором даже подача декларации не нужна. С превышающей суммы пусть, как все, платят 13% подоходного налога и спят спокойно.

Для меня очевидно, что без подключения президента, этот вопрос, даже в среднесрочной перспективе, решен не будет.

О паритете

В шахматах белые (агрессор) начинают и выигрывают, поэтому ничья — это результат в пользу черных.

Ситуацию на Украине, в Молдове и Грузии следует оценивать именно с таких позиций. На этих примерах прибалтам и другим народам Европы пора понять, что будет, если США и Россия станут выяснять отношения на их территориях. Будет ничья в пользу России.

О причинах репрессий 1937-1938 годов

В 1936 году СССР проиграл Гитлеру войну в Испании. Поражение обеспечила пятая колонная франкистов, ударившая из центра Мадрида в тыл оборонявшим город войскам. Примерив ситуацию на себя, большевики решили, что в случае войны удара в спину им не избежать и возобновили в СССР Гражданскую войну. В этом настоящая причина репрессий 1937-1938 годов.

Достаточно просмотреть списки расстрелянных, чтобы понять: — их объединяет только одно — отсутствие пролетарского происхождения. Гражданская война была возобновлена и продолжена иными средствами.

Надо сказать, что вначале советский народ поддержал это начинание. По мнению С. Довлатова были написаны 4 миллиона доносов. Действительно, откуда еще следователь мог узнать, что в деревенском туалете на гвоздик наколота порванная на куски газета «Правда» с портретом Сталина? Что старик Карагодин в 1919 году служил в таежном отряде под командованием японского генерал-майора, по приказу которого пленных красноармейцев топили в проруби?

Полагаю, что в большинстве своем доносы были обусловлены отнюдь не политическими соображениями. В условиях полунищенского существования таким образом осуществлялся передел скудных остатков оставшейся у народа собственности.

Именно этим можно объяснить тот факт, что достаточно быстро иссяк поток людей, желающих ознакомиться с материалами дел своих репрессированных родственников, когда такая возможность представилась после принятия Закона РСФСР N 1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий» (ст. 11).


О равенстве

Равенство — одинаковое отношение к субъектам при определении их социальной значимости.

С юридической точки зрения принцип равенства исследован достаточно глубоко. Теория различает справедливое равенство, несправедливое равенство, справедливое неравенство, несправедливое неравенство и т.д.

Если не вдаваться в нюансы, можно сказать, что теория естественного права ставит интересы и права человека выше интересов и прав государства, а теория нормативизма — наоборот. В этом вопросе обе теории (каждая в свою сторону) фундаментально нарушают принцип равенства по мотивам справедливости. Юристам причины понятны — речь о справедливом неравенстве.

Оба доктринальных подхода полагаю ошибочными. Социальное мироустройство покоится на трех китах — человеке, государстве и обществе. Изначально и навсегда (фундаментально) закрепленного за одним из этих китов приоритета нет и быть не может, иначе, как у колченогой табуретки — перекос и отсутствие устойчивости.

Недопустимо и умаление статуса других членов китового сообщества.

Нынешняя Украина демонстрирует пример, когда граждане (человеки) разбегаются кто куда, общество разваливается на куски (одна за другой лопаются скрепы — история, язык, религия и т.п.), а государство есть. Это оно рвет скрепы, а разбегающихся в результате этого граждан либо гонит со своей территории или уменьшает их количество иными способами.

В трудовых отношениях изначально заложен приоритет работодателя (именно он управляет материальными ресурсами, финансовыми потоками и рабочей силой). Россия имеет опыт, когда вместо юридического выравнивания статусов (как это было раньше и есть сейчас), приоритет был отдан работнику. Я имею в виду эпоху трудовых коллективов. Чем это закончилось, помнят, надеюсь, все.

США показывают, что случается, если приоритет в триаде получает общество. Я имею в виду харассмент (сексуальное домогательство).

Отсюда вывод — социальные статусы человека, государства и общество должны быть равны. Нарушения равенства в пользу одного из субъектов допустимы в качестве временной меры на определенном этапе развития, по завершении которого равенство должно быть восстановлено.


О контрапункте в поэзии

Не могу вспомнить прозаического произведения, не имеющего названия (анекдоты и пр. в расчет не беру) . В поэзии, однако, это явление встречается сплошь и рядом. За исключением, может быть, эпиграмм, это верный признак слабого, как минимум, незаконченного произведения.

Название (заголовок) — сущность, конкретизированная в содержании рифмованного текста, своеобразный контрапункт сюжета и смысла. Есть прекрасные бессюжетные стихотворения В. Хлебникова и другая «заумь», где отсутствие названия лишь усиливает впечатление от прочитанного, ибо каждый читатель может дать (и дает) его самостоятельно, причем, все они будут «правильными», настолько прекрасно абстрактным является содержание.

В моем варианте, например, строки А. Крученых — «дыр — бул — щыл — убеш — щур — скум» — имеют название «Лингвохромосома», ибо вместе с первыми словами человечества (по Н. Марру), такими, как — «сал — бер — йон — рош» — закручиваются (в моем, естественно, представлении) в одну нуклеопротеидную структуру носителя наследственной информации лингвистического моногенеза.

Естественно, что у других читателей и исследователей поэта (И. Терентьев, Н. Богомолов и др.) несколько иное, не менее чудесное, восприятие. К сожалению, текст А. Крученых — исключение, подтверждающее правило.

Можно предположить, что «преднамеренная затемненность смысла» таких, к примеру, авторов, как И. Жданов, А. Еременко и др. поэтов этого ряда нарочно заставляет их оставлять свои стихи лишенными контрапункта. Однако если взглянуть на репортаж (отчет, воспоминание участника) о творческой встрече с этими поэтами, то И. Жданов, в основном, читает на публике свои озаглавленные тексты, а взять в руки его книгу — таковых стихов меньшинство.

Чувствуя, что гештальт не завершен, но, не понимая причины этого, некоторые авторы интуитивно объединяют обезглавленные тексты в циклы. Иногда это спасает ситуацию, но никогда до конца.

Если когда-нибудь мне доведется быть составителем поэтического сборника, обезглавленных текстов вы в нем не найдете (при условии, что у автора ничего никому не говорящая фамилия).

Если фамилия поэта известна (знаменита) составителям сборника его стихов такой ерундой, о которой я сейчас говорю, можно не заморачиваться.

И, тем не менее, название сборника, название цикла и название стихотворения в совокупности обладают наивысшей пробивной силой (при условии, что удачно подобраны и работают на выполнение одной задачи).

Название сборника пробивает защитный слой безразличия, заставляет взять книжку в руки, чтобы ознакомиться с библиографической карточкой и содержанием. Название цикла обеспечивает пробуждение интереса к заявленной теме, а название стихотворения мотивирует прочтение его текста.

Дело за малым, с помощью текста донести до читателя все заложенные в нем смыслы, если таковые имеются.


О мировых супердержавах

Экономическая мощь США базируется на промышленном (республиканцы) и финансовом (демократы) капиталах. Трамп (республиканец) пришел к власти потому, что в последние годы обозначился опасный перекос в сторону финансов, своими огромными пузырями поставившими всю конструкцию под угрозу обрушения, ибо развитая промышленность такого положения не терпит. Она либо возвращает себе свое место, либо обеспечивает трансфер государства на обочину мировой истории.

Хочу напомнить слушателям, что в СССР структуры КПСС состояли из идеологических и производственных подразделений. С одной стороны — отделы идеологический и административных органов, с другой — отделы промышленности, строительства и сельского хозяйства. Причем, первые занимали лидирующие позиции, вторые были на бэк-вокале. Такой перекос был отражением реального положения дел в стране.

К середине 1980 годов перекос в пользу идеологии достиг своего предела (экономика пришла в упадок) и обрушил систему. В этом реальная причина событий 1991 года, в ходе которых промышленники Черномырдин, Ельцин, Строев при поддержке советского народа били идеологов-интернационалистов (читай — глобалистов) Горбачева, Зюганова, Анпилова.

В каком-то смысле Украина и США следуют примеру СССР образца 1991 года, Украина — по форме, США — по содержанию (тут мы их точно обштопали). Сейчас Трамп сотоварищи при поддержке американского народа если не бьет финансистов-глобалистов, то выдавливает их с незаконно занятых позиций и всеми силами (в т.ч. внешнеполитическими) пытается вернуть промышленность на ее исконное место (Детройт потихоньку оживает, уровень безработицы упал).

Результатом ослабления позиций промышленности стали два фактора — американцы снизили объемы собственного промышленного производства и серьезно увеличили на внутреннем рынке долю чужих игроков (немцев, китайцев).

Как ни странно, именно последнее обстоятельство позволяет Трампу выкручивать руки Китаю и Евросоюзу, промышленность которых до 40% сориентирована на внутренний рынок США. Они просто не могут себе позволить его лишиться.

Евросоюз и Китай понимают, что потерять 40% американского рынка они не могут, но они могут найти ему замену. И такая замена найдена. Европейские товары будут продаваться в Китае, а китайские — в Евросоюзе.

В этом проекте Россия займет почетное место Великой транзитной державы. Именно для этого доводят до ума Северный морской путь (китайцы уже построили самый мощный после России ледокольный флот), возрожден проект Северного железнодорожного пути и строится Новый шелковый путь. Возможны и другие маршруты, в т.ч. из Японии и


убрать рекламу


обратно.

Дело за малым — удержать Америку от истерики, первые проявления которой мы уже наблюдаем.


О наградах

Представляя меня аудитории, Вы коротко огласили мой послужной список и перечислили немногочисленные регалии. Спасибо. Уточнений и дополнений нет. Есть, если позволите, постскриптум…

Числился за нами один арестованный. Залетный из Закавказья. Неприятный человек средних лет. Их таких, что пробу ставить негде. Пока устанавливали личность, добывали переводчиков, иногородние потерпевшие разбежались, дело стало разваливаться на глазах. Через три месяца ребром встал вопрос о его освобождении.

Следователь в голос выл от собственного бессилья. Розыск ложился на рельсы. Ко мне для увещевания приехал зам начальника МУРа. Полтора часа крыли друг друга матом. В итоге — освободил.

Примерно через полгода, на каком-то мероприятии подходит ко мне опер из 2-го отдела Петровки и спрашивает:

— Помните злодея, которого в августе освобождали?

— Помню, — говорю, а у самого настроение вниз по синусоиде, — грохнул кого?

Опер отрицательно мотает головой: — Нет, — говорит, — на местном сходняке потребовал из общака 50 тыс. долларов, которые должен прокурору за освобождение.

— И что? — спрашиваю, а у самого настроение камнем на дно.

— Ему башню отбили и на счетчик поставили. Сказали — Бабушкинский не берет…

Других наград за собой не числю.

Источник

В. Панкратов Цитатник https://e-libra.ru/books/392138-citatnik.html


СЕРТИФИКАТ ДОВЕРИЯ

https://syg.ma/@v-pankratov/siertifikat-dovieriia


Общероссийская программа по выдаче сертификатов доверия стартовала еще в 2006 году. Однако на сегодняшний момент его лучило лишь небольшое количество работодателей. Почему?

На наши вопросы отвечает Владимир Панкратов — главный государственный инспектор труда в Московской области.

Как сертификат объединяет интересы ГИТ и работодателей?

— Если компания имеет грамоты и сертификаты, полученные за достижения в профессиональной деятельности, будьте уверены — в красивых рамках они висят на стене кабинета руководителя или в переговорной комнате. Налицо явный запрос на позитив. Однако контент информационного поля, генерируемого надзорно-контрольными органами, состоит, в основном, из выявленных фактов негатива, мер по их устранению и наказанию виновных.

Сертификат доверия работодателю — документ, который Инспекция выдает участникам проекта «Добровольное декларирование деятельности работодателя по реализации трудовых прав работников». Проекта, призванного добавить позитива на ниве непростого общения работодателей с надзорными и контрольными органами.

Нам следует не только ругать двоечников, но и хвалить отличников. Работодатель, соблюдающий закон, должен знать, что он не белая ворона, что он не одинок, что он имеет поддержку со стороны государства и общества.

Так что проект полностью соответствует задачам трудового законодательства — созданию необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов всех сторон трудовых отношений, государства и закона (ст. 1 ТК РФ). Он также реализует статью 355 Трудового кодекса, по которой для эффективной деятельности Федеральной инспекции труда необходимо учитывать интересы не только работников, но и работодателей.

Задача Инспекции — обеспечить участников трудовых отношений информацией о наиболее эффективных средствах и методах соблюдения положений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов. Что также соответствует статье 3 Конвенции МОТ № 81.

Реализацией проекта добровольного декларирования занимается ГИТ совместно с профсоюзами и объединениями промышленников и предпринимателей (ст. 355 ТК РФ).

Эта программа начала свою работу в 2006 году, постепенно охватывая все больше территорий России. Инициатором проекта выступила Государственная инспекция труда в Кировской области совместно с Вятской торгово-промышленной палатой. Сейчас в реестре работодателей этого региона, которые получили сертификаты, 65 компаний.

Если работодатель решает принять участие в этом проекте, этим он подтверждает:

— выполнение своих обязательств по обеспечению прав работников;

— поддержку действий государственной инспекции труда, которые направлены на защиту прав работников;

— соответствие параметров своей деятельности определенным требованиям трудового законодательства.

Сертификат доверия ГИТ вручается компании в торжественной обстановке, о чем также размещается сообщение в средствах массовой информации.

Организация, получившая Сертификат доверия, включается в реестр работодателей, гарантированно соблюдающих трудовые права работников, который формируется ГИТ. Размещается реестр сертифицированных компаний на официальном сайте территориальной инспекции. Сертификат является бесплатным, а сам проект финансируется из бюджета, а также из средств региональных торгово-промышленных палат и профсоюзов.

— Может ли он сделать компанию более привлекательной?

— Прокурор рассказывал, что был он как-то у директора одного из крупных предприятий Московской области, а у того на стене кабинета портрет губернатора Б. Громова и два документа в рамках. Первый — грамота от В. Шанцева, когда тот был Председателем Перовского райисполкома г. Москвы, а второй — Сертификат доверия за моей подписью.

Сертификат доверия работодателю действует три или пять лет (в зависимости от региона). В течение этого времени компания освобождается от плановых проверок ГИТ. За исключением тех, инициатором которых будет сам работодатель.

Также сертификат обладает следующими преимуществами для организации (индивидуального предпринимателя):

— увеличивает ее ресурсы за счет снижения нагрузок со стороны надзорного органа;

— ограничивает проведение плановых проверок;

— обеспечивает бесплатной информационно-правовой поддержкой со стороны государственной инспекции труда;

— повышает привлекательность на рынке труда;

— дает возможность продвигать товары и услуги, в том числе участвуя в конкурсах и тендерах (в Московской области такая преференция закреплена на законодательном уровне).

—Как получить Сертификат доверия работодателю?

— Для участия в проекте «Добровольное декларирование деятельности работодателя по реализации трудовых прав работников» организация или индивидуальный предприниматель должны направить по месту своей регистрации в государственную инспекцию труда заявление-декларацию по установленной форме. Форма этого заявления размещается на официальном сайте территориальной ГИТ.

Обратиться с запросом может любое юридическое лицо независимо от формы собственности или организационно-правовой формы, осуществляющее свою деятельность не менее трех лет. Что касается индивидуальных предпринимателей, то обязательным условием участия является наличие наемных работников.

В заявлении-декларации работодатель должен уведомить инспекцию о соблюдении требований трудового законодательства, в частности, о том, что он правильно ведет трудовые книжки, обеспечивает гарантии и льготы сотрудникам, организует работу по охране труда и т. д. Требования во всех регионах одинаковые.

Далее государственная инспекция труда с участием представителей объединений работодателей и профсоюзов в течение 10 дней рассматривает заявление-декларацию организации. При этом задекларированные факты должны быть правдивыми и соответствовать нормам трудового права. После рассмотрения принимается решение о допуске (отказе в допуске) работодателя к участию в проекте.

Решение ГИТ совместно с трехсторонней комиссией по регулированию социально-трудовых отношений принимается на основе презумпции правдивости и добросовестности работодателя. О принятом решении работодателю сообщают в письменной форме.

Перечень требований, которые необходимо соблюдать работодателю, чтобы получить сертификат доверия

1. Трудовые договоры оформлены в письменной форме.

2. На всех работников ведутся трудовые книжки.

3. Утверждены правила внутреннего трудового распорядка.

4. Каждому работнику предоставляется еженедельный непрерывный отдых продолжительностью не менее 42 часов.

5. Утвержден график ежегодных оплачиваемых отпусков работников на текущий год.

6. Минимальная заработная плата работников не ниже установленной региональным соглашением.

7. Работа в выходные и нерабочие праздничные дни и в ночное время оплачивается в повышенном размере.

8. Соблюдается продолжительность ежедневной работы (смены).

9. Заработная плата выплачивается в полном размере в установленные сроки (задолженность отсутствует).

10. Работникам предоставляют все предусмотренные законодательством гарантии и компенсации.

11. Организовано социальное страхование всех работников в порядке, установленном федеральными законами.

12. Есть собственная служба охраны труда (должность специалиста по охране труда, для организаций с численностью менее 50 человек должность инженера по охране труда возложена на одного из специалистов предприятия, также возможно заключение договора со специализированной организацией на обслуживание по вопросам охраны труда).

13. С работниками проведены все виды обучений и инструктажей по охране труда.

14. Руководители и специалисты прошли обязательное обучение по охране труда.

15. Работники, занятые на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, проходят за счет работодателя обязательные предварительные при поступлении на работу и периодические медицинские осмотры.

16.Все работники обеспечены сертифицированными средствами индивидуальной и коллективной защиты за счет средств работодателя по условиям не ниже установленных нормами и правилами. На предприятии проводится работа по внедрению новых средств защиты.

17. Проведена (проводится) аттестация рабочих мест по условиям труда.

18. Работники обеспечены санитарно-бытовым и лечебно-профилактическимобслуживанием.

19. Разработан комплект нормативных правовых актов, содержащих требования охраны труда в соответствии со спецификой своей деятельности.

20. Проводится финансирование мероприятий по охране труда на условиях и в размерах не ниже установленных федеральным законодательством (указывается сумма финансирования, направленная на эти цели в прошлом году и плановая сумма на текущий год).

Особо отмечу, что в перечне отсутствует прописанная в законе обязанность работодателя по индексации заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги (ст. 134 ТК).

Если же компания получила отказ, то она может повторить попытку неограниченное количество раз, но после того, как исправит недочеты. При этом отказ в получении сертификата не является поводом к внеплановой проверке ГИТ.

—Почему не так много работодателей, которые получают сертификаты доверия ГИТ?

— Процедурных сложностей в получении Сертификата доверия работодателю, например в Московской области, нет. Думаю, что основная проблема состоит в том, что, заявив о своем участии в проекте «Добровольное декларирование деятельности работодателя по реализации трудовых прав работников», компании необходимо соблюсти все требования трудового законодательства, а это большой объем работы.

Более того, придерживаться правил и норм трудового законодательства нужно не только в момент получения Сертификата доверия работодателю, но и в дальнейшем, чтобы его сохранить. Поэтому получение сертификата целиком зависит от компании и ее действий.

Одновременно хочу отметить, что количество работодателей, которым выданы сертификаты ГИТ, неизменно растет. В Московской области этот проект стартовал только в 2009 году, и тогда было выдано всего три сертификата. В 2012 же году государственной инспекцией труда было выдано уже 19.

Всего по Московской области на сегодняшний момент выдано 43 сертификата. Для сравнения, в Москве выдано 17 сертификатов, а в Алтайском крае — 339.

Всего в РФ на 1 января 2012 года было выдано 2626 сертификатов, а на настоящий момент — порядка 3147. Это, безусловно, небольшое количество для России, но таковы реалии. Отбор ведется довольно жестко, из 10 компаний сертификат получает одна или две.

—В каких случаях ГИТ может отозвать выданный сертификат доверия у конкретного работодателя?

— Отзыв Сертификата доверия работодателю может быть произведен государственной инспекцией труда в связи с грубыми нарушениями организацией требований законодательства о труде и охране труда, повлекшими причинение ущерба трудовым правам работников.

Информацию о нарушениях ГИТ может получить из разных источников: от работников, из средств массовой информации, органов исполнительной власти, правоохранительных органов и т.д. Далее проводится внеплановая проверка инспекции и по ее результатам выносится решение об аннулировании сертификата и выводе компании из реестра работодателей.

Об отзыве Сертификата доверия работодателю государственная инспекция труда информирует компанию в письменной форме, с указанием причин. А также сообщает об этом трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений и СМИ. В том числе информация размещается на сайте территориальной ГИТ.

Так, например, в Вологодской области был отозван сертификат в связи с нарушениями оплаты труда работников, а в Карачаево-Черкесской Республике — по результатам участившихся случаев травматизма. Восстановить Сертификат доверия работодателя можно по заявлению организации, но не раньше чем через год со дня его отзыва.

Беседовала Анна МАРТЫНЕНКО,

эксперт журнала «Кадровое дело»

Источник

Как работодателю получить сертификат доверия ГИТ? / В.В. Панкратов //Кадровое дело — № 7 (127), июль 2013. С. 12-16.


ОТ ДИСЦИПЛИНАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ — К ДИСЦИПЛИНАРНОМУ СУДОПРОИЗВОДСТВУ

https://syg.ma/@v-pankratov/ot-distsiplinarnoi-otvietstviennosti-k-distsiplinarnomu-sudoproizvodstvu


1.Судья как субъект трудового правоотношения

Действующее законодательство наделяет судью особым статусом, который в специфических формах проявляется в различных сферах правового регулирования. В каждой отрасли права особенности судейского статуса реализуются по-своему. Не являются исключением и трудовые правоотношения.

Особенности начинаются уже с вопроса о назначении судьи на должность. Эта непростая процедура (7 ступеней) требует ответа на вопрос: с какого момента гражданин считается судьей, т.е. становится членом судейского сообщества, на которого в полном объеме распространяется трудовое законодательство? Со дня издания соответствующего Указа Президента РФ или с момента приказа председателя суда о включении вновь назначенного судьи в конкретный судебный состав для непосредственного исполнения служебных обязанностей?

Давайте уточним эти обстоятельства. Если речь идет о статусе (профессии), а не о трудовом договоре (работе), юридическим фактом появления на свет нового члена судейского сообщества следует считать Указ Президента РФ или постановление Совета Федерации. Установленное ст. 61 Трудового кодекса РФ правило о том, что трудовой договор считается заключенным со дня фактического допуска работника к работе с ведома или по поручению работодателя (его представителя), тут неприменимо.

Дело в том, что в отношении судьи функции работодателя законодательно распределены между несколькими субъектами. На должность его назначает, например, Президент Российской Федерации, выполнение трудовой функции обеспечивает и контролирует председатель соответствующего суда, а прекращает полномочия или привлекает к дисциплинарной ответственности квалификационная коллегия судей.

Эта особенность не делает судью самостоятельным субъектом трудовых отношений. В триаде «работник — работодатель — государство» он, безусловно, принадлежит к категории работников, имеющих, правда, статус, который иногда называют особым.

Под профессиональной обязанностью следует понимать обязанность судьи, возникающую при осуществлении им трудовой деятельности в рамках определенной профессии, квалификации и должности. Однако трудовая деятельность состоит не только из процесса труда, но и отдыха. Из этого следует, что свои обязанности судья исполняет не только в судебном процессе или при приеме граждан, но и, например, в перерывах между судебными заседаниями или в обеденный перерыв.

Сложнее обстоит дело с окончанием рабочего дня или с отпуском, которые, так же как и обеденный перерыв, охватываются понятием «время отдыха» — самостоятельным институтом трудового права.

Поведение судьи в отпуске регламентируется не столько трудовыми, сколько иными нормами, например, нормами судейской этики, которые, тем не менее, имеют прямое отношение к судейской профессии. Но и в отпуске судья все равно не является полностью свободным от исполнения обязательств по трудовому договору, в основном существующих в виде запретов заниматься определенной деятельностью и т.п. Таким образом, ставить знак тождества между профессиональными и трудовыми обязанностями судьи не совсем правомерно, хотя в известной степени они и совпадают.

На профессиональной основе судья осуществляет правосудие — особый вид государственной деятельности по разрешению конфликтов и споров, возникающих между участниками общественных отношений. Эта деятельность осуществляется в соответствии с процессуальными нормами, установленными федеральными законами. В настоящее время признается, что правосудие может осуществляться только судом.

2. Правосудие и его формы

Правосудие осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. С принятием Конституции РФ 1993 года в прошлое отошли жаркие споры о том, является ли рассмотрение судом административного дела правосудием или нет.

Конституционные суды реализуют свои полномочия только в сфере конституционного производства. Арбитражные суды — в сфере гражданского и административного, а суды общей юрисдикции — в сфере гражданского, административного и уголовного. Таким образом, в России судебная система не соответствует системе правосудия. Иначе должны были быть созданы специальные уголовные и административные суды, а арбитражным судам не нашлось бы места на правовом поле.

Исполняющим свои профессиональные обязанности считается судья любого суда российской судебной системы или мировой судья, принимающий участие в рассмотрении спора, возникшего из конституционных, гражданских, административных или уголовных отношений. Особняком стоят трудовые отношения.

Трудовое право отделено от гражданского еще со времен знаменитого тезиса о том, что рабочая сила — не товар. С годами различие между этими отраслями права увеличилось. Если гражданские правоотношения практически полностью лежат в сфере частного права, то трудовые — в сфере частно-публичного. Частное здесь — свобода трудового договора, публичное — широкая сеть государственных гарантий.

Трудового (дисциплинарного) судопроизводства, как известно, нет, и в ближайшем времени не предвидится. Поскольку для судьи все же установлена дисциплинарная ответственность, споров о формах прикосновенности так называемых трудовых дел к правосудию вообще и к гражданскому судопроизводству в частности избежать не удастся.

Возникает, например, вопрос — по каким правилам суд общей юрисдикции должен рассматривать жалобу судьи, оспорившего решение квалификационной коллегии о его привлечении к дисциплинарной ответственности, — по правилам индивидуального трудового спора (в исковом порядке по нормам гражданского судопроизводства) или по правилам, характерным для публичных правоотношений (обжалование акта)? Разница в правилах велика. В исковом производстве, например, возможно изменение основания иска или заявленных требований. Допускается встречный иск. При обжаловании таких возможностей не имеется.

3. По остаточному принципу

По большому счету, подобные споры возможны по любым правоотношениям, большинство полномочий участников которых возникает из государственных нормативных актов (публичное право), при условии, что эти отношения не подпадают ни под конституционное, ни под административное, ни под уголовное судопроизводство.

В настоящее время все подобные «ничейные» отношения автоматически рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства, хотя к гражданскому праву прямого отношения не имеют, либо не рассматриваются вообще (метод исключения накладывается на остаточный принцип).

Примером в первом случае может служить ст. 64 Трудового кодекса РФ, установившая государственные гарантии при заключении трудового договора в виде права лица ищущего работу обжаловать отказ в приеме на работу в судебном порядке. Однако такие дела гражданский процесс рассматривает не в порядке обжалования, а в порядке искового производства.

Чтобы получить судебное решение Государственная инспекция труда в г. Москве обратился в Никулинский суд Москвы не с жалобой, а с иском в интересах К-ой Х.С. по вопросу отказа ей в заключении трудового договора в связи с ее национальной принадлежностью. Решением от 25 октября 2002 г. в иске отказано, Т.е. и территориальный орган Минтруда РФ, и судебная инстанция пытались разрешить ситуацию не с точки зрения процедуры, установленной трудовым законодательством, а с позиции гражданского процесса.

Примером второго тезиса является п. 2 ст. 24 Семейного кодекса РФ, установившего, что при расторжении брака суд обязан по своей инициативе определить, при ком из родителей после развода будут проживать несовершеннолетние дети, с кого из родителей при этом будут взыскиваться алименты на детей. Поскольку эта норма не вписывается в общие положения ГПК РФ о состязательности, по данным В. Жуйкова она на практике не применяется (Жуйков В. ГПК РФ и другие источники процессуального права / / Российская юстиция. 2003. N2 4. С. 12).

4. Профессия судьи

Любая, в том числе и судейская профессия, — это разновидность основной трудовой деятельности, требующей специальной предварительной подготовки. Профессия судьи называется «юрист».

Одним из квалификационных требований, предъявляемых к претенденту на должность судьи, является высшее юридическое образование. Профессиональная принадлежность является важным признаком, позволяющим отграничить от судейского корпуса тех лиц, которые вместе с ним принимают участие в отправлении правосудия. Поскольку ни присяжные, ни арбитражные заседатели не состоят в трудовых отношениях с судом, осуществляемая ими деятельность не является трудовой. Их заседательская деятельность является результатом реализации так называемого гражданского (общественного) долга, т.е. обязанностей, возложенных на них законодательными актами (публичное право).

Судья же, хотя и сидит вместе с заседателями за одним столом, исполняет не гражданский, а служебный долг. Под служебным долгом понимают исполнение обязанностей, вытекающих из трудового договора (частное право).

Под профессиональной деятельностью следует понимать разновидность основной трудовой деятельности, осуществляемой в рамках определенной профессии. Понимание профессиональной деятельности шире понимания профессиональных обязанностей, так как оно включает в себя не только деятельность по реализации субъективных обязанностей, но и действия по реализации субъективных прав лица, профессионально занимающегося каким-либо вопросом.

Профессиональная деятельность регулируется определенными правилами поведения — нормами, соблюдение которых является обязательными для субъектов профессиональной деятельности. Поведение — это совокупность поведенческих актов, а поведенческий акт — конкретное действие субъекта, оказавшегося в определенных условиях.

5. Формы профессиональной ответственности

Действующим законодательством предусмотрены три вида наказания, которым может быть подвергнут судья. Имеются в виду меры уголовной, административной и дисциплинарной ответственности (ст. 16 Закона «О статусе судей в РФ»).

Административная ответственность для судьи была упразднена в конце восьмидесятых годов прошлого столетия законодательством Советского Союза в попытке обеспечить реальную независимость судебной власти (см. Закон СССР «О статусе судей в СССР»).

В 2002 году квалификационными коллегиями субъектов Российской Федерации в порядке установленного статусным законом дисциплинарного производства прекращены полномочия 27 судей общей юрисдикции, 6 мировых судей и 1 судьи гарнизонного военного суда. Высшей квалификационной коллегией судей РФ за этот же период прекращены полномочия 1 судьи арбитражного суда области и 1 гарнизонного военного суда. Взысканию в виде предупреждения в 2002 году подвергнуты 118 судей, из них 7 судей арбитражных судов и 2 мировых судьи.

Интерес вызывает установление реальной (не моральной или общественной) ответственности за нарушение судьей этических норм. Этот ярчайший пример публичного характера судейской власти.

Фактически между нарушениями этических и правовых норм законодателем в таких случаях поставлен знак равенства. Это означает, что невыполнение судьей этических требований образует и в его действиях состав правонарушения. Правонарушение — противоправное, виновное, общественно опасное деяние, за которое предусмотрена юридическая ответственность.

6. Дисциплинарная ответственность

Дисциплинарная ответственность может устанавливаться за нарушение любой дисциплины, а не только трудовой, как нам ошибочно подсказывает исторически сложившийся и не совсем верный стереотип юридического мышления. Методом исключения можно определить, что дисциплинарная ответственность эта юридическая ответственность, которая устанавливается не в порядке конституционного, гражданского, уголовного и административного судопроизводства.

В широком смысле слова, например, финансовая ответственность — это разновидность дисциплинарной, поскольку является результатом нарушения порядка, установленного финансовым законодательством (нарушением финансовой дисциплины). Но финансового судопроизводства в нашем государстве нет, поэтому финансовую ответственность подгоняли в зависимости от обстоятельств либо под гражданско-правовую (материальную), либо под административную (взыскание пени по налогам).

Привлечение к любой юридической ответственности возможно только в рамках конкретной процедуры, установленной нормами конкретного судопроизводства. Поэтому до введения дисциплинарного судопроизводства привлечение к дисциплинарной ответственности будет происходить в порядке другого производства, чаще всего в рамках гражданского.

Основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности является проступок — нарушающее дисциплину деяние, не представляющее большую общественную опасность. Чаще всего под дисциплинарной ответственностью понимают ответственность в узком смысле слова, т.е. как ответственность в сфере трудовых отношений.

Поэтому такую предусмотренную законом для судей меру ответственности, как предупреждение по установившейся практике, следует обжаловать в порядке гражданского, а не административного судопроизводства, хотя такой вид наказания предусмотрен и действующим административным законодательством.

Предупреждение — это мера юридической ответственности в виде официального порицания лица, совершившего дисциплинарный проступок, а мера — средство правового воздействия на поведение субъектов для достижения определенной цели. Предупреждение в качестве меры наказания, как правило, назначается за совершение правонарушения, не относящегося к категории серьезных.

Другая форма дисциплинарной ответственности судьи — досрочное прекращение полномочий. Это мера юридической ответственности в виде увольнения от должности лица, совершившего дисциплинарный проступок. С известным допущением можно сказать, что это своеобразный аналог увольнения по инициативе работодателя за однократное грубое нарушение обязанностей по службе.

В отличие от приостановления полномочий, в этом случае присутствует большая ясность, так как прекращение полномочий судьи исключает возможность сохранить за собой административный пост в судебной иерархии, например председателя суда.

Институт давности привлечения к дисциплинарной ответственности для судей не предусматривается. Месячный срок со дня обнаружения и 6-месячный с момента совершения — срок давности на них не распространяется.

Давность совершения проступка может рассматриваться как смягчающее (влекущее, например, предупреждение), но не исключающее ответственность обстоятельство.

В условия громоздкой и неповоротливой процедуры привлечения судей к ответственности подобный подход выглядит мотивированным. Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» установил, что законодательство о труде распространяется на судей в части, не урегулированной этим законом (ст. 22), однако вопрос о сроках давности не оговорил.

Дав этому обстоятельству оценку, Верховный Суд РФ посчитал, что распространение на правоотношения, связанные с дисциплинарной ответственностью судей, норм трудового законодательства противоречит ст. ст. 9 и 12 «статусного» закона и не предусматривает возможности применения дисциплинарных взысканий к судьям в виде прекращения полномочий, устанавливая для этого специальный порядок в ст. 12-1.

В законе проведено разграничение между дисциплинарным поступком судьи и дисциплинарным поступком иного работника (Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 9. С. 3).

Вопрос о дисциплинарной ответственности судьи перед квалификационной коллегией вправе поставить председатель суда. Это след


убрать рекламу


ует из гл. 3 Закона «Об органах судейского сообщества в РФ». В каком виде, в какие сроки, с соблюдением каких правил это следует делать — на это федеральные законы не отвечают.

Изложенное предопределяет либо использование по аналогии трудового законодательства, либо создание иного нормативного акта, где подобная процедура была бы прописана. В апреле 2003 г. органы судейского сообщества утвердили Типовые правила внутреннего распорядка (постановление Совета судей Российской Федерации от 18 апреля 2003 г. № 101). К сожалению, этот вопрос в указанных правилах своего разрешения не нашел. Таким образом, те сведения о порядке привлечения судей к дисциплинарной ответственности, которые по крохам можно собрать из существующих актов, позволяют сказать одно — порядка как такового нет.

Лицами, полномочными поставить перед квалификационной коллегией вопрос о дисциплинарной ответственности, являются председатели Высшего Арбитражного или Верховного Суда РФ и председатель того суда, где работает провинившийся судья-нарушитель. Представляется, что самостоятельно принять к производству вопрос об ответственности квалификационная коллегия судей не вправе. Процедура рассмотрения вопроса в квалификационной коллегии ни самим судьям, ни широкой публике не известна.

7. Ответственность есть, а судопроизводства нет

Вначале мы имели только гражданское и административное судопроизводства. Теперь к ним прибавились административное и конституционное. На повестке дня — дисциплинарное, устанавливающее процедуру привлечения к юридической ответственности как специальных субъектов — депутатов, судей, президентов, военнослужащих, адвокатов, так и других лиц, если они совершили правонарушение в сфере финансового, трудового или иного законодательства, не отнесенного к зоне ответственности, очерченной ныне существующими формами судопроизводства.

Это не означает, что надо учреждать новые суды, например трудовые. Сейчас один судья общей юрисдикции рассматривает и гражданские, и административные, и уголовные дела, естественно, руководствуясь в каждом случае разными правилами. Также специальными правилами тот же судья будет руководствоваться уже при рассмотрении дисциплинарных дел.

Подводя итог сказанному, можно отметить, что в настоящее время вопросы дисциплинарной ответственности судьи в полном объеме не вписываются ни в сферу гражданского, ни в сферу административного судопроизводства. При этом процедура привлечения судьи к ответственности сама по себе фрагментарна и малоконкретна, во многом оценочна. Причем судья — не единственный субъект трудовых правоотношений, который оказался в такой ситуации.

Железнодорожников или, например, моряков давно привлекают к ответственности в особом порядке. Это свидетельствует о том, что юридическая практика уже вплотную подошла к вопросу о конституировании дисциплинарного судопроизводства.

Ярче всего о такой необходимости свидетельствует специфический статус судьи, депутата и многих других специальных субъектов общественных отношений, предусматривающий особый порядок привлечения к ответственности. Начинать надо с принятия Основ дисциплинарного законодательства РФ, потом внести необходимое изменение в Конституцию России.

Основы дисциплинарного законодательства предусмотрят порядок привлечения к ответственности как физических, так и юридических лиц за нарушение дисциплины в любой форме (например, финансовой). Арбитражный процессуальный кодекс РФ может послужить основой такого правового акта.

Однако установление дисциплинарного судопроизводства необходимо не только в виду обилия специальных субъектов и отсутствия в каждом случае четкого механизма их привлечения к ответственности. Вакуум в вопросе единого порядка привлечения к любой юридической ответственности, не попадающей в перечень из конституционной, уголовной, гражданской и административной ее разновидностей, отрицательно сказывается на соблюдении прав других участников правоотношений.

Не прописаны нормы возбуждения дисциплинарного производства, не существует обязанности ознакомить привлекаемое к ответственности лицо с собранными доказательствами его вины, нет понятия окончания дисциплинарного производства и др.

Непозволительно многое оставлено на усмотрение лица, уполномоченного проводить соответствующую проверку.

Установление единых правил (на уровне Основ законодательства) позволит в главных вопросах унифицировать процедуру привлечения физических и юридических лиц к юридической ответственности за нарушение любой дисциплины (трудовой, финансовой, воинской, спортивной и т.п.). Объективно существующие особенности такой процедуры, вытекающие, например, из специфики трудовых, воинских или иных отношений, можно будет сохранить в отраслевом законодательстве.

Без такой унификации многие ныне действующие специальные отраслевые нормы по вопросу привлечения к юридической ответственности сохранят свой во многом противоречивый и в значительной степени декларативный характер, поскольку они не вписываются сейчас в правила, диктуемые, например, гражданским судопроизводством.

Источник

От дисциплинарной ответственности к дисциплинарному судопроизводству / Панкратов В. // Российская юстиция, 2004, № 3. С. 47-50.


КАК ВОСПОЛНИТЬ ДЕФИЦИТ ЗДРАВОГО СМЫСЛА В СТАТЬЕ 209 ТК? К ВОПРОСУ О ПОНЯТИЙНОМ АППАРАТЕ ТРУДОВОГО КОДЕКСА РФ

https://syg.ma/@v-pankratov/kak-vospolnit-diefitsit-zdravogho-smysla-v-statie-209-tk-k-voprosu-o-poniatiinom-apparatie-trudovogho-kodieksa-rf


Содержание многих жалоб на необоснованное привлечение к административной ответственности за нарушение законодательства об охране труда свидетельствует о различном понимании гражданами и должностными лицами правоприменительных органов большинства понятий этой подотрасли права. К сожалению, на протяжении многих лет по вопросу толкования терминов охраны труда нет единства и среди юристов.

Достаточно сказать, что широко используемый Трудовым кодексом РФ термин «охрана труда» с точки зрения некоторых цивилистов не отражает существа вопроса, так как, по их мнению, охраняется не сам труд, а жизнь и здоровье работающих. В такой ситуации остается только догадываться, почему в Трудовом кодексе РФ до сих пор не расшифровано широко используемое понятие «труд», Зато в ст. 209 ТК в качестве основного помещен чрезвычайно редко используемый термин «сертификат безопасности».

Если с позиций теории права охрана труда — обособленный вид человеческой деятельности, урегулированный совокупностью правовых норм, направленных на обеспечение работоспособности и трудоспособности работающих, то в ст. 209 ТК это понятие определено как система мероприятий (т.е. система мер) по сохранению жизни и здоровья работников. Попробуем разобраться, так ли это на самом деле.

Не вызывает никакого сомнения тот факт, что охрана — это правовой режим, при котором обеспечивается безопасность участников общественных отношений. Под «безопасностью» понимают состояние защищенности прав, свобод и интересов участников общественных отношений, а под «трудовой безопасностью» — состояние защищенности прав участников индивидуальных трудовых отношений на здоровые и безопасные условия труда.

Совокупность же мер регулирования, обеспечивающих неприкосновенность прав, свобод и интересов участников общественных отношений, с точки зрения теории называется защитой. Определяя охрану труда как систему мероприятий (т.е. мер) разработчики Кодекса подменили понятие «охрана» понятием «защита».

Под «мерой регулирования» в теории подразумевают средство воздействия на поведение субъектов для достижения определенной цели. Классификация таких мер различна. Наиболее приемлемой, на мой взгляд, является следующая классификация.

1. Организационные меры (разработка правил и инструкций, осуществление социального страхования, установление инвалидности, оборудование санитарно-бытовых помещений и т.п.).

2. Информационные меры, т.е. меры направленные на получение или передачу информации (проверки, медицинские осмотры, аттестация рабочих мест и т.п.).

З. Меры, исключающие или уменьшающие воздействие опасных и вредных факторов (сокращение рабочего дня или недели, перевод на другое рабочее место, снабжение средствами индивидуальной защиты, прекращение работ, принудительная ликвидация предприятия и т.п.).

4. Компенсирующие меры (выдача соленой воды, молока, выплата компенсаций, возмещение вреда и т.п.).

5. Охранительные меры. К ним относятся меры защиты прав (обращение в компетентные органы или самостоятельное отстаивание своих интересов, например путем отказа от выполнения работы, непосредственно угрожающей жизни и здоровью работающего) и меры принуждения, которые реализуются путем установления ответственности (дисциплинарной или материальной).

Приведенная мной классификация мер воздействия не является единственно возможной и в определенной степени носит условный характер. Например, принудительную ликвидацию предприятия можно одновременно отнести и к мерам принуждения, и к мерам, исключающим воздействие опасных и вредных факторов на работающих.

К сожалению, классификация, приведенная в ст. 209 ТК, наименее удачна из всех возможных, так как делит меры на правовые и неправовые. Это нонсенс с точки зрения правового регулирования.

Чтобы все же разобраться с термином «охрана труда», необходимо начать с азов теории права, а именно с цели правового регулирования.

Цель — желаемый результат (прогнозируемый итог) какой-либо деятельности. В любом обществе основная цель — продолжение жизни, т.е., выживание, под которым понимают сохранение возможности дальнейшего развития.

С этих позиций можно согласиться, что в широком смысле цель правового регулирования охраны труда — сохранение жизни и здоровья рабочей силы в процессе производственных отношений. Однако данное определение в большей степени приемлемо для политической экономии. Для юридических нужд более точным будет определение цели правового регулирования охраны труда как сохранения работоспособности и трудоспособности работающих.

Законодательство о труде в основном ведет речь о единственном правовом режиме для физического лица — работника. Охрана труда использует другой термин — работающий. В ст. 209 ТК эти термины употребляются одновременно, причем в качестве синонимов.

Подобное отождествление неправомерно. Понятие «работающий» шире понятия «работник», так как относится ко всем застрахованным физическим лицам, лично участвующим в трудовой деятельности, а не только к стороне трудового договора. Это могут быть и застрахованные обучающиеся граждане, и застрахованные частные предприниматели, и адвокаты, и нотариусы, и т.д., в сохранении работоспособности и трудоспособности которых общество заинтересовано в не меньшей степени, чем в сохранении работоспособности и трудоспособности работников.

Доказательством тому является постановление Правительства РФ от 5 марта 2003 г. N 144 «О порядке добровольной уплаты в Фонд социального страхования РФ отдельными категориями страхователей страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», в соответствии с которым добровольно могут страховаться лица, не состоящие с кем-либо в трудовых отношениях.

В этом вопросе охрана труда испытывает сильное влияние законодательства о здравоохранении. Кстати Основы законодательства Российской Федерации «Об охране здоровья граждан» (ст. 20), регулируя отношения в пограничной с охраной труда области, использует термин «работающие граждане».

Такой же термин использован в Энциклопедии по безопасности и гигиене труда (Международное бюро труда, Женева-Москва, 1986. С. 1562), где говорится об охране здоровья работающих. Подобное равное отношение со стороны охраны труда ко всем застрахованным физическим участникам трудового процесса пo вопросу сохранения работоспособности и трудоспособности следует признать справедливым.

Кроме отмеченных недостатков в ст. 209 повторена часто встречающаяся в Кодексе ошибка по отождествлению трудовой и производственной деятельности. Разработчики попытались выйти из тупика, в который сами себя загнали, наполнив понятие «производственная деятельность» перечислением видов человеческой деятельности, к настоящему производству никакого отношения не имеющей.

Такой подход невозможно приветствовать. Как не должно быть законности «Калужской и Казанской», не должно быть и разного смысла у одного и того же понятия в разных отраслях права. Иначе со временем юристы совсем пере станут понимать друг друга, а потом народ откажется понимать таких юристов.

Производственная составляющая — только часть трудовой деятельности, которая включает в себя еще и непроизводственную сферу, т.е, сферу, где производятся, распределяются, перераспределяются и потребляются нематериальные блага. На эту сферу в полом объеме распространяются требования охраны труда, поскольку нематериальные ценности (блага) возникают как результат труда.

Производственная среда — только часть окружающей природной среды, так же как трудовой процесс — только часть трудовой деятельности. Попробуйте разграничить результаты воздействия производственной и окружающей среды на команду находящегося в многомесячном плавании рыболовецкого судна или на участников геологической партии, это невозможно. Сводить условия труда только к производственной среде ошибочно, равно как и только к трудовому процессу.

Эти и другие очевидные ошибки требуют внесения кардинальных изменений ст. 209 ТК. В дополнение к уже приведенным предлагаю следующие фрагменты понятийного аппарата трудового права вообще и охраны труда в частности, которые, вне всякого сомнения, должны быть помещены в статью (а лучше в раздел) «Основные понятия» Трудового кодекса РФ.

«Гигиена» — оптимальные для здоровья физического лица медицинские характеристики его труда и быта.

«Дисциплина» — порядок фактических отношений, установившийся в результате реализации всех социальных норм.

«Жизнь» — биологическая деятельность организма, обладающего способностью к непрерывному обмену веществ и энергии с окружающим миром.

«Заболевание профессиональное» — заболевание, повлекшее за собой снижение, утрату либо прекращение работоспособности и/или трудоспособности, если оно возникло в процессе трудовой деятельности в результате воздействия на работающего вредного фактора.

«Здоровье» — обусловленный отсутствием болезни и/или физического дефекта объем биологической деятельности организма, необходимый ему для пребывания в состоянии физического, душевного и социального благополучия.

«Здоровые и безопасные условия труда» — совокупность факторов трудовой деятельности, исключающая возможность воздействия на работоспособность и трудоспособность работающего вредных и опасных факторов либо ограничивающих такое воздействие определенным уровнем.

«Несчастный случай» — увечье, повлекшее за собой снижение, утрату либо прекращение работоспособности и/или трудоспособности, если оно получено в процессе трудовой деятельности в результате воздействия на работающего опасного фактора.

«Работа» — обособленный объем функций, выполняемых работающим, в определенном темпе за определенное время и с определенным качеством в процессе трудовой деятельности.

«Работодатель» — сторона индивидуального трудового договора, обязанная предоставить работу.

«Работник» — сторона индивидуального трудового договора, обязанная лично выполнить работу.

«Работающий» — физическое лицо, участвующее в трудовой деятельности в качестве застрахованного (подлежащего страхованию) субъекта индивидуальных трудовых отношений.

«Работоспособность» — способность работающего в определенном темпе за определенное время и с определенным качеством выполнить определенных объем трудовых функций, необходимых ему для трудовой деятельности.

«Равенство» — одинаковое отношение к субъектам при определении их социальной значимости.

«Солидарность» — добровольная совместная ответственность при достижении общих целей.

«Справедливость» — положительная социальная оценка пропорции, сложившейся из того, что субъект дает обществу и что получает взамен.

«Стандарт государственный» — подзаконный нормативный акт, содержащий эталонные характеристики какого-либо явления.

«Социальное страхование» — установленная законом система материального обеспечения работающих из средств специального фонда при снижении, утрате или прекращении трудоспособности.

«Страховой договор» — соглашение страховщика и страхователя по вопросу обязательного социального страхования работающих от нечастных случаев и профессиональных заболеваний.

«Страхователь» — сторона договора обязательного социального страхования, страхующая свою ответственность от несчастных случаев и профессиональных заболеваний.

«Страховщик» — сторона договора обязательного социального страхования, страхующая чужую ответственность от несчастных случаев и профессиональных заболеваний.

«Труд» — совокупность всех функций, необходимых работающему для трудовой деятельности.

«Трудоспособность» — способность работающего выполнять функции, необходимые ему для трудовой деятельности.

«Трудовая деятельность» — правомерная деятельность физического лица по удовлетворению своих потребностей путем создания, распределения, перераспределения и потребления материальных (имущественных) и нематериальных (неимущественных) благ.

«Трудовая функция» — конкретные действия, выполняемые работающим в процессе трудовой деятельности.

«Увечье» — травма, ранение, контузия или иное повреждение здоровья, полученное работающим в процесс е трудовой деятельности.

«Условия труда» — совокупность факторов трудовой деятельности, способных воздействовать на работоспособность и/или трудоспособность работающего.

«Фактор» — сопровождающее трудовую деятельность явление, которое воздействует (может воздействовать) на организм работающего.

«Фактор вредный» — фактор, воздействие которого может привести к заболеванию работающего.

«Фактор опасный» — фактор, воздействие которого может привести к увечью работающего.

Приведенные определения не являются единственно возможными, например понятие «работник» может быть раскрыто и следующим образом — это работающий, полномочия которого ограничены условиями индивидуального трудового договора. Однако у них есть одно несомненное достоинство — они абсолютно соответствуют теории права и здравому смыслу, ощущение в дефиците которого иногда возникает при ознакомлении с диспозицией ст. 209 ТК.

Источник

Как восполнить дефицит здравого смысла в статье 209 ТК РФ? / Панкратов В. // Российская юстиция, 2003, № 6. С. 19-21.


ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ НЕВЫПЛАТЫ ЗАРАБОТНОЙ ПЛАТЫ ПО КЗОТ РФ

https://syg.ma/@v-pankratov/pravovyie-posliedstviia-nievyplaty-zarabotnoi-platy-po-kzot-rf


1. Уголовная и административная ответственность работодателя

Одно из проявлений неравенства сторон в трудовых отношениях — установление дополнительной (по сравнению с работником) ответственности работодателя при нарушении им условий трудового договора, а также возложение на него обязанности доказывания своей правоты в трудовых спорах, к разрешению которых он привлекается в качестве ответчика.

Обязанность по своевременной выплате заработной платы, вытекающая из трудового договора, является одной из основных для работодателя, за ее невыполнение установлена ответственность вплоть до уголовной. Подобное немыслимо в других отраслях права.

Трудно даже предположить, что такое возможно, например, в жилищном законодательстве: неплательщик квартирной платы за невыполнение своих обязанностей по договору жилищного найма будет подвергаться уголовному преследованию. Тем не менее, в трудовых отношениях такое положение расценивается обществом как справедливое.

Работник, которому не выплачивается заработная плата, имеет полное право поставить перед прокуратурой по месту нахождения предприятия вопрос о привлечении виновного работодателя к уголовной ответственности. Если основания для возбуждения уголовного дела не установлены, прокурор обязан рассмотреть вопрос об административной ответственности руководителя предприятия (в настоящее время — до 100 минимальных размеров оплаты труда).

Административную ответственность работодателя по этому основанию может установить и государственный инспектор труда — самостоятельная фигура трудового и административного процесса.

Таким образом, желая решить вопрос о наказании работодателя в порядке уголовного или административного производства, пострадавший должен обратиться с соответствующим заявлением в государственные правоохранительные органы — прокуратуру или государственную инспекцию труда.

Однако вынесение решения о наказании работодателя не означает автоматического восстановления нарушенного им права. Он может заплатить штраф, но по-прежнему не выплачивать работникам заработную плату. За это его могут вновь привлечь к ответственности (более строгой), но механизм восстановления нарушенного права от этого все равно не включится, так как законодателем для этого установлен другой порядок, не связанный напрямую с рассмотрением вопроса о наказании.

2. Принудительное восстановление нарушенного работодателем права на оплату труда

По общему правилу решить вопрос о принудительном восстановлении нарушенного права можно только в суде, решение которого имеет силу закона и должно неукоснительно исполняться. Действующие за пределами судебного поля органы (государственные инспекции труда, комиссии по рассмотрению трудовых споров) могут лишь побудить работодателя исполнить закон в этой части. Принудить его к этому может только суд.

Изложенное вовсе не свидетельствует о бесполезности досудебного порядка урегулирования разногласий. Наоборот, практика показывает его эффективность. Зачастую государственному инспектору труда, грамотно использующему свои полномочия, удается добиться положительного результата в кратчайшие сроки.

Более того, тенденция такова, что основной массив трудовых конфликтов, в том числе и по причине очевидности (бесспорности) многих нарушений, со временем будет разрешаться именно в досудебном порядке. В суд станут попадать самые сложные, по-настоящему спорные случаи.

Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что результаты работы Государственной инспекции труда в г. Москве в части возмещения вреда пострадавшим от несчастных случаев на производстве уже соизмеримы с аналогичными показателями работы всех судов столицы, а разрыв между показателями по рассмотрению конфликтов, связанных с восстановлением на работе, сокращается.

В немалой степени этому способствует созданная в 1994 г. система государственного надзора и контроля за исполнением законодательства о труде и охране труда, фактически освобождающая суды общей юрисдикции от необходимости рассматривать деликты, не являющиеся спорами. До образования федеральной инспекции труда, взявшей на себя функцию урегулирования бесспорных конфликтов, все без исключения разногласия подлежали рассмотрению в судебных инстанциях.

Таким образом, если работник хочет побудить работодателя к исполнению условий договора, ему следует обращаться в государственную инспекцию труда своего субъекта Федерации или к прокурору, а если принудить — в судебные органы по месту нахождения ответчика.

При этом следует иметь в виду, что инспектор вправе принимать решения только в отношении должностных, т. е. физических, лиц предприятий, в то время как под работодателем действующее законодательство понимает, как правило, юридическое лицо.

Результатом вмешательства инспектора должно быть восстановление нарушенных условий трудового договора (возобновление выплаты заработной платы, погашение задолженности). Решать вопросы возмещения причиненного вреда в полном объеме (пени, индексации и т. п.) он не вправе.

Подобную финансовую ответственность несет только юридическое лицо, а ответственность юридических лиц — прерогатива суда, который, если и может в порядке регресса взыскать определенную сумму с руководителя (физического лица), то в ограниченном размере и не в пользу пострадавшего, а в пользу предприятия (ст. 214 КЗоТ РФ).

Кроме того, требования п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.04.88 N 2 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» о том, что бремя доказывания по трудовым спорам лежит на ответчике (работодателе), к досудебному порядку неприменимо. Вину должностных лиц должен доказывать инспектор, что справедливо, но не упрощает процедуру.

3. Индексация задолженности, возмещение морального вреда

Только суд может решать вопросы о принудительной индексации задолженности по заработной плате в соответствии со ст. 98-1 КЗоТ РФ и ее взыскании, а также о возмещении причиненного работнику морального вреда, причем одновременно, т. е. в одном процессе, хотя спор по вопросу возмещения морального вреда и не относится к категории трудовых (ст. 151, 1100 ГК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.94 N 10).

В этом случае на него не распространяются сокращенные сроки рассмотрения, бремя доказывания лежит на истце, заявитель не освобождается от уплаты государственной пошлины, юридическая помощь (услуга) адвокатов оказывается на возмездной основе.

Наиболее сложным в этой связи представляется определение масштаба вреда в денежном выражении (от этого зависит и размер пошлины).

Перспективной является привязка суммы возмещения вреда к общей сумме задолженности по зарплате. Суды редко соглашаются с этим, но эта позиция имеет неоспоримое преимущество перед другими — ее невозможно опровергнуть. Не согласиться можно, а опровергнуть нельзя. Заставлять же суд соглашаться с заявленной позицией — задача, вытекающая из профессионализма заявителя и его адвоката, т. е. дело юридической техники.

Признание предприятия банкротом и введение конкурсного управляющего приостанавливает исполнение работодателем всех обязательств, кроме обязательств по возмещению вреда пострадавшим от несчастных случаев на производстве и выплате зарплаты своим работникам (ст. 161 Федерального закона от 08.01.98 N 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Это означает, что по исполнительному листу о взыскании задолженности по зарплате выплаты предприятием-банкротом будут продолжаться, а по исполнительному листу о возмещении морального вреда, причиненного работнику, нет.

Неисполнение вступившего в законную силу судебного решения образует самостоятельный состав правонарушения, ответственность за совершение которого возлагается как на само предприятие, так и на его руководителя, в том числе конкурсного управляющего (ст. 85-87 Федерального закона от 21.07.97 N 119-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Таким образом, не получающий заработную плату работник имеет право и реальную возможность, обратившись в правоохранительные и судебные органы, добиться как привлечения виновного руководителя к уголовной или административной ответственности, так и восстановления своего нарушенного права в полном объеме (возобновление выплат, получение задолженности, ее индексацию, возмещение морального вреда).

В бюджетной сфере (особенно на государственной, в т. ч. воинской, службе) виновный руководитель одновременно может быть привлечен к дисциплинарной и другой предусмотренной законодательством ответственности.

4. Сохранение трудовых отношений

Выбор способа защиты своих прав закон оставляет на усмотрение пострадавших. Однако следует заметить, что они достаточно редко ставят вопрос о наказании, довольствуясь в основном восстановлением нарушенного права, причем в усеченном объеме, т. е. без индексации и без возмещения морального вреда.

Немаловажную роль тут играет, видимо, сложность и длительность судебной процедуры. Остается надеяться, что расширение практики мировых судей в значительной степени упростит доступ граждан к правосудию. А пока вопросы наказания виновных инспекция решает самостоятельно (в инициативном порядке), поскольку по закону она в этом не связана с позицией заявителей.

Добиваясь наказания руководителя и восстановления нарушенного права, работник продолжает состоять в трудовых отношениях с работодателем. Неисполнение или ненадлежащее исполнение администрацией обязанностей, вытекающих из трудового договора, не является основанием для его прекращения (ст. 29 КЗоТ РФ).

Если неисполнение обязанностей работником дает администрации основание к его увольнению (ст. 33 КЗоТ РФ), то в случае неисполнения обязанностей работодателем работник может расторгнуть договор только по собственному желанию (ст. 31 КЗоТ РФ) или по соглашению сторон.

Вина администрации в этих случаях не фиксируется и в приказах не фигурирует. Есть она только в перечне причин, по которым увольнение работника по собственному желанию признается уважительным (постановление Госкомтруда СССР N 198 и Секретариата ВЦСПС N 12-21 от 09.07.80).

Иными словами, в соответствии с действующим законодательством нарушение администрацией своих обязанностей не дает работнику никаких преимуществ и дополнительных прав в отстаивании своих позиций, например права в одностороннем порядке приостановить действие трудового договора и не выходить на работу просто потому, что ему перестали выдавать зарплату.

Принцип дозволенности всего, что не запрещено законом, в данном случае неприменим, поскольку в ст. 33 КЗоТ РФ содержится норма, запрещающая отсутствовать на рабочем месте более 3 часов без уважительных причин.

Можно ли расценивать неполучение работником причитающегося ему заработка как уважительную причину отсутствия его на работе


убрать рекламу


или нет?

К сожалению, ответ однозначен. Положение пострадавшего в значительной степени осложняется тем, что защита им своих прав зачастую требует его отсутствия на рабочем месте. Однако ст. 111 К3оТ РФ не распространяет на гражданина, вызванного на судебное заседание в качестве истца, гарантии, предусмотренные законом на время выполнения государственных или общественных обязанностей. Прогулом это, конечно, не назовешь, но и судиться с ним за его же счет работодатель вряд ли позволит.

Если так обстоит дело с судом, куда граждане обязаны являться по вызову, то в других случаях все обстоит еще сложнее. Бесспорных доказательств уважительности таких причин (как в случае с судом) мало. Директор может расценить их как неуважительные и уволить работника. А последний вправе только выдвинуть дополнительное требование о восстановлении на работе.

В таких условиях работник вынужден запасаться справками и повестками, свидетельствующими о том, что в период отсутствия на рабочем месте (за свой счет) он находился в органах, уполномоченных рассматривать его претензии к работодателю.

Но даже если работник принесет справку о том, что он в рабочее время находился на приеме в юридической консультации Московской городской коллегии адвокатов по поводу подготовки гражданского иска о взыскании задолженности по зарплате, его отсутствие на рабочем месте может быть расценено как прогул.

Заработная плата — это не только юридический, вытекающий из условий трудового договора, но и экономический фактор, обеспечивающий воспроизводство рабочей силы. При ее невыплате перед работником встает дополнительная задача — обеспечить прожиточный минимум себе и своей семье. И если эту задачу нельзя решить с «родным» работодателем, человек идет к другому на временные заработки.

Подобная причина отсутствия на рабочем месте является уважительной, поскольку работник, сохраняя свое здоровье и жизнь, действует в состоянии крайней необходимости, что в принципе исключает его вину как таковую, особенно если есть справка с нового места работы.

В идеале состояние крайней необходимости может считаться доказанным, если в своем объяснении по поводу отсутствия на рабочем месте работник укажет, что в поисках дополнительного заработка из–за длительного неполучения заработной платы он был вынужден заниматься частным извозом на личном транспорте или вскапывать огород соседке по даче. Опровергнуть это утверждение работодатель вряд ли сможет, а бремя доказывания обоснованности увольнения за прогул лежит на нем. Это — обратная сторона медали, именуемой неравенством прав участников трудовых правоотношений.

5. Право работников на забастовку

Отстаивать свои права работник может не только путем обращения в уполномоченные государственные органы. Он вправе прибегнуть к коллективному способу их защиты. В течение многих лет суды различных инстанций на основании Федерального закона от 23.11.95 N 175-ФЗ «О порядке разрешения коллективных трудовых споров» признавали незаконными забастовки, возникшие из–за неполучения зарплаты.

Однако Верховный Суд РФ изменил это положение, сославшись на ст. 1 данного Закона, согласно которой разрешение коллективных трудовых споров, возникающих в связи с коллективной защитой индивидуальных трудовых прав работников, не является предметом регулирования этого законодательного акта.

Другого законодательного акта по данной проблематике пока нет, следовательно, забастовка (в том числе связанная с отсутствием работника на рабочем месте) является допустимым способом защиты нарушенного права, а в качестве обоснования отсутствия на рабочем месте — уважительной причиной.

Таким образом, отсутствие работника на рабочем месте из–за того, что он ищет защиты или добивается восстановления своих нарушенных прав на оплату труда, обращаясь в уполномоченные органы или прибегая к коллективным действиям, либо занимается поиском и добыванием в состоянии крайней необходимости средств к своему существованию, является отсутствием по уважительной причине и не может служить основанием для его увольнения за прогул.

Невыход на работу по другим причинам в качестве ответа работодателю на допущенные им нарушения образует состав дисциплинарного проступка со всеми вытекающими негативными последствиями.

Нормативная база

• Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 151, 1100

• Кодекс законов о труде Российской Федерации, ст. 29, З1, ЗЗ, 981, 111

• Федеральный закон от 23.11.95 N 175-ФЗ «О порядке разрешения коллективных трудовых споров»

• Федеральный закон от 21.07.97 N 119-ФЗ «Об исполнительном производстве», ст. 85-87

• Федеральный закон от 08.01.98 N 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 161

• Постановление Госкомтруда СССР N 198, Секретариата ВЦСПС N 12-21 от 09.07.80 «Об утверждении разъяснения "О порядке применения пункта 16 Постановления ЦК КПСС, Совета Министров СССР и ВЦСПС от 1З декабря 1979 г. N! 1117 "О дальнейшем укреплении трудовой дисциплины и сокращении текучести кадров в народном хозяйстве» (по сост. на 19.02.86)

• Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.04.88 N 2 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» (по сост. на 25.10.96).

Источник

Правовые последствия невыплаты заработной платы/В.В. Панкратов//Справочник кадровика, 2011,№ 5.С. 26-29.


ПОСЛЕДСТВИЯ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ТРУДОВОГО ДОГОВОРА ПО КЗОТ РФ

https://syg.ma/@v-pankratov/posliedstviia-niedieistvitielnosti-trudovogho-doghovora-po-kzot-rf


1. Относительные и абсолютные запретительные нормы

Действующее трудовое законодательство содержит немало запретительных норм. Условно их можно разделить на относительные и абсолютные. К первым, в частности, относится запрет на работу женщин в тяжелых условиях; ко вторым — норма, препятствующая заключению трудового договора с ребенком, не достигшим 14-летнего возраста.

Относительных запретов значительно больше, чем абсолютных. Устранение допущенного нарушения относительного запрета не вызывает особых затруднений. Так, в случае работы женщины в тяжелых условиях она подлежит переводу на другую (более легкую) работу; трудовой договор с ней не расторгается, а изменяется. Такое изменение вытекает не столько из волеизъявления сторон, сколько из требований КЗоТ РФ.

Законодатель принципиально не возражает против сохранения трудового договора в измененном виде между работником и работодателем. Поэтому нарушение относительного запрета, как правило, не является основанием к прекращению трудовых отношений. Оно может лишь стимулировать расторжение трудового договора при последующем волеизъявлении сторон. Например, переведенную на легкую работу женщину не устроит новый заработок, и она уволится по собственному желанию.

За допущенное нарушение относительного запрета работодатель может быть привлечен к административной ответственности по ст. 41 КоАП РСФСР. Какой-либо ответственности для работника, не только если правонарушение произошло с его ведома и согласия, но и в случае его прямого соучастия (даже на уровне соиcполнительства), не наступит.

Такой возможности КоАП РСФСР не предусматривает. Не понесут стороны и материальной ответственности (при условии, что работник выполнял свои обязанности в полном объеме, и не было немедленного наступления вредных для здоровья последствий, а работодатель оплачивал работу в установленном законом порядке).

Иное дело с абсолютным запретом, который устанавливается в тех случаях, когда законодатель исключает саму возможность существования трудовых отношений с данным составом участников. Подобных запретов много в законодательстве о государственной службе. Например, на нее не может поступить лицо, не имеющее российского гражданства.

Кроме того, в качестве дополнительной меры наказания Уголовный кодекс РФ предусматривает возможность вынесения осужденному запрета в течение определенного срока занимать руководящие должности или должности, связанные с материальной ответственностью.

Нарушения абсолютного запрета не часто, но все же встречаются, а при их устранении возникает множество вопросов. Слабость правовой позиции КЗоТ РФ обусловлена плохо прописанной санкцией. Абсолютно понятно, что трудовых отношений с данным субъектом быть не должно, но они есть, и не ясно, что в этом случае делать.

2. Последствия недействительности трудового договора с точки зрения КЗоТ РФ

Гражданское законодательство прямо указывает, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если законом не предусмотрено иное. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. А в том случае, если полученное выражается в выполненной работе или оказанной услуге, возместить стоимость в деньгах (ст. 167, 168 ГК РФ).

Трудовое законодательство такой определенностью не отличается. Очевидно, что последствия недействительности сделки неприменимы к трудовому договору, который заключается на основании материальных норм самостоятельного института материального права, не имеющего к гражданскому законодательству никакого отношения. Следовательно, трудовой договор, заключенный заведомо незаконно, не может быть признан ничтожным в полном объеме. При этом, каждая из его сторон не обязана возвращать другой все полученное по сделке.

Поскольку в данном случае речь идет не о гражданских, а о трудовых правах, работник не должен возвращать работодателю полученное за исполнение трудовой функции вознаграждение (заработок), даже если он ни при каких обстоятельствах не должен был поступать, например, на государственную службу.

Точно также работодатель не обязан возвращать работнику результаты его труда (в т. ч. в денежном эквиваленте) при незаконном приеме на работу.

Все полученное по трудовому договору остается в распоряжении сторон и по общему правилу не может быть изъято у них в принудительном порядке только на том основании, что заключенный между ними договор признается незаконным. В этом — существенное отличие правовых последствий незаконности (ничтожности) договоров в гражданском и трудовом законодательстве.

Однако в соответствии со ст. 5 КЗоТ РФ условия договоров о труде, ухудшающие положение работников по сравнению с законодательством о труде, являются недействительными. Эта констатирующая норма — единственное упоминание в трудовом законодательстве о недействительности договора, причем без детализации последствий такой недействительности. Других случаев КЗоТ РФ не предусматривает.

Следовательно, для признания трудового договора (его условий) недействительными нужно сначала признать этот договор или его условия ухудшающими положение работника по сравнению с законодательством о трде, а затем решать вопрос о последствиях.

На наш взгляд, есть все основания полагать, что факт незаконного приема на работу ненадлежащего субъекта трудовых отношений ни с какой стороны не ухудшает его положения. Наоборот, происходит незаконное улучшение его положения по сравнению с законодательством о труде.

В связи с этим можно предположить, что прекратить незаконно возникшие трудовые отношения на основе ст. 5 КЗоТ РФ невозможно. Других же самостоятельных основании для расторжения таких договоров в КЗоТ РФ не имеется.

В таких условиях работодатели вынуждены пользоваться ч. 2 ст. 254 КЗоТ РФ, которая предусматривает, что законодательством могут устанавливаться дополнительные основания для прекращения трудового договора некоторых категорий работников при нарушении установленных правил приема на работу. В этой статье законодатель четко сформулировал позицию, что незаконно возникшие трудовые договоры следует расторгать (прекращать), а не признавать недействительными с момента их заключения, применяя затем соответствующие последствия такой недействительности.

В виду отсылочного характера нормы содержащая ее статья также не является самостоятельным основанием для прекращения трудовых отношений. Поэтому в приказе об увольнении ссылку на ч. 2 ст. 254 КЗоТ РФ следует в обязательном порядке дополнять ссылкой на конкретный закон, запрещающий назначать работника на должность или принимать на работу, статья или положение которого были нарушены.

Например, в случае с работником, не имеющим российского гражданства, — ссылкой на ст. 3 Федерального закона от 31.07.95 N 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации». Очевидно, что аналогичная запись должна быть внесена и в трудовую книжку уволенного.

Увольнение по указанным основаниям не является мерой дисциплинарного воздействия, поэтому не требует соблюдения работодателем соответствующей процедуры. Такое увольнение не является и увольнением по инициативе администрации, поскольку происходит не по ее усмотрению, а по прямому предписанию закона. Следовательно, гарантии, предусмотренные законом при увольнении по инициативе администрации (в т. ч. дополнительные), на такие увольнения не распространяются.

В то же время, поскольку договор не признается недействительным с момента заключения, а прекращается, весь срок незаконного нахождения в должности с момента приема до момента увольнения должен быть засчитан в общий трудовой стаж. Уволенному должны быть сохранены все блага, полученные им по работе или в связи с ней.

Так, невозможно взыскать с работника стоимость полученной им санаторной путевки или отобрать предоставленную ему организацией как очереднику квартиру. А, значит, "заработанный' таким образом как общий, так и специальный стаж должен быть работнику сохранен. Законодательство о государственных наградах также не предусматривает подобного основания для их лишения.

Раз подобной (материальной) ответственности не несет работник, то не несет ее и работодатель, издавший незаконный приказ о приеме на работу.

Естественно, такой руководитель при доказанности вины может быть привлечен к дисциплинарной или административной ответственности за нарушение трудового законодательства в пределах санкции ст. 41 КоАП РСФСР, однако от солидарной и от персональной ответственности по возврату незаконно предоставленных работнику материальных и иных благ он будет освобожден.

3. Последствия недействительности трудового договора с точки зрения УК РФ

Если в случае незаконного увольнения закон предусматривает возможность привлечения руководителя к материальной ответственности в виде частичного возмещения за его счет вреда, причиненного предприятию таким увольнением, то в случае незаконного приема на работу такой возможности не предусмотрено. Не возмещается такой вред и государству.

Однако ст. 315 УК РФ устанавливает ответственность граждан (в т. ч. должностных лиц) за неисполнение вступившего в законную силу решения суда. Если работнику судебным решением запрещено занимать определенные должности, то нарушение подобного запрета влечет за собой уголовную ответственность как работника, так и работодателя. Исключить уголовную ответственность работодателя может лишь отсутствие вины, т. е. тот факт, что при поступлении на работу работник скрыл от него ограничения, наложенные на него в судебном порядке.

Неисполнение судебного решения должно быть злостным. Объективных критериев злостности закон не содержит. Следствие и суд решают этот вопрос в зависимости от обстоятельств дела, т. е. такой квалифицирующий признак уголовно наказуемого деяния, как злостность, представляет собой оценочную категорию, оставленную законодателем на усмотрение должностных лиц правоохранительных органов.

Следует также иметь в виду, что неисполнение судебного решения возможно как с прямым, так и с косвенным умыслом, когда виновный знал и сознательно допускал наступление негативных последствий.

Указанное преступление является длящимся, т. е. не оканчивается в момент оформления незаконного приема на работу, в отличие, например, от использования (предъявления, сдачи в отдел кадров) недобросовестным работником поддельной трудовой книжки. Оно продолжается до тех пор, пока незаконно возникшие трудовые отношения не будут прекращены.

Таким образом, срок давности привлечения к уголовной ответственности виновного лица (или лиц) будет течь не с момента подписания приказа о приеме на работу, а с момента подписания приказа об увольнении работника, осужденного к поражению в правах.

Так как преступление не считается оконченным в момент оформления незаконного приема на работу, в его состав объективно входят все негативные последствия этого деяния, в т.ч. вред, причиненный государству, юридическому и физическому лицу. А вред, причиненный преступными действиями, по общему правилу подлежит возмещению в полном объеме.

Вопрос о выплаченной незаконно принятому работнику зарплате решается в зависимости от деталей и обстоятельств конкретного преступления (особенно при совместной вине работника и работодателя).

Не на всякую работу распространяется установленная законом гарантия по ее обязательной оплате. Закон защищает только легальный заработок.

Суд может признать заработок работника, осужденного к лишению права занимать определенные должности, незаконным обогащением и взыскать его в принудительном порядке в доход государства, а не в пользу предприятия, если причастность работодателя к преступлению также будет доказана.

Указанные последствия могут иметь место и в том случае, когда работник был осужден к запрету занимать определенные должности в тот момент, когда он в такой должности уже состоял. Работодатель обязан расторгнуть с таким работником трудовой договор (или изменить его, например, переведя работника на другую работу) на следующий день после получения соответствующего уведомления из органов, ведающих исполнением приговоров.

Неисполнение приговора после получения такого уведомления также является длящимся преступлением — бездействием в виде непрерывного преступного посягательства, представляющим собой единый преступный процесс, окончание которого совпадает с моментом издания приказа об увольнении (переводе). С этого же момента следует исчислять и срок давности.

В подобных случаях приказ должен содержать, кроме ссылки на ст. 254 К3оТ РФ, ссылки на статью соответствующего уголовного (исполнительного) закона и на конкретный приговор, послуживший причиной расторжения (изменения) трудового договора. Из приказа должно быть ясно, когда, каким судом, к какому конкретно поражению в правах осужден гражданин и когда это наказание истекает.

Аналогичная запись должна быть сделана и в трудовой книжке работника. Таким образом, другие работодатели будут знать о запрете и сроках его действия, что поможет им принять соответствующее решение.

4. Правовые последствия недействительности трудового договора

Так какие же последствия влечет за собой недействительность трудового договора, о которой говорится в ст. 5 К3оТ РФ, если общие последствия недействительности сделки тут неприменимы?

Ответ кроется в тексте самой статьи. Такие последствия применяются только к правам одной стороны — работника, причем в сторону их укрепления.

Тем самым ст. 5 КЗоТ РФ выводит трудовые отношения из–под общего процессуального правила, что права и обязанности субъектов возникают только из закона, договора или деликта, когда в пределах установленных законом рамок стороны свободны в своих волеизъявлениях.

Иерархия правоустанавливающих фактов дополнена требованием об оценке не только законности, но и обоснованности положений трудового договора с тем, чтобы не ухудшить положение работника по сравнению со всем массивом законодательства.

Законодатель справедливо исходил из того, что в трудовых отношениях имеется возможность значительно ущемить права работника, не нарушив при этом ни одной статьи действующего закона.

Примеры правоприменительной практики свидетельствуют, что правовые последствия реализации ст. 5 КЗоТ РФ при разрешении трудовых конфликтов и споров в пользу работников являются эффективным рычагом защиты их интересов и в таких условиях, когда юридические службы работодателя бросают все силы на доказывание своей правоты, делая акцент именно на законности своих действий.

Правовые последствия применения ст. 5 КЗоТ РФ заключаются в том, что должностные лица или органы, рассматривающие трудовой конфликт или спор, обязаны не только руководствоваться законными положениями конкретного трудового договора, но и оценивать ситуацию с точки зрения защищенности прав работника по сравнению с общим уровнем, гарантированным законодательством. Договор, не соответствующий таким требованиям, применению (полностью или частично) не подлежит.

Нормативная база

• Кодекс законов о труде Российской Федерации, ст. 5, 254

• Кодекс РСФСР об административных правонарушениях, ст. 41

• Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 167, 168

• Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 315

• Федеральный закон от 31.07.95 N2 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации» (по сост. на 07.11.00)

Источник

Последствия недействительности трудового договора / В.В. Панкратов // Справочник кадровика, 2001, № 12. С. 70-73.


ОПЫТ СДЕРЖАННОЙ КРИТИКИ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

https://syg.ma/@v-pankratov/opyt-sdierzhannoi-kritiki-konstitutsii-rossiiskoi-fiedieratsii


Основы современного избирательного права Российской Федерации заложены в ее Конституции 1993 года. Хотя в ней и отсутствует специальная глава, посвященная избирательной системе, но основные положения, на которых зиждется все избирательное право и строится избирательная система, установлены: — высшим непосредственным выражением власти народа является референдум и свободные выборы, граждане России обладают правом избирать и быть избранными.

1. Право избирать и быть избранным

Конституцией РФ очерчен круг федеральных государственных органов, избираемых гражданами России, и проводится разграничение компетенции между Федерацией и ее субъектами в сфере избирательного законодательства, в общих чертах определен механизм защиты избирательных прав граждан.

Следует отметить, что действующая Конституция РФ, в отличие от своих предшественниц, не связывает выборы с процедурой формирования какой-либо одной системы органов власти. В ней выборы предусматриваются как универсальный институт народовластия, атрибутивно связанный с демократией. Таким же образом и субъективное избирательное право, т.е. право гражданина избирать и быть избранным, представлено здесь в более широком аспекте, чем в предыдущих конституциях.

Нынешняя Конституция РФ закрепляет указанное право в ст. 32 (глава 2 «Права и свободы человека и гражданина»), превращая его в универсальное правомочие, не связанное только с формированием какой-либо конкретной системы органов государственной власти или местного самоуправления. Субъективное избирательное право предстает как конкретное воплощение установленного Конституцией РФ права граждан России участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей.

Как известно, это право носит универсальный комплексный характер, отдельные авторы считают это даже не правом, а принципом правового статуса человека и гражданина, лежащим в основе всего комплекса политических прав и свобод.

К сожалению, в одном, но очень важном пункте формулировка упомянутой ст. 32 Конституции РФ является, по моему мнению, недостаточно полной и точной, поскольку сводит упомянутое право граждан к участию в управлении только делами государства, умалчивая об общественных делах, лежащих за пределами функционирования государственной сферы.

Даже предшествующая Конституция РСФСР (ст. 41) содержала право граждан участвовать в управлении делами о б щ е с т в, а (выделено мной, — Авт.) и государства. Отмеченный недостаток тем более досаден, что в рамках современной демократии неуклонно возрастает роль гражданского общества. И в любом демократическом государстве граждане управляют делами не только государства, но и общества.

К тому же на практике отделить одно от другого бывает порой весьма затруднительным. Разработчики нынешней Конституции РФ, ограничив право граждан на участие в управлении только государственной сферой, даже попали в некоторое логическое противоречие: ст. 32 закрепляет право граждан избирать и быть избранными в органы не только государственной власти, но и местного самоуправления, а последнее, в соответствии со ст. 12 Конституции, в государственную сферу не входит, к понятию «государство» не относится.

Часть 2 ст. 32 Конституции РФ посвящена регламентации избирательного права в единстве обоих принадлежащих гражданам правомочий — активного и пассивного избирательного права. Здесь также дается исчерпывающий перечень видов тех органов, в которые избираются представители народа (населения) — органы государственной власти и органы местного самоуправления. Одновременно в этой же норме идет речь об участии граждан в референдуме.

2. Выборы и референдум

Такое объединение различных по содержанию конституционно-правовых институтов объяснимо с точки зрения технологии проведения выборов и референдума, поскольку в том и в другом случае используется голосование. Однако с точки зрения законодательной техники такое объединение вряд ли может быть оправдано. Право на участие в референдумах следовало бы рассмотреть отдельно от регламентации участия в выборах.

Во-первых, по содержанию выборы и референдум это совершенно различные понятия, имеющие разный смысл и назначение. Поэтому их объединение в одной части статьи представляется неоправданным. К тому же право на участие в референдуме оказалось не очень четко определенным.

Во-вторых, при таком объединении остается неясным, что имеет в виду законодатель под этим правом, поскольку в механизме проявления референдумов находит проявление целый комплекс правомочий: право требования назначения референдума, сбора подписей под этим требованием, право на участие в агитации, голосовании и т.д.

Все это уже после принятия Конституции было регламентировано Федеральным законом «Об основных гарантиях прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации». Но было бы более правильно, если бы основные моменты, относящиеся к этому основополагающему конституционному праву, содержались в Конституции РФ.

3. Кто же обладает избирательным правом?

Часть 3 ст. 32 Конституции РФ устанавливает изъятия из перечня граждан, имеющих право избирать и быть избранными. Не могут избирать и быть избранными, граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда. Данные изъятия являются минимальными и соответствуют сложившимся в мире демократическим стандартам.

Эти изъятия опираются на этико-правовую аксиому — «свобода человеческая есть свобода разумно-нравственного существа» (Чичерин Б.Н. О народном представителъстве. М., 1999. С. 34.).

К тому же второе из перечисленных изъятий выполняет роль как бы дополнительной меры наказания, сопровождающей исполнение наказания, назначаемого судом за совершение наиболее опасных для общества противоправных деяний.

Положительным моментом в редакции данной нормы является то, что авторами использована юридически безупречная формула — «не имеют права избрать и быть избранными», в отличие двусмысленных формулировок прежних лет — «в выборах не участвуют», «от выборов отстраняются» и т.д.

В то же время сам подход к определению электората, изложенный в ст. 32 Конституции РФ, нельзя признать удачным. Установив изъятия из общего правила, законодатель не до конца ответил на вопрос: кто обладает избирательным правом?

Указание на наличие у физического лица гражданства Российской Федерации представляется недостаточным. Не определен четко возрастной ценз, который в том или ином виде присутствует в любой правовой системе, а о нем в данной норме даже не упоминается.

Более того, по этому вопросу в Конституции РФ имеется даже определенное расхождение: ст. 60 устанавливает, что гражданин Российской Федерации может самостоятельно осуществлять в полном объеме свои права и обязанности с 18 лет, а последующими статьями (ч. 2 ст. 81 и ч. 1 ст. 97) вводится более высокий возрастной ценз для реализации пассивного избирательного права при избрании депутатов Государственной Думы.

По существу, установление такого возрастного ценза вполне оправданно, но с формальной точки зрения положения названных статей не соответствуют содержанию упоминаемой неоднократно ст. 32. Такое положение нуждается в уточнении текста Конституции РФ.

Нельзя не отметить еще одну формальную недоработку Основного закона. Изъятия, установленные ч. 3 ст. 32 Конституции РФ, распространяются только на право граждан избирать и быть избранными, но не относятся к процедуре голосования на референдуме, а также не распространяются на равный доступ граждан к государственной службе, на участие в отправлении правосудия, закрепленные ч.ч. 4 и 5 той же 32-й статьи.

В результате с формальной точки зрения получается, что поскольку ограничения, установленные ч. 3 ст. 32 Конституции РФ, касаются только избирательных прав граждан, то в иных формах реализации права граждан на участие в управлении делами государства — осуществлении правосудия, государственной службе и референдуме имеют право участвовать недееспособные граждане, а также граждане, находящиеся в местах лишения свободы по приговору суда.

Подводя итоги сказанному, можно отметить, что субъективное избирательное право граждан во всех его проявлениях — избирать и быть избранными во все выборные органы государственной власти и местного самоуправления — установлено в действующей Конституции РФ в полном соответствии с требованиями и принципами демократии. Однако редакция ст.


убрать рекламу


32 Основного закона, закрепляющая это право, содержит ряд внутренних противоречий и неточностей и не может быть признана безупречной с точки зрения законодательной техники.

4. Иные субъекты

Несмотря на то, что Конституция РФ прямо не указывает на участие в выборах политических партий и иных общественных объединений различной идеологической направленности и на возможность создания в выборных органах политической оппозиции, возможность и правомерность таких явлений прямо вытекает из смысла ее ст. 13 (ч.ч. 3 и 4), которые не только констатируют признание в Российской Федерации политического многообразия, многопартийности, но и устанавливают равенство общественных объединений перед законом.

Часть 5 ст. 13 Конституции РФ устанавливает лишь запрет на создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя. Но из этого следует, что если это изменение предполагается проводить ненасильственными методами, через деятельность законно избранной в парламент оппозиции, то такие действия, следовательно, и деятельность предусматривающих это общественных объединений должны будут считаться легитимными.

5. Принципы права

Таким образом, Конституцией РФ заложены демократические принципы построения избирательной системы. Однако они, к сожалению, заложены здесь как бы «в подтексте», прямого закрепления принципов избирательной системы в Основном законе нет. Впервые в конституционной практике нашего государства не упоминаются даже самые основополагающие принципы, что выборы проводятся на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании. Они оказались «утраченными» вместе с традиционной главой «Избирательная система».

Примечательно, что в одном из первых проектов Конституции Российской Федерации, который был вынесен на обсуждение Конституционного совещания, принципы избирательного права формулировались в ст. 7 проекта следующим образом: «Высшим выражением непосредственной власти народа Российской Федерации являются выборы гражданами своих представителей в органы власти и общенародный референдум, проводимые свободным, всеобщим равным, прямым, тайным голосованием» (см.: Конституционное совещание. Стенограммы. Материалы. Документы. Том 1. — М., 1997).

Но в окончательный вариант Конституции РФ этот текст внесен не был.

В настоящее время принципы действующей в государстве избирательной системы определены в основном в текущем законодательстве. Из чего следует, что Государственная Дума и другие субъекты законотворческого процесса имеют возможность менять нормы законодательства о выборах в зависимости от той или иной политической ситуации.

Нормы избирательного права тесно связаны с его принципами, поэтому при отсутствии конституционных гарантий соблюдения принципов демократических выборов возможны отклонения от этих принципов в ходе как законотворческого, так и других процессов. Можно считать, что таким отклонением является установление в нашем текущем законодательстве — федеральном и региональном — требования обязательного участия в выборах определенного числа избирателей, при несоблюдении чего выборы считаются несостоявшимися.

Установление такого требования противоречит демократическим принципам, и если бы принципы были закреплены в Конституции РФ, в текущих законах требования об обязательной явке избирателей не могли бы предусматриваться. Конституционное закрепление принципов избирательного права позволило бы во многом связать волю самого законодателя: благодаря особому правовому статусу Основного закона и праву Конституционного Суда РФ признавать не соответствующими Конституции полностью или частично отдельные правовые акты, а также законы, применяемые или подлежащие применению в конкретном деле.

Обращая внимание на демократические принципы избирательного права и анализируя в этой связи содержание Конституции РФ. С.А. Пяткина пишет: «Для права избирать и быть избранным характерны периодичность и общие демократические принципы избирательной системы. Статья 32 не содержит перечня этих принципов. Они указаны в Конституции в ст. 81 о выборах Президента РФ.

Эти выборы проводятся «на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном голосовании». Указанные принципы относятся ко всем видам выборов» (см.: Комментарий к Конституции Российской Федерации. М.: БЕК, 1994. — С. 102).

По мнению этого автора, ст. 32 Конституции РФ до появления федерального закона о выборах действовала во взаимосвязи со ст. 21 Всеобщей декларации прав человека и ст. 25 Пакта о гражданских и политических правах.

Однако этот вывод не следует непосредственно из содержания Конституции Российской Федерации, поскольку ст. 32 может толковаться неоднозначно.

6. Изменения Конституции

Конечно, в настоящее время вряд ли будут осуществляться какие-либо изменения Конституции РФ. Но со временем они, несомненно, будут происходить. Мировой опыт показывает, что абсолютно неизменными не бывают даже самые стабильные конституционные акты.

И когда настанет время внести в соответствии с требованиями жизни некоторые изменения в наш Основной закон, представляется необходимым, во-первых, внести в него специальную главу «Избирательная система», чтобы в ней были определены основные начала и черты избирательного права и избирательной системы, — как в узком, так и в широком смысле. И, во-вторых, включить в число фундаментальных положений Конституции принципы избирательной системы.

Во всяком случае, записать, что выборы производятся на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании. Ведь пока Конституция РФ прямо указывает на необходимость организации и проведения выборов на основе всеобщего равного прямого избирательного права при тайном голосовании только применительно к должности Президента России.

При организации других выборов в органы государственной и муниципальной власти создается возможность отступления от этих принципиальных условий.

Конституционное урегулирование принципов участия граждан в выборах, на мой взгляд, не только внутренне противоречиво, но и не в полной мере согласуется с международными нормами и договорами (последние, напомню, являются составной часть нашей правовой системы — ст. 15 Конституции РФ).

Так, в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. (ст. 25) каждый гражданин должен иметь без какой бы то ни было дискриминации и без необоснованных ограничений право и возможность голосовать и быть избранным на подлинных периодических выборах, проводимых на основе всеобщего равного избирательного права при тайном голосовании и обеспечивающих свободное волеизъявление избирателей (см.: СССР и международное сотрудничество в области прав человека. Документы и материалы. М., 1989. С. 310-311).

Анализ этого и других ратифицированных Российской Федерацией пактов и конвенций о правах человека позволяет сделать вывод, что хотя принципы участия граждан в выборах воспроизводятся на конституционном уровне только применительно к выборам Президента России, тем не менее, они являются неотрывной частью общепринятых международных избирательных стандартов, в равной степени обязательных для всех выборов в Российской Федерации.

Заметим, однако, что под углом зрения повышения статуса законодательства о выборах обязательность демократических принципов избирательного права (всеобщее равное прямое при тайном голосовании) не должна выглядеть. следствием логических умозаключений, основанных на интерпретациях международных договоров, увязанных с установками Конституции

России на приоритет общепризнанных принципов и норм международного права, а должна являться прямым конституционным предписанием.

Только в этом случае конституционные права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти и местного самоуправления, являющиеся смыслом и содержанием всего современного российского избирательного законодательства, будут в самом тексте Конституции РФ наполнены реальным демократическим звучанием и идентифицированы с имманентными атрибутами подлинных справедливых и свободных выборов.

Принципы избирательного права, воплощая в себе демократическую природу выборов как одного из главных институтов народовластия служат безусловными ориентирами в организации и проведении выборов.

Только неуклонное следование им со стороны избирателей, кандидатов, избирательных объединений, государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий и других субъектов избирательного процесса способно предотвратить при проведении избирательных компаний возникновение неразрешимых юридических коллизий и сделать процесс передачи государственной и муниципальной власти посредством выборов легитимным, гармоничным, последовательным, нефальсифицированным и необратимым.

Поэтому представляется целесообразным в Конституции назвать не только принципы всеобщих, равных, прямых и тайных выборов, но хотя бы в общем виде перечислить и другие установленные наукой принципы демократической избирательной системы, с тем, чтобы детализировать их реализацию в специальных избирательных законах.

Завершая анализ Конституции РФ в части установления ею основ избирательного права, нельзя не обратить внимания на то, что в ней не предусматривается право отзыва депутатов, не оправдавших доверия избирателей. Представляется, что вопрос о том, не следует ли закрепить такое право, может быть вынесен для широкого обсуждения.

Определенные недостатки и упущения, отмеченные выше, в какой-то степени компенсированы Федеральным законом «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» от 12 июня 2002 г. N 61-ФЗ в редакции Федерального закона от 21 сентября 2002 Г. N 119-ФЗ с изменениями, внесенными Федеральным законом от 24 декабря 2002 г. N 116-ФЗ.

Этот Закон, имеющий принципиальное значение для функционирования избирательной системы Российской Федерации стоит между Конституцией РФ, устанавливающей основы избирательного права, и другими избирательными законами. Целью этого Закона было обозначить три основных элемента избирательной системы:

а) основные права избирателей;

б) основные составные части структуры проведения выборов;

в) самые главные стандарты избирательных процедур, особенно касающихся прозрачности процесса выборов и ликвидацию препятствий для устранения возможных нарушений прав избирателей.

Именно такой смысл в принятии этого Закона видели эксперты и политические круги, и он действительно сыграл большую роль в укреплении норм, методов и процедур, разработанных и опробованных на выборах в России за предшествующие его принятию годы.

Источник

Основы избирательного права и Основной закон страны (опыт сдержанной критики Конституции Российской Федерации) / Панкратов В. // Российская юстиция, 2003, № 12. С. 13-15.


ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ МЕДИЦИНСКОЕ СТРАХОВАНИЕ: ОТ ПОНЯТИЙНОГО АППАРАТА К ПРАВОВОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ

https://syg.ma/@v-pankratov/obiazatielnoie-mieditsinskoie-strakhovaniie-ot-poniatiinogho-apparata-k-pravovoi-rieghlamientatsii


Распоряжением исполнительной дирекции Московского областного фонда обязательного медицинского страхования Российской Федерации (далее — МОФОМС) от 02 апреля 2003 г. N 20 «О медицинском страховании граждан, зарегистрированных по месту жительства в Московской области и работающих, в г. Москве» объявлены

а) недействующими с 1 июля 2003 г.,

б) подлежащими возвращению в страховые медицинские организации полисы, выданные гражданам Московской области, работающим в организациях, учреждениях, на предприятиях и других объектах трудоустройства в г. Москве.

1. Понятийный аппарат

Использование в коротком распоряжении таких понятий, как «граждане Московской области» вместо «жители Московской области» или «других объектов трудоустройства» вместо «других работодателей» свидетельствует о слабой юридической проработке этого нормативного акта.

Кстати сказать, и законодательство о здравоохранении, и законодательство о страховании нельзя, к сожалению, тоже назвать идеальными. Непроработанность понятийного аппарата этих (под)отраслей права сказалась даже в том, что в законодательных актах отсутствуют удовлетворительные определения основополагающих терминов, например таких, как «жизнь» и «здоровье».

Поскольку полноценное правовое регулирование невозможно без определения предмета правового регулирования — того, по поводу чего складываются правовые отношения, попробуем восполнить этот очевидный недостаток и сформулировать несколько важных для здравоохранения и страхования дефиниций.

«Жизнь» — биологическая деятельность организма, обладающего способностью к непрерывному обмену веществ и энергии с окружающим миром.

«Смерть биологическая» — необратимое прекращение биологической деятельности организма, обладающего способностью к непрерывному обмену веществ и энергии с окружающим миром.

«Смерть клиническая» — обратимое прекращение биологической деятельности организма, обладающего способностью к непрерывному обмену веществ и энергии с окружающим миром.

«Здоровье» — обусловленный отсутствием болезни и/или физического дефекта объем биологической деятельности организма, необходимый ему для пребывания в состоянии физического, душевного и социального благополучия.

«Гарантия» — совокупность средств, способов (приемов) или условий, с помощью которой обеспечивается осуществление прав и интересов участников общественных отношений в каком-либо процессе (например, в процессе сохранения жизни и здоровья).

«Страхование медицинское обязательное» — установленная законом государственная система материального обеспечения граждан из средств специального фонда при получении услуг медицинского характера.

Справедливости ради надо отметить, что в случае наступления смерти гражданина материальное обеспечение должно поступить из фонда социального, а не медицинского страхования. Однако смерть нередко наступает в процессе оказания именно медицинских услуг, поэтому наличие ее юридической дефиниции в законодательстве о здравоохранении выглядит оправданным.

Система медицинского страхования состоит из двух самостоятельных блоков.

2. Государственное медицинское страхование

Первый — это обязательное государственное страхование. Каждый работодатель ежемесячно уплачивает его взносы в виде составной части единого социального налога. Взносы в размере 3,4% от фонда оплаты труда поступают в региональный фонд обязательного медицинского страхования, а в размере 0,2% — в Фонд обязательного медицинского страхования РФ (далее — ФОМС).

Здоровые работающие граждане обеспечивают заболевших. За неработающих граждан взносы уплачивает местная власть по месту их жительства, на что в бюджете предусматривают специальные средства. Налицо производственно- территориальный принцип формирования средств фонда.

Каждому гражданину следует иметь карточку обязательного медицинского государственного страхования, которая действует на всей территории Республики. Обладателю 'такой карточки государство должно гарантировать оказание определенного объема медицинских услуг в любой точке нашей страны, а не только по месту жительства или работы.

Оказавшийся в турпоездке на Валааме житель г. Краснодара получит медицинскую помощь, объем которой будет ограничен только объемом единой государственной (федеральной) программы и техническими возможностями местной городской больницы.

Больница потом на основании карточки обязательного медицинского государственного страхования заболевшего гостя предъявит счет для оплаты оказанных услуг «своему» отделению фонда обязательного медицинского страхования, а тот в свою очередь может получить соответствующее покрытие уже из резервов российского фонда. В этом несомненный плюс обязательного медицинского государственного страхования.

Указанные правоотношения урегулированы нормами публичного права, поэтому полномочия их участииков вытекают из нормативных актов и заключения каких-либо договоров не требуют. Например, уплата единого социального налога регламентирована главой 24 Налогового кодекса РФ (в ред. Федерального закона от 31 декабря 2001 г. N 198-ФЗ).

В роли страхователя выступает работодатель или местный орган власти, в роли страховщика — ФОМС, а в роли застрахованных — работники конкретных организаций или жители конкретных территорий.

«Страхователь» — субъект отношений обязательно- го медицинского государственного страхования, стра-хующий свою ответственность.

«Страховщик» — субъект отношений обязательного медицинского государственного страхования, стра-хующий чужую ответственность.

«Застрахованный» — субъект отношений обязательного медицинского государственного страхования, в пользу которого произведено страхование.

Система обязательного государственного медицинского страхования должна обеспечивать гражданам получение медицинских услуг, как в случае болезни, так и в случае травмы либо иного повреждения здоровья.

Если заболевание или травма получены при исполнении трудовой функции, то на передний план выступает обязательное социальное страхование, которое призвано компенсировать потери работника в заработке, обусловленные утратой или прекращением его трудоспособности и/или работоспособности. Такая компенсация выплачивается в виде пособия по листку нетрудоспособности. В этом случае социальное страхование дополняет медицинское, их сферы соприкасаются, но не пересекаются.

Несколько сложнее обстоит дело с обязательным страхованием от несчастных случаев, которое работодатель обеспечивает в силу Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в ред. Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 118-ФЗ).

При наступлении страхового случая (травмы, ранения, контузии или иного повреждения здоровья, например обморожения) работнику возмещается вред, возникший, в том числе, и в той сфере, которую можно назвать медицинской. Например, пострадавшему компенсируются расходы, понесенные им на приобретение лекарств, лечебного питания и т.д. Однако и тут сферы страхования не конкурируют, т.е. не исключают, а дополняют друг друга.

Федеральное государство гарантирует гражданам лишь получение некоторого минимума медицинских услуг. При страховании от несчастных случаев этот относительный минимум несколько увеличен, причем за счет средств работодателя, для чего законом на него возложены соответствующие обязанности. На неработающих граждан, изложенное, по попятным причинам, не распространяется.

При медицинском страховании деньги, в конечном счете, поступают лечебному учреждению, а при социальном страховании, в том числе от несчастных случаев, — самому застрахованному. В качестве одного из немногочисленных исключений, пожалуй, можно привести в пример приобретение путевок в санатории и дома отдыха за счет средств фонда социального страхования.

«Живых» денег на эти цели застрахованные не видят. Фонд напрямую приобретает такие путевки в оздоровительных учреждениях соответствующего профиля и предоставляет их страхователям, после чего их распределяет между работниками специальная комиссия, а если назвать вещи своими именами, то работодатель.

3. Негосударственное медицинское страхование

Второй блок системы медицинского страхования — негосударственное страхование. Он состоит из обязательного медицинского (негосударственного) страхования и добровольного. В обоих случаях негосударственное страхование реализуется путем заключения страхователем договоров со страховыми медицинскими организациями.

С добровольным медицинским страхованием все более-менее понятно. Есть деньги и желание — ищи страховщика и заключай договор на любых выгодных условиях. С обязательным страхованием вопрос сложнее. В соответствии со ст. 9 Закона РФ от 28 июня 1991 г. N 1499-1 «О медицинском страховании граждан в Российской Федерации» (в ред. от 29 мая 2002 г.) страхователь обязан заключать договор обязательного медицинского страхования со страховой медицинской организацией, вносить страховые взносы в порядке, установленном настоящим Законом и договором медицинского страхования, предоставлять страховой медицинской организации информацию о показателях здоровья контингента, подлежащего страхованию.

Очевидно, что в данном случае из сферы публичного права обязательное негосударственное медицинское страхование перекочевало в сферу частного права. На это прямо указывает ссылка на необходимость заключения соответствующего договора и на то, что права и обязанности участников будут определяться его условиями. Кроме того, взносы на эту форму страхования уже не относятся к налогам.

Ни сам ФОМС, ни его подразделения на местах не являются страховыми медицинскими организациями. Вне всяких сомнений, тут речь идет о страховых компаниях. Таким образом, государство в лице своих органов вообще может не присутствовать в правоотношениях обязательного медицинского страхования, например, если частная компания заключит со страховщиком соответствующий до- говор. Тем не менее, это все еще страхование в пользу третьих лиц (контингента, подлежащего страхованию, как они изящно поименованы в цитируемой статье).

Возможно, что под контингентом подразумеваются, как и в случае с государственным медицинским страхованием, работники конкретных предприятий и неработающие жители конкретных территорий. Однако закона об обязательном медицинском страховании не существует. Поэтому это предположение таковым и останется.

Опыт подсказывает, что работодателям уж точно от обязательного страхования не отвертеться. Так что российским промышленникам и предпринимателям есть смысл уже сейчас подключиться к решению этого вопроса, не дожидаясь, когда раскачается правительство. В связи с этим — еще два предложения будущим разработчикам законопроекта.

«Страховой договор» — соглашение страховщика и страхователя по вопросу обязательного медицинского (негосударственного) страхования граждан от заболеваний, травм или иных повреждений здоровья при условии, что они получены застрахованным не в процесс е исполнения своих трудовых функций.

К слову, заболевание — это такое повреждение здоровья, которое вызвано относительно длительным или неоднократным воздействием неблагоприятных факторов окружающей среды на здоровье пострадавшего.

В отличие от заболевания, травма представляет собой результат однократного и, как правило, кратковременного воздействия неблагоприятного фактора на организм человека.

«Страховой случай» — предусмотренный законом или договором юридический факт, порождающий обязанность управомоченных субъектов осуществить страховое обеспечение пострадавшего и/или заболевшего.

4. Демаркация границ

Смысл вводить обязательное медицинское (негосударственное) страхование есть только в том случае, если оплачиваемый им объем медицинских услуг будет шире того минимума, который предоставлен нам государственным страхованием.

Однако даже попыток подобного сравнения пока не предпринимается. Если же расширение такого объема услуг не предусматривается, то логичным будет предположение о готовящейся замене обязательного государственного на обязательное негосударственное страхование.

Правда, вопрос совмещения двух видов страхования может быть решен не только путем расширения «зоны обслуживания» одного из них, но и за счет уменьшения «государственного сектора». В любом случае это повлечет за собой снижение существующего ныне уровня государственных гарантий. Государство еще раз отступит с занимаемых им позиций.

Нелишне напомнить, что, к примеру, государственные организации должны будут получать и тратить бюджетные средства на оба вида обязательного страхования. Если эти финансовые ресурсы пойдут на оплату одного и того же объема медицинских услуг, то как минимум это бессмысленная трата денег.

Распределение объемов оказания медицинских услуг между различными блоками страхования должно осуществляться на основании специальных государственных программ.

К примеру,

I. Программа обязательного медицинского государственного страхования может предусматривать возможность удаления заболевшего зуба.

II. Программа обязательного медицинского негосударственного страхования может предоставлять возможность, как его удаления, так и лечения.

III. Программа же добровольного медицинского страхования может создать возможность для лечения, удаления и протезирования.

Однако о подготовке таких программ что-то не слышно.

Пока же складывающаяся ситуация наводит на мысль о том, что изменения пытаются ввести с единственной целью — избавить ФОМС РФ и его органы на местах от головной боли, связанной со сложным процессом перераспределения поступивших взносов между лечебными учреждениями страны в соответствии с объемом оказанных ими медицинских услуг. Есть все основания предполагать, что подобная реформа вновь будет проведена за счет интересов граждан.

5. Борьба за бюджет

Обязательное медицинское негосударственное страхование не позволяет, например, государственному служащему одновременно иметь несколько полисов этой системы, так как ресурсы бюджета весьма ограничены. Вот и получается, что сфера оказания услуг в системе обязательного медицинского негосударственного страхования для работающих в Москве граждан будет ограничена пределами Московской области. В Калужской и других областях этот «абонент» будет «временно недоступен».

Помимо данного аспекта можно говорить и о нарушении принципа равенства, так как преимущества в обязательном страховании получат только жители Московской области, да и то не все, а только те, которые работают в Москве.

В анализируемом распоряжении прямо не сказано, полисы какого вида страхования МОФОМС считает недействующими с 1 июля 2003 г. Вряд ли имеется в виду обязательное государственное страхование. Ведь полисы обязательного негосударственного страхования выдаются гражданину страховой компанией на условиях, определенных соответствующим договором.

Спрашивается, при чем тут МОФОМС? Почему он считает себя вправе указывать субъекту договора на то, что ему нужно возвратить «старый» полис в страховую медицинскую организацию, когда это сделать и на каких условиях?

Или же договор обязательного медицинского негосударственного страхования многосторонний и МОФОМС является его участником? Тогда зачем в распоряжении приведены ссылки на Закон РФ «О медицинском страховании граждан в Российской Федерации» и на постановления правительств Москвы и Московской области, а про договор (в том числе многосторонний) нет ни слова?

Такие огрехи юридической техники породили множество противоречивых слухов среди работающих в Москве жителей Московской области, испугавшихся, что с 1 июля 2003 г. их «отключат» от системы обязательного медицинского государственного страхования.

Хочется выразить надежду, что их опасения напрасны. В распоряжении МОФОМС от 2 апреля 2003 г. N 2 речь все же идет о полисах обязательного медицинского негосударственного страхования. Просто в отсутствие закона о таком виде страхования все бюджетные организации и большинство коммерческих структур подобные договоры не заключали, и работники таких полисов на руках не имели.

Поэтому, услышав про недействительность полисов обязательного медицинского страхования, все решили, что «отменяются» карточки системы обязательного медицинского государственного страхования.

Это не так, и после принятия закона об обязательном медицинском негосударственном страховании на руках у работающих граждан должны будут находится, как минимум, два полиса — один обязательного государственного и второй — обязательного негосударственного страхования.

В целом же, с учетом такой формы, как добровольное медицинское страхование, количество полисов, находящихся на руках у одного застрахованного лица, каким-либо пределом не ограничено.

Оценивая ситуацию в целом, можно предположить, что она порождена борьбой за «московские» деньги. В соответствии с распоряжением МОФОМС от 23 января 2003 г. N 4 в Московской области стали выдавать полисы обязательного негосударственного страхования и тем жителям, которые работали в Москве.

Территориально-производственный принцип оказался нарушенным.

В результате распоряжение от 23 января 2003 г. N 4 отменено, выданные на его основании полисы признаны недействительными. Обязательное медицинское негосударственное страхование работающих в Москве «областников» будут производить их столичные работодатели. Хорошо бы без нарушения закона.

Источник

Обязательное медицинское страхование: от понятийного аппарата к правовой регламентации / Панкратов В. // Российская юстиция, 2003, № 10. С. 25-27.


ЦАРИЦА ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

https://syg.ma/@v-pankratov/tsaritsa-dokazatielstv


25 января 2005 г. на территории медико-санитарной части № 9 Федерального медико-биологического агентства (г. Дубна Московской области) в результате несчастного случая погиб монтажник ремонтно-механического участка отдела главного энергетика Объединенного института ядерных исследований — РМУ ОГЭ ОИЯИ Голубев Е.Н., работодатель которого по вопросам своего ведения обслуживал ряд городских объектов, в том числе и эту медико-санитарную часть.

Прокуратура г. Дубны на основании экспертного заключения московского ЗАО «Центр независимых экспертиз» к уголовной ответственности за гибель монтажника по ст. 216 УК РФ привлекла заместителя начальника медико-санитарной части № 9 по хозяйственным вопросам Сироткину Т.В. С выводами эксперта вообще трудно спорить, а по вопросам охраны труда — тем более. Поэтому, как н


убрать рекламу


и сопротивлялась защита, дело с обвинительным заключением направили в суд.

Сироткина Т.В. обвинялась в том, что, являясь лицом, ответственным за исправное состояние и безопасное действие сосудов, работающих под давлением, не обеспечила выполнения правил техники безопасности при выполнении иных работ, связанных с монтажом системы кослородпровода, что по неосторожности повлекло за собой смерть человека.

Оказалось, что с судьями спорить еще сложнее. Попав в ситуацию, которая выглядела более, чем безнадежной, защита попыталась сместить акценты, сделав упор уже не на выводы, а на квалификацию эксперта, в чем, надо сказать, преуспела. Усомнившись в квалификации московского эксперта, Дубненский федеральный городской суд Московской области назначил по делу повторную судебно-техническую экспертизу.

Само по себе это обстоятельство должно быть расценено как тревожный сигнал для государственного обвинения.

Испытанию на прочность подвергался краеугольный камень обвинительной конструкции — экспертное заключение, которое в виду своей практической неопровержимости воспринимается многими нынешними юристами в качестве «царицы доказательств» по любому уголовному делу, рассмотрение коего невозможно без использования специальных познаний в той или иной сфере человеческих отношений.

Познаниями, которыми служители Фемиды не обладают (да и не должны обладать) даже по долгу службы.

Не будет преувеличением сказать, что в таких делах судьбу человека определяет не суд, а эксперт. Судья лишь оформляет вынесенный «вердикт» необходимым процессуальным «гарниром».

Худшие опасения некоторых участников процесса оправдались.

Производство повторной судебно-технической экспертизы было поручено главному государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в Московской области Смирновой Л.И.

Изучив материалы дела, Смирнова Л.И. пришла к выводу о невиновности Сироткиной Т.В., поскольку при промывании в радиологическом отделении МСЧ-9 кислородопровода монтажник РМУ ОГЭ ОИЯИ Иванов А.М. самовольно привлек к проведению этих работ пострадавшего Голубева Е.Н., не имевшего для этого необходимой квалификации и соответствующего допуска.

Да еще использовал для промывания неисправную емкость (она то и взорвалась в руках у потерпевшего).

Приговором от 22 ноября 2006 г. Сироткина Т.В. оправдана за непричастностью к совершению инкриминированного ей преступного деяния. Судебной коллегией по уголовным делам Московского областного суда кассационные жалобы потерпевших и представление прокурора отклонены, дело возвращено прокурору для продолжения расследования с целью установления действительного виновника преступления.

Надо сказать, что с оправдательным приговором суд, конечно же, поторопился. Экспертные заключения сотрудника «Центра независимых экспертиз» и главного государственного инспектора труда имеют равную доказательственную силу. Для решения вопроса о том, которое из двух взаимоисключающих заключений является обоснованным, суду следовало назначить еще одну, на этот раз комиссионную экспертизу. Однако он предпочел переложить эти проблемы на плечи органов предварительного расследования.

По результатам дополнительного расследования к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 109 УК РФ привлечен монтажник РМУ ОГЭ ОИЯИ Иванов А.М.

Основанием для принятия такого решения послужили факты неправильного подключения им кислородопровода к системе промывания, пристыковки для этой цели дефектной металлической емкости со спиртом к баллону с азотом и допуска к этой работе Голубева Е.Н.

За причинение Голубеву Е.Н. смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей приговором Дубненского федерального городского суда Московской области от 03.05.07 г.Иванов А.М. осужден к двум годам лишения свободы условно без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Комиссионная судебно-техническая экспертиза по делу так проведена и не была. Суд ограничился допросами (правда, достаточно подробными) авторов экспертных заключений. Видимо, сыграло свою роль то обстоятельство, что подсудимый свою вину признал полностью и вопроса о назначении комиссионной экспертизы не ставил.

Приговор вступил в законную силу. Обстоятельства данного уголовного дела получили широкий общественный резонанс в г. Дубне. По материалам суда обширная публикация напечатана в городском еженедельнике «Встреча» (№ 26 (894) от 28.06.07 г.). В ней профессионализму Л.И. Смирновой дана высокая оценка. Приказом руководителя Роструда М.А. Топилина ей объявлена благодарность. Справедливость восторжествовала.

Что же мешает поставить точку в этом деле?

Если точку и ставить, то не иначе, как после ответа на вопрос — кто и как проводил расследование несчастного случая с Голубевым Е.Н. Почему материалы расследования оставили такой широкий простор для усмотрения уважаемых экспертов?

К сожалению, вынужден констатировать, что несчастный случай с Голубевым Е.Н. расследован Государственной инспекции в Московской области. Расследование проводил государственный инспектор труда, назовем его Л.

Именно его заключение позволило сотруднику «Центра независимых экспертиз» прийти к выводу о наличии причинной связи между неисполнением Сироткиной Т.В. своих должностных обязанностей и наступившими последствиями. Конечно, в акте, в числе прочих, фигурировала и фамилия Иванова А.М., но окружающие ее формулировки были такими, что позволяли толковать это обстоятельство как угодно.

В результате, акт расследования не противоречил ни одному из двух экспертных заключений, выводы которых взаимоисключали друг-друга! Высший пилотаж? Вряд ли. Не для того создана и существует инспекция, чтобы оставлять вопросы ответственности при несчастном случае нерешенными. Убежден, что главную свою функцию государственный инспектор труда Л. не выполнил, так что Л.И. Смирнова лишь доблестно устраняла недоработки своего подчиненного.

Чем меньше материалы расследования несчастных случаев будут оставлять возможностей для усмотрения экспертов, следователей, прокуроров и судей, тем лучше.

Но это уже к вопросу о реальной «царице доказательств» по ч.2 ст. 216 УК РФ.

Источник

Царица доказательств / В. Панкратов // Охрана труда и социальное страхование, 2008. — N 5 — (Инспектор труда.- 2008.- N 5.- С. 5-6).


ПРИЛОЖЕНИЕ № 3. 1991. ОСЕННИЙ ПРИЗЫВ

https://syg.ma/@v-pankratov/prilozhieniie-3-1991-osiennii-prizyv


Череда кустов зеленых под жемчужно-серым небом мокнет в сырости осенней у бетонной балюстрады.

Мальчика-десятилетку грязно-белая машина мимо морга и котельной привезла к закрытой двери местной операционной.

Его мамочка не в курсе, она молча едет в лифте на 7 этаж Минторга, чтобы выпить чашку кофе до начала совещанья.

Папы нет уже 3 года, был скандал, и папа съехал к женщине из Подмосковья, но там тоже не сложилось, если верить доброхотам.

Сердце мамино не знает, что сыночек засыпает в 10 км от МКАДа под наркозом безнадежным.

Сердце мамино спокойно, ведь еще сегодня утром дома все было нормально.

Только с 3 захода, когда в 5 не сняли трубку, холодок пополз по телу, отвлекая от работы, навалившейся под вечер.

Бабка в ужасе безумном, что не сберегла мальчишку, полумертвая от горя, себя смерти предлагает, чтоб не трогать пацаненка.

Весы замерли, качнулись от мольбы овеществленной, но, что может тут старуха со своей любовью к внуку.

Разве что ценою жизни упросить подзадержаться стрелку черную тугую на его секундомере.

Маму просят к телефону, интересно будет глянуть, что она сейчас положит на весов вторую чашу, чем помочь сумеет сыну.

Вот тогда и разберемся, кто грешил, когда и сколько, где любовь, а где притворство и чего слова их стоят.

Свет померк, и стало черным небо ровно в 5.15 - мастер точечным ударом положил 3 шара в лузу, разрубив Гордиев узел.

Лишь кусты в соленых каплях то ли слез, то ли помоев молча жались к балюстраде двухэтажной горбольницы.

Папе новая сказала, что опять подзалетела, но что резаться не будет, а родит ему ублюдка.

Да, развод на сороковник,понял папа и собрался в Москву ехать, чтоб с женою ситуацию обкашлять.

Пару раз звонил, но тщетно, не снимают, гады, трубку, наобум придется ехать, чтоб им всем там пусто было.

Папа взял билет и водки, встал, промокший, возле стойки проклиная все на свете баб, судьбу, Москву, погоду.

Таким был его последний светлый день в паскудной жизни.

Источник

В.В. Панкратов. Поездка в Питер и обратно. Собрание сочинений рифмованной прозы. Селекция — Москва: 2006. — 50 с.


КОГАН В. ПАНКРАТОВ В. СОКОЛЬСКИЙ О. СУД НАРОДНЫХ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ

https://syg.ma/@v-pankratov/koghan-v-pankratov-v-sokolskii-o-sud-narodnykh-priedstavitieliei


Считается, что неправосудные приговоры выносятся в результате недобросовестности и неквалифицированности судей, а также из–заподверженности суда посторонним влияниям. При этом многие полагают, что сам суд организован удовлетворительно, но нужно улучшить отбор и подготовку судей, а также условия, в которых суд работает.

Из этого проистекают предложения о дополнительных фильтрах на пути к юридическому образованию, ранней специализации студентов-юристов, разработке и принятии закона, карающего за вмешательство в разрешение конкретных уголовных дел. При этом, на наш взгляд, не учитывается, что суд как государственный орган представляет собой организацию и обременен недостатками, свойственными любой организации.

«Общество, — писал Ф. Энгельс, — порождает известные общие функции, без которых оно не может обойтись. Предназначенные для этого люди образуют новую отрасль разделения труда внутри общества. Тем самым они приобретают особые интересы также и по отношению к тем, кто их уполномочил… » (Маркс К. Энгельс Ф. Соч., т. 37, с. 416).

Для того чтобы противостоять проявлению «особых интересов» в суде, общество создало специальный механизм. Таким механизмом является участие народных представителей (заседателей) в осуществлении правосудия, призванных понизить неизбежный в такой деятельности барьер между обществом и государством, между гражданином и чиновником. Нельзя признать случайным, что демократические государства стремятся это участие расширить, а недемократические — ограничить.

Однако само участие народных представителей может осуществляться в различных формах, и эти различия имеют принципиальный характер. Как известно, по нашему законодательству народные заседатели пользуются равными правами с судьей-профессионалом и все вопросы решают вместе с ним.

Такое положение возникло не сразу. После Октября старый суд был упразднен как часть подлежащего слому государственного аппарата. Предполагалось функции специальных институтов государства — армии, полиции, суда — возложить на все население. Первые суды так и функционировали: из публики избирались обвинители и защитники, а решения принимались большинством голосов этого суда — собрания.

Но через несколько месяцев после революции от проекта создания государства без постоянной армии и специализированных органов охраны порядка пришлось отказаться. Были созданы армия и милиция, а в марте 1918 года в судопроизводстве восстановлено действие Судебных уставов 1864 года, «поскольку таковые не отменены декретами ЦИК и СНК и не противоречат правосознанию трудящихся классов» (ст. 8 Декрета о суде N 2).

Было установлено, что уголовные дела в… окружных судах рассматриваются коллегией в составе 12 очередных, заседателей под председательством одного из членов суда; при этом приговор народные заседатели выносят самостоятельно, а председательствующий лишь дает заключение о мерах наказания, предусмотренных законом.

В такой своеобразной форме воплотился основной принцип суда присяжных — принцип разделения профессиональных судей и народных заседателей.

Спустя полгода после ликвидации окружных судов, положение об ограничении прав председательствующего было отменено. Вскоре народные заседатели были лишены права избирать председательствующего и отзывать его на любой стадии процесса.

Слияние постоянного суда с народными заседателями в одну коллегию, т. е. ликвидация суда присяжных, поначалу не повлекло отрицательных последствий. Профессиональные судьи еще не сложились в самостоятельный слой и их правосознание не отличалось от правосознания рабочих и крестьян, из рядов которых они только что вышли.

Но уже через несколько лет образовался слой профессиональных судей. В подтверждение этого отметим, что к 1927 году среди председательствующих в окружных и губернских судах 76,7 имело судейский стаж свыше 3 лет, а 45,9 — даже свыше 5 лет.

При таких обстоятельствах совместная деятельность судьи-профессионала и народных заседателей оказывается организационной формой, позволяющей нейтрализовать волю народных представителей, а в некоторых случаях даже принести ее в жертву ведомственному интересу.

Это фактически сводит на нет роль народных представителей в осуществлении правосудия, создает объективные предпосылки к бюрократизации суда, ведет к отрыву правоприменительной практики от правосознания широких масс, способствует перерождению судебного разбирательства из борьбы за истину и справедливость в чиновничью «игру по правилам».

Для тех, кто в этом сомневается, напомним, что народные заседатели обращали на себя внимание своей пассивностью, в связи с чем их прозвали «кивалами». Такую пассивность нельзя объяснить лишь тем, что в народные заседатели выбирают «не тех» людей. И в других странах для народных представителей характерно бездействие в процессе, если они включены в одну коллегию с судьей-профессионалом. Например, немцы уже издавна называют своих шеффенов сонями или людьми, говорящими «да».

Таким образом, пассивность народных представителей обусловлена их положением в процессе. Хотя судья-профессионал имеет равные права с народными заседателями, это равенство фактически нарушается как раз вследствие его профессионализма: он больше знает, больше умеет и, главное, несет ответственность за приговор.

Правда, в отдельных случаях наши народные заседатели проявляют активность и пытаются воспользоваться своими правами, чтобы отстоять то, что они считают правильным, Однако подобная активность дает, казалось бы, неожиданный результат: от таких заседателей судьи отказываются.

Между тем в этих отказах выражается. закономерное стремление всякой организации свести к минимуму любые помехи. Поэтому не должно вызывать удивление предложение председателя Aдлepского райнарсуда заменить народных заседателей судьями-профессионалами (Правда, 10 июня 1986 г.).

Удивление должно вызывать то обстоятельство, что судьи мирятся с другой помехой, получившей известность как «телефонное право». Дело в том, что незаконное «телефонное право» обеспечено реальной властью, а законная активность народных заседателей — нет.

Выход из создавшегося положения мы видим в том, чтобы внутри самого суда ведомственной организации была бы противопоставлена другая организация — коллегия народных заседателей из 5-7 человек.

Народные представители должны получить право и обязанность самостоятельно решать вопрос о виновности подсудимого. Что же касается вопросов наказания, то они должны, по нашему мнению, решаться судьей и народными заседателями совместно, как и сейчас.

Такой суд нужен в обязательном порядке лишь по делам о преступлениях, за которые возможно назначение смертной казни, а также по делам о других тяжких преступлениях по просьбе обвиняемого.

Предлагаемое расширение прав народных, представителей неизбежно повысит требования к профессионалам. Поддерживая обвинение, уже нельзя рассчитывать, что «коллега поймет и простит». Защитнику не придется успокаивать себя тем, что «все равно осудят». А судье уже не нужно будет переписывать в приговор обвинительное заключение.

Обсуждаемое новшество имеет и другие достоинства: расширение самостоятельности народных представителей неизбежно сузит сферу действия «телефонного права» и других форм давления на суд. Исчезнет также почва для громких, но не всегда обоснованных упреков суду, что не тех осуждают и не тех оправдывают.

Источник

Суд народных представителей / В. Коган, В. Панкратов. О. Сокольский // Советская юстиция, 1988, № 10. С. 28-29.


ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. КАК ЕЁ ПРЕТВОРИТЬ В ЖИЗНЬ?

https://syg.ma/@v-pankratov/dieklaratsiia-prav-i-svobod-chielovieka-i-ghrazhdanina-kak-ieio-prietvorit-v-zhizn


22 ноября 1991 г. Верховный Совет РСФСР принял Декларацию прав и свобод человека и гражданина. Значение этого документа трудно переоценить. Но еще труднее, видимо, будет претворить его в жизнь.

Понимая всю ответственность задачи, остановлюсь на одной частности. В ст. 34 Декларации записано, что «каждый обвиняемый в уголовном преступлении считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором компетентного, независимого и беспристрастного суда».

Юристами-практиками этот вывод толкуется однозначно: ст. ст. 6-10 УПК РСФСР подлежат отмене, ибо их реализация фактически означает признание человека виновным в досудебном порядке. Вывод о необходимости отмены указанных статей имеет большую прессу. За отмену ратуют известные юристы и политики, а также журналисты.

Их оппонентами в этом вопросе выступают нестройные ряды практических работников низового звена (участковые, следователи, начальники отделений милиции, помощники прокуроров районного уровня и т. п.).

Практические работники среднего звена предпочитают свою точку зрения на этот счет не обнародовать, что не мешает им применять на практике указанный порядок.

Мысль сторонников отмены ясна и понятна. Позиция их противников маловразумительна и пребывает на уровне ощущений.

Именно неразработанность этой точки зрения и вызывает необходимость остановиться на ней подробней.

Уж слишком очевидной является необходимость отмены, чтобы не удивиться стойкости законодателей, не обращающих внимания на столь явное попрание конституционных прав и свобод граждан. А изменить ситуацию будет, на мой взгляд, значительно легче, чем, к примеру, отменить ст. 6 Конституции СССР. Ибо вряд ли инициатива приведения законодательства к такому знаменателю встретит серьезный отпор среди депутатов различного уровня. Будучи внесенным на обсуждение, законопроект подобного рода, скорее всего, обречен быть принятым. И все же, все же…

Есть ряд вопросов, требующих в связи с обозначенной проблемой тщательного (как минимум) обсуждения. Итак, насколько мне известно, общественную значимость тезис о судебном порядке признания человека виновным получил в связи с практикой применения мер принуждения многочисленными несудебными органами.

Чем жестче были меры принуждения, тем большую необходимость в судебном разбирательстве ощущало общество. Но применение ст. ст. 6-10 УПК РСФСР не связано с назначением обвиняемому каких-либо мер наказания! Наоборот, прекращение дел по этим основаниям зачастую расценивается как оправдание, особенно среди несовершеннолетних. Иными словами, репрессивная мера в данном случае не применяется, каких-либо ограничений обвиняемый не несет, негативных последствий в виде наказания для него не наступает.

Но, человека признают виновным следователь и прокурор, которые подменяют в этом вопросе выборный суд. А это уже недопустимо.

Рассмотрим и этот вопрос. В значительной степени он, правда, уже решен как практикой, так и наукой.

Действительно, виновным человека может признать только суд. Поэтому справедливым является утверждение, что все без исключения следственные изоляторы нашей Родины забиты невиновными, которые арестованы следователями с санкции прокурора и помещены туда до суда.

Справедливым будет и утверждение, что прокурор сознательно дает санкцию на арест невиновного человека, поскольку тот задержан на месте преступления и суд при самом благоприятном раскладе состоится нескоро. Ибо тот факт, что судить злоумышленника будут не на следующий день после задержания, а значительное время спустя, очевиден не только для журналиста, но и для прокурора.

Но недрогнувшей рукой дается санкция, и невиновный человек отправляется в Бутырку или в Кресты, смотря где происходит дело.

Парадокс тут кажущийся, так как все следственные арестованные действительно невиновны, Но невиновны для общества. А прокурор, также как и следователь, убеждены в их виновности. Общественное бытие выделило некоторых чиновников, которым дано право принимать решение о виновности человека до суда. Иной порядок делает ненужными все следственные изоляторы, все нормы права о мерах пресечения и т.д.

Да на это, насколько мне известно, пока никто не покушается, поскольку заявления подобного рода являются посягательством на здравый смысл. Поэтому человек считается невиновным для общества до тех пор, пока чиновники, наделенные законным правом выносить иное суждение на этот счет, докажут в суде свою (обратную) точку зрения.

На данной стадии анализа дня нас важно то, обстоятельство, что следователь и прокурор наделены правом признавать человека виновным хотя бы для того, чтобы предъявить ему обвинение и поместить в следственный изолятор.

Но если практически никем не оспаривается право прокурора признать человека виновным, чтобы определить его под стражу, то почему встречает возражение право прокурора признать его виновным и не определять под стражу, а наоборот, избавить от такого рода негативных последствий?

Состязательность процесса и презумпция невиновности обязывают обвинительные власти доказывать вину подсудимого. Но по-настоящему состязательность проявляется там, где мнения защиты и обвинения расходятся. Подсудимый свою вину отрицает, а государственный обвинитель настаивает на осуждении. В случаях, когда позиции защиты и обвинения совпадают, о состязательности, как таковой, говорить не приходится. Процесс превращается в чистую формальность.

Всем все ясно, участники с нетерпением ждут окончания процедуры. Уместным будет вспомнить, что суд присяжных рассматривает дела только в тех случаях, когда подсудимый отрицает свою вину.

В остальных случаях процесс упрощается. В государствах с развитыми судебными системами представлена более разнообразная палитра органов правосудия, чем у нас.И в некоторой степени выбор органа, который будет рассматривать дело, зависит от обвиняемого (подсудимого), от того, какую позицию он займет. Таким образом, совпадение позиции обвинения и защиты является на Западе по сути дела юридическим фактом, способным менять направление процесса.

Но таким же «поворотным пунктом» является, к примеру, ст. 7 УПК РСФСР, когда процесс после «перевода стрелки» движется в сторону товарищеского суда или комиссии по делам несовершеннолетних (ст. 8 УПК РСФСР). Излишне говорить, что прекращение дела по этим основаниям возможно только при совпадении позиций следствия, защиты и прокурора.

Хорошо, но вы представляете, какие злоупотребления возможны в этом случае? Пусть уже прекращениями таких дел занимается суд.

Исключить возможность злоупотребления нельзя. Сговор адвоката, следователя и прокурора возможен, как это ни смешно, но возможен не в большей степени, чем в суде. Ибо ни один законодатель по понятным причинам не пойдет на то, чтобы решение о прекращении принималось только по результатам судебного рассмотрения.

Максимум, где дела в основной массе будут прекращаться — это в распорядительном заседании, что согласитесь, не одно и то же. Судебный чиновник имеет такую же возможность, как и другие участники процесса, оформить сговор с заинтересованными лицами как совпадение позиций защиты и суда и прекратить дело в распорядительном заседании. Но подозревать в связи с этим всех и каждого никаких основания.

С другой стороны, недобросовестность судебного чиновника выявить и изобличить гораздо сложнее, чем недобросовестность следователя или прокурора. Гарантией тому является судейский иммунитет (установленный вполне справедливо). Даже будучи изобличенным в злоупотреблении, выборное должностное лицо (судья) имеет гораздо больше шансов выйти сухим из воды, чем назначенное (прокурор, следователь).

Легче убрать провинившегося чиновника назначенного, чем избранного. Парламентская практика — тому наглядное свидетельство. Так стоит ли подвергать суд дополнительным испытаниям?

Но если нельзя на 100% гарантировать законность принятого решения о прекращении дела по нереабилитирующим основаниям не только на следствии, но и в суде, давайте вообще ликвидируем такую возможность, чтобы не искушать никакого чиновника: ни прокурорского, ни судебного.

Давайте, но как быть с правами советских граждан, о которых мы неустанно заботимся? Даже декларацию приняли.

Ибо сейчас многострадальный гражданин имеет право на то, что его дело может быть прекращено до суда, он не получит судимости со всеми вытекающими отсюда последствиями, избежит расходов на защиту и т.п.

У кого поднимется рука отнять у него такую возможность? Для кого в конечном итоге создан человек — для закона или закон для человека? Странной тогда получается декларация — вроде бы дает права, а на самом деле урезает их. Лишает обвиняемого малейшей вероятности своим поведением влиять на результат расследования дела на этой стадии процесса и фактически ликвидирует один из мощных стимулов к раскаянию, возмещению вреда и помощи следствию.

И какими соображениями при этом руководствуется? Благими побуждениями, абстрактной теоретической схемой, которая не соответствует всему многообразию жизни. Значит ли, что схема плоха? Нет. Но она нуждается в уточнении, поскольку одно дело наказать человека во внесудебном порядке, и совсем другое — освободить от наказания. Амнистия или помилование — это ведь тоже внесудебный порядок освобождения от наказания.

Ведь существующий в англо-саксонской системе права договор защиты и обвинения не отрицается никем из серьезных ученых и практиков. Но применение статей 6-10 УПК РСФСР есть не что иное, как разновидность такого договора.

Обвиняемый признает справедливость предъявленного обвинения, возмещает вред (физический и моральный), а следствие подтверждает отсутствие к нему других претензий правового характера.

При соблюдении других условий (согласие потерпевшего и прокурора) дело, видимо, все же может быть прекращено. В любом случае прекращение дела по ст. ст. 6-9 УПК РСФСР невозможно, если обвиняемый против этого возражает. В условиях, когда судебная система захлебываемся в делах, будучи не в силах переваривать постоянно увеличивающиеся объемы работ, такая возможность, судя по всему, имеет и прагматическое значение, заменяя собой клапан, позволяющий освободить суд от рассмотрения очевидных дел, не представляющих собой каких-либо сложностей. Нужно ли отказываться от возможностей разгрузить суд, если эти возможности не противоречат духу международно-признанных правовых постулатов?

Мы всегда отдавали предпочтение запрету как регулятору общественных отношений и недооценивали поощрительные способы, заставляющие человека поступать в соответствии с общественно полезными установками.

Так вот, изъятие из кодекса ст. ст. 6-10 УПК РСФСР фактически будет означать ликвидацию стимулятора к общественно полезному поведению. Сейчас соотношение близко к оптимальному: с одной стороны — реальная возможность благоприятного исхода при полном раскаянии, с другой стороны — мощная угроза уголовной репрессии при поведении с обратным знаком. Кнут и пряник, если хотите.

Но пряник желают отнять (или сильно урезать) и практически оставить только кнут. Вряд ли это будет способствовать достижению тех целей, которые при этом ставятся.

Следует ли изложенное понимать как полную невозможность исключения из кодекса ст. ст. 6-10 УПК РСФСР. Отнюдь нет. Просто для такого мероприятия следует подбирать другие основания, а не Декларацию прав и свобод человека и гражданина.

Источник

Декларация прав и свобод человека и гражданина: как ее претворить в жизнь? / В. Панкратов // Советская юстиция, 1992, № 2. С. 2-3.


РАВЕНСТВО. СВОБОДА. СОЛИДАРНОСТЬ. СПРАВЕДЛИВОСТЬ

https://syg.ma/@v-pankratov/ravienstvo-svoboda-solidarnost-spraviedlivost


Четыре словарных статьи (вокабулы) трудоправового тезауруса.

Равенство — одинаковое отношение к субъектам при определении их социальной значимости.

По своей сути трудовое право есть право неравенства, в отличие, скажем, от гражданского права, где стороны любого договора равны. В трудовом договоре изначально заложен приоритет работодателя. Именно он управляет материальными ресурсами, финансовыми потоками и рабочей силой. Работник равен работодателю только на стадии заключения договора. После его заключения он становится подчиненным, а работодатель — руководителем.

Реализуя принцип равенства, законодатель пытается, насколько это возможно, выровнять чаши весов сторон трудового договора, обременяя работодателя различными обязанностями в пользу работника (например, ст. 22 Трудового кодекса РФ формулирует обязанности работодателя в 15 пунктах, а ст. 21 обязанности работника — в 7). Без реализации этого принципа неравенство работодателя и работника может принять иные масштабы и достаточно уродливые формы. Недаром потребовалось введение для работодателей не только административной, но и уголовной ответственно


убрать рекламу


сти за правонарушение в сфере охраны труда.

Принцип равенства применяется и во взаимоотношениях между работниками (равный доступ к должностям государственной службы, равная оплата за равный труд, запрет дискриминации по полу, возрасту, вероисповеданию и т.д.). В этом случае принцип равенства реализуется в высшей форме своего проявления — равенстве возможностей.

Свобода — состояние, обеспечивающее субъекту возможность действовать в своей воле и своих интересах без каких-либо ограничений и препятствий со стороны государства и общества.

Свобода слова — свобода беспрепятственного выражения каждым своего мнения, своих мыслей и убеждений.

Свобода вероисповедания — свобода в первоначальном выборе и последующей перемене религии.

Свобода совести — свобода исповедовать или не исповедовать какую-либо религию.

Совесть — способность личности к нравственной самооценке и нравственному самоконтролю.

Д.А. Керимов определил свободу как внешнее и внутреннее состояние независимости личности, познающей необходимость и действующей в соответствии с познанным в своих интересах и в интересах общества [15].

История развития общества — история наращивания человеком степеней свободы за счет постепенного устранения встречающихся ограничений и препятствий. В этом смысле количество степеней свободы — мерило прогресса. Свобода воли субъекта (через свободу выбора) признается основанием существования в обществе правовой ответственности [16].

Интересен вывод В.А Четвертина о том, что позитивисты не считают свободу высшей ценностью правого регулирования, поскольку та может быть не только полезной, но и вредной, что есть цель поважнее свободы и ради этой цели свободу можно ограничить.

Сторонники юридического либерализма считают свободу высшей ценностью для человека, государства и общества, полагают целью правового регулирования обеспечение свободы, в то время как позитивисты, наоборот, представляют правовое регулирование в качестве режима «не свободы» [17].

Тут необходимо заметить, что ради своего выживания общество («человеческий субстрат государства») может правовыми средствами легитимно ограничивать свободу, т.е. в качестве цели правового регулирования идея выживания иногда стоит выше идеи свободы, например, при введении военного или осадного положения (правовых режимов несвободы). В иных случаях выживание как цель с наибольшим эффектом достигается именно с помощью свободы.

Признает же позитивным свободы слова, совести, вероисповедания и т.д. в качестве изначально существующих категорий, однако и здесь свобода является средством достижения цели, т.е. выполняет вспомогательную роль по отношению к выживанию.

Предел законодательных ограничений свободы — рабство. Под ним следует понимать состояние или положение человека, над которым осуществляются атрибуты права собственности или некоторые из них [18].

Труд свободен (ст. 37 Конституции РФ). Это реализовано в нормах, предоставляющих человеку возможность самому распоряжаться своими способностями к труду, т.е. самостоятельно решать — будет он вообще работать или нет, а если будет, то в какой сфере трудовых отношений и на каких условиях.

Принудительный труд запрещен (ст.4 Трудового кодекса РФ). Провозглашена свобода трудового договора. Никто не может принудить стороны заключить трудовой договор против их желания или расторгнуть (прекратить) его. Каждый свободно выбирает или свободно соглашается на труд.

Права человека — права, права присущие человеку с момента рождения, наличие которых не зависит ни от формы государственного устройства, ни от уровня развития правовой системы. Например, это право на жизнь, на имя или на жилище.

Права гражданина — права, права приобретаемые человеком в соответствии с формой государственного устройства и уровнем развития правовой системы, как правило, не с момента рождения, а по достижении определенного возраста. Например, право избирать или быть избранным.

Если права человека и гражданина — мера его возможного или должного поведения (т.е. установленные обществом границы поведения), то свободы — состояния, характеризующиеся самостоятельностью, отсутствием каких-либо границ и ограничений со стороны общества, когда человек не должен иметь ни каких препятствий в выборе цели.

Например, свобода совести подразумевает, что человек самостоятелен в выборе религии, которую он хочет исповедовать, тут нет ни каких установленных правил.

Государство может запретить исполнять церковные обряды (установить меру поведения), но оно не в состояние запретить человеку верить или не верить, например, в Святую троицу, хотя такие попытки предпринимались. Свобода совести в этом смысле означает, что никто не должен пытаться принудить человека к вере или отказу от нее, т.е. никто и не что не должен ограничивать волю человека в этом вопросе.

Права — государство либо признает (права человека), либо вводит (права гражданина) границы и обеспечивает их нерушимость.

Свободы — границ нет, и государство гарантирует их отсутствие [19].

Принципы права делят на а) общие, т.е. относящиеся ко всей национальной системе права, б) межотраслевые, т.е. проявляющиеся в нескольких отраслях одновременно, в) отраслевые, т.е. действующие в пределах только одной отрасли, г) институционные — отражающие особенности правового регулирования в рамках отдельных институтов конкретной отрасли права. Например, в ст. 24 Трудового кодекса РФ перечислены принципы социального партнерства, а в ст. 355 — принципы деятельности органов федеральной инспекции труда [20].

С этих позиций принцип свободы будет общим принципом, используемым, в том числе и трудовым правом. Принцип свободы договоров — межотраслевым принципом, используемым трудовым, гражданским и международным правом. Принцип свободы труда — отраслевым принципом трудового права.

Эти принципы права не следует смешивать с правовыми принципами, под которыми понимают теоретические требования, предъявляемые к конкретной правовой системе еще до ее возникновения. Без них невозможно создание любой новой системы права, процесс формирования которой и превращает правовые принципы в принципы права [21].

Правовой принцип является частью господствующей в обществе идеологии. Он реализуется в процессе правотворческой деятельности, трансформируется в принцип права путем нормативной сублимации и закрепляется уже в качестве такового в правовых актах создаваемой национальной правовой системы нового общества.

Солидарность — добровольная совместная ответственность при достижении общих целей.

Такая ответственность должна вытекать не из закона, как, например, в случае совместного причинения вреда, а, как минимум, из договора или соглашения. Субъекты правовых отношений должны самостоятельно договориться о том, что добровольно принимают на себя ответственность за результаты трудовой, к примеру, деятельности и обязуются поддерживать друг друга в этом процессе.

Принцип солидарности реализован при организации, например, Международной конференции труда (высшего органа МОТ), в работе которой от каждого из 175 государств — членов одновременно участвуют представители правительства, работодателей и работающих.

Как никакая другая отрасль, трудовое право использует именно этот принцип правового регулирования. Раздел 11 Трудового кодекса РФ «Социальное партнерство в сфере труда» полностью базируется на принципе солидарности.

Созданный механизм позволяет через систему трехсторонних комиссий на федеральном, отраслевом и региональном уровнях выявлять и согласовывать позиции государства, работников и работодателей. Этой же цели служит и коллективный договор, регламентирующий отношения между работниками с одной стороны и работодателем с другой.

В отличие от сторон трудового договора, находящихся в отношениях неравенства (субординации), стороны социального партнерства находятся в равном положении, они равноправные партнеры. Развивая социальное партнерство, общество минимизирует потери, которые несет работник в силу своего подчиненного положения. Солидарность — надежное средство от социальных взрывов и потрясений, залог стабильности любого общества.

Справедливость — надлежащее соотношение (позитивная пропорция), сложившаяся из того, что субъект дает обществу и что получает взамен.

Именно, исходя из этого принципа, при прочих равных условиях, многодетная мать имеет преимущественное право остаться на работе при сокращении штатов. Уволен будет работник, не имеющий детей. Таким же правом пользуются инвалиды Великой Отечественной войны, работники, получившие на данном предприятии увечье или профессиональное заболевание.

Коллективным договором могут быть предусмотрены другие категории работников, пользующиеся преимущественным правом на оставление на работе при равной производительности труда и квалификации (ст.179 Трудового кодекса РФ). Очевидно, что эта норма нарушает принцип равенства, создает исключение из этого правила. Однако создаваемое ею неравенство является справедливым неравенством и потому принимается обществом.

Справедливость неравенства заложена в основном постулате социализма: «От каждого по способностям, каждому по его труду». Для трудового права он сохранил свою актуальность до настоящего времени. Международное трудовое право использует даже специальный термин «Справедливые условия труда» (Fair working conditions). Приведен этот термин и в ст.2 Трудового кодекса РФ. Однако ни в самой статье РФ ни далее в кодексе этот термин не раскрывается.

Примером несправедливого неравенства является дискриминация, под которой следует понимать нарушение или уничтожение равенства по какому-либопризнаку (пола, расы, возраста и т.д.). Вопросам запрещения неравенства в сфере труда ТК РФ уделяет достаточно много внимания (ст.3).

Принцип справедливости является главенствующим в любой правовой системе демократического общества.

Сноски

[15] Четвернин В.А. Основы либерального правопонимания // Государство и право, 2003, №5. С. 19.

[16] Подробнее о свободе совести см. Крылова Г.А. Свобода совести на весах правосудия. М.: «Олимп», 1998.

[17] В.Н. Скобелкин., «Принципы в Трудовом кодексе Российской Федерации»., Сборник научных статей., Под редакцией В.Н. Скобелкина., Омск 2002., стр.стр. 86, 88.

[18] Социалистическое правосознание и законность. Е.А. Лукашева. М., 1973. стр. 107-108.

[19] С.С. Алексеев. Проблемы теории права. т.1. Свердловск. 1972. стр. 102-112.

[20] Л.С. Явич. Право развитого социалистического общества. Сущность и принципы. Юридическая литература. Москва-1978. стр. 40.

[21] Победкин А.В. Некоторые вопросы собирания доказательств по новому уголовно-процессуальному законодательству России // Государство и право, 2003, №1. С. 62.

Источник:

Толковый словарь-справочник трудового права. Краткий те-матический частотный словарь: с приложением текстов Трудового кодекса Российской Федерации и Постановления Пленума Верховно¬го Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Феде-рации». Справочное изд. / Автор-сост. В.В. Панкратов — М., РИО "Но-вая юстиция», 2008. — 528 с. — (Серия "Словари и справочники»).

ISBN 978-5-91028-032-2


БЕЗ СТАТУСА ФИЗИЧЕСКОЕ ЛИЦО БЕЗЗАЩИТНО, ИБО ПРАВОВАЯ СИСТЕМА ЕГО НЕ ВИДИТ

https://syg.ma/@v-pankratov/biez-statusa-fizichieskoie-litso-biezzashchitno-ibo-pravovaia-sistiema-iegho-nie-vidit


На вопросы журнала «Охрана труда. Практикум» отвечает руководитель Государственной инспекции труда в Московской области В. Панкратов.

Московская область находится в числе лидеров среди субъектов Российской Федерации. Экономика области продолжает развиваться высокими темпами и по основным показателям превышает среднероссийские.

Однако бурный рост и крупный масштаб социально-экономического развития предполагает особый контроль за сопутствующими этому явлению процессами со стороны государственных органов. Защищены ли работники? Как соблюдается законодательство об охране труда?

Об этом мы беседуем с руководителем Государственной инспекции труда — главным государственным инспектором труда в Московской области В. Панкратовым.

1. Причины и следствия

Вопрос: — Владимир Владимирович, какое влияние рост экономики оказывает на безопасность трудовой деятельности?

Ответ: — Связь тут прямая, чем интенсивнее развивается производство, тем больше профессиональных рисков. Я долго искал объективные показатели, с которыми коррелировалась бы динамика производственного травматизма. Сопоставлял наши цифры даже со статистикой арбитражных судов, в том числе, в части банкротства.

Ничего не получалось до тех пор, пока не сравнил изменение уровня травматизма с объемами иностранных инвестиций в экономику области. Выяснилось, что зависимость обратно пропорциональная. Увеличение инвестиций западного (в первую очередь) капитала почти идеально накладывается на уменьшение количества травм, полученных на работе.

Можете проверить сами, это открытые данные. Видимо, иностранный капитал приносит с собой другую культуру взаимоотношений в этой сфере. Но это экономика. Инспекция действует на соседнем участке фронта, используя механизмы иного рода.

Например, для улучшения условий труда через механизмы социального партнерства организованы трехсторонние переговоры и принято региональное Соглашение, предусматривающее в частности сокращение использования труда женщин на работах с вредными и (или) тяжелыми условиями труда и обеспечение приоритетного финансирования предупредительных мер по сокращению производственного травматизма, профессиональных заболеваний.

Значительным вкладом в достижение этих результатов, по нашему мнению, явилась законотворческая деятельность Правительства Московской области и Московской областной Думы по вопросам труда и его охраны.

В настоящее время действуют 14 основополагающих Программ Правительства Московской области регулирующих вопросы в сфере труда и охраны труда, определены приоритеты социально-экономического развития.

2. Организация работы и ее показатели

Вопрос: — Есть ли какая-то специфика в характере выявляемых нарушений?

Ответ: — Приведу некоторые факты, установленные в ходе проверок.

В ООО «Парма-К», осуществляющего производство мебели (ОКВЭД 36.12) в Подольске, привлечены к работе в качестве столяров — распиловщиков 9 граждан Таджикистана. Выявлены 24 нарушения действующего законодательства.

В ООО «Сэйлинг», осуществляющего строительные работы в Люберцах, привлечены к работе в качестве подсобных рабочих 216 иностранных работников, граждан Молдовы, Таджикистана и др. Выявлены 18 нарушений закона.

В ООО «СМУ-12», осуществляющего строительные работы в Одинцовском районе, привлечены к работе в качестве подсобных рабочих 22 иностранных работника. Выявлено 37 нарушений;

Та же картина в ООО «АИН ДомСтрой», осуществляющего строительные работы (ОКВЭД 45.21) в Чехове, где к труду привлечены в качестве подсобных рабочих 180 иностранных работников. Выявлено 27 нарушений трудового законодательства.

Работа по проверкам предприятий и организаций, использующих иностранную рабочую силу, продолжается, и состояние дел по этому вопросу находится под контролем государственной инспекции труда в Московской области.

Вопрос: — Как известно только в 3-ем квартале прошлого года ваша Государственной инспекций труда в Московской области самостоятельно, а также совместно с органами прокуратуры, налоговой и миграционной службами, органами исполнительной власти проведено свыше 600 проверок хозяйствующих субъектов, использующих труд иностранных работников, какая общая картина складывается в результате анализа этих проверок?

Ответ: — Организация этих проверок поставлена на системную основу и осуществляется на основании планов Гострудинспекции, совместных планов служб, осуществляющих контроль и надзор за исполнением законодательства в сфере миграции.

По содержанию вскрытых нарушений работодателям за этот период выдано 198 предписаний, привлечено к административной ответственности и подвергнуто штрафам 85 должностных лиц на общую сумму 189,2 тыс. руб.

Анализ свидетельствует о многочисленных нарушениях трудового законодательства в отношении иностранных работников, в том числе в вопросах найма, увольнения, выплаты заработной платы, рабочего времени и времени отдыха, обеспечения безопасных условий труда и охраны труда.

К числу наиболее встречающихся нарушений, относятся:

а) используются не сертифицированные средства индивидуальной защиты;

б) нарушается порядок проведения инструктажа работников по охране труда;

в) не проводится аттестация рабочих мест по условиям труда;

г) нарушается организация рабочих мест;

д) отсутствуют журналы регистрации инструктажей по охране труда на рабочем месте по профессии и видам работ;

е) трудовые договоры не заключаются вообще и в письменной форме в частности;

ж) кадровая документация ведется не в полном объеме и др.

Например, в ходе проверки ИП Калганова В.Г., осуществляющего производственную деятельность в Коломне, установлено, что в организации используется труд 6 граждан Таджикистана, из них 5 работников в качестве подсобных рабочих и 1 в качестве водителя.

Выявлены 28 нарушений трудового законодательства: работникам не оформлены трудовые книжки (ч. 3 ст. 66 Трудового кодекса РФ); работодатель не проходил обучения и проверки знаний по охране труда (ч. 1 ст. 225 ТК РФ); работникам не дается вводный инструктаж по охране труда; не проверяются знания по охране труда и т. д.

Для устранения выявленных нарушений предпринимателю Калганову В.Г. выдано предписание, он привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 1 тыс. руб.

3. Статус наше все

Вопрос: — Похоже, широкое использование иностранных работников вам прибавляет хлопот. Не в ущерб ли основным традиционным направлениям вашей деятельности, на которые ни сил, ни времени, может быть, не хватает?

Ответ: — В поле нашего зрения — все труженики того или иного предприятия. Особое внимание к иностранцам объясняется их общей неустроенностью. Это же по существу эмигранты, которым на родине негде работать. Но, коли мы их приняли, они не должны чувствовать себя бесправными. Наша задача, вывести этих людей из тени.

В отношении каждого лица, которое находится на территории Московской области, пользуется любыми ее ресурсами (природа, медицина, транспорт, энергетика, образование, связь и т.д.), мы должны иметь четкое представление о статусе, понимать, кто перед нами — турист, домохозяйка, спортсмен, студент, мигрант и т.д.

Только тогда можно решать вопрос о защите прав конкретного человека или рассматривать ситуацию с точки зрения его обязанностей. Без статуса физическое лицо беззащитно, ибо правовая система его не видит. Пользуясь этим, людей превращают то в рабов на стройке, то в рабынь по обслуживанию клиентов массажного салона. Ситуация становится криминогенной во всех смыслах.

Можно сказать, что в сфере труда инспекция помогает всем находящимся на территории области людям обрести их законный статус, а потом обеспечивает его законную реализацию.

Физических лиц со статусом иностранных работников закон защищает наравне с резидентами Российской Федерации. Однако, если человек оказался в России в нарушение закона, он будет депортирован. Статус нарушителя миграционного законодательства дает к этому все основания.

4. Цели и задачи

Забот и проблем нам прибавляет, как ни странно, исключительно положительная тенденция — бурный экономический рост Московской области. Все больше становится хозяйствующих субъектов, увеличивается число тружеников. Сфера контроля расширяется, а штат инспекторов уже несоразмерно мал.

Судите сами — в штате государственной инспекции труда Московской области 112 инспекторов. Из них по правовым вопросам — 46, по охране труда — 66 человек.

В среднем на одного инспектора приходится 862 предприятия, в т. ч. на одного инспектора по правовым вопросам 2342 предприятия, на инспектора по охране труда — 1632 предприятия.

При этом основными направлениями государственного надзора и контроля продолжают оставаться такие темы, которые мы не можем игнорировать ни при каких условиях:

1) соблюдение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, законодательства по вопросам заработной платы, и, в частности, осуществление проверок по погашению просроченной задолженности по заработной плате, расследование и учет несчастных случаев на производстве;

2) работа предприятий и организаций по обучению и проверке знаний работников по охране труда;

3) соблюдение законодательства о труде и охране труда женщин и работников в возрасте до 18 лет, занятых на тяжелых работах и работах с вредными средами и опасными условиями труда;

4) организация и проведение комплексных обследований соблюдения законодательства о труде и охране труда на предприятиях и в организациях Московской области, допустивших рост производственного травматизма со смертельным и тяжелым исходом, сверка сведений о несчастных случаях на производстве с городскими и районными органами прокуратуры, статистики, МОРО ФСС РФ и учреждениями здравоохранения;

5) выполнение отдельных поручений Федеральной службы по труду и занятости по организации и проведению проверок предприятий различных форм собственности;

6) подготовка и проведение заседаний Комиссии по координации деятельности надзорных и контрольных органов при Коллегии федеральных органов исполнительной власти Московской области по вопросу устранения нарушений трудового законодательства и недостатков, выявленных в ходе комплексных обследований предприятий и организаций области.

Вопрос: — Как же вы справляетесь с этой глыбой задач и направлений? Ведь в сфере вашего внимания — все отрасли экономической деятельности, все формы собственности, 107759 действующих предприятий, свыше двух миллионов работников.

Ответ: — Да, работы бывает невпроворот. И без участия других контролирующих органов — прокуратуры, органов по труду, профсоюзов, пожарного, технологического и санитарно-эпидемиологического надзора — нам не обойтись. Замечу, однако, что в прошлом году вместе с ними мы провели около двух тысяч проверок (из более чем шести тысяч) — значит, остальные проверки осуществляли исключительно сами.

Нам придает сил уверенность в торжестве законности и порядка. Защита тружеников от произвола работодателей. Положительные результаты нашей деятельности, которая очевидно вносит свой вклад в развитие и процветание Московской области, в благосостояние населения.

Беседу вел А. Мясников

Источник

Успех окрыляет инспектора / В. Панкратов // Охрана труда. Практикум, 2008, № 4. С. 45-51.


ДЕЖУРСТВО НА РАБОТЕ. ВОПРОСЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

https://syg.ma/@v-pankratov/diezhurstvo-na-rabotie-voprosy-pravovogho-rieghulirovaniia


1. Трудовой кодекс РФ и понятие дежурства

К очевидным недостаткам Трудового кодекса РФ следует отнести отсутствие правового регулирования такой сферы отношений между работником и работодателем, как дежурство. Принятый впопыхах, Трудовой кодекс РФ «не заметил» данного сектора общественных отношений, отдав, тем самым, его регулирование на откуп локальным нормативным актам.

Справедливости ради, нужно отметить, что не проработан этот вопрос и в Федеральных законах «О государственной гражданской службе Российской Федерации» и «Об основах муниципальной службы Российской Федерации».

Стратегический подход разработчиков Кодекса, проявившийся в смещении акцентов в сторону договорных начал правового регулирования трудовых отношений не освобождал их от обязанности сформулировать детальное определение понятия дежурства и высказаться по самым главным аспектам компенсационного характера этого явления.

Иными словами, Кодекс должен содержать не только расшифровку самого термина «дежурство», но и дать хотя бы общие рекомендации по порядку его оплаты (компенсации). Поскольку в Кодексе ничего подобного нет, работодатель при подготовке локального нормативного акта на эту тему вынужден фантазировать или искать аналогии.

К сожалению, на этой стадии процесса путь поиска аналогий мало перспективен, поскольку ст. ст. 152 «Оплата сверхурочной работы» и 153 «Оплата труда в выходные и праздничные нерабочие дни» Трудового кодекса РФ, более или менее подходящие к нашему случаю, способны в большей степени ставить вопросы, чем разрешить их.

Например, названия статей ориентируют правоисполнителей на оплату труда за пределами нормальной продолжительности рабочего времени или в праздничные (выходные) дни, а в самом тексте статьи о труде ничего не упоминается, так как речь идет об оплате работы. Чем труд отличается от работы, Кодекс не расшифровывает. Очевидно, что эти понятия не идентичны, и ставить между ними знак равенства неправомерно.

Чтобы представить себе исходные параметры, необходимо сформулировать основные понятия тех явлений, которые требуют нормативного регулирования на локальном уровне. Поскольку Трудовой кодекс РФ по этому вопросу хранит молчание, попытаемся восполнить этот пробел доктринальным толкованием.

Итак, труд — это совокупность всех функций необходимых работающему для трудовой деятельности.

Трудовая деятельность — это правомерная деятельность физического лица по удовлетворению своих потребностей путем создания, распределения, перераспределения и потребления материальных и нематериальных благ.

Функция (трудовая) — конкретные действия, выполняемые работающим в процессе трудовой деятельности.

Таким образом, труд — это совокупность всех действий работающего, необходимых ему для осуществления правомерной деятельности по удовлетворению своих потребностей.

Работа — обособленный объем функций, выполняемый работающим в определенном темпе за определенное время и с определенным качеством в процессе трудовой деятельности.

Если труд — общая, то работа — частная категория. Есть все основания полагать, что дежурство относится к категории конкретного.

С учетом изложенного, можно сформулировать определение дежурства следующим образом: дежурство — состояние готовности работающего к исполнению служебных обязанностей во внерабочее время. Поэтому дежурства не следует путать с работой.

Изложенное означает, что оплата дежурства должна производится не так, как это происходит с оплатой сверхурочных или других работ во внеурочное время.

2. Компенсация дежурства

Из Постановления Секретариата ВЦСПС от 02.04.1954 г. «О дежурствах на предприятиях и учреждениях» («Бюллетень ВЦСПС», 1954, № 8) следует, что оплата дежурств не производится, поскольку они компенсируются предоставлением работнику в течение 10 дней отгула такой же продолжительности, что и само дежурство. Продолжительность дежурства или работы вместе с дежурством не может превышать нормальной продолжительности рабочего дня.

Тут необходимо отметить, что практика знает несколько видов дежурств. Основных из них два — «дежурство» в рабочее время и дежурство во внерабочее время. Вряд ли у кого-нибудь возникнет мысль не оплатить дежурство в рабочее время, например, дежурному сантехнику.

Отсюда следует еще один важный вывод — необходимо различать работу дежурного (электрика, следователя, врача) и дежурство работника. Работа дежурного чаще всего подразумевает сменный характер работы (дежурная смена и т.п.) и особых сложностей не вызывает. Мы же ведем речь только о дежурстве работника.

В первом случае оплата должна производиться в установленном порядке, во втором — компенсироваться отгулом. Возможность замены отгула денежной компенсацией из федеральных и региональных норм не вытекает, в том числе при увольнении работника, не сумевшего по той или иной причине использовать свои отгулы в установленном порядке.

Следует допустить, что замена неиспользованного отгула денежным эквивалентом может быть предусмотрена коллективным трудовым договором и/или локальным нормативным актом конкретного работодателя.

Особенно это нужно при увольнении работника. В этом случае более чем уместным будет обращение за аналогией к ст. 126 «Замена ежегодного оплачиваемого отпуска денежной компенсацией» и ст.127 «Реализация права на отпуск при увольнении работника» Трудового кодекса РФ.

3. Отгул

Надо ли говорить, что понятие «отгул» в Трудовом кодексе РФ также отсутствует. Для восполнения этого пробела вновь воспользуемся доктринальным толкованием.

Отгул — дни или часы отдыха за сверхурочную работу или дежурство.

Если в случае со сверхурочной работой дополнительный день отдыха в качестве альтернативы повышенной оплате за труд может быть предоставлен лишь по согласованию с работником, то в случае с дежурством отгул выглядит единственно возможной мерой компенсации. Следует озаботиться и таким феноменом, как «ночное дежурство».

Можно предположить, что предоставление четырех часов отгула за четыре часа ночного дежурства будет не совсем справедливым, поскольку такое дежурство сопряжено не только с использованием нерабочего времени, но и с лишением работника сна, т.е. с нарушением биологического ритма индивида, на восстановление которого требуется дополнительное время отдыха.

В любом случае ночное дежурство несовершеннолетних и женщин, имеющих малолетних детей, должно быть исключено, хотя прямо об этом в действующих нормативных актах не говорится.

Понятие «отгул» шире понятия «день отд


убрать рекламу


ыха», которым оперирует ст. 153 Трудового кодекса РФ.

Во-первых, отгул может являть собой не один, а, например, два дня отдыха, если работник дежурил в воскресение и субботу.

Во-вторых, отгул может состоять из нескольких часов, если работник, например, находился на дежурстве половину рабочего времени.

Обращает на себя внимание и разночтение в статьях 152 «Оплата сверхурочной работы» и 153 «Оплата труда в выходные и праздничные нерабочие дни» Трудового кодекса РФ.

Первая толкует о «дополнительном времени отдыха», второй предусмотрен «другой день отдыха». Это можно объяснить тем, что в соответствии со ст. 99 «Сверхурочная работа» Трудового кодекса РФ сверхурочные работы для каждого работника не могут продолжаться более 4 часов в течение 2 дней подряд.

4. Вопросы учета

И, наконец, последнее. Если дежурство — не работа, а отгул — дни или даже часы отдыха, то возникает вопрос, как вести их учет? Очевидно, что существующие схемы на это не рассчитаны.

Как приказ Минфина РФ от 10.02.06 г. № 25-н «Об утверждении Инструкции по бюджетному учету», так и постановление Госкомстата России от 05.01.2004 № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты», предусмотревшие условные обозначения (буквенный и цифровой коды) для ведения табеля учета рабочего времени и оплаты труда (формы Т-12 и Т-13), ответа на этот вопрос не содержат.

Поскольку рабочее время и его суммированный учет остаются за скобками (см. постановление Госкомстата России), на оплату труда дежурства и отгулы прямого непосредственного влияния не оказывают (см. приказ Минфина РФ), постольку в табель рабочего времени вносить соответствующие отметки, видимо, не требуется. Работодатель вправе вести учет дежурств и отгулов по другой, произвольной, форме.

Малореальной выглядит возможность составления графика отгулов по аналогии с графиком отпусков (ст. 123 Трудового кодекса РФ). Однако, если предположить возможность составления графика дежурств, то составление графика отгулов выглядит теоретически возможным. Эти и другие нюансы правового регулирования дежурств еще ждут своего времени. Надо надеяться, что когда-нибудь оно все же наступит.

Источник

Дежурный по апрелю / В. Панкратов // Охрана труда и социальное страхование. — 2007. — № 11 — С. — Инспектор труда. — Ноябрь 2007. С. 23-25.


ТРУДОВЫЕ СПОРЫ И СОЦИАЛЬНОЕ СТРАХОВАНИЕ ПРИ БАНКРОТСТВЕ

https://syg.ma/@v-pankratov/trudovyie-spory-i-sotsialnoie-strakhovaniie-pri-bankrotstvie


Некоторые процедуры, предшествующие ликвидации юридического лица, например, процедура банкротства, существенно ограничивают его гражданскую дееспособность, но, в основном, не затрагивают сферу трудового права. Тут необходимо отметить, что задолженность работодателя по заработной плате не является поводом для начала процедуры банкротства.

Ситуация с банкротством интересна еще и тем, что вносит изменения в перечень органов, прикосновенных к рассмотрению трудовых разногласий. Это, бесспорно, вторжение в сферу трудового права. По очень узкому кругу вопросов, входящих в предмет трудового спора, решение может принимать арбитражный суд.

Статья 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установила, что разногласия между представителем работников должника и арбитражным управляющим о составе и размере требований по выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающим по трудовым договорам, рассматривает арбитражный суд. При этом сделана оговорка, что трудовые споры между должником и работником должника рассматриваются в порядке, определенном трудовым законодательством и гражданским процессуальным законодательством, т.е. по мысли разработчиков — не арбитражными судами.

В соответствии со ст. 381 Трудового кодекса РФ трудовым спором признается неурегулированное разногласие между работодателем и работником по вопросам применения законов, содержащих нормы трудового права, о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Очевидно, что п. 11 ст. 16 Закона «О банкротстве» как раз и содержит нормы трудового права. Тот факт, что трудовые разногласия в данном случае увязываются с реестром требований кредиторов, определяющего значения не имеет, т.к. это не меняет природы разногласий, вытекающих непосредственно из трудового договора.

Единственным доводом в пользу утверждения, что арбитражный суд в процессах по банкротству рассматривает не трудовые, а экономические споры, вытекающие, например, из разногласий по оплате труда, является ссылка ст. 16 закона «О банкротстве» на гражданское процессуальное законодательство, которым арбитражные суды в настоящее время не руководствуются, используя для отправления правосудия АПК РФ.

Логика очевидна. Если спор трудовой — его разрешают в соответствии с трудовым или гражданско-процессуальным законодательством. Арбитражный суд не использует ни того, ни другого, следовательно, арбитражный суд не является органом по рассмотрению трудовых споров. Однако теоретических препятствий против использования судьей арбитражного суда процессуальных норм гражданского права не существует, как не существует их для применения судьей общего суда норм уголовного, гражданского или административного права, включая процессуальную их часть.

В таких условиях сформулированная позиция о том, что разногласия по составу и размеру выходного пособия или по оплате труда лиц, работающих по трудовому договору, переходят после объявления процедуры банкротства из разряда трудовых в категорию экономических споров, требует, как минимум, более тщательной теоретической проработки. Без этого мы вынуждены будем признать, что задолженность по выплате выходных пособий и оплате труда является безусловным поводом к банкротству и работники (их представители) вправе инициировать банкротство своего работодателя.

Однако не только инициировать банкротство, но даже с самостоятельными требованиями о разрешении разногласий о составе, размере оплаты труда и выходных пособий работник должника в деле о банкротстве в индивидуальном порядке обращаться не вправе [1].

Указанная позиция противоречит гражданско-правовому институту представительства, в соответствии с которым объем полномочий представителя не может быть больше объема полномочий представляемого праводееспособного лица.

Объем полномочий, например, адвоката в процессе, может быть меньше или равен объему полномочий его подзащитного, но он не может превышать его. Эту мысль можно сформулировать и по-другому: если определенное полномочие есть у представителя, то оно, тем более, есть и у представляемого. В данном же случае представитель работников имеет право обратиться в арбитражный суд, а сами работники — нет.

Чем коллективный трудовой спор отличается от индивидуального трудового спора, особенно, если и тот и другой решаются с участием представителей работников? Основное отличие заключено в разных предметах спора.

Предмет коллективного трудового спора определен в ст. 398 Трудового кодекса РФ. Упомянутые в ст. 16 Закона «О банкротстве» разногласия (например, очередность выплаты заработной платы) к самостоятельному предмету коллективного трудового спора отношения не имеют. Следовательно, они составляют предмет индивидуального трудового спора, даже если подобные разногласия являются общими для всех или нескольких работников одновременно.

В ином случае невозможно объяснить требование судебной практики о необходимости для работников обращаться в суд именно общей юрисдикции, поскольку к органам по разрешению коллективных трудовых споров общие суды не относятся (ст.401 Трудового кодекса РФ) [2].

Вторжение Федерального закона «О банкротстве» в трудоправовоую сферу повлекло за собой и другие последствия. В частности, после принятия Федерального закона от 24.07.98 г. № 125-ФЗ «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательства по возмещению вреда перешли от работодателя к единому страховщику — Фонду социального страхования РФ.

Работодатель как застраховавший свою ответственность уже не отвечал перед работником, поэтому вина работодателя перестала быть условием для возмещения вреда здоровью пострадавшего либо критерием для определения его размера. Письмом от 20.06.01 г. № 02-18/17-4445 Фонд социального страхования РФ разъяснил, что назначение застрахованному работнику страховых выплат производится независимо от того, кто виновен в причинении вреда — работодатель или лицо, с которым пострадавший не состоял в трудовых отношениях [3].

Однако ст. 107 Федерального закона «О банкротстве» возложила на работодателя в случае признания банкротом обязанности по капитализации повременных платежей, которые пострадавший получал из средств предприятия, т.е., по мнению К.И. Забоева произошло такое смешение деликтных и страховых отношений, при котором не выдерживается логика ни тех, ни других [4]. С этим мнением можно согласиться, поскольку предприятия, не проходившие процедуру банкротства, просто передали личные дела своих инвалидов в Фонд социального страхования РФ, который продолжил выплату им денежных сумм в счет возмещения вреда уже из своих средств. Никакой капитализацией передача личных дел не сопровождалась.

Такой подход к вопросам социального страхования нельзя назвать случайным. Федеральный закон № 202-ФЗ «О бюджете Фонда социального страхования РФ на 2005 г.» (статья 8) предусмотрел, что выплата пособия по временной нетрудоспособности за первые два дня нетрудоспособности должна производится за счет средств работодателя, а не за счет средств ФСС РФ. Это произошло вследствие уменьшения «доли» соцстраха в Едином социальном налоге с 4% до 3,2%.

Однако выплата пособия не из страховых средств означает, что в отношении одного работника работодатель одновременно выступает и страхователем, и страховщиком, что, безусловно, является снижением уровня гарантий при временной нетрудоспособности работающих, особенно при банкротстве. Если средняя продолжительность временной нетрудоспособности в 2002 г., например, в Санкт-Петербурге составила 11 дней, [5] то путем несложных вычислений можно определить — два дня от одиннадцати составят 18,1%.

Именно на такой процент снизился уровень гарантий, если бы средний показатель продолжительности временной нетрудоспособности за 2002 г. был повторен в Санкт-Петербурге в 2005 г. Тенденции к сокращению подобных сроков, к сожалению, пока не наблюдается. С другой стороны, вряд ли можно подобную 2-х дневную выплату назвать пособием, поскольку она производится за счет средств работодателя, а не из страховых денег.

Письмом «О пособиях по временной нетрудоспособности и по беременности и родам» от 18 февраля 2002 г. N 02-18/05/1136 Фонд социального страхования Российской Федерации довел до сведения неопределенного круга лиц, что в случаях «если временная нетрудоспособность или отпуск по беременности и родам продолжались не полный календарный месяц, дневное (часовое) пособие, исчисленное в установленном порядке из фактического заработка работника (в процентах, в зависимости от продолжительности непрерывного трудового стажа и других обстоятельств), не должно превышать максимальную величину дневного (часового) пособия в данном календарном месяце, рассчитанную исходя из максимального размера пособия за полный календарный месяц».

Предложенный порядок расчета противоречит Федеральному закону «О бюджете фонда социального страхования Российской Федерации» (в редакции от 29.12.2004 г.), которым установлено, что пособие по временной нетрудоспособности исчисляется из среднего заработка, который расчитывается в соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, а также Трудовому кодексу Российской Федерации, статьей 139 которого для всех случаев определения размера средней заработной платы установлен единый порядок ее исчисления, а статьей 183 констатируется, что размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральным законом.

Общий размер пособия по временной нетрудоспособности может быть ограничен только зафиксированным в законе максимальным размером месячного, а не дневного пособия. Он зависит от размера среднемесячного заработка, но не от максимальной величины дневного пособия, получаемой путем деления максимального размера пособия за календарный месяц (в 1985 г. — 12480 руб.) на количество рабочих дней, как это предложено в письме.

Предложенный Фондом порядок расчета приводит к реальному занижению размера пособия по временной нетрудоспособности тем работникам, чей среднемесячный заработок превышает 12480 руб., если они проболели менее одного месяца.

Выплачивать заболевшим работникам недостающие суммы с других статей сметы расходов работодатель, финансирующийся за счет бюджетных средств, не вправе. Распорядится экономией денежных средств, возникшей вследствие незаконного занижения размеров пособия, страхователь также не имеет возможности.

Отсутствие регистрации в Министерстве юстиции Российской Федерации свидетельствует, что письмо Фонда не является нормативным актом. Вместе с тем, оно обладает признаками правового акта, т.к. адресовано территориальным органам фонда, которым поручено довести его до сведения всех страхователей. Этим письмом определен характер отношений суда с работниками (застрахованными лицами) и самим Фондом (страховщиком) на неопределенный период времени.

Для правильной оценки статуса письма необходимо обратиться к Положению о Фонде социального страхования РФ, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 12.02.1994 г. № 101 (в редакции от 02.08.2005 г.), в соответствии с п. 2 которого Фонд является специализированным финансово-кредитным учреждением при Правительстве РФ. Из п. 21 Положения следует, что положения, инструкции и другие документы Фонда, принятые в установленном порядке для обеспечения государственных гарантий по социальному страхованию, подлежат обязательному исполнению страхователями. Следовательно, письмо Фонда от 18.02.2002 г. (другой документ) является правовым актом.

Из п. 3 Правил подготовки актов Фонда социального страхования РФ, имеющих нормативный характер, и их государственной регистрации, утвержденных постановлением от 31.01.2002 г. вытекает, что акты Фонда, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений и приказов. Издание актов Фонда, имеющих нормативный характер, в виде писем и телеграмм не допускается. Следовательно, письмо от 18.02.2002 г. не является нормативным актом.

Общий вывод: письмо Фонда социального страхования РФ от 18.02.2002 г. является ненормативным правовым актом специализированного финансово-кредитного учреждения при Правительстве РФ, которым положение работающих ухудшено. В письме незаконно сформулирована новая норма — введен в оборот так называемый максимальный размер дневного пособия и предложен порядок его использования при расчете общего размера пособия.

С введением в действие Трудового кодекса РФ тенденция по снижению уровня государственных гарантий работающих не прекратилась. Федеральный закон от 31.12.2002 г. № 190-ФЗ «Об обеспечении пособиями по обязательному социальному страхованию граждан, работающих в организациях и у индивидуальных предпринимателей, применяющих специальные налоговые режимы, и некоторых других категорий граждан» установил, что ФСС РФ выплачивает заболевшему пособие в сумме, которая не превышает одного минимального размера оплаты труда в месяц (за исключением несчастного случая или профессионального заболевания). В части, превышающей эту сумму, пособие застрахованному выплачивает работодатель [6].Естественно, если располагает соответствующими средствами.

В развитие этой тенденции Федеральный закон № 202-ФЗ «О бюджете фонда социального страхования РФ на 2005 г.», как уже отмечалось, обязал работодателей из собственных средств оплачивать пособие по временной нетрудоспособности в течение ее первых двух дней. Из Федерального закона «Об основах государственного социального страхования» №165-ФЗ (статьи 7 и 8) следует, что временная нетрудоспособность является страховым риском, а пособие по временной нетрудоспособности — видом страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию, т.е. государственным пособием [7].

Таким образом, переложив часть своих обязанностей по выплате пособий на плечи работодателя, государство и в этом случае снизило уровень защищенности работника. Во-первых, нельзя исключить, что в результате тяжелой финансовой ситуации у предприятия, например, в стадии банкротства, просто не окажется средств для выплаты этой части пособия, во-вторых, негативное отношение некоторых работодателей к болезни своих работников еще больше усилится.

Сноски

[1] См., например, Судебно-арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения. № 3/май-июнь 2004 г. Стр. 42.

[2] Панкратов В.В. Российское право охраны труда. Краткий курс. Часть общая –М.:ЗАО «Издательство «Образование». 2005. С. 36.

[3] Вестник государственного социального страхования. Социальный мир. 2001. № 8.

[4] Забоев К.И. Правовая природа капитализируемых повременных платежей при банкротстве //Арбитражная практика. 2005. ¹ 1. С. 3-6.

[5] htpp:// rofss.testing.spb.ru/news/pressrel?id=99

[6] См. постановление Минтруда России и ФСС РФ от 18.04.03 г. № 20/43.

[7] Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.М. Куренной, С.П. Маврин, Е.Б. Хохлов. — М.: Юристъ, 2005. С. 606.

Источник

Трудовые споры и социальное страхование при банкротстве / В. Панкратов // Современные тенденции в развитии трудового права и права социального обеспечения: материалы Международной научно-практической / под ред. К.Н. Гусова. — М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. С. 554-559.


ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА ПРИ БАНКРОТСТВЕ

https://syg.ma/@v-pankratov/zarabotnaia-plata-pri-bankrotstvie


Практика свидетельствую, что организации, находящиеся в стадии банкротства, составляют значительный пласт должников по заработной плате. Особенности гражданского законодательства вносят существенные коррективы в вопросы надзора и контроля за исполнением требований трудового законодательства в этой части.

Помимо органов прокуратуры, к вопросам обеспечения законности в данной сфере правового регулирования прикосновенны не только органы Федеральной службы по труду и занятости, но и другие государственные структуры, разграничение полномочий между которыми представляет определенную трудность. Вместе с тем, действующее законодательство не содержит каких-либо противоречий, делающих эту трудность непреодолимой.

1. Текущая и кредиторская задолженности

Несостоятельность (банкротство) — признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и/или исполнять обязанности по уплате обязательных платежей. Согласно ст.11 ратифицированной Российской Федерацией Конвенции МОТ № 95 ”Об охране заработной платы” (1949 г.) при банкротстве предприятия или его ликвидации в судебном порядке работники пользуются положением привилегированных кредиторов.

Зарплата, составляющая привилегированный кредит, подлежит выплате полностью, до того как обычные кредиторы смогут потребовать свою долю. Очередность погашения задолженности по зарплате по отношению к другим видам привилегированного кредита определяется национальным законодательством.

Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) предусмотрены три последовательно удовлетворяемые очереди.

Первая — расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, а также компенсация морального вреда.

Вторая — расчеты по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений по авторским договорам.

Третья — расчеты с другими кредиторами.

Вознаграждение арбитражного управляющего утверждается арбитражным судом, оно является текущим обязательством и погашается вне очереди за счет конкурсной массы должника.

Получение арбитражным управляющим вознаграждения при наличии текущей задолженности по заработной плате перед работниками является доказательством его умысла на совершение административного правонарушения. Вне очереди погашается и задолженность по заработной плате, возникшая после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом. Такая задолженность также носит наименование текущей.

В соответствии со ст. 27 Закона о банкротстве к должнику применяются следующие процедуры — наблюдение (временный управляющий), финансовое оздоровление (административный управляющий), внешнее управление (внешний управляющий), конкурсное производство (конкурсный управляющий) и мировое соглашение (возможно на любой стадии). При этом все управляющие носят название арбитражных.

На стадии наблюдения задолженность по заработной плате может быть погашена работодателем только с разрешения арбитражного управляющего.

На стадии внешнего управления на выплату задолженности по заработной плате (как и на другие обязательства) распространяется мораторий сроком на 2 года.

На стадии конкурсного производства задолженность по заработной плате гасится в порядке очереди.

Задолженность по заработной плате не может быть предметом мирового соглашения.

2. Формализация кредита

Согласно ст. 4 Закона о банкротстве размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом.

Задолженность по заработной плате, возникшая до введения процедуры банкротства, формализуется, в основном, двумя способами:

— в момент оформления исполнительного документа (в т.ч. исполнительного листа), если задолженность по заработной плате была предметом рассмотрения компетентного органа (в т.ч. суда общей юрисдикции) в порядке индивидуального трудового спора;

— в момент утверждения арбитражным судом представленного арбитражным управляющим отчета, составной часть которого является реестр кредиторов, где указаны работники, размер и период задолженности по заработной плате перед ними.

С момента формализации долги по заработной плате обретают статус кредита, а работники — кредиторов. Следует, однако, иметь в виду, что обретение подобного статуса не означает утраты долгами статуса заработной платы, также как работники, получив статус кредиторов, не утрачивают своего трудоправового статута.

После формализации долги по зарплате подлежат статистическому учету в качестве таковых. Иное означало бы освобождение работодателя от обязанности произвести с работником полный расчет в день увольнения такого кредитора, как того требует ст. 140 Трудового кодекса РФ.

Арбитражный управляющий представляет суду отчет при введении первой и при переходе к каждой последующей процедуре банкротства. В каждом последующем отчете размер и период задолженности по заработной плате могут отличаться от предыдущих. Юридически значимым является последний утвержденный судом отчет арбитражного управляющего и зафиксированные в нем размеры и период задолженности по заработной плате.

Не зафиксированные в утвержденном судом отчете арбитражного управляющего суммы задолженности по заработной плате не являются кредитом и должны быть выплачены во внеочередном порядке.

Пример. В утвержденном судом отчете арбитражного управляющего сведения о задолженности по заработной плате за 2004 г. отсутствуют, однако при проверке установлено, что окончательный расчет с работником, уволенным в 2004 г., не произведен. Мораторий и очередность на выплату такой задолженности не распространяется. Препятствий для составления государственным инспектором труда административного протокола не имеется.

3. Функции надзора и контроля

Функции уполномоченного органа возложены на Федеральную налоговую службу Российской Федерации, которая вправе обращаться в арбитражные суды с заявлениями о банкротстве организаций, являющихся должниками перед государственным бюджетом. При задолженности от 100 млн. руб. — ФНС РФ, от 50 до 100 млн. руб. — территориальные органы ФНС РФ, до 50 млн. руб. — налоговые инспекции. При запросах следует ссылаться на приказ ФНС РФ от 18.10.04 г. № САЭ-3-19/[email protected]

Функции регулирующего органа по вопросам несостоятельности (банкротства) от имени государства осуществляет Федеральная регистрационная служба Российской Федерации (ФРС) и ее территориальные органы, которые рассматривают жалобы и заявления на неправомерные действия арбитражного управляющего и принимают к нему меры воздействия.

Органы ФРС рассматривают жалобы и заявления в соответствии с принципом территориальности, т.е. в том субъекте Российской Федерации, арбитражный суд которого принял заявление о признании должника банкротом. Как правило, это совпадает с местом регистрации организации — должника (юридическим адресом).

Контролирует действия своих членов — арбитражных управляющих так называемая саморегулируемая организация арбитражных управляющих (СРО) — некоммерческая организация, включенная в Единый государственный реестр саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. СРО обязана рассматривать жалобы на действия своего члена, реализующего функции арбитражного управляющего в деле о банкротстве и принимать к нему меры воздействия.

На деятельность СРО принцип территориальности не распространяется. Арбитражный управляющий, участвующий в деле о банкротстве организации, расположенной, например, в Московской области, может быть членом СРО, зарегистрированной и расположенной в любом другом субъекте Российской Федерации. На территории Московской области зарегистрирована всего одна такая организация — СРО «Дело» (г. Дубна).

Как правило, в субъектах федерации координирует взаимодействие органов исполнительной власти, органов местного самоуправления, муниципальных образований и СРО специальный орган. На территории Московской области это Межведомственная комиссия по обеспечению участия исполнительных органов государственной власти Московской области в делах о банкротстве и в процедурах банкротства, которая обладает необходимой полноты информацией о банкротных предприятиях и арбитражных управляющих.

Для защиты прав работников должника Закон о банкротстве предусматривает участие их представителя в собрании кредиторов. Такое участие дает возможность коллективу работников иметь представление о ходе и результатах банкротства. При возникновении разногласий с арбитражным управляющим представитель работников может обратиться в арбитражный суд.

4. Разграничение полномочий между государственной инспекцией труда и органом ФРС

За нарушение требований действующего законодательства в части внеочередных выплат (задолженность по заработной плате, возникшая после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или существовавшая до принятиясудом такого заявления, но не включенная в утвержденный судом отчет арбитражного управляющего) государственный инспектор труда привлекает арбитражного управляющего к административной ответственности в соответствии с КОАП РФ.

В случае нарушения действующего законодательства арбитражным управляющим, ранее привлеченным к административной ответственности за совершение аналогичного правонарушения, государственный инспектор труда оформляет материалы на его дисквалификацию в соответствии с ч. 2 ст.5.27. КОАП РФ.

При наличии признаков уголовно-наказуемого деяния государственный инспектор труда направляет собранные материалы в органы прокуратуры для решения вопроса о возбуждении в отношении арбитражного управляющего уголовного дела в соответствии с УПК РФ.

Привлечение арбитражного управляющего к административной ответственности не освобождает согласно ч. 3 ст. 2.1. КОАП РФ от административной ответственности юридическое лицо, делами которого он руководит.

Для устранения выявленных нарушений государственный инспектор труда в установленном порядке вносит арбитражному управляющему предписание.

Для устранения причин и условий, способствовавших совершению арбитражным управляющим административного правонарушения, государственный инспектор труда в соответствии со ст. 29.13. КОАП РФ вносит представление в СРО.

При наличии доверенности установленного образца государственный инспектор труда вправе обратиться от имени представителя работников в арбитражный суд по поводу разногласий с арбитражным управляющим.

За нарушение требований действующего законодательства в части очередных выплат (заработка, ставшего кредитом) арбитражного управляющего к административной ответственности в соответствии с Законом о банкротстве привлекает арбитражный суд.

Протокол об административном правонарушении в отношении арбитражного управляющего за невыплату заработной платы, ставшей кредитом, либо за нарушение очередности ее выплаты составляют и направляют в арбитражный суд органы ФРС.

При наличии оснований государственный инспектор труда по результатам проверки направляет в органы ФРС заверенные копии акта и других материалов о выявленных нарушениях в действиях арбитражного управляющего для решения вопроса о составлении административного протокола. В сопроводительном письме должна содержаться просьба к органам ФРС сообщить о результатах рассмотрения такого обращения.

Случаи сочетанного нарушения арбитражным управляющим действующего законодательства о выплате заработной платы.

В случае сочетанного нарушения арбитражным управляющим действующего законодательства государственный инспектор труда в пределах своей компетенции в соответствии с КОАП РФ и другими законодательными актами самостоятельно принимает к нему меры реагирования в части внеочередных выплат. Прин


убрать рекламу


ятие мер инспекторского реагирования не является препятствием для принятия к арбитражному управляющему мер со стороны ФРС.

Государственный инспектор труда после принятия к нарушителю мер инспекторского реагирования направляет в органы ФРС необходимые материалы для решения вопроса о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности в соответствии с Законом о банкротстве в части очередных выплат. При этом в сопроводительном письме помимо просьбы сообщить о результатах рассмотрения для сведения ФРС излагается полный перечень принятых к арбитражному управляющему мер инспекторского реагирования.

При поступлении из органов ФРС материалов в отношении арбитражных управляющих государственный инспектор труда рассматривает их в пределах своей компетенции в соответствии с КОАП РФ. Принятие мер со стороны органов ФРС не является препятствием для принятия к арбитражному управляющему мер инспекторского реагирования.

5. Арбитражный управляющий как специальный субъект правового регулирования

Немалые споры в свое время вызывал статус арбитражного управляющего. В настоящее время споры утихли, судебные инстанции определились, разночтения по вопросу принадлежности арбитражного управляющего к категории должностных лиц приведены к общему знаменателю.

Под должностным лицом следует понимать лицо, постоянно, временно или в соответствии со специальными полномочиями осуществляющее функции представителя власти, то есть наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся в служебной зависимости от него, а равно лицо, выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных организациях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации (Статья 2.4. КОАП РФ от 30 декабря 2001 года N 195-ФЗ).

Субъектом ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 5.27 КОАП РФ за нарушение норм административного законодательства, является должностное лицо. В силу статьи 2.4 КОАП РФ лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительньгх или административно-хозяйственных функций, несут административную ответственность как должностные лица, если законом не установлено иное.

На основании статьи 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложено осуществление полномочий руководителя должника (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27 сентября 2005 г. N 7460/05).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве руководителем должника признается единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Вывод: арбитражный управляющий как член СРО, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, не является должностным лицом, однако в административном праве на него в части ответственности распространен режим должностного лица, как, например, в праве социального обеспечения на некоторые категории воинов-афганцев в части получения льгот распространен режим инвалидов и участников ВОВ.

Арбитражные управляющие привлекаются к административной ответственности по месту нахождения юридического лица, банкротством которого они руководят, а не по месту своего жительства, месту регистрации в качестве ПБЮЛ или месту расположения СРО.

Изложенное со всей очевидностью свидетельствует, что обеспечить режим законности в вопросах выплаты заработной платы на банкротном предприятии возможно, для этого необходимо лишь усилить координирующий момент в деятельности государственных органов, обладающих полномочиями по осуществлению надзора и контроля в этой области правового регулирования.

Источник

Заработная плата при банкротстве. Вопросы надзора / В.В. Панкратов // Законодательство», 2006, № 9. С. 64-67.


ГОСУДАРСТВЕННАЯ ВЛАСТЬ И ФОРМА ЗАЩИТА ПРАВА

https://syg.ma/@v-pankratov/gosudarstviennaia-vlast-i-forma-zashchita-prava


В третьем номере журнала «Судебно-арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения» опубликована статья Невзорова И.В. «Проблема противоречия принципа судебной защиты прав принципу разделения исполнительной и судебной властей».

В ней автор детально разбирает «коллизию» норм, закрепленных в 10 и 46 статьях Конституции РФ. В результате анализа делается вывод о том, что принцип разделения властей (статья 10) имеет приоритет над «другим принципом судопроизводства в России» — принципом судебной защиты прав (статья 46).

Следует отдать должное логике автора, пришедшего к данному выводу, используя статью 16 Конституции РФ, в соответствии с которой никакие положения Конституции не могут противоречить основам конституционного строя.

Однако нельзя не обратить внимания на некоторые допущенные автором ошибки и неточности, ставящие под сомнение его основной вывод, а именно —«принцип судебной защиты действует только в той части, в которой он не противоречит принципу разделения властей в Российской Федерации.

Спор, при рассмотрении которого суд вынужден осуществлять действия, составляющие компетенцию другой ветви власти, не может быть разрешен в судебном порядке. Соответственно, суд при рассмотрении иска, не подлежащего рассмотрению в суде, поданного лицом, не обладающим правом на судебную защиту, прекращает производство по такому делу».

Начнем с того, что в чистом виде «разделения властей» в российской правовой доктрине не существует. Государство — одно, народ — один, суверенитет — один, следовательно, и государственная власть — одна. Так, собственно, и записано в статье 10 Конституции РФ.

Разделена не сама государственная власть, а ее органы — на законодательные, исполнительные и судебные. Именно такое разделение провозглашено основой осуществления единой государственной власти в Российской Федерации.

Нельзя также говорить о принципе разделения, имея в виду только исполнительную и судебную власти и забывая власть законодательную. Не следует также термин «осуществление» отождествлять с термином «существование», поскольку в первом случае речь идет о действии, а во втором — о бытии.

Иными словами, государственная власть только действует (т.е. функционирует) на основе разделения, а не существует в изначально разделенном виде как некая сумма трех относительно самостоятельных (обособленных) властей. В данном случае можно провести аналогию с правом собственности, которое существует в виде сплава правомочий по владению, пользованию и распоряжению.

Пример с правом собственности позволяет использовать и следующий довод. Если убрать одно из трех правомочий (по владению, пользованию и распоряжению), нельзя будет говорить и о существовании права собственности.

Предположим, что в силу каких-либо законных обстоятельств деятельность судебных органов будет приостановлена (как в известном случае с Конституционным Судом РФ) или же вообще прекращена, а их полномочия перейдут, к примеру, органам военного управления. Исчезнет ли при этом государственная власть? Отнюдь нет.

Объявление судебной защиты прав принципом судопроизводства России является смелым и дискуссионным предложением автора.

Защита представляет собой совокупность мер, обеспечивающих неприкосновенность прав, свобод и интересов субъектов общественных отношений. Защита является частью (разновидностью) механизма правового регулирования, с помощью которого правовой режим охраны достигает своих целей по обеспечению безопасности участников общественных отношений.

В теории сложилось достаточно устойчивое понимание, что способ защиты права является категорией материального права и реализуется, например, путем признания права или пресечения действия правонарушителя. Форма защиты права — процессуальная категория, под которой понимается деятельность компетентных органов по защите права.

Таким образом, судебная защита является одной из форм защиты прав, а вовсе не принципом российского судопроизводства. Какого-либо обоснования тому, что данная правовая категория должна или может быть отнесена к принципам правового регулирования, автор в своей работе, к сожалению, не приводит.

Говоря о подмене судом исполнительных органов, Невзоров И.В. цитирует некоторые нормативные акты в части, устанавливающей правомочия этих органов (Положение о Федеральной службе по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам, Таможенный кодекс РФ, Патентный закон РФ и др.). При этом он оставляет без внимания то обстоятельство, что во всех приведенных им случаях говорится только о полномочиях исполнительных органов, но не об их прерогативе.

Под прерогативой понимают объем полномочий участника общественных отношений, ни при каких условиях не подлежащих исполнению другими субъектами права. Например, законодательные полномочия Федерального Собрания РФ.

Полномочиями, не являющимися прерогативой, могут быть наделены одновременно несколько органов (на практике это встречается не так уж и редко). Например, полномочиями возбуждать уголовные дела в ряде случаев наделен не только прокурор, но и следователь Министерства внутренних дел, а также его руководитель.

Прокуратура, в отличие от МВД, к исполнительным органам не относится. Следуя логике Невзорова И.В., прокурор должен прекращать производство по жалобам адвокатов, поскольку те имеют возможность обжаловать некоторые действия следователя у начальника следственного отдела. Зачем тогда нужен прокурор?

Представляется, что довод о необходимости прекращать производство по делу только на основании совпадения некоторых полномочий суда и исполнительного органа требует дополнительных доказательств. Иначе, зачем тогда нужен суд?

Полагаю, нет необходимости доказывать, что прекращение дела, как это предлагает делать автор статьи, означает сокращение полномочий суда. Сегодня, используя критерий совпадения функций, отстраним суд от рассмотрения административных дел, завтра — от гражданских, а послезавтра — от уголовных. Отдадим печать начальнику УВД, который и с арестами справится, и осудить сможет, а, при необходимости, и приговор приведет в исполнение.

Показательный в этом смысле пример из правоприменительной практики приводит Скуратов Ю.И. Сразу после войны Одессу захлестнул вал преступности. Особенно свирепствовали ночные грабители. Задачу навести порядок Сталин И.В. поставил перед командующим Одесским военным округом, который вывел на улицы города всех офицеров штаба, одетых в гражданское платье.

За одну ночь в момент совершения преступных посягательств были уничтожены 2 тысячи нападавших. Порядок был наведен.

Поэтому стоит еще и еще раз подумать, следует ли при совпадении полномочий исполнительных и судебных органов прекращать производство по делу именно в суде.

Может быть, оставить все как есть, а если уж совсем невмоготу, то продолжить вектор общественного развития в сторону прогресса и отобрать у исполнительных органов те функции, которые они исполняют из рук вон плохо, обрекая нас по каждому нужному и ненужному поводу обращаться за защитой своих прав в суд.

И пусть уже исполнительные органы прекращают производство по жалобам на своих работников в связи с тем, что часть полномочий перешла от административной системы к судебной, а не наоборот. Призывать к иному — означает ратовать за регресс в развитии общественных отношений.

Уместно привести следующую цитату: «Вообще институционалисты знают такую вещь: если какой-то институт сильный, а другой — слабый, то сильный начинает брать на себя функции слабого…

В Италии, например, очень слабая администрация, но очень сильные по европейским понятиям суды. Поэтому важные случаи, которые в Германии, например, решает администрация, итальянские суды подгребают под себя. Итальянцы понимают, что лучше идти в суд, потому что в администрации — бардак».

В связи с изложенным, вопрос Невзорову И.В. — какую оценку он может дать российской бюрократии?

Очевидно, что «больной» вопрос нагрузки (а, точнее, перегрузки) судов необходимо решать другим путем, таким, например, какой предлагает член-корреспондент РАН Яковлев В.Ф. Его не смущает совпадение некоторых функций у суда и органов исполнительной власти.

«Во всем мире, — сказал он на интернет-конференции в компании «Гарант» 18 мая 2005 г., — административное судопроизводство осуществляется сначала в досудебных формах административной юстиции, а потом уже — в судебной форме, то есть осуществляется судебный контроль за деятельностью администрации».

Представляется, что отказываться от судебного контроля за органами исполнительной власти и прекращать дела в суде только для того, чтобы не дублировать их функции, в равной степени нецелесообразно и незаконно, тем более, если поводом для такой меры объявлено противоречие между двумя конституционными принципами правового регулирования, один из которых сформулирован весьма неточно, а существование второго вообще не доказано.

Широкомасштабное дублирование функций — особенность слабой государственной власти переходного периода. Обществу необходимо, чтобы в этот период хоть какой-нибудь орган государственной власти (неважно, какой, главное, чтобы в соответствии с законом) по возможности оперативно решал возникающие у народа проблемы, образно говоря — крутил педали. Иначе велосипед упадет.

Если суды сильнее, они все равно возьмут на себя функции слабой исполнительной власти. Если исполнительная власть хочет оставаться сильной — это не проблемы конституционно-правового регулирования судебной формы защиты прав, это институциональные проблемы исполнительной власти, у которой есть все теоретические и практические возможности для их положительного решения.

Источник

Государственная власть и форма защита права / В.В. Панкратов // Судебно-арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения, 2005, № 6. С. 90-93.

ссылки

https://otherreferats.allbest.ru/law/00261077_0.html

https://base.garant.ru/5235831/


ДВОЙНЫЕ СТАНДАРТЫ И ЕДИНСТВО СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

https://syg.ma/@v-pankratov/dvoinyie-standarty-i-iedinstvo-sudiebnoi-praktiki


В ходе одного из интернет-интервью Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ адвокат Г. Крылова задала В, Яковлеву вопрос о причинах избыточного (по ее мнению) внимания к вопросу единства судебной практики.

Не вдаваясь в подробности, В. Яковлев пояснил, что толкование правовых норм является одной из важнейших функций высшего судебного органа, которая была, есть и сохранится в будущем. Однако в связи с чем такая функция возникла, поему существует и для чего должна сохраняться, не сказал ни слова [1].

1. Норма одна — судебные решения разные

Ответ на вопрос адвоката может представлять определенный интерес. Конечно, наша юридическая техника оставляет желать много лучшего, качество принимаемых законодательных актов общеизвестно, даже довод о том, что жизнь всегда богаче и разнообразней любого закона имеет право на существование. Но это очевидные недостатки правового регулирования, к тому же, и не сегодня возникшие.

Следует, также, признать правоту В. Яковлева в том, что эти недостатки сохраняться и в обозримом будущем. Выходит, мы обречены на разнобой судебной практики и на вечную борьбу за ее единство?

Согласимся, что единообразие судебной практики является благом, отвечающим цели правового регулирования, которое направлено на установление в государстве единого правопорядка, особенно в условиях континентальной системы права. Вести борьбу за такую цель необходимо. Другое дело, — каким образом.

Для начала усомнимся. Если на основании одной нормы суды принимают два различных решения, почему одно из них надо считать незаконным? На законе основаны оба!

С другой стороны, АПК РФ признает, что даже неправильные выводы суда могут привести к принятию правильного решения, зачем два противоречащих друг другу судебных акта обязательно следует приводить к единому знаменателю, ведь каждый из них соответствует общей норме-матери? Выходит, мы зря культивировали принцип диспозитивности? Судейские иерархи ответ на этот вопрос старательно обходят молчанием.

2. Судейская мешанина — первое препятствие на пути к единству практики

Одним из основных факторов, воздействующих на судебную практику с позиций ее единства, является надзорная деятельность высших судебных инстанций, формализованная в акты по конкретным делам; обзоры; обобщения, а также в постановления пленумов.

Такой формы, как постановление пленума нет только у Конституционного Суда РФ. Восполняя этот недостаток, высший орган конституционного контроля ввел в юридический обиход понятие своих так называемых правовых позиций, которые предлагается определять как результат толкования Конституционным Судом РФ Конституции РФ и конституционного смысла иных нормативно-правовых актов.

Объективными признаками правовых позиций являются подконституционность, интерпритационный характер, юридическая обязательность и устойчивость [2]. С устойчивостью, конечно, можно поспорить. От выводов, содержащихся в постановлении пленума, правовые позиции в первую очередь отличаются тем, что формулируются не в результате обобщения разнообразной судебной практики, а в результате теоретической аналитики по конкретному делу.

Дела, как известно, разные, поэтому иная правовая позиция Конституционного Суда РФ способна поставить в тупик не одного юриста, особенно по вопросам налогообложения [3]. Однако в положительном смысле необходимо отметить закрепленную в судебном акте теоретическую аналитику, возможности которой практиками зачастую недооценивается.

Оставим в стороне споры о том, являются ли постановления пленумов самостоятельным источником права. Как по вопросу о смертной казни здесь примерное равенство доводов «за» и «против». Важно другое — в структуре права постановление пленума занимает место в зоне правоприменения, т.е. на конечной стадии процесса правового регулирования, когда общая норма уже превратилась в индивидуальную (объективное право трансформировалось в субъективное).

Представляется, что совершенствование правового регулирования должно начинаться на более ранних этапах, в первую очередь, безусловно, на стадии нормотворчества, но не только. Тут потенциал правовой позиции значительно выше, чем у постановления пленума, как-никак выступающего в качестве вторичного явления применительно к обобщаемой им судебной практике, которая, и это уже отмечалось, сама по себе занимает одну из последних ступеней в процессе правового регулирования.

Высших инстанций у нас три. Многовато. Чересполосица обеспечена. Надо сокращать. Пленумы и правовые позиции двух оставшихся унифицировать, обеспечить их стыкуемость (совместимость) друг с другом.

3. Нормативная мешанина — второе препятствие на пути к единству практики

Повсеместно наблюдаемая сейчас фетишизация практики по понятным причинам бесконечно продолжаться не может, что неминуемо отразится на качестве пленарных постановлений, которые и сегодня далеки от идеала. Возьмем в качестве иллюстрации ситуацию, складывающуюся в трудовом праве, которое испытывает сейчас необычайно сильное воздействие со стороны права гражданского.

В законе (ст. 11 Трудового кодекса РФ) легализован приоритет гражданско-правовых отношений в сфере труда. Трудовые отношения будут признаны существующими только в том случае, если заинтересованные лица докажут такое существование путем применения специальной процедуры. Если не докажут — приоритет останется за гражданским правом. Значение этой нормы для российского трудового законодательства трудно переоценить.

Объективно Трудовой кодекс РФ не отстоял позиций, занимаемых ранее КЗОТом РФ, и широко открыл шлюзы гражданскому праву.

Например, 232 статья ТК РФ закрепила положение, в соответствии с которым сторона трудового договора, причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ и другими федеральными законами.

Под иными федеральными законами в первую очередь имеют в виду Гражданский кодекс РФ. Об этом свидетельствует хотя бы ст. 277 Трудового кодекса РФ, прямо установившая, что расчет убытков, причиненных виновными действиями руководителя, осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства.

Статья 230 ТК РФ провозгласила, что в случае грубой неосторожности застрахованного лица, способствовавшей возникновению или увеличению размера вреда, причиненного пострадавшему, в акте (о несчастном случае) указывается «степень вины застрахованного в процентах».

Это все равно, что заставить врачей в процентах устанавливать «степень» беременности. Вина — субъективная сторона любого правонарушения (в т.ч. в сфере охраны труда), характеризующая психическое отношение нарушителя к своему деянию и его последствиям. Она может выражаться в форме умысла (прямого или косвенного) либо неосторожности (небрежности или самонадеянности), но никак не в процентах.

По мнению некоторых авторов, материальная ответственность работодателя за вред (увечье, профессиональное заболевание) вообще не нашла в новом кодексе своего надлежащего закрепления, поскольку ст. 184 Трудового кодекса РФ предусматривает лишь гарантии и компенсации при повреждении здоровья или смерти работника, но не материальную ответственность работодателя.

Положения данной статьи относятся к институту оплаты труда, а не к институту материальной ответственности. В разделе У1 «Оплата и нормирование труда» также нет речи о материальной ответственности работодателя, в главе 38 «Материальная ответственность работодателя перед работником» этот вид ответственности тоже отсутствует, тогда как КЗОТ РФ (ст.159) такую ответственность работодателя предусматривал [4].

Стирание граней между нормами гражданского и трудового права можно назвать стратегической линией дальнейшего развития трудовых отношений на данном этапе, обусловленном курсом государства на выстраивание рыночной структуры общества. Как далеко зайдет этот процесс сказать сложно.

Теоретически нельзя исключить, что рабочая сила и труд, вопреки требованиям Конвенции МОТ № 143 (1975 г.), будут официально объявлены специфическим видом товара, как, например, электроэнергия, и войдут самостоятельным разделом в Гражданский кодекс РФ. Однако с реалистичных позиций такой ход развития событий представляется маловероятным.

Этого не позволят сделать фундаментальные нормы трудового права и охраны труда, которые в силу их специфики невозможно целиком втиснуть в гаржданскоправовые рамки, несмотря на обилие положений, связанных с возмещением вреда и другими сходными правоотношениями, которые объективно тяготеют к гражданскому праву.

К примеру, Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» почти дословно воспроизводит 59 главу Гражданского кодекса РФ в части возмещения вреда.

Следует отметить, что кооптировать нормы трудового права Гражданский кодекс РФ может лишь в той их части, которая относится к частно-правовой (договорной) сфере общественных отношений. В охране труда, наоборот, доминируют нормы публичного права, договорная составляющая минимальна и этот водораздел гражданскому праву, скорее всего, не преодолеть, хотя на пути к рынку возможны любые сюрпризы, в том числе и в области законотворчества.

Однако изготовление законодательного винегрета путем механического перемешивания в одном акте норм из различных отраслей права следует прекратить, ибо понятийный аппарат отраслевого регулирования существенным образом разнится и привести его к единому знаменателю (пониманию) невозможно.

Если будет время, посмотрите на досуге, как понятие «страховой случай» толкуют Трудовой кодекс и законы «Об обязательном соц. страховании от несчастных случаев», «Об организации страхового дела», «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», «Об обязательном страховании жизни и здоровья военнослужащих», «Об обязательном пенсионном страховании» и «Об основах обязательного социального страхования».

С другой стороны, интересным будет глянуть, как Трудовой кодекс определяет время без привязки к срокам — своевременно, несвоевременно, незамедлительно, немедленно, периодически.

4. Против ветра

Необходимо иметь в виду, что возврат к гражданско-правовым методам регулирования противоречит историческому ходу развития событий. В Х1Х в европейских государствах (Австрии, Венгрии, Германии и др.) трудовой договор изначально представлял собой разновидность гражданско-правового договора о найме услуг.

Это обусловливало возмещение вреда при несчастном случае в рамках договорной ответственности, т.е. ответственность работодателя могла наступить только при наличии его «доброй воли», зафиксированной в договоре. Поскольку ни один работодатель не горел желанием добровольно брать на себя ответственность за травматизм, механизм возмещения вреда не обеспечивал работнику необходимый уровень защищенности.

В попытках преодолеть так называемую «хозяйскую власть» работодателя, юридическая практика постепенно перешла на позиции внедоговорного, т.е. деликтного механизма возмещения вреда работнику. Суд с учетом вины каждой из сторон трудового договора, мог установить как размер причиненного вреда, так и размер его возмещения, несмотря на то, что в трудовом договоре такие условия не оговаривались. Это был шаг вперед в деле защиты прав человека, но и он не полностью удовлетворял общественные интересы.

По некоторым данным, примерно 40% несчастных случаев не были связаны ни с виной работника, ни с виной работодателя и не подпадала под механизм безвиновной ответственности последнего как владельца источника повышенной опасности. Такие случаи тяжким бременем ложились на общество.

Иными словами, в 40% случаев методы гражданско-правового регулирования при возмещении вреда были бессильны, пострадавших содержали за счет средств бюджета разных уровней, т.е. за счет налогов, имеющих ярко выраженный публично-правовой характер.

Придя к выводу, что работник стабильно подвержен риску получения травмы, который нельзя полностью исключить профилактическими мероприятиями, теория стала рассматривать несчастный случай с работником при отсутствии вины сторон трудового договора в качестве явления, подобного поломке оборудования. Бороться с этим явлением стали путем страхования, включая расходы на него в себестоимость продукции.

5. Возмещение вреда как камень преткновения

Порядок возмещения причиненного вреда изменился, он уже определялся не индивидуальным договором между работником и работодателем и не судом в условиях деликта, а законом, установившим единые для всех стандарты, не взирая на территориальную или отраслевую принадлежность субъектов правового регулирования. Включился публично-правовой механизм.

От гражданско-правовых принципов пришлось отказаться.

Право пострадавшего на возмещение вреда на основе договорной или деликтной обязанности конкретного лица объективно трансформировалось в право на социальное обеспечение [5]. Поэтому даже частичный перевод трудовых отношений на гражданско-правовые рельсы следует рассматривать как явление регрессное, понижающее уровень реальной защищенности работающих, особенно в сфере охраны труда.

Однако законодательные новеллы получили свое дальнейшее развитие в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Из п. 1 постановления следует, что если спор возник по поводу неисполнения либо ненадлежащего исполнения условий трудового договора, например, на предоставление жилого помещения, то, несмотря на то, что эти условия включены в содержание трудового договора, они по своему характеру являются гражданско-правовыми обязательствами работодателя, что сказывается на определении подсудности спора.

6. У семи нянек дитя без глаза

Развивая эту тенденцию дальше, отметим, что по новому кодексу заработную плату уже невозможно отграничить от вознаграждения по гражданско-правовомудоговору, поскольку таковы формулировки ст.129 Трудового кодекса РФ. Следовательно, есть все основания ожидать, что подсудность споров по заработной плате также будет отнесена к гражданско-правовой сфере, несмотря на то, что заработок — одно из существенных условий трудового договора.

Причем, ждать, видимо, придется не слишком долго. Двумя определениями без номера от 18.03.2005 г. Бабушкинский районный суд г. Москвы прекратил производство по иску Д. к ФГУП «Московский приборный завод» о выдаче трудовой книжки и выплате некоторых сумм в счет компенсации неиспользованного отпуска и т.д.

В части трудовой книжки суд прекратил производство, т.к. посчитал вопрос решенным ранее в порядке ст. 220 ГПК РФ, а в части выплаты денежных сумм поводом для прекращения избрал факт объявления ответчика банкротом и введения конкурсного производства. В резолютивной части определения истцу рекомендовано решать вопрос о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в рамках конкурсного производства.

Дуалистический подход Верховного Суда РФ к оценке трудового спора, зафиксированный в постановлении пленума, получил свое воплощение на практике.

Дело по иску Д. высветило одну характерную закономерность формирования


убрать рекламу


единого правового пространства. В силу своей зависимости от практики постановление пленума не может на стадии реализации «противостоять» (сопротивляться) правовой норме, даже если та заведомо некорректна (противоречит цели правового регулирования, системе его принципов или совокупности других норм).

Правовая позиция Конституционного Суда РФ, отталкиваясь от цели правового регулирования, системы его принципов и совокупности других норм, наоборот, такой возможностью обладает, поскольку расположена непосредственно между нормой и предметом правового регулирования.

Хороша эта реалия или плоха, правильна или нет — второй вопрос. Следует ожидать самых полярных суждений на этот счет. Важно другое — правовая позиция вырабатывается в момент, когда общая норма не успела превратиться в индивидуальную, т.е. на стадии, когда трансформация объективного права в субъективное еще не произошла.

Уже в силу этого обстоятельства правовая позиция способна с большей эффективностью, чем постановление пленума, обеспечивать единство судебной практики.

7. Кто нам мешает, тот нам поможет

Правильно выстроенную систему правовых позиций условно можно сравнить с юстировочной линией, в результате прохождения которой на склад завода «Калибр» попадают только однопорядковые изделия.

Судя по всему, путь к усилению правового воздействия лежит именно в структуризации размещенных между предметом правового регулирования и совокупностью норм таких элементов, как «юридическая конструкция», которую рассматривают как особый способ связи между первыми двумя явлениями [6].

Типичным примером юридической конструкции является состав преступления в уголовном праве. По всей вероятности, правовая позиция является ничем иным, как формой существования особой связи между нормами права и предметом правового регулирования. Если это действительно так, традиционное представление о схеме правового регулирования должно быть пересмотрено и как можно быстрее.

Сноски

[1] См. Интернет — интервью В.Ф. Яковлева от 21.12.04 г.(httpp://consultant.ru/news/interview/yakovlev/2).

[2] Кряжкова О.Н. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: вопросы теории и рпкктики // Авториф. дисс… на соиск. уч. степ. канд. юр. наук. Москва-2004. С. 8.

[3] См., например, Сасов К.А. Об обязательности правовых позиций Конституционного Суда РФ // Налоговые споры: теория и практика № 11 / 2004. С. 3-10.

[4] См. Р. Лебедев «Испытательный срок для Трудового кодекса РФ», Российская юстиция, № 8, 2002 г.

[5] Подробнее см.: Ковалевский С.М. Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве. (Правовые аспекты) М., «Анкил», 2004. С. 7-17.

[6] Винницкий Д.В. Юридическая консультация элементов налогообложения в Российском налоговом праве// Советское государство и право,2004, № 9. С. 55.

Источник

https://syg.ma/@v-pankratov/dvoinyie-standarty-i-iedinstvo-sudiebnoi-praktiki


ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ПАНКРАТОВ

https://syg.ma/@v-pankratov/vasilii-vasilievich


Обзорно-аналитическая справка по фондам Касторенского историко-краеведческого музея (Курская область) и материалам архивного личного дела № 9004 УФСБ России по Ростовской области

1.Биографический раздел

Родился в 1901 году в селе Касторное Центральной Черноземной губернии в семье рабочего. С 1912 г. по 1916 г. учился в сельской (земской) школе. По окончании школы поступил на железную дорогу в службу ремонта пути табельщиком (учетчиком).

Участник Гражданской войны (дата: 1917 г. — 1922 г. Итог: победа РККА, образование СССР), в 1917 г. ушел в Красную Гвардию (образована в апреле 1917 г., к октябрю 1919 г. интегрирована в РККА) — в отряд комиссара Дмитриева. Тогда же вступил в Российскую социал-демократическую рабочую партию (большевиков).

Весной 1918 г. в составе отряда командира Макова участвовал в партизанском движении на территории Украины, оккупированной австро-германскими войсками.

Служил на броне-летучке «Мир хижинам, война дворцам» (командир Михайличенко), действовавшую против немецких войск на участке Валуйки — Новый Оскол.

После ранения в июле 1918 года вернулся в Касторную на долечивание. По 50% партийной мобилизации (в губерниях прифронтовой полосы начата в июле 1918 г.) волостным комитетом Российской коммунистической партии (большевиков) — председатель В. Кандыбин (1889 — 1955) — направлен в железнодорожную Чрезвычайную комиссию (структура губернской ВЧК) комиссаром местного железнодорожного узла.

В составе Богучарского полка Отдельного экспедиционного корпуса Южного фронта участвовал в подавлении Верхне-Донского восстания (дата: 11 марта — 8 июня 1919 г. Итог: победа восставших при поддержке Вооруженных сил Юга России).

Осенью 1919 г. по тяжелому ранению эвакуирован в Воронеж. После выздоровления поступил в особый отдел Воронежской губернской Чрезвычайной комиссии. Председатель комиссии Н. Алексеевский (сентябрь — октябрь 1919 г. и 01 апреля 1920 г. — 12 октября 1920 г.).

После взятия Воронежа частями Белых армий — 17.09.1919 г. (К. Мамантов) и 06.10.1919 г. (А. Деникин) в виду вновь отрывшейся раны отправлен на долечивание в Елец.

В составе 42-ой дивизии (начдив И. Паука), входившей в ударную группу 13-ой армии, участвовал в Воронежско-Касторненской операции Южного фронта (дата: 13 октября — 16 ноября 1919 г. Итог: победа РККА, создание Первой конной армии, образованной по решению Реввоенсовета РСФСР от 17 ноября 1919 г.).

После взятия Касторной частями 1-го конного корпуса С. Буденного (15 ноября 1919 г.) поступил в Касторенскую уездную ЧК, образованную 23 сентября 1918 г. (штат — четыре сотрудника).

В апреле (марте) 1920 г. направлен в полевой особый отдел 13-ой армии (командарм И. Паука), в составе которой участвовал в Перекопско-Чонгарскойоперации Южного фронта (дата: 07 ноября -17 ноября 1920 г. Итог: победа РККА (комфронта М. Фрунзе) и Крымской группы войск Совета Революционных Повстанцев Украины (председатель Совета Н. Махно).

После взятия Крыма (17 ноября 1920 г.) полевой особый отдел 13-армии переброшен в Новороссийск, где весь личный состав включен в штат Особого отдела Черного и Азовского морей, образованного по приказу ВЧК № 87 1920 г.

В дальнейшем переведен в Единый Ревтрибунал Крыма (председатель П. Русаков), созданный 01 августа 1921 г. в результате объединения Крымского областного Ревтрибунала (губернская юстиция) и Ревтрибунала Крыма и побережья Азовского и Черного морей (военная юстиция).

В 1921 г., как не сдавший автобиографию в соответствии с обращением ЦК РКП (б) «Ко всем партийным организациям. Об очистке партии» (опубликовано в «Правде» 27 июля 1921 г.), исключен из РКП/б.

Назначен начальником пограничного пункта (24 ноября 1920 года ответственность за охрану границы РСФСР была передана Особому отделу ВЧК).

В 1923 г. уволился из органов ГПУ при НКВД РСФСР и поступил на рабфак, на дневном отделении которого с 1922 г. был установлен трехлетний, а на вечерних — четырехлетний срок обучения.

В 1927 г. по окончании рабфака возвратился на службу в органы безопасности с назначением на должность уполномоченного Особого отдела Чеченского областного (Чеченского, Чечено-Грозненского) отдела ОГПУ при СНК СССР (начальник областного отдела Г. Крафт).

В качестве начальника оперативной группы участвовал в ликвидации Баксанского восстания в Кабардино-Балкарии (дата: июнь 1928 г. Итог: восстание подавлено).

Шалинского восстания в Чеченской АО (дата: ноябрь — декабрь 1929 г. Итог: «почетный мир» с прекращением боевых действий и амнистией участникам восстания. Руководитель восстания Ш. Истамулов ликвидирован в 1931 г.).

Принимал участие в операции ОГПУ по ликвидации «Всесоюзной контрреволюционной церковно-монархической организации “Истинно-Православная Церковь”». Второй этап операции (дата: сентябрь 1929 г. — апрель 1930 г. Итог: по делам № 2076, № 1448 и № 660 на Северном Кавказе арестованы 157 человек).

В 1931 г. под его руководством ликвидирована кадровая контрреволюционная бандгруппировка во главе с Вахаевым и Умхаевым (Чеченская АО). В том же году в хуторе Турты Чаймохк из”яты 12 членов банды и Шамилев Муцу (последний имам Чечни).

Принимал участие в ликвидации Ножай-Юртовского восстания в Чеченской АО (дата: март 1932 г. Результат: восстание подавлено).

Застрелился в 1936 г. (Ростов-на-Дону), находясь в должности начальника Оперативного сектора Управления НКВД СССР по Азово-Черноморскому краю (начальник управления П. Рудь).

Чин — капитан государственной безопасности.

Проживал Ростов-на-Дону, Братский пер., 27/11

2. Награды и поощрения

“Маузер” (за активное участие б/б и к/р). Приказ ОГПУ СКК от 12/III -1930 г. № 34/25 (Е. Евдокимов — полномочный представитель ОГПУ при СНК СССР в Северо-Кавказском крае (1923 -1930).

Револьвер “Кольт” (за успешную ликвидацию к/р восстания по М-Карачаю). Приказ Карачаевского Окружного исполкома от 7/V — 1930 г.№ 16 (Б. Шаманов — председатель Исполнительного комитета Совета (1929-1932).

Сабля (за боевые заслуги). Приказ Карачаевского Облисполкома от 12/VII — 1930 г. б/н (Б. Шаманов — председатель Исполнительного комитета Совета (1929-1932).

Револьвер № 370720 (за беспощадную борьбу с к/р на СКК). Приказ ОГПУ СКК 20/VII — 1930 г. № 116 (Е. Евдокимов — полномочный представитель ОГПУ при СНК СССР в Северо-Кавказском крае (1923 -1930).

Часы (за успешную борьбу с к/р на СКК). Приказ Карачаевского Крайисполкома от 28/XI — 1930 г. № 136 (Б. Шаманов — председатель Исполнительного комитета Совета (1929-1932).

Революционная благодарность (в день 13 годовщины ВЧК-ОГПУ). Приказ ОГПУ СКК от 23/XII — 1930 г. № 124 (Р. Пиляр — полномочный представитель ОГПУ при СНК СССР в Северо-Кавказском крае (1930 — 1932).

Революционная благодарность (за активное участие в сектантской операции). Приказ ОГПУ СКК от 23/II — 1931 г. № 47 (Р. Пиляр — полномочный представитель ОГПУ при СНК СССР в Северо-Кавказском крае (1930 — 1932).

Благодарность (за успешное выполнение поручаемых заданий). Приказ УНКВД АЧК от 26/XI — 1934 г. № 346/105 (П. Рудь — начальник Управления НКВД СССР по Азово-Черноморскому краю (1934—1936).

3. Семья

Отец — Василий Васильевич Панкратов (? — июль 1941 г.), слесарь железнодорожных мастерских депо станции Касторная, преподаватель труда в ФЗУ, член ВКП (б), рабочий стаж свыше 40 лет. Остался на оккупированной территории. Расстрелян немцами в июле 1941 г.

Жена — Фаина (Ефимия) Герасимовна Панкратова, урожденная Лукина (? — август 1945 г.). После окончания пединститута преподавала в школе историю. В 1942—1945 г.г. — секретарь военного трибунала пограничных войск НКВД СССР Армянского округа, затем военного трибунала Северо-Кавказского военного округа (председатель трибунала — Б. Иевлев).

Сын — Владимир Васильевич Панкратов (24 июля 1930 — 16 ноября 2006), Почетный работник прокуратуры Российской Федерации (1993 г.).

Источник:

https://crimpravo.ru/blog/3742.html


САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ ОТРАСЛЬ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

https://syg.ma/@v-pankratov/samostoiatielnaia-otrasl-pravovogho-rieghulirovaniia


На вопросы шеф-редактора журнала «Охрана труда и социальное страхование» Е. Войникова отвечает руководитель Государственной инспекции труда в Московской области В. Панкратов

Вопрос: Сложная ситуация с трудом понятна, а как обстоят дела с трудовым правом. Может быть, в период кризиса гражданско-правовые нормы являются более эффективным регулятором трудовых отношений?

Ответ: Кризис в стране обусловлен не Трудовым кодексом РФ и не его недостатками, а несколько иными причинами. Напомню, что Всевышний создал мир за 7 дней. Ответьте себе на вопрос, — почему? — и Вы поймете, что трудовое право возникло, существует и будет вечно существовать в качестве самостоятельной отрасли правового регулирования.

Вопрос: А как быть с лизингом рабочей силы, аутстаффингом, аутсорсингом и прочей экзотикой?

Ответ: То, что скрывается под этой, как Вы говорите, экзотикой, хорошо известно трудовому праву. Наша инспекция арендует автомашину с экипажем. Водитель этой машины — классический пример лизинга рабочей силы.

Аутстаффинг — надомничество, а работу на условиях аутсорсинга нам с разрешения органов ФСБ делают работники одного «почтового ящика», поскольку возможности самостоятельно обрабатывать секретную документацию у нас нет.

Так что весь вопрос сводится только к экзотической для русского уха терминологии, не более того. Другое дело, что в условиях кризиса развитие, например, надомничества может стать одним рычагов положительного воздействия на рынок труда.

Вопрос: Обстановка на предприятиях-банкротах Вас тоже не смущает, там ведь приоритет гражданского законодательства?

Ответ: Обстановка на предприятиях-банкротах меня не радует, но это не связано с вопросами правового регулирования. Трудовые отношения в системе работник-работодатель в процессе банкротства никоим образом не видоизменяются.

Какими они были до введения процедуры оздоровления, такими и остаются после соответствующего решения арбитражного суда (за исключением таких субъектов как директор и, может быть, главный бухгалтер). Новая редакция закона о банкротстве не поменяла и формы защиты трудовых прав (внесудебную и судебную).

Единственно, во внесудебном процессе в качестве дополнительного «проверяльщика» появился новый регулирующий орган с набором специфических полномочий — Росреестр, а на судебном этапе полномочия перешли от судов общей юрисдикции к арбитражным судам.

С мой точки зрения это означает, что государственным инспекторам труда следует овладевать арбитражным процессом. а судьям — учить Трудовой кодекс РФ.

Учить, несмотря на то, что разработчики закона о банкротстве (Витрянский В. и Таль Г.) старательно уходили от трудовых правоотношений, чтобы убрать из процедуры банкротства своих конкурентов — суды общей юрисдикции, которым подсудны трудовые споры. Именно поэтому, многолетняя задолженность перед работниками по зарплате не является поводом для инициации процедуры оздоровления.

Сложнее обстоят дела с трудовыми отношениями в религиозных организациях. Припоминаю рассказ Н. Вольской, как в ответ на предписание, выданное в связи с несчастным случаем, она получила «приказ» об устранении выявленных нарушений — выдать потерпевшему нательный крест и семь раз прочитать псалом NNN.

Но и в том случае удалось добиться соблюдения норм трудового законодательства. Как говорится, почувствуйте разницу.

Вопрос: Какова роль государственной инспекции труда в процессе воздействия на рынок труда?

Ответ: Задача инспекции состоит в том, чтобы трудовые отношения начинались, продолжались и прекращались в строгом соответствии с трудовым законодательством. В этом суть любой надзорной деятельности и нашей в том числе. Роструд постоянно ориентирует нас на необходимость тесного взаимодействия по этому вопросу с органами занятости, органами по труду, прокуратурой, другими ведомствами.

Вопрос: Как складываются взаимоотношения с прокуратурой?

Ответ: Я последний прокурор Бабушкинского района г. Москвы, поэтому отношения с органами прокуратуры нормальные. Однако вынужден с сожалением констатировать, что лишение прокурора части надзорных полномочий привело к нарушению сложившегося позитивного алгоритма нашего взаимодействия. За 20 месяцев существования Следственного комитета при Генеральной прокуратуре РФ мы поимели печальный опыт общения со следствием.

Раньше инспектор выявлял круг лиц, прикосновенных к несчастному случаю со смертельным исходом, после чего направлял прокурору материал для привлечения виновного (виновных) к ответственности.

Прокурор либо возбуждал уголовное дело, либо выносил постановление об отказе в его возбуждении, например, при наличии неосторожности со стороны пострадавшего.

Однако вина пострадавшего не является основанием, исключающим ответственность должностных лиц, обязанных обеспечить безопасность погибшего работника. Поэтому, одновременно с отказом в привлечении к уголовной ответственности прокурор возбуждал административное производство и вопрос неотвратимости наказания получал свое логическое завершение. Ответственность виновного лица наступала в уголовном или в административном порядке.

Сейчас этого нет. Следователей не интересуют административные дела. Мы получали от них ответы, что по некоторым материалам вообще «нет необходимости принимать процессуальное решение». Административная практика по направленным в СКР материалам полностью отсутствует. Похоже, Генеральная прокуратура РФ нас все-таки услышала, и в скором времени ситуация изменится в лучшую сторону.

Вопрос: А как обстоят дела с новым законом о защите прав юридических лиц при проведении мероприятий по контролю, ходите к прокурору за санкцией на проверку?

Ответ: Единого понимания в этом вопросе пока нет ни у нас, ни у прокуратуры. Поэтому мы договорились с прокуратурой Московской области, что на первых порах будем ходить на совместные проверки, что в идеале исключит необходимость получения санкции.

Деятельность государственного инспектора труда при проведении проверок регламентируется Конвенцией МОТ «Об инспекции труда в промышленности и торговле», Трудовым кодексом РФ, Федеральным законом «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». Юрисдикция новой редакции Федерального закона «О защите прав юридических лиц и предпринимателей при проведении государственного контроля (надзора) распространится на инспектора, если будет признано, например, что невыплата заработной платы или непредставление отпуска являет собой угрозу жизни и здоровью работника.

Но такое признание, скорее, относится к компетенции суда, чем чьей-либо еще. Через пару-тройку лет суд, глядишь, и определится по этому вопросу. Однако ждать столько времени мы не можем. Надеюсь, необходимые решения на этот счет будут приняты в самом ближайшем будущем.

Вопрос: Вы не очень-то высокого мнения о суде, или это обманчивое впечатление?

Ответ: К нашей судебной системе отношусь с некоторым скепсисом. Она работает сама на себя. Никому и в голову не может прийти, что инспектор, к примеру, получит возможность самостоятельно решать, какое заявление он примет к производству и будет рассматривать, а какое — нет. У судей же это обычное явление.

Вначале мировым судьям отдали трудовые дела, теперь отобрали. Вначале у прокурора отняли право обращаться в суд за защитой прав неопределенного круга лиц, теперь вернули. Так что пока вся судебная реформа не что иное, как топтание на месте. Все свелось к повышению судьям заработной платы, причем, на фоне общего снижения их профессионального уровня.

Вопрос: Можете пояснить на примере?

Ответ: Что именно пояснить, повышение заработной платы или снижение профессионального уровня? К сожалению, примеров непрофессионализма сколько угодно. Кассация Московского городского суда отменила решение, указав, что увольнение государственного служащего по сокращению штатов должно производиться в соответствии с Трудовым кодексом РФ, а не Федеральным законом «О государственной гражданской службе» (дело № 2-1199 Тверского суда).

Да что там московская кассация. Верховный суд РФ постановил — срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушение, в отношении которого предусмотренная правовым актом обязанность не была выполнена к определенному сроку, начинает течь с момента наступления указанного срока! (см. Постановление Пленума ВС РФ от 11.11.08 г. № 23).

По данному составу Верховный суд смешал моменты окончания правонарушения и его начала, ведь до истечения указанного срока деяние вообще не является нарушением. Это разбой считается оконченным в момент начала преступного посягательства.

К длящимся правонарушениям в форме бездействия (например, невыплата зарплаты) такие конструкции неприменимы. Практика показывает, что срок жизни ошибочных пленумов достигает 7-9 лет. Так что жить с подобной формулировкой нам предстоит долго.

Что касается повышения заработной платы — это дело святое, скажу лишь, что нередко судьи получают в медицинских учреждениях, но не сдают по месту работы листки нетрудоспособности. Это свидетельствует, что их средний заработок выше размера максимального пособия (18 720 руб. на 2009 г.). Листок, при необходимости, они предъявят для оправдания своего отсутствия на рабочем месте, а не для реализации права на гарантию.

Вопрос: Как обеспечивается инспекция?

Ответ: Инспекция — территориальный орган Федеральной службы по труду и занятости обеспечивается за счет средств федерального бюджета. В последнее время финансирование значительно улучшилось. Если в 2006 г. я подписал 15 справок нашим служащим для оформления субсидий по оплате жилья в связи с тем, что ежемесячный доход на каждого члена семьи у них меньше прожиточного минимума, то в 2009 г. — 3 (три).

Уверен, что в следующем году уже не придется подписывать таких документов.

Разработана и в инспекциях всех субъектов РФ внедряется компьютерная программа АИС ГИТ, идет работа по передаче инспекции в оперативное управление занимаемых ею помещений, за которые раньше вносилась арендная плата. Пришли документы на новый автомобиль.

После встречи 11 марта 2009 г. Председателя Правительства РФ Владимира В.В. Путина с руководителем Роструда Ю.В. Герцием ожидаем увеличения штатной численности (в январе 2009 г. впервые за несколько лет нам удалось заполнить все наши вакансии). Эти и другие моменты позволяют смотреть в будущее с оптимизмом.

Вопрос: Что хотели бы пожелать читателям?

Ответ: Читателям желаю хорошего настроения. Своих коллег хотел бы поздравить с 5-летием Федеральной службы по труду и занятости и 15-летием Федеральной инспекции труда. Обе даты уже наступили, так, что с праздником, дорогие друзья!

Источник:

Самостоятельная отрасль правового регулирования / В. Панкратов // Охрана труда и социальное страхование. — 2009. — № 9 — С. — Инспектор труда. — Сентябрь 2009. С. 2-5.


БИПОЛЯРНЫЙ МИР ПРАВА И СПРАВЕДЛИВОСТ

https://syg.ma/@v-pankratov/bipoliarnyi-mir-prava-i-spraviedlivost


1. От разделения властей к прекращению монополии гражданского судопроизводства

Человечество достаточно долго обходилось без самостоятельного суда и автономной законодательной власти, когда все функции, в том числе и эти, были сосредоточены в руках конкретного суверена. Причем, не каждый суверен спешил расстаться со своими полномочиями.

История знает результаты соревнования между собой экономических систем ФРГ и ГДР, Южной Кореи и Северной Кореи. Эти примеры противостояния капиталистической и социалистической идей — на слуху. Но имеются и другие факты, когда противостояние шло по иным параметрам.

В средние века опыт был поставлен на Испании и Англии — двух мощных державах, которые по многим показателям находились в примерно равных стартовых условиях (монархии, флоты, колонии, овцеводство, В. Шекспир и М. Сервантес, соизмеримое количество населения, и т.п.). Что мы видим на финише — долго объяснять не нужно. Великобритания — мировой лидер, Испания — окраина Европы (вино, футбол, коррида) [1].

С экономической и политической точек зрения победа англосаксов может быть объяснена существованием парламента, который в соответствии с «Magna Carta» обладал правом контролировать бюджет. В Испании такого контроля не было, поэтому монарх без ограничений вел многочисленные войны, в которых бесследно сгорали финансовые, материальные и людские ресурсы государства.

С клерикальных позиций победу Острову обеспечила Реформация (лютеранство и кальвинизм) — Англиканскую церковь возглавил король. Испанская монархия зависела от Святейшего Престола.

Юриспруденция видит причину триумфа в «Habeas Corpus Act», который установил, что права подданных Его Величества защищаются в судебном порядке. В Испании судебную функцию осуществляла святая инквизиция (последнюю ведьму в Европе казнили за год до смерти А. Пушкина, а в Мексике — и того позже).

Иными словами, английская монархия в 13 веке поделилась властью с парламентом, а примерно через 300 лет — с судом. Какой из перечисленных факторов должен быть поставлен во главу угла — сказать невозможно. Очевидно одно — введение в 17 веке судебной формы защиты права, а не ураган, разметавший в 1588 г. знаменитую Армаду, дало Англии бесспорное преимущество перед Испанией и другими государствами.

Прогресс проявлялся не только в изобретении колеса или аспирина, но и в обособлении судебной системы с обретением ею полномочий, ранее составлявших прерогативу органов исполнительной власти. Процесс перетекания функций продолжается, в том числе и в России.

Сейчас, наряду с Генеральной прокуратурой РФ, особый статус имеют Счетная палата РФ, уполномоченный по правам человека, Центральный банк РФ и Центральная избирательная комиссия РФ.

Их нельзя причислять к системе органов исполнительной власти. Естественно, что, уходя из системы, эти органы «уносят» с собой часть ее полномочий.

Можно сказать, что в стратегическом смысле история развития человечества есть история утраты органами исполнительной власти части своих полномочий (в т.ч. прерогатив) в пользу законодательных, судебных и некоторых других органов, хотя история богата и примерами иного рода, а именно — утратой полномочий уже судебными органами.

По сведениям А. Рашидова теория разделения властей Ш. Монтескье является результатом враждебного отношения французской элиты к судьям, которые до Французской революции могли издавать законы. Кодекс Наполеона 1804 г. (ст. 5), устранив судью из законотворческого процесса, спас государство от угрозы судебной тирании [2].

Сомневающихся адресую к роману «Граф Монте-Кристо», героя которого дети французской Фемиды без суда и следствия отправили в тюрьму на пожизненное заключение.

Тем не менее, суд и судьи до настоящего времени продолжают оказывать сильнейшее воздействие на важные вопросы нормотворчества, в первую очередь в гражданскоправовой сфере.

Достаточно сказать, что они являются разработчиками всех процессуальные кодексов Российской Федерации.

Это важная констатация, поскольку, например, все индивидуальные трудовые споры рассматриваются в судах не по правилам трудоправовой процедуры, а в соответствии с ГПК РФ, что, само по себе, вряд ли может расцениваться как проявление справедливости, но дело даже не в этом. Дело в том, что Трудовой кодекс РФ в своих 424-х статьях трижды останавливается на понятии справедливости, предусматривая справедливые условия труда (ст. 2), справедливую заработную плату (ст. 2) и справедливую компенсацию при увольнении (ст. 278).

ГПК РФ, при всем к нему уважении, по воле его разработчиков к справедливости никакого отношения не имеет, поскольку никаких ссылок на это понятие в тексте своих статей не содержит.

Спрашивается, можно ли в такой ситуации судебное решение по индивидуальному трудовому спору, возникшему по вопросам заработной платы и/или компенсации при увольнении, при неукоснительном соблюдении судом принципа законности формально охарактеризовать как справедливое? Очевидно, что, исходя именно из принципа законности, ответ следует дать сугубо отрицательный, поскольку даже намека на справедливость в ГПК РФ нет (в буквальном смысле).

К сожалению, подавляющее большинство кодифицированных отраслей российского права не имеет своих обособленных процессуальных норм, в связи с чем находится в кабальной зависимости от ГПК РФ. Российская юридическая элита спокойно относится к этому обстоятельству, так что судейской гражданско-процессуальной правовой тирании, не знакомой с понятием справедливости, пока ничего не угрожает.

Тем не менее, есть все основания полагать, что к настоящему времени созрели все предпосылки к тому, чтобы продолжить вектор исторического развития в сторону прогресса и разделить гражданский процесс, выделив нормы трудового процесса в самостоятельную кодифицированную систему, тем самым, приблизив ее к справедливости.

2. Этапы нормогенеза как история позиционирования справедливости

Не менее интересно процесс разделения проходил и происходит в праве. Если обратиться к истокам нормативного регулирования, можно увидеть следующую картину: в первобытной человеческой общине имело место индискретное сплетение всех поведенческих норм — правовых, этических, этикетных.

Поскольку политическая власть отсутствовала, такую первобытную мононорматику санкционировала сама община [3]. Из мононормы постепенно «отслоилось» обычное право [4], потом, надо полагать, таким же путем обособились религиозные и другие нормы. Мораль (нравственность) оказалась в сухом остатке.

Таким образом, можно сформулировать вывод, что в основе легогенеза [5] лежит мононорма. Основой же мононормы, ее сердцевиной является мораль (нравственность). В противном случае, после процесса «отшелушивания» мы имели бы в остатке не мораль и нравственность, а право или совокупность иных социальных норм.

В основу морали (нравственности) заложена справедливость. Иными словами, справедливость — базис мононормы, а мононорма, как уже отмечалось, является праматерью всех иных социальных норм.

Подобный подход позволяет объяснить, почему право, наряду с другими обособившимися нормами, находится в известной зависимости от справедливости. Это дает мне основание утверждать, что, говоря о «грун


убрать рекламу


днорме», нормативист Кельзен имел в виду именно справедливость, также как и Кант, когда формулировал тезис о «категорическом императиве».

Изложенное станет еще более очевидным, если признать правоту Л. Явича в том, что субъективное право и объективное право являются частями одного целого [6].

3. Правовой пеленг

Может возникнуть вопрос о формализации «грунднормы», а точнее, о ее дислокации в правовой системе. Ответ лежит в сфере разграничения объективного и позитивного права.

Если объективное право представляет собой совокупность (систему) правовых норм, то позитивное право — совокупность (система) юридических норм. Можно сказать, что нормы позитивного права суть формализованные нормы права объективного. Зачастую между этими понятиями ставят знак равенства, однако некоторые авторы считают, что позитивное право — только часть права в объективном смысле [7].

Необходимо отметить, что не может быть знака равенства между объективным и позитивным правом в тех правовых системах, коие источником права признают обычай, нормы которого практически не поддаются формализации, а, будучи принудительно формализованными, обретают юридическую форму и переходят в категорию позитивного права, как это произошло, например, с Ясой Чингиз-хана [8] или с используемым Арбитражным процессуальным кодексом РФ «обычаем делового оборота».

Очевидно, что процесс формализации должен иметь не любой, а исключительно юридический характер, поскольку формализация, например, религиозных норм путем их включения в Номоканон [9] или Кормчую книгу [10] не знаменует собой их переход под сень права позитивного. Этим каноническим сборникам, в отличие от Ясы, не придан общеобязательный характер. Ими руководствуется не все общество, а его часть, исповедующая конкретную религию.

Иными словами, отсутствие четко выраженной юридической формализации «грунднормы» означает, что она располагается в сфере не позитивного, а объективного права. Полагаю, что грунднорма — это правовое бытие справедливости, существующее в виде неформализованной нормы надконституционного порядка.

4. Между молотом социума и наковальней экономики

Справедливость является принадлежностью всех социальных норм, а не только права. При этом, с социальных позиций справедливость оказывает на право такое же по силе воздействие, как собственность — с позиций экономических. Вспомним дуализм отношений собственности (по Марксу) и отметим дуализм справедливости (по Аристотелю) в ее дистрибутивной и компенсационной формах.

Как собственность одновременно присутствует и в экономике (proprietas), и в праве (dominium), так и справедливость одновременно присутствует в праве (iustitia excambium), и вне права (iustitia distributiva) — в нравственных, религиозных, этикетных и других параметрах социальной системы.

Таким образом, на право, с одной стороны, воздействуют экономические отношения (собственность одновременно как экономическая и правовая категории — один полюс), а с другой стороны на право воздействуют отношения нравственности (справедливость одновременно как этическая и правовая категории — второй полюс).

Силовые линии собственности и справедливости формируют правовое поле и удерживают его в пространстве между экономическими отношениями и отношениями нравственности, как это делают магнитные катушки ТОКАМАКа, когда удерживают плазму в закольцованном объеме тероидальной камеры.

Объявить справедливость сущностью права, как это делают представители юснатурализма, все равно, что назвать его сущностью собственность. Собственность и справедливость — два полюса биполярного мира права.

Объявление справедливости исключительной принадлежностью права, его сущностью, делает этот мир однополярным, сводя всю конструкцию к экономическому базису и определяемой им юридической надстройке. Монопольно давлея над правом, экономика автоматически давлеет и над его сущностью, т.е. непосредственно над справедливостью, с чем невозможно согласиться.

5. Парадигма справедливости в трудовом и гражданском праве

Справедливость — надлежащее отношение (позитивная пропорция), сложившаяся из того, что субъект дает обществу и что получает взамен [11]. Исходя из этого принципа, при прочих равных условиях, многодетная мать имеет преимущественное право остаться на работе при сокращении штатов. Уволен будет работник, не имеющий детей.

Таким же правом пользуются инвалиды Великой Отечественной войны, работники, получившие на данном предприятии увечье или профессиональное заболевание.

Коллективным договором могут быть предусмотрены другие категории работников, пользующиеся преимущественным правом на оставление на работе при равной производительности труда и квалификации (ст.179 Трудового кодекса РФ). Очевидно, что эта норма нарушает принцип равенства, создает исключение из этого правила. Однако создаваемое ею неравенство является справедливым неравенством и потому принимается обществом.

Справедливость неравенства заложена в основном постулате социализма: «От каждого по способностям, каждому по его труду». Для трудового права эта конструкция сохраняет свою актуальность до настоящего времени. Международное трудовое право использует даже специальный термин «Справедливые условия труда» (Fair working conditions). Приведен этот термин и в ст. 2 Трудового кодекса РФ. Однако ни в самой статье, ни далее в кодексе этот термин не раскрывается.

Примером несправедливого неравенства является дискриминация, под которой следует понимать нарушение или уничтожение равенства по какому-либопризнаку (пола, расы, возраста и т.д.).

Вопросам запрещения неравенства в сфере труда Трудовой кодекс РФ уделяет достаточно много внимания (ст. 3).

Принцип справедливости является главенствующим в любой правовой системе демократического общества. Однако цивилистика по иному смотрит на данный вопрос. В отличие от Трудового кодекса РФ, в Гражданском кодексе РФ в его 1224-х статьях термин «справедливость» упоминается дважды. В случае аналогии права (ст.6) и при возмещении морального вреда (ст.1101).

Интересной в этой связи представляется позиция А. Иванова, возглавляющего ныне Высший Арбитражный Суд Российской Федерации. «Наше гражданское право, — заявляет он, — основано на идее прочности оборота, и оно нередко предпочитает стабильность возможности восстановления поруганной справедливости. Доктрина гражданского права позволяет в ряде случаев не восстанавливать справедливость, чтобы десятки тысяч других людей чувствовали себя спокойно и не опасались глобальных потрясений» [12].

С таким подходом за итоги ваучерной приватизации нам можно не беспокоиться.

Председателя Высшего Арбитражного суда РФ не смущает, что, в отличие от ГК РФ, его процессуальный собрат не устанавливает предела, наступление которого делает невозможным восстановление пропущенного стороной срока (процессуального). Российские суды восстанавливают такие сроки спустя годы после вынесения решения, в связи с чем судебные акты при всем желании нельзя считать окончательно вступившими в законную силу.

Законодатель чихать хотел на принципы правовой определенности, заложенные в международные стандарты правосудия, что так милы сердцу А. Иванова.

Но цивилисты не сдаются. В своей борьбе за установление на Земле царства стабильности они пытались наделить юридическим смыслом такое неправовое явление, как время. «Время дает право одному и отнимает у другого» [13]. Понятно, что в данном случае речь идет о давности, которую нам предлагают разделить на погасительную и приобретательную.

Однако, по мнению С. Моргунова, давность в качестве самостоятельного правового института в юридической науке не утвердилась, поскольку само по себе истечение любого временного периода не может дать правового результата. Для этого необходимо наличие дополнительных условий, установленных законом [14].

С таким подходом к пониманию времени следует согласиться.

Согласиться, в том числе потому, что государства Европы веками кроят и перекраивают свои границы, невзирая ни на какие сроки приобретательной давности и международные стандарты правосудия. Корни арабо-израильского территориального конфликта вообще уходят в добиблейскую эпоху. При этом, ни одна война (восстание, революция) не началась (и не начнется) из–за нарушения закона.

В основе всех социальных катаклизмов — попранная справедливость.

Говорят, время все расставляет на свои места. Хотелось бы верить, что оно выявит и победителя в наметившемся противостоянии гражданскоправовой и трудоправовой доктрин. Не последнюю роль в этом деле сыграет то обстоятельство, какой кодекс — Гражданский или Трудовой, первым закрепит понятие справедливости в качестве основного принципа правового регулирования своей отрасли.

Позиция А. Иванова и его единомышленников пока отдает пальму первенства многострадальному ТК РФ.

сноски

[1] Подробнее см.: Аузан А. Общественный договор и гражданское общество // Публичные лекции Полит. ру https://www.polit.ru/lectures/2005/01/11/auzan.html

[2] Рашидов А. Проблемы признания судебного толкования источником права // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. № 1. 2005. С. 174-176.

[3] Першиц А.И. Проблемы нормативной этнографии // Исследования по общей этнографии. М., 1979. С. 215.

[4] Семенов Ю.И. Обычное право в доклассовом обществе: возникновение, сущность и эволюция. // Обычное право народов Сибири (буряты, якуты, алтайцы, шорцы). М.,1997.

[5] Думанов Х.М., Першиц А.И. К уточнению понятия «обычное право» // Государство и право, 2005, № 3. С. 80.

[6] Подробнее см. Явич Л.С. Общая теория права. Ленинград. 1976. Из-во Ленинградского ун-та.

[7] Гайворонская Я.В. К вопросу о понимании правовых и юридических норм // Правоведение. 2001, № 3. С. 43.

[8] Основной источник права монголов с момента избрания Чингиз-хана великим ханом (1206 г.) до исламизации Золотой Орды. (Прим. автора).

[9] Сборник церковных правил и государственных установлений, регулирующих церковные отношения в Византии. Известны различные варианты таких сборников. (Прим. автора).

[10] Сборник церковных правил и государственных установлений, регулирующих церковные отношения на Руси. Результат рецепции Византийского права после принятия Русью христианства. Известны различные варианты таких сборников, один из которых включал в себя «Русскую правду». (Прим. автора).

[11] Толковый словарь-справочник трудового права. Краткий те­матический частотный словарь: с приложением текстов Трудового кодекса Российской Федерации и Постановления Пленума Верховно­го Суда Российской Федерации NQ 2 от 17.03.2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Феде­рации». Справочное изд. / Автор-сост. В.В. Панкратов — М., РИО "Но­вая юстиция», 2008. — 528 с. — (Серия "Словари и справочники»).

[12] Иванов А.А. Раньше я собирал русские монеты // Политический журнал. 04.04.05 № 12 (63).

[13] Римское частное право / Под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского.М., 1948. С. 89.

[14] Моргунов С.В. Исковая давность в правилах о виндикации // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, № 4/2005. С. 134.

Источник:

Биполярный мир права и справедливость / В.В. Панкратов // Современные проблемы трудового права и социального обеспечения: материалы науч.- практ. конф. (г. Минск, 22-23 июня 2006 г.) науч. ред. А.А. Войтик (и др.). — Минск: БГУ, 2006. С. 97-102.


ПРАВДА РЯДОВОГО ЯВИЧА

https://syg.ma/@v-pankratov/pravda-riadovogho-iavicha


В середине семидесятых годов прошлого века на юридическом факультете Ленинградского Государственного университета им. А.А. Жданова, как и в любом другом порядочном ВУЗе, имелся достаточно большой стенд, посвященный защитникам отечества. Кажется, он назывался «Они защищали Родину», точнее вспомнить не могу, но принципиального значения это не имеет [1].

На стенде были размещены фотографии преподавателей, участвовавших в Великой Отечественной войне, 30-летие победы в которой пришлось на 1975 г. и широко отмечалось на всей территории Союза Советских Социалистических Республик (только в 2008 году, отмечая 30-летие выпуска, мы поняли, что это за срок, урожденная Глазырина сказала по этому поводу замечательный тост).

Все фото (по-моему, в цветном изображении) имели нарядный характер, наших преподавателей-фронтовиков (а таковых, надо сказать, было немало) запечатлели в парадных мундирах или в выходных костюмах с орденами и медалями на груди. Под каждой фотокарточкой располагалась белая табличка, на которой напечатали фамилию, инициалы преподавателя и его воинское звание. Генералов точно не было. Разброс званий умещался в диапазоне от лейтенанта до полковника.

В левом верхнем углу стенда висела фотография Н.С. Алексеева (декан начинал экспозицию, выстроенную в алфавитном порядке), а в правом нижнем углу — увеличенная черно-белая фотография молодого человека в солдатской гимнастерке. Надпись под ней гласила: Л.С. Явич, рядовой (Лев Самойлович имел ранение обеих ног, войну вспоминать не любил, но своего родившегося в 1945 году сына назвал Виктором).

Воспоминание это совершенно отчетливо всплыло в моей памяти после того, как я прочел последнюю работу профессора — «Правда. И только правда». Произошло это, видимо, потому, что Л.С. Явич до последнего находился в строю, верил в победу человеческого разума и старался ее приблизить. Такое у меня сложилось впечатление от прочитанного.

Условиями победы Л.С. (подобное сокращение — отнюдь не фамильярность с моей стороны, надеюсь, что наше общение даровало мне такое право) обозначил Свободу, Равенство, Справедливость и Безопасность. В свое время социал-демократы отказались от лозунга Великой французской революции — Свобода, Равенство, Братство, заменили его на Свободу, Равенство, Справедливость и Солидарность, дав мне повод пошутить, что если эти слова правильно расставить, то получится СССР.

Причины замены понятны. Действительно, кто ответит — что такое Братство? Разве что Великий Магистр. Однако профессор Явич счел возможным поправить социалистов, предложив вместо «солидарности» ввести в систему общепринятых координат понятие «безопасность».

Полагаю, что реальность угроз с эпицентром на Ближнем Востоке он ощущал более, чем отчетливо, не без оснований полагая, что 11 сентября 2001 г. мирный период интеграции и демократизации, распространения общечеловеческих идеалов гуманизма прервался (Л.С. никогда не был особо веселым человеком, не исключено, что сентябрьский эпизод, равно как и другие мировые события тех лет, очевидцем которых он стал после своего переезда в Израиль лишь множили его печали).

На моей памяти Л.С. часто повторял ленинские слова о том, что дефиниций может быть много, ибо много сторон в предметах (похоже, фраза ему нравилась, хотя Ленин в числе его «учителей» вряд ли присутствовал, да и отношения с партией он решил достаточно просто — положил партбилет на стол).

С этим пониманием он построил свою концепцию о многоуровневой сущности права. Воля господствующего класса — воля всех субъектов правового регулирования — воля конкретного индивида (при условии обретения волей юридически значимой формы на каждом уровне).

С этих позиций право — это материально детерминированная и возведенная в закон общеклассовая (всенародная при социализме) воля, непосредственно выраженная не только в общих государственно обязательных установлениях, но и в закрепленных ими наличных правах субъектов общественных отношений, характер и содержание которых объективно обусловлены[2]. Отчетливо выраженная позиция правового позитивизма с распространением ее на область субъективного права, не так ли?

В последней работе Л.С. не отошел от сути своей концепции, уточнив, что важнейшее достоинство права — сфера свободы и минимум нравственности. Представить себе невозможно, как я обрадовался, прочитав эти строки. Сколько копий в свое время было сломано вокруг чистого учения о праве Г. Кельзена. Много внимания уделял ему и Л.С. Все общие и индивидуальные нормы покоятся на некой «грунднорме», — писал он, — Г. Кельзен завершает формализацию не только права, но и государства, которое выводится из права и понимается, как правопорядок[3].

Нельзя не сказать, что еще с университетских времен мое внимание обращала на себя незавершенность марксистско-ленинской конструкции — у права прекрасный фундамент (производственные отношения), но нет вершины, верхушки (золоченого, если хотите шпиля). Обратная картина у либертаристов — мощный красивый купол (права человека, права гражданина) но хилый гнилой фундамент, а точнее его полное отсутствие.

Международное право не признает своими субъектами ни граждан, ни человеков, о правах которых неустанно печется, хотя в структуре права субъект важнее всех принципов и всего другого вместе взятого. Благодаря этому, 50% мировых богатств оказались на законных основаниях сосредоточены в руках 1% населения земного шара, т.к. физические лица оказались выведенными за пределы правового регулирования.

Предъявить какие-либо претензии к несубъекту невозможно, каких-либо обязанностей на него не возложено. Претензии же к государству, правительству, их образованиям и организациям — пожалуйста, именно для этого они наделены все полнотой правосубъектности.

С таких позиций любой протестант (белый, англосаксонского происхождения) может многажды обличать иное государство в несправедливом владении природными ресурсами ⅙ части суши, но и думать не посмеет о таком же подходе к членам богатейших семейств современности, владеющими природными ресурсами остальных ⅚ частей этой суши. И тут Hans Kelsen (нормативист, Карл!) со своей грунднормой.

Полагаю, что грунднорма — это правовое бытие справедливости, существующее в виде неформализованной нормы надконституционного порядка, т.е. грунднорма не основание, не фундамент, а вершина права, его второй полюс (золоченый, если хотите шпиль). В этом суть концепции биполярного мира права[4].

На право, с одной стороны, воздействуют экономические отношения (собственность одновременно как экономическая и правовая категории — один полюс), а с другой стороны на право воздействуют отношения нравственности (справедливость одновременно как этическая и правовая категории — второй полюс) — вспомним дуализм собственности по Марксу и дуализм справедливости по Аристотелю.

Придя своим путем к выводу о наличии в объективном праве «минимума нравственности», Л.С., в какой-то мере, но подтвердил правильность моих рассуждений — это ли не повод для радости?

В качестве «ответного» комплимента спешу подтвердить правильность доводов Л.С. в части антропологических исследований.

В период 0,6 — 1,1 млн. лет назад хомо эректус мигрировал из Африки, расселившись по всему Старому Свету.

На освободившихся площадях Восточно-Африканской рифтовой системы возник более прогрессивный вид — человек гейдельбергский. Та часть гейдельбергских, которая осталась в Африке, 150-200 тыс. лет назад дала начало хомо сапиенс, а та часть, которая двинулась в Европу по пути хомо эректус, дала начало человеку неандертальскому. Хомо сапиенс пришел в Европу 35-40 тыс. лет назад. Это были кроманьонцы[5].

Так что расселение гоминидов в Евразии происходило даже не дважды. Кого сменили эректусы неизвестно, но эректусов сменили неандертальцы, а неандертальцев — кроманьонцы, и Конкисты не было! Анализы ДНК показывают, что у неандертальцев и кроманьонцев разные генотипы.

Это означает, что при спаривании совместные дети неандертальцев и кроманьонцев не могли давать потомства (как не дают потомства лошаки или мулы), поэтому о чистой ассимиляции говорить не приходится. Тем не менее, кроманьонцы победили в результате естественного отбора, а не путем уничтожения неандертальцев.

В связи с изложенным, интересно было бы узнать, почему профессор Явич написал, что алгебра — она и в Африке алгебра.

Жаль, конечно, что Л.С. уехал (сыграла свою роль любовь к дочери и внуку).

Поднакопились вопросы, которые интересно было бы с ним обсудить (много лет тому в своей неторопливой манере он, что называется, на пальцах за пару минут объяснил мне, что такое справедливость, иным профессорам этого не удается сделать даже в монографиях).

Жаль, что его уже нет с нами. Но остались его книги, мысли, его идеи о многоуровневой сущности права, осталась правда.

В университете Л.С. чувствовал себя на своем месте (любил работу, любил своих студентов, аспирантов). По «долгу службы» был знаком и общался с Ю.К. Толстым, В.В. Путиным, Д.А. Медведевым, А.А. Ивановым и многими другими юристами, которые сейчас определяют лицо нашей юриспруденции, лицо России, любовь к которой сопровождала Л.С. до конца его дней.

Хочется верить, что им (и не только им) будет интересно узнать о взглядах профессора Явича на современное миропонимание, изложенных в его последней работе.

Правда — она и в Москве правда.

сноски

[1] Выражаю благодарность Елене Львовне Бонк и Татьяне Михайловне Косаревой, без помощи и содействия которых этот текст вряд ли когда-нибудь появился на свет. — Прим. автора

[2] См. подробнее: Явич Л.С. Общая теория права / Л., Изд-во Ленинградского ун-та. 1976. С. 110.

[3] Явич Л.С. Указ. работа. С. 103.

[4] См. подробнее: Панкратов В.В. Биполярный мир права и справедливость // Современные проблемы трудового права и социального обеспечения: материалы науч.- практ. конф. (г. Минск, 22-23 июня 2006 г.) науч. ред. А.А. Войтик (и др.). — Минск: БГУ, 2006. С. 97-102.

[5] См. подробнее: Зосим В.Д. Эволюция предков человека. М., Бослен. 2008. С. 112-113.

Источник

Правда рядового Явича / В. Панкратов // Новая юстиция. Журнал судебных прецедентов — 2009. — № 3 (4). С. 140-142.


ЛЕГЕНДЫ АКАДЕМИКА ЮРИЯ (ГЕОРГИЯ) КИРИЛЛОВИЧА ТОЛСТОГО В ФОРМАТЕ 3D. КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ

https://syg.ma/@v-pankratov/kolliektiv-avtorov-lieghiendy-akadiemika-iuriia-gieorghiia-kirillovicha-tolstogho-v-formatie-3d


*** Сегодня в отечественном юридическом мире, кстати, политическом тоже, академик Юрий (Георгий) Кириллович Толстой личность не только самая известная, но и, пожалуй, самая легендарная. Причем, эти легенды рождаются и распространяются не только коллегами и учениками академика, а их у него сотни, (если не тысячи), но и самим Юрием Кирилловичем — его поведением, книгами, поступками, высказываниями.

Мы долго не могли определиться с жанром нашего повествования. Сначала решили пересказать жизнь академика Толстого своими словами (по образу и подобию имевшего успех очерка «Эпоха академика Владимира Николаевича Кудрявцева» [1]). Но то, что нам удалось узнать о личности Юрия Кирилловича в эту парадигму не вписалось. Потом думали заказать документальную повесть об академике его биографу (к сожалению, отыскать такового нам не удалось).

В конце концов, остановились на жанре неюбилейных заметок: не будем рассказывать о наградах академика, не будем доказывать какой он великий и что по праву занимает место на юридической Олимпе. Не будем цитировать его умные тезисы и важные теории. Это и без нас все знают. Расскажем о том, каков Толстой в жизни, общении с властью, коллегами и студентами. Ведь, на Олимпе хотя и обитали боги, но боги с человеческими слабостями.

Их божественное поведение по Гомеру — яркая иллюстрация к «семи смертным грехам человеческим»[2]. Да и заголовок навеян олимпийскими сюжетами: поди, разберись, где тут правда, а где — вымысел. Одним словом — легенды!

Думаем, глубокоуважаемый академик не обидится, если в дальнейшем мы будем его называть просто Ю.К., как часто называют его студенты, ученики, а, порой, и коллеги. Впрочем, судя по воспоминаниям заслуживающих доверие очевидцев, именно так он и сам о себе (как о Ю.К.) позволял иногда высказываться.

Итак, сначала о себе и своих легендах расскажет сам Ю.К. Расскажет так, как он блистательно сделал это в автобиографической книге «Из пережитого…»[3]. Официальную точку зрения представит его коллеги по юридическому цеху, а его ученики вспомнят о неформальных встречах с Ю.К. и поделятся своими впечатлениями от общения с ним. На том и остановились. В результате, как нам кажется, получили первый в истории юридической публицистики опыт использования 3D-формата.

Толстой: Ума холодных наблюдений и сердца горестных замет

Когда я читал эти заметки близкому мне человеку, умному и проницательному, мой слушатель сказал:

— Обязательно нужно довести до сведения читателей, кто ты такой. Ведь далеко не все тебя знают.

С этой рекомендацией пришлось согласиться. Поэтому страничкам воспоминаний я предваряю краткую «субъективку», из которой будет ясно, кто есть кто.

Автор этих «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет» –Толстой Георгий (Юрий) Кириллович, 1927 г. рождения, уроженец Ленинграда, доктор юридических наук, профессор Санкт-Петербургского университета, русский, беспартийный, женатый, имею сына Святослава, которому идет 16-й год. Считаюсь специалистом в области гражданского и хозяйственного права, а также теории права. Кроме работы на кафедре более 20 лет являюсь заместителем главного редактора журнала «Правоведение». Вхожу в состав нескольких специализированных Советов (на юридическом, экономическом и философском факультетах), имею свыше 150 научных работ (монографий, учебников, учебных пособий, статей, брошюр и т. д.).

Основные научные интересы сосредоточены в области совершен¬ствования гражданского законодательства, права собственности, жилищного законодательства, теории права. Более 10 лет был членом экспертного Совета ВАК по философским и правовым наукам, членом Комитета Конституционного надзора СССР (со дня его основания до самороспуска).

Потомок династии Толстых. Считается, что наша ветвь идет от Алексея Константиновича Толстого, хотя сам он был бездетным. В нашем роду были екатерининский флотоводец, победитель Чесменского боя, адмирал Спиридов и актер Александрийского театра Юрьев. Помимо русской в моих жилах течет украинская кровь (дед по линии матери Глушков — украинец), немецкая (прабабка по линии отца — немка), французская (прабабка по линии матери — обрусевшая француженка из рода Бенуа — Елизавета Александровна Баранова) и армянская (прадед по линии матери был армянин Санджанов, генерал-артиллерист русской Армии, один из участников русско-турецкой войны).

Родился я в семье инженера, мать преподавала иностранные языки. Вообще в моем роду помимо государственных мужей и военных были инженеры (прадед со стороны отца, дед со стороны матери), юрист (дед со стороны отца).

Бабушка со стороны отца окончила университет в Лозанне (Швейцария), знала пять иностранных языков, преподавала их и была переводчицей.

Крещен я Георгием, но печатаюсь как Юрий, поэтому коллеги больше знают меня как Юрия.

В партии (КПСС или какой-либо другой) никогда не был. Отказывался от вступления в партию, так как каждое такое предложение сопровождалось посулами продвижения по служебной лестнице. А это было противно. Вообще испытывал недоверие к тем, кто вступал в партию, не рассчитывая на скудные ресурсы своего интеллекта.

Родителей лишился в раннем возрасте. Мать умерла от туберкулеза в возрасте 26 лет, когда мне было полтора года, а отец ушел из жизни в 1933 г. в возрасте 30 лет, когда мне еще не было шести лет. Воспитывался у родственников, поначалу со стороны отца, а потом — матери.

Среднюю школу закончил с золотой медалью в 1945 году.

Поступил на юридический факультет в этом же году, окончил с отличием в 1950 г., поступил в аспирантуру. В 1953 г. защитил кандидатскую диссертацию, а в 1970 г. –докторскую. С 1956 г. — доцент, с 1972 г. — профессор.

Моим учителем был крупнейший наш юрист академик — А.В. Венедиктов. Женился поздно, в 1975 году.

Жена — Толстая Виктория Петровна, 1939 г. рождения, блокадница, преподаватель педучилища.

Ну вот, кажется, и все.

*** Конечно, это не «все». Это — только начало. Если вы обратили внимание, то Ю.К. в нашем заголовке — Юрий (Георгий) Кириллович Толстой. А сам Ю.К. называет себе Георгием (Юрием) Кирилловичем. В Интернете и печати та же «чересполосица».

Объяснение «крещен я Георгием, но печатаюсь как Юрий, поэтому коллеги больше знают меня как Юрия» мало что объясняет. Так родилась первая легенда об академике Толстом — легенда его происхождения и имени.

Согласно плану реализации нашего 3D-проекта первым об этом должен рассказывать сам Толстой, потом — его коллеги, а затем и до учеников очередь дойдет. Тут потребуется некоторое пояснение. Сначала мы обратились к коллегам академика по юридической науке.

Первая же реакция (проф. А. Тарбагаев) нас остудила: — А вы согласовали вопрос с Кропачёвым (ректор и декан юридического факультета Санкт-Петербургского Государственного университета в одном лице)? В общем, первое же D нашего проекта оказалось под вопросом.

Тогда мы отправили редакционные письма трем самым известным в России политикам, которые учились у академика, с просьбой подтвердить или опровергнуть существующие легенды о Толстом.

Откликнулся один человек — Председатель Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Антон Александрович Иванов. Но при этом честно выставил условие: некоторые легенды о Ю.К. он комментировать не будет, хотя все их знает, о них у него есть собственное мнение по этому поводу. Из–за этого последовательность нашего изложения не всегда соблюдается.

Потом через Интернет с аналогичной просьбой обратились к десяти бывшим студентам Ю.К., пользователям российского сегмента всемирной паутины. Откликнулись трое.

Их ответы проанализировал и в обобщенном виде представил редакции скромный пользователь Рунета, которого в сети именуют н


убрать рекламу


е иначе, как «Кондратъ» (имя это приклеилось к нашему соавтору еще в университетские времена и, как не без оснований считают некоторые эксперты, ныне стало его сущностью) [4]. Так что личность этого пользователя редакции известна, но Кондратъ, он и есть Кондратъ, поэтому мы решили ничего не менять и оставили все как есть.

Итак, легенда первая: потомок династии Толстых, нареченный Юрием в честь Брусилова

Толстой: О родных отца мне известно немногое. Прадед со стороны отца, Василий Александрович Введенский, окончил институт путей сообщения в Петербурге. Учился на медные гроши и подрабатывал репетиторством. Это не помешало ему успешно окончить институт. Женился на немке Юлии Карловне.

От брака было трое детей — две дочери Юлия и Зинаида (моя бабушка) и сын Александр. Долгое время Василий Александрович жил в Воронеже, где дослужился до начальника Управления Юго-Восточных железных дорог (по нынеш-ним меркам — на