Гарбера Кэтрин. Третий не лишний читать онлайн

A- A A+ Белый фон Книжный фон Черный фон

На главную » Гарбера Кэтрин » Третий не лишний.





Читать онлайн Третий не лишний. Гарбера Кэтрин.

Кэтрин Гарбера

Третий не лишний

 Сделать закладку на этом месте книги

Katherine Garbera

CRAVING HIS BEST FRIEND’S EX


Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.


Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.





Craving His Best Friend’s Ex

© 2018 by Katherine Garbera

«Третий не лишний»

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019


* * *

Глава 1

 Сделать закладку на этом месте книги

Итан Каратез открыл дверь своего дома и с удивлением обнаружил на пороге Криссанн Мосс. Бледная, она стояла перед ним и покусывала нижнюю губу, что обычно делала, когда ее что-то беспокоило. На одном ее плече болталась камера, позади стоял чемодан, а от тротуара медленно отъезжало такси. Криссанн подняла на макушку свои солнцезащитные очки, и на ее лицо упала прядь длинных белокурых волос, которую она сдунула в сторону. И, как всегда, Итан с трудом оторвал взгляд от ее губ.

Ни одна из женщин не волновала его до такой степени. И так повелось с самого начала их знакомства, когда лучший друг Итана представил его своей девушке.

Влечение к ней заставляло его чувствовать себя предателем по отношению к Мейсону, но он не мог ничего поделать с собой. Криссанн понравилась Итану с первого взгляда, только он проявил нерешительность…

– Привет. Не ожидал увидеть тебя здесь. То есть я хотел сказать, что Коул-Хилл, штат Техас, находится далековато от твоего привычного места обитания, – сказал Итан, распахивая дверь шире и впуская Криссанн в дом. Последние три года она вместе с Мейсоном жила в Лос-Анджелесе.

– Конечно, не ожидал. И когда ты узнаешь причину моего визита, я не стану винить тебя, если ты скажешь, чтобы я проваливала. – Криссанн говорила с небольшим северо-западным акцентом, который Итан находил очаровательным.

Он не мог себе представить, что она могла такого учудить, чтобы он выставил ее за дверь.

– Я работаю адвокатом и за годы практики наслушался таких невероятных историй, что ты вряд ли шокируешь меня.

Она одарила его милой улыбкой, не коснувшейся ее глаз, а потом потянулась к нему и обняла.

– Итан, ты всегда был самым лучшим. Если честно, мне больше не к кому идти…

Заинтригованный, он поставил ее чемодан у стены рядом с комодом в прихожей, а потом закрыл входную дверь. Повернувшись к Криссанн, Итан чуть было не спросил, где Мейсон, но потом вспомнил, что тот должен был отправиться в Перу, чтобы снимать свою приключенческую шоу-программу о выживании в экстремальных условиях.

Итану казалось, что прямо сейчас он отправляется прямиком в ад за то, что испытывает вожделение к девушке лучшего друга, но каждый раз при взгляде на нее он не мог не представить их двоих в своей огромной постели.

– Проходи на кухню. Моя помощница по дому приготовила сладкий чай и испекла шоколадное печенье. Мы можем перекусить, и ты расскажешь, каким ветром тебя занесло в наши края.

Итан жестом пригласил гостью пройти первой, что было вполне джентльменским поступком, но стоило ему заметить, как при ходьбе мягко покачиваются ее бедра, он тут же забыл о хороших манерах. Он сходил с ума от желания, и ему стоило невероятных усилий ничем не выдать своих чувств.

Со своей последней подружкой Итан расстался довольно давно, поэтому период воздержания затянулся дольше желаемого.

– Я схожу за телефоном, а ты пока угощайся печеньем.

Он вошел в кабинет и какое-то время постоял у стола, вспоминая, как в воскресной школе его учили не желать того, что принадлежит другому. Потом Итан схватил телефон и отправился обратно на кухню, уверенный, что сможет контролировать ситуацию. Но стоило ему увидеть Криссанн, прислонившуюся лбом к застекленной двери, выходившей на террасу, как его сердце тут же мучительно сжалось.

Она выглядела такой потерянной и такой одинокой.

Итан вспомнил, какое отчаяние сквозило в ее объятиях, и понял, что она нуждается в нем.

– Криссанн?

Она обернулась и, сняв солнцезащитные очки с головы, положила их на кухонный стол. Потом сунула руки в задние карманы брюк, отчего ее грудь подалась вперед.

Проклятье.

– Мы с Мейсоном расстались, – быстро заговорила Криссанн. – Мы серьезно поругались. Он предложил мне остаться в его квартире, пока он будет в Перу, но я не смогла. Я… Мне нужно было куда-нибудь уехать. Только у меня нет никаких родственников. Когда я приехала в аэропорт, я поняла, что мне некуда идти, а потом подумала о тебе.

Из этого потока слов Итан услышал только одно. Она была свободной.

Она осталась одна и страдала. Итан знал, что Криссанн выросла в детском доме и что у нее имелась всего парочка близких друзей… большинство из которых считались также друзьями Мейсона. Она встречалась с ним с первого курса университета. Понятное дело, в такую минуту она нуждалась в поддержке Итана, который всегда был для нее чем-то вроде лучшего друга. И ему пришлось подавить свое влечение к ней, впрочем, как всегда.

– Ты можешь оставаться у меня сколько угодно.

– Спасибо. Я понимаю, что ставлю тебя в неловкое положение, но я просто не знаю, к кому еще обратиться.

Итан покачал головой. Конечно, будет неудобно, когда придется объясняться с Мейсоном, но и выставить ее за дверь он тоже не мог. Все-таки отец воспитал его джентльменом. Криссанн оказалась в затруднительном положении и явно нуждалась в дружеской поддержке. Только все дело в том, что Итана тянуло к ней и он бы пошел на что угодно, лишь бы она осталась под крышей его дома.

– Ничего неловкого тут нет. А ты уверена, что вы расстались навсегда? Знаю, Мейсон бывает в дурном настроении перед съемками.

Ему хотелось, чтобы она была счастлива, и до сегодняшнего дня считал ее и Мейсона идеальной парой. Ему хотелось заполучить Криссанн для самого себя, но ее благополучие было для него главнее. И хоть Мейсон временами вел себя как тупица, когда дело касалось женщин, в обществе Криссанн он становился другим. Они подходили друг другу. Мейсон даже подтолкнул ее к тому, чтобы она начала вести видеоблог путешественника, который стал приносить доход и помог ей сделать карьеру.

– Уверена. Последнее время мы отдалились друг от друга. Знаю, он твой друг, поэтому я не собираюсь жаловаться на него, но, как оказалось, мы хотим разных вещей от жизни.

Вот так новости. Итан был не в курсе событий, так как с недавних пор старался избегать общества этой парочки, потому что для него стоило невероятных мучений находиться поблизости Криссанн и не испытывать к ней влечения.

– Не хочешь поделиться, что к чему?

Она покачала головой, и длинные пряди волос соскользнули с ее плеч на округлую грудь.

– Не сейчас.

– Тогда, может, показать тебе твою комнату, чтобы ты могла освежиться с дороги, а потом поедем куда-нибудь поужинаем?

– Отличная идея. Но ты уверен, что не против?

– На все сто.

– Я срочно займусь поисками жилья. Лос-Анджелес всегда был городом Мейсона, а я подумывала, чтобы поселиться в центре страны вместо того, чтобы оставаться на Западном побережье… Так что передо мной встал выбор: осесть здесь или в Чикаго, но раз я знакома с тобой… Хотя я определенно могла бы остановиться в гостинице. Вообще-то, мне следовало бы поехать туда.

– Прекрати. Ты можешь пожить у меня. И нет никакой спешки, чтобы искать себе другое жилье. Этот дом достаточно большой, чтобы в нем хватило места для нас двоих. – Мейсон будет за границей пару недель, достаточно времени для того, чтобы Итан придумал, как объяснить другу сложившуюся ситуацию.

– Знаешь, любая девушка может только мечтать о таком друге, как ты, – ответила Криссанн.

Только Итан очень сомневался, что сможет довольствоваться отведенной ему ролью.


Криссанн рассчитывала на такую реакцию со стороны Итана. Она бы солгала, если бы сказала, что не замечала, что он всегда был к ней неравнодушен. Она надеялась, что он не прогонит ее. Криссанн относилась к тем женщинам, которые с трудом заводили друзей. Частично потому, что была амбициозной, а еще потому, что так и не научилась доверять. Психолог, к которому Криссанн направили ее последние приемные родители, когда ей исполнилось восемнадцать, подчеркнул, что ее недоверие может стать барьером на пути к счастью.

Может, оно и послужило причиной ее разлада с Мейсоном.

Только оказалось, что ей некуда идти. Криссанн позвонила своей подружке Эбби, жившей в Сан-Франциско, но у той как раз появился новый парень, и Криссанн решила, что будет дико, если она подселится к ним.

К другим знакомым она тоже не могла поехать, потому что нуждалась в поддержке друга, который не осудит ее. Именно таким человеком она считала Итана.

К тому же, будучи адвокатом, он много времени проводил в суде и вообще был очень занят на своей работе, так что Криссанн надеялась на возможность остаться наедине со своими мыслями и решить, что делать дальше. Она бы просто не смогла остаться в доме, где жила вместе с Мейсоном, после той ужасной ссоры, когда они наговорили друг другу столько гадостей.

Ей хотелось оказаться там, где ее примут. А рядом с Итаном она всегда чувствовала себя личностью, а не той девочкой, которую бросила мать-наркоманка и которая кочевала из одного детдома в другой, потому что была слишком тихой, чем приводила взрослых в сильное замешательство.

– Вот твоя комната, – сказал Итан, когда они поднялись на второй этаж.

Криссанн замерла на пороге, оглядывая одну из самых шикарных спален, которые когда-либо видела. Она никогда не бывала в гостях у Итана, потому что обычно он сам приезжал к ним с Мейсоном. В доме чувствовалось влияние испанского стиля, начиная от плитки в прихожей и заканчивая огромной аркой, ведущей в просторную гостиную. Но эта комната была отделана больше в деревенском стиле. На полу лежал настолько ворсистый ковер, что Криссанн захотелось разуться и пройтись по нему босиком. Почти все пространство занимала большая кровать с темно-синим пологом, по обеим сторонам которой стояли тумбочки с ночниками. У стены, на которой висело полотно с техасским пейзажем, стояло два мягких кожаных кресла и небольшой столик между ними.

– Шикарная комната, – заметила Криссанн.

– Рад, что тебе понравилось. Вон там, в нише, – махнул Итан рукой в другой конец спальни, – есть стол, а чуть дальше находятся гардеробная и ванная комнаты. Если тебе что-то понадобится, дай мне знать.

– Я очень неприхотлива, так что вряд ли побеспокою тебя.

– Знаешь… Могу поспорить, что, как только Мейсон приземлится в Лиме, он сразу же позвонит тебе, чтобы извиниться.

Криссанн так не думала. Их ссора началась с того, что она дождалась Мейсона из очередной командировки и предложила, что, может быть, им стоит пожениться и подумать о семье. Она предполагала, что он будет немного упираться, принимая во внимание то, что он привык к тому, что их совместная жизнь состояла из встреч в аэропортах и ночевок в различных принадлежавших ему апартаментах в больших городах по всему миру. Но его категорический отказ поверг ее в шок.

Мейсон сказал, что не хочет заводить семью, что заставило ее по-другому взглянуть на их отношения. Лично она всегда мечтала об этом, особенно после тяжелого, полного одиночества детства.

– Вряд ли, – мрачно буркнула Криссанн.

– Что ж, располагайся, а я немного поработаю. Завтра утром мне нужно быть в суде, так что я хочу еще раз просмотреть свои записи.

– Если у тебя мало времени, мы можем обойтись без ужина.

– Нет. Я планировал поужинать в ресторане. И мой папочка надрал бы мне задницу, если бы узнал, что после того, как ты преодолела такой долгий путь, я накормил тебя хлопьями с молоком, – улыбнулся Итан.

– Как он поживает?

– Неплохо. Наш старик вышел на пенсию, но по-прежнему сует нос во все дела, доводя Нейта до белого каления.

У Итана было еще три брата. Нейт, самый старший, помимо управления семейным ранчо, руководил компанией, получавшей прибыль с нефтяных месторождений и добычи полезных ископаемых. Второй брат, Хантер, бывший игрок Национальной футбольной лиги, был недавно оправдан после скандала, касавшегося событий, произошедших во время его учебы в университете. Потом следовал Дерек, работавший хирургом в Коул-Хилл.

Что касалось самого Итана, Криссанн без зазрения совести считала его слишком сексуально привлекательным для работы адвокатом. Его густые, темно-русые волосы кудрями ниспадали ему на лоб, несмотря на то что он пытался уложить их назад. А подогнанная под его фигуру рубашка сидела на нем как влитая, подчеркивая его мускулистые руки и плоский живот.

– Он и тебя заставляет нервничать? – спросила Криссанн, понимая, что рассматривает Итана слишком долго.

– Иногда, – признался он. – Но, к счастью, его отвлекает дочка Нейта, Пенни. Внучка служит свое рода успокоительным для нашего отца, – улыбнулся Итан. – Так-с… Что еще я хотел сказать? Ах да… У меня два помощника по дому, миссис Ярнел и Барт. Дворецким Барта я не называю, потому что это звучит слишком претенциозно, и я чувствую себя героем сериала «Аббатство Даун-тон». Барт живет здесь, и в его обязанности входит присматривать за домом, бассейном и двором.

– А два помощника – это не много?

– Возможно, но Барту нужна работа, а из-за судимости его никто не хочет нанимать. А миссис Ярнел когда-то работала у моих родителей, пока они не переехали в дом поменьше и перестали нуждаться в ее услугах. Ей осталось лет пять или около того до пенсии, и я подумал, что мне не помешает ее помощь по дому.

– А ты не переживаешь насчет Барта?

– Он хороший парень и просто попал под плохое влияние. Могу сказать, что он очень изменился с тех пор, как получил досрочное освобождение.

Вот он, пример того, насколько хорошим человеком был Итан.

Он заботился обо всех и видел в человеке личность, а не ерунду вроде возраста или принадлежности к тому или иному социальному классу.

Криссанн знала, что Итан испытывал к ней какую-то симпатию, но не обманывала себя, что его интерес может перерасти в более серьезные чувства. Он был лучшим другом Мейсона и к тому же верным. И здесь речь шла не о слепой преданности, а о приверженности своим собственным принципам.

И потом, возможно, он запал на нее, потому что она была запретным плодом. От этой мысли Криссанн становилось грустно, потому что ей хотелось, чтобы Итан оставался идеальным мужчиной, которым она его всегда считала.

Он подошел к двери и остановился.

– Здесь есть балкон с видом на бассейн и двор. Он соединяется с другими комнатами.

– А где твоя комната?

– Через две двери, – ответил Итан и вышел за порог.

А Криссанн осталась стоять посреди шикарной спальни и изо всех сил старалась не чувствовать себя потерянной. Она снова осталась одна. С Мейсоном Криссанн ощущала себя частью семьи, но оказалось, что она обманывала себя. Он не хотел связывать себя обязательствами, а Криссанн убедила себя, что между ними есть что-то серьезное. Что ж, впредь она будет более благоразумной.


Почесав затылок, Итан зашел в кабинет и, закрыв за собой дверь, прислонился к ней спиной. Он тяжело вздохнул, думая о том, что все его братья обзавелись семьями, но в его жизни не было ничего, кроме работы, пусть и любимой, и женщины, которая считала его своим другом.

Проклятье.

Итан подошел к столу и, опустившись в большое кожаное кресло, придвинул к себе папку с бумагами. Но он не смог долго усидеть в кабинете и через некоторое время вышел в коридор и направился в кухню, откуда доносились звуки музыки.

Барт обычно не слушал музыку, но, возможно, он уже успел познакомиться с Криссанн и тоже попал под ее чары. В ней было что-то такое, какая-то печаль во взгляде, что всегда вызывало у Итана желание развеселить ее.

Барта на кухне не оказалось, но там сидела Криссанн и, стуча по клавишам ноутбука, подпевала Джеку Джонсону. Она подняла голову и, заметив его присутствие, тут же прекратила петь.

– Извини. Кажется, я немного увлеклась.

– Мне понравилось.

– Правда?

– Ты поешь намного лучше Хантера. У этого парня куча талантов, но пение к ним не относится, – пошутил Итан, упомянув своего младшего брата.

– Твоя семья всегда казалась мне такой…

– Большой и докучливой?

– Приятной. У меня нет ни братьев, ни сестер.

– Они могут быть очень надоедливыми. Я сотни раз жалел, что я не единственный ребенок в семье.

– Но сейчас ты думаешь по-другому?

Итан молча кивнул. Он радовался, что у него были братья и что он жил неподалеку от своих родных.

– Я вот что подумал. Раз ты здесь, может, тебе захочется рассказать о Коул-Хилл в одном из твоих блогов путешественника, которые ты пишешь в дополнение к видеосюжетам. У нас в городе находится учебная база научно-исследовательской автоматической межпланетной станции «Кронос», принадлежащая НАСА. Я обозначил на карте ее и еще одно местечко, которое может оказаться интересным для тебя.

– Как мило с твоей стороны.

– Просто я подумал, что тебе захочется занять себя чем-нибудь. Я могу представить, что ты сейчас чувствуешь, потому что переживал нечто подобное в прошлом, когда расстался с одной из своих девушек.

– А мне казалось, ты мужчина на одну ночь.

– Можешь не говорить, от кого ты это услышала. – Только Мейсон мог отвесить ему такой комплимент. – У меня были и более длительные романы.

– Хотелось бы знать, почему ты избегаешь серьезных отношений, – подмигнула Криссанн, – но боюсь, ты сочтешь меня слишком назойливой.

– Может быть.

Если бы она начала задавать наводящие вопросы, ему пришлось бы выкручиваться. Не говорить же ей, что именно она стала причиной того, что у него до сих пор никого не было. Итан считал нечестным встречаться с одной женщиной и быть одержимым другой.

Криссанн поднялась с места, подошла к Итану и, одарив его одной из своих очаровательных улыбок, обняла. Он сначала остолбенел, но затем обнял ее в ответ. Закрыв глаза, Итан вдохнул цветочный аромат ее волос, а затем заставил себя разжать объятия и сделать шаг назад.

– Я пока не буду требовать, чтобы ты поделился своими секретами, – сказала она.

– Я должен поблагодарить тебя за это?

– Да.

– Готова отправиться на ужин?

– Только возьму сумочку и телефон.

Она вышла из кухни, а он опять стоял и смотрел ей вслед, понимая, что обманывает себя, прикидываясь ее другом. Итану мастерски удавалось склонить присяжных в суде на свою сторону, но ему ни разу не удавалось одурачить самого себя. Он никогда не сможет смотреть на Криссанн, не представляя, как целует ее чувственные губы и держит ее в своих объятиях ночь напролет.

Глава 2

 Сделать закладку на этом месте книги

Стейкхаус «Тихая бухта» находился почти в центре города. Когда-то родители Итана не раз снимали в нем одно из помещений, чтобы отпраздновать здесь очередное семейное торжество. Итан вспомнил, как в детстве, получив несколько монет на сладости, с братьями наперегонки мчался к автомату с мятными леденцами, который стоял перед входом в ресторан.

– О чем ты думаешь? – спросила Криссанн.

– О том, как дрался с братьями, чтобы оказаться первым у этого автомата со сладостями.

– Знаешь, для меня непривычно, что ты прожил большую часть своей жизни на одном месте. Наверняка, куда бы ты ни пошел, у тебя возникнут какие-то воспоминания, связанные с прошлым.

– Так и есть. А у тебя разве нет таких мест, куда ты можешь вернуться?

– Вроде того. Так что я предпочитаю не оглядываться назад, а думать о будущем.

Итан потянулся, чтобы стиснуть ее плечо, но его рука замерла на полпути, а потом опустилась. Когда он оказывался рядом с Криссанн, желание неотступно следовало за ним. В присутствии Мейсона Итан позволял себе безобидные прикосновения к ней, но сейчас, когда друга не было поблизости, такие вещи таили в себе опасность. Поэтому он решил проявлять осторожность.

– Наверное, так лучше всего, – согласился он. – Прошлое не изменить.

Пока они поджидали свободный столик, Криссанн подошла к стене, на которой висело множество фотографий. Итан знал, что все они самое меньшее тридцатилетней давности, потому что на одном из снимков красовался его отец рядом со своим пикапом. Уинстон Каратез как раз унаследовал ранчо и решил приумножить семейные капиталы, занявшись скотоводством.

– Мне нравится удаль и уверенность в глазах этого парня, – заметила Криссанн.

– Это мой отец, – ответил Итан. – Одна из его любимых поговорок: «Кто сомневается, тот остается в проигрыше». Он всегда добивался желаемого.

– Похоже, ты унаследовал это свойство характера. Ты ведь никогда не сомневаешься, не так ли?

Такое было всего один раз.

Когда они с Мейсоном заметили Криссанн на университетской спортивной площадке, Итан задался вопросом, не пригласить ли эту девушку на свидание, а его друг, всегда готовый рискнуть, просто подошел к ней и предложил встретиться.

Отец Итана в который раз оказался прав.

– У меня хватало взлетов и падений, – вздохнул Итан.

– Лично мне кажется, что взлетов было больше, – возразила Криссанн. – У тебя очень успешный бизнес.

– В целом, но я не люблю хвастаться.

Она в шутку ударила его по плечу. Черт, даже этого прикосновения хватило, чтобы Итана бросило в жар, хотя он прекрасно понимал, что Криссанн относится к нему как к другу.

Он гордился своим самообладанием, но она испытывала его способность держать свои чувства под контролем. А Итан если чему и научился за свою жизнь, так это тому, что, выходя за рамки, можно попасть в неприятности.

Когда Криссанн склонила голову чуть набок, на ее щеку упала прядка волос, и он потянулся, чтобы заправить ее обратно ей за ушко. Губы Криссанн тут же приоткрылись, и она задержала дыхание. Итан не сумел совладать с собой и провел пальцем вниз по ее шее, ощущая мягкость ее кожи, а потом опустил руку.

– Итан…

– Да?

Тут к ним подошла официантка и проводила их за освободившийся столик.

Криссанн тяжело сглотнула, и Итан почувствовал, что динамика отношений между ними изменилась.

Благодаря ему. Он старался, чтобы его прикосновение казалось безобидным, только он больше не мог скрывать своих чувств, особенно теперь, когда Мейсон вышел из игры.

Он смотрел на мягко покачивающиеся бедра Криссанн и думал о своем брате Дереке, женившемся на своей лучшей подруге. Каким-то образом эти двое умудрились превратить дружеские отношения в любовь. Только в случае с Итаном все было по-другому. В этих отношениях их было всегда трое. И было бы глупо рассчитывать на то, что Мейсон по возвращении домой не попытается вернуть Криссанн.

Лично Итан поступил бы именно так.

Так что сегодняшний ужин будет встречей двух старых друзей… не более.


Когда они вышли из ресторана, Криссанн остановилась чуть в стороне, когда Итан заговорил с кем-то из знакомых, встретившихся им по дороге.

Она завороженно смотрела на Итана, пытаясь понять, почему ее тянуло к нему. Свет, льющийся из витрины ресторана, подчеркивал его властный подбородок, и Криссанн вдруг пожалела, что под рукой не оказалось камеры. Она молча чертыхнулась и полезла в карман за телефоном.

Криссанн открыла приложение-камеру и, включив настройки, начала выбирать подходящий угол для съемки. Она увеличила масштаб и увидела шрам над левой бровью Итана, которого раньше никогда не замечала.

Ее всегда привлекало в нем то, что он сосредотачивался на своем собеседнике целиком и полностью, не обращая внимания на посторонние предметы. Криссанн сделала несколько снимков и развернулась, чтобы изменить угол, но тут же врезалась в какого-то прохожего.

– Прошу прощения.

Она подняла глаза и увидела перед собой мужчину в ковбойской шляпе, из-под которой выбивалась львиная грива седых волос. В его чертах лица было что-то знакомое. Криссанн понимала, что щелкнуть незнакомца было бы невежливо с ее стороны, но его лицо показалось ей очень выразительным.

– Ничего страшного. Хотя, уверен, что вы могли бы найти модель посимпатичнее.

– Посимпатичнее кого?

– Вон той акулы. Знаете, он из тех, кто любит поспорить. Он адвокат.

– Знаю. Он в этом деле настоящий мастер. Однажды мы спорили целых сорок пять минут по поводу того, что лучше – свежая сальса или то, что подают в ресторанах быстрого питания.

– Но тут даже спорить не о чем.

– Верите или нет, но он посчитал, что сальса в закусочных ничуть не хуже.

– Этот парень упрямее осла.

– Так может сказать только тот, кто хорошо знает Итана, – ответила Криссанн. – Кто вы?

– Привет, пап, – подойдя к ним, поздоровался с мужчиной Итан, а потом повернулся к ней:

– Я ведь предупреждал, что мои родственники могут быть занудными.

– Уинстон Каратез, – представился отец Итана, протягивая ей руку. – Можете называть меня папой, так все делают.

Он наверняка говорил эти слова десяток раз на дню, но у Криссанн никогда не было отца, и ни один человек не предлагал ей называть его папой. Так что она придала его словам чуть больше значения, чем следовало.

– Спасибо, – ответила она, пожимая ему руку. – Я Криссанн Мосс.

– Рад познакомиться с вами, Криссанн. Итан, ты должен привезти свою девочку к нам в гости, чтобы познакомить с мамой.

– Па, мы… м-м-м… Мы не встречаемся. Она Мейсона…

– …Бывшая девушка Мейсона, – перебила его Криссанн. – И я здесь по работе. Итан любезно предложил мне остановиться у него на некоторое время. Мы дружили во время учебы в университете. – Она понятия не имела, что хотел сказать Итан, но знала одно – Мейсону она теперь считалась никем.

– Твоя мама все равно захочет познакомиться с ней, – решительно сказал Уинстон.

– Конечно, – напрягся Итан.

– Мы что-нибудь придумаем, – пообещала старику Криссанн.

Уинстон кивнул и обратно надел свою шляпу.

– Итан, увидимся в субботу.

– Да, сэр, – ответил тот.

Отец Итана кивнул на прощание Криссанн и продолжил свой путь.

– Он по-прежнему относится ко мне как к подростку, – пожаловался Итан.

– Мне кажется, это так мило.

– Мило? Он до чертиков раздражительный. Все так говорят.

– А они не говорят, что ты очень похож на него? – спросила Криссанн, потому что сейчас он вел себя в точности так, как пару минут назад его отец, когда говорил о своем сыне.

– Так и есть, – рассмеялся Итан, – но это не значит, что они правы. Сделала какие-нибудь фото нашего города?

– Да, – покраснела Криссанн, потому что на всех ее снимках красовался исключительно один лишь Итан. – Сфотографировала городские улочки и прохожих.

– Замечательно.

Они молча вернулись к его машине, и она подумала о том, что ей не стоит привязываться к этому городку и семейству Каратез, ведь она приехала сюда только для того, чтобы прийти в себя и решить, что делать дальше.

А риск подпасть под очарование Коул-Хилл и Каратезов существовал, к тому же большой. Ведь она никогда не была по-настоящему равнодушной к Итану. Ее не отталкивали его шрамы и неудачи, наоборот, они помогали ей лучше понять его. И она боялась, что может потерять голову.


Итан ворочался в кровати, прислушиваясь к ветру за окном.

Он не мог уснуть, зная, что в его доме, в комнате чуть дальше по коридору, спит Криссанн. Он без устали твердил себе, что они всего лишь друзья. И что она по-прежнему девушка Мейсона, по крайней мере, до тех пор, пока его лучший друг не скажет, что теперь все по-другому.

Итан повернулся на бок и посмотрел на пустующее место рядом с ним. Потом он закрыл глаза, и ему вдруг показалось, что он чувствует запах духов Криссанн, донесшийся через открытую балконную дверь.

Итан вскочил с кровати и, подойдя к двери, увидел темный силуэт рядом с перилами.

Криссанн.

Он схватил джинсы и начал натягивать прямо на голое тело. Осторожно, чтобы не задеть свою возбужденную плоть, он застегнул молнию и, проведя рукой по волосам, вышел на балкон.

– Не спится? – тихо, чтобы не испугать Криссанн, спросил он.

– Нет. Голова забита разными мыслями.

В своей тоненькой сорочке без рукавов и длиной до колена Криссанн в лунном свете казалась каким-то неземным существом.

– Я разбудила тебя? – спросила Криссанн, прислонившись к перилам. Легкий ветерок всколыхнул ее волосы, и одна из прядок упала ей на лицо. Криссанн мягко убрала ее обратно за ухо.

– Нет.

– Я рада, – ответила она. – Но почему ты не спишь? Может, тебе поможет разговор по душам.

Итан сомневался, что они оба уснут,


убрать рекламу


если он признается, что одержим ею и только и думает о том, как поцеловать ее. Но он не мог наброситься на Криссанн. Она не была кем-то чужим, с кем можно просто переспать и поприветствовать улыбкой на следующее утро.

У них была своя история.

А с его стороны еще и влечение.

Господи, он с ума сходил, находясь рядом с ней. Сейчас, глядя на контуры ее тела, спрятанного под ночной сорочкой, ему хотелось поднять край этой сорочки и…

– Итан?

– Ч-что?

– Ты хочешь поговорить о том, что беспокоит тебя?

– Нет. А ты?

– Определенно, нет.

– Поиграем в игру «развязать язык с помощью выпивки»?

– В прошлый раз я выиграла, – рассмеялась Криссанн.

– Только потому, что я поддался тебе.

– Ну, конечно.

– Правда-правда, – бросил он, направляясь к небольшому бару с напитками и закусками в другом конце лоджии. – Я ведь джентльмен.

– Как скажешь, – ответила Криссанн, присев на один из шезлонгов, расставленных вокруг переносной чаши для костра, и набросив на плечи плед, висевший на его спинке.

А Итан тем временем искал среди бутылок ее любимую текилу. Потом он нарезал дольками лайм и разложил его на тарелке рядом с солонкой и двумя стопками.

– Если тебе холодно, я могу разжечь костер, – предложил Итан.

– Мне хватит пледа, – ответила Криссанн, разливая текилу. – Кто начнет первым?

– Ты.

– Потому что ты джентльмен?

– Просто не успел придумать ложь, в которую ты поверишь.

Криссанн в ответ звонко рассмеялась.

А Итан завороженно смотрел на нее и наслаждался звуком ее смеха, который всегда наполнял его сердце радостью и вызывал у него улыбку.

Правила игры, в которую они играли еще будучи студентами, были очень просты. Все по очереди рассказывали какие-то истории, а другие игроки должны были угадать, правда это или ложь. Если побеждал рассказчик, остальные должны были выпить штрафную стопку, и наоборот.

– Тема? – спросила Криссанн.

– Первый поцелуй. – Итан сказал первое, что пришло ему в голову, и тут же пожалел. Он не представлял теперь, как будет сидеть при лунном свете с Криссанн и говорить о поцелуях.

– Что ж, интересная тема. Первый поцелуй у меня был с лягушкой. Это случилось на вечеринке в школе. Я помнила ту сказку, где поцелуй превращает лягушку в принца. Моя подружка подбила меня на это, и я подумала, а почему бы и нет.

– Это была настоящая лягушка?

– Самая что ни на есть настоящая.

– Твоя история больше похожа на выдумку.

– Ты проиграл. Потому что это правда. Меня даже потом наказали.

– За что?

– Мы с подружкой пробрались в лабораторию только для того, чтобы освободить лягушек. Целуя одну из них, я отвлекала внимание, пока Молли выпускала остальных на свободу.

Их взгляды встретились, и Итан лизнул тыльную сторону руки, потом посыпал ее солью и снова лизнул. Затем он опрокинул стопку текилы и, не сводя глаз с Криссанн, закусил водку долькой лайма.

Вытащив корку лайма изо рта, он положил ее на поднос. И его бросило в жар, когда Криссанн потянулась к нему, провела большим пальцем по его нижней губе, а потом облизала свой палец.

Похоже, он погорячился с идеей ночных посиделок.

Глава 3

 Сделать закладку на этом месте книги

Летом в Техасе, даже ночью, было довольно жарко, по крайней мере, Криссанн именно этим объясняла причину того, что ей вдруг стало душно. И Итан, сидевший напротив в одних джинсах и с обнаженным торсом, здесь ни при чем.

Он вопросительно приподнял бровь, и Криссанн поняла, что он закончил свою историю.

– Эм… ложь? – неуверенно спросила она.

– Женщина, ты ошиблась, – ответил Итан и вручил ей бутылку с текилой.

Учитывая то, что она уже слегка потеряла ориентир, ей следовало пожелать ему спокойной ночи и вернуться в кровать. Но она взяла у него бутылку и налила себе стопку текилы. Их с Итаном глаза встретились, когда она лизнула тыльную сторону ладони, и она заметила, как расширились его зрачки. Криссанн посыпала ладонь солью и лизнула ее, наблюдая за Итаном из-под опущенных ресниц. Он судорожно сглотнул, и тогда она опрокинула стопку, чувствуя, как горячительный напиток обжигает ей горло.

Когда она закусывала текилу лаймом, Итан поднялся со своего кресла и подошел к перилам балкона. Криссанн смотрела, как он обхватил ладонями железные прутья и опустил голову. Его спина была длинной и ровной, а шея сильной и соблазнительной.

Глядя на него, она чувствовала, как в ней снова пробуждается желание. И все причины, по которым, как ей казалось, она приехала в Техас, вдруг куда-то подевались.

Криссанн смотрела на Итана, видела его внутреннюю борьбу и понимала, что ей следует вернуться к себе. Но вместо этого она поднялась на ноги и, подойдя к нему, обняла руками его за талию и прижалась лбом к его спине. Итан сначала напрягся, а потом тихо вздохнул и расслабился.

– Это плохая идея, – тихо сказал он.

Криссанн провела рукой по его гладкому торсу, понимая, что он прав. Но она слишком долго чувствовала себя одинокой, потому что они с Мейсоном давно отдалились друг от друга. За последние полгода она провела с ним наедине от силы несколько часов и понимала, что давно готова жить своей жизнью.

У нее никогда не было настоящей семьи, а с Мейсоном у нее образовалась тесная связь. По крайней мере, ей так хотелось думать. Что ж, реальность показала, что Криссанн сильно заблуждалась.

– Мне все равно, – ответила она. – Между нами что-то есть.

– Ага, – разжав ее руки и отойдя в сторону, кивнул Итан. – Мейсон.

– Я не об этом. Я всегда считала тебя искренним и прямолинейным человеком, но, видимо, ты говорил то, что считал нужным, только для того, чтобы победить в споре.

– Не делай так.

– Как?

Итан снова подошел к ней и провел руками по ее плечам, а потом снова убрал их.

– Не усложняй все.

– Поздно. Или, может быть, мне одной кажется, что нас тянет друг к другу.

– Черт. Ты прекрасно знаешь, что это не так, – покачал головой Итан.

Он шагнул ближе, и Криссанн окутало тепло его тела, когда он потянулся к ней и, обняв за талию, привлек к себе. Она положила ладонь на его руку и почувствовала, как напряглись его бицепсы, когда он слегка приподнял ее.

Итан наклонил голову, и их с Криссанн глаза встретились. Она знала, что все происходившее было неожиданностью для них обоих, и боялась, что он передумает и не станет целовать ее из-за дружбы с Мейсоном. Поэтому она сделала первый шаг.

Прильнув к губам Итана, она почувствовала вкус лимона и текилы на его языке. Вцепившись в его руку повыше локтя, Криссанн наслаждалась поцелуем и тем, как Итан держал ее в своих объятиях. Он прислонился к перилам, и она, прижавшись к нему всем своим телом, ощущала животом его отяжелевшую плоть. Ей хотелось сбросить сорочку, чтобы почувствовать кожей его кожу. Криссанн чуть сдвинулась, чтобы нога Итана оказалась между ее бедер, и он застонал и, обхватив руками ее ягодицы, прижал ее к себе еще крепче.

Она отстранилась и снова встретилась с ним взглядом. Криссанн не могла сказать с уверенностью, что умеет читать по глазам, но взгляд Итана пробуждал в ней нечто большее, чем физическое влечение.

Она хотела высвободиться из его объятий, испугавшись собственных чувств, но он запустил руки в ее волосы и притянул ее обратно к себе.


Итан давно не прикасался к чему-то такому же мягкому, как ее волосы. Криссанн смотрела на него из-под полуопущенных ресниц, и ее губы были влажными и припухшими от поцелуя. Он мог назвать тысячу причин, чтобы разжать объятия и уйти, но он хотел ее.

И он подавлял свое желание слишком долго. Ему было легче, когда она жила с Мейсоном, но сейчас, когда она находилась в его доме, когда ее руки лежали чуть выше его паха, ему хотелось одного – подхватить ее на руки и отнести в свою спальню.

– Ты уверена? – спросил Итан.

Он не мог иначе. Ведь это была Криссанн. И она значила для него больше, чем девушка на одну ночь.

И его не волновало, если для нее все было по-другому. Может, она хотела оказаться в объятиях другого мужчины, чтобы забыть Мейсона или заставить его ревновать. Или по множеству других причин. Для Итана Криссанн была той единственной женщиной, которой он был одержим больше десяти лет. Той самой, на близость с которой он никогда не надеялся. И он должен был убедиться, что она тоже хотела его.

– Да, – ответила Криссанн и, проведя пальчиками по его груди, обвила его шею руками и начала осыпать поцелуями линию его подбородка.

У Итана закружилась голова, и он чуть повернулся и, обхватив Криссанн за затылок, жадно набросился на ее губы.

Она разжигала в нем страсть, о существовании которой он давно забыл. Со стоном Итан подхватил ее на руки и, не отрываясь от ее губ, понес в спальню.

Поставив Криссанн на ноги, он заглянул ей в глаза, боясь, что она могла передумать.

Проклятье.

Если так, ему придется отпустить ее.

Господи, пожалуйста, только бы она не передумала.

Криссанн снова пробежалась пальчиками по его груди и бросила взгляд на огромную кровать у него за спиной. На кровати с кожаным подголовником высилась горка подушек, а на стене над ней висели рога первого из длиннорогих быков, которых разводили на их семейном ранчо.

– Постоянно забываю, что ты ковбой, – заметила Криссанн.

Итан пожал плечами и, взяв ее за руку, притянул чуть ближе к кровати.

– Не совсем. Но, если хочешь, я могу надеть ковбойские сапоги и шляпу.

– Только если сначала ты снимешь эти джинсы.

– Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь из уважающих себя ковбоев щеголял в таком виде, – пошутил Итан.

– Какая жалость, – ответила Криссанн и, сделав шаг назад, медленно окинула его взглядом. – Ты будешь выглядеть чертовски соблазнительно в одной шляпе и сапогах.

– Думаешь?

– Может быть, когда-нибудь…

– Может, – неуверенно ответил Итан. В конце концов, он был адвокатом, самым серьезным из братьев Каратез, и всегда думал о последствиях своих поступков. Правда, не сегодня, когда стоял здесь, в своей спальне, рядом с Криссанн, сходя с ума от желания.

Конечно, он думал о сексе, но ему также хотелось, чтобы она принадлежала ему вся.

Только его ждала обычная интрижка.

Криссанн наверняка желала забыться в его объятиях, доказать себе, что она по-прежнему привлекательна.

Итан знал, потому что у него было несколько случайных связей наподобие этой, когда он спал с другими женщинами, чтобы доказать себе, что сумел забыть Криссанн.

Он тихо выругался, и она, склонив голову набок, прижала палец к его губам.

– Ни о чем не думай, – шепнула Криссанн.

– Ты можешь быть со мой только при таком условии?

Она чертыхнулась, и Итан понял, что не будет делать следующий шаг.


* * *

Криссанн не знала, что ответить. Конечно, сложившаяся ситуация больше походила на проблему, независимо от того, под каким соусом она ее подавала. Криссанн хотела Итана. Она хотела быть с ним. В списке людей, которым она могла бы довериться, не осталось никого, кроме него. И теперь она стояла в его спальне, пытаясь убедить себя, что смогла бы переспать с ним, а на следующий день вести себя так, словно ничего не случилось.

Но даже для нее, умевшей игнорировать собственные чувства, такое положение казалось немыслимым.

– Нет. Я не это имела в виду. Я хотела сказать, что, если мы начнем задумываться, мы снова начнем притворяться, будто нас не тянет друг к другу. А это неправда. Итан, я устала притворяться с тобой.

– Но ты была с моим лучшим другом.

– Между нами все кончено.

– В самом деле? Или ты просто хочешь заставить его ревновать?

Господи, да она даже не думала о Мейсоне, когда садилась в самолет, потому что все ее мысли были заняты человеком, рядом с которым она всегда чувствовала себя уютно.

– Нет. И если уж на то пошло, если бы я хотела вызвать его ревность, нашлись бы мужчины поближе к Лос-Анджелесу. Я здесь, с тобой… хотя именно этого я хотела избежать. И раз мы начали этот разговор, все только усложнится.

Итан вздохнул и, подойдя к мини-бару, находившемуся в углу его спальни, налил себе стакан чего-то похожего на виски.

– Все было сложным еще до нашего разговора, – тихо сказал он. – Мы просто дали волю нашим гормонам.

– Разве это так ужасно?

– Не знаю. Крисси, дело в том, что я не хочу, чтобы наутро кто-то из нас пожалел о случившемся.

– Почему все так запутанно? – спросила она, больше обращаясь к самой себе. – Утром я уеду. Сегодня в ресторане я видела рекламу одной из местных гостиниц.

Итан напряженно смотрел на нее, но она была слишком взбудоражена, чтобы думать о его переживаниях. Криссанн испытывала неловкость, что он не захотел ее.

Что в ней было такого ужасного, что отталкивало мужчин, которые присутствовали в ее жизни? Она не сумела заполучить даже того, кто смотрел на нее с затаенной страстью, когда думал, что она ничего не замечает.

Будь Криссанн из тех людей, которые дают волю своим чувствам, она бы расплакалась. Но она просто повернулась и вышла из спальни Итана.

Криссанн переступила порог своей комнаты и, подойдя к кровати, присела на ее краешек и потерла затылок. Она не могла оставаться здесь.

Ни одной секундой дольше.

Как так получалось, что каждый раз, оказавшись в месте, где ей хотелось быть, она все портила и ей приходилось уходить? Но сейчас она побила все рекорды. С момента ее приезда сюда не прошло и суток.

Все. Довольно.

Она заставила себя подняться, достала из шкафа джинсы и натянула первую попавшуюся футболку. Потом вытащила свой чемодан и поставила его рядом с кроватью.

На тумбочке завибрировал и замигал ее телефон, но она не стала обращать внимания. Прямо сейчас ей было не до новостных рассылок.

Она снова вернулась к шкафу, но ее телефон продолжал вибрировать, словно сумасшедший, принимая лавину сообщений. Криссанн озадаченно подошла к нему и увидела на экране незнакомый номер. Судя по телефонному коду, ей мог писать кто-то из продюсерской компании, на которую работал Мейсон.

Она открыла сообщения и начала читать их одно за другим, чувствуя, как ее охватывает паника. Через пару минут телефон выскользнул из ее рук, и она тяжело опустилась на пол, поджав колени к груди.

Самолет, на котором летел Мейсон, потерпел крушение.

О господи.

Криссанн тут же набрала номер Мейсона, но услышала, что абонент находился вне зоны доступа.

Она написала сообщение в его компанию, чтобы уточнить детали произошедшего, но немедленного ответа не последовало.

До этого момента Криссанн не осознавала, что где-то в глубине души надеялась, что Мейсон вернется к ней. И теперь она чувствовала себя глупой и никчемной за то, что подумала, будто разлюбила его. Она запрятала свои чувства так глубоко, что ей казалось, будто их нет. Но вот они, никуда не подевались.

– Криссанн.

Она подняла глаза и увидела в комнате Итана, с телефоном в руках и бледного как полотно. Криссанн вскочила на ноги и бросилась к нему.

– Ты тоже получил сообщение?

– Да. Я не могу дозвониться ни до Мейсона, ни до парня, который написал мне.

– Я тоже. Как думаешь, с ним все в порядке?

– Не могу сказать. Но мы оба знаем, что он множество раз попадал в различные переделки и научился выживать.

– Ты прав.

Итан распахнул объятия, и она прижалась к нему, уткнувшись лицом в его плечо и задыхаясь от слез. Она не знала, что сказать.

Как хорошо, что она не переспала с Итаном. Особенно сегодня вечером, когда Мейсон…

– Думаешь, он погиб? – спросила Криссанн.

– Надеюсь, что нет.

Глава 4

 Сделать закладку на этом месте книги

Следующим утром после бессонной ночи, когда Криссанн немного вздремнула, а Итан так и не сомкнул глаз, они сидели в его кабинете, пытаясь прояснить ситуацию. Криссанн, с накинутым на плечи кашемировым пледом, казалась, как никогда, маленькой и беззащитной. Вся ее напускная храбрость, с которой она противостояла этому миру, куда-то подевалась.

Итан сидел за ноутбуком, пытаясь связаться с компанией, на которую работал Мейсон, и выйти на своих знакомых из Южной Америки, чтобы проверить, не появлялось ли каких сообщений в местных новостях. Пока они с Криссанн знали только то, что самолет Мейсона упал неподалеку от вершины Анд, куда тот направлялся, чтобы снять последние серии своего фильма. Информации о выживших пока не поступило.

В коридоре послышались голоса, и через пару секунд в комнату вошли все его братья. Они глянули на Криссанн, и Хантер, который до недавнего времени жил в Малибу и несколько раз виделся с ней, подошел к ней и сжал ее плечо.

– Не переживай. Если кто-то и может разыскать Мейсона, так это Итан.

– Чем мы можем помочь? – спросил Нейт.

– Не знаю, – честно ответил Итан. – Я жду ответа от одного из чиновников в Перу. Но мой испанский недостаточно хорош для переговоров с ним.

– А я в последнее время весьма поднаторел в нем, – заметил Дерек, который недавно женился на своей старой приятельнице, Бьянке Веласкес. Она со своим маленьким сыном в прошлом году переехала из Испании обратно в Коул-Хилл.

– Тогда поговоришь вместо меня?

– Мы приехали сюда, чтобы помочь, – мрачно ответил Дерек.

Итан передал ему телефон, и брат вышел с ним в коридор. Пока Хантер пытался как-то развлечь разговорами Криссанн, Нейт кивнул Итану и молча позвал его выйти из кабинета.

– Что происходит? Отец сказал, что видел вас двоих вчера в городе и это было похоже на свидание.

– Не сейчас. У нас есть дела поважнее и…

– Нет, сейчас. От того, что ты уставился в свой телефон, Мейсону не станет легче, а мы не получим информацию быстрее. Так что происходит?

Итан посмотрел на своего самого старшего брата и снова почувствовал себя ребенком.

– Не знаю. Она вчера появилась на пороге моего дома с чемоданом в руках и сказала, что они с Мейсоном расстались и ей нужно где-то остановиться.

– Она ведь та самая, не так ли? Ради которой ты постоянно ездил в Лос-Анджелес.

– Я ездил туда по делам, а не для того, чтобы увидеть Криссанн. Хотя мы обычно ужинали вместе, но так было и с Хантером, когда он жил там.

– Но она ведь не Хант, не так ли?

Итан нервно провел рукой по волосам и отвернулся от брата, чтобы не сказать какую-нибудь колкость в ответ.

– Хватит. Я не хочу говорить об этом. В любом случае все, что могло случиться между нами, невозможно теперь, с исчезновением Мейсона.

Нейт молча кивнул, а потом притянул его к себе и быстро обнял.

– Братец, что бы ни случилось, я на твоей стороне.

– Знаю и очень ценю твою поддержку, – ответил Итан. – Возможно, мне понадобится наш частный самолет, чтобы отправиться в Лос-Анджелес.

– Конечно, – не стал возражать Нейт.

К ним подошел Дерек, который закончил разговаривать по телефону.

– Итак, вот что я узнал. Они получили сигнал о помощи перед тем, как самолет Мейсона потерпел крушение, и отправили туда команду спасателей. Но они не надеются найти выживших.

– Когда станут известны новые подробности? – упавшим голосом спросил Итан, которому не хотелось верить, что его друг, всегда такой полный жизни и сил, мог погибнуть.

– В течение суток. У них есть наш номер и номер компании, на которую работал Мейсон, и я попросил, чтобы они сами позвонили нам и сказали, что к чему. Нет смысла получать информацию со вторых рук.

– Спасибо, Дерек, – кивнул Итан. Но что говорить Криссанн?

– Не за что, братец. Я холостякую на этой неделе, пока Бьянка с Бени отправились в Испанию, чтобы навести его дедушку с бабушкой. Может, мне остаться? Я смог бы послужить тебе переводчиком.

– Буду очень признателен.

Улыбка исчезла с лица Дерека, когда он посмотрел поверх плеча Итана. Тот развернулся и увидел в дверях кабинета Криссанн.

– Самолет разбился, что уже известно нам, но Дерек узнал, что на место происшествия отправили команду спасателей. В течение суток нас должны проинформировать, что к чему.

– Понятно, – кивнула она.

Криссанн выглядела такой потерянной, что Итану хотелось выпроводить братьев, чтобы как-то утешить ее и поговорить с ней. Но он понимал, что ему следует проявлять осторожность. Он и так чуть не вышел за рамки дозволенного.

– Похоже, нам не остается ничего, кроме как ждать, – заметила она.

– Да, – согласился Итан.

– Или можно выйти куда-нибудь, – предложил Нейт. – Думаю, вам неплохо было бы прогуляться.

– Что скажешь? – спросил ее Итан. – Мои братья будут на месте, на случай, если позвонят из Перу. К тому же мы возьмем с собой наши телефоны.

– Хорошо, – согласилась Криссанн. – Я только пойду обуюсь.

Итан проводил ее взглядом, когда она поднималась по лестнице, а потом увидел устремленные на него глаза братьев.

Хантер вопросительно приподнял бровь.

– Между вами…

– Нет, – отрезал Итан и поспешил мимо них к входной двери. – Скажите Криссанн, что я жду ее на улице.

Он не хотел, чтобы ему учинили допрос.

Выйдя за дверь, Итан окунулся в жаркий августовский день. Солнце успело подняться достаточно высоко, и температура продолжала подниматься. Он запрокинул голову и посмотрел в небо.

Итан не был готов попрощаться со своим лучшим другом, который стал ему как брат. И как бы сильно Итану ни хотелось заполучить Криссанн, желание вернуть Мейсона было намного больше.


* * *

Итан жил в закрытом поселке под названием «Пять семей». Дома были каждый размером с поместье с красиво ухоженным земельным участком. На мощеных дорожках могли свободно поместиться дети на своих велосипедах и гольфкары. Тут была площадка для гольфа, теннисные корты и загородный клуб с рестораном и баром, бильярдная с буфетом и несколько отдельных комнат с бильярдными столами.

Последние десять минут их прогулки Итан посвящал Криссанн во все эти детали в немного нервной спешке.

– Я чувствую то же самое, что и ты, – наконец сказала она и остановилась.

Криссанн прихватила с собой камеру, чтобы немного отвлечься. Взгляд через объектив всегда помогал ей дистанцироваться от жизненных проблем.

Проблем, которые привели ее в Коул-Хилл и к Итану Каратезу. И которые с каждым разом становились все серьезнее.

– Я не могу перестать думать, – мрачно ответил он. – Похоже, мне следовало послушать твоего совета и даже не начинать.

– Кажется, это невозможно для нас обоих. Просто все так странно. Он порвал со мной. И если бы этим утром он появился на пороге твоего дома, я бы не испытывала чувства вины, по крайней мере, мне так кажется. Но мне не по себе, когда я представляю его раненым и ожидающим помощи.

Он только кивнул.

– Не хочешь посмотреть озеро? – предложил Итан.

– Конечно, хочу. Я не знала, что в Техасе так много озер.

– Их нет. И то, что я хочу показать тебе, искусственное.

Они пошли дальше по дорожке, и Итан продолжил свой рассказ о своих родственниках и месте, где он жил.

Наконец до Криссанн дошло, что таким образом он пытался отвлечься от мыслей о Мейсоне. Она вспомнила, как во время учебы Итан мог вступить в разговор с абсолютно незнакомыми людьми накануне экзаменов. Он делал так, чтобы не думать о том, что тревожило его.

– Попозируй для меня, – попросила Криссанн, когда они подошли к озеру. Потому что ей тоже хотелось отвлечься от тягостных дум.

– Что? – не сразу понял ее просьбу Итан.

– Я хочу сделать несколько снимков. Мне нужно прийти в себя, что возможно только при помощи моей камеры. Ты не против, если я щелкну тебя парочку раз?

Итан повернулся к ней лицом и сложил руки на груди, и Криссанн тут же вспомнила, какими стальными на ощупь были его мускулы. Она тяжело сглотнула, почувствовав вспышку страсти, но не испытала ни капли вины.

Только любопытство.

Она была подавлена из-за случившегося с Мейсоном, поэтому особенно удивилась, что не испытывала никаких угрызений совести по поводу своего влечения к Итану.

Криссанн расчехлила объектив камеры и сделала несколько снимков, чтобы проверить, как падает свет.

– Я не соглашался, – возразил он, но его губы дрогнули, как только она направила на него камеру.

– Но и не отказывался.

Итан повернулся к ней спиной, и у нее перехватило дыхание. Она завороженно смотрела на его широкие плечи, узкую талию и на то, как потертые джинсы подчеркивали линию его ягодиц и упругие бедра. Значит, дело было не столько в текиле и лунном свете, сколько в самом Итане.

– Мне нравятся твои сапоги. – Криссанн обошла его и встала перед ним. – Расскажи мне об этом озере, – попросила она.

Он глянул на нее, и она быстро сделала несколько снимков. Ее камера могла запечатлеть то, что мог не заметить ее глаз, и она с нетерпением ждала, когда сможет остаться наедине и изучить получившиеся фотографии.

– По словам моего дедушки, обсуждение проекта велось целых три года. Решали, то ли сделать одно озеро многофункционального использования, то ли вырыть два отдельных: одно для того, чтобы купаться и плавать на лодках, а другое для рыбной ловли.

Итан продолжал свой рассказ, а Криссанн делала все новые и новые снимки. В какой-то момент она почти забыла, что человек, который имел к ним обоим самое непосредственное отношение, исчез. Но она понимала, что, если ей хочется мирно общаться с Мейсоном и Итаном, ей следует убедиться, что она не разрушила дружбу этих двух мужчин.

– А теперь расскажи, как ты подружился с Мейсоном, – попросила Криссанн.


Он удивленно посмотрел на нее, но она спряталась за объектив камеры.

– Почему ты не смотришь на дисплей?

– Мне нравится смотреть, как выглядит мир, когда я фотографирую, – ответила Криссанн и, убрав от лица камеру, улыбнулась.

Занимаясь своим любимым делом, она казалась более расслабленной. Итан испытал похожие чувства, когда вышел на улицу, потому что оставаться в давящих четырех стенах дома было просто невыносимо.

– Помнишь, ты как-то говорила, что мне повезло, что у меня есть братья?

– Да. И я по-прежнему так считаю.

– Я тоже. Лучшее, что может быть в семье, – это то, что тебе не нужно просить, чтобы твои родные были рядом, когда ты нуждаешься в поддержке, – пояснил Итан, не зная, какое впечатление могут произвести его слова на Криссанн, пока в ее глазах не отразилась печаль.

– Должно быть, это здорово.

– Так и есть. Но сверхзабота родных может быть и занозой в пятой точке. Хотя именно благодаря ей мы с Мейсоном стали друзьями. К тому времени, как я отправился учиться в университет, Дерек уже несколько лет жил не дома, а Нейт как раз уехал учиться в Колледж-Стейшен. Но я хотел поступить в Гарвард, поэтому трудился в поте лица, чтобы попасть туда. Родители, которые всегда оказывали каждому из нас огромную поддержку, постарались сделать так, чтобы я не чувствовал себя одиноко в Кембридже. Так что они поехали со мной.

– Звучит не так уж и плохо.

– Я говорю не только о родителях. Братья тоже потащились туда, даже Хантер, который собирался поступать в один из университетов Северной Каролины, – продолжил Итан. – Так вот, я поселился в съемной квартире, которую должен был делить с еще одним студентом. Мой отец проверял замки на дверях, мама готовила на кухне запеканку, чтобы я потом мог разогреть ее на неделе, а братья разбирали вещи… Мне казалось… Я ведь выбрал Кембридж, потому что мне надоело быть одним из Каратезов из Коул-Хилл, где тебя знает каждый житель города. Но я понял, что, куда бы я ни отправился, мои родные окажутся там же.

– Ты хранишь их в своем сердце, – ответила Криссанн. В точности так же, как она хранила в памяти придуманный образ родителей, которых никогда не знала. В подростковом возрасте она могла долго смотреть на себя в зеркало, задаваясь вопросом, чей цвет глаз она унаследовала – мамин или папин. Под конец Криссанн вырезала снимок из журнала и поместила его в пластиковую рамочку, которую выбросил один из воспитанников интерната, и решила, что вот эти люди на фото и есть ее родители.

Она годами не вспоминала тот случай. Если бы Мейсон не вернулся из Перу, Криссанн осталась бы совсем одна.

За последние десять лет у нее не появилось новых друзей. По-настоящему близкими людьми она могла назвать только Итана и Мейсона и до определенной степени Эбби, жившую в Сан-Франциско.

– Так как ты познакомился с Мейсоном?

– Как ты знаешь, у него не было никого из родственников, так что он был в полном восторге от моей семьи. Когда в тот день я вернулся домой после выполнения какого-то поручения, он сидел на кухне и записывал рецепт запеканки с тунцом, который диктовала ему моя мама.

– Господи, – рассмеялась Криссанн. – Это единственное, что он ест на ужин.

– Он никогда ничего не забывает, – улыбнулся в ответ Итан.

– Ты прав, – кивнула она. – Я очень надеюсь, что с ним все в порядке.

– Я тоже. Мы в сентябре собирались на одну недельку на Карибы, чтобы понырять с аквалангами.

– Он ничего не говорил мне.

– Правда?

– Ага. Я не помню, когда в последний раз мы оставались наедине больше одного часа.

Итан не думал, что все зашло так далеко. Криссанн сказала, что они с Мейсоном расстались, но он не поверил. Неужели Мейсон избегал ее?

– Мне жаль.

– Знаешь, в чем все дело? Я хочу семью. У меня никогда не было нормальной семьи, а мы с Мейсоном жили вместе достаточно долго… Поэтому мне просто захотелось обзавестись домом. Я отказалась от одного проекта и дождалась Мейсона. Мне н


убрать рекламу


еобходимо было получить ответ.

Итан подошел чуть ближе.

– Насчет чего?

– Почему он избегал меня. И, в конце концов, он признался, что ему хотелось, чтобы все осталось, как есть. Отношения без обязательств. Он не был готов к семейной жизни.

– В отличие от тебя.

– Ага. И он сказал, что не видит себя в роли семьянина. Вообще.

Как неудачно все сложилось. Для них обоих.

– Мне очень жаль, что все так получилось.

– Мне тоже. Мы поругались, и он уехал, а я прилетела сюда, и теперь его самолет разбился… Напоследок я наговорила ему кучу гадостей. Я провела с ним лучшую часть последних двенадцати лет, но повела себя, как настоящая стерва.

– Не говори так. Не знаю, что ты ему сказала, но уверен, что ты не была стервой. И еще я знаю одну вещь касательно Мейсона. Когда приходится что-то решать и ему необходимо личное пространство, он создает такую ситуацию, что другие не могут не отреагировать. Он поступил так со мной, когда я раздумывал, остаться мне в Лос-Анджелесе или вернуться домой.

– В самом деле?

– Да. Так что не вини себя за то, что ты сказала. Мейсон прекрасно знает твои настоящие чувства к нему. Его обязательно найдут, и у тебя появится шанс еще раз поговорить с ним. Очень скоро.

Глава 5

 Сделать закладку на этом месте книги

Сегодняшний день показался Итану бесконечно долгим. Братья уехали по домам, потому что новостей из Перу не ожидалось раньше завтрашнего утра. Похоже, из-за погодных условий команда спасателей не могла добраться до места аварии. Так что оставалось только ждать.

Криссанн по возвращении домой ушла к себе в комнату, и он не видел ее последние восемь часов. Итан не находил себе места и подумывал отправиться в загон, чтобы прокатиться на механическом быке, или разыскать кого-нибудь из своих мнимых школьных друзей, чтобы поругаться с ними на парковке. Но ему нравилось думать, что он выше таких вещей.

Услышав голос Барта у бассейна, Итан вышел на улицу и увидел рядом со своим помощником Криссанн.

Он остановился в тени, оставаясь незамеченным, чтобы послушать, о чем идет разговор.

Барт рассуждал о каких-то химических процессах с участием солнечного света, пока Криссанн делала снимки бассейна.

– Никогда не разбиралась в подобных вещах, – заметила она.

– Химия – это мое. Правда, именно она и довела меня до беды, но Итан помог мне найти лучший способ применения моих знаний.

– У него всегда получалось видеть в других самое лучшее, – ответила Криссанн.

Итан понимал, что ему следовало как-то объявить о своем присутствии, но ему было интересно узнать, каким она считает его на самом деле. Но тут послышался сигнал о поступившем сообщении на его телефон, и он посмотрел на дисплей.

Криссанн и Барт тут же повернулись в его сторону.

– У сотрудников Мейсона появились новости, и они хотят поговорить с нами по видеочату. Останемся здесь или пойдем ко мне в кабинет?

Услышав его слова, Криссанн мертвенно побледнела. Если честно, Итан испытывал не меньший ужас.

Хорошие новости можно было передать в сообщении. Сотрудники Мейсона могли бы просто написать, что он жив.

– Пойдем в дом, – сдавленно ответила Криссанн.

Он протянул ей руку, и она ухватилась за него, словно утопающая.

– Пойдем.

До его кабинета было всего пару метров, но ему показалось, что они добирались туда целую вечность. Войдя в комнату, уставленную книжными полками, Итан вспомнил о том, как во время путешествий мама водила его по секонд-хендам по всему Техасу, где они находили старинные издания в кожаных переплетах.

Он знал, что ему следует думать о Мейсоне и звонке из Перу, но вместо этого пытался успокоиться мыслями о маме и их собрании книг.

– Я боюсь.

Голос Криссанн вернул его в реальность. Итан мог бы разобраться со своими эмоциями позже, а пока ему необходимо помочь Криссанн справиться с тем, что их ждало, и оставаться сильным ради нее.

Он установил планшет на столе, и они с Криссанн присели на кожаный двухместный диванчик напротив.

– Готова?

Она в ответ молча кивнула.

Итан нажал кнопку вызова и затаил дыхание. Криссанн взяла его за руку и прижала к своей груди. Он посмотрел на нее сверху вниз и увидел девочку, у которой не было семьи и которая отдала двенадцать лет жизни человеку, сказавшему, что он не хочет семейной жизни с ней. И его сердце мучительно сжалось. Но Итан знал: что бы ни случилось между ней и Мейсоном под конец, в их отношениях были и любовь, и дружба.

Соединение установилось, и они с Криссанн увидели на экране какого-то мужчину.

– М-м-м… Спасибо, что согласились поговорить по видеочату. Меня зовут Кэм Джонс, – представился сотрудник продюсерской компании.

– Кэм, у вас есть новости для нас? – не стал тянуть Итан.

– Да. Только не знаю, с чего начать… Спасатели добрались до места катастрофы, но они не нашли Мейсона. Самолет после падения загорелся, и никто не сумел выжить.

Криссанн тихонько заплакала.

Итан обнял ее за плечи и прижал к себе, не желая верить услышанному. У него не укладывалось в голове, что Мейсон мог погибнуть в авиакатастрофе.

– Вы уверены, что его нет в живых?

Кэм кивнул.

– Всем известно, что Мейсон обладал навыками выживания в экстремальных ситуациях, поэтому мы попросили спасателей прочесать окрестности, но они ничего… никого не нашли. Мейсон Мюррей мертв.

Эти слова эхом прозвучали в голове Итана. Джонс продолжал что-то говорить, но Итан повернулся и глянул на Криссанн, которая всхлипывала, уткнувшись ему в грудь. Все, чем он мог помочь ей, – это держать ее в своих объятиях.

– Вы приедете в Лос-Анджелес? – спросил Кэм.

– Я перезвоню вам чуть позже, – сдавленно ответил Итан. – Но, да, мы приедем.

Разговор закончился, и они с Криссанн еще долго сидели в полной тишине. Итан прижимал ее к себе и думал о том, что всегда мечтал, чтобы она оказалась в его объятиях. Но сейчас все складывалось совсем не так, как ему хотелось. Он никогда не желал заполучить Криссанн ценой жизни Мейсона. Вчера Итан почти сделал ее своей, но потом оказалось, что, как всегда, то, чего ему хотелось больше всего на свете, оставалось недосягаемым.


Криссанн знала, что такое одиночество. И они с Мейсоном расстались. Поэтому она не могла понять, почему никак не может остановить слезы.

Итан окружил ее заботой и отправил сидеть на солнышке, пока его помощница по дому собирала ее вещи. Криссанн сидела у бассейна и, глядя на воду, пыталась постичь случившееся.

Мейсона больше нет.

Эта новость казалась ей чем-то нереальным. Разве такое возможно?

Боль утраты была настолько острой, что Криссанн не переставала плакать. Если честно, она не представляла, что может плакать так много. Слезы текли по ее щекам, и, когда казалось, что она уже успокоилась и может остановить их, они начинали бежать с новой силой.

Как же ей хотелось вернуть Мейсона. Не как парня, с которым она жила, потому что их отношения сошли на нет задолго до разрыва. Ей хотелось вернуть друга. Он был единственным человеком, вместе с которым она пережила так много всего за последние двенадцать лет.

Хотя даже эти воспоминания были перечеркнуты словами, которые он бросил во время их последней ссоры. Мейсон заявил, что они были чужими друг другу людьми, больше друзьями, которые спят вместе, когда им удобно, а не настоящей парой. Но она не понимала его слов до этого момента. Когда перед ее глазами проносилась их совместная жизнь, Криссанн осознала, что большей частью либо ждала Мейсона, либо возвращалась к нему. Но не проводила с ним время по-настоящему. Наконец, до нее дошло, что говорил ей Мейсон. Черт бы его побрал за то, что он пошел на крайности, чтобы доказать свою правоту.

– Ты был прав, – вслух сказала Криссанн. – Ты выиграл. Вернись, и я повторю эти слова тебе в лицо.

Но он не собирался возвращаться. Он ушел. Исчез из ее жизни в точности, как и ее родители, которых она никогда не знала. Ее измученное сердце сжалось еще сильнее.

Сидя на шезлонге, Криссанн подтянула коленки к груди и уткнулась в них лбом. Глубоко внутри она всегда верила, что в ее жизни будет что-то большее. Что она вырастет и обзаведется собственной семьей, которой у нее никогда не было. Но, как оказалось, она не научилась выстраивать близкую связь с другим человеком. Как строить семью, когда не знаешь, что такое привязанность?

– Крисси?

Она подняла голову и посмотрела на Итана. Милого, доброго Итана, который помогал ей справиться с утратой, бывшей не менее горькой для него самого. Он всегда ставил ее нужды на первое место, а она просто использовала его…

– Да.

– Хватит накручивать себя.

– Что?

– У тебя все на лице написано. Пойми, ты не виновата в том, что случилось.

– Знаю, – сквозь слезы вздохнула она. – Но я сказала ему, что больше никогда не хочу его видеть. Итан, я сказала ему эти слова. Я ушла от него, бросив на прощание, что лучше бы он умер.

– Но ты не желала ему смерти на самом деле.

– Да. Но я сказала это. Я позволила вселенной услышать эти ужасные слова.

Он подошел к ней, сел рядышком на шезлонг и положил ладонь ей на лодыжку.

– Ты всего лишь человек, – заявил Итан. – Мы все, бывает, выходим из себя и говорим друг другу ужасные вещи. Такое случается. Мейсон порвал с тобой. Не суди себя по тому, что случилось во время вашей последней размолвки. Ты не повредила самолет, на котором он летел. И ты не заставляла его уезжать.

Нет, но она не смогла бы остаться с ним после того, что они наговорили друг другу.

– Я не хотела, чтобы он уезжал. Мы и начали ругаться из-за того, что я просила его отказаться от этой поездки.

– Что только усложняет ситуацию, – ответил Итан. – Думаю, он сделал бы все возможное, чтобы вернуться к тебе.

Криссанн кивнула, но не стала говорить, что он ошибался. Она еще не оправилась от сердечных ран, которые нанес ей Мейсон, чтобы думать о том, каким хорошим человеком он был. Это Итан заставлял ее вспоминать Мейсона с самой лучшей стороны.

– По крайней мере, он погиб, занимаясь любимым делом.

– Ты права. Он любил отправляться в приключения и снимать их. Он не захотел бы другой жизни.

– То же самое он сказал мне, когда мы ругались. Мейсон не хотел жить жизнью простого обывателя.

Итан согласно кивнул.

– Однажды он сказал мне, что научился выживать в одиночку, так как знал, что ему не на кого рассчитывать. Он любил находиться в пустыне, потому что там не было иллюзии, что кто-то присматривает за ним. Он знал, что остается наедине с природой. А природа не терпит сентиментальности.

– Так похоже на Мейсона, – сквозь слезы улыбнулась Криссанн. – Уверена, он следовал своей привычной мантре… если ты полагаешься только на себя, ты никогда не будешь разочарован.

– Он и не знал, что такое разочарование.

Зато знала Криссанн. Конечно, она была самостоятельным человеком, но ей всегда хотелось большего. А теперь она снова осталась одна. Совсем. И хоть Итан вел себя очень обходительно, она не смогла бы вернуться в его город, его жизнь и его дом после того, что случилось.

Настало время жить, полагаясь только на себя, по-настоящему.

Но когда Итан поднялся на ноги и подал ей руку, Криссанн поняла, что ей будет очень сложно расстаться с ним.


Итану хотелось сесть в машину и гнать ее на всей скорости так долго, как только можно, крича от горечи и разочарования из-за гибели Мейсона, но он не мог.

Вместо этого он медленно покатил по городу к частному аэропорту, который недавно увеличился и стал более оживленным за счет того, что в городе появилась база НАСА.

Добравшись на место, Итан переговорил с пилотом и его помощником и отправил сообщение своей секретарше.

Нужно было уладить целый ряд вопросов.

Он посмотрел на Криссанн, которая старалась держать себя в руках, но то и дело украдкой утирала слезы. Пройдет немало времени, прежде чем она сумеет оправиться после гибели Мейсона.

Криссанн сейчас представляла собой все, о чем Итан мог только мечтать, но она по-прежнему оставалась недосягаемой.

– Я хотел уточнить, где ты хочешь остановиться: со мной в доме Хантера или у себя…

– Эта квартира не принадлежала мне. Я уже съехала оттуда. Если ты не возражаешь, я бы хотела остаться с тобой.

– Почему я и спрашиваю.

Итан взял ее под руку и повел к самолету. Когда они забрались внутрь, Криссанн села в одно из больших кожаных кресел, а он занял место напротив.

– Зачем твоей семье частный самолет?

– А что в этом плохого?

– Ничего, просто мне кажется, вы не испытываете в нем никакой необходимости.

– Ну… Ты уверена, что хочешь обсудить этот вопрос?

– Да. Мне нужно отвлечься, иначе я сойду с ума, думая о Мейсоне и о том, что могло случиться.

«Что могло случиться», – про себя повторил Итан и отбросил эту мысль.

– Как ты знаешь, Хантера обвиняли в преступлении, которого он не совершал. Так что, пока он играл в Национальной лиге, он летал главным образом на частных самолетах, чтобы избежать возможных конфликтов. Все началось с того, что однажды он возвращался домой на День благодарения и летел обычным самолетом. Некоторые из пассажиров считали его виновным и не стеснялись выражать свое мнение. Они превратили этот полет для него в настоящий ад, и тогда отец приехал ко мне и заявил, что мы больше не будем летать коммерческими самолетами. Так что мы купили свой собственный.

Когда Хантер учился в университете, его однокурсница погибла при загадочных обстоятельствах, и в ее гибели обвинили его и еще одного студента. Но Каратезы сплотились вокруг Хантера, потому что парень, который любил Бога, футбол и свою девушку, никогда бы не совершил подобное преступление. Но для всех остальных брат Итана оставался привилегированным мальчиком, который плевать хотел на законы.

– Я рад, что мы приняли такое решение. Частный самолет – очень удобная штука, – добавил он, не дождавшись ответа Криссанн.

– Я тоже. Люди такие невозможные. Хантера ведь даже не взяли под арест.

– Ты права. Но всем известно, как работают социальные сети и суд общественного мнения, – кивнул Итан. – Кстати, что касается общественности, сотрудники Мейсона попросили меня написать для них обращение от лица его семьи и друзей.

– Правда?

– Да. Они собирались обратиться к тебе, но Кэму показалось, что ты не в состоянии что-либо писать. Он переживал, что это будет для тебя слишком большим испытанием.

– А он в курсе, что Мейсон порвал со мной?

Итан в ответ пожал плечами.

– Он сказал так потому, что видел, как ты рас-переживалась во время видеочата.

Криссанн прикусила нижнюю губу.

– Я не хочу никого вводить в заблуждение, но что мне делать, если ко мне будут обращаться как девушке Мейсона?

– Просто будь честной, – ответил он. – Поступай так, как сочтешь нужным.

– Спасибо, – сказала она и мягко коснулась его руки.

Его губы дрогнули в улыбке. Криссанн выглядела такой опечаленной, что его сердце мучительно сжалось, и он решил, что сделает все возможное, чтобы вернуть улыбку на ее лицо.

– Для того и нужны друзья.

– Итан, ты больше, чем друг. Я не могу выразить словами, что для меня значит твоя поддержка, – призналась Криссанн. – Я привыкла решать все сама и ни на кого не рассчитывать.

Он взял ее руку и переплел ее пальцы со своими, не обращая внимания на охватившее его волнение. Криссанн нуждалась в нем.

И прямо сейчас это было самое главное.

Глава 6

 Сделать закладку на этом месте книги

Прошло три недели с тех пор, как они прилетели в Лос-Анджелес, а Криссанн до сих пор ощущала себя словно в тумане.

Они с Итаном остановились в доме его брата в Малибу на побережье океана, улаживая разнообразные вопросы и подписывая какие-то бумаги. Каждый день Итан оставлял для нее записку у помощницы по дому, сообщая, где находится и что собирается делать. Он оплатил еще одну спасательную экспедицию в Перу на поиски Мейсона, а сегодня попросил, чтобы Криссанн заехала к нему в офис его фирмы в Лос-Анджелесе.

Она стояла в вестибюле многоэтажного здания в элегантном платье и на каблуках, потому что не смогла бы появиться в его шикарной юридической конторе в чем-то повседневном.

Когда Криссанн поднялась на третий этаж, девушка за стойкой регистрации вручила ей бутылочку минеральной воды и направила в зал совещаний с видом на модный район Лос-Анджелеса, Фэшн Дистрикт. Криссанн прихватила с собой камеру и собиралась прогуляться там, когда закончит с делами. С тех пор как стало известно о гибели Мейсона, она не находила в себе сил снимать видео или писать, но много фотографировала и публиковала снимки в своем блоге. Это были лица людей, которых она встречала на пляже, где прогуливалась каждый день в надежде найти ответы на вопросы, не дававшие ей покоя.

Услышав звук открывающейся двери, Криссанн резко развернулась и увидела Итана. Он убрал телефон в карман брюк и подошел к Криссанн.

– Прости, что заставил ехать в такую даль. Ты на машине?

– Меня привез Питер, – ответила она. Итан оставил в ее пользование машину и своего личного водителя. – Терпеть не могу дорожное движение в Лос-Анджелесе. Я сказала Питеру, что назад вернусь с тобой.

– Возможно, мне придется задержаться допоздна.

Кто бы сомневался. Последнее время Итан избегал оставаться с ней наедине.

– Я собираюсь прогуляться по Фэшн Дистрикт, чтобы сделать пару снимков для моего блога, так что я никуда не тороплюсь.

– Хорошо. Я получил отчет от команды спасателей, которую мы отправили в Перу, – сказал он, проходя в комнату и отодвигая для Криссанн стул.

Они присели, и он пододвинул к себе планшет, лежавший на столе. Криссанн молча смотрела на его руки, когда он вводил пароль, и на секунду представила, что эти руки могли бы сделать с ней. Прогуливаясь по пляжу, она много думала о том вечере, после которого началось какое-то безумие.

– Им удалось что-нибудь найти? Какие-нибудь доказательства того, что Мейсон все еще жив?

Итан вывел на экран фото с обгоревшим фюзеляжем. Криссанн в ужасе отшатнулась, когда на следующем снимке увидела шесть мешков с телами.

Вот и все. Мэйсона больше нет.

Он ушел. Ушел навсегда и никогда не вернется. Криссанн не осознавала, что плачет, пока Итан не сунул ей в руку бумажный платок. Она отвернулась. Забавно. Еще недавно она могла дотянуться до него, но теперь, чем больше времени они проводили вместе, тем больше отдалялись друг от друга.

– Ужасно, что он погиб вот так, – выдавила она, снова посмотрев на снимок.

– Да, ужасно, – согласился Итан. С тех пор как они узнали о гибели Мейсона, его голос стал каким-то механическим, лишенным всяческих эмоций.

Криссанн сомневалась, что он до конца осознал свое горе, но он постоянно работал или решал какие-то дела по телефону, и у нее не было возможности поговорить о случившемся.

– Мы с тобой друзья? – спросила она.

– Что?

Итан повернулся и посмотрел на нее, и в его глазах промелькнула горечь, но потом их выражение снова стало непроницаемым.

– Мы друзья? – повторила Криссанн, развернувшись к нему и положив руки на подлокотники его кресла.

Итану пришлось раздвинуть ноги, чтобы их коленки не упирались друг в друга.

– Да. А ты сомневаешься?

Она положила ладонь на его колено, и он отдернул ногу.

– С тех пор как мы приехали сюда, ты избегаешь меня. Мы ни разу не поговорили по душам, и мне до смерти надоело получать твои чертовы записки, которые ты передаешь через свою помощницу по дому. Ты сейчас говоришь, что мы друзья, только для того, чтобы я не чувствовала себя одиноко?

Итан молча покачал головой.

– Тогда что происходит? Итан, я больше не могу так. Я понимаю, что мне, из всех людей, следовало бы привыкнуть к тому, чтобы справляться со всем самостоятельно. Но это не то, чего я ожидаю, находясь рядом с тобой.

– Знаю, – ответил Итан и, взяв ее ладонь в свою руку, начал проводить по ней большим пальцем, отчего по ее телу разлилось восхитительное тепло.

– Хорошо, тогда как объяснить твое поведение?

– Я… Я… – Он уронил ее руку и, поднявшись с кресла, подошел к окну.

Криссанн ждала, что он ответит, но он прижался лбом к стеклу и ничего не ответил. Он выглядел таким одиноким. Как и она сама.

Криссанн встала с места и подошла к Итану, но она боялась, что, если потянется к нему, он снова оттолкнет ее.

– Я не могу даже на секунду дать волю тому, что я чувствую, – наконец, едва слышно ответил он. – Иначе я потеряю контроль над собой.


Итан изо всех сил старался не забывать, что сейчас Криссанн даже больше ранима, чем в тот день, когда появилась на пороге его дома пару недель назад. Ему хотелось верить, что в ее поступке было какое-то значение, но его одолевали сомнения, и ему казалось, что она просто хотела заставить Мейсона приревновать.

Мейсон. Его лучший друг. Тот, который знал его лучше остальных. Итан был довольно близок со своими братьями, но у тех была своя жизнь и работа. Именно Мейсону он мог позвонить среди ночи, когда его одолевали собственные демоны, а тот в свою очередь звонил ему, когда оказывался в ситуации, выходившей из-под контроля.

Вот почему разрыв Мейсона с Криссанн стал для Итана полной неожиданностью.

Друг ничего не сказал, что у них какие-то проблемы.

А у Итана больше никогда не будет возможности поговорить с ним по душам.

Как же ему не хватало Мейсона. Но он давал волю своим чувствам только ночью, когда его никто не видел, и он просто сидел без сна в своей постели. А сейчас, в офисе, посреди рабочего дня, Итан не мог позволить себе раскисать.

Криссанн положила ладонь ему на плечо. Наверняка, чтобы утешить его, но ее прикосновение взволновало его. Итану вдруг захотелось чего-то безумного. Заняться сексом с какой-нибудь незнакомкой. Правда, у него ничего бы не получилось. Даже если бы Криссанн не остановилась в доме Хантера вместе с ним, в эти дни она единственная пробуждала в нем желание.

Она стояла так близко, что тепло ее тела буквально окутывало его, и когда он посмотрел в окно, то увидел ее отражение. Итан увидел то, как Криссанн смотрела на него. А потом ее пальчики пробежались по его плечу, и его бросило в жар. С поникшей головой он развернулся, собираясь уйти, и они с Криссанн столкнулись лбами. Итан почувствовал ее тихий вздох, а потом ощутил ее губы на своих губах.

Он схватил ее за талию и притянул к себе, зная, что не отпустит ее, пока не овладеет ею и не сделает с ней то, что ему следовало сделать в ту ночь.

– Скажи «нет» и уходи, – хрипло выдавил Итан, чувствуя, что превращается в настоящего дикаря. – Иначе я запру дверь и возьму тебя прямо здесь, на этом столе.

Она прикусила нижнюю губу и кивнула, а потом, убрав руки с его плеч, повернулась к нему спиной.

Проклятье. Он знал, что не стоило терять самообладание. Но рядом с Криссанн с ним творилось нечто невообразимое, чего он не мог осмыслить и понять. Но тут она остановилась у двери и вместо того, чтобы выйти, закрыла ее на замок, а потом прислонилась к ней спиной.

– Я не уйду, – сказала она.

Да, черт подери.

Итан быстро пересек комнату и остановился перед Криссанн, которая смотрела на него своими чарующими глазами. Он положил одну ладонь на дверь позади ее головы, а вторую ей на талию. Когда Итан наклонился, Криссанн чуть откинула голову назад, но он не собирался целовать ее в губы. Ему хотелось прикоснуться к нежной коже на ее шее.

Он закрыл глаза и вдохнул аромат ее кожи, пахнущей клубникой и океаном. Ему хотелось вести себя по-джентльменски и никуда не торопиться, но он ждал близости с Криссанн целую вечность и понимал, что долго не продержится.

Итан приподнял ее и повернул голову, проникая языком глубоко в ее рот. А она обвила ногами его бедра и начала тереться о него, пылко отвечая на его поцелуй.

Он сунул руку ей под юбку, ощутив прохладу ее обнаженного бедра, а потом, скользнув под тонкое кружево ее нижнего белья, обхватил ее ягодицу.

Криссанн снова сдвинулась и, оторвавшись от его губ, прошептала что-то нечленораздельное. Итан не слышал ее, потому что думал только о том, как овладеть ею.

Одной рукой он расстегнул молнию на брюках, стянул их вниз вместе с нижним бельем и высвободил свою возбужденную плоть. Криссанн тут же потянулась к нему, обхватила рукой его плоть и начала ласкать ее.

Итан поставил ее на пол, и она начала прыгать с одной ноги на другую, стягивая с себя трусики. Когда они упали к ее ногам, она сделала шаг в сторону и посмотрела на Итана. Он знал, что нужно что-то сказать, чтобы дать понять, что эта близость значит для него больше, чем просто секс, но не смог.

Вместо этого он обнял ее за талию и, шагнув к ней ближе, прижался к ней всем телом. Ощутив прикосновение платья Криссанн к своей обнаженной плоти, Итан резко подался назад.

– Черт. У меня нет презерватива.

– Все в порядке. Я принимаю противозачаточные, – ответила она.


Итан провел рукой по линии ее подбородка, и Криссанн задрожала. Она жаждала прикоснуться к нему и не собиралась довольствоваться полумерами, потому что, кто знает, подпустит ли он ее к себе еще раз. Криссанн ощутила его бедро между своих ног и внутренне затрепетала, когда он обхватил рукой ее ягодицы и прижал ее к себе. Она расстегнула пуговицы на его сорочке, но обнаружила под ней майку.

Сгорая от желания, она потянула майку вверх и жадно провела пальцами по его обнаженным груди и животу. К его паху тянулась тоненькая полосочка курчавых волосков, и она последовала за ней, в то время как Итан лихорадочно водил рукой по ее ягодицам.

Ее сердцевина увлажнилась от возбуждения, и сил терпеть больше не осталось. Криссанн опустила руку и провела по отяжелевшей плоти Итана, притягивая ее к низу своего живота и потирая ею свое лоно. Она прикусила губу и закрыла глаза, запрокинув голову и отдавшись на волю охвативших ее эмоций.

Но ей хотелось большего. Криссанн желала ощутить Итана внутри себя. Чтобы он наполнил ее собой всю без остатка и как можно скорее.

Она изогнулась и почувствовала, как его руки сжали ее ягодицы. Итан легонько куснул ее за шею, подался чуть назад, а потом вперед.

Криссанн громко застонала, когда он наполнил ее собой, и вонзила ногти в его гладкие бедра.

– Криссанн, – выдохнул Итан. – Я без ума от тебя.

Она только кивнула, потому что ее голова отключилась и она не могла соображать, а только чувствовать. Криссанн еще крепче обвила его ногами, и теперь застонал он, погружаясь в нее все глубже и глубже.

Она улыбнулась, принимая его в себя и желая слиться с ним в одно целое.

Итан еще крепче сжал ее ягодицы, продолжая наполнять ее собой, и вдруг она почувствовала себя на краю. Она была близка к оргазму. Итан тяжело дышал ей в шею, и она запрокинула голову и, выкрикнув его имя, погрузилась в пучину блаженства. А он продолжал врываться в нее резко и глубоко, и вскоре она ощутила, как он задрожал в ее объятиях, изливаясь в ее лоно.

Криссанн закрыла глаза и уткнулась лбом в плечо Итана, продолжая крепко сжимать его в своих объятиях. Она не помнила, когда последний раз занималась сексом.

Вот почему она с такой силой вцепилась в него, и ей хотелось расплакаться. Она слишком долго оставалась одна, и теперь, чувствуя Итана внутри себя и находясь в его объятиях, она понимала, чего хотела в этой жизни.

Она нуждалась в близости с ним. Нуждалась в нем самом. И ее чувства не имели ничего общего с гибелью Мейсона. Речь шла об Итане и о том, что она скрывала от себя самой на протяжении слишком долгого времени. Она желала того, что предлагал ей Итан. Вот эту безмолвную силу.

Он отстранился и, сделав шаг назад, поставил ее на пол.

– М-м-м, я не ожидал, что все так получится. Дальше по коридору есть туалет.

– Итан?

– Хм?

– Между нами все в порядке? – спросила Криссанн, потому что Итан избегал ее взгляда.

Он отвернулся и застегнул брюки. Потом снова повернулся к ней лицом и принялся возиться с пуговицами на рубашке.

– Да. Все в порядке, – ответил Итан, но в его голосе снова прозвучала какая-то монотонность.

Криссанн могла отвернуться и позволить ему вернуться к отчужденности, в которой они жили последние три недели, но вместо этого она подошла к нему, споткнувшись о свое валявшееся на полу нижнее белье. Когда она подняла глаза на Итана, то поняла, что он не такой равнодушный, каким пытался казаться.

– Замечательно. Потому что мне до смерти надоело, что мы ведем себя, словно чужие. Я пришла к тебе до того, как самолет Мейсона потерпел крушение, потому что моя жизнь оказалась на перепутье, и я подумала… Мне показалось, что я знаю, чего хочу. Гибель Мейсона заставила меня понять, что жизнь коротка. Никому из нас не гарантированы долгие годы жизни, и я устала от постоянного ожидания…

Потом Криссанн сделала шаг назад.

– Итан, я хочу большего, чем просто дружба с тобой, и мне кажется, ты хочешь того же самого.

Он посмотрел на Криссанн, и впервые за все это время она увидела в его глазах боль, и надежду, и вину и поняла, что он тоже хотел большего от их отношений.

– Давай поедем домой. Вернемся в Коул-Хилл и проверим, есть ли между нами что-то серьезное или наше влечение – это всего лишь реакция на стресс, – наконец, ответил Итан.

Глава 7

 
убрать рекламу


alt='Сделать закладку на этом месте книги' title='Сделать закладку на этом месте книги' />

Сразу вернуться домой они не могли, потому что оставалась еще панихида по Мейсону.

Криссанн между тем перебралась в спальню Итана, и пусть она занимала не так много пространства, но ее присутствие стало очень ощутимым. Куда бы он ни посмотрел, все напоминало о ней. Сейчас Итан стоял в просторной ванной комнате с двойной раковиной, и ему не нужно было даже поворачиваться, чтобы увидеть на полочке духи Криссанн и ее кисточки для макияжа.

Итан перестал возиться со своим галстуком и опустил руки на раковину. Он думал о том, что сегодня им предстоит очень нелегкий день. Прощание с Мейсоном.

Мейсон был необыкновенным другом. Он всегда раздвигал существующие рамки. Он был человеком с характером, иногда довольно жестким в своей прямолинейности. И только потеряв Мейсона, Итан смог признать, что друг был единственным, кто видел его насквозь. Всегда.

Даже в первый год учебы в университете, когда Итан пытался скрыть тот факт, что употребляет наркотики, чтобы поздно ложиться и успевать с учебой. А потом старался скрыть, что конкретно подсел на них и постепенно становился зависимым.

Но Мейсона было не одурачить.

Он все понял, но не стал выводить Итана на разговор. Мейсон просто со всей силы заехал ему в челюсть. Итан тогда взбесился и дал сдачи, но его друг не останавливался. Тем вечером они хорошенько отмолотили друг друга, а когда все закончилось, Мейсон высказал все, что думает. Он объяснил Итану, что у него никогда не было того, что имелось у Итана. Мейсон не знал, что такое заботливая семья, любящие родители и братья. Он заявил, что Итану чертовски повезло и ему нужно перестать ломать себе жизнь.

На этом все закончилось.

Мейсон больше не возвращался к этому разговору, а Итан больше не притрагивался к наркотикам. Было тяжело, но он всегда вспоминал лицо друга в синяках и кровоподтеках, его взгляд и тоску, которую услышал в его голосе. Этого было достаточно, чтобы он взялся за ум.

– Черт, приятель, мне так тебя не хватает, – выдавил Итан и, чтобы не расплакаться, прижал ладони к глазам так сильно, что в них заплясали искорки.

Нужно было оставаться сильным. Ради себя и ради Криссанн, которая начинала занимать в его жизни более важное место, чем он ожидал. Итан понимал, что отчасти его тянуло к ней, потому что она была красивая, с ее длинными ногами и легкой улыбкой. Ее нестандартное чувство юмора не раз заставало его врасплох. Но, узнавая реальную женщину, он начинал влюбляться в нее саму, а не в иллюзию обладания девушкой, которая была недосягаемой.

Сейчас все было по-другому.

Она была другая.

И он тоже хотел стать другим.

Пресса всегда преподносила его лучше, чем он был в реальной жизни. Третий сын известного семейства, занимающегося фермерским хозяйством. Толковый адвокат, который хорошо вел дела. Мужчина, который не оставлял после себя разбитых сердец, потому что никогда не позволял себе увлекаться слишком серьезно…

Услышав шум в дверях, Итан повернулся и увидел Криссанн, одетую во все черное. Она собрала волосы в аккуратную прическу и надела жемчужные сережки, которые подарил ей Мейсон. Итан знал историю их происхождения, потому что ходил в ювелирный магазин вместе с другом.

– Как ты? – застыв на пороге, спросила Криссанн.

– В порядке. Сегодня нас ждет нелегкий день.

– Ты прав, – кивнула она. – Но это хорошо, что мы сможем попрощаться с ним. Теперь, когда мы знаем, что он точно не вернется.

– Ты думала, что он мог бы вернуться к тебе?

– Мне казалось, что так или иначе я бы столкнулась с ним опять, – пожала плечами Криссанн. – Он твой друг, и если бы я осталась с тобой…

– А ты была со мной, чтобы заставить его ревновать? – опять засомневался Итан.

– Совсем нет. Мейсон тут ни при чем. Итан, я пришла к тебе, потому что, когда задумалась над тем, что остаюсь одна в целом мире, я посчитала тебя единственным человеком, на которого можно рассчитывать.

Он отвернулся к зеркалу и закончил возиться с галстуком. Итану хотелось верить, что он не предавал Мейсона, когда поцеловал Криссанн в первый раз. Или когда овладел ею в своем офисе. Но его одолевали сомнения.

Он почувствовал, как ему на спину легла ее ладонь, и застыл, затаив дыхание.

– Я никогда не хотела быть кем-то, о ком тебе придется пожалеть.

Неужели она видела его таким?

– Я не жалею, – повернувшись к ней, ответил Итан.


Прощальная церемония с Мейсоном состоялась в бюро похоронных услуг в Малибу. Когда Криссанн появилась там вместе с Итаном, она очень удивилась, увидев все семейство Каратез. К ней подошел старик Уинстон и тепло обнял. Его обветренное лицо ковбоя светилось участием. В зале присутствовали также братья Итана и его невестки, а в углу сидели маленькие мальчик и девочка и разглядывали какую-то книжку.

– Надеюсь, ты не будешь возражать, что мы взяли с собой детей, – подойдя к Криссанн, сказала Кинли, жена старшего брата Итана, Нейта.

– Конечно, нет. Спасибо, что приехали, – ответила Криссанн. – Это удивительно, что малыши в свои три-четыре года ведут себя так спокойно.

– Отец Бенито погиб год назад, – присоединившись к ним, пояснила Бьянка. В прошлом супермодель, она вышла замуж за гонщика Формулы-1, но он погиб в авиакатастрофе. Бьянка вернулась тогда в Коул-Хилл, где возобновилась ее дружба с Дереком Каратезом, которая под конец вылилась в любовь.

Бьянка приобняла Криссанн за плечи и легонько сжала.

– Как ни печально, но мой малыш знает, как вести себя на похоронах.

Криссанн грустно покачала головой.

– Где вы все остановились?

– Мы собираемся поехать к Хантеру, – ответила Кинли. – Утром у нас не было времени заскочить туда.

– Итан ничего не говорил, что вы приедете.

– Его никто не предупредил. Нейт просто сказал, что нужно ехать, и вот мы все здесь.

Зал понемногу начал наполняться людьми, и Криссанн, заметив сотрудников Мейсона, извинилась перед семейством Каратез и направилась к ним. Они перекинулись парой слов, а потом к ней подошел распорядитель похорон и спросил, не хочет ли она попрощаться с погибшим наедине, пока не началась панихида.

Криссанн нерешительно посмотрела на него, а потом кивнула, потому что в зале собралось слишком много людей, которых она не знала. Она последовала за распорядителем в комнату, обставленную наподобие церкви. На возвышении, где должен был находиться гроб с телом усопшего, стоял мольберт с портретом Мейсона.

Криссанн протянула руку и коснулась пальцами его лица. Она прекрасно помнила тот день, когда был сделан этот снимок. Они с Мейсоном катались на лодке в одной из гаваней городка Дана-Пойнт. Он пытался научить ее обращаться с веслами, но ощущение солнца на ее коже было таким изумительным, что она расслабилась и ей ничего не хотелось делать. Так что Криссанн предоставила греблю Мейсону, а сама взялась за свою водонепроницаемую камеру.

Мейсон находился в своей стихии.

В тот день она увидела, как он выглядит, когда влюблен. Может, именно тогда Криссанн впервые осознала, что соревнуется с природой и ей никогда не победить.

Дверь позади нее открылась, и в комнате появился Итан.

– Надеюсь, ты не будешь возражать, если я присоединюсь к тебе.

– Конечно, нет. Ты тоже нуждаешься в том, чтобы попрощаться с ним в тишине.

– Мне тяжело справляться с эмоциями.

– Я тебя понимаю, – тихо ответила она. – Знаешь, мне всегда нравилась гармония в ваших отношениях. Когда он выходил из себя и начинал метаться по комнате, ты сидел и тихо взвешивал все за и против и уговаривал его успокоиться.

– Мейсон всегда называл меня своей подушкой безопасности.

– Таким ты и был, – согласилась Криссанн. Мейсон сказал ей что-то похожее, когда они расстались. Он назвал ее своим шансом на нормальную жизнь, обрести которую ему было не суждено.

– Не ожидала увидеть здесь твоих родных, – добавила она. – Так хорошо, что они приехали.

– Они тоже знали Мейсона. А еще они знали, что нам с тобой понадобится наша группа поддержки.

– У меня нет такой.

– Теперь есть, – возразил Итан и обнял ее за плечи.

Когда они стояли перед этой цветной фотографией, Криссанн посмотрела в глаза Мейсона и подумала… что он бы хотел, чтобы она была счастлива с Итаном.

Потом началась церемония прощания, и из всех историй о Мейсоне, которыми делились присутствующие, Криссанн уяснила для себя следующую вещь: нужно жить в полную силу.

И она поклялась, что с сегодняшнего дня начнет жить по-новому. Больше никаких пряток и притворства, особенно в том, что касалось Итана Каратеза.


* * *

Ему казалось, что на него начинают давить стены его спальни. Итан отбросил одеяло в сторону и поднялся с кровати. В доме царила тишина, несмотря на присутствие в нем множества людей, которые сегодня утром собрались, чтобы почтить память Мейсона.

Итан не ожидал, что происходившее в похоронном бюро окажется таким отрезвляющим. Сегодня он разговаривал с различными людьми, и все о Мейсоне. Его друг повлиял на жизни многих из них. Итан с благоговением думал о том, что оставил после себя на этой земле Мейсон. В своем завещании, которое помогал составить Итан, его друг оставлял все свои деньги на благотворительность, чтобы дать возможность городским детишкам проводить лето в лагерях на побережье или в горах. Мейсон всегда говорил, что, если бы его самого не отправили в четырнадцатилетнем возрасте в летний лагерь в горах, он никогда бы не нашел свою дорогу в жизни.

Итан почесал грудь и, подняв с пола спортивные шорты, надел их, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить родных. Они с Криссанн спали в отдельных комнатах, что показалось ему правильным решением, но посреди ночи он пожалел, что они не вместе. Открыв дверь, Итан на цыпочках вышел в коридор, пересек гостиную и вышел на крыльцо. Небо было усеяно звездами, которые здесь, в Малибу, казалось, светились ярче, чем в Коул-Хилл. Итан схватил бутылку виски и начал спускаться по ступенькам на пляж. Он до сих пор не мог смириться со смертью Мейсона.

Подойдя к каменному выступу, Итан с удивлением заметил, что там уже кто-то сидит.

Криссанн.

Он нерешительно остановился. Наверное, она пришла сюда по той же причине, что и он, – попрощаться с Мейсоном в тишине. И ему совсем не хотелось мешать ей.

Он старался держаться на расстоянии. Итану хотелось близости с ней, но он также понимал, что она нуждается в личном пространстве. Занимаясь сексом в комнате для переговоров в его офисе, они удовлетворяли свою страсть, но эта близость казалась больше похожей на реакцию на смерть Мейсона, чем на что-то серьезное между ними. Спать с Криссанн в Коул-Хилл – это одно, но здесь, в Малибу, где она принадлежала Мейсону…

Это казалось ему неправильным.

Итану хотелось, чтобы то, что происходило между ними, касалось их двоих и не было реакцией на смерть их друга.

Он вздохнул и повернулся, чтобы вернуться в дом.

– Итан, не уходи.

Он остановился, а потом направился к Криссанн, сидевшей на выступе скалы.

– Я не хотел тебе мешать.

– Ты не помешал. Я просто смотрела на ночное небо и разговаривала с Мейсоном.

Итан сел на приличном от нее расстоянии и поднял вверх бутылку виски.

– А я вышел, чтобы выпить за него.

– Я присоединяюсь к тебе.

Он поднял бутылку еще выше.

– За хороших друзей, которые всегда будут жить в наших сердцах.

Криссанн согласно кивнула.

Тогда Итан плеснул немного виски на землю, для Мейсона, а затем сделал глоток и передал бутылку ей.

– Твоя очередь.

– За то, чтобы всегда жить полной жизнью, – сказала она и проделала то же самое, что и он, а потом вернула ему бутылку.

Итан сделал еще один глоток и откинулся назад, опираясь на один локоть.

Они с Криссанн оба прятались. Правда заключалась в том, что, если бы Мейсон не погиб и вернулся домой, ему могло не понравиться то, как изменились отношения Итана и Криссанн.

– Я не собираюсь извиняться за то, что происходит между нами, – сказал Итан.

– Прекрасно. Я не хочу, чтобы ты так делал.

– Но я чувствую себя виноватым, – признался он.

Криссанн потянулась к нему и положила руку ему на колено.

– Не надо. Между нами с Мейсоном все было кончено задолго до нашего с тобой поцелуя в Техасе.

– Но в моем представлении вы были по-прежнему вместе.

Криссанн склонила голову набок, рассматривая его лицо в лунном свете. И ему стало интересно, что она видит, глядя на него.

– Ты жалеешь о том, что мы переспали?

– Нет, – через силу выдавил он. – Я испытываю вину, а не сожаления. Я хочу, чтобы у нас с тобой были более серьезные отношения, и жалею о том, что у меня не было возможности прояснить ситуацию с Мейсоном до того, как мы с тобой начали жить вместе.

– Вместе? Ты уверен? Я бы сказала, что ты держишься на расстоянии.

– Знаю. Прости. Мне тяжело быть человеком, которым я хочу быть, и тем, какой я есть. А ты заслуживаешь самого лучшего с моей стороны.

– Я ни на что не жалуюсь.

Итан находил, что сказать, в любой ситуации, но с Криссанн он терялся и становился похожим на первокурсника, который не может придумать ничего своего и цитирует то, что прочитал в книжках.

– А следовало бы.

Она придвинулась к нему ближе и положила голову ему на плечо. Итан обнял ее и почувствовал, что напряжение, сковывавшее его все эти дни, наконец исчезло.

Он тихо вздохнул и еще крепче прижал к себе Криссанн.

– Дело в том, что хоть я и съехала с квартиры Мейсона в начале августа, мы перестали быть парой еще в январе. Я делала вид, что у нас все получится, если я останусь, а он продолжал уезжать в свои командировки. Так что я тоже чувствую себя виноватой.

– Почему?

– Вдруг именно я послужила причиной того, что он выбирал все более опасные места для съемок своих фильмов?

Сердце Итана мучительно сжалось. Ни один из них не нес ответственности за принятые Мейсоном решения.

– Крисси, этот парень был на редкость упрямым. Он не делал ничего против своей воли.

Она ничего не ответила, а только обняла Итана за талию, и так они сидели, попивая виски и вспоминая своего лучшего друга. Они попрощались с ним так, как посчитали нужным для себя, и на рассвете Итан понял, что готов возвращаться домой.

Глава 8

 Сделать закладку на этом месте книги

Прошло почти две недели с тех пор, как они вернулись в Коул-Хилл, и Криссанн погрузилась в спокойную, размеренную жизнь. Родные Итана обхаживали ее, пытаясь поднять ей настроение и помочь стать своей в этом городе. Ее даже попросили поучаствовать в комитете, который занимался организацией аукциона холостяков в их загородном клубе «Пять семейств». Кинли, жене Нейта, пришлось отойти от дел, когда ее маленькая дочка, Пенни, заболела коньюктивитом, а потом заразила и ее саму. Они уже почти поправились, но все свелось к тому, что теперь Криссанн помогала с рекламой мероприятия.

Ее также попросили сделать фотосессию для всех неженатых мужчин Коул-Хилл. Они все были очень разными, но Криссанн подметила одну общую черту в техасских мужчинах, а именно – уверенность в себе и чувство юмора.

Сегодня она расположилась в основном салоне загородного клуба, где должна была проводиться фотосессия.

– Входя в эту комнату, я всегда вспоминаю свое детство, – присоединившись к ней, заметила Бьянка. Она должна была помочь Криссанн навести лоск на ее моделей, чьи фотографии появятся в буклете, который потом разошлют всем жителям Коул-Хилл.

– Правда? Расскажи мне о людях на этой фотографии, – Криссанн указала на старинный снимок, висевший на стене. – Каратезов я знаю. Ты одна из Веласкесов, поэтому эта фамилия мне тоже знакома. Но что насчет остальных?

– Это члены семей-основателей Коул-Хилл. Мужчина посредине – это Джейкоб Коул. Город назвали в его честь. Рядом с ним стоит приемная дочь Джейкоба. Она основала первую школу в городе. Это мой предок Хавьер Веласкес. Он занимался фермерским хозяйством на этих землях, полученных в подарок от испанского короля, до появления здесь Джейкоба. Рядом с Хавьером стоит Талли Каратез со своей сестрой Этель. Джейкоб построил для нее дом, который раньше находился на месте этого клуба. Потом идут Абернати. Ты познакомишься с их наследником, Уиллом, когда он придет фотографироваться для буклета. Он забавный и любит пофлиртовать, так что будь осторожна. Последним из пяти семей идет семейство Грехемов. Их предок, Боунс Грехем, был гробовщиком. Его родственники превратили старое поместье на окраине города в пивоварню. Они все развратные, беспринципные люди.

– Бьянка, рассказываешь обо мне? – спросил какой-то мужчина, появившийся на пороге салона.

– Конечно, нет, Диего, – улыбнулась ему Бьянка. – Криссанн, знакомься. Это мой брат, Диего. Он безобидный.

– Би, что за дурацкий комплимент для мужчины, – буркнул он и глянул на Криссанн. – Я оторва. Не позволяй моей сестре вводить тебя в заблуждение.

– Оторва?

– Ага. И многие женщины считают меня довольно привлекательным.

Криссанн не могла сдержать смех, слушая, как Веласкесы подкалывают друг друга.

– Я приберегу свой вердикт на потом. Когда увижу фото, – сказала она. – Камера всегда показывает мне истинное лицо человека.

– О-о, Диего, ты попал, – рассмеялась Бьянка и шутливо ущипнула своего брата.

Криссанн выставила свет и принялась за дело. Изначально она подумывала о том, чтобы снять каждого из холостяков за его работой, но такой съемочный процесс оказалось слишком сложно организовать, и Бьянка договорилась со всеми участниками, что фотосессия состоится в клубе.

Прошло несколько часов, и Криссанн успела сфотографировать множество неженатых мужчин Коул-Хилл. Одной из ее любимых моделей оказался Уилл Абернати. Этот владелец ранчо показался ей более добродушным и расслабленным, чем Диего.

– Еще один, потом перерыв на ужин, и вечерняя смена, – сказала Бьянка, когда часы пробили половину шестого.

– Мне очень хочется увидеть, что у меня получилось, – ответила Криссанн.

– Мне тоже.

– Кто следующий?

– Я, – ответил с порога Итан.

Она никогда бы не призналась, что уже сделала огромное количество фотографий с ним. Но сегодня Криссанн снимала его для аукциона, поэтому нужно было приложить старания, чтобы заставить женщин поторговаться за него.

Она испытала укол ревности, потому что не хотела, чтобы Итан достался кому-то, кроме нее. Но в их отношениях до сих пор присутствовала какая-то неуверенность, несмотря на то что Криссанн начала чувствовать себя своей в Коул-Хилл. Вот почему она подыскивала себе отдельное жилье. Им с Итаном нужно было немного пространства, чтобы осознать потерю Мейсона, а потом они смогли бы двигаться дальше вместе.

– Мы можем поужинать, когда закончишь.

– Это что-то вроде свидания?

Он улыбнулся в ответ, и Криссанн поняла, как сильно скучала по нему, хоть они и жили под одной крышей.

– Вроде того.


Итан был завален работой. Мейсон пожелал, чтобы он занялся его мемориальным фондом, на что уходила уйма времени. А ведь оставались еще клиенты адвокатской фирмы, требовавшие его внимания.

Дома он почти не спал, потому что ждал, когда Криссанн сделает ответный ход. Он хотел, чтобы она оказалась в его постели, но не желал давить на нее. Итан видел, как она грустила, когда думала, что никто не смотрит на нее.

– Что мне делать? – спросил он.

Бьянка сотворила чудо, занявшись его нарядом, и теперь он выглядел на все сто. Но как только она вышла за дверь, он ослабил свой галстук.

– Стань вон там, – попросила его Криссанн, жестом указав в освещенный угол комнаты. Она посмотрела в объектив, затем шагнула назад и опустила камеру чуть ниже.

Итан следовал ее инструкциям, но, сделав несколько снимков, она остановилась и пристально посмотрела на него.

– Расслабься.

– Я расслаблен, – ответил он. Но, в самом деле, разве причиняло что-нибудь больше дискомфорта, чем позирование для фото? Итан чувствовал себя глупо. Криссанн попросила его скрестить руки на груди и посмотреть на нее с уверенностью, но вместо этого он ощущал себя кретином.

– Нет, ты напряжен. Я однажды видела, как ты выступал в суде, и там ты был и то более расслабленным.

– Когда такое было?

– В Лос-Анджелесе. Года четыре назад. Мы потом еще отправились поужинать. Помнишь?

– Конечно, – улыбнулся Итан. – Нам пришлось пойти в бургерную, потому что я задержался на работе допоздна.

– Мейсон тогда отправился в Канаду за очередной порцией экстрима, которую мог получить, спускаясь с горных вершин вне проложенных трасс. А ты сказал, что мы тоже друзья, поэтому можем прогуляться вдвоем.

Он заметил, что она снова начала щелкать камерой, и забыл о собственном напряжении. Итану нравилось наблюдать за Криссанн, когда она занималась своим любимым делом. Она с головой уходила в работу и становилась каким-то другим человеком.

Она подошла к нему и чуть сдвинула его подбородок, потом вернулась на место и сделала еще несколько снимков. И, глядя на нее, Итан понял, что обманывал себя последние несколько недель.

Он делал вид, что дает ей время прийти в себя, но все оказалось намного сложнее. Итана пугали чувства, которые он испытывал по отношению к Криссанн. Потому что он до сих пор не мог с уверенностью сказать, почему она оказалась рядом с ним. То ли он нравился ей сам по себе, или она бросилась в его объятия, чтобы забыть Мейсона.

– Думаю, у меня получилось достаточно материала, с которым можно поработать, – сказала Криссанн. – Хотя я никогда не видела тебя таким напряженным.

– Все из-за этого аукциона холостяков. Уверен, я не единственный среди парней, кто чувствует себя глупо из-за того, что его выставят на торги.

– А мне эта идея показалась интересной. Тебе следует знать, что городские жители в предвкушении веселья.

– Слабое утешение, – ответил Итан. – Ты готова поужинать?

Она посмотрела на него и улыбнулась.

– Я не против. Но мне нужно будет вернуться к половине восьмого.

– Никаких проблем. Мы можем поужинать прямо здесь, в клубе. Я даже могу попросить, чтобы нам собрали корзинку для пикника, и тогда мы перекусим в моей любимой беседке.

– Договорились, – кивнула Криссанн, но ее внимание было занято снимками, которые загружались на ее ноутбук. Итан подошел к ней и глянул поверх ее плеча на свое изображение на экране компьютера. Что за чертовщина? Он даже не подозревал, каким открытым выглядит, когда разговаривает. А еще Итан надеялся, что по выражению его лица никто не заметит, как ему небезразлична Криссанн.

– Что скажешь? – спросила она.

Он не знал, что сказать. И, боже правый, это было совсем на него не похоже.

– Ты постаралась на славу.

Криссанн шутливо ущипнула его за руку.

– Ты глупыш. Могу поспорить, что за тебя предложат кучу денег. Этот снимок великолепен. И не потому, что он дело моих рук. Думаю, я сумела ухватить твою суть.

– И в чем же она заключается?

Криссанн наклонила голову набок, и одна из прядок ее волос упала ей на лицо.

– В порядочности и искренности. А еще у тебя губы, которые сведут с ума любую женщину.

От ее слов Итана бросило в дрожь, и он вспомнил каждый час с того момента, как в последний раз держал ее в своих объятиях. Когда целовал ее и называл своей. Знала бы она, чего ему стоило держаться на расстоянии.

– Так видишь меня ты. Для других я просто тот чудаковатый Каратез.

– Чудаковатый?

– Ну, тот, который любит поспорить. – Итан понять не мог, что с ним происходит. Он никогда и ни с кем не обсуждал свое место в семье. То, насколько он не вписывался в нее.

– Может, и так, но для меня ты самый любимый из всех Каратезов.

Итан ощутил, как исчезают напряжение и чувство вины, которые не покидали его с момента возвращения в Техас. Он боялся, что оказывает давление на Криссанн, но теперь начинал понимать, что его страхи беспочвенны.


Сегодня Каратез был ее любимой моделью, хотя она получила удовольствие от всех историй, которые услышала или прочитала на лицах мужчин, пришедших на фотосессию. Но Итан всегда будет ее любимчиком.

Криссанн молча шла с ним по полю для гольфа и думала о том, что пытается найти свое место в этом городе. Причину, чтобы остаться здесь, никак не связанную с ее симпатией к Итану. И ей казалось, что все складывается как нельзя более удачно. У нее появились интересные проекты, так что она не сидела без дела. В разговоре с одним из организаторов аукциона холостяков она предложила идею создания календаря с некоторыми из задействованных в фотосессии мужчин. И ей дали добро.

Теперь она готовилась сделать следующий шаг. На завтра у нее назначена была встреча с риелтором, чтобы осмотреть парочку домов. Если она собиралась оставаться в Коул-Хилл, ей нужно было обзавестись здесь своим собственным жильем, а не просто поселиться у Итана. Она часто подумывала о собственном доме, еще когда жила с Мейсоном в Малибу, прогуливаясь вечерами вдоль океана и ожидая его из очередной поездки.

– О чем задумалась? – спросил Итан, когда они подошли к беседке, поднялись по ступенькам и присели на лавочку.

– О Коул-Хилл.

– А именно?

– Мне нравится этот городок. Я приехала сюда… В общем, я помчалась к тебе, не думая о том, чем я смогу заниматься здесь, – пролепетала Криссанн. – То есть я знала, что могла бы рекламировать это место для туристов, но у меня не было плана. Видеоблогом я не занималась, потому что чувствовала себя слишком потерянной.

– Какой еще план? Ты оказалась в непростой ситуации.

– Что-то вроде того, но мне всегда нравилось считать себя независимой женщиной. Когда мы жили в Малибу, я много размышляла о своих отношениях с Мейсоном. Знаешь, не скажу, что я зависела от него, но я определенно ждала от него знака прежде, чем решала, что делать дальше. Это ужасно.

Итан открыл корзину и вручил Криссанн пластиковый контейнер и столовые приборы.

– Так работают отношения.

– А у тебя было что-нибудь похожее?

Итан пожал плечами.

Криссанн никогда не задумывалась о том, что ни разу не видела его с постоянной подружкой.

– У тебя были когда-нибудь серьезные отношения?

– Я бы так не сказал. Я слишком много работаю и почти не сижу на месте. Такие вещи не на пользу отношениям.

Но именно такие отношения у нее были с Мейсоном.

– Ты прав. Не знаю, почему я не понимала этого раньше. Мы с Мейсоном постоянно находились в разъездах.

– Тяжело что-то построить, если вы постоянно в разлуке.

– Не спорю. Значит, в этом все дело?

– К чему ты клонишь? – немного настороженно спросил Итан.

– Хочу понять, как у тебя обстоят дела по части романтики. Мы никогда не поднимали эту тему.

– И в чем причина, по-твоему?

– Может, все дело в том, что я не хотела, чтобы у тебя была постоянная девушка, – ответила Криссанн, отложила в сторону свой контейнер и, поднявшись, отошла на несколько шагов.

Итан вспомнил, как все эти годы смотрел на нее и Мейсона и его охватывала зависть, с которой временами было трудно справляться.

– Вот почему ты держишься отстраненно с тех пор, как мы вернулись обратно из Лос-Анджелеса?

Криссанн покачала головой.

– Я ждала сигнала от тебя. Это моя модель поведения, разве ты не видишь? Не знаю, почему я веду себя так.

– Я не хотел давить на тебя, – признался Итан. – Ты только переехала в этот город, а потом весь этот ужас, связанный с гибелью Мейсона… Тебе нужно время.

– Мне нужен ты, – тихо сказала Криссанн и отвернулась.

От ее слов Итана бросило в жар. Он старался поступать правильно, быть настоящим джентльменом. Последние две недели он ворочался ночами в постели, как безумный, сходя с ума от одиночества. Прислушивался к каждому звуку, доносившемуся из комнаты Криссанн. Он страстно хотел снова обнять Криссанн, заняться с ней любовью и сделать ее своей.

Он понимал, что ей нужно время, но оно всегда казалось ему бесконечной бездной. Итан знал, что не очень умеет ждать. Мейсон всегда дразнил его за это, и в память о своем друге Итан пытался стать лучше. Но, черт подери, у него ничего не получалось.

Он смотрел на Криссанн, стоявшую в сумерках, и сходил с ума от желания.

Итан устал ждать. Устал делать вид, что способен сохранять самообладание в ее присутствии.

Он поднялся и протянул ей руку. И Криссанн шагнула к нему навстречу.

– Итан, я устала притворяться с тобой, – прошептала она.

– Хорошо, – ответил он и, притянув ее к себе, поцеловал так, как мечтал на протяжении этих двух недель. Итан уговаривал себя сдерживаться, быть помягче, но он терял самообладание. Он обезумел от страсти, и теперь, когда Криссанн оказалась в его объятиях, он поклялся, что больше никогда не отпустит ее.

Глава 9

 Сделать закладку на этом месте книги

Криссанн вошла в дом, воспользовавшись ключом Итана, который он дал ей перед уходом. Итану пришлось оставить ее, когда ему позвонил один из клиентов, оказавшийся в неприятной ситуации.

Барт и миссис Ярнел уехали из города на выходные, так что в доме царила полная тишина. Но, когда Криссанн подошла к кухне, она услышала ругань, доносившуюся из кабинета Итана, и звон разбитого стекла.

Она нерешительно посмотрела в ту сторону и подумала, что, может, стоило уйти и предоставить дом целиком в распоряжение Итана. Но потом решила, что ей надоело бегать. Сначала из Лос-Анджелеса в Ко


убрать рекламу


ул-Хилл, потом из Коулл-Хилл обратно в Лос-Анджелес и от Мейсона к Итану. Теперь она была здесь.

И собиралась остаться. Криссанн с нетерпением ждала встречи с риелтором, потому что уже присмотрела небольшое помещение в историческом районе города, в котором могла устроить офис и фотостудию.

Она постучала в дверь и, открыв ее, увидела Итана, сидевшего на кожаном диване со стаканом чего-то похожего на виски в руке. На коленях он держал свой ноутбук.

У стены, рядом с книжной полкой, валялся разбитый стакан.

Итан поднял глаза и улыбнулся, но его взгляд оставался серьезным. Потом он жестом пригласил ее войти. Криссанн сбросила туфли у порога, чтобы насладиться прохладой, идущей от превосходной испанской плитки, которой был вымощен пол. В комнате пахло книгами, сигарами и туалетной водой Итана. Подойдя ближе, она заметила наушник в его ухе.

– Извини, Крисси, – щелкнул по клавише на клавиатуре Итан. – У меня совещание.

– Все в порядке, – кивнула она. – Кажется, ты злишься.

Он покачал головой и, поднеся стакан ко рту, сделал большой глоток.

– Мне приходится работать с идиотами, – недовольно буркнул он.

Криссанн душил смех. Итан был самым умным из людей, которых она знала, и обычно не терял самообладания. Но сегодня что-то пошло не так.

– Я могу чем-нибудь помочь? – спросила она. Итан пожал плечами.

– Да нет.

Криссанн почти дошла до двери, но потом повернулась и глянула на Итана. Он сидел, уставившись в экран компьютера, и казался таким одиноким. У каждого имелся способ избегать реальности, Итан, похоже, выбрал изоляцию.

Криссанн подошла к одному из кресел, сдернула со спинки кашемировый плед и бросила его на пол у ног Итана. Потом опустилась на плед и вложила руку в ладонь Итана.

Он сжал ее пальчики, а потом коснулся ее волос, расплетая ее косу и высвобождая прядки, которые рассыпались у нее по плечам. Криссанн задрала голову и посмотрела на него снизу вверх. Итан нажал на одну из клавиш на ноутбуке и отложил его в сторону.

Он пробежал пальцами по щеке Криссанн, неторопливо проводя ими по ее скулам. Затем он коснулся ее губ. Когда Криссанн куснула его за палец, его зрачки расширились и он облизал свои пересохшие губы.

Она ждала, когда он сделает первый шаг с тех самых пор, как они вернулись обратно в Техас, но очень скоро поняла, что он был слишком воспитанным. Итан боялся прикасаться к ней, пока она спала под его крышей и пыталась определиться, что ей делать дальше.

Но сейчас они доведут до конца то, что начали в беседке чуть раньше этим вечером.

Криссанн ухватила Итана за галстук и, притянув к себе, прильнула к его губам. Ей нравился его решительный рот и то, как, открываясь для нее, он становился мягким. Криссанн дразнила Итана, не углубляя поцелуй, тогда как ей хотелось забраться к нему на колени и принять его в себя.

Она боялась давить на него, зная, что он разбирается с чувством вины и еще не оправился после смерти Мейсона. Но Криссанн сгорала от страсти. Ее сводило с ума то, что она находилась так близко от Итана и не могла получить его.

Она повернулась и положила голову ему на бедро, а он откинулся на спинку дивана и зарылся пальцами в ее волосы. Когда Итан чуть раздвинул ноги, Криссанн заметила его выпирающую плоть под брюками. Она прикоснулась к ней, чувствуя, как та увеличивается под ее ладонью.

Криссанн взялась за молнию и осторожно потянула ее вниз. Потом она сунула руку в отверстие нижнего белья Итана и обхватила его горячую плоть. Она проводила пальчиками вверх и вниз, лаская ее, а потом встала на колени. Криссанн услышала, как Итан что-то сказал, но поняла, что он отвечал кому-то по телефону. Его голос стал чуть хрипловатым, когда она расстегнула его ремень и потянула вниз его брюки. Криссанн наклонилась вперед и ощутила, как ладонь Итана легла ей на затылок.

Он задвигал бедрами, когда она начала ласкать его, и стал лихорадочно водить руками по ее шее и плечам. Потом, когда Криссанн чуть приподняла голову и обвела языком вокруг его головки, он прижал ладонь к ее губам. Затем Итан провел по ним большим пальцем и, взяв ее за подбородок, заглянул ей в глаза. Вытащив из уха наушник, он приподнял Криссанн и усадил себе на колени.

Она прильнула к нему и запустила пальцы в его густые волосы. На этот раз, когда их губы встретились, Итан не позволил дразнить себя. Он обхватил Криссанн за затылок и скользнул языком глубоко в ее рот. Она легонько провела зубами по его языку, а потом пососала его, не переставая тереться о его возбужденную плоть. Итан застонал, и Криссанн ощутила, как одна его рука скользнула вниз по ее спине и, потянув ее платье вверх, забралась под него. Обхватив ее за ягодицы, он прижал ее к себе еще крепче и задвигал бедрами.

Криссанн отстранилась и, развернувшись, попыталась снять свое нижнее белье.

Итан хохотнул, когда она не удержала равновесие и свалилась с его коленок. Но он поймал ее и поставил на ноги.

– Женщина, разденься.

Именно этого она и хотела.

Криссанн стянула платье через голову и, отбросив его в сторону, почувствовала ладони Итана на своей обнаженной груди. За платьем последовало ее нижнее белье, и через пару секунд она стояла перед Итаном полностью обнаженная. Он оставался в рубашке и галстуке, а его брюки сползли к лодыжкам.

Криссанн подняла глаза и встретилась с ним взглядом, и ее потрясло то, насколько он был дорог для нее.

Она обхватила его лицо ладонями и, приподнявшись на цыпочки, жадно набросилась на его рот. Итан приподнял ее и, прижав к себе, отнес ее к столу и усадил на него.

Он покрывал поцелуями ее лицо, шею и плечи, опускаясь вниз к ее набухшим соскам. Криссанн изогнулась, ощутив его жаркое дыхание внизу своего живота. Одной рукой Итан продолжал ласкать ее грудь, а другой раздвинул складки ее лона. Почувствовав прикосновение его языка, она громко застонала, и ее тело охватила дрожь.

Криссанн запустила пальцы в его волосы и, закрыв глаза, отдалась на волю его умелых ласк.

– Тебе нравится? – сипло спросил он.

– Да. Не останавливайся, – с мольбой выдохнула она.

– Я и не думал. Я хочу оказаться глубоко внутри тебя.

Криссанн снова задрожала, а он продолжал дразнить языком ее чувственный бугорок, пока у нее не осталось сил сдерживаться. Она сжала бедрами его голову, изогнула спину и выкрикнула его имя.

Криссанн обмякла в руках Итана, а он покрывал поцелуями и нежно покусывал ее тело, поднимаясь вверх, пока не добрался до ее губ. Пытаясь воспользоваться ситуацией, она потянулась рукой к его возбужденной плоти и притянула ее к низу своего живота.

Итан подался вперед и погрузился в нее, а она изогнула спину и, обвив ногами его бедра, прижала его к себе еще крепче. Он уперся одной рукой в стол позади Криссанн, а другой держал ее за спину и рывками входил в нее, пока она не почувствовала, что снова близка к оргазму. Криссанн содрогнулась и, громко застонав, почувствовала, как Итан задвигался еще быстрее, а потом, выкрикнув ее имя, излился в нее. Она обняла его за плечи, а он сделал еще три рывка и затих.

Потом Итан стащил ее со стола и опустился на пол, усадив ее себе на колени. Они по-прежнему были соединены в одно целое, и Криссанн обвила руками его шею и уткнулась головой в его плечо.

Итан еще какое-то время проводил рукой по ее спине, пока не выровнялось их дыхание. Затем он поднялся и отнес Криссанн наверх в свою спальню. Ни один из них не произнес ни слова, когда он поставил ее на ноги рядом со своей кроватью.


Они вместе приняли душ, а потом забрались в его огромную постель. Криссанн повернулась на бок и посмотрела на Итана, словно искала ответ на вопрос, который могла получить только от него.

– Спасибо, – сказал он, но его голос прозвучал слишком сухо даже для его собственных ушей. Он сказал это только для того, чтобы помешать ей завести речь о чем-то серьезном. О том, что напомнит ему, что близость с Криссанн…

– Не надо благодарить меня. Я не собираюсь притворяться, будто между нами ничего нет. – Она чуть приподнялась на локте. – Я появилась на пороге твоего дома не только потому, что мне некуда было идти. Итан, я хотела быть с тобой. Мне было грустно и одиноко, и я пыталась понять, есть ли такое место на земле, где мне может быть хорошо…

Криссанн замолчала, и его сердце забилось еще сильнее. Итан понимал, что если впустит эту женщину в свое сердце, то уже никогда не сможет отказаться от нее. Не важно, что она говорила, он знал, что прямо сейчас она немного не в себе. Криссанн пережила разрыв с человеком, с которым была в отношениях больше десяти лет, приехала в Коул-Хилл, потом узнала о том, что ее парень погиб, а теперь очутилась в постели Итана. Он не был сумасшедшим, чтобы поверить, что сказанное ею может быть правдой.

И он не собирался обманывать себя. Особенно в том, что касалось Криссанн.

– Итан?

– Хм…

– О чем ты думаешь? Ты рад, что я приехала к тебе?

Она чего-то добивалась от него. Но чего именно? Истина заключалась в том, что он долгое время мечтал о том, чтобы Криссанн оказалась в его постели. Но Итан не собирался говорить ей об этом. Хоть он и считался человеком прямолинейным, но, когда дело касалось того, чтобы быть честным с Криссанн, его что-то останавливало. Итан начинал колебаться, потому что, если он скажет ей правду и она отвергнет его… ему просто не будет к кому обратиться за помощью.

Мейсона больше нет.

Что до братьев, они всегда считали его самым здравомыслящим в семье. И теперь, когда они остепенились и обзавелись семьями, он не мог заявиться к ним в полном раздрае.

Так что придется проявлять осторожность.

– Итан.

– Криссанн.

– Не делай так. Я хочу знать, что ты чувствуешь.

– Я не могу сказать ничего определенного, – признался он. – Понимаю, звучит как отговорка, но ты не должна забывать, что мы долгое время были друзьями. Я боюсь сделать что-то не так и испортить наши отношения.

Криссанн села рядом с ним и прикрыла простыней свою обнаженную грудь, и он сразу вспомнил, что они вытворяли внизу в его кабинете.

Черт.

Его снова охватило возбуждение, тогда как Криссанн хотела поговорить.

Но он не собирался ничего обсуждать. Он хотел только одного – овладеть ею.

Итан потянул за простыню, но Криссанн выразительно посмотрела на него и вцепилась в нее еще крепче.

– Когда ты голая, я не могу думать ни о чем, кроме твоей груди.

Криссанн только покачала головой.

– Знаю. Поэтому и прикрылась. Я хотела поговорить.

– Мы поговорили, – ответил он и, обняв ее за талию, притянул к себе.

– Итан.

В ее голосе послышались страсть и неуверенность, и он уткнулся лицом в ее шею и шумно вздохнул.

– Я не могу отпустить тебя.

– Правда?

– Да. – Итан поднял голову и посмотрел ей в глаза. – Этого достаточно для начала?

Она кивнула и прильнула к нему.

– Этого никогда не будет достаточно.

– Знаю, – ответил он и перекатился на спину, увлекая ее за собой. Теперь Криссанн оказалась сверху.

Итан обхватил ладонями ее лицо и посмотрел на нее с тоской, страстью и нежностью, которые она хотела принять за любовь.

– О Итан, – прошептала Криссанн.

Он ничего не ответил, а только жадно набросился на ее губы и скользнул языком в ее рот. Криссанн отбросила в сторону простыню, положила ладони ему на грудь и медленно опустилась, принимая его в себя.

Их глаза встретились, и ее сердце сжалось, когда он обнял ее, глубоко проникая в ее лоно. Криссанн подалась вперед и двигалась до тех пор, пока не почувствовала, как содрогнулся под ней Итан. Потом она уткнулась лицом в его плечо и унеслась вслед за ним на вершину блаженства.

Ей по-прежнему хотелось большего. Но Итан не предлагал ей ничего, кроме физической близости, поэтому она решила пока довольствоваться тем, что есть.

Он держал ее в своих объятиях, пока ее дыхание не стало ровным, а потом повернулся на бок и прижал ее к себе.

Криссанн закрыла глаза и задремала, а Итан лежал и думал о том, что хотел для нее самого лучшего. Он хотел видеть ее улыбающейся и радостной. Если для этого понадобится держать ее в своих объятиях, он так и сделает. И если придется отпустить ее, когда придет время, он не станет удерживать ее. Как бы тяжело ему ни пришлось.

Но сегодня она принадлежала ему. Она была здесь, в его руках, и он не собирался терять ни одной драгоценной минуты близости с ней.

Итан нежно поглаживал Криссанн по спине, осознавая, насколько пустой была его жизнь до того, как она появилась в его доме. За короткое время она стала единственным человеком, которого ему хотелось видеть каждый день. И в котором он нуждался больше, чем в самой жизни.

Глава 10

 Сделать закладку на этом месте книги

Проснувшись утром, Криссанн обнаружила, что Итан уже ушел. Она села в кровати и подумала, что они так и не поговорили о по-настоящему важных вещах. Ей нравились объятия Итана и близость с ним, но если она и вынесла какой-то урок из отношений с Мейсоном, так это то, что быть парой значит больше, чем спать вместе.

Она глянула на тумбочку и увидела записку. Ну, конечно. Итан любил оставлять ей сообщения на бумаге, вместо того чтобы отправлять их по телефону. Такая привычка была немного старомодной, но в то же время подходила такому человеку, как он.

Она потерла сонные глаза и потянулась за запиской.

«Криссанн!

Прости, что не смог остаться с тобой. Мне очень хотелось, но пришлось ехать на дачу показаний. Мои родители хотят пригласить нас к себе на ужин сегодня вечером. Соберется вся моя семья. Ты не хочешь поехать? Позвони мне позже.

И.» 

Криссанн прислонилась к изголовью кровати. – Что мне делать? – сказала она в пустоту.

Хотя она знала, что не откажется от предложения. Жаркий секс с Итаном был только частью того, за что он ей нравился. Еще она любила его семью. Его родные участвовали в делах друг друга, и, куда бы Криссанн не пошла в Коул-Хилл, она везде сталкивалась с ними. Но больше всего ее приводило в восторг то, что они вели себя с ней так, словно она была своей.

Для Криссанн семья всегда оставалась чем-то недостижимым, и, приехав сюда, она получила больше, чем ожидала.

Но тут была и оборотная сторона медали. Если с Итаном ничего не сложится, ей придется уехать.

Коул-Хилл был его городом. Каратезы были его семьей.

– Черт.

Она поднялась с кровати и пошла в свою спальню, чтобы принять душ и приготовиться к новому дню. Сегодня она встречалась с главой организационного комитета аукциона холостяков, чтобы обсудить результаты вчерашней фотосессии, а затем должна была встретиться с риелтором и посмотреть приглянувшиеся ей апартаменты в центре города.

Одевшись, она села за ноутбук, чтобы просмотреть снимки, но залипла на фотографиях Итана. Когда фотосессия только началась, он был очень напряженным, но потом, когда расслабился… Криссанн потянулась к экрану и коснулась его лица.

Придется проявлять осторожность, чтобы ничего не испортить, как это было в ее отношениях с другими. Ее сердце сжималось при мысли, что она может причинить боль Итану или, что еще хуже, больше никогда не увидеть его.

Криссанн написала ему сообщение, что с радостью поужинает с ним, а потом добавила, что подыскивает место для фотостудии.

Он ответил, что очень занят на работе, но, если ей нужно мнение человека со стороны насчет помещения, он постарается освободиться пораньше.

Нет, в советах она не нуждалась, но увидеться с Итаном была бы рада.

Криссанн написала ему адрес, потом бросила телефон в сумочку и вышла из дома.

Приехав на встречу с главой организационного комитета, она удивилась, обнаружив помещение, набитое людьми. Тут было, по крайней мере, пятнадцать женщин. Криссанн не ожидала встретить такую толпу и подумала о том, что хоть к ней и относились доброжелательно, как к знакомой Итана, она была здесь абсолютно чужим человеком.

– Криссанн. Сюда.

Она повернулась и увидела машущую ей Бьянку. Та сидела рядом с мамой Итана и Кинли. Криссанн обрадовалась знакомым лицам и направилась в сторону женщин семейства Каратез.

– Мы заняли тебе место, – сказала Кинли.

– Спасибо. Я не знала, что в комитете столько народу, – присаживаясь, заметила Криссанн.

– У меня была такая же реакция, когда я впервые попала сюда, – ответила Кинли. – Мой босс Джек пожертвовал этому мероприятию мое умение устраивать вечеринки, поэтому, хоть мне и хотелось удрать отсюда, я не смогла.

– Я думала, ты выросла здесь, – удивилась Криссанн. Итан рассказывал ей, что, когда Кинли была маленькой, ее отец служил бригадиром у них на ранчо, а ее мама работала помощницей по дому у Веласкесов.

– Так и есть. Но это не значит, что все эти женщины клуба «Пять семейств» не пугают меня.

Криссанн рассмеялась в ответ, услышав, что Кинли может кого-то испугаться. Эта молодая женщина была очень энергичной особой и одним из самых востребованных организаторов свадеб в стране. И до прошлого года она оставалась матерью-одиночкой.

– Не могу поверить.

– Говорю тебе. Рядом с некоторыми из этих женщин я чувствую себя так, словно до сих пор хожу в поношенных вещах Бьянки.

– На тебе они всегда смотрелись лучше, чем на мне, – ответила Бьянка.

– Это наглая ложь, – улыбнулась Кинли. – Но спасибо за утешение.

– Друзья для того и нужны, – сказала Бьянка. – Моя мать подъедет чуть позже. Она готовится к повышению, поэтому задерживается на работе дольше обычного.

– Как у нее дела? – поинтересовалась Кинли. Криссанн огляделась по сторонам, понимая, что ее напряжение полностью исчезло. Она никогда не переживала ничего подобного. Она была незнакома с матерью Бьянки, но эти женщины любезно включили ее в разговор. А потом к ним повернулась мама Итана и тепло улыбнулась Криссанн.

– Тебя ждать сегодня на ужин? – спросила она.

– Да, мадам. Спасибо за приглашение.

– Ты уже привыкла к нашему городку? Знаю, Бьянка скажет, что Коул-Хилл – самый быстро растущий из маленьких городов Америки, но мы мелочь по сравнению с Лос-Анджелесом.

– Мне нравится здесь. В этом городе есть что-то притягательное.

– Рада слышать. А мой сын еще не свел тебя с ума?

– Нет, что вы, – ответила Криссанн, но подумала, что все происходило с точностью наоборот.

Итан заставлял ее терять голову. Ей хотелось почувствовать себя здесь, как дома, словно это ее место, но опять что-то не срасталось. И она не могла понять, то ли дело в ней самой, то ли в Итане.


Итан провел весь день за работой, пытаясь сосредоточиться на своих клиентах и не думать о Криссанн, что оказалось не так просто.

Но когда он направился на ранчо к родителям, уже ничто не отвлекало от мыслей о ней. Даже местная радиостанция, транслировавшая кантри-музыку, включала песни, от которых его сердце сжималось еще сильнее.

Когда Блейк Шелтон запел о том, как его жена выбирает имена их детишкам, а он придумывает клички собакам, Итан тоже захотел такой ясности в своей жизни. Но пока такого не случилось. Да, его влекло к Криссанн. И он даже не мог представить, что их близость может быть настолько жаркой, а ведь он провел много лет, мечтая о ней.

Но что-то его сдерживало. Итан всегда считал, что, если бы они с Криссанн были вместе, у них сложились бы идеальные отношения. Тогда как объяснить невообразимо длинные паузы, которые он иногда делал во время разговора с ней? Или то, как прошлой ночью он переключился на секс, чтобы отвлечь ее внимание?

Когда он смотрел на отношения других, ему казалось, что они складываются очень гладко. Взять хотя бы отца, который, возможно, представлял собой образчик стереотипного немногословного ковбоя, но даже он умудрялся до сих пор смешить свою жену. Одним из самых любимых воспоминаний Итана о детстве было то, как родители вечерами садились на крылечке, а он лежал в своей кровати и через открытое окно до него доносились их приглушенные голоса.

С Криссанн все складывалось не так просто. Правда, если быть точным, такое ощущение у него возникало только время от времени. Потому что, стоило ему увидеть ее, как его охватывал дикий восторг. Итан терял голову от желания затащить ее в свою постель и овладевать ею снова и снова, чтобы, возможно, она просто привыкла к близости с ним… и не требовала чего-то большего.

Он чертыхнулся и съехал на обочину.

Страх. Вот что он испытывал.

Итан всегда избегал вещей, которые могли ранить его. Он использовал знания и аргументы, чтобы справляться с тревогой. Но в случае с Криссанн он не обладал достаточной информацией, которая помогла бы почувствовать, что их отношения – это что-то надежное.

Ну почему он оказался таким неудачником, когда все его братья наслаждались жизнью со своими половинками и выстраивали отношения с относительной легкостью?

Услышав, как кто-то посигналил ему, он посмотрел в зеркало заднего вида и заметил грузовик, остановившийся позади.

Из грузовика выбрался Нейт и подошел к «феррари» Итана.

– Твоя игрушка, которую ты называешь машиной, испустила дух? – спросил он. Брат никогда не мог понять, почему Итан предпочитал стабильности и силе скорость и красоту.

– Неа. Мне позвонили, а я не люблю разговаривать по телефону, сидя за рулем, – солгал Итан.

– Понятно, – хмыкнул Нейт. – А если честно?

– Чего ты вечно допрашиваешь меня? – возмутился он.

– Братец, я не докапываюсь до тебя. Просто на этом участке вообще нет сотовой связи.

Черт.

– Ты прав, – ответил Итан и уткнулся лбом в руль. Из-за Криссанн он даже стал менее сообразительным.

– Итан, ты в порядке?

– Ага, – ответил он, а потом выбрался из машины и встал рядом с Нейтом, чтобы чувствовать себя не в такой степени младшим братом. – Я не умею строить отношения с женщинами.

Ну вот. Наконец он признался. Итан знал, что лучше всего начинать с признания собственных недостатков.

– Ты не один такой. Я тоже в этом деле не мастер. По правде говоря, я здесь, потому что Кинли попросила меня прогуляться, пока она окончательно не вышла из себя.

– Вы ссоритесь только для того, чтобы помириться, – улыбнулся Итан.

– Иногда, – признался Нейт. – Отношения – штука сложная, и над ними нужно потрудиться.

Неужели?

– Мне со стороны казалось, что у вас не возникает никаких проблем.

– Все потому, что мама научила нас не выносить сор из избы. Вот почему я катаюсь туда-сюда, пока Кинли и Пенни готовятся к ужину. Ей нужно остыть, да и мне тоже. Иначе мы начнем ссориться у всех на глазах сегодня вечером.

– Что случилось?

– Я хочу еще одного ребенка, – ответил Нейт. – Я не видел Пенни после того, как она родилась, и я думаю, что нам нужно немедленно приступить к делу и родить еще одного, чтобы избежать слишком большой разницы в возрасте между ними.

Кинли растила дочку сама, пока той не исполнилось три года, потому что они с Нейтом потеряли связь. Он даже не знал, что стал отцом.

– Она сказала, почему не хочет торопиться с этим делом?

– Говорит, что хочет дать нам троим возможность стать настоящей семьей, и я ее понимаю. То есть раньше я был бабником и вел себя, как настоящий кретин. Но я никуда не собираюсь уходить. Мне кажется, что она до сих пор видит во мне прежнего Нейта и заставляет расплачиваться за прошлое.

Итан положил руку на плечо брата.

– Она любит тебя. Может, она просто хочет получить возможность почувствовать себя защищенной. Дело не всегда только в тебе.

Нейт в ответ громко расхохотался.

– Дерек сказал то же самое. Неужели я настолько самолюбив?

– Бывает, – кивнул Итан, осознавая, что этот разговор с братом помог ему самым неожиданным образом. – Ты разговаривал с Дереком?

– Ага. И с Хантером тоже. Только между нами, Феррин беременна, и сегодня за ужином они объявят, что у них будет ребенок. Вот почему я задумался о пополнении.

– Когда придет время, все решится само собой, – сказал Итан не только брату, но и самому себе.

– Знаю. Просто я упустил так много, и мне хочется наверстать упущенное. И как можно скорее.

– Понимаю. Что-то похожее происходит у меня с Криссанн.

Нейт задумчиво посмотрел на горизонт, а потом повернулся к Итану:

– Не подумай, что я вмешиваюсь, но ты уверен, что тебе стоит начинать отношения с ней так быстро?

– Нет.

– Черт. То есть я хочу сказать, что мы все подозревали, что ты неравнодушен к ней… но она была девушкой Мейсона.

– Мейсон бросил ее. Он порвал с ней перед своей поездкой в Перу. Все эти годы я держался в стороне, чтобы они могли быть счастливы…

– Как я уже сказал, тебя никто не осуждает. Просто я хотел убедиться, что ты знаешь, что делаешь. Мама сказала оставить тебя в покое. Если бы ты захотел поговорить, ты бы обратился к нам.

– Мама была права.

– Не спорю, – не стал возражать Нейт.

Когда Итан забрался обратно в машину и поехал за братом на ранчо родителей, он осознал, что стал ближе к тому, чтобы обрести душевный покой касательно чувств, которые испытывал по отношению к Криссанн.


* * *

Феррин Каратез была хорошеньким профессором Техасского университета и дочерью тренера футбольной команды известного колледжа. Она вышла замуж за плохого мальчика Хантера, и их шикарную свадьбу, организацией которой занималась Кинли, смотрели по телевизору миллионы американцев. Так что Криссанн не знала, чего от нее ожидать, но третья невестка Итана оказалась прагматичной и весьма забавной особой.

Феррин обладала более спокойным характером, чем у Бьянки и Кинли, но она была так же решительно настроена, чтобы Криссанн стала частью их группы. Криссанн не знала, как сказать им, что они с Итаном были… Да уж, она даже не знала, как определить их отношения. Он нравился ей. Сильно. И как только он появился на открытой веранде родительского дома вместе со своим братом, Криссанн тут же ощутила легкое волнение. Ей хотелось вскочить и броситься к нему, но она заставила себя усидеть на месте.

Она не могла отрицать, что между ними образовалась прочная связь, но она, казалось, возникла из физического влечения. Кроме секса были еще обрывки разговоров. Криссанн понимала, что они с Итаном не привыкли доверять. Он – из-за специфики своей работы, где сталкивался с людьми, которые использовали закон, чтобы выкрутиться из сложных ситуаций. А Криссанн по причине отсутствия стабильности, когда все свое детство кочевала из одного приюта в другой.

Но истина заключалась в том, что она уже доверяла ему.

Она не стала бы приезжать в Коул-Хилл после того, как ее бросил Мейсон, если бы не доверяла Итану. И вот тут начинались проблемы. Были ли ее чувства к нему серьезными или она видела в нем всего лишь подушку безопасности?

Криссанн знала, что ей придется нелегко. Ей нравился Итан, и она начинала испытывать к нему что-то похожее на… любовь? Она понятия не имела, что такое настоящая любовь, и ей не было у кого спросить. Криссанн подумывала завести разговор об этом с невестками Итана, но они все состояли в серьезных отношениях и вместе казались настоящей силой, чего она никогда не могла сказать о себе. Ей следовало спросить у них совета, но она не знала, с чего начать. Криссанн отличалась от этих женщин, которые знали своих родителей, и каждая из них выросла в такой семье, о которой она могла только мечтать.

Значительную часть своей жизни она провела за объективом камеры, чтобы запечатлеть важные моменты в жизни других людей, но никогда своей собственной.

Криссанн вздохнула и отставила в сторону свой коктейль. Она чувствовала, что становится подвыпившей особой с грустным лицом, что еще никого не красило и чего ей не хотелось сейчас, когда она оказалась в окружении родственников Итана.

На ужин пожарили мясо на гриле. Итан, его братья, их отец и отец Кинли стояли вокруг кострища и о чем-то оживленно болтали. Бенито и Пенни играли под бдительным надзором нянечки Пенни, британки Пиппы. Эта хорошенькая блондиночка пошутила, что в Техасе ей приходится скупать солнцезащитный крем тоннами.

Потом все разместились за огромным столом в открытой беседке. Криссанн сидела напротив Итана, и, когда их взгляды встречались, она понимала, что ей нужно серьезно поговорить с ним.

Для начала ей придется сказать Итану, что она подписала договор на аренду помещения под фотостудию и апартаментов этажом выше и собирается съехать от него. Он так и не сумел выкроить время, чтобы присоединиться к ней, когда она поехала на встречу с риелтором.

Криссанн хотелось сообщить ему эту новость до того, как он услышит ее от своей матери. Мама Итана вызвалась сопровождать ее и обращалась с ней так, словно она была частью их семьи.

И Криссанн очень хотелось таких отношений. Но не ценой ее дружбы с Итаном. Дружбы и того, что появилось между ними.

– У меня для вас новость, – поднявшись со стаканом текилы в руках, заявил Хантер.

– У тебя? – иронично приподняла бровь Феррин.

– У нас, – поправился Хантер и, притянув ее к себе, обнял ее за талию. Когда эти двое посмотрели друг другу в глаза, Криссанн поняла, что она хотела, чтобы Итан смотрел на нее точно так же.

Словно она была для него единственной на всем белом свете. Но Криссанн, у которой не получилось обрести семью с приемными родителями и чьи отношения длиною больше десяти лет закончились полной катастрофой, сомневалась, что стоит такого взгляда. Что кто-то будет испытывать к ней такие же чувства.

Особенно такой человек, как Итан.

– Мы с Феррин ждем ребенка, – сказал Хантер. В ответ тут же раздались восторженные возгласы, и все подняли бокалы за будущих родителей. Криссанн присоединилась к остальным и тепло обняла Феррин и Хантера,


убрать рекламу


но, когда кто-то попросил ее сделать их семейный снимок, она поняла, какое место ей отведено.

В который раз она оказалась в роли того, кто смотрит за происходящим со стороны.

Криссанн отмахнулась от этой мысли и сходила за своей камерой. Вернувшись, она сделала несколько снимков, и взгляд через объектив снова помог ей взять себя в руки.

– Пора, – заявил отец Итана, когда она убрала камеру.

Кто-то из братьев Каратез издал стон, когда они смотрели, как их старик пытается включить свой смартфон.

– Кто-нибудь, покажите мне, как включить музыку на этой штуковине.

Нейт поспешил на помощь, и через пару секунд зазвучала медленная песня в исполнении Уэйлона Дженнингса о женщине с добрым сердцем.

– Приготовься, – шепнула Криссанн Феррин. – Это семейная песня Каратезов.

Сначала Уэйлону начал подпевать отец Итана, потом песню подхватил Хантер, а через минуту ее напевали все пятеро мужчин семейства Каратез. Затем они выступили вперед, каждый к своей женщине. Итан потянулся к Криссанн, и на мгновение ей показалось, что наконец у нее появился кто-то, кого она может назвать своим.

Глава 11

 Сделать закладку на этом месте книги

Итан не собирался пить столько, сколько выпил, или танцевать с Криссанн до самой ночи. Но, с другой стороны, в том, что касалось нее, все шло не по плану. Теперь они медленно кружились под песню, в которой говорилось о том, как трудно человеку признаться в своих чувствах.

– Почему ты так смотришь на меня? – спросила Криссанн.

– Я только что получил ответ на вопрос, который не давал мне покоя на протяжении многих дней.

– И что же это?

– Ты мне по-настоящему небезразлична, – признался Итан и в танце повел ее из террасы в сад.

Дорожка была освещена садовыми фонарями, а в воздухе витал густой аромат жасмина и роз. Итан глубоко вздохнул и, задрав голову, посмотрел на ночное небо, усеянное мириадами звезд.

– Ты мне тоже не безразличен, – тихо ответила Криссанн, когда он подвел ее к лавочке, стоявшей у фонтана. Здесь, в центре сада, до них долетали только слабые отголоски продолжавшегося праздника.

– Прости, что не смог поехать с тобой посмотреть помещение для фотостудии. – Он запнулся, а потом продолжил: – Знаешь, я всегда считал, что у меня обычная жизнь, в которой нет места страстям и страху. Но, когда в ней появилась ты, Крисси, я засомневался.

– Что ты хочешь сказать?

– Рядом с тобой я становлюсь сам не свой. То есть я знаю, что я хочу быть с тобой, и жить под одной крышей с тобой оказалось даже лучше, чем я ожидал.

– Я могу сказать то же самое, – ответила Криссанн. – Но мне нужно обсудить с тобой кое-что. Знаешь, тяжело дать нашим отношениям правильную оценку, когда мы все время вместе.

К чему она клонит?

Неужели он заполучил ее слишком поздно?

Они присели на лавочку. Итан молча обвел взглядом растения и цветы с закрытыми на ночь бутонами.

– Родители переехали сюда чуть больше трех лет назад, и мама сразу же занялась этим садом.

– Здесь очень красиво.

– Ага. У нее никогда не было ничего подобного, потому что она была слишком занята в роли жены фермера. Вместе с нашей помощницей по дому она готовила еду для семьи и для работников фермы, отводила нас в школу и принимала участие в различных общественных комитетах. Но когда папа отошел от дел и они переехали сюда, она заявила, что поняла, что всю жизнь мечтала о саде.

– Очень мило. Но почему ты рассказываешь мне об этом?

– Я мечтал о многих вещах, но мои мечты касательно личной жизни никогда не исполнялись… Пока я не встретил тебя.

Криссанн молча посмотрела на него, и он не мог сказать наверняка, что именно увидел в ее глазах. Страх? Надежду?

– Знаю, все случилось слишком быстро. Мы толком не встречались и не делали всего того, чем обычно занимаются влюбленные пары. Но, когда я думаю о своей жизни и будущем, я понимаю, что представляю тебя рядом с собой.

– Итан…

– Ничего не говори. Я просто делюсь тем, что я чувствую. Я знаю, что у тебя все по-другому. – А разве могло быть иначе? Она только рассталась с Мейсоном, а потом он погиб. И Криссанн перенесла всю свою жизнь из Калифорнии в Техас.

– Дело в том, что, возможно, я чувствую то же самое, – тихо ответила она и, посмотрев на него, взяла его руки в свои. – Но мне нужно сказать тебе кое-что прежде, чем ты услышишь это от кого-то другого.

– Что? – спросил Итан, сомневаясь, что расслышал ее правильно. Неужели она хотела отношений с ним? И была рада оставить все, как есть?

– Я подписала договор на аренду помещения под студию и апартаменты над ним. На выходных я собираюсь переехать туда.

– Но почему? – всполошился Итан. – В моем доме полно места.

– И да, и нет, – ответила Криссанн. – Куда бы я ни посмотрела, я понимаю, что это твой дом. Мне кажется, что мое место там, но я не уверена. Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Нет, – покачал головой Итан. – Мне нравится, что ты живешь у меня.

– Мне тоже. Но ты, Итан, нравишься мне больше. Я не хочу все испортить, сомневаясь, что между нами может что-то быть, потому что ты предлагаешь мне то, чего я всегда хотела. У меня никогда не было никого, кого я могла бы назвать моим, по-настоящему моим. Жизнь здесь, с тобой, была бы чем-то реальным и основательным, и это пугает меня.

– Что? – спросил Итан. – Что такого я собой представляю, что пугает тебя?

– Дом.

Всего одно слово, и он не нашелся что возразить. Криссанн нуждалась в пространстве, чтобы убедиться в своих чувствах. Так же, как и он, чтобы почувствовать себя спокойно, нуждался в том, чтобы засыпать и просыпаться рядом с ней.

– Ты хочешь, чтобы я не беспокоил тебя?

– Нет. Я надеялась, что мы сможем встречаться и попытаться построить отношения, как обычные люди.

Итану не хотелось отпускать ее, но, если она нуждалась в том, чтобы почувствовать, что у нее есть свое собственное место в этом городе, он не станет возражать. Криссанн долгое время жила в одном доме с Мейсоном, но это не привело ее к отношениям, которых она хотела. Что ж, он поступит великодушнее и даст ей свободу действий.

Но ему становилось не по себе.

Итану казалось, что, если он отпустит ее сейчас, она просто ускользнет от него.

– Ладно. Я помогу тебе перевезти вещи.

– Я надеялась услышать эти слова, – ответила Криссанн.


* * *

Итан сдержал свое слово, и, более того, он предложил своему дизайнеру воспользоваться его счетами в различных магазинах мебели, чтобы убедиться, что у Криссанн есть все необходимое.

Сразу после переезда Криссанн пришлось уехать в Нью-Йорк на встречу с представителями бренда, пожелавшего сотрудничать с ней. И она уезжала, думая, что вернется в квартиру, представлявшую собой хаос из-за нагромождения коробок, но Итан обо всем позаботился.

Когда она прилетела обратно, он встретил ее в аэропорту и отвез домой. Криссанн открыла дверь и потрясенно посмотрела по сторонам. Квартира была полностью готова. Дизайнер Итана учла все пожелания Криссанн, и все стояло на своих местах.

– Что скажешь? – спросил он, держа в руках коробку с фотографиями, которая после ее переезда в Коул-Хилл хранилась у него в гараже.

– Я в восторге. Не могу поверить, что все смотрится настолько гармонично.

Криссанн прошла дальше в комнату, которая благодаря электронным освежителям воздуха пахла океаном и летними деньками. Единственной стеной в этом открытом пространстве была та, которая отделяла ванную от остального помещения. А еще Криссанн заказала ширму, чтобы обустроить за ней спальное место. Барт приходил, чтобы сделать невысокую столешницу, отделявшую зону кухни от гостиной. Полы в квартире были сплошь деревянными, а шторы на окнах хоть и роскошными, но современными.

Это место полностью отвечало ее эстетическим запросам. Криссанн обладала способностью сочетать вещи, но это был первый дом, который принадлежал целиком ей одной. И который она могла назвать своим.

Криссанн никак не могла прийти в себя.

– Спасибо, – взволнованно поблагодарила она Итана.

– Я только следил за тем, чтобы все следовали твоим инструкциям, – пожал плечами он. – Могу сказать, что результат достоин восхищения.

– Спасибо, – повторила Криссанн. – Я не была уверена, что из всего этого получится и будут ли сочетаться все эти вещи. Я представляла себе определенную картинку, но то, что получилось, превзошло все мои ожидания.

Итан в ответ рассмеялся.

– Твой талант произвел огромное впечатление на Эллен, и она сказала, что, если тебе захочется завершить карьеру фотографа, она возьмет тебя на работу в свою компанию по дизайну интерьеров.

– Не думаю, что такое возможно, – покачала головой Криссанн. – Эту квартиру я делала для себя.

– Куда поставить эту коробку?

– Оставь ее вон там, рядом с диваном. Я посмотрю, какие из фотографий можно повесить на стены.

– А я пока схожу за кухонными принадлежностями. Барт сказал, что заглянет чуть позже, чтобы доделать столешницу.

– Да, он действительно хороший работник. Я сначала немного сомневалась в нем, когда услышала его историю, но мне следовало учесть эффект Итана.

– Не уверен, что хочу знать значение твоих слов.

– Ты раскрываешь лучшее в людях. Думаю, все дело в том, что ты смотришь на других без осуждения.

Итан зарделся, и его смущение показалось Криссанн очень милым. Теперь, обзаведясь собственным жильем, она поняла, что ей будет не хватать Итана. Но они оба нуждались в том, чтобы пожить отдельно. Криссанн хотела удостовериться, что ее чувства к нему не имеют отношения к ее желанию обзавестись красивым домом и окружить себя приятными людьми. Она должна была убедиться, что ее интересует он сам.

Хотя что-то подсказывало Криссанн, что так оно и есть, но она все же для надежности решила проверить свои чувства.

– Кто я такой, чтобы судить? Я всего лишь юрист, – пошутил Итан.

– Ты хороший человек.

Он пожал плечами и вышел из квартиры, а Криссанн занялась коробкой с фотографиями. Она села на пол и открыла крышку. Первое фото в рамочке, которое она достала из коробки, было сделано еще во время их учебы в университете. На нем были сфотографированы Мейсон и Итан, сидевшие во дворе и что-то оживленно обсуждавшие. Они так увлеклись, отстаивая каждый свою точку зрения, что Криссанн успела сделать целую серию снимков прежде, чем они ее заметили.

Она прислонила фото к большому журнальному столику из дерева и достала следующую фотографию. На большинстве из снимков были запечатлены Итан и Мейсон или то, что она фотографировала для своего блога. Криссанн получила несколько премий за свои работы и могла бы определить эти снимки вместе с наградами в своем офисе внизу.

Но сначала нужно было решить, как развесить в квартире фотографии личного характера.

– Я помню этот день, – подойдя к ней, тихо сказал Итан.

Криссанн посмотрела на фото в рамочке, прислоненное к журнальному столику.

– О чем вы спорили?

Итан поднял фотографию и задумчиво посмотрел на нее.

– О тебе.

– Что? Почему?

– Мне казалось, что Мейсон не давал тебе того, в чем ты нуждалась, что он подталкивал тебя заниматься туристической фотографией, потому что так было удобно для него и его образа жизни больше, чем для тебя самой.

Криссанн молча уставилась на Итана. Конечно, он был прав. Но, с другой стороны, разве Итан когда-нибудь ошибался? Ее карьера была одной из вещей, о который она спорила с Мейсоном на протяжении многих лет. Ему нравилось, что она работала вдалеке от дома и путешествовала почти так же много, как он сам.

Мейсон говорил, что так будет лучше, потому что тогда ни один из них не будет дома в полном одиночестве. Но сейчас, оглядываясь назад, Криссанн понимала, что он добивался такого положения вещей, чтобы они не слишком привыкали друг к другу.

– Но мне нравится моя работа.

– Правда? Думаю, тебе нравится идея обзавестись своей фотостудией здесь, в городе. И я рад, что ты обосновалась в Коул-Хилл.

Она посмотрела на него, но не решилась признаться, что причина ее приезда в Техас была более сложной. А вот оставалась она здесь главным образом из-за Итана.


Ближе к вечеру на квартиру к Криссанн заехали его родители вместе с Дереком, Бьянкой, Хантером и Феррин. Они привезли подарки на новоселье и помогли с выполнением различных заданий. После того как Криссанн сказала, что хочет съехать, Итаном овладевали противоречивые чувства, но, видя ее в своем собственном доме, такую радостную и счастливую, он понял, что она приняла правильное решение для них обоих.

Он всегда отзывался о Мейсоне в самых радужных тонах. И даже сейчас Итану не хотелось говорить плохо о покойнике, но его друг большей частью сосредотачивался на своих собственных желаниях и на том, что он хотел получить от других.

Однажды он сказал Итану, что четко представляет то, чем будет заниматься на протяжении всего дня, с кем будет встречаться и что собирается добиться от этих людей. Эта черта была у них общей. Они оба обладали способностью смотреть на мир и четко видеть свой путь.

Но в отличие от Итана, который теперь понимал, что хочет идти по жизни вместе с Криссанн, Мейсон выбирал путь одиночки. Он не нуждался в спутнике и просто не знал, как освободиться от Криссанн.

Когда она в тот раз появилась на пороге дома Итана, он подумал, что ее ссора с Мейсоном долго не продлится. Все влюбленные ругаются, а потом мирятся. Но теперь он понял, что их разлад был окончательным. Возможно, Итану хотелось так думать, потому что его догадки насчет намерений Мейсона невозможно было подтвердить, ведь тот погиб. Но что-то ему подсказывало, что его лучший друг не стал бы возражать против его отношений с Криссанн.

– Итан, можно тебя на пару минут? – спросил у него Хантер, когда они все стояли на кухне и делали бутерброды, чтобы немного перекусить.

– Ага. Что случилось?

– Ничего особенного. Просто хотелось переговорить с тобой с глазу на глаз.

– Можете спуститься в мой офис, – с улыбкой предложила Криссанн.

– Спасибо, – поблагодарил ее Итан, уводя за собой брата.

– Извини, что решил побеспокоить тебя сегодня, но нам с Феррин нужно возвращаться в Колледж-Стейшен. И я подумал, что будет лучше обсудить этот вопрос с тобой наедине. Я не знаю, что нужно сделать, чтобы Феррин была юридически защищена, если со мной что-то случится. После того как мы поженились, я назвал ее своей наследницей, но мне кажется, что необходимо сделать что-то еще.

Итан занимался имущественными вопросами всех членов семьи, имея дело не только с их личными счетами, но и семейным фондом и ведением фермерского хозяйства.

– Вы все являетесь членами нашего семейного трастового фонда. В случае твоей смерти Феррин получает твою долю акций, и я основал отдельный фонд для твоего ребенка, который получит деньги по достижении им восемнадцати лет. Ты хотел бы внести какие-то изменения?

– Не знаю, – пожал плечами Хантер. – Я даже не задумывался обо всем этом, пока Феррин не заметила, что Мейсон погиб совсем молодым. Я подумал, черт, мы ведь не знаем, что случится завтра. Ты понимаешь, о чем я?

– Я прекрасно тебя понимаю.

Следующий час они обсуждали детали завещания Хантера, и Итан заверил его, что обо всем позаботится.

– Последние несколько лет я смотрел на свое прошлое и думал только о том, чтобы восстановить свою репутацию, так что решать подобные вопросы кажется мне немного непривычным. Я ведь никогда не думал, что в моей жизни появится Феррин или ребенок.

– Понимаю. Но ты заслуживаешь счастья, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты спал спокойно.

– Итан, я не сомневаюсь, – кивнул Хантер. – А что у тебя с Криссанн? Она хорошая девушка. Думаю, она подходит тебе.

– Подходит мне?

– Благодаря ей ты танцевал в тот вечер на семейном ужине, вместо того чтобы сидеть и пить или спорить с кем-нибудь.

– Мне она нравится, но… Мне кажется, она сейчас на перепутье, – ответил Итан, пытаясь объяснить то, что сам не до конца понимал. Он делал все, чтобы обеспечить Криссанн всем необходимым. И не требовать ничего для себя, что, как он только сейчас начал осознавать, было его обычным поведением с ней. Он всегда считал ее недосягаемой, а теперь, когда, наконец, она оказалась в его руках, снова дал ей ускользнуть.

– Какое еще перепутье? – спросил Хантер.

Итан глубоко вздохнул и, в конце концов, признался в том, что давно не давало ему покоя. Его лучший друг всегда будет стоять между ними. И не важно, что Криссанн оставила Мейсона до его гибели, Итан всегда будет винить себя за то, что спит с девушкой своего лучшего друга.

– Где-то между мной и Мейсоном.

– Что за чушь. С ним она всегда оставалась сама по себе. Он почти не удерживал ее.

Итан не верил этому ни на секунду. Почему тогда Криссанн не уходила от Мейсона так долго, если не хотела остаться с ним?

– Может, и так. Что бы там ни было. Она сейчас здесь, и мы собираемся встречаться и все такое.

– Ха.

– Что это значит?

– Ты всегда пытаешься все устроить, но с любовью так не получится.

– Я не сказал, что люблю ее.

– В этом нет нужды, – ответил Хантер. – Когда она смеется, на твоем лице появляется улыбка.

– Я…

– Не отнекивайся. Никто лучше меня не знает, как любовь к женщине заставляет терять голову. Но, Итан, с другой стороны, поверь мне, что оно того стоит. Феррин привнесла в мою жизнь что-то такое, о чем я даже не мечтал. И мне кажется, Криссанн может сделать то же самое для тебя, если ты позволишь ей.

Итан не нашелся что ответить, и, к его счастью, Хантер сменил тему разговора. Но после того, как его родные уехали домой и они с Криссанн остались наедине, он не мог не признать, что влюбился в нее.

Глава 12

 Сделать закладку на этом месте книги

Итан помог ей помыть посуду, а потом уехал домой.

А Криссанн, оставшись совсем одна в пустой квартире, вдруг поняла, почему не уходила от Мейсона все эти годы, хотя их отношения почти сошли на нет. Криссанн терпеть не могла одиночества. И не важно, что она сама придумала дизайн этой квартиры, которая теперь стала ее домом. В ней она чувствовала себя точно так же, как в той маленькой приютской комнатушке. Которая казалась слишком огромной и слишком пустой.

Ей досталось все это пространство, но в который раз рядом не оказалось никого, кто помог бы заполнить его. Криссанн хотелось, чтобы в ее жизни появился человек, на которого можно положиться и с которым можно построить семью. И ей хотелось, чтобы этим человеком был Итан.

Она потянулась за телефоном и начала писать ему сообщение. Но как понять, что она чувствует к нему, если она продолжала опираться на него, словно на костыль? Криссанн подошла к ноутбуку, стоявшему на кухонном столе, и снова начала просматривать снимки, которые сделала за последнюю неделю.

Услышав стук в дверь, она встала из-за стола, оставив на экране компьютера увеличенную фотографию Итана.

Когда она посмотрела в глазок, у нее перехватило дыхание.

– Привет, – сказала она, открывая дверь.

– Привет, – ответил Итан, протягивая ей бутылку шампанского. – Понимаю, это первая ночь, когда ты осталась одна и все такое, но я подумал, что мы могли бы выпить за твое новоселье и, может быть, немного поболтать.

– Я уже собиралась написать тебе, – призналась Криссанн, впуская его внутрь. – Но потом почувствовала себя глупой, потому что я сама придумала этот переезд. Неужели у меня не получится стать самостоятельной?

– Получится, не переживай, – улыбнулся он. – Я принес тебе небольшой подарочек.

Итан прошел на кухню, поставил шампанское на стол и посмотрел на свое фото в компьютере.

– Это для аукциона, – пояснила Криссанн.

Он только кивнул и взял полотенце со столешницы, чтобы открыть шампанское.

– Тебе не интересно, что я принес?

– Почему же.

Криссанн уселась на барный стульчик и притянула к себе коробочку с логотипом сети роскошных универмагов «Нейман Маркус».

– Ты и так сделал столько всего для меня. Зачем было тратиться еще и на подарок?

– Потому что я так хотел.

Итан открыл шампанское и подошел к Криссанн.

– Ты посмотришь, что там?

Она осторожно открыла коробку и обнаружила внутри нее два бокала для шампанского с золотыми ножками, на которых было написано ее имя.

Криссанн молча смотрела на них, зная, что нужно поблагодарить Итана, но не могла выдавить ни слова. Он подарил ей что-то такое, о чем ей никогда бы не пришло в голову просить. Со стороны могло показаться глупо, но у Криссанн, в ее тридцать один год, никогда не было вещей, которые можно было бы посчитать частью ее будущего. С Мейсоном она жила здесь и сейчас, потому что ему нравился такой образ жизни. В детстве у нее тоже не было личных вещей, которые можно было забирать с собой, переезжая с места на место. Все, что у нее имелось с того времени, – это подержанная фотокамера размером с коробку с пирожными, которую она купила перед тем, как отправиться на учебу в университет.

– Итан…

– Их должны были доставить этим утром, но так уж получилось, что я получил их только вечером. Я хотел, чтобы ты выпила за свой новый дом из своих бокалов.

– С удовольствием.

Пока Итан ополаскивал и вытирал бокалы, Криссанн завела разговор о грядущем аукционе холостяков.

– Я удивилась, когда услышала, что ты будешь участвовать в нем впервые.

– Я почти всегда планирую какую-нибудь поездку на это время года, поэтому не попадаю на торги. Я делаю пожертвование, и мне не приходится подниматься на сцену.

– Но не в этом году?

– Я запланировал поездку, но… ее пришлось отменить.

Он собирался отправиться с Мейсоном на Карибы.

– Как думаешь, наступит ли вообще такой момент, когда Мейсон не будет стоять между нами? – после длительной паузы спросила Криссанн.

Итан посмотрел на нее, склонив голову и приподняв бровь.

– Нет, – наконец ответил он, разливая шампанское. – Он слишком долго был частью нашей жизни.

Но Криссанн начинала сопротивляться его присутствию, потому что из-за Мейсона они с Итаном все время ходили вокруг да около, боясь решиться что-то предпринять.

– За твой первый дом и начало твоего приключения в Коул-Хилл, – сказал Итан, поднимая свой бокал.

Она чокнулась с ним и сделала небольшой глоток.

– За хороших друзей.

– Я хочу, чтобы мы были больше, чем друзья, – признался Итан.

Криссанн хотела того же самого.

– Итан, я хочу убедиться в своих чувствах, чтобы не причинить тебе боль. Так будет честно по отношению к тебе.

Он понимающе закивал головой.

– Тебе нравится это место?

– Твой город, твоя семья – это все, о чем я тайно мечтала на протяжении долгого времени.

Итан поставил свой бокал на стол, а потом подошел к Криссанн и развернул ее вместе с креслом лицом к себе.

– А ты – все, о чем тайно мечтал я. И если для того, чтобы убедить тебя, что мы созданы друг для друга, мне понадобится позволить тебе жить отдельно, значит, так тому и быть.


Они решили посмотреть какое-то кино, но Итан никак не мог сосредоточиться на происходящем на экране. Потому что его тело реагировало каждый раз, когда Криссанн тянулась к миске с попкорном, которую он держал у себя на коленях. Он изнывал от желания, но она только переехала, и любой мужчина с мозгами на его месте понимал бы, что ей нужно дать время подумать.

– Наверное, я пойду, – сказал он, когда фильм наконец закончился.

– Еще нет, – возразила Криссанн.

– Если я останусь, у нас начнется свое кино, – встретивши взгляд ее темно-серых глаз, ответил Итан. – Ты уверена, что хочешь этого?

– Я не знаю, – тихо сказала Криссанн, запустив пальцы в его волосы. – Но я хочу тебя, Итан, и разлука никак не повлияла на мои чувства.

От ее слов его бросило в жар. Криссанн приподнялась, уселась ему на колени и прильнула к его губам. Итан провел рукой по ее спине, а потом скользнул под ее блузку, наслаждаясь ощущением ее обнаженной кожи. Криссанн была естественной во всем, что ни делала.

И эта естественность возбуждала сама по себе. Но, опять же, его волновало в ней абсолютно все. Его тянуло к ней с самой первой их встречи. Криссанн проявляла смелость, пользуясь возможностью и делая шаг навстречу, несмотря на то что не была уверена в своих чувствах. А Итан все время проявлял осторожность, боясь впускать ее в свое сердце. Но, может быть, он выбрал неправильную тактику.

– Я хочу, чтобы ты остался на ночь, – сказала Криссанн. – Ты не против?

– Конечно, нет.

– А поскольку завтра у нас воскресенье, значит, проснувшись, я не обнаружу никаких записок, – добавила она.

Криссанн намекала на то, что он никуда не уйдет утром и они будут валяться в постели целый день.

– Эм, конечно, – нерешительно ответил Итан.

– Тебя что-то смущает? – Она посмотрела ему прямо в глаза.

– Если я останусь, мне будет еще труднее уходить, – признался он. – Я и так схожу с ума из-за того, что ты съехала от меня.

Криссанн прикусила нижнюю губу и чуть сдвинулась назад.

– Я тоже. Но так было нужно. Я хотела доказать себе, что могу справиться без тебя.

– И как, получилось? Она покачала головой.

– Пока нет. Я только поняла, что у меня ослиный характер и что я не могу отказаться от того, что искушает меня. Итан Каратез, ты искушаешь меня, но я не хочу отталкивать тебя.

– Я тоже этого не хочу.

Она поднялась и, взяв его за руку, повела за собой к своей большущей кровати, застеленной простым бежевым покрывалом. Итан притянул ее к себе, тихо напевая песню Эрика Клэптона «Лейла», потому что в его жизни тоже была женщина, которая заставляла его терять голову.

Несмотря на то что он заполучил ее в свою постель, ему до сих пор казалось, что она остается недосягаемой для него. Его Лейла. Только Итану надоело такое положение вещей. Конечно, он проявил бы ум и чуткость, если бы дал ей время определиться со своими чувствами и вернуться к нему обратно, но, как его предупреждали Нейт и Хантер, любовь не следовала путями здравого смысла.

Криссанн обняла его и уткнулась лицом ему в грудь, а он продолжал напевать и медленно кружить ее по комнате. Итан знал, что любит ее. Он мог выдавать свои чувства за симпатию, но истина заключалась в том, что он любил эту женщину.

Криссанн споткнулась о коврик, и они со смехом повалились на кровать.

– Черт подери, женщина, тебе следовало только попросить, и я бы с готовностью запрыгнул в твою постель.

– Но мой способ сработал, – хихикнув, ответила она. – А теперь раздевайся.

– Раздеваться?

– Да. Мне кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я видела тебя обнаженным.

– Если ты тоже разденешься.

– Договорились.

Она вскочила с кровати, стянула с себя юбку и блузку, а он лежал и смотрел на нее. Его приводила в восторг нежная загорелая кожа Криссанн, ее узкая талия, округлые бедра и бесконечно длинные ноги.

– Эй, Каратез, ничего не будет, если я не увижу твою кожу.

Он стянул с себя футболку и швырнул ее на пол.

– Что скажешь?

– Неплохо, – проведя ладонью по его груди, ответила она. – Но я жду продолжения.

Итан сел на кровати и, обняв Криссанн за талию, прижал ее к себе, а потом откинулся на спину и потянул ее за собой. Он жадно набросился на ее губы и целовал, пока в легких не закончился воздух. Потом он расстегнул ее бюстгальтер и стянул лямочки вниз по ее рукам.

Ощутив прикосновение ее набухших сосков, он глухо застонал, а она оторвалась от его губ и, приподнявшись, начала тереться о его возбужденную плоть, упираясь руками в кровать по обеим сторонам от его головы. Потом Криссанн начала отодвигаться, но Итан обхватил ее за ягодицы и удержал на месте.

– Это нечестно, – заявила она.

– Я протестую. Теперь мы оба голые по пояс.

– Уважаемый адвокат, вы сильно преувеличиваете. Я хочу, чтобы вы сняли эти джинсы.

– Я держу кое-что, что мне не хочется отпускать, – возразил Итан.

– Я облегчу тебе задачу, – ответила Криссанн, скатываясь на бок. Он отпустил ее, а потом медленно провел руками по ее спине и груди.

Она отодвинулась еще дальше, и тогда он поднялся, стянул свои джинсы вместе с нижним бельем, а потом повернулся к ней абсолютно нагой.

– Думаю, тебе следует раздеться полностью, – заявил он.

Криссанн стянула с себя трусики, и они упали на пол. А потом она подошла к Итану и, обхватив рукой его возбужденную плоть, поглаживала ее до тех пор, пока он не почувствовал, что готов взорваться от возбуждения.

Затем они снова рухнули на кровать. Итан повернулся на спину и, прислонившись к изголовью, усадил Криссанн к себе на колени.

Она чуть подалась назад и начала умело ласкать его возбужденную плоть, лишая его остатков самообладания. Итану казалось, еще чуть-чуть, и он не выдержит.

Он схватил Криссанн за руку и, притянув ее ладонь к своим губам, жарко поцеловал. А потом начал осыпать поцелуями ее плечи и грудь, набухшую и такую красивую с розовыми сосками, которые выделялись на фоне загорелой кожи. Он начал поглаживать ее соски, пока они не затвердели от его ласк. Потом Итан подался вперед и слегка пососал один из них, а Криссанн в ответ ухватилась за его плечи и вонзила пальцы в его кожу.

Кончиками пальцев она легонько поглаживала его шею, вызывая дрожь в его теле. Но Итан намеревался сделать так, чтобы эта ночь не заканчивалась как можно дольше. Сегодня он впервые занимался с Криссанн сексо


убрать рекламу


м, зная, что любит ее. Он долго шел к осознанию своих чувств, и теперь ему хотелось насладиться моментом близости с ней.

Но его тело не хотело прислушиваться к доводам разума. Криссанн лишала Итана самообладания и заставляла сходить с ума от желания. Ему хотелось упиваться ее губами. Ее телом. Ее ласками.

Она чуть сдвинулась вперед и прижалась своим теплым лоном к его жаждущей удовлетворения плоти.

Итан оторвался от ее груди и поднял голову. Криссанн посмотрела на него долгим взглядом, а потом наклонилась и прильнула к его губам, в то время как он медленно входил в ее упругое тело.

Он наполнил ее собой без остатка, а потом сунул руку между их разгоряченными телами и коснулся пальцем ее чувствительного бутона. Он продолжал ласкать ее, и она лихорадочно задвигала бедрами.

Итан положил ладони ей на талию и заставил замедлить темп, но она снова запустила пальцы в его волосы, заставляя отклониться назад, и жадно набросилась на его рот. Черт, эта женщина лишала его рассудка. Она куснула его за нижнюю губу и слегка пососала ее, а потом проделала то же самое с его языком. Ее поцелуй был обжигающим и страстным, и Итан забыл обо всем на свете, наслаждаясь близостью ее роскошного тела.

Он вскинул бедра, пытаясь погрузиться в нее еще глубже, но этого все равно было недостаточно. Оторвавшись от губ Криссанн, он увидел, что она вцепилась в изголовье кровати, и ее грудь оказалась на уровне его лица. Итан чуть повернулся и прильнул к ее торчащему от возбуждения соску, положив руки ей на бедра и побуждая ее двигаться еще быстрее.

Он никак не мог насытиться ею, и ему хотелось еще большего. Криссанн запрокинула голову и, вонзив пальцы в его плечи, лихорадочно задвигала бедрами. Итан почувствовал, как по его телу прошел какой-то разряд, и его накрыло волной блаженства. Ему хотелось оттянуть оргазм, но сил сдерживаться не осталось. Итан сделал последний рывок и излился в жаркое лоно Криссанн.

А она сжалась вокруг него и, громко выкрикнув его имя, содрогнулась и обмякла в его руках, повалившись ему на плечо и задев грудью его шею и торс.

Итан поглаживал ее спину, а она повернулась к нему и посмотрела на него таким пронзительным взглядом, что у него сжалось сердце. Сегодня все было по-другому. Близость с Криссанн в чужой для него квартире подтвердила то, в чем он боялся признаться себе до этого вечера.

Не выпуская ее из объятий, Итан повернулся на бок.

– Значит, завтра будем валяться в кровати?

– Да.

– Я попытаюсь. – Ему хотелось остаться здесь с ней больше всего на свете, но в то же время он страшился этого. Вдруг он признается ей в любви, а она ответит, что не готова к такому повороту? Вдруг…

Криссанн свернулась клубочком и, положив ладонь поверх его сердца, поцеловала его в грудь, а потом сонно пожелала ему спокойной ночи.

И его страхи тут же отступили.

Глава 13

 Сделать закладку на этом месте книги

Около двух ночи раздался звонок на телефон Криссанн, и они оба недовольно застонали. Она потянулась за телефоном и смахнула с тумбочки стоявший там будильник. Она подняла голову и недоуменно осмотрелась по сторонам.

Итан поднялся с кровати и нагишом потопал к кухонной столешнице, где заряжался телефон Криссанн.

Он принес его ей в постель, и она посмотрела на экран и чуть не подпрыгнула, когда увидела, что пропущенный звонок поступил с номера Мейсона.

На ее глазах выступили слезы, когда она поднесла телефон к уху, чтобы прослушать голосовое сообщение. Возможно, кто-то нашел телефон Мейсона и пытался вернуть его обратно.

В эту секунду замигал телефон Итана. Похоже, с ним тоже пытались связаться.

– Черт, – выругался он, читая полученное сообщение.

В тот же самый момент в трубке Криссанн послышался голос Мейсона.

– Крис, это я. Я жив. Нам нужно поговорить. Позвони мне.

Она уронила телефон на кровать. Мейсон? Мейсон жив? Криссанн задрожала и, обхватив себя руками, глянула на Итана.

– Мейсон жив, – сказал он.

– Я знаю. Он оставил мне голосовое сообщение. О господи.

– Я не могу оставаться здесь, – бросил Итан.

– Почему? – Ей не понравилась паника, которую она увидела на его лице. А еще это чувство вины.

– Это неправильно. Он был ранен. Он написал, что его левая нога до сих пор в гипсе и его ребра еще не зажили. Тебе понадобится время, чтобы разобраться в своих отношениях с ним. И я не хочу мешать тебе.

Криссанн молча смотрела на человека, который за шесть недель стал для нее более близким, чем Мейсон за двенадцать лет. И теперь он говорит, что должен дать ей еще немного времени.

– Нет. Итан, не думаю, что твое бегство из моего дома чем-то поможет.

– Он едет, чтобы увидеться со мной.

– Что?

– Он так написал.

– Ладно. Тогда мы поедем к нему вдвоем. Я не могу поверить, что он жив.

– Я тоже.

– Я рада, – сказала Криссанн. – Он был слишком молод, чтобы умирать.

– Согласен, – кивнул Итан и принялся собирать с пола свою одежду.

И в эту секунду весь восторг, который они испытывали еще недавно, исчез.

Криссанн показалось, что ее квартира стала какой-то безвкусной и чужой. Она чувствовала себя неуютно без одежды, поэтому поднялась с кровати и достала из шкафа джинсы и кофту. Когда Криссанн повернулась к Итану, тот стоял посреди гостиной и набирал сообщение.

Все пошло не так.

– Нам нужно поговорить прежде, чем мы встретимся с ним.

– Ты права, но мне кажется, сейчас не самое подходящее время, – ответил он, и его лицо стало непроницаемым. Совсем как в суде. Криссанн не узнавала в нем человека, с которым ложилась в постель.

– Очень жаль, – ответила она. Криссанн не собиралась терять Итана, когда счастье было так близко.

Может, она не до конца разобралась со своими чувствами, но она не могла просто так взять и отпустить его. Криссанн годами ждала, пока Мейсон решит остепениться, но так и не дождалась. А теперь он восстал из мертвых, но это уже другой вопрос. Она разберется с Мейсоном. Потом. Сейчас ее больше всего волновал Итан.

– Я так не могу. Одно дело думать, что ты порвала с ним. Потом он погиб, и все изменилось. Но теперь он вернулся. И я… просто чувствую себя виноватым.

Его слова больно резанули ее.

– Ты никогда не хотел быть со мной ради меня самой?

– Что?

– Ты об этом сейчас говоришь? Что бросился в мои объятия из жалости ко мне? Если так, тогда нам следовало остановиться после того, что случилось в тот день в твоем офисе.

– Я не это имел в виду, – нервно провел по волосам Итан.

– А что тогда? Ты лучше оперируешь словами, чем я, так что, когда начинаешь вилять, я начинаю думать, что на это есть причина.

– Да, есть, – чуть ли не крикнул ей Итан. – Но я не хочу говорить об этом. Нам нужно поехать и увидеться с Мейсоном. Он вернулся с того света. Вот о чем мы должны думать.

– Я ничего не должна, – тихо возразила Криссанн. – Мы с ним разошлись до того, как он погиб… или числился погибшим. Эта часть моей жизни осталась в прошлом. И я не могу не признать, что рядом с тобой я поняла, чего не хватало в наших с ним отношениях. Думаю, Мейсон понял все раньше меня.

– Замечательно. Я рад, что ты со всем разобралась. А я нет. Он знал, что я всегда хотел тебя. Он знал, что я годами смотрел на тебя, когда ты была с ним.

– Это не имеет значения, – ответила Криссанн. Но она не понимала до конца, что чувствовал Итан, когда видел ее рядом с Мейсоном. Неужели он вступил с ней в связь, потому что она была запретным плодом?

Неудивительно, что он избегал разговора начистоту.

– Может, я была для тебя своего рода лакомым кусочком, который ты хотел заполучить?

– Нет! Ты знаешь, что это не так.

Но она ничего не знала. Последний раз, когда она сделала такое допущение, она потеряла двенадцать лет жизни рядом с человеком, который потом бросил ее.

– А в чем тогда дело?


Итану не хотелось поднимать эту тему. Не сейчас. Он обрадовался, что Мейсон оказался жив, хотя его друг мог выбрать время и получше. Итан только перестал осторожничать со своими чувствами. А теперь ему придется отойти на задний план, чтобы Мейсон и Криссанн могли разобраться в том, что случилось между ними. И не важно, что она говорила.

Неужели она хотела повздорить с ним? Что ею двигало? Итан пытался понять ее мотив, но как всегда оставался в полном недоумении. Эта женщина сбивала его с толку.

Теперь она хотела узнать, не считал ли он ее какой-то цыпочкой, за которой он гонялся целых двенадцать лет.

– Сейчас не время для подобных разговоров, – отрезал Итан. Ему хотелось принять душ, чтобы смыть с тела запах секса и Криссанн. Может, тогда он сумеет собраться с мыслями и придумать, как удержать ее и не предать своего друга.

Потому что, с какой стороны он ни смотрел на создавшуюся ситуацию, она выглядела как настоящее предательство с его стороны.

– Другого шанса не будет. Мейсон сейчас на пути в Техас. Ты хочешь уйти, а я не хочу отпускать тебя, пока мы не решим этот вопрос.

– Зачем?

Она вскрикнула и отвернулась от него в полном отчаянии.

– Крисси, пойми, он мне как брат. Ему понадобится поддержка. Мы с тобой можем появиться перед ним, держась за руки. Но это будет несправедливо по отношению к нему.

Криссанн повернулась обратно и посмотрела на него таким долгим взглядом, что он буквально ощутил ее разочарование.

– А как насчет того, что будет справедливым для нас?

– Мы можем обсудить этот вопрос.

– Нет. Если ты не мог обсудить его со мной раньше… Постой. Ты что, хочешь получить его одобрение прежде, чем расскажешь ему о нас?

Он не знал что сказать. Но правда заключалась в том, что после смерти Мейсона у Итана не было возможности выслушать версию друга о расставании с Криссанн. Вдруг Мейсон не разлюбил ее и будет страдать? Им нужно было выяснить все эти вещи прежде, чем делать следующий шаг.

Потому что Итан мечтал о серьезных отношениях с Криссанн, а не о чем-то временном. Он уже признался себе, что любит ее. Но Мейсон был ему как брат, а не посторонний человек, которого можно просто выбросить из своей жизни.

– Все не так, как ты думаешь. Но это правда, что у нас с ним не было возможности обсудить ваш разрыв, и он погиб, не зная, что ты приедешь сюда. Я просто говорю, что, может быть, не стоит вываливать всю правду сразу.

– Согласна. Я не хочу, чтобы мы появились перед ним как пара и заставили его страдать еще больше, но я хочу убедиться, что ты на моей стороне. Ты со мной?

– Да.

– Замечательно.

Криссанн подошла к нему и, обняв, заглянула ему в глаза. Но Итана не покидало чувство, что она до сих пор принадлежит Мейсону.

– Ты не можешь, не так ли? – наконец спросила она.

– Дело не в том, могу я быть с тобой или нет. Мне не хочется предавать его. Мейсон спас меня, когда я пошел по кривой дорожке и…

– Итан, ты сам себя спас. Ты всегда сомневался в себе. Но даже Мейсон сказал бы, что ты выкарабкался благодаря собственной силе духа. Ты бы никогда не стал наркоманом. Мы оба это знаем.

– Я не знаю.

– Почему?

– Потому что я из тех, кто подвержен зависимости.

– Ну и от чего же ты зависим?

– От тебя.

Наконец он признался.

– Я всегда был одержим тобой. И мне кажется, что, если я сделаю тебя своей и не дам тебе возможности проверить, не изменились ли чувства Мейсона, ты можешь пожалеть. И тогда я получу то, чего хотел, но ценой, которую я не готов платить.

Она встала руки в боки и сделала шаг назад.

– Какой ценой?

– Ценой твоего счастья.

Он отвернулся и сделал несколько шагов к двери. Ему нужно было отступиться не только ради Мейсона, но и ради Криссанн, которая с большой вероятностью могла изменить свои чувства к нему теперь, когда он воскрес из мертвых.

– Не думаю, что такое возможно.

– Никто из нас не может сказать наверняка, пока мы не увидим его, – ответил Итан.

Раздался звуковой сигнал его телефона, и он посмотрел на экран.

– Он у меня дома. Барт впустил его и помог обустроиться в гостевой комнате. Похоже, он в ужасном состоянии. Сейчас он спит. Нам нужно ехать.

– Хорошо. Пойдем. Я поеду на своей машине. Ее доставили, пока я была в Нью-Йорке.

Итан молча кивнул, потому что сказать было нечего. По крайней мере, сейчас. Им нужно было ехать и повидаться с Мейсоном. Убедиться, что с ним все в порядке. И тогда Итан поймет, что делать дальше с женщиной, которая изменила его так, что он даже представить себе не мог. Но он знал, что, если ему придется отпустить ее, чтобы она была счастлива, он так и сделает.

Наверное, в этом и заключается любовь. Итан вспомнил, как однажды, когда он был маленьким, мама читала им одно стихотворение о том, как отпускать от себя какие-то вещи, а потом ждать, чтобы они снова вернулись к тебе. Нейт был уверен, что речь шла о диких лошадях. А Итан вообще не видел тут никакого смысла. До этого момента, когда он следовал за Криссанн на парковку.

Он знал, что сейчас неподходящее время признаваться ей в любви. Она должна принять решение, не чувствуя никаких обязательств перед ним.

Так что ему придется отпустить ее и посмотреть, вернется она обратно или нет.


Криссанн следовала за Итаном на своей машине, и все происходящее казалось ей чем-то нереальным. Она понятия не имела, что случилось, но Мейсон вернулся.

Она очень обрадовалась этой новости, но не понимала, как та может повлиять на их с Итаном отношения. А он вел себя так, словно счастье Мейсона было для него важнее их собственного счастья. Итан заявил, что ему есть дело до чувств Криссанн, но она начинала сомневаться в правдивости его слов.

В машине тихо играла музыка, и, когда Криссанн опустила глаза, чтобы прибавить звук, она поняла, что плачет. Что ей делать?

Мейсон оказался жив. Кто знает, изменило ли его то, что он был на волосок от гибели? Криссанн, если честно, сомневалась в такой возможности, после того, как двенадцать лет пыталась вылепить из него мужчину, с которым можно будет прожить до конца своих дней. Но ему пришлось многое пережить. Он мог изменить свои взгляды. Но она тоже изменилась. Криссанн понимала, что того человека, который бросил ее в Лос-Анджелесе, больше нет, но и она тоже стала другим человеком. Она боялась просить Мейсона остаться, боялась, что недостойна того, чтобы иметь семью, с ним или с кем-то другим. Но рядом с Итаном у нее появились силы и смелость признать, что она хотела и заслуживала этого.

Но сначала нужно увидеть Мейсона. Добравшись на место, Криссанн вытерла нос тыльной стороной руки, припарковалась за автомобилем Итана и заглушила мотор. Она глубоко вздохнула, краем кофты вытерла слезы с лица и вышла из машины.

Итан ждал ее на крыльце дома. Глядя на него, Криссанн поняла, что возмущена его поведением. За это время они успели выстроить какие-то отношения, а теперь он заявлял, что им нужно повременить.

Криссанн молча подошла к нему. Он хотел что-то сказать, но она всем своим видом показала, что не расположена к разговорам.

Вся беда в том, что Итан считал, что сможет все объяснить и ей останется только принять его доводы. Но дело в том, что это не срабатывало. Во всяком случае, не сегодня.

Они вошли в прихожую, и Криссанн показалось, что она уже переживала подобный момент, когда приехала в Техас после разрыва с Мейсоном. Она искала безопасное место и нашла его, не в доме, но в самом Итане.

Мейсон, похоже, думал точно так же. Он приехал сюда к Итану, а не к ней. Криссанн поняла это только сейчас.

Она схватила Итана за руку и заставила остановиться.

– Не думаю, что Мейсон приехал сюда из-за меня, – хрипло выдавила Криссанн. Мейсон уже выбросил ее из своей жизни, и, хоть Итан считал, что они трое могут быть друзьями, она почему-то сомневалась.

А еще она не знала, сможет ли спрятать свои чувства к Итану.

Ей не хотелось, чтобы он видел ее такой, как Мейсон. Нежеланной. Нелюбимой.

– Мы не узнаем, пока не поговорим с ним.

Криссанн кивнула в ответ.

– Просто я не хочу, чтобы ты смотрел на меня его глазами. Он никогда не хотел меня.

Итан притянул ее к себе и крепко обнял, и на этот раз в ней затеплилась надежда, что все встанет на свои места. Ей следовало отойти от него, на случай, если Мейсон выйдет из своей комнаты, но она только сильнее прижалась к нему.

– Это невозможно, – нежно поцеловав ее в висок, ответил Итан.

– Как мило, – послышался голос Мейсона. – Пока я находился брошенным на произвол судьбы, моя девушка и мой лучший друг замутили интрижку.

Криссанн отпрянула в сторону, а Итан опустил руки, повернувшись к Мейсону. Тот стоял на верху лестницы с гипсом на левой ноге. Одна его рука была забинтована, а его нос казался разбитым.

Сердце Криссанн мучительно сжалось, когда она увидела, в каком состоянии он находился. Этот человек был раздавлен. Теперь она наконец поняла, о чем толковал ей Итан.

– Я так рада, что ты живой, – со слезами на глазах сказала Криссанн, когда они с Итаном поспешили к Мейсону и окружили его с обеих сторон.

Боже правый, как ему удалось выжить? Он выглядел ужасно, а ведь с момента аварии прошло целых полтора месяца.

– Мне так не показалось.

– Мейс, мы решили, что ты погиб. Неужели ты в самом деле думал, что двое людей, которые любили тебя больше всего на свете, не могли встретиться, чтобы разделить свое горе? – Итан, осторожно обняв Мейсона за талию, проводил его обратно в спальню.

– И это все, что между вами было? – спросил Мейсон.

Итан посмотрел на Криссанн, а та лишь пожала плечами.

– Как тебе удалось выжить? Сотрудники твоей компании считали тебя погибшим. Нас заверили, что никому не удалось спастись.

Криссанн бросилась вперед, чтобы поправить простыни на кровати. Казалось, что Мейсон вскочил с нее в спешке. Итан помог ему забраться обратно, и они с Криссанн устроили его на подушках.

– Я был завален обломками самолета. Я так думаю. Я приходил в себя и терял сознание несколько раз, а потом очнулся в каком-то селении. Местные жители ухаживали за мной, пока я не поправился достаточно для того, чтобы меня можно было спустить с гор и перевезти в больницу в Лиме.

– Я так рада, что они тебя нашли.

Мейсон кивнул и откинулся на подушки. Он находился в ужасном состоянии и, скорее всего, приехал к Итану не просто с визитом, а чтобы восстановить здесь свое здоровье. И Криссанн поняла, что если она останется, то будет только мешать.

– В новостях уже объявили о твоем возвращении? – спросил Итан.

– Мое начальство займется этим делом сегодня утром. Они хотели, чтобы я выступил перед журналистами, но мне сначала захотелось повидаться с тобой… Ты был для меня как брат, – ответил Мейсон.

– Был и есть.

– Прямо сейчас мне почему-то так не кажется, братец.

– А разве ты приехал сюда не потому, что мы одна семья? Ты хотел оказаться рядом с близкими тебе людьми. В наших отношениях ничего не изменилось.

Да, эти двое были как братья, и у Криссанн иногда возникало ощущение, что ее связь с Мейсоном далеко не такая тесная, как та, которая была между ним и Итаном.

Мейсон закрыл глаза и задремал.

Итан глянул на Криссанн, и она молча кивнула. Он был прав. Им придется подождать, пока Мейсону не станет хотя бы немного лучше.

Но Криссанн не могла избавиться от мысли, что у нее опять украли семью, о которой она всегда мечтала.

– Я подежурю первым, – сказал Итан.

Глава 14

 Сделать закладку на этом месте книги

Следующие две недели тянулись для него ужасно медленно. Наступивший октябрь принес с собой несколько осенних деньков, но погода оставалась преимущественно теплой, что было обычной вещью для Техаса. До аукциона холостяков оставалась одна неделя. А что до Мейсона – его друг начинал понемногу выздоравливать. Но с момента своего появления в доме Итана он ни разу не заговорил о Криссанн.

Она несколько раз приезжала навестить Мейсона и иногда оставалась, когда Итану приходилось задерживаться на работе. Он почти не видел ее, и они едва успевали перемолвиться словечком при встрече. Итан очень радовался возвращению друга, но отчаянно скучал по Криссанн. Однажды утром он увидел ее в кофейне, и она выглядела уставшей и такой хорошенькой, что ему захотелось сжать ее в своих объятиях и расцеловать.

Мейсон съездил на один день в Хьюстон, чтобы встретиться с журналистами и дать интервью для всех утренних программ новостей, а потом снова залег на дно в Коул-Хилл, ожидая полного выздоровления, чтобы решить, что делать дальше.

Итан не знал, на какой стадии находятся отношения Мейсона и Криссанн, поэтому решил подождать еще немного. Но ему отчаянно хотелось вернуть ее обратно в свою жизнь. Только Итан не мог придумать, как спросить, не вернулась ли она к Мейсону.

Так что тогда в кофейне он только посмотрел на нее, а потом развернулся и ушел, ничего не купив. Секретарша Итана сказала, что он превратился в настоящего тирана, и заявила, что если он не изменится, то на аукционе за него не дадут ни цента.

И она была права. Итан понимал, что ему нужно снова вести себя с Мейсоном и Криссанн так, как раньше. Но он не мог. Ведь в то время он еще не держал ее в своих объятиях, не говоря уже о том, чтобы целоваться с ней или заниматься любовью.

– Приятель, ты вообще слушаешь, что я говорю? – прервал его мысли Мейсон.

Они вдвоем сидели на террасе и играли в карты. Им нужно было решить, как легально воскресить Мейсона из мертвых, что было очень непросто. Итан до сих пор возился с различными документами.

– Прости. Просто задумался. Так о чем ты говорил?

– Что происходит между тобой и Криссанн?

– Ничего.

– Дерек сказал тебе, что, если говорить мне неправду, это ускорит процесс моего выздоровления? – отложив карты в сторону, спросил Мейсон.

– Дерек – кардиолог. Даже если бы он заявил что-то подобное, я бы не поверил ему.

– Я вообще-то не слепой. Вы становитесь чертовски неуклюжими в обществе друг друга, а это о многом говорит.

– Я не хочу говорить о ней, – пожал плечами Итан.

– И так было всегда. Даже когда я пригласил ее на свидание, чтобы вызывать у тебя зависть.

– Ты серьезно?

– Возможно. То есть я оставался с ней двенадцать лет не по этой причине.

– Но ты порвал с ней, не так ли? Это ее слова. Мейсон почесал грудь и откинулся на спинку своего кресла.

– Мы расстались. Я… Я не был готов к серьезным отношениям. Она хочет детей и семью.

Итан испытал острый укол ревности при мысли, что у Криссанн и Мейсона могли быть дети. В таком случае он не смог бы сохранить свою дружбу с ним. Да, он любил этого человека, как родного брата, но, если бы Мейсон снова сошелся с Криссанн, он не пережил бы такой пытки. Итан мог сколько угодно говорить о чести и о том, что ее счастье превыше всего, но, случись такой поворот событий, он навсегда вычеркнул бы этих двоих из своей жизни.

– Она заслуживает быть счастливой, – ответил он. – У нее никогда не было своего собственного места, пока она не сняла студию и апартаменты здесь, в Коул-Хилл.

– Знаю. Мне казалось, что мы такие похожие, Крис и я. Но она продолжала мечтать о семье, тогда как я твердо знал, что никогда не захочу связать себя подобными обязательствами.

Впервые с момента своего приезда в Коул-Хилл Мейсон вел себя как в старые добрые времена.

– Мне казалось, что под влиянием моей матери ты поменял свои взгляды на жизнь.

– Неа, – покачал головой Мейсон. – Твоя семья – исключение из правил. Но Крис никогда этого не понимала.

– Ты хочешь вернуть ее обратно?

– Она не твоя, чтобы возвращать ее. И не моя, чтобы я мог взять ее. Думаю, мы бы получили хорошенькую взбучку, если бы она услышала, как мы обсуждаем ее.

– Не спорю. Но, побывав на краю гибели, ты очень изменился… во многих вещах. Я никогда не видел тебя таким благодушно настроенным.

Мейсон снял свои солнцезащитные очки, и Итан пристально посмотрел ему в глаза, надеясь получить ответ на вопрос, который не хотел задавать. Вдруг, побывав в шаге от смерти, его друг решил круто изменить свою жизнь и обзавестись семьей? Но его взгляд оставался непроницаемым.

– Наверное, на меня влияют лекарства, которыми я снимаю боль, – сказал Мейсон.

Но Итан знал, что в его друге произошли огромные перемены. Он ясно дал понять, что не хочет возвращаться в Лос-Анджелес и собирается обосноваться здесь, в Коул-Хилл. Итан подозревал, что его решение во многом основывалось на желании быть ближе к семье. Семье Итана и, конечно же, к Криссанн.

Если Мейсон попытается вернуть ее, черт, он выиграет. Итан не смог бы лишить их счастья после того, как они ждали его долгих двенадцать лет.

– Итан, я обидел ее. Я наговорил ей кучу гадостей, зная, что причиняю ей боль, и я не думаю, что она когда-нибудь простит меня.

– Зачем ты так сделал?

– Потому что она заслуживает лучшего. Ты спросил, изменился ли я. Может быть. Я еще не знаю. Когда я вижу тебя и Криссанн вместе, я хочу ее, но только потому, что я эгоист и не желаю, чтобы ты получил все. Я всегда завидовал тебе, потому что у тебя есть братья, семья, даже этот город, в котором ты живешь. Если в придачу ко всему ты получишь женщину, о которой всегда мечтал… ладно, я замолкаю. Думаю, я достаточно сказал, чтобы ты понял, каким мерзавцем я могу быть.

Искренность Мейсона потрясла его, и он поднялся с места и, подойдя к другу, крепко его обнял.

– Но у тебя есть все это. Моя семья – твоя семья. Мой город – твой город.

– А как насчет Криссанн?

– А это уж решать ей самой, – заявила Криссанн, поразив их обоих своим неожиданным появлением.


Криссанн по просьбе Мейсона прошлась по магазинам и купила для него парочку вещей и бритвенные принадлежности. За последние две недели стало понятно, что их отношения исчерпали себя, причем давно, и они готовы идти каждый своей дорогой. Но вместе с тем между ними появилось что-то новое, больше похожее на дружбу, и Криссанн нравилось такое положение вещей.

Мейсону с каждым днем становилось все лучше, и она с нетерпением ждала того момента, когда сможет вернуться к Итану. Криссанн понимала, что влюбилась в него слишком быстро, если учесть сто лет, которые она провела рядом с Мейсоном, при этом не испытывая ничего подобного.

– Мейсон, мы перестали быть парой задолго до того, как я вызвала тебя на разговор и мы расстались. Думая о том, что ты побывал на краю гибели, я осознаю, насколько дорожу тобой, но я должна быть честной. Я не чувствую к тебе того, что испытываю по отношению к Итану.

– Все ясно, – ответил он. – Но ни один из вас не признался в том, что я заметил сразу, как только увидел вас вдвоем. Я понял, что вы теперь больше чем друзья.

– Время было не самое подходящее для разговоров, – заметил Итан. – Мы посчитали, что твое здоровье важнее всего.

– Как мило с вашей стороны, – с едва заметной ноткой сарказма ответил Мейсон.

– Но это правда, – настояла Криссанн.

– Знаю, – посмотрев на нее, смягчился Мей-сон. – Просто я позавидовал. А еще мне немного грустно, потому что между нами никогда не было того, что есть у вас двоих. Я понимаю, что своим появлением подпортил ваши отношения, а это последнее, чего я хочу для двоих людей, которые значат для меня больше всего в этой жизни.

С этими словами он поднялся и, опираясь на костыль, подошел к Итану.

– Ни один из вас не принадлежит мне, чтобы позволять или запрещать вам быть вместе, поэтому я самоустраняюсь из этого уравнения. Просто знай – что бы ни случилось, мы всегда будем друзьями.

Когда он миновал их и скрылся в доме, Итан повернулся к Криссанн, не зная, что и сказать. Но она смотрела на него, находясь в таком же замешательстве.

– Я люблю тебя, – заявил он. – Прежде чем мы скажем друг другу что-то еще, я хочу, чтобы ты знала о моих чувствах. Мне казалось, что я смогу отойти в сторону и сделать все, что от меня понадобится, чтобы сделать тебя счастливой. Но я понял, что это невозможно. Я хочу, чтобы ты разделила мою жизнь. Хочу, чтобы мы стали семьей.

– Итан…

– Дай мне закончить. В разлуке с тобой исчезли все мои сомнения. Понимаю, я поступаю несправедливо, вываливая все это прямо сейчас. Ведь Мейсон еще не до конца поправился. И ты, что бы он ни говорил, имеешь право на свои чувства. Я буду ждать, но ты должна понимать, что я не буду сидеть сложа руки, пока ты будешь определяться со своими чувствами. Я сделаю все возможное, чтобы ты поняла, как сильно я люблю тебя. И насколько идеальной может быть наша совместная жизнь.

– Идеал – это иллюзия, – подошла к нему Криссанн. – В реальной жизни нет фильтра, чтобы стереть острые углы. Но знаешь, Итан? Я так рада. Потому что я тоже тебя люблю. Я хочу сказать, что никогда за всю свою жизнь я не испытывала ничего и близко похожего на то, что чувствую по отношению к тебе. Я старалась не мешать тебе, чтобы ты разобрался в том, что касается Мейсона, но я скучала по тебе.

– А я каждую ночь обнимал подушку, на которой ты спала, и притворялся, что это ты. А утром я мчался в кофейню в надежде, что ты забежишь туда перед работой. Мне до смерти хотелось увидеть тебя, потому что, хоть мы и не разговаривали, мой день становился чуточку лучше оттого, что где-то в толпе мелькнуло твое лицо.

– Правда?

– Можешь не сомневаться.

Он притянул ее к себе и поцеловал, потому что мысли начали путаться у него в голове. А ему не хотелось мямлить, как какой-то идиот, к чему он был очень близок.

– Я хочу жениться на тебе.

<
убрать рекламу


p>– Я тоже этого хочу.

– Прекрасно. Мы можем начать с того, что ты переедешь ко мне обратно.

– Хорошо, – согласилась Криссанн.

Ее сердце переполняла любовь. Она почти боялась поверить в свое счастье, но тут Итан подхватил ее на руки и понес в дом. В этом человеке она обрела свое надежное пристанище, и он всегда будет рядом с ней, что бы ни случилось.

Эпилог

 Сделать закладку на этом месте книги

Аукцион холостяков был в самом разгаре, когда Криссанн вышла из-за кулис и направилась к столику, за которым разместилось семейство Каратез. Она села между нянечкой Кинли, Пиппой и Мейсоном, который придержал ей место, и приготовилась торговаться за своего мужчину.

Она опустила глаза и посмотрела на простенькое помолвочное колечко, которое подарил ей Итан на семейном ужине в доме его родителей.

– Вы идеальная пара, – подмигнул ей Мей-сон. – Я даже подумываю подыскать себе кого-нибудь.

Криссанн сомневалась, что такое когда-нибудь случится.

– Какая женщина сможет сравниться с дикостью горной тропы, которую тебе еще только предстоит одолеть?

– Туше, – в ответ улыбнулся он.

Тут к Мейсону с каким-то вопросом обратился отец Итана, и он повернулся к нему. А Криссанн посмотрела на Пиппу, листавшую каталог с фотографиями.

– Ты тоже участвуешь в торгах?

– Да. Я уже давно положила глаз на вот этого техасца, – ответила она, указывая на Диего Веласкеса. – А поскольку сегодня мой день рождения, я решила сделать себе подарок.

– О да, он настоящий подарок, – рассмеялась Криссанн. – И флиртует, как никто другой. Думаю, ты с ним не соскучишься.

– Прекрасно, – ответила Пиппа. – Я не против повеселиться.

Криссанн не успела ответить, потому что Нейт, который вел торги, объявил имя Итана. Она повернулась и увидела, как на сцену вышел ее жених. Ведущий начал зачитывать краткие сведения об Итане, и Криссанн поняла, что он читает не то, что было написано в каталоге.

– Итан Каратез был последним из неуправляемых парней Каратез, который оставался неженатым. Некоторые скажут, все потому, что он ждал появления подходящей женщины. Вы знаете, что в этих торгах могут принять участие все желающие, но Итан предупредил нас, что его сердце и душа принадлежат лишь одной женщине, с которой он готов связать свою судьбу. Поэтому он сделал щедрое пожертвование, чтобы откупиться от торгов, и попросил, чтобы мы предложили его только той, которая по-настоящему любит его и хочет провести с ним остаток своей жизни.

– Это я! – крикнула Криссанн, вскочив с места и подняв руку.

– Можешь забирать своего холостяка, – сказал Нейт.

Итан встретил ее на полпути к сцене, и под громкие аплодисменты и радостные возгласы прижал к себе и поцеловал. Когда он оторвался от ее губ, Криссанн нежно коснулась его щеки.

– Ты мой.

– Навсегда, – сказал Итан.

– А теперь мы представляем вашему вниманию следующего холостяка, – продолжил ведущий. – Леди, встречайте соблазнительного и неукротимого Диего Веласкеса.


убрать рекламу








На главную » Гарбера Кэтрин » Третий не лишний.