Козлов Виктор Васильевич. Российская атомная энергетика за рубежом читать онлайн

A- A A+ Белый фон Книжный фон Черный фон

На главную » Козлов Виктор Васильевич » Российская атомная энергетика за рубежом.





Читать онлайн Российская атомная энергетика за рубежом. Козлов Виктор Васильевич.


Об авторе:

С 2002 года я работал первым заместителем Министра Российской Федерации по атомной энергии и по роду своей деятельности координировал работу предприятий, принадлежащих системе Минатома России.

Тогда Козлов В.В. уже несколько лет возглавлял ЗАО «Атомстройэкспорт» в должности генерального директора и зарекомендовал себя как крупный специалист и опытный руководитель. Виктор Васильевич принимал активное участие в переговорах по строительству атомных объектов в таких странах, как Китай, Индия и Иран, с его помощью была организована эффективная работа по подписанию соответствующих соглашений.

Коллектив ЗАО АСЭ под руководством Козлова В.В. выполнял работы по сооружению одновременно пяти атомных энергоблоков. Я могу сказать, что в условиях сложнейшей экономической ситуации в стране, Виктор Васильевич нашел нужные рычаги и сумел эффективно организовать работу не только между российскими и зарубежными субподрядными организациями, число которых превышает 300, но и сумел обеспечить успешное сооружение этих объектов.

За эти годы Козлов В.В. проявил себя не только как эффективный организатор, крупнейший специалист мирового уровня, но и как человек, который смог обобщить свой богатейший опыт и передать своим ученикам.

Заместитель руководителя Аппарата Правительства РФИ.В. Боровков
От автора

Историю делают люди, свое восприятие произошедшего излагают участники событий, обобщают ученые.

Мне привелось, в течении 30 лет работы в системе атомной энергетики, встретиться и сотрудничать со многими людьми, которые эту историю создавали. Имена некоторых из них Вы вспомните или узнаете впервые, прочитав эту книгу. Многих уже нет с нами, но дело, которому они отдавали свои знания, силы и здоровье, живет и развивается.

Предисловие

 Сделать закладку на этом месте книги

Сегодня, когда экспортный портфель Государственной корпорации «Росатом» превышает 130 млрд. долларов, почти втрое превышая объём заказов по вооружению, став основой высокотехнологичного экспорта РФ, весьма уместно обратиться к истории этого направления деятельности, сначала в СССР, а затем и в России.

Для атомного ведомства страны Советов, Минсредмаша (Министерство среднего машиностроения СССР), экспорт никогда не был сколько-нибудь значимой сферой деятельности. Руководивший отраслью около 30 лет Е.П. Славский, на совещании в Политбюро, на критику Горбачёва о слабом внимании к экспорту, ответил в свойственной ему, руководителю государства в государстве, краеугольным камнем деятельности которого было создание ядерного оружия, манере: «всё, что я делаю, Михаил Сергеевич, не предназначено для внутреннего пользования – всё на экспорт». Естественно, что начало мирному атомному экспорту было положено в Министерстве внешней торговли, а к экспорту АЭС привлечено Минэнерго страны, в распоряжении которого находились не только гидростанции, ТЭЦ, но и практически все атомные станции, кроме Ленинградской и Игналинской (первые два года после пуска – Нововоронежская и Белоярская АЭС). Лишь задачи содействия в создании научно-технических ядерных центров входили в компетенцию созданного при Хрущёве Госкомитета по атомной энергии и плавно перетекли в Минсредмаш при его упразднении.

Не приходится удивляться, что первые АЭС с помощью СССР строились в странах СЭВ: ГДР, НРБ, ВНР, ЧССР. Совсем иное дело – Финляндия. Маленькая страна, с численностью населения вдвое меньшей, чем в Москве, за время независимого существования превратилась в достаточно развитое государство с вполне конкурентными отраслями промышленности. Если само решение о победе в конкурсе с такими грандами, как Westinghouse, General Electric, KWU-Siemens, Framatome, советское правительство могло протолкнуть через политически ориентированное на торговлю с СССР руководство Финляндии, то проектные решения АЭС оказались многонациональным конгломератом. Именно финский проект показал, что практически только реактор, топливо для него и парогенератор, т. е. средмашевские разработки, да ещё турбогенератор, были конкурентоспособны. Проект контайнмента разрабатывался Westinghouse и впервые был использован для наших ВВЭР-440, впервые были применены маховики на изготовленных в Финляндии ГЦН для использования энергии выбега турбогенераторов, борное регулирование обеспечивало возможность маневра мощностью, всережимная система управления объединила разработки Siemens, датчики ВРК канадских и французских фирм. До сих пор недостижимым для наших АЭС является штатный коэффициент Ловиизы: первоначально 72 человека на блок.

Экспансия в азиатские страны началась ещё в советские годы: соглашение по строительству АЭС в Индии было подписано ещё Горбачёвым и Ганди в 1988 г. В Китае и Иране уже в российские времена, в 1992 г. Однако реально строительство началось в этих странах после 1998 г. После назначения Министром атомной энергии РФ в марте 1998 г., с целью активизации работ по созданию АЭС, первую зарубежную рабочую поездку я наметил именно в эти страны. И тут же получил «по носу». Ведомства, имеющие право влияния на командирование членов Правительства за рубеж, были категорически против: Индия только что провела испытания ядерного оружия, Иран был постоянным раздражителем для США после свержения шаха и неудачной операции по освобождению американских заложников, Китай не рассматривался Минфином в качестве надежного экономического партнёра.

Возглавивший в это время Правительство С.В. Кириенко брать на себя решение не захотел: «Договаривайтесь с Примаковым». На мой звонок Евгений Максимович отреагировал мгновенно: «Жду». Обстоятельная, как с ним и обычно бывало, беседа кончилась его звонком премьеру: «Мы с Евгением Олеговичем договорились: он едет в Китай, а то, что обратный путь будет в субботу и воскресенье проходить через Индию и Иран, так это можно рассматривать как форму туризма». Туризм этот мне не забыли ни в США, организовавшим после государственной службы мое преследование, вплоть до ареста в Берне, ни в своей стране: наши службы не любят, когда решения принимают через их голову. Однако именно после этого стройки во всех 3 странах реально начались. Нейтрализацию позиций Немцова, быстро менявшихся глав Минфина (при неизменном Касьянове) обеспечил Б.Н. Ельцин, неизменно поддерживавший нашу отрасль.

Руководил созданием АЭС в РФ и зарубежными стройками выдающийся строитель Решетников Е.А. Он перешёл в Министерство атомной энергетики и промышленности (приемник Минсредмаша) в 1992 г., когда все АЭС передали из созданного после Чернобыльской аварии Министерства атомной энергетики СССР, заодно его ликвидировав.

В 1998 году, под его руководством объединением «Атомэнергоэкспорта» и «Зарубежатомэнергостроя», был создан Атомстройэкспорт, который с момента создания и в наиболее трудные годы возглавлял автор монографии В.В. Козлов. Отличительной особенностью тех лет был профессионализм руководителей всех направлений деятельности не только в самой атомной отрасли, но и его внешнеторговых организаций. Козлов – выпускник Московского Химмаша, Фрайштут (Техснабэкспорт) – Московского Станкина. Среди внешнеторговцев были и выпускники одного со мной факультета МАИ – Постовалов и Гавриков. Это позднее технических специалистов начнут заменять на юристов, экономистов, менеджеров.

Книга легко читается, в ней пользу найдут не только те, кому интересна историческая часть атомного экспорта, но и те, кому небезразличны технические уроки, порой сегодня забытые, и потому особенно ценные.

Е. Адамов, Министр РФ по атомной энергии в составе 6-ти Правительств РФ с 1998 по 2001 гг.

Введение

 Сделать закладку на этом месте книги

Когда человек подходит к определенному рубежу в своей жизни, у него возникает желание оглянуться назад, вспомнить прошлое, осмыслить настоящее, попытаться заглянуть в будущее.

Во многом тому хорошему, что наверняка есть в каждом человеке, и я очень надеюсь и во мне, я обязан своим маме и бабушке, которые растили меня без отца и воспитали во мне, как мне кажется, чувство справедливости, порядочности и ответственности за свои поступки. Кроме того они подготовили меня к самостоятельной жизни, внушив, что добиваться всего придется самому, не надеясь на поддержку или протекцию «сильных мира сего».

В последнем классе средней школы, когда уже надо было определиться с будущей профессией, я решил поступать в Институт кинематографии на факультет искусствоведения, так как меня интересовало творчество известных советских кинорежиссеров, прежде всего Эльдара Рязанова, после грандиозного успеха его фильма «Карнавальная ночь». Но моя мама, услышав об этих планах, сказала: «не выдумывай, получи сначала нормальную профессию (имелось ввиду профессию инженера), а потом занимайся чем хочешь». Таким образом первый рубеж в жизни был определен – вступительные экзамены в технический вуз – Московский институт химического машиностроения.

Учеба в институте – это было веселое, но не беззаботное время. Преподаватели, принимая зачеты и экзамены, требовали знаний. Достаточно часто студентов отчисляли за неуспеваемость. Однако в результате, каждый выпускник получал направление на работу и в ходе учебы беспокоиться о будущем трудоустройстве не приходилось.

Так и я, получив по окончании учебы специальность инженер-механик по автоматизации химико-технологических производств, был направлен на работу в один из проектных институтов министерства оборонного машиностроения.

Окончание учебы совпало с моей женитьбой. Мне крупно повезло – я встретил свою любимую половинку – Анюту, с которой, к моменту написания книги, мы прожили счастливо 53 года.

Таким образом с самого начало трудовой деятельности у меня появилась ответственность за семью, так как скоро родилась дочь и оформилась «ячейка общества». Приходилось упорно трудиться, в том числе на «сдельной оплате труда», чтобы обеспечить достойный, по тем временам, уровень жизни. Хотя в те времена один супруг не мог полностью обеспечить семью, и моя любимая жена также трудилась, а за дочкой днем ухаживала ее мама.

Проработав три года в институте и закрепив профессиональные знания, полученные в ВУЗе, я перешел на работу в Министерство тяжелого, энергетического и транспортного машиностроения. Это был очень серьезный этап в моей производственной деятельности.


Моим первым серьезным воспитателем в этой жизни стал Абрам Осипович Залбштейн, в миру Александр Осипович (чтобы не резало слух его 100 % еврейство). Он работал первым заместителем начальника Производственного управления, ключевого подразделения Министерства тяжелого машиностроения, куда я перешел на службу после работы в проектном институте. Если бы не его национальность – при своем интеллекте, с глубокими знаниями об отрасли и способностью руководить людьми, он мог бы быть министром, но был вечным первым замом разных руководителей с русскими корнями. Но за профессиональные качества его ценили и он был, фактически, правой рукой у нескольких министров, которые приходили и уходили, а он оставался на этой должности.

Он набирал в свои отделы наряду с опытными производственниками молодых и «борзых», на которых делал ставку, заставлял бежать впереди паровоза, нещадно критиковал, чтобы не расслаблялись, но и поощрял за хорошие результаты.

Он считал, не без оснований, что личные связи решают многое в этой жизни. Проводя собеседования с кандидатами при приеме на работу он подробно выяснял, кем работают близкие родственники соискателя.

Я был свидетелем того, как при прочих равных достоинствах двух претендентов, приоритет получил тот, у кого брат работал директором магазина запчастей для автомобилей, в то время крайне дефицитных.

Методы мотивации в то время (начало 70-х годов прошлого века), были своеобразны, но действенны. Собирая оперативное совещание руководителей предприятий отрасли в составе около сотни человек, он просил дать ему данные на руководителя, который в производственном плане «согрешил на копейку». Подводя итоги совещания, где детально обсуждались задачи, стоящие перед отраслью и отдельными предприятиями, он обрушивался с резкой критикой на согрешившего на копейку и предрекал ему всяческие кары, вплоть до увольнения с должности. Остальные руководители, у которых грехов было «на рубль и более» разъезжались по заводам под впечатлением необходимости срочно, упорным трудом, искупать свои грехи.

Работая в министерстве я много раз выезжал в командировки на предприятия, в том числе на те, что изготавливали оборудование для атомных электростанций, что мне очень помогло в моей последующей работе.

В ряд командировок я ездил вместе с Залбштейном. Я приобретал незаменимый опыт, наблюдая за тем, как глубоко он пытается разобраться в проблемах предприятия, выделяя узкие места и возможные меры по их устранению, выявляя желание и способность руководителя завода решать непростые задачи, которые отрасль ставила перед этим конкретным предприятием. Отдельно впечатляли его последующие организационные действия по поддержанию активных или избавлению от пассивных личностей.

Однажды, по поручению коллегии министерства, с целью на месте разобраться с ситуацией, Залбштейн был направлен на Ворошиловградский «ныне г. Луганск» машиностроительный завод. Он взял меня с собой. Завод был достаточно крупный с численностью рабочих более 5000 человек, но часто не выполнял плановых заданий.

В самолете Александр Осипович сказал мне: «Увидишь, как нас встретят. Обойдется без ковровой дорожки к самолету, но внимание и уважение со стороны руководства завода гарантирую». К его и моему удивлению нас встретил второстепенный человек, информировав, что директор на каком-то общественном мероприятии и сможет встретить нас только на следующий день. Было предложено поехать в гостиницу и отдохнуть до завтра. Залбштейн потребовал ехать на завод и, в течении нескольких часов, ходил по цехам, беседовал с рабочими и руководителями цехов, пытаясь разобраться, где узкие места и в чем министерство может оказать помощь этому производству. Инспекция продолжилась на следующий день с утра. К обеду появился директор и пригласил отобедать в заводской столовой, но в отдельно, отгороженном от основного зала помещении. Отдельной кухни для руководящего состава, как на некоторых других предприятиях отрасли, не было и мы ели то, что предлагало общее меню. Качество еды оказалось, мягко говоря неважным. В конце обеда Залбштейн спросил у директора, может ли он одолжить термос. Зачем – спросил директор.

Коллегия направила меня сюда с целью узнать, почему завод плохо работает. Я налью членам коллегии из этого термоса по глотку твоего вонючего чая и им все станет ясно. Ты здесь производством не занимаешься, а вместе с рабочими ешь говно и называешь это демократией? Разве можно так кормить людей и ожидать, чтобы после этого они хорошо работали?

После доклада на коллегии, по результатам командировки, руководство завода поменяли. По рекомендациям Залбштейна заводу была оказана материально-техническая помощь и, вскоре, завод перестал быть в числе отстающих.

У меня сложились с Александром Осиповичем хорошие, можно сказать дружеские отношения, хотя разница в возрасте была 30 лет.

Он говорил мне: «Виктор, я верю в тебя, ты добъешься многого в этой жизни, по крайней мере у тебя будет собственный автомобиль (в то время для большинства это было недостижимой мечтой).

Он был философом и говорил мне «Понимаешь, в жизни всему есть свое время. Вот в молодости, после горячего свидания с девушкой, целый день как на крыльях летаешь. А теперь, если утром в туалет сходил без крови, – то же самое ощущение.

Он был «трудоголиком» и говорил: «я не представляю себя на пенсии, я готов покинуть этот мир активно работая».

Он умер от сердечного приступа в рабочем кабинете на 61 году жизни.

Я проработал в министерстве четыре года. За это время я научился у него многому. Здесь и умение работать с людьми, обращая внимание на незначительные детали, но и не опускаясь до мелочей, которые могут помешать более широкому взгляду на ситуацию. Умение выделять главную проблему в числе многих и сосредоточиться на ее решении и, также, философское отношение к жизни. Я ему очень благодарен за эти уроки.

Глава 1. Развитие атомной энергетики России в период 1955–1973 год

 Сделать закладку на этом месте книги

Работая в Минтяжмаше СССР и приезжая в командировки на крупные заводы отрасли я столкнулся с тем, что на них изготавливается много оборудования для зарубежных атомных электростанций. Я стал интересоваться этой темой, читал специальную литературу и открыл для себя широкую панораму развития атомной энергетики СССР и сотрудничества с зарубежными странами в этой области.

1.1. Первые международные соглашения и создание организационной структуры управления сотрудничеством

 Сделать закладку на этом месте книги

К тому времени в Советском Союзе уже на практике была доказана возможность получения электроэнергии от ядерного реактора. В июне 1954 г. в г. Обнинске под Москвой была построена и пущена в эксплуатацию первая в мире АЭС мощностью 5 МВт. Позднее, под городом Воронеж, были сооружены первые промышленные энергоблоки Нововоронежской АЭС. В сентябре 1964 года начал свою работу первый блок, в декабре 1969 года второй. На энергоблоках эксплуатировались реакторы ВВЭР-210 (1 энергоблок) и ВВЭР-365 (2 энергоблок)

История развития международного сотрудничества в области атомной энергетики началась в 1955–1956 гг., когда бывший СССР подписал первые двухсторонние соглашения с рядом стран об оказании им научно-технической помощи в создании научных ядерных центров и технического содействия в сооружении первых опытно-промышленных атомных электростанций в бывшей Чехословакии и в бывшей Германской Демократической Республике

В соответствии с двухсторонними межправительственными соглашениями уже к началу 1973 г. в шести странах (ГДР, НРБ, ВНР, Финляндия, ЧССР и СРР) проектировались и строились АЭС с реакторами ВВЭР-440, а также были приняты национальные программы развития атомной энергетики, которые предполагали сооружение новых или расширение уже строящихся АЭС.[1]

Придавая большое значение использованию атомной энергии в мирных целях и стремясь содействовать развитию международного сотрудничества в этой области, уже в апреле 1955 г. советское правительство в Обращении к странам Восточной Европы, Индии, Египта и другим странам заявило о своей готовности передать им соответствующий научно-технический опыт, накопленный в Советском Союзе.

Выполнение работ по развитию и реализации международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии Правительство СССР поручило Министерству среднего машиностроения, организации и предприятия которого имели многолетний опыт работы с атомной энергией. Сотрудничество предлагалось сразу по нескольким направлениям освоения атомной энергии:

• создание ядерных научно-исследовательских центров;

• строительство производственных предприятий;

• строительство опытно-промышленных АЭС;

• обмен научным и техническим опытом;

• образование объединенного института ядерных исследований и совместная работа советских и зарубежных специалистов в этом институте;

• подготовка инженерных и научных кадров.

Подтверждением этой политики Советского Союза стало заключение в апреле–июне 1955 г. первых соглашений об оказании Советским Союзом научно-технической помощи в области мирного использования атомной энергии с ГДР, ЧССР, СРР, НРБ, ВНР и с другими странами.

В рамках программы сотрудничества Советский Союз предлагал три типа исследовательских реакторов, под-критичные сборки для учебных целей, циклотрон на 25 МэВ, радиационные лучевые установки с кобальтом-60, физические и радиохимические лаборатории для производства изотопов на нужды медицины и промышленности и создание на их основе современных научно-исследовательских атомных центров.

В соответствии с этими соглашениями к середине 60-х годов в Чехословакии, ГДР, Венгрии, Румынии, Польше, Болгарии, а также в Югославии, Египте, Ираке и КНДР были созданы современные, по тому времени, научно-исследовательские центры, в которых уже проводился широкий комплекс научных и практических работ:

• в 1956 г. под Москвой в г. Дубне открылся Объединенный институт ядерных исследований;

• в 1958 г. в Китае в Институте ядерной физики пущен первый исследовательский реактор, а в 1960 г. построен Физический институт в Ланьчжоу и циклотрон У-150 с энергией дейтронов 18МэВ;

• в 1959 г. в ЧССР (г. Ржеж) сооружен исследовательский реактор ВВР-С тепловой мощностью 4 МВт;

• в 1960 г. в ГДР (г. Дрезден) в Институте ядерных исследований введены циклотрон У-120, исследовательский реактор ВВР-С тепловой мощностью 2 МВт, комплекс физических и химических лабораторий;

• в 1960 г. в СФРЮ в Центре ядерных исследований построен крупный научный центр им. Бориса Кидрича с тяжеловодным реактором мощностью до 10 МВт, радиохимической лабораторией и лабораториями различных направлений;

• в 1961 г. в Египте сооружен исследовательский реактор на 2 МВт;

• в НРБ (пос. Панчево близ г. Софии) создан Институт ядерной физики с экспериментальным реактором ИРТ и радиохимической лабораторией;

• в СРР (г. Бухарест) в Институте ядерных исследований построены циклотрон У-120 и исследовательский реактор типа ВВР-С мощностью 2 МВт;

• в ВНР (г. Дебрецен) созданы Институт ядерных исследований и Центр по подготовке персонала для атомной энергетики с исследовательским реактором ВВР-С мощностью 2 МВт и институт ЦИФИ в г. Будапешт;

• в 1963 г. начались работы по созданию исследовательских центров с типовым набором установок и оборудования в Ираке, КНДР, Гане и Индонезии. В 1965–1966 гг. в Ираке и КНДР центры были введены в строй, а в Гане и Индонезии были прекращены работы (из-за политических событий);

• в 1975 г. в ПНР в Институте ядерных исследований построен реактор ВВР-С, а затем сдан в эксплуатацию исследовательский реактор «Мария» на 40 МВт, построенный по проекту польских конструкторов с участием советских организаций;

Для указанных центров советские организации разработали, изготовили и поставили девять атомных исследовательских реакторов от 2 до 10 МВт, в том числе шесть водо – водяных реакторов корпусного типа, два реактора бассейнового типа на обычной воде и один реактор, работавший на тяжелой воде. Было также поставлено шесть циклотронов на энергию 25 МэВ, семь радиохимических и такое же количество физических лабораторий с современным оборудованием и приборами.

Создание при научно-технической помощи СССР центров ядерных исследований, проектно-конструкторских организаций, экспериментальных баз, опытных установок, а также подготовка квалифицированных национальных кадров позволили приступить к сооружению в странах-членах СЭВ промышленных АЭС в рамках принятых странами программ разлития атомной энергетики.

Исходя из того, что масштабы развития атомной энергетики, расширение географии строительства АЭС создают благоприятные возможности для углубления международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии, Советский Союз снова стал инициатором организации такого сотрудничества.

В 1956 г. были подписаны первые два соглашения о техническом содействии СССР в сооружении опытно-промышленных АЭС: в ГДР – АЭС «Райнсберг» с реактором типа ВВЭР мощностью 70 МВт и в ЧССР – АЭС А-1 «Богунице» с тяжеловодным реактором мощностью 150 МВт.

Для руководства всей работой по реализации обязательств советской стороны, а также для осуществления сотрудничества с другими странами и международными организациями в марте 1956 г. было создано Главное управление по использованию атомной энергии при Совете Министров СССР во главе с первым заместителем министра среднего машиностроения Е.П. Славским (впоследствии было переименовано в Государственный комитет – Госатом СССР). Руководителями Главатома (Госатома СССР) были B.C. Емельянов и А.М. Петросьянц.

Главное управление в своем составе имело несколько крупных подразделений, отвечавших за различные направления специальных работ, в том числе и Управление по строительству АЭС, которое осуществляло руководство работами по АЭС «Райнсберг» в ГДР и АЭС А-1 «Богунице» в ЧССР. Начальником этого управления был А.Н. Григорьянц. Координацию работ научных и конструкторских организаций по разработке атомных исследовательских реакторов и радиохимических лабораторий осуществлял отдел одного из управлений Главатома. Начальником этого отдела был Ю.В. Архангельский.

Управление по международным связям координировало в Главатоме всю работу по сотрудничеству с другими странами и международными организациями. В составе этого управления был отдел, который выполнял функции генерального поставщика как по строительству атомных научно-исследовательских центров, так и по поставкам оборудования для сооружения опытно-промышленных АЭС в ГДР и ЧССР. Начальником этого отдела, а затем заместителем начальника Управления был В. К. Монахов.

Среди конструкторских организаций следует отметить конструкторское бюро Подольского машиностроительного завода им. Орджоникидзе (впоследствии выделилось в самостоятельную организацию и получило название ОКБ «Гидропресс»), машиностроительные артиллерийские заводы в г. Подлипки (Московская обл.), а также ОКБ завода «Уралмаш».

Генеральным проектировщиком атомных научно-исследовательских центров являлся Проектный институт Минсредмаша ГСПИ-11. В решении проектных вопросов непосредственно принимал участие директор Ф.З. Ширяев, а также начальник отдела Е.Л. Макеев, главные инженеры проектов А.Д. Прокудин, З.В. Сагутонова и другие ведущие сотрудники института.

Большой вклад в практическую реализацию конструкторских и проектных решений внес Первый специальный монтажный трест Минсредмаша, начальником которого сначала был А.А. Ефимов, затем С.Д. Николаев. Они лично занимались конкретными вопросами монтажа атомных реакторов, ускорителей и другого оборудования. Сотрудники треста И. П. Орехов, В. И. Каменский, Г.А. Топильский, В. М. Котлов и другие на площадках строительства руководили группами советских специалистов.

Научное руководство практически всеми направлениями осуществлялось Институтом атомной энергии им. И. В. Курчатова. В рассмотрении наиболее сложных вопросов принимал участие директор института А. П. Александров, решением текущих вопросов занимались В.В. Гончаров, Ю.М. Чернилин, С.А. Скворцов, В.А. Сидоренко, Г.Л. Лунин и большая группа научных сотрудников института.

Упомянутые выше межправительственные соглашения по научно-техническому сотрудничеству и сооружению опытно промышленных АЭС в ГДР и ЧССР имели своей целью два основных направления: во-первых, и это главное, подготовка национальных кадров и приобщение вышеупомянутых стран к проблемам использования атомной энергии в мирных целях; во-вторых, совместный поиск и отработка оптимального с физической и технологической сторон варианта создания атомного реактора для промышленных АЭС.

Напряженная работа по реализации этой программы продолжалась более 10 лет.

Выполнение этой программы, а также обязательств советской стороны по международному сотрудничеству в части сооружения атомных центров, проведение одновременно большого объема работ по дальнейшему развитию атомной промышленности, совершенствованию и созданию новых АЭС требовали огромного напряжения специализированных советских организаций. В этих условиях было совершенно естественным приобщить технический и научный потенциал таких стран, как ЧССР и ГДР, к проблеме отработки атомного энергетического реактора для промышленных АЭС, в частности ЧССР к разработке атомного реактора на тяжелой воде и ГДР к программе создания водо-водяного реактора.

Кроме того, Минсредмаш (Министерство среднего машиностроения СССР) приняло на себя основную нагрузку в решении проблемы отработки атомных энергетических реакторов для АЭС.

В ИАЭ им. И.В. Курчатова и во ВНИИНМ им. А.А. Бочвара проводился большой объем работ по изучению радиационной стойкости металла, а также по отработке твэлов для указанных выше реакторов.

Первой атомной электростанцией, строительство которой за границей было осуществлено при техническом содействии советских организаций, стала АЭС «Райнсберг» в ГДР, главным инженером проекта была Ю.Н. Фомина.

При строительстве АЭС «Райнсберг» в ГДР (пущена в эксплуатацию в мае 1966 г.) были использованы конструкторские решения по блоку 1 Нововоронежской АЭС. На этой АЭС проверялись проектные решения по водо-водяному реактору и, в частности, были испытаны вертикальные парогенераторы, аналогичные применявшимся на атомных энергетических реакторах западного типа PWR, основным разработчиком которого была американская фирма «Вестингауз». Однако такие парогенераторы, которые обеспечивали передачу


убрать рекламу


тепла от реактора к турбогенератору, имели частые отказы из-за зашлаковывания нижней части парогенератора. Поэтому советские конструкторы пошли по пути применения горизонтальных парогенераторов.

Для АЭС «Райнсберг» советские организации разработали технический проект на базе технических решений для Ново – Воронежской АЭС, поставили основное оборудование: реактор с системой регулирования и управления, главные циркуляционные насосы, турбоагрегат мощностью 70 МВт и вспомогательное оборудование к ним. Часть оборудования, включая вертикальные парогенераторы, была изготовлена в ГДР.

В тесном сотрудничестве специалистами СССР и ГДР был разработан рабочий проект этой АЭС, осуществлено строительство, произведен монтаж и пуск электростанции.


Основные характеристики АЭС «Райнсберг»

Тепловая мощность – 263 МВт

Электрическая мощность – 70 МВт

Коэфициент полезного действия – 26,5%

Давление в первом контуре – 100 атм

Число циркуляционных петель – 3

Тип парогенератора – Вертикальный


Температура теплоносителя:

На входе в реактор – 250 С

На выходе – 268 С

Топливо – Слабообогащенный уран


На всех этапах сооружения АЭС «Райнсберг» активное участие принимали специалисты проектных, конструкторских, монтажных и наладочных организаций и предприятий СССР, а также заводов-изготовителей оборудования. С ее пуском началось промышленное использование атомной энергии в ГДР.

Эксплуатация АЭС «Райнсберг» в течение более 20 лет показала надежную работу технологического оборудования и станции в целом. Эта АЭС стала в ГДР центром научно-исследовательских работ в области ядерной энергетики, а с введением в строй тренажера в 1974 г. – одновременно и центром обучения и повышения квалификации персонала для АЭС. На тренажере и теоретических курсах АЭС «Райнсберг» до 1979 г. было обучено более 3400 чел., в том числе 225 специалистов из стран-членов СЭВ.

При техническом содействии СССР в конце 1972 г. была введена в эксплуатацию первая атомная электростанция в ЧССР – АЭС А-1 «Богунице», расположенная в пос. Богунице в Западной Словакии. На этой АЭС был установлен тяжеловодный корпусно-канальный реактор КС-150 с газовым теплоносителем, работающий на природном уране.


Основные характеристики АЭС «Богунице»

Тепловая мощность реактора – 540 МВт

Электрическая мощность – 140 МВт

Замедлитель – тяжелая вода

Теплоноситель – Углекислый газ

Топливо – Природный уран


Технический проект реакторной установки был разработан Институтом теоретической и экспериментальной физики им. А.И. Алиханова, который в течение всего периода строительства осуществлял научное руководство. Твэлы для реактора были разработаны Харьковским физико-техническим институтом. Перед пуском станции из Советского Союза была поставлена тяжелая вода.

Это, пожалуй, единственная АЭС, рабочий проект которой был разработан чехословацкими организациями (ОКБ заводов «Шкода», Пльзень) при технической помощи Ленинградского отделения Теплоэлектропроекта; почти все оборудование, включая корпус реактора, сконструировали и изготовили чехословацкие предприятия. Впервые в истории реакторостроения чехословацкие специалисты разработали и осуществили сварку обечаек корпуса реактора на площадке строительства. Прежде чем это осуществить, были проведены исследования радиационной стойкости чешского металла на одном из советских промышленных реакторов.

Чехословацкая сторона полностью выполнила свои обязательства по межправительственному соглашению, связанные с отработкой тяжеловодного направления в реакторостроении. По настоянию ЧССР было даже подписано межправительственное соглашение о сооружении в ЧССР АЭС мощностью 300 МВт с тяжеловодным реактором, ибо чехословацкая промышленность была готова к решению этой задачи.

Однако это направление не было реализовано, так же как и не получила развития АЭС А-1, поскольку электростанция с тяжеловодным реактором технологически была крайне сложна и не могла быть применена для серийного строительства промышленных АЭС.

При сооружении АЭС А-1 «Богунице» советскими и чехословацкими специалистами был решен ряд сложнейших инженерных и технологических проблем, в том числе:

• разработана технология производства ядерного топлива;

• обоснованы физические характеристики реактора;

• изготовлен уникальный корпус реактора, включая разработку специальной стали для него;

• создана загрузочно-перегрузочная машина для замены топлива в реакторе «на ходу»;

• созданы турбокомпрессоры большой мощности на давление 65 атм.

В этих работах участвовали Институт теоретической и экспериментальной физики (Москва), техническое бюро «Энергоблок» (Ленинград), Харьковский физико-технический институт и ряд специализированных организаций СССР, совместно с заводами «Шкода» (Пльзень), ЧКД (Прага), «Сигма», «Хомутов» и другими чехословацкими заводами и организациями.

В последующем на АЭС «Богунице» сформировался крупный научно-технический центр атомной отрасли Чехословакии, в который затем вошли Институт эксплуатации АЭС (ВУЙЕ), АЭС В-1 и В-2 «Богунице», а также учебный центр для подготовки персонала.

1.2. Соглашения об оказании технической помощи в сооружении АЭС

 Сделать закладку на этом месте книги

Следующий этап международного сотрудничества в области атомной энергии характеризуется подписанием Советским Союзом, начиная с 1965 года в рамках широкомасштабного сотрудничества, ряда двухсторонних межправительственных соглашений на оказание технического содействия при сооружении АЭС, включая и выполнение работ на условиях подряда.

К этому времени в европейских социалистических странах практически завершился первоначальный этап создания научной и экспериментальной базы, период подготовки национальных кадров в области мирного использования атомной энергии, включая науку и инженерные вопросы. Были созданы условия для развития промышленной атомной энергетики.

Ограниченные естественные энергетические ресурсы постоянно сдерживали промышленное развитие социалистических стран, что стало главным основанием к форсированному развитию атомной энергетики.

При технической помощи СССР предполагалось в ближайшей перспективе соорудить в 10 странах 61 энергоблок на 16 АЭС общей мощностью около 35 000 МВт:

• 10 энергоблоков мощностью по 440 МВт каждый по проекту первого поколения с условным наименованием ВВЭР-440 (В-230);

• 36 блоков той же мощности по усовершенствованному, особенно в части систем безопасности, проекту (второе поколение) ВВЭР-440 (В-213);

• 15 блоков с более мощными реакторами ВВЭР-1000 по 1000 МВт каждый, в которых предусматривалось дальнейшее совершенствование систем безопасности и применение защитной оболочки типа «контаймент».

Такого масштабного объема сотрудничества в области атомной энергетики не имела ни одна страна в мире, кроме СССР.

Можно сделать совершенно определенный вывод, что ряд стран ввиду ограниченности собственных естественных энергетических ресурсов приняли конкретные программы развития жизненно важной отрасли народного хозяйства, какой является энергетика, за счет строительства АЭС. Например, по советским проектам ВВЭР-440 и ВВЭР-1000 Чехословакия планировала построить АЭС суммарной мощностью 15 280 МВт, ГДР – 9520, Болгария – 5760, Венгрия – 3760, Польша – 13 860, Финляндия – 1760 МВт.

Указанными двусторонними межправительственными соглашениями были определены кроме названия АЭС места их расположения, также предельные мощности станций, количество и типы энергоблоков и сроки их ввода в эксплуатацию. Были конкретно обозначены основные направления сотрудничества, включая весь комплекс работ по АЭС, начиная с выбора площадки для АЭС и кончая вводом АЭС в эксплуатацию, а также содействие, оказываемое СССР в первые годы эксплуатации АЭС.

В соглашениях были регламентированы вопросы поставки свежего и обращения с отработавшим ядерным топливом. Гарантировались поставка ядерного топлива на весь срок службы АЭС из СССР и прием отработавшего топлива на переработку. При наличии в странах природного урана ядерное топливо могло изготовляться из сырья заказчика на заводах СССР, при этом СССР способствовал развитию уранодобывающей промышленности заказчика.

Особо были оговорены обязательства сторон, вытекающие из Договора о нераспространении ядерного оружия от 1 июля 1968 г. и других международных договоров и соглашений в области атомной энергии, в целях использования атомной энергетики только в мирных целях.

Для обеспечения выполнения каждого двустороннего соглашения странами были определены компетентные органы на уровне соответствующих министерств договаривающихся стран и предусмотрены периодические ежегодные консультативные встречи межправительственных комиссий для контроля и координации работ по выполнению обязательств, вытекающих из указанных соглашений.

Конкретная реализация положений соглашения проводилась на основе контрактов, заключаемых уполномоченными организациями договаривающихся сторон.

Советский Союз, его государственные органы и специализированные организации приняли активное участие в реализации подписанных соглашений, оказывая экономическую и техническую помощь этим странам во всех работах, связанных с сооружением и последующей эксплуатацией АЭС.

От СССР обеспечение выполнения указанных межправительственных соглашений было поручено Государственному комитету по внешнеэкономическим связям (ГКЭС) и Министерству энергетики и электрификации СССР (Минэнерго СССР).

В связи с расширением сотрудничества по атомной энергетике с ГДР, НРБ и ВНР, с которыми были в 1965–1966 гг. заключены межправительственные соглашения на строительство АЭС «Норд» – 1, «Козлодуй» – 1 и «Пакш» – 1, были образованы специализированные подразделения в Министерстве энергетики и электрификации СССР (в составе управления Главзагранэнерго) и в ГКЭС (в составе ВО «Технопромэкспорт»).

Руководителем Главзагранэнерго в то время был Н.М. Чупраков в ранге члена Коллегии Минэнерго СССР. Этот главк, выполняя функции генерального поставщика, координировал и обеспечивал выполнение советскими предприятиями и организациями работ по изготовлению и поставке оборудования для строящихся за рубежом первых АЭС, а также выполнение монтажа, наладки и пуска в эксплуатацию первых блоков этих АЭС. Можно много добрых слов сказать о руководителях этого главка, о его сотрудниках (Ю.Н. Фоминой, В. П. Копылове, Л. В. Лаврентьевой, Н.В. Вороновой) и их конкретных делах на этом этапе внедрения промышленной ядерной энергетики за рубежом.

Начальником Управления по строительству атомных электростанций в составе внешнеторгового объединения «Технопромэкспорт» был В.К. Монахов.

Управление использовало первоначальный опыт строительства научно исследовательских атомных центров за рубежом, имело традиционные связи с научными и конструкторскими организациями Минсредмаша СССР. Квалификация сотрудников и опыт работы в области внешнеэкономических связей позволили решать сложные, не имеющие ранее прецедентов и аналогов вопросы контрактных обязательств, финансовые и коммерческие аспекты этих контрактов, обеспечивать транспортировку основного оборудования и ядерного топлива из СССР, а также совместно с Главзагранэнерго координировать работу советских организаций по сотрудничеству в сооружении АЭС за рубежом. Все эти проблемы решались впервые в практике внешнеэкономических отношений Советского Союза.

Рассматривая вопросы крупномасштабного сотрудничества Советского Союза с зарубежными партнерами в строительстве АЭС, необходимо отметить, что это сотрудничество было в первую очередь комплексное, начиная с выбора площадки строительства, затем разработки проекта применительно к конкретным условиям, поставки комплектного оборудования как для первого контура (реакторное отделение), так и для второго контура (машинный зал) АЭС, выполнения специальных монтажных работ и оказания технической помощи в виде шефмонтажа всего оборудования, наладки и пуска АЭС с выполнением обязательств по достижению технико-экономических показателей.

В отдельных случаях советские организации принимали на себя обязательства по выполнению всех или отдельных услуг на условиях «под ключ».

Важнейшим элементом этого комплексного сотрудничества было обеспечение ядерным топливом на весь период эксплуатации АЭС, приемка отработанного ядерного топлива в СССР (на хранение или на переработку). Таких обязательств ни одна страна Запада на себя не принимала. Это во многом определяло согласие зарубежных партнеров на сотрудничество в сооружении АЭС с нашей страной.

Проектные работы по всему комплексу АЭС выполнялись институтом «Теплоэлектропроект» (и его отделениями в Ленинграде, Киеве, Харькове, Свердловске) как генеральным проектировщиком от СССР, а также и проектными организациями в ГДР, НРБ и ВНР. Советские проектировщики выполняли проект реакторного и турбинного отделения и спецкорпуса, а генеральные проектанты заказчика – вспомогательных сооружений на промышленной площадке и строительной части АЭС, на которые технические требования выдавали также проектанты СССР.

На основе разработанного совместного технического проекта АЭС с реактором ВВЭР-440 (типа В-230) уже в мае 1969 г. были начаты строительные работы по АЭС «Норд» в ГДР, а с апреля 1970 г. – по АЭС «Козлодуй» в НРБ.

Параллельно с проектными работами Минэнерго СССР и ГКЭС были развернуты работы:

• по разработке и изготовлению оборудования для сооружаемых АЭС в ГДР, НРБ и ВНР, которое практически полностью должно было поставляться из СССР;

• проведению опытно-конструкторских работ;

• подбору высококвалифицированных специалистов, имеющих опыт сооружения и эксплуатации АЭС, для укомплектования группы советских специалистов непосредственно на площадках строящихся АЭС, оказания оперативной технической помощи и проведения отдельных работ;

• подготовке специалистов ГДР, НРБ и ВНР на АЭС, предприятиях и заводах-изготовителях оборудования СССР.

В связи с заключением в 1969 г. межправительственного соглашения о сооружении в Финляндии АЭС «Ловииза» – I, которая должна была быть построена на условиях подряда, а также началом строительных работ на сооружаемых АЭС «Норд» – II и «Козлодуй» – II и подписанием новых межправительственных соглашений о сооружении АЭС «Норд» – II и «Козлодуй» – II, появилась необходимость в образовании специализированных структурных объединений в ГКЭС и Минэнерго СССР для комплексного выполнения ежегодно увеличивающихся объемов сотрудничества по сооружению АЭС за границей.[2]

1.3. Органы управления строительством зарубежных АЭС

 Сделать закладку на этом месте книги

В связи с началом такого широкого международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии в 1973 г. по решению правительства СССР были созданы два объединения для обеспечения и координации работ по выполнению обязательств СССР в рамках межправительственных соглашений по сотрудничеству в области ядерной энергетики: Внешнеторговое экспортно-импортное объединение «Атомэнергоэкспорт» в составе ГКЭС для осуществления единой коммерческой политики по всем объектам ядерной энергетики и техники, сооружаемым за границей при техническом содействии СССР, и при импорте оборудования для АЭС в СССР и за рубежом, а также Всесоюзное объединение «Союзглавзагранатомэнерго» в составе Минэнерго СССР по импорту оборудования и оказанию технического содействия в строительстве АЭС за границей.

Следует отметить, что решение правительства СССР о необходимости организации в ГКЭС и Минэнерго СССР специализированных структур по управлению зарубежным строительством в области атомной энергетики было своевременным и необходимым. Образование указанных объединений, их укомплектование высококвалифицированными специалистами, имеющими опыт сооружения и эксплуатации АЭС и сотрудничества с зарубежными партнерами, помогли в короткие сроки организовать эффективное выполнение работ на многих зарубежных объектах.

Несмотря на принадлежность к разным министерствам, оба объединения работали согласованно, исходя из разделения функций, и обеспечивали единую техническую и коммерческую политику при выполнении обязательств по межправительственным соглашениям.

Председателем Всесоюзного внешнеторгового объединения «Атомэнергоэкспорт» (АСЭ) был назначен В. К. Монахов, который более 12 лет до этого занимался вопросами строительства ядерных научных центров за рубежом и первых опытных АЭС в ГДР и ЧССР.

В. К. Монахов организовал это новое объединение и руководил им более 11 лет. В создании и деятельности объединения активное участие принимали такие руководящие сотрудники, как И.Я. Дривинг, А.С. Постовалов, А.Я. Трофимов, К.П. Криштоп, Г.Г. Ромченко, Ю.Н. Артемов, Л.Н. Злобин, О.Д. Давыдов, Ю.А. Новожилов, А.С. Гавриков и др.

В объединении были сбалансированно подобраны специалисты из научных, конструкторских и проектных организаций, а также из промышленных министерств, связанных с производством основного оборудования. Многие из специалистов окончили Всесоюзную академию внешней торговли.

Объединение не только занималось внешнеэкономическими вопросами, но и координировало в своей части работу многих предприятий, институтов и других организаций, а также уделяло немало внимания и техническим аспектам строительства АЭС, ибо по контрактам оно было ответственной советской организацией за выполнение принятых обязательств.

Первым руководителем ВО «Союзглавзагранатомэнерго» (СГЗАЭ) внесшим значительный вклад в развитие международного сотрудничества СССР в области ядерной энергетики, стал В.П. Невский в ранге члена Коллегии Минэнерго СССР, ранее работавший начальником монтажного управления на строительстве Белоярской АЭС, а затем директором этой станции.

За короткие сроки В. П. Невский укомплектовал вновь созданное объединение высококвалифицированными специалистами, имевшими опыт в строительно-монтажном производстве на российских АЭС и ТЭС, в вопросах проектирования, наладки и эксплуатации объектов атомной энергетики.

На должность главного инженера объединения был приглашен Ю.В. Архангельский, ранее работавший в Минсредмаше заместителем главного инженера одного из управлений Главатома. Он принимал активное участие в сооружении первой в мире АЭС в г. Обнинске, а затем в строительстве атомных исследовательских реакторов в социалистических странах.

На ответственные посты этой организации были назначены Ю.В. Малков, С.А. Типикин, Г.Б. Румянцев, А.А. Брюхов, Ю.Н. Фомина, В.П. Копылов, В.М. Герасимов, Е.Ф. Мирющенко, Е.П. Катунов, Б.Е. Ярославцев, М.О. Славутский, Г.Ф. Нефедов и другие, ранее работавшие на строительстве Нововоронежской, Белоярской, Кольской АЭС и в проектных организациях.

В последующие годы на руководящие должности были приглашены Э.А. Акопян, ранее возглавлявший один из монтажных трестов Минэнерго СССР; А. К. Нечаев, возглавлявший Управление «Атомэнергомонтаж» на строительстве АЭС «Ловииза» в Финляндии; Г.А. Шашарин, бывший главный инженер Белоярской АЭС. С 1984 по 1998 г. это объединение возглавлял Э.А. Акопян.

Задачи, стоявшие перед ВО «Атомэнергоэкспорт» и ВО «Союзглавзагранатомэнерго», были огромны.

Во многих странах Восточной Европы широкомасштабно велись работы по сооружению АЭС на базе советского проекта ВВЭР-440 (тип 230) и советского оборудования. Предстояло продолжить и завершить в запланированные сроки сооружение тех энергоблоков, которые находились в стадии строительства, а также обеспечить сооружение значительно большего количества энергоблоков, планировавшихся в соответствии с национальными программами стран-членов СЭВ.

На ВО «Союзглавзагранатомэнерго» были возложены функции генерального поставщика и генерального подрядчика по сооружению АЭС, научно-исследовательских центров и других объектов атомной энергетики за рубежом на условиях подряда и(или) оказания технического содействия, включая паспорт комплектного оборудования, приборов, материалов, технологий, работ и услуг, а также обеспечение импорта оборудования, приборов и материалов для российских АЭС и других предприятий министерства.

Глава 2. Период 1973–1990 г.г

 Сделать закладку на этом месте книги

2.1. Начало работы в Атомэнергоэкспорте

 Сделать закладку на этом месте книги

В конце 1973 года я перешел на работу в Атомэнергоэкспорт и, как оказалось, надолго. С небольшим перерывом я проработал в атомной отрасли около 30 лет.

АЭЭ был внешнеэкономической организацией, входившей в систему Государственного комитета по внешнеэкономическим связям «ГКЭС». Специализацией АЭЭ было строительство за рубежом атомных электростанций и ядерных исследовательских центров.

В те годы люди, работающие во внешнеторговых организациях, выезжали в командировки заграницу, а это, давало возможность посмотреть мир. Видимо, это обстоятельство тоже сыграло определенную роль в моем переходе.

Первый руководитель Атомэнергоэкспорта Владимир Константинович Монахов стал моим вторым учителем на долгом жизненном пути, которому я благодарен и, во многом, обязан. В новую организацию, кроме группы «крепких» профессионалов, набрали молодых людей с соответствующим образованием. Ко многим из нас он относился «по отечески» и мы, за глаза, называли его «дядя Вова». Он был мудрым и дальновидным человеком. Его постоянным партнером из подразделения Министерства энергетики СССР был Владимир Петрович Невский, очень энергичный и решительный человек. Они хорошо дополняли друг друга в повседневной работе по строительству объектов за рубежом.

Сотрудники организаций, оценивая их взаимодействие и личные качества, говорили: «предположим, идут Невский и Монахов по дороге и видят – лежит труп. Невский энергично встряхнет труп и оживит его, а Монахов так спрячет труп, чтобы никто его не нашел». Трудно сказать, что более ценно в сложной ситуации? Но как действовать правильно, я считаю, нужно решать применительно к каждой конкретной проблеме.

2.2. Ливия

 Сделать закладку на этом месте книги

Первым серьезным испытанием было мое участие в переговорах с ливийским заказчиком по сооружению научного исследовательского центра в Ливии.

Этот центр, сооруженный недалеко от столицы Ливии Триполи, занимал особое место по многим причинам. Это последний атомный центр, построенный за рубежом при техническом содействии Советского Союза. Контракт был подписан на чисто коммерческих условиях генерального подряда «под ключ». Он вобрал в себя практически весь опыт нашей страны за годы сооружения подобных центров, как по уровню технических решений, так и по набору научно-исследовательских установок.

Ливия была особой страной на арабском востоке. При небольшом населении (чуть больше 2 млн. человек) она добывала более 100 млн. тонн нефти в год. Коренное население жило в достатке, а зарубежные компании, в большинстве своем европейские, за «хорошие» деньги строили различные инфраструктурные объекты. Лидера Ливии – Муамара Каддафи, в основном из-за богатства страны, с почетом принимали в европейских странах, несмотря на определенные чудачества. Во время государственных визитов он жил не в резиденциях, а в шатре, оборудованном в парке, в центре европейских столиц. Атомэнергоэкспорт, до начала переговоров с ливийцами, имел опыт сотрудничества преимущественно со странами – членами СЭВ.[3]

Переговоры с этими странами проходили, в атмосфере, где доводы «старшего брата» воспринимаются с уважением. С учетом этого обстоятельства специалистами АСЭ был подготовлен проект контракта на сооружение исследовательского центра. В нем были максимально учтены интересы нашей организации. Учитывая, что проект контракта детально проработан и, по мнению руководства, в нем вряд ли придется что то серьезно менять, было принято решение послать в Ливию, для передачи заказчику проекта контракта и первых консультаций группу из трех человек, из них двух «необстрелянных» тридцатилетних – Виктора Козлова и Игоря Прихидько, который, в дальнейшем, стал моим близким другом и соратником.

При этом Монахов напутствовал нас словами: «Сами никаких решений не принимайте. Как только увидите, что вас втягивают в переговоры – сразу вызывайте меня». Эти слова показывают, какое большое внимание он уделял этому объекту, так как ливийцы обещали платить наличными в долларах, а СССР испытывал недостаток в валютных средствах.

Ливийские реалии оказались совершенно другими. Заказчик (Комиссия по атомной энергии Ливии), получив проект контракта, выдержав паузу в три дня, заявил о готовности немедленно начать переговоры по контракту и обеспечить его скорейшее подписание, так как в ближайшее время предстоит государственный визит Каддафи в СССР. Мы доложили о ситуации и в наше посольство, и в АСЭ, и посольство направило приглашение Монахову.

В то время процесс оформления разрешения на выезд в капиталистические страны был очень долгим и готовых к выезду более опытных сотрудников чем мы не оказалось, Монахова, учитывая его загруженность на других крупных объектах, не отпустило вышестоящее руководство.

В результате никто не приехал, и из Москвы нам сказали: «Ну вы там начинайте, а потом посмотрим».

В первый день переговоров ливийцы передали нам свой проект контракта, основанный на стандартной, принятой в этой стране форме, законодательно обязательной для всех подрядчиков, строивших жилые дома, госпитали, дороги и т. п. Опыта сооружения крупных научных объектов у Ливии не было. Наши партнеры по переговорам сказали нам, чтобы мы забыли про свой проект и подписали текст, предложенный ими. Этот текст был безжалостен к Подрядчику. Он в тексте даже не назывался подрядчиком, а был Второй Стороной. Заказчик, естественно, Первая Сторона. Подрядчик заранее назначался виновным за все возможные недостатки, упущения, задержки в строительстве, независимо от того, есть ли в этом часть вины заказчика. Жесткая система штрафов должна была свести к минимуму возможную прибыль исполнителя.

Мы пытались объяснить партнерам, что сооружение научного центра нельзя сравнивать со строительством госпиталя и т. п.

После нескольких дней фактической «перебранки», партнеры предложили нам попробовать внести небольшие уточнения в предложенный ими текст, чтобы учесть специфику сооружения научного центра.

Работа над текстом которая, как оказалось, потребовала около трех месяцев, началась.

Как мы считали, основной нашей задачей было обеспечить отражение в тексте контракта создание на площадке строительства благоприятных условий для выполнения нашими специалистами всех видов работ, своевременному получению платежей за их выполнение и максимальному ограничению возможности применения заказчиком штрафных санкций.

Например в тексте заказчика было: «Если Первая сторона увидит, что Вторая сторона остановила работы на площадке строительства, то она имеет право расторгнуть контракт и потребовать вернуть все произведенные платежи».

После долгих споров удалось включить: «если работы остановлены по инициативе Второй Стороны на срок более одного месяца».

Таких примеров было много и мы пытались, взяв их текст за основу, выхолостить возможные угрозы для подрядчика. Через месяц работы мы стали посылать предварительно согласованные разделы контракта в АСЭ, надеясь, что нас похвалят за сообразительность в отстаивании интересов организации.

Реакция оказалась противоположной и очень негативной. Нас обвинили в том, что мы не настояли на нашем варианте текста, что мы пошли на поводу у заказчика и, по сути, поставили под угрозу подписание очень важного для страны контракта. Нам приказали взять паузу в переговорах и ждать приезда руководства. Монахов приехал к началу третьего месяца с начала общения с заказчиком. По приезде он обвинил нас в некомпетентности, пригрозил последующей разборкой и серьезными санкциями.

На следующий день он приехал на переговоры. Ливийцы любезно встретили его, оказав честь как руководителю крупной организации из дружественной страны. Вдохновленный этим приемом он произнес следующее: «Я тут проверил, что мои сотрудники вам согласовали, я со многим не согласен, прежде всего мне претит дух подтекста. Это не похоже на дух сотрудничества двух дружественных стран по межправительственному соглашению, а больше похоже на взаимоотношения хозяина и работника».

Председатель ливийской правительственной комиссии, немного посовещавшись со своими коллегами ответил: «Уважаемый господин Монахов, вы умный человек и правильно поняли, суть наших взаимоотношений, – мы хозяева, так как мы платим деньги, а вы должны хорошо работать.

Это был для Монахова холодный душ и переоценка ситуации. Он другими глазами посмотрел на уже сделанное нами. На вечернем совещании в кругу своих он взял назад свои угрозы и благословил на дальнейшую работу над текстом. Сам он на перегов


убрать рекламу


оры больше не ходил, заслушивая наши ежевечерние отчеты и давая необходимые указания.

Контракт был подписан через три недели и мы все улетели в Москву. Через несколько лет центр был успешно построен и АЭЭ получил 150 млн. $ прибыли. По тем временам это были очень большие деньги.

Центр несколько лет успешно работал и ливийские ученые, при помощи российских специалистов проводили научно-исследовательские работы по широкой программе. Ливийское руководство, принимая решение о сооружении Центра, скорее всего имело в виду, что это явится порогом к скорейшему созданию условий к освоению ливийскими учеными ядерных технологий. Когда оно поняло, что это долгий путь, постепенно отказалось от услуг российских специалистов и утратило интерес к исследованиям в центре.

Впоследствии геополитика, к сожалению, разрушила и центр и страну.


Успешная работа в Ливии укрепила мои профессиональные позиции в АСЭ. Я был назначен заместителем начальника коммерческого отдела, а Игорь Прихидько стал заместителем начальника Управления по сооружению Центра в Ливии, созданного конкретно под этот объект, и мы включились в повседневную работу АСЭ.

В течение последующих двух лет я участвовал в работе по созданию «Прейскуранта цен» на оборудование для атомных электростанций, производимых по кооперации странами – членами СЭВ, которой руководил коммерческий отдел.

В рамках Соглашения от июня 1979 г «О многосторонней международной специализации и кооперировании производства и взаимных поставках оборудования для АЭС» каждая из стран «социалистического блока» специализировалась на производстве определенных видов оборудования для АЭС, что обеспечивало непрерывное поточное строительство атомных энергоблоков в странах Восточной Европы и Финляндии. Всего выпускалось более 140 наименований оборудования, около 50 % из которых изготовлял СССР Была поставлена задача создать единый прейскурант цен на все виды оборудования, независимо от того на какой блок и в какую страну содружества это оборудование поставляется. Эта задача была выполнена.

2.3. Структура управления зарубежным строительством АЭС

 Сделать закладку на этом месте книги

Выполнение комплекса работ по сотрудничеству в сооружении АЭС за границей осуществлялось как в СССР, так и непосредственно на строящейся АЭС иностранного заказчика на основе контрактов, заключаемых внешнеторговыми организациями сторон: ВО «Атомэнергоэкспорт» «АСЭ» от СССР и соответствующей организацией заказчика. Кроме АЭС «Ловииза» при сооружении АЭС в ГДР, НРБ, ЧССР, ВНР и других странах СЭВ контракты подписывались отдельно на каждый вид работ (выбор площадки АЭС, проектирование, поставка оборудования и материалов, оказание технического содействия путем командирования специалистов для выполнения конкретных работ на площадке АЭС, проведение пусконаладочных работ, содействие в эксплуатации введенных энергоблоков). При этом при подготовке контрактов проводилось предварительное согласование с советскими организациями, выполняющими работы, технических и коммерческих положений контрактов.

Структура обоих объединений (ВО «Атомэнергоэкспорт» и ВО «Союзглавзагранатомэнерго») была сориентирована на выполнение этих задач, как на территории СССР, так и в стране заказчика.

ВО «Атомэнергоэкспорт» выполняло:

• работы по подготовке контрактов, согласование их с ВО «Союзглавзагранатомэнерго» и с конкретными исполнителями работ, подписание контрактов с заказчиком;

• взаимодействие с внешнеторговой организацией заказчика по выполнению взаимных обязательств в соответствии с заключенными контрактами, так как ответственность за выполнение контракта возлагалась на ВО «Атомэнергоэкспорт», как «контрактодержателя»;

• работы по определению объемов и получению ежегодно фондов на оборудование и материалы для заводов, изготовляющих оборудование в соответствии с контрактными обязательствами и заказ-нарядами ВО «Союзглавзагранатомэнерго»;

• расчеты с иностранными заказчиками по контрактным платежам и с ВО «Союзглавзагранатомэнерго» за выполненные в соответствии с контрактами проектно-изыскательские работы, поставку оборудования, командирование специалистов и т. п.

Кроме того, поскольку большинство зарубежных АЭС сооружалось на условиях предоставления в соответствии межправительственными соглашениями кредита от СССР, ВО «Атомэнергоэкспорт» выполняло все работы, связанные с расчетами с соответствующими государственными органами по контрактам, а также финансированием из госбюджета работ по зарубежным АЭС.

Для контроля и координации работ были образованы в каждой стране сотрудничества представительства, которые совместно с группой советских специалистов (ГСС) на АЭС обеспечивали оперативное взаимодействие с заказчиком при выполнении контрактных обязательств.

ВО «Союзглавзагранатомэнерго» выполняло:

• выбор генерального проектировщика, основных заводов-изготовителей и поставщиков оборудования, основных фирм-подрядчиков строительно-монтажных и пусконаладочных работ и координировало выполнение ими соответствующих объемов работ на основе требований контрактов;

• с привлечением соответствующих проектно-конструкторских, научных и других специализированных предприятий и организаций обеспечивало выполнение всего комплекса поставок и работ, определенных контрактными обязательствами (изыскания и выбор площадки, проектирование, комплектация, изготовление и поставка оборудования и материалов, проведение строительно-монтажных и пусконаладочных работ и ввод в эксплуатацию). Выполнение работ было распределено по соответствующим структурным подразделениям объединения:

• организацию и координацию работ по выбору площадки и проектированию АЭС обеспечивал технический отдел. Непосредственно сами работы по всем сооружаемым зарубежным АЭС выполнял в качестве генерального проектировщика от СССР на основе заявок ВО СГЗАЭ институт «Теплоэлектропроект» (ТЭП) и его отделения в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Горьком и Свердловске. Часть специфических проектных работ выполнялись по их заказу специализированными проектными и конструкторскими организациями СССР, такими, как ОКБ «Гидропресс» (по реакторной установке), Харьковский турбинный завод (по турбоустановке), Институт физики земли (по сейсмике), СНИИП (по системам контроля управления реактором) и др. Объем проектно-изыскательских работ по АЭС и странам (табл. 3) уже к 1985 г. увеличился более чем в 2 раза. Непосредственно на стройплощадке АЭС контроль и решение возникающих вопросов при реализации проекта осуществлялись группой авторского надзора генерального проектировщика, которая входила в группу советских специалистов на соответствующей АЭС;

• работы по поставке оборудования для АЭС обеспечивал отдел комплектации. На основании спецификаций утвержденного проекта АЭС и ежегодно выделяемых фондов на оборудование и материалы на заводы СССР (а это свыше 1000) выдавались заказ-наряды. Поскольку поставка оборудования являлась одной из важнейших работ, обеспечивающих весь ход строительно-монтажных работ на АЭС, для зарубежных АЭС выделение фондов заводам Советом Министров СССР было включено в разряд первоочередных, так как ответственность за выполнение контракта возлагалась на ВО «Атомэнергоэкспорт»;

• работы по определению объемов и получению ежегодно фондов на оборудование и материалы для заводов, изготовляющих оборудование в соответствии с контрактными обязательствами и заказами-нарядами ВО «Союзглавзагранатомэнерго;

• расчеты с иностранными заказчиками по контрактным платежам и с ВО «Союзглавзагранатомэнерго» за выполненные в соответствии с контрактами проектно-изыскательские работы, поставку оборудования, командирование специалистов и т. п.

Кроме того, поскольку большинство зарубежных АЭС сооружалось на условиях предоставления в соответствии с межправительственными соглашениями кредита от СССР, ВО «Атомэнергоэкспорт» выполняло все работы, связанные с расчетами с соответствующими государственными органами по контрактам, а также финансированием из госбюджета работ по зарубежным АЭС.

Для контроля и координации работ были образованы в каждой стране сотрудничества представительства, которые совместно с группой советских специалистов (ГСС) на АЭС обеспечивали оперативное взаимодействие с заказчиком при выполнении контрактных обязательств.

Среди поставщиков оборудования – основные заводы Министерств: энергетического машиностроения; электротехнической промышленности; тяжелого и транспортного машиностроения; химического и нефтяного машиностроения; среднего машиностроения; приборостроения, средств автоматизации и систем управления; радиопромышленности; энергетики и электрификации и многих других (Ижорский и Подольский машиностроительные заводы, завод «Электросила», Харьковский турбинный завод, ряд заводов, изготовляющих арматуру, кабели, электротехнические изделия, приборы, металлургические заводы и пр.).

С 1976–1977 гг. изготовление оборудования для строящихся АЭС за границей было начато в странах-членах СЭВ в соответствии с решением СЭВ о специализации и кооперации в изготовлении и поставке оборудования, о чем сказано ниже. В связи с этим и встала задача координации и планирования поставок оборудования для каждой сооружаемой АЭС и оказания помощи заводам в странах-членах СЭВ в освоении технологии изготовления оборудования по советской технической документации, переданной на заводы стран-членов СЭВ по каждому виду оборудования.

Контроль, координацию и решение всех возникающих при изготовлении и поставке оборудования технических и организационных вопросов обеспечивали отделы производственные, технический и комплектации.

Техническая помощь иностранному заказчику непосредственно на площадке АЭС оказывалась командированными высококвалифицированными специалистами организаций, предприятий и заводов из всех республик СССР. Отбор и командирование специалистов обеспечивали отдел кадров и производственные отделы по конкретным странам.


За период с 1971 по 1985 г. общее число специалистов СССР, принимавших участие в работах непосредственно на сооружаемых АЭС, составило свыше 10 000 чел., в том числе (округленно) в ГДР – 1800 чел., НРБ – 1700, ВНР (с 1974 г.) – 1500, Финляндии (с 1974 г.) – 1050, ЧССР (с 1975 г.) – 1500, на Кубе (с 1975 г.) – 600 чел.

На каждой строящейся АЭС были образованы группы советских специалистов (ГСС). В состав ГСС входили:

• руководство ГСС;

• группа авторского надзора генерального проектировщика АЭС от советской стороны;

• группа главного конструктора реакторной установки и научного руководителя;

• группа по организации строительства и монтажа и шеф – инженеров заводов поставщиков оборудования;

• специализированные группы, выполнявшие собственными силами отдельные специальные монтажные и пусконаладочные работы, а также оказывающие содействие в эксплуатации уже введенных энергоблоков АЭС.

Руководство ГСС осуществляло оперативную координацию работ всех групп, взаимодействие со всеми организациями заказчика, участвовавшими в сооружении АЭС, и социально-бытовое обеспечение специалистов.

Поскольку в ЧССР планировалось последовательное строительство четырех АЭС на разных площадках, было примято решение создать единую для всех АЭС ГСС (в шутку названную «колхозом») в целях минимизации количества советских специалистов и с возможностью более целесообразного их использования при однотипных работах на всех строящихся АЭС ЧССР.

Следует отметить деятельность руководителей ГСС за рубежом:

– в НРБ – И. И. Кустова, затем И.Л. Сапира и В.П. Волкова;

– в ГДР – Д. И. Тоникова, А.А. Брюхова, Ю.А. Аккуратнова;

– в ВНР – И. В. Прокопенко;

– в ЧССР – А.Н. Григорьянца, Ю.В. Мапкова;

– в Финляндии – П. И. Дремлюги, Г.А. Шашарина, А.К. Нечаева, С.А. Типикина;

– в ПНР – С.С. Асташкевича;

– на Кубе – 3. Гамрикели, В. В. Орловского, Ю.П. Сараева, В.Ф. Дудника.


На их плечи легли оперативное управление и координация больших коллективов советских специалистов, а также вопросы социального характера – проживание специалистов, организация обучения детей школьного возраста, досуг семей и многое другое.

Группа авторского надзора генерального проектировщика АЭС состояла из высококвалифицированных проектировщиков основных профессий (строитель, технолог, электрик, специалист по КИП и А, АСУ, автоматике) и периодически командируемых в эту группу специалистов других специальностей (по вентиляции, по пожаробезопасности и др.).

Группа по организации строительства и монтажа и инженеров заводов оказывала техническую помощь и осуществляла контроль за правильностью выполнения строительно – монтажными организациями иностранного заказчика строительных работ и монтажа оборудования, поставленного из СССР или по кооперации из других стран-членов СЭВ, в соответствии с техническими требованиями.

В эту группу входили специалисты заводов-изготовителей оборудования и специалисты – строители и монтажники из строительных и монтажных организаций Минэнерго СССР (треста «Центроэнергомонтаж», объединения «Союзатомэнергострой», «Главэлектромонтаж» и др.).

На первых энергоблоках АЭС «Норд» в ГДР, «Козлодуй» в НРБ, «Богунице» в ЧССР при их непосредственном участии выполнялся весь комплекс строительно-монтажных работ, особенно монтаж и сдача в эксплуатацию наиболее сложного и ответственного оборудования (реактора, парогенераторов, турбоустановки, электрооборудования, главных циркуляционных насосов первого контура и др.), а на последующих других энергоблоках они выполняли только консультационные услуги.

Группа главного конструктора реакторной установки и научного руководителя участвовала совместно со специалистами заводов-изготовителей реактора и оборудования первого контура и организациями заказчика в проведении на первых энергоблоках АЭС «Норд» в ГДР и «Козлодуй» в НРБ монтажа реакторной установки и основного оборудования первого контура (главных циркуляционных насосов, парогенераторов и др.), а затем в испытаниях и наладке этого оборудования в ходе пусконаладочных работ всего энергоблока.

Таким образом, группа советских специалистов на площадке АЭС обеспечивала оперативное содействие иностранному заказчику при выполнении всех работ, одновременно передавая опыт строительно-монтажных и наладочных работ специалистам заказчика, а также осуществляла функции авторского надзора при выполнении проекта АЭС.

Одними из важнейших работ при сооружении энергоблоков АЭС с ВВЭР-440 являлись работы по подготовке и проведению пуско-наладки энергоблока, руководство которыми практически до 1985–1986 гг. было прерогативой советской стороны.

Для выполнения пусконаладочных работ на сооружаемых нами за рубежом АЭС в 1972 г. на Нововоронежской АЭС был образован цех наладки, испытаний и пуска (ЦНИП), которому было поручено также выполнение контрактных обязательств по наладке зарубежных АЭС.

Была принята следующая схема организации пусконаладочных работ на зарубежных АЭС:

• советская группа наладки, командируемая на АЭС, включала в себя бригады по специализации наладки (реактор, электрика, технология, КИП и А, дозиметрия, управление, спец-системы и др.);

• руководство работами на каждом вводимом в эксплуатацию энергоблоке осуществляла группа руководства пуском (ГРП), включавшая специалистов из СССР и специалистов заказчика.

• В группу руководства пуском энергоблока АЭС входили:

• главный руководитель – руководитель советской группы наладки, представитель ЦНИП НВ АЭС;

• его заместители – представители главного конструктора реакторной установки (ОКБ «Гидропресс»), научного руководителя (Института атомной энергии им. И. В. Курчатова), генерального проектировщика (ТЭП);

• второй главный руководитель – главный инженер зарубежной АЭС;

• члены группы руководства пуском – руководители наладочных бригад ЦНИП НВ АЭС по специализации и начальники цехов и отделов зарубежной АЭС.

На площадке специалистами обеих сторон совместно разрабатывались рабочие поэтапные программы проведения пусконаладочных работ на базе советских рабочих программ пуска АЭС ВВЭР-440.

Первые группы наладки были командированы в ГДР в ноябре 1972 г. во главе с В.П. Рябовым и Ю.В. Малковым, а в июне 1973 г. – в НРБ во главе с А.Г. Иванниковым.

С увеличением числа сооружаемых энергоблоков как в СССР, так и при помощи СССР за границей на базе ЦНИП Нововоронежской АЭС в 1983 г. было образовано производственное объединение «Атомэнергоналадка» во главе с генеральным директором А.Г. Иванниковым (в 1992 г. было преобразовано в фирму «Атомтехэнерго») для наладки, совершенствования эксплуатации, подготовки персонала и организации управления АЭС.

На всех энергоблоках, вводимых за границей при технической помощи СССР и впоследствии России, с 1983 г. пусконаладочные работы выполняло объединение «Атомэнергоналадка» / «Атомтехэнерго».

В первый год эксплуатации введенных энергоблоков АЭС и составе ГСС были образованы группы содействия в эксплуатации из специалистов, осуществлявших наладку этих энергоблоков, и специалистов с АЭС СССР. Эти группы эксплуатации функционировали на зарубежных АЭС вплоть до 1990 г., а на АЭС «Козлодуй» функционируют и в настоящее время. Первые группы содействия в эксплуатации были организованы после пуска в эксплуатацию первых энергоблоков на АЭС «Норд» и «Козлодуй».

В соответствии с контрактами, заключенными между СССР и другими странами – членами СЭВ, на Нововоронежской и других АЭС в СССР, а также на предприятиях и заводах СССР проводились обучение и подготовка специалистов для атомной энергетики стран-членов СЭВ. С пуском 1977 г. тренажера ВВЭР-440 в УТЦ на Нововоронежской АЭС обучение в основном проводилось на нем.

За 1971–1984 гг. было подготовлено свыше 5000 специалистов для атомной энергетики ГДР, НРБ, ЧССР, ВНР. В их распоряжение предоставлялась необходимая проектная документация по АЭС, эксплуатационные и должностные инструкции, технологические схемы и чертежи, была организована сменная работа по управлению реакторной установкой на рабочих местах, участие в плановых ремонтах и работах по перегрузке ядерного топлива.

Полученные знания и опыт специалисты стран – членов СЭВ практически применяли при сооружении АЭС в своих странах. Большинство из подготовленных специалистов в различные годы занимали руководящие должности на строящихся и уже эксплуатируемых АЭС, в руководстве комитетов и министерств своих стран (М. Козак – директор АЭС «Богунице», а затем заместитель министра энергетики ЧССР; Ф. Гезоучки – директор АЭС «Темелин» и член совета директоров ЧЭЗ Чехии; Г. Дичев – директор АЭС «Козлодуй» в НРБ, а затем заместитель министра энергетики НРБ; И.Иванов – главный инженер, а затем директор АЭС «Козлодуй в НРБ; А. Палмгрен и Ю. Хелскэ – директора АЭС «Ловииза» в Финляндии и др.).

2.4. Правительственный контроль за сооружением атомных объектов

 Сделать закладку на этом месте книги

Правительство СССР уделяло большое внимание вопросам международного сотрудничества в области атомной энергетики. Важность развития энергетики стран СЭВ, а тем более за счет АЭС, диктовала необходимость координации работы всех министерств СССР в такой проблеме, как атомная энергетика. Поэтому в Правительстве Советского Союза было принято решение о том, чтобы этим направлением руководил один из заместителей Председателя Совмина СССР. Первым руководителем этого направления был заместитель Председателя Совета Министров СССР В.Н. Новиков, затем А. К. Антонов и И.С. Силаев.

Необходимость такого решения диктовалась обязательствами советской стороны по межправительственным соглашениям, которые предусматривали назначение уполномоченных представителей правительств для рассмотрения хода реализации соглашений по сооружению АЭС и других межправительственных соглашений по этой тематике.

Назначение этих руководителей сыграло огромную роль в координации деятельности министерств и подведомственных им организаций, определило решения многих сложных и важных вопросов, связанных с международным сотрудничеством в области атомной энергетики.

Под их контролем находилось не только выполнение обязательств советской стороны перед странами-партнерами, но также и ход строительства АЭС в этих странах, их эксплуатация, подготовка для них квалифицированных специалистов.

Эти проблемы рассматривались в первую очередь в рамках двух постоянно действующих комиссий Совета Министров СССР – Комиссии по вопросам СЭВ (КВС) и Комиссии по внешнеэкономическим вопросам (КВВ), которые в разное время возглавлялись соответствующими заместителями Председателя Правительства СССР – В.Н. Новиковым, К.Ф. Катушевым, А. К. Антоновым. В состав указанных комиссий входили, в частности, руководители министерств и ведомств, организации и предприятия которых осуществляли проектирование зарубежных АЭС, изготовление и поставку технологического оборудования и ядерного топлива для них, командирование советских специалистов, в том числе:

• Государственного комитета Совета Министров СССР по внешним экономическим связям, через который осуществлялись подготовка и заключение межгосударственных договоров о строительстве АЭС, оформление контрактных обязательств сторон и контроль за их выполнением;

• Министерства энергетики и электрификации СССР, отвечавшего в качестве генерального проектировщика, генерального поставщика и генерального подрядчика за своевременное и качественное выполнение обязательств по комплексной поставке оборудования и материалов для зарубежных АЭС, а также за сроки сооружения и ввода их в эксплуатацию;

• Министерства энергетического машиностроения – производителя реакторного и другого основного технологического оборудования для атомной энергетики;

• Министерства среднего машиностроения – поставщика ядерного топлива и специализированного оборудования, а также генерального конструктора и научного руководителя реакторной установки.

На заседаниях комиссий регулярно заслушивались доклады также Министерств приборостроения и средств автоматизации, электротехнической промышленности, химического машиностроения, тяжелого и транспортного машиностроения и других министерств и ведомств, участвовавших в выполнении обязательств советской стороны по сооружению АЭС за рубежом.

Решения КВВ и КВС оформлялись соответствующими протоколами, содержавшими конкретные поручения министерствам и ведомствам, контроль за выполнением которых возлагался на аппарат Совета Министров СССР.

Кроме вопросов, касающихся выполнения текущих обязательств советской стороны по проектированию АЭС и поставкам оборудования для них, комиссии принимали решения по улучшению качества проектирования и строительства атомных электростанций, повышению уровня их безопасности, совершенствованию оборудования и приборов для АЭС, использованию международного опыта сооружения АЭС, применению в отечественной практике международных норм и требований.

Впоследствии эти нормы и требования были учтены в проекте В-213 энергоблока с ВВЭР-440, что положительно сказалось на повышении качества основного технологического оборудования и уровне безопасности наших АЭС.

Для осуществления общего руководства и координации работ, проводимых в странах-членах СЭВ в соответствии с «Соглашением о многосторонней специализации и кооперировании производства и взаимных поставок оборудования для АЭС на период 1981–1990 гг.» была образована Межправительственная комиссия (МПК), в состав которой вошли уполномоченные представители стран-членов СЭВ на уровне заместителей председателей правительств.

Не менее двух раз в год проводились заседания МПК, на которых рассматривался ход выполнения соглашения, решались возникшие проблемы и определялись приоритетные направления работы.

Выполнение работ по реализации Соглашения о специализации и кооперировании производства оборудования для АЭС от 1979 г. было тесно увязано с выполнением работ по двухсторонним межправительственным соглашениям о сотрудничестве в сооружении АЭС в странах-членах СЭВ.

Это исходило из стремления СССР оказать всемерную помощь странам-членам СЭВ в развитии собственной атомной промышленности, способной выполнять работы и поставки оборудования своими силами.

Параллельно с работой МПК в каждой стране – члене СЭВ, осуществляющей строительство и эксплуатацию АЭС, проводились контроль и координация деятельности всех участвующих в сооружении АЭС организаций, предприятий и заводов. Например, в СССР была образована из представителей всех министерств в ранге заместителей министров советская часть межправительственной комиссии по каждой стране сотрудничества, которая координировала и контролировала деятельность соответствующих организаций и предприятий каждого министерства по выполнению обязательств по контрактам, заключенным в рамках межправительственных соглашений.

В странах – членах СЭВ, сооружавших АЭС, осуществлялись, кроме того, постоянный контроль и координация работ со стороны головного министерства по сооружению АЭС. Не менее раза в месяц непосредственно на строительстве АЭС проводились совещания уполномоченным заместителем министра с руководителями организаций и заводов, участвующих в строительстве АЭС, для рассмотрения хода работ, решения оперативных и проблемных вопросов. В работе совещаний принимали, как правило, участие представители группы советских специалистов на данной АЭС. Решения этих совещаний по проблемам, касающимся обязательств советской стороны, были предметом обсуждения и принятия решения на межправительственном уровне.

Такая многозвенная система контроля и координации работ по сотрудничеству при сооружении АЭС в странах-членах СЭВ позволяла оперативно решать все проблемы и обеспечивать выполнение работ по сооружению АЭС в запланированные сроки.


При сооружении первых блоков АЭС в ГДР, НРБ, ЧССР лишь незначительная часть оборудования изготовлялась и поставлялась промышленностью этих стран.

2.5 Разделение труда стран партнеров

 Сделать закладку на этом месте книги

К концу 60-х и в начале 70-х годов в странах-членах СЭВ, в первую очередь в Болгарии, ГДР и Чехословакии, развернулось широкое строительство АЭС. Строилась также АЭС в Венгрии, планировали строительство АЭС Польша и Румыния. Кроме того, при содействии Советского Союза строились два энергоблока по 440 МВт в Финляндии, активно велись переговоры по строительству АЭС в Ливии и на Кубе. В СССР была принята программа форсированного развития атомной энергетики, в соответствии с которой 70 % ежегодного прироста электроэнергии в европейской части страны планировалось получать от эксплуатации АЭС.

Программа форсированного развития атомной энергетики в странах-членах СЭВ была настолько масштабна, что существовавшие производственные мощности СССР не могли обеспечить оборудованием, услугами и работами и весь объем международного сотрудничества, и сооружение АЭС в СССР. Проведенные специалистами и учеными расчеты подтвердили, что намечавшаяся программа строительства электростанций в СССР и странах-членах СЭВ, а также в Финляндии и Ливии в ближайшие 15–20 лет и в перспективе до 2000 г. может быть выполнена только усилиями проектных организаций и промышленностью СССР совместно со странами-членами СЭВ.

В этой связи встал вопрос о более полном использовании промышленности стран-членов СЭВ для изготовления оборудования АЭС, вплоть до специализации отдельных заводов в выпуске определенной продукции.

Для решения этой задачи были выбраны два направления:

• расширение производственных мощностей у нас в стране, и в частности путем строительства крупнейшего в мире реакторостроительного завода «Атоммаш» (Волгодонск), а также переход на сооружение крупных промышленных АЭС мощностью 4–6 млн. кВт с установкой реакторов единичной мощностью 1 млн. кВт и более. Завод «Атоммаш» был полностью сориентирован на выпуск оборудования АЭС с ВВЭР-1000;

• передача изготовления отдельного основного оборудования ВВЭР-440 в социалистические страны с использованием имеющегося у них промышленного потенциала, а также создание новых специализированных производств в этих странах.

Это было важнейшее решение в целях реализации крупномасштабных программ в развитии атомной энергетики, способное обеспечить ввод примерно 7–8 тыс. МВт ежегодно в нашей стране и 2–3 тыс. МВт за рубежом. Таких масштабов развития не могла себе позволить ни одна страна мира. Все реакторостроительные фирмы и, соответственно, страны Запада внимательно следили за решением этой задачи.

В странах-членах СЭВ эта идея была встречена с энтузиазмом, поскольку участие в кооперации по производству оборудования для АЭС предоставляло странам – участницам возможность изготовления нового для них, современного оборудования, способствовало повышению квалификации рабочих и инженерно-технических кадров, освоению передовых технологий, переходу промышленности на новый качественный уровень, повышению занятости населения.

В соответствии с Комплексной программой развития и углубления социалистической экономической интеграции была поставлена задача объединения усилий промышленных предприятий и организаций стран-членов СЭВ и СФРЮ для ускоренного развития атомной энергетики, как одного из основных направлений решения топливно-энергетических проблем народного хозяйства стран СЭВ. По инициативе СССР в 1973 г. в рамках СЭВ было образовано Ме


убрать рекламу


ждународное хозяйственное объединение по организации кооперирования производства, поставок оборудования и оказанию технического содействия в сооружении АЭС Интератомэнерго (МХО «Интератомэнерго»). Соглашение о его учреждении было подписано правительствами семи стран-членов СЭВ: НРБ, ВНР, ГДР, ПНР, СРР, СССР, ЧССР, а также СФРЮ. В 1987 г. к соглашению присоединилась Республика Куба.

Первыми членами МХО «Интератомэнерго» стали крупные промышленные и хозяйственные предприятия и организации стран-учредительниц: от НРБ – Ассоциация «Инвестиционное машиностроение», София; от ВНР – Предприятие по проектированию и генеральной поставке оборудования для химической промышленности «Хемимаш», Будапешт; от ГДР – Народное предприятие Комбинат «Крафтверксанлагенбау», Берлин; от Республики Куба – Министерство базовой промышленности, Гавана; от ПНР – Объединение промышленности энергетических машин и энергооборудования «МЭГАТ», Варшава; от СРР – Предприятие тяжелого машиностроения ИМГБ, Бухарест; от СССР – Всесоюзное объединение по импорту оборудования и оказанию технического содействия в строительстве атомных электростанций за границей ВО «Союзглавзагранатомэнерго» (позднее ВПО «Зарубежатомэнергострой»), Москва; от ЧССР – концерн «Шкода», Пльзень; от СФРЮ – Машиностроительное и электромашиностроительное объединение «ЮМЕЛ», Белград.

Головной организацией, координирующей деятельность советских предприятий и организаций, обеспечивающих выполнение обязательств советской стороны по межправительственному соглашению, было назначено Министерство энергетики и электрификации СССР, а непосредственное обеспечение выполнения работ – ВО «Союзглавзагранатомэнерго». Был также создан межведомственный совет, в который входили руководители 11 министерств и ведомств. Руководил этим советом в течение многих лет министр энергетики и электрификации СССР П.С. Непорожний.

Функции головной организации были возложены на Министерство Российской Федерации по атомной энергии.

Генеральными директорами МХО «Интератомэнерго» в разные годы были назначены Н.Д. Мальцев, Ф.Я. Овчинников и Г.А. Шашарин, которые до назначения на эту должность занимали пост заместителя министра энергетики и электрификации СССР.


МХО «Интератомэнерго» как международная организация в 1976 г. по поручению Комитета СЭВ по сотрудничеству в области плановой деятельности приняло участие в разработке «Программы максимально возможного развития атомного машиностроения в странах-членах СЭВ, включая вопросы кооперирования и специализации производства в этой области», которая была одобрена сессией СЭВ и главами правительств стран, входящих в СЭВ. В этом документе были изложены цели сотрудничества стран-членов СЭВ по вопросам, вошедшим в Программу, пути достижения этих целей, предварительно определена специализация стран в производстве оборудования АЭС и намечен ряд крупных мероприятий по реализации Программы.

Прежде всего необходимо было изучить на месте, в каждой стране, что может производиться промышленностью данной страны, из какого материала, что необходимо дополнительно построить и т. п. Проведенная с участием советских специалистов инспекция показала, что ряд вспомогательного оборудования промышленность этих стран может производить при небольшой модернизации соответствующих заводов, но изготовление основного оборудования потребует создания дополнительных производственных мощностей. Это в первую очередь корпуса реакторов, внутрикорпусные устройства, емкости аварийного охлаждения и главные циркуляционные трубопроводы Ду-500 и Ду-850, ибо таких возможностей у социалистических стран не было.

Для реализации принятой Программы страны СЭВ выделили значительные средства на создание новых и реконструкцию действующих заводов и цехов. В СССР был создан завод – гигант «Атоммаш», расширялись и оснащались новейшим оборудованием Ижорский и Подольский машиностроительные, Харьковский турбинный, Ленинградский металлический и другие заводы. Были созданы крупные специализированные мощности для производства атомного энергетического оборудования в объединении «Шкода», на Витковицком комбинате, энергомашиностроительном заводе в г. Тлмаче в ЧССР, на предприятии «Ганц Маваг» в ВНР, на предприятиях «Рафако» и «Факоп» в ПНР и других предприятиях стран – членов СЭВ.

Уникальность и значимость Программы заключались в том, что за короткий отрезок времени в странах-членах СЭВ был создан мощный производственно-промышленный потенциал для изготовления специализированного оборудования дли АЭС, сооружаемых в этих странах.

Важным событием в международном сотрудничестве в области развития атомной энергетики в странах-членах СЭВ стало подписание 28 июня 1979 г. главами правительств стран – членов СЭВ предусмотренного Программой Соглашения о многосторонней международной специализации и кооперировании производства и взаимных поставках оборудования для АЭС на период 1981–1990 г. Соглашением были определены главный конструктор, генеральный проектировщик, поставщики и потребители оборудования для каждой строящейся и планируемой АЭС, сроки ввода мощностей и объемы поставок оборудования на эти АЭС.

С учетом большой программы развития атомной энергетики в странах-членах СЭВ и необходимости производства в больших объемах технологического оборудования в рамках соглашения от 28 июня 1979 г. каждая страна специализировалась на производстве определенных видов оборудования для АЭС. В целом было распределено производство оборудования более 140 наименований, около 50 % из них поставлял СССР.

Производство и поставка оборудования между странами были специализированы следующим образом:

ЧССР – реакторные установки, паровые турбины, парогенераторы, трубопроводы большего диаметра Ду-500 и -850;

НРБ – оборудование биологической защиты, конденсаторы, осевые и артезианские насосы;

ВНР – перегрузочные машины, оборудование спец-водоочистки;

ГДР – мостовые краны, транспортно-технологическое оборудование;

ПНР – компенсаторы объема, теплообменное оборудование, резервные дизель-генераторные станции, системы внутриреакторного контроля;

СРР – гидроёмкости системы аварийного охлаждения, ГЦН;

СФРЮ – мостовые краны, питательные и специальные насосы, оборудование контура многократной принудительной циркуляции и барабаны-сепараторы для реакторов РБМК.

Советский Союз оказал странам-участницам соглашения от 28 июня 1979 г. большую помощь в налаживании у них производства закрепленного за ними специализированного оборудования. Им были переданы рабочие чертежи этого оборудования, организованы консультации по согласованию технологии его производства и оказывалась конкретная помощь в решении вопросов, возникающих в процессе изготовления оборудования.

На заводы и в организации стран-членов СЭВ было командировано свыше 1700 специалистов специализированных организаций и заводов-изготовителей СССР.

В ходе реализации кооперации выявилась необходимость изготовления барабанов-сепараторов Ду-2600 для строящихся в СССР АЭС с реактором РБМК-1000. Это было основное оборудование, которое с таким диаметром не выпускалось нашей промышленностью и производство барабанов-сепараторов Ду-2600 массой более 400 т было организовано на югославском предприятии «Энергоинвест». Для этого был построен специальный цех, где из заготовок, выполненных на французских металлургических заводах, были изготовлены указанные сепараторы и поставлены на Смоленскую и Курскую АЭС. Применение реакторов типа РБМК было необходимо для реализации широкомасштабной программы развития атомной энергетики, так как завод «Атоммаш» в то время не был готов к серийному производству корпусных реакторов ВВЭР-1000.

Развитие кооперации в производстве энергетического оборудования для АЭС обеспечило непрерывное и, как отмечалось выше, поточное строительство АЭС в Чехословакии, а также в сооружении АЭС «Пакш»-П в Венгрии и Ровенской АЭС в СССР. Качество поставленного оборудования отвечало необходимым требованиям. Освоение и расширение производства оборудования в странах-членах СЭВ дало возможность СССР начать сотрудничество с Польшей, Румынией, Кубой и Ливией в сооружении запланированных этими странами АЭС.

Напряженная работа по развитию кооперации в странах-членах СЭВ, выполненная ВО «Атомэнергоэкспорт», НО «Союзглавзагранатомэнерго» и их специалистами, особенно Г.А. Шашариным, Ю.Н. Артемовым, Г.Б. Румянцевым, Г. Г. Ромченко и др., а также руководителями указанных объединений В.К. Монаховым, В.П. Невским, Э.А. Акопяном, дало положительные результаты.

Придавая большое значение сотрудничеству в развитии специализации и кооперировании производства оборудования для АЭС, правительства стран-участниц соглашения от;28 июня 1979 г. договорились образовать межправительственную комиссию на уровне заместителей глав государств для осуществления координации сотрудничества и систематического наблюдения за ходом выполнения соглашения. Председателями комиссии все эти годы ее существования избирались представители советской стороны, тем самым признавалась ведущая роль СССР в организации сотрудничества. В разные годы комиссию последовательно возглавляли заместители Председателя Совета Министров СССР В.Н. Новиков, А.К. Антонов, И.С. Силаев. Стран – участниц в комиссии представляли заместители глав правительств Чехословакии (Шимон, Л. Герле), Болгарии (Т. Божинов, А Луканов), Венгрии (Л. Мехеш).

Заседания комиссии проходили дважды в год, поочередно в каждой из стран-участниц соглашения. За восемь лет существования (с 1980 по 1987 г.) работа МПК прошла несколько этапов. На первом этапе основное внимание уделялось вопросам выработки единой технической документации на производимое в разных странах оборудование, единых нормативов, требований и правил.

На следующем этапе основной упор делался на организацию производства оборудования, обеспечение необходимого качества и гарантии проектных технико-экономических показателей.

Затем наступил этап, где доминировал контроль за ходом поставок оборудования и строительства АЭС, за выполнением обязательств стран-поставщиков оборудования друг перед другом по соответствующим двусторонним межправительственным соглашениям.

Потом на первый план выдвинулись вопросы эксплуатации и безопасности построенных и строящихся АЭС, подготовки для них квалифицированных кадров.

Принципиально важным и уникальным достижением МПК были подготовка, согласование и принятие единого для всех стран прейскуранта цен на специализированное оборудование вне зависимости от того, в какой стране это оборудовании было произведено. Например, цена ядерного реактора для АЭС была принята одинаковой независимо от того, поставлялся ли он из СССР или из Чехословакии.

Стоит отметить чрезвычайную простоту работы МПК в организационном плане. У нее не было собственного аппарата. Все необходимые информационные материалы поставлялись организациями Минэнерго СССР (ВО «Союзглавзагранатомэнерго»), ГКЭС (ВО «Атомэнергоэкспорт») и аппаратом МХО «Интератомэнерго».

В СССР была образована советская часть комиссии, куда входили руководители всех основных министерств и ведомств, имевших отношение к сотрудничеству в области ядерной энергетики – ГКЭС СССР, Минэнерго СССР, Госплан СССР, Минсредмаш, Минэнергомаш СССР, Минприбор СССР, Минэлектротехпром СССР, Академия Наук СССР и др. На заседаниях советской части комиссии рассматривались текущие вопросы сотрудничества, а при подготовке к заседанию МПК приглашались по специфическим вопросам также компетентные представители проектных и конструкторских организаций.

МПК сыграла большую роль в успешном развитии сотрудничества стран-членов СЭВ в строительстве АЭС в этих странах, в организации в них кооперированного производства оборудования для АЭС, в повышении качества проектов АЭС и безопасности их эксплуатации.

Особое внимание постоянно уделялось вопросам обеспечения качества выпускаемого оборудования, гарантиям проектных технико-экономических показателей и ответственности сторон за качество и сроки поставки оборудования.

Изготовление оборудования для АЭС по единой технической документации и его приемка в соответствии с требованиями генерального конструктора и генерального проектировщика, функции которых выполняла советская сторона, создали необходимые условия по обеспечению безопасной и надежной эксплуатации АЭС после их сооружения.

2.6. Совершенствование нормативно-правовой базы

 Сделать закладку на этом месте книги

Широкое и интенсивное развитие атомной энергетики в странах – членах СЭВ, осуществляемое на базе кооперации и специализации, потребовало создания единых стандартов, норм и требований, охватывающих все этапы сооружения и работы АЭС с начала проектирования и включая весь срок эксплуатации.

В долгосрочной целевой программе сотрудничества в области энергии, топлива и сырья было предусмотрено создание научно – обоснованной единой нормативно-технической базы для эффективного развития социалистической экономической интеграции в области атомной энергетики и достижения высокого качества атомного энергетического оборудования, арматуры, приборов и материалов для АЭС.

Первым этапом этой проблемы стала разработка и реализация программы работ по созданию единых норм и требовании (стандартов) на производство и эксплуатацию энергетического оборудования, арматуры, приборов и материалов для АЭС, сооружаемых и планируемых по межправительственным соглашениям, включая единые требования по надежности и качеству.

Все нормативно-технические документы (НТД), разрабатываемые в рамках программы, разделены на четыре пункта:

1. Безопасность в атомной энергетике.

2. Надежность и качество.

3. Оборудование и трубопроводы АЭС.

4. Эксплуатация АЭС.

Раздел «Безопасность в атомной энергетике» состоит из восьми НТД, относящихся к общим вопросам обеспечения правил ядерной и радиационной безопасности. В разделе «Надежность и качество» три НТД, в которых устанавливаются термины и определения, номенклатура показателей надежности, а также системы сбора и обработки данных.

Раздел «Оборудование и трубопроводы АЭС» содержит основные документы, регламентирующие выбор основных и сварочных материалов и методы их испытаний, нормы расчета на прочность, основные положения и правила контроля сварных соединений и наплавки, правила аттестации сварщиков.

Раздел «Эксплуатация АЭС» содержит НТД, относящиеся к организации метрологической службы на АЭС.

В рамках этой Программы советские организации разработали 77 (из 100) НТД и являлись соавторами шести документов, разрабатываемых специалистами ЧССР.

Выполнение работ в СССР по созданию НТД в рамках указанной Программы, а также согласование документов, разрабатываемых в других странах, осуществлялось ВО «Союзглавзагранатомэнерго» с привлечением специализированных организаций многих министерств и ведомств СССР.

Особая тщательность разработки нормативно-технических документов, четкое изложение каждой формулировки, исключающее возможность различного ее толкования или понимания, диктовались тем, что после введения в действие этих нормативно-технических документов они станут обязательными в договорно-правовых отношениях между странами-членами СЭВ при выполнении работ по межправительственным соглашениям.

Естественно, такие высокие требования к разрабатываемым по упомянутой Программе нормативно-техническим документам могли быть обеспечены только в том случае, если бы в них был отражен весь ранее накопленный опыт. Поэтому было согласовано, что они будут разрабатываться на основе действующих в СССР аналогичных документов.

Опыт эксплуатации АЭС как в СССР, так и в других странах на момент разработки Программы показал необходимость внесения в действующие в СССР нормы и правила, касающиеся производства и эксплуатации энергетического оборудования АЭС, некоторых изменений, отражающих новые данные, новое понимание некоторых явлений, происходящих в процессе эксплуатации оборудования АЭС, учитывающих соответствующие требования к нему. Это учитывалось при разработке НТД.

Реализация Программы работ по созданию единых норм и требований (стандартов) на производство и эксплуатацию энергетического оборудования АЭС, сооружаемых в странах-членах СЭВ по советским проектам, была завершена в 1991 г. Нормативно-техническая документация по этой программе далее проходила экспертную оценку и утверждение генеральным советом МХО Интератомэнерго.

На начальном этапе сооружение первых промышленных атомных электростанций в ГДР, НРБ, ЧССР, строительство которых предусматривалось в соответствии с двухсторонними межправительственными соглашениями, осуществлялось на базе АЭС с реакторами типа В-230.

Применению в серийном строительстве АЭС с реакторами ВВЭР-440 в СССР и за границей предшествовала длительная эксплуатация Нововоронежской АЭС и тщательная ревизия ее реакторов и оборудования. На основе этого определился тип реактора, который по физическим, конструкторским и технологическим параметрам был приемлем для серийного производства.

На базе этого реактора был разработан типовой проект реакторной установки для АЭС под условным названием В-230. Этот проект стал основой в развитии промышленной атомной энергетики как внутри страны, так и в международном сотрудничестве, ибо такой реактор по своим технико-экономическим показателям не уступал тепловым электростанциям и был технологичен в серийном промышленном производстве. Была обоснована техническая и экономическая целесообразность их строительства в Центральной России, на Кольском полуострове, Кавказе (в Армении), Украине и начаты работы по сооружению энергоблоков 3 и 4 на Нововоронежской АЭС, Кольской, Армянской и Ровенской АЭС.

Задачи, определенные Постоянной комиссией по электроэнергии СЭВ по развитию атомной энергетики в странах-членах СЭВ, были закреплены в национальных программах развития энергетики и базировались на использовании АЭС с реакторами ВВЭР-440 и ВВЭР-1000.

При развитии атомной энергетики стран-членов СЭВ Советский Союз оказывал своим партнерам комплексную помощь во всех работах, связанных с сооружением и последующей эксплуатацией энергоблоков АЭС:

• выборе площадки для АЭС, включая проведение необходимых изысканий (геологических, гидрологических, сейсмологических и т. п.);

• выполнении проектных работ по АЭС;

• поставке необходимого основного и специального оборудования;

• оказании технической помощи при монтаже оборудования, а также выполнении специальных работ по монтажу основного оборудования;

• руководстве пусконаладочными работами вплоть до сдачи энергоблоков в промышленную эксплуатацию;

• оказании содействия в организации и проведении эксплуатации введенных энергоблоков АЭС;

• обучении персонала.

Непосредственно на строящихся и эксплуатируемых АЭС высококвалифицированными советскими специалистами осуществлялись авторский надзор за ходом сооружения АЭС и решение всех возникающих вопросов.

В мае 1969 г. недалеко от г. Грайфсвальд на севере ГДР начались строительные работы на второй АЭС ГДР, получившей название «Норд». Первоначально предполагалось строительство двух энергоблоков, но с заключением в 1970 г. дополнительных протоколов к Соглашению от 1965 г., строительно-монтажные работы велись уже по всем четырем энергоблокам АЭС.

17 декабря 1973 г., через 62 месяца после начала строительства, был введен в эксплуатацию первый энергоблок АЭС «Норд». От имени ЦК СЕПГ и Государственного Совета ГДР лидер ГДР Вилли Штоф поблагодарил коллектив строителей АЭС и поздравил их с достигнутыми успехами, отметив при этом: «Строительство современной атомной электростанции стало возможным только благодаря братской поддержке Советского Союза. Поэтому в этот час мы с открытым сердцем благодарим наших советских товарищей и друзей. Наше большое спасибо и нашу признательность мы хотели бы выразить и нашим венгерским, польским и чехословацким друзьям, которые оказали нам активную помощь. На этой большой стройке оправдала себя совместная работа наших социалистических братских государств, связанных между собой крепкими узами дружбы».

Следующие три энергоблока АЭС «Норд» мощностью 440 мвт каждый, были введены в эксплуатацию соответственно в 1974, 1978 и 1979 гг. Таким образом, примерно за 10,5 лет были сооружены и введены в эксплуатацию все четыре энергоблока АЭС «Норд». С вводом в эксплуатацию энергоблока 4 доля АЭС в выработке электроэнергии в ГДР составляла около 11 % ежегодно.

В апреле 1970 г. были начаты строительные работы на первой очереди АЭС в НРБ – АЭС «Козлодуй», расположенной на Дунае, а с октября 1973 г. и на второй очереди.

Через 55 месяцев после начала строительных работ, 12 августа 1974 г. при техническом содействии СССР был введен в эксплуатацию энергоблок 1 АЭС «Козлодуй» мощностью 440 МВт. Следующие такие же энергоблоки были введены в 1975, 1980 и 1982 гг.

Продолжительность сооружения четырех энергоблоков АЭС «Козлодуй» составила около 12,5 года. Ежегодная доля выработки электроэнергии АЭС «Козлодуй» с вводом энергоблока 4 составляла более 26 % общей выработки электроэнергии в НРБ.

Оценивая итоги сотрудничества СССР и НРБ при сооружении АЭС «Козлодуй», заместитель министра энергетики НРБ О.Л. Таджер подчеркнул, что большое значение для срочного и успешного строительства и пуска АЭС «Козлодуй» имела помощь СССР. Четыре блока первых двух очередей сооружены полностью с применением советского оборудования. Высокое качество этого оборудования стало предпосылкой экономичной и надежной работы станции. Советские специалисты оказывали высококвалифицированную помощь на всех этапах строительства станции – при выборе площадки, строительстве и монтаже, пуске и введении блоков в эксплуатацию, проведении ремонтных работ, повышении квалификации персонала.

Чехословакия стала третьей страной СЭВ, приступившей к развитию атомной энергетики в промышленном масштабе. После ввода первой АЭС с тяжеловодным реактором в Ясловских Богуницах было принято решение о дальнейшем развитии атомной энергетики в ЧССР на базе водяных реакторов, которые, как предполагалось, будут составлять основу атомной энергетики ЧССР на ближайшие 15–20 лет.

Первым итогом реализации этой программы стало сооружение второй АЭС – В – 1 «Богунице» – на площадке рядом с первой АЭС.

Строительные работы на АЭС В-1 «Богунице» начались с февраля 1973 г. Проектные работы по реакторному отделению, поставки оборудования и работы, связанные с шеф – монтажом, пуско-наладкой и вводом в эксплуатацию энергоблоков АЭС, осуществлялись при активном участии советских организаций.

Через 56 месяцев с начала строительства, 30 марта 1979 г., энергоблок 1 АЭС В-1 «Богунице» был введен в эксплуатацию, а энергоблок 2 – в мае 1980 г. Общее время на сооружение АЭС составило 7,2 года. С вводом АЭС В-1 «Богунице» в эксплуатацию, доля АЭС в производстве электроэнергии в ЧССР составила около 10 %.

По состоянию на начало 1983 г. межправительственные соглашения на сооружение энергоблоков типа В-230 были полностью выполнены: в трех странах-членах СЭВ (ГДР, НРБ и ЧССР) при технической помощи СССР было сооружено и находилось в эксплуатации 10 энергоблоков АЭС ВВЭР-440 типа В-230. Показатели работы энергоблоков АЭС (производство электроэнергии, надежность, экономика, радиационная обстановка) свидетельствовали о высокой конкурентоспособности АЭС по сравнению с традиционными тепловыми электростанциями.

На последующем этапе развития атомной энергетики стран-членов СЭВ, а также развития энергетики других стран, запланировавших сооружение АЭС при техническом содействии СССР с использованием ВВЭР-440, была применена усовершенствованная реакторная установка типа В-213, в которой был использован ряд новых технических решений, обусловленных повышенными требованиями к безопасности АЭС типа ВВЭР-440, принятых на основании опыта эксплуатации АЭС в СССР и мирового опыта, зафиксированного в документах Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ).

АЭС с реакторами этого типа были предусмотрены к сооружению в рамках СЭВ как в СССР, в частности на Кольской АЭС (энергоблоки 3 и 4), Ровенской АЭС (энергоблоки 1 и 2), так и в соответствии с двухсторонними межправительственными соглашениями, заключенными с Финляндией (АЭС «Ловииза», энергоблоки 1 и 2), ГДР (АЭС «Норд», блоки 3 и 4), ВНР (АЭС «Пакш» 1 и 2), ЧССР (АЭС В-2 «Богунице», АЭС «Дукованы» 1 и 2, АЭС «Моховце» 1 и 2), СРР (АЭС «Молдова»), ПНР (АЭС «Жарновец»), Ливия (АЭС «Сирт»), Куба (АЭС «Хурагуа»).

Разработка усовершенствованного проекта АЭС с реакторной установкой ВВЭР-440 (второе поколение) дала возможность сооружать АЭС за рубежом, и, в первую очередь, в восточноевропейских странах.

Первые энергоблоки с реактором ВВЭР-440 типа В-213 были сооружены и введены в эксплуатацию в Финляндии на АЭС «Ловииза» в 1977 и 1981 гг. по оригинальному проекту, включающему наряду с советским и финским основным оборудованием устройства регулирования и автоматики из ФРГ, «ледовый» конденсатор/ контаймент из США, часть канадских приборов контроля и измерения параметров, дизели из Франции, английские электронно-вычислительные машины, арматуру из многих стран мира.

Впервые типовой проект был применен на блоке 3 Кольской АЭС в России. А первым нашим зарубежным партнером, вступившим на путь реализации типового проекта АЭС с ВВЭР-440 типа В-213, стала Венгрия. На этих АЭС проект В-213 получил, как принято говорить, свое «крещение».

Следует отметить, что АЭС «Пакш» стала и первой АЭС, оборудование для которой было поставлено из СССР, ЧССР, ГДР, НРБ, а также промышленностью ВНР в соответствии с Соглашением (в рамках СЭВ) о кооперации и специализации производства оборудования для АЭС от 1979 г.

Венгерские специалисты проявили завидную настойчивость и требовательность к качеству оборудования, особенно к системам КИП и А, что в то время дало свои положительные результаты. Все четыре блока АЭС «Пакш» в Венгрии были успешно пущены в эксплуатацию и безаварийно работают до настоящего времени.

В результате кооперации и на основе опыта строительства блока 3 Кольской АЭС и первых двух блоков АЭС «Пакш» в Венгрии был осуществлен мощный рывок в строительстве АЭС с блоками 440 МВт проекта В-213 в других странах.

Одновременно с сооружением АЭС В-2 «Богунице» ЧССР с 1977 г. начато сооружение поточным методом четырех энергоблоков АЭС «Дукованы» в районе г. Брно и с первой половины 1981 г. – сооружение также поточным методом четырех энергоблоков АЭС «Моховце».

Поточный метод строительства на АЭС «Дукованы’1 позволил обеспечить промежуток между пусками каждого из четырех блоков 9–10 месяцев, а блоки 2 и 3 пущены в один! год. Руководили объединенной группой советских специалистов на АЭС в Чехословакии опытные специалисты в области строительства и эксплуатации АЭС – сначала А.Н. Григорьянц, а затем Ю.В. Малков.

В Румынии также начались работы по выбору площадки и разработке проекта АЭС с одним энергоблоком типа ВВЭР-440 (В-213).

В 1977 г. были начаты изыскательские и проектные работы по АЭС «Сирт» в Ливии, расположенной на побережье Средиземного моря. Проектом АЭС предусматривались производство электроэнергии и опреснение морской воды, охлаждение конденсаторов турбин морской водой, учет тропического климата, защитная оболочка (контаймент), аналогичная кубинской, и другие технические решения на основе опыта сооружения и эксплуатации АЭС с В-213. Кроме того, мелководье и густая морская трава на расстоянии 800–1000 м от береговой полосы требовали сооружения специального заборного трубопровода длиной более километра, и даже при этом необходимо было ежемесячно утилизировать примерно 300–400 т травяных отходов.

Межправительственным соглашением, подписанным в декабре 1985 г. СССР с КНДР, предусматривалось сооружение четырех энергоблоков АЭС типа ВВЭР-440 (В-213), СССР предоставлял КНДР кредит для оплаты работ советских организаций.

В течение 1986–1990 гг. в результате выполнения комплекса изыскательских работ была выбрана площадка для АЭС «Синпхо» на восточном побережье Корейского полуострова и начались проектные работы.

Таким образом, до 1990 г. программа сооружения при технической помощи СССР АЭС, определенных межправительственными соглашениями, с учетом кооперации в производстве и поставке оборудования для АЭС с реакторной установкой типа В-213 успешно выполнялась. Были введены в эксплуатацию энергоблоки:

• АЭС «Ловииза» (1 и 2) в 1977 и 1981 гг.;

• АЭС «Пакш» (1–4) в 1983, 1984, 1985 и 1986 гг.;

• АЭС В-2 «Богунице» (3 и 4) в 1984 и 1985 гг.;

• АЭС «Дукованы» (1–4) в 1985, 1986, 1986 и 1987 гг.

Итого до 1988 г. были введены в эксплуатацию 22 энергоблока типа ВВЭР-440 (В-230 и В-213) общей мощностью 9680 МВт.

Состояние атомной энергетики в странах-членах СЭВ уже в начале 80-х годов и размах работ по сооружению АЭС свидетельствовали, что атомная энергетика стала самостоятельной отраслью энергетического производства, способствующей увеличению темпов наращивания энергетического потенциала социалистических стран. Был создан большой научно-технический потенциал, который стал надежной базой для практического развития атомной энергетики в ближайшей и в более отдалённой перспективе. Установленная мощность АЭС стран-членов СЭВ, включая СССР, превысила 28 ООО МВт. Доля АЭС в производстве электроэнергии ежегодно составляла в НРБ около 30 %, в ГДР более 12 %, в ЧССР и ВНР около 10–11 %. Эксплуатация энергоблоков АЭС в странах-членах СЭВ характеризовалась высокими технико-экономическими показателями. Коэффициент использования установленной мощности блоков составлял более 72 %, а по отдельным энергоблокам достигал 8


убрать рекламу


5 %. Показатели радиационной обстановки в помещениях и на территории АЭС, а также выбросы радиоактивных газов были на 1–2 порядка меньше допустимых.

В течение 1989–1992 гг. произошли политические и экономические изменения в СССР, изменение политической ситуации в Восточной Европе, распад СЭВ, объединение Германий, разделение Чехословакии, что внесло существенные коррективы в планы строительства АЭС, предусмотренные межправительственными соглашениями. Кроме того, изменились экономические условия сотрудничества в связи с переходом межгосударственных расчетов на свободно конвертируемую валюту.

В связи с этим по решению правительств, в первую очередь бывших стран-членов СЭВ, были прекращены работы по сооружению 16 энергоблоков с ВВЭР-440 и 11 энергоблоков с ВВЭР-1000:

• строительство энергоблоков 5–8 АЭС «Норд» (энергоблок 5 находился в это время в стадии пусконаладки). Одновременно были прекращены эксплуатация энергоблоков 1–4 этой АЭС и строительство АЭС «Стендаль»;

• строительство АЭС «Жарновец» в Польше, АЭС «Олт» в Румынии и АЭС «Сирт» в Ливии;

• проектные работы по АЭС «Молдова» в Румынии в связи с переориентацией программы на АЭС типа «CANDU»;

• проектные работы по АЭС «Пакш «-III в Венгрии в связи с отсрочкой на несколько лет расширения АЭС «Пакш»;

• строительство АЭС «Белене» в Болгарии;

• проектные работы по АЭС «Синпхо» в КНДР;

• строительные работы по АЭС «Темелин»-ll в Чехии.

Продолжались, хотя и замедленными темпами, работы по АЭС «Темелин» – I в Чехии, форсировалось окончание работ на энергоблоке 6 АЭС «Козлодуй» в Болгарии (сдан в эксплуатацию в 1993 г.) и были приостановлены работы на АЭС «Моховце» в Словакии и АЭС «Хурагуа» на Кубе.

Таким образом, в середине 90-х годов в соответствии с межправительственными соглашениями находились в эксплуатации 18 энергоблоков типа ВВЭР-440 и два энергоблока типа ВВЭР-1000, построенных при технической помощи СССР и его преемника – Российской Федерации.

По показателям работы эксплуатируемые энергоблоки АЭС с реакторами ВВЭР-440 и ВВЭР-1000 имеют технико-экономические показатели, которые являются одними из лучших среди АЭС мира, особенно АЭС в Финляндии, Венгрии, АЭС «Дукованы» в Чехии.

2.7. Строительство АЭС Ловииза в Финляндии

 Сделать закладку на этом месте книги

Особым этапом сотрудничества в области атомной энергетики было строительство АЭС в Финляндии. Финская сторона ввиду крайне ограниченных естественных ресурсов приняла принципиальное решение о развитии своей энергетики за счет строительства АЭС и объявила тендер на сооружение первой АЭС. В тендере приняли участие семь западных фирм, в том числе «Вестингауз», «Дженерал Электрик», КВУ-«Сименс», «Фраматом-Электрисите де Франс», шведские и другие фирмы. Сооружение АЭС планировалось осуществить на юге Финляндии, на острове Хестхольмен.

В условиях «холодной» войны между Западом и Востоком сооружение атомного объекта в непосредственной близости от границ нашей страны Советское Правительство не могло игнорировать. Был принят ряд практических решений об участии советских организаций в указанном тендере. Настойчивые дипломатические и политические мероприятия с советской стороны, комплексные предложения советских организаций по поставкам оборудования, его монтажу, гарантийным технико-экономическим показателям, кредитным условиям, а также по поставкам ядерного топлива на весь период эксплуатации и возврату отработанного топлива в СССР вывели советские организации на первую позицию в тендере.

Сооружение АЭС с двумя энергоблоками ВВЭР-440 проводилось в соответствии с соглашением между правительствами СССР и Финляндии от мая 1969 г. и протоколами к нему от сентября 1969 г. (энергоблок 1) и апреля 1970 г. (энергоблок 2). Строительные работы были начаты в июне 1971 г., а в марте 1977 г. в Финляндии был произведен торжественный пуск энергоблока 1 АЭС «Ловииза», сооружаемой советскими и финскими специалистами, а также специалистами других стран. Энергоблок 2 сдан в эксплуатацию 6 января 1981 г.

Сотрудничество при сооружении АЭС осуществлялось в соответствии с контрактами, заключенными между Всесоюзным объединением «Технопромэкспорт» (ТПЭ) и государственной фирмой «Иматран Войма Оюсакейхтие» (ИВО), с 1973 г. обязательства по контрактам перешли к ВО «Атомэнергоэкспорт».

Особенностью этих контрактов, помимо чисто технических и экономических аспектов, стало то, что они были первыми документами сотрудничества в области атомной энергетики между государствами с разным общественно-политическим строем.

Переговоры с финской энергетической фирмой «Иматран-Войма» по заключению контракта на строительство АЭС «Ловииза» – 1 и конкретным условиям сооружения АЭС в Финляндии продолжались почти полтора года. В этих переговорах с советской стороны активное участие принимали представители ВО «Технопромэкспорт», «Теплоэлектропроект», «Главзагранэнерго», генерального конструктора ОКБ «Гидропресс» и других советских организаций (В.К. Монахов, А.Н. Григорьянц, И.Я. Дривинг, Ю.В. Архангельский, Ю.Н. Фомина, В. В. Соболев, В. В. Стекольников, Н.И. Ермаков, Г.Л. Лунин, В.А. Осташенко и др.). При этом советские организации приняли на себя обязательство выполнить все монтажные, наладочные и пусковые работы и достичь технико-экономических показателей на условиях «под ключ».

Это были очень ответственные обязательства, поскольку Финляндия, являвшаяся капиталистической страной, во многом тяготела к Западу. В контрактных положениях и позициях сторон контракта отразились два основных направления Востока и Запада в сооружении АЭС, два основных направления в области научно-технического и инженерного подхода к решению этой задачи.

По этим контрактам обязательства сторон были разделены следующим образом:

• общий проект АЭС выполнялся совместно институтом «Теплоэлектропроект» и финскими проектными организациями при общей координации работ фирмой ИВО;

• весь комплекс работ по проектированию, поставке и монтажу ядерной паро-производительной установки (ЯППУ) и турбоустановки со всеми их вспомогательными системами и оборудованием, а также поставка топлива, испытания систем АЭС и пусконаладочные работы, обучение финского персонала осуществлялись советской стороной;

• для сооружения АЭС СССР предоставил Финляндии кредит;

• ИВО проектировала, поставляла и монтировала защитную оболочку, выполняла строительные работы, поставляла электрическое оборудование, АСУ ТП, выполняла работы с оборудованием из других стран.

Впервые в советской практике проект АЭС «Ловииза» был разработан на базе использования оборудования из США (защитная оболочка с ледовым конденсатором), ФРГ (АСУ ТП и КИП), Канады (арматура и КИП), Франции (дизеля), Англии (электронно-вычислительные машины). Часть оборудования, входящая в объем поставки СССР, изготовлялась финскими фирмами по заказу СССР (главные циркуляционные насосы первого контура, перегрузочные машины для ядерного топлива, насосы морской воды, полярный кран реакторного зала, ряд теплообменников и др.).

Основной отличительной особенностью совместного советско-финского проекта АЭС «Ловииза» стал новый подход к вопросам обеспечения безопасности по сравнению с ранее строящимися и эксплуатируемыми АЭС с реактором ВВЭР-440 типа В-230.

По существу в ходе рабочего проектирования и строительства АЭС был создан новый, более совершенный проект с реакторной установкой ВВЭР-440:

• проектом предусмотрены аварийные системы охлаждения активной зоны, рассчитанные на размеры повреждения первого контура, эквивалентные разрыву самой крупной трубы с двухсторонним истечением теплоносителя;

• практически все аварийные системы продублированы (с наличием в каждой 100 % резерва по оборудованию особенно системы залива активной зоны, системы аварийной подпитки первого контура высокого давления, спринклерной системы). Технические устройства безопасности обеспечивают свои функции даже при выходе из строя одной активной составной части;

• фирма ИВО отказалась от поставки на АЭС советского оборудования и приборов для систем КИП и А и по нашим алгоритмам заказала это оборудование у западно – германской фирмы «Сименс», которая изготовила и комплектно поставила его на АЭС. Это тоже внесло определенные коррективы в типовой проект;

• была предусмотрена противоаварийная оболочка по проекту фирмы «Вестингауз» (США), рассчитанная на сохранение целостности при разрыве контура теплоносителя и обеспечивающая совместно с другими техническими устройствами условия безопасности и способность выполнять функции защиты окружающей среды так долго, как этого потребует ситуация. Защитная оболочка (контаймент) с ледовым конденсатором состояла из двух частей: наружная часть – бетонная защита и внутренняя – стальная оболочка, с анкеровкой к прочной фундаментной бетонной плите толщиной 1,3 м. Масса стальной оболочки 1500 т, при монтаже на ней выполнено более 6000 м сварных швов. В ледовом конденсаторе содержалось около 1000 т льда, предназначенного для охлаждения и конденсации пара при возникновении аварийной течи теплоносителя под оболочкой. Исходя из этого, конструкторам и проектировщикам пришлось учитывать объем контаймента и вносить корректировку в компоновку всего оборудования;

• фирма ИВО приняла на себя обязательство доработать советские главные циркуляционные насосы с учетом обеспечения их инерционности (за счет применения маховиков) в случае отключения электроэнергии на собственные нужды. Насосы прошли испытания, были изготовлены на финских предприятиях и, по заказу ВО «Атомэнергоэкспорт», поставлены на АЭС. В дальнейшем такой насос был освоен нашей промышленностью под названием ГЦН-317 и поставлялся на АЭС;

• применена система надежного электропитания с четырьмя дизельными установками, работающими каждая на свою группу потребителей, обеспечивающих безопасность АЭС. Время разворота дизелей мощностью 2800 кВт и принятие первой нагрузки составляли 20 с;

• первостепенное значение было придано системе защиты станции, которая включала в себя автоматическое управление устройствами безопасности в аварийный и послеаварийный периоды. Составной частью этой системы была система защиты реактора;

• сооружен резервный щит управления АЭС в отдельном здании;

• разработана система глубокого борного регулирования, обеспечивающая хорошие динамические показатели АЭС при суточном и недельном регулировании мощности блока и исключающая попадание реактора в «йодную яму»;

• смонтированы аварийные ограничители трубопроводов первого (86 шт.) и второго (66 шт.) контуров внутри защитной оболочки.

АЭС «Ловииза» была оборудована всережимной системой автоматического управления, выполняющей свои функции при пусках, остановах, в нормальных и переходных режимах и аварийных ситуациях.

Особенностью проекта АЭС «Ловииза» было также большое доверие к автоматике и стремление исключить возможность действий оператора, противоречащих действиям автоматики. На АЭС «Ловииза» отсутствовала оперативная возможность отключения блокировок и защит, все блокировки и защиты вводились в работу автоматически.

Особенности режима работы АЭС «Ловииза» обусловили расширение объема автоматизации дискретных операций.

Помимо традиционных блокировок на АЭС «Ловииза» была предусмотрена система функционально-группового управления, построенная по иерархическому принципу с выделением нескольких иерархий: индивидуального управления, уровня группового управления и уровня общего управления блоком.

Система функционально-группового управления была организована таким образом, что оператору предоставлялась возможность отключения в любой момент устройств автоматики и перехода на дистанционное управление. Всего на АЭС имелось около 4500 блокировок различного назначения, около 600 автоматических программ, около 80 устройств автоматического включения резерва (теплосилового оборудования), 160 регуляторов, включая общестанционные.

Объем автоматизации на АЭС «Ловииза» таков, что позволил резко снизить численность эксплуатационного персонала по сравнению с отечественными серийными блоками с реакторами ВВЭР-440. Численность эксплуатационного персонала на АЭС «Ловииза» 72 чел., а для двух блоков – 120 чел.

Все оборудование, влияющее на безопасность АЭС, находящееся в контакте с активными средами или работающее под давлением, дважды контролировалось финскими надзорными органами: при согласовании проектной документации и допуске в монтаж, что в нашей практике до этого не проводилось.

Для выполнения сложнейших обязательств по заключенным контрактам на площадке АЭС ВО «Союзглавзагранатомэнерго» было создано специальное управление «Атомэнергомонтаж» с численностью персонала в пике 826 чел. для проведения монтажа ответственного и сложного оборудования, шеф – монтажа вспомогательного оборудования, проведения пусконаладки, обучения финского персонала и авторского надзора проектной организации при сооружении АЭС.

Руководство группы советских специалистов (ГСС) и управление «Атомэнергомонтаж» были укомплектованы высококвалифицированными специалистами, имевшими большой опыт сооружения и эксплуатации АЭС.

Главным инженером, а впоследствии руководителем ГСС был назначен Г.А. Шашарин, ранее работавший главным инженером Белоярской АЭС и ВНИИАЭС, руководителем монтажных работ, а затем начальником управления «Атомэнергомонтаж» – В. К. Нечаев, главный инженер Нововоронежского монтажного участка треста «Центрэнергомонтаж»; руководителем пусконаладочных работ – Ю.В. Малков – главный технолог Нововоронежской АЭС и руководитель пусконаладочных работ на АЭС «Норд» в ГДР.

Монтажом турбин и генераторов руководил С. Майоров, за плечами которого было почти 30 лет работы по монтажу энергетического оборудования, руководство монтажом атомного реактора («сердце» станции) осуществлял Н. Гусев, а пусконаладочными работами реакторной установки руководили Г.И. Бирюков и Д. Сафаров. Это были специалисты высокого класса. Такую же характеристику можно дать и руководителю электромонтажного наладочного участка Н. Левандовскому, а также многим другим советским специалистам, монтажникам и наладчикам, которые выполняли свою работу технически грамотно и качественно. Финская сторона дала высочайшую оценку работе наших специалистов.

На завершающем этапе монтажа, наладки и пуска АЭС руководство этими работами непосредственно на площадке строительства принял на себя начальник ВО «Союзглавзагранатомэнерго» В. П. Невский. Обладая большим опытом монтажных и пусконаладочных работ, а также незаурядными организаторскими способностями, он лично внес большой вклад в успешный пуск АЭС «Ловииза».

Для руководства пусконаладкой и вводом в эксплуатацию энергоблока 1 АЭС была создана советско-финская группа руководства пуском, куда вошли с советской стороны Ю.В. Маяков, В.А. Осташенко, В. В. Соболев, Б. К. Мальцев, Г. И. Бирюков, В. И. Смутнев, а с финской – П. Симола, Ю. Хелскэ, А. Палмгрен, П. Скютте.

Большой объем испытаний оборудования АЭС, проведенный во время пусконаладочных работ, подтвердил проектные показатели и с использованием резервов оборудования доказал возможность работы энергоблока на мощности выше 440 МВт (брутто).

Было создано также представительство ВО «Атомэнергоэкспорт», первым руководителем которого был молодой инженер, первоначально сотрудник объединения «Технопромэкспорт», а затем ВО «Атомэнергоэкспорт» О.Д. Давыдов. Он не только организовал работу представительства, но и заключил более 17 внешнеторговых контрактов по поставкам оборудования западными странами и финскими фирмами, а также установил деловые отношения с непосредственными представителями фирмы-заказчика. Его деятельность на посту руководителя представительства ВО «Атомэнергоэкспорт» заслуживает самых положительных оценок. Его преемниками на должности руководителя представительства были А.С.Гавриков, Ю.А.Новожилов и В.В. Козлов. Они продолжили начатую О. Д. Давыдовым работу. Руководил работой представительства и реализацией обязательств Атомэнергоэкспорта заместитель председателя объединения А.С. Постовалов.

Рассматривая самоотверженную работу ГСС и представительства Атомэнергоэкспорта, нельзя не отметить сложившиеся хорошие деловые отношения с фирмой ИВО. Бывший генеральный директор фирмы X. Лехтоннен очень тонко понимал все трудности сооружения АЭС. С одной стороны, он учитывал все нюансы строительства, а с другой, – настойчиво проводил политику требовательности к своему партнеру (Атомэнергоэкспорт) по выполнению контрактных обязательств. Это создавало хорошую атмосферу во взаимных отношениях. Продолжил эту линию и его преемник К. Нумминен, а также директор фирмы – один из руководителей строительства АЭС с финской стороны, а затем ответственный за эксплуатацию станции А. Палмгрен. Необходимо сказать добрые слова в адрес проектно-конструкторского бюро фирмы «Иматран-Войма», сотрудники которого выполняли ряд проектных и конструкторских работ и с пониманием относились к трудностям наших проектных и конструкторских организаций.

АЭС «Ловииза» (два блока по 440 МВт) строилась почти 10 лет – с 1970 по 1980 г. Это было плодотворное советско-финское сотрудничество по сооружению крупного и важного объекта для финской экономики. Важность его соответственно оценивали и советское правительство и руководство Финляндии. На торжественном пуске блока 1 АЭС 23 марта 1977 г. присутствовали Председатель Совета Министров Советского Союза А.Н. Косыгин и Президент Финляндии У. К. Кекконен. Они вместе пускали АЭС в промышленную эксплуатацию. Это было большое событие в истории международного сотрудничества СССР в мирном использовании атомной энергии.

Тогда много слов благодарности было высказано в адрес всех отличившихся при строительстве организаций и от имени фирмы ИВО была выражена благодарность всем тем советским организациям, которые содействовали успешному завершению строительства АЭС, в частности советским проектировщикам, исследовательским институтам, заводам, работавшим в Ловиизе монтажникам и пусконаладчикам за то, «что важная для фирмы ИВО и всей Финляндии» АЭС Ловииза введена в строй.

Вот выдержки из финских газет тех лет.

Статья «Когда компаньон знает и умеет»: «Ныне, когда четыре года самой тесной совместной работы позади, когда «Ловииза» – 1 на всех парах мчится по финишной прямой к заветному рубежу, как советская, так и финская сторона оглядываются назад, определяя, что им дал и дает и, вероятно, даст в будущем накопленный опыт сотрудничества. Советские специалисты считают эти годы весьма плодотворными. Учитывая высокие требования заказчика к документации и оборудованию и осуществленные конструкторские решения, они считают АЭС в Ловиизе серьезным этапом в развитии советской атомной энергетики. Советских специалистов, как рассказал Г.А. Шашарин, заинтересовал подход финской стороны к автоматизации и сведению до минимума эксплуатационного персонала. Они высоко оценивают работу финских строителей, их требовательность к качеству. Большое количество фирм, одновременно занятых на стройке, побуждает находить новые формы координации работ…»

«…A что думает об опыте сотрудничества финская сторона? На основе накопленного опыта я считал бы очень хорошим решением строительство в Финляндии следующих атомных станций в сотрудничестве с Советским Союзом, ответил доктор А. Палмгрен.


Конечно, ответственность советских специалистов на всех этапах строительства АЭС в Ловиизе велика. Требования и к оборудованию, и к монтажным работам высокие. О них говорит и такой факт, что за качеством следят около 350 финских и советских контролеров. Но, как показало успешное проведение в мае (1976 г.) испытаний по гидравлике, советские монтажники успешно справились с ответственной задачей. Этому в немалой степени способствовал подбор кадров. 75 процентов людей, участвующих в монтажных работах на «Ловииза-1», имели опыт сооружения аналогичных электростанций, причем костяк составляли монтажники с Нововоронежской и Белоярской станций. Все советские эксплуатационники, занятые в Ловиизе, трудились раньше на атомных станциях…»

«…Атомная электростанция в Ловиизе спроектирована и построена с учетом всех достижений в области безопасности.

По мнению советских и финских специалистов, ее системы полностью исключают попадание каких-либо загрязнений в окружающую среду. Если бы я не верил в полную безопасность станции, то не занимался бы ею» – сказал начальник по эксплуатации доктор А. Палмгрен.

Параллельно с работами на энергоблоке 1 АЭС «Ловииза» выполнялись строительно-монтажные работы на энергоблоке 2. Опыт, полученный при сооружении энергоблока 1, позволил, несмотря на ротацию персонала и руководства группы советских специалистов и управления «Атомэнергомонтаж», сократить продолжительность работ, устранить возникавшие на энергоблоке 1 организационные и технические сложности при выполнении работ и выполнить все работы с требуемым качеством. Большая заслуга в этом руководителей ГСС и Атомэнергомонтажа А.К. Нечаева (до 1980 г.) и С.А. Типикина, обеспечивших ввод в эксплуатацию энергоблока 2 АЭС «Ловииза» в январе 1981 г. и успешное проведение гарантийной эксплуатации обоих энергоблоков АЭС.

АЭС «Ловииза», построенная по советскому усовершенствованному проекту, является и в настоящее время одной из лучших в мире по своим эксплуатационным и технико-экономическим показателям и занимает ведущее место в мировой ядерной энергетике. Прошло почти 20 лет, а АЭС «Ловииза» устойчиво работает, снабжает электроэнергией Финляндию и, что самое главное, радиационный фон в районе АЭС практически такой же, как и при начале строительства.

Сооружение АЭС в Финляндии, как уже отмечалось, потребовало определенных усилий проектных и конструкторских организаций, нашей промышленности, участвовавшей в поставках оборудования, но и одновременно внесло необходимый вклад в развитие отечественной атомной энергетики. Многие реализованные на АЭС «Ловииза» решения по усовершенствованию систем безопасности, конструкторским решениям строительства, применение прогрессивных норм контроля качества металла основного оборудования нашли практическое применение при сооружении АЭС в нашей стране и за рубежом.

2.8. Разработка проектов АЭС

 Сделать закладку на этом месте книги

При строительстве первой АЭС в Советском Союзе в г. Обнинске организации Министерства среднего машиностроения, имевшие опыт проектирования промышленных ядерных установок, были назначены ответственными за ядерную паропроизводительную установку и другие радиоактивные контуры. Проект турбинного отделения и электрической части электростанции был поручен наиболее квалифицированной проектной организации Минэнерго СССР – Теплоэлектропроекту.

До этого Теплоэлектропроект выполнял функции генерального проектировщика только по тепловым электростанциям, строящимся в Советском Союзе и при его содействии за рубежом. Его коллектив обладал уникальным опытом, полученным при сооружении электростанций, начиная с плана ГОЭЛРО, при демонтаже и восстановлении электростанций во время Великой Отечественной войны и при последующем развитии экономики страны.

Центральный институт и его филиалы по всему СССР как генпроектировщики электростанций собственными силами выполняли примерно 50 % изыскательских и проектных работ по электростанциям; остальные работы из-за большой сложности часто возникающих проблем при проектировании и ответственности в части безопасности АЭС выполнялись субподрядчиками. В основном это были узкопрофильные проектные, научно-исследовательские и конструкторские организации. Например, обоснование проектов сложных гидротехнических сооружений выполнялось, как правило, ВНИИГ им. Веденеева; проекты подключения к энергосетям – Энергосетьпроектом. Эти организации привлекались даже там, где Теплоэлектропроект самостоятельно мог решать возникающие проблемы.

Теплоэлектропроект сам выполнял работы по геофизике и сейсмологии, но, учитывая важность проблемы, всегда получал от Института физики земли необходимые консультации.

Опыт создания первой АЭС в мире и параллельно выполнявшиеся работы над другими более мощными энергоблоками показали, что АЭС должна проектироваться как единое целое. В результате генеральным проектировщиком последующих энергоблоков был назначен институт «Теплоэлектропроект», в последующем переименованный во Всесоюзный государственный научно-исследовательский и проектно-изыскательский институт «Атомтеплоэлектропроект» (АТЭП) Министерства энергетики и электрификации СССР.

В 1955 г. Институту было поручено выполнение проектов первых крупных промышленных АЭС в СССР и за рубежом: с водо-водяными реакторами вблизи Воронежа (Нововоронежская) и с уран-графитовыми реакторами в районе Свердловска (Белоярская). Работы по Нововоронежской АЭС выполняло Московское, а по Белоярской – Ленинградское отделение института. С учетом этой направленности отделений проектирование АЭС «Райнсберг» было поручено Московскому отделению (МоТЭП), а А-1 «Богунице» – Ленинградскому (ЛоТЭП) отделению. Опыт создания и эксплуатации реакторных установок, используемых в СССР в целях обороны и для ледокола «Ленин», там, где это было необходимо, учитывался путем привлечения для консультаций или решения отдельных проблем организаций, проектировавших названные установки.

Как были организованы работы, можно показать на примере АЭС «Райнсберг». Технический проект АЭС выполнялся коллективом, состоящим из специалистов института «Теплоэлектропроект» (СССР) и «Энергопроект» (ГДР). При этом специалисты ТЭП выполняли функции генерального проектировщика, а также проектные работы, связанные с оборудованием советской поставки и с ядерной частью, специалисты ГДР – по строительной части, площадке строительства, вспомогательным сооружениям и т. д. Технический проект рассматривался и утверждался в компетентных организациях Советского Союза, а затем у заказчика в ГДР. При выполнении рабочих чертежей объем работ немецких специалистов был существенно увеличен с учетом спецификации строительных и монтажных работ в условиях ГДР.

В соответствии с контрактами ВО «Атомэнергоэкспорт» до конца 70-х годов все проекты для зарубежных АЭС выполнялись Московским и Ленинградским отделениями института «Теплоэлектропроект», так как они имели наибольший опыт в атомной энергетике. Учитывая постоянно увеличивающуюся нагрузку указанных отделений, выполнявших проекты как для отечественных, так и зарубежных АЭС, к некоторым работам стали привлекать другие отделения института: Горьковское, Киевское, Уральское и Харьковское отделения, которые до этого специализировались на конкретных видах проектных работ, что повысило производительность труда и, главное, качество проектных решений. Таким образом, проект каждой АЭС всегда являлся результатом коллективного творчества нескольких отделений института, хотя генеральным проектировщиком оставалось одно из отделений института.

Центральный институт стал генеральным проектировщиком АЭС, планировавшихся к сооружению по межправительственным соглашениям в ГДР и НРБ, Ленинградское отделение – в ЧССР, Финляндии, на Кубе, в Румынии, Польше и Корее (КНДР), Киевское отделение – в Венгрии.

После аварии на Чернобыльской АЭС был сделан вывод о необходимости концентрации проектирования всех АЭС в отдельной проектной организации. В соответствии с предложением Государственного комитета СССР по науке и технике Совета Министров СССР в 1986 г. Минатомэнерго СССР создал научно-исследовательский, проектно-конструкторский и изыскательский институт «Атомэнергопроект». Новый институт стал генеральным проектировщиком по всем АЭС, построенным и строящимся в СССР и с его участием за рубежом. Коллектив института был укомплектован специалистами, работавшими в области атомной энергетики в различных организациях Минэнерго, Минсредмаша и Минатомэнерго СССР.

В новый институт были переданы Ленинградское, Горьковское, Харьковское и Киевское отделения, Армянский отдел и специалисты центрального института, работавшие в области атомной энергетики. Из Гидропроекта переданы специалисты Московского и Ленинградского подразделений, работавшие в области атомной энергетики, отделы в г. Балаково и Волгограде. Из ВТИ в институт «Атомэнергопроект» перешла группа научных работников.

2.9. Развитие проектов АЭС

 Сделать закладку на этом месте книги

В проектах АЭС, сооружаемых за рубежом, всегда использовались основное оборудование и проектные решения, существенно влияющие на безопасность, уже проверенные на отечественных АЭС. Поэтому первые проекты АЭС «Норд» (в ГДР) и «Козлодуй» (в НРБ) имели много общего. Однако учет конкретных условий размещения, использование вспомогательного оборудования страны заказчика или третьих стран, а также все возрастающий объем работ, выполнявшихся организациями заказчика для своих АЭС, привели к тому, что для каждой АЭС проект становился индивидуальным, кроме реакторной установки.

Институтами «Теплоэлектропроект» («Атомтеплоэлектропроект») и «Атомэнергопроект» и его отделениями до 1990 г. были выполнены и приняты заказчиками к реализации проекты 38 энергоблоков АЭС мощностью по 440 и 1000 МВт для ГДР, НРБ, ЧССР, ВНР, Финляндии, Кубы. Кроме того, выполнялись проектно-изыскательские работы по планируемым АЭС для Кореи, Бангладеш, Сирии, Ливии, Ирака, СФРЮ, которые по разным причинам и главным образом в связи с политическими изменениями в мире в конце


убрать рекламу


80-х – начале 90-х годов были прекращены на разных стадиях проектирования.

Проектирование первого в СССР опытно-промышленного атомного энергоблока мощностью 210 МВт для Нововоронежской АЭС началось в 1965 г. Эту дату можно считать началом проектирования в СССР промышленных АЭС с водоводяными энергетическими реакторами (ВВЭР). С этого времени Нововоронежская АЭС становится экспериментальной площадкой, действующей лабораторией для проектирования, строительства, эксплуатации новых АЭС и решения проблем консервации и снятия с эксплуатации отработавших энергоблоков АЭС с ВВЭР различной мощности.

Атомная энергетика находилась в это время на начальном этапе. Не было ни отечественного, ни зарубежного опыта, не было специальной нормативной базы, соответствующей стоящим задачам. Поэтому технические и архитектурно-компоновочные решения блоков 1 и 2 Нововоронежской АЭС разрабатывались на базе опыта и нормативов, имевшихся в то время для тепловых электростанций и промышленных объектов ядерной отрасли.

Во время пуска блока 1 и строительства блока 2 Нововоронежской АЭС по решению правительства начались разработки проектной документации для строительства энергоблоков 3 и 4 с реакторными установками ВВЭР-440. Проекты этих блоков должны были стать серийными как для строительства на других площадках Советского Союза, так и за его пределами (НРБ, ЧССР и ГДР). Архитектурно-художественное «лицо» АЭС определялось в то время требованиями технологического процесса, применением сборных строительных конструкций и сроками строительства. По мере получения опыта строительства и эксплуатации АЭС архитектура и компоновка стали определяться технологией и требованиями безопасности АЭС, что нашло отражение в проекте АЭС с ВВЭР-440 (В-213).

Особо следует отметить проекты, выполненные:

• для АЭС «Ловииза» в Финляндии («ледовый» конденсатор – контаймент, сочетание советской и западной технологий, в том числе по системам управления и контроля);

• АЭС «Пакш» в ВНР (первый серийный проект АЭС с ВВЭР-440 типа В-213 с барботером-конденсатором и оборудованием АЭС, поставленным из разных стран-членов СЭВ в соответствии с Соглашением о кооперации и специализации оборудования от 1979 г.);

• АЭС «Хурагуа» на Кубе (с железобетонным контайментом, учетом влажного тропического климата, частоты электросети 60 Гц, воздействия урагана, цунами, сейсмичностью площадки выше 8 баллов), а также специфические проекты, которые разрабатывались, но не были завершены для АЭС в Ливии, Сирии, Ираке и ряде других стран.

В 1970 г. начались проектные работы по первому энергоблоку ВВЭР-1000 (энергоблок 5 на НВАЭС). Было определено, что по выполняемому проекту должно быть построено несколько энергоблоков («малая серия»), а с учетом опыта их эксплуатации планировалось создать энергоблок для широкого серийного строительства, в том числе за рубежом.

Энергоблок АЭС с ВВЭР-1000 («малая серия») уже не похож на своих предшественников. При его проектировании было принято много новых технических решений, направленных на повышение безопасности АЭС. Одним из основных решений была защитная оболочка реакторного отделения, предназначенная для локализации радиоактивных продуктов деления при аварии с потерей теплоносителя первого контура.

Переход к строительству энергоблоков ВВЭР-1000 потребовал организации крупномасштабных научно-исследовательских работ по созданию принципиально новых конструктивно-технологических решений основных зданий и сооружений комплекса АЭС. Такие исследования были развернуты ведущими проектно-исследовательскими институтами Минэнерго СССР: Оргэнергостроем, Гидропроектом, ВНИИГ. В первую очередь разрабатывались решения наиболее ответственных и специфичных объектов АЭС – реакторного отделения и спецкорпуса.

При разработке конструкции защитной оболочки учитывалась необходимость перехода к серийному возведению таких оболочек индустриальными методами строительства. Сооружение таких оболочек на АЭС качественно улучшило и придало дополнительную пластику в решении архитектурного облика АЭС. Увеличение единичной мощности и применение улучшенных, оригинальных компоновочных и технических решений в проекте АЭС с ВВЭР-1000 по сравнению с блоками АЭС с ВВЭР-440 позволили обеспечить (в удельном исчислении): уменьшение объемов зданий производственного назначения на 30 %; снижение трудозатрат на возведение основных сооружений на 10–13 %; сокращение расходов нержавеющей стали при изготовлении строительных конструкций на 30 %, а также бетона и железобетона на 8 %.

Для головных энергоблоков с реакторами ВВЭР-1000 институтом «Оргэнергострой» была разработана защитная оболочка реакторного отделения с геликоидальным расположением напрягаемых арматурных канатов, на которую выдано авторское свидетельство об изобретении. Расчетное усилие предварительного напряжения каждого арматурного элемента составляет 10 тыс. кН. Эта оболочка была использована и для унифицированных энергоблоков с реакторами ВВЭР-1000, примененных в проектах энергоблоков 5 и 6 АЭС «Козлодуй» (НРБ) и АЭС «Темелин» (ЧССР).

Для обоснования расчетной базы были проведены крупномасштабные исследования по определению коэффициентов трения арматурных элементов разных типов в условиях, предельно приближенных к натурным, при различных типах канало-образователей и разных смазках. По их результатам впервые в международной практике строительства АЭС были приняты полиэтиленовые каналообразователи, что позволило не только заменить дорогостоящие стальные трубы, но и существенно упростить производство строительных работ.

Была разработана оригинальная конструкция арматурных элементов непрерывной навивки из 450 параллельных высокопрочных проволок, созданы новые конструкции мощных анкерных устройств, разработаны и поставлены на производство гидравлические четырехцилиндровые домкраты, развивающее усилие 10 тыс. кН. Созданы специальные технологические линии для централизованного изготовления арматурных элементов.

Указанные разработки успешно применены на АЭС «Козлодуй» и «Темелин», где арматурные элементы были изготовлены соответственно болгарскими и чешскими организациями. В Чехии было организовано (по проекту института «Оргэнергострой») собственное производство высокопрочных коушей и анкерных устройств.

Совместно с Академией строительства ГДР были проведены многочисленные исследования по созданию так называемых «стальных ячеек» для сложных высоконагруженных конструкций герметичной зоны. Результаты этих исследований были реализованы в проектных решениях как отечественных АЭС, так и для АЭС «Козлодуй», «Стендаль» и «Темелин». Большой вклад в разработку технологии «стальных ячеек» внес Комбинат легких конструкций (ГДР).

Особенности работы спецкорпусов АЭС, связанные с наличием системы боксов и коридоров, обусловили весьма большие объемы работ по возведению стеновых конструкций. Аналогичные проблемы возникали применительно к обстройке аппаратного отделения. Для снижения стоимости и трудоемкости арматурных и опалубочных работ при возведении этих стен институты «Оргэнергострой» и «Атомэнергопроект» предложили заменить монолитный железобетон на сборно-монолитные конструкции. Плоские армированные плиты заводского изготовления объединялись стальными фермами в объемные блоки. В зону стыка смежных блоков устанавливали объемные армокаркасы, после чего внутреннее пространство блоков заполняли монолитным бетоном. Такая технология позволила резко увеличить темпы возведения сооружений, повысить качество поверхности стен, радикально сократив объем отделочных работ.

Для обоснования расчетной схемы работоспособности конструкций из железобетонных ячеек были проведены исследования на моделях, фрагментах и натурных образцах железобетонных ячеек. Исследования подтвердили совместную работу сборной и монолитной частей конструкции. Сейсмостойкость зданий из ячеек изучалась на трехэтажном фрагменте спецкорпуса, изготовленном из натурных конструкций.

Технология изготовления и конструкции металлических связей объемных железобетонных ячеек совершенствовались на объектах строительства зарубежных АЭС с учетом разработок стран-партнеров. Ряд научных и проектно-исследовательских работ проводились странами СЭВ в рамках межгосударственной комплексной программы научно-технического прогресса. В числе таких работ можно отметить создание особо тяжелых бетонов для радиационной защиты с отказом от традиционного использования для этой цели чугунной дроби. Эта разработка была реализована на всех АЭС в СССР и странах СЭВ.

При строительстве зарубежных АЭС советские специалисты в содружестве с работниками национальных институтов изучали возможности наиболее эффективного использования местных строительных материалов и возможностей местных предприятий строительной индустрии. Полученный в этой области опыт нередко использовался в отечественной практике.

Отдельно следует отметить проблемы совершенствования общей организации строительства АЭС. Так, специалисты стран СЭВ приняли идеологию поточного строительства, разработанную в СССР и впервые реализованную для энергоблоков АЭС на строительстве Запорожской АЭС.

Опыт работ по проектированию и строительству объектов малой серии позволил перейти к проектированию и строительству серийных АЭС с ВВЭР-1000. Дальнейшее совершенствование объемно-планировочных решений АЭС с ВВЭР-1000 продолжилось созданием серии унифицированных моноблоков путем максимальной блокировки технологических и электротехнических систем с учетом оптимальных технологических связей, а также уменьшения габаритных размеров оборудования и широкого применения укрупненных индустриальных строительных изделий заводской готовности. В основу планировочного решения генерального плана серийных АЭС типа ВВЭР-1000 был положен принцип моноблока. Главные корпуса отдельно стоящих энергоблоков, состоящих из здания реакторного отделения и примыкающего к нему машинного отделения с пристройкой электротехнических устройств, расположены параллельно друг другу на расстоянии, соответствующем требованиям противопожарной безопасности, организации поточного строительства и монтажа, разводке транспортных и инженерных коммуникаций, а также с учетом планировки и архитектурного решения всего комплекса АЭС.

Территориальное разделение блоков создает реальные возможности более четкого выделения пускового комплекса, а также параллельного, независимого ведения работ на нескольких энергоблоках одновременно, что способствует сокращению сроков ввода мощностей и улучшает условия модернизации блоков. Отдельно стоящие блоки связаны один с другим и со спецкорпусом коммуникационными эстакадами и пешеходными переходами. По этому новому проекту построено 15 энергоблоков.

Однако и здесь не были исчерпаны все возможности совершенствования. Была поставлена цель дальнейшего увеличения безопасности с уменьшением затрат на новом поколении АЭС, которые реализованы в настоящее время на АЭС в Китае, Индии, Иране и предлагаются на тендерной основе другим потенциальным зарубежным заказчикам (АЭС-91 и АЭС-92, АЭС 2006).

2.10. Особенности монтажа реакторов ВВЭР-440 и ВВЭР-1000 за рубежом

 Сделать закладку на этом месте книги

При сооружении АЭС за рубежом в составе всех групп советских специалистов на площадке сооружаемой АЭС была группа специалистов главного конструктора по реактору и парогенераторам и специалисты заводов-изготовителей основного оборудования. Задачей этой группы специалистов являлось осуществление на первых энергоблоках АЭС технического руководства всеми работами по реактору и парогенераторам на всех этапах испытаний, участие в ревизиях оборудования и в устранении обнаруженных дефектов, а на последующих энергоблоках – инженерно-консультационные услуги.

Номенклатура и объем работ по реактору ВВЭР-440 (В-230) во время его монтажа, сборки и при проведении пусконаладочных работ определялись специальной документацией, разработанной на основании опыта пуска первых четырех энергоблоков на Нововоронежской АЭС и опытного реактора АЭС «Райнсберг» в ГДР. Как правило, работы по сборке реактора на первых зарубежных АЭС с реактором ВВЭР-440 проводились силами заказчика в целях обучения и приобретения его специалистами опыта под техническим руководством советских специалистов. На последующих блоках эти работы проводились уже на условиях шефмонтажа.

Значительно большее внимание, чем на отечественных АЭС, уделялось входному контролю качества оборудования перед его монтажом и в процессе ревизий после проведения отдельных этапов пусконаладочных работ. Это касалось как увеличения объема и номенклатуры контроля, так и средств его проведения. Для проведения контроля заказчиками привлекались, кроме станционных лабораторий по контролю металлов, свои специализированные организации, оснащенные современными средствами контроля.

Головным блоком реакторов серии В-230 был энергоблок 1 Кольской АЭС, по результатам пуска которого должны были быть разработаны рекомендации для остальных энергоблоков этой серии. Однако в силу разных причин работы на энергоблоке 1 Кольской АЭС проводились лишь с небольшим опережением работ на энергоблоке 1 АЭС «Норд» в ГДР, в связи с чем опыт, полученный на энергоблоке 1 Кольской АЭС, не мог быть в полной мере учтен при работах на АЭС «Норд».

Кроме того, опыт эксплуатации в СССР первых реакторов показал, что некоторые проблемы выявляются только после определенного ресурса работы оборудования. Среди них наиболее важны для работоспособности реакторного контура явления гидродинамики, термоциклические пульсации теплоносителя и вибрации, которые оказывают влияние на прочность конструкций. Для обнаружения таких сложных явлений требуется проведение специальных экспериментов на крупномасштабных моделях с воспроизведением натурных условий работы оборудования.

Первые признаки повышенной вибрации в каналах АРК появились уже при горячей обкатке энергоблока 1 Кольской АЭС, а во время ревизии были обнаружены дефекты на кассетах АРК и сопрягаемых с ними элементах. По результатам анализа дефектов на всех других энергоблоках были уменьшены расходы теплоносителя через каналы АРК, что позволило устранить явление вибрации и износа кассет АРК. Для последующих блоков этой серии (блоки 3 и 4 АЭС «Норд», блоки 3 и 4 АЭС «Козлодуй», блоки 1 и 2 АЭС «Богунице») были внесены соответствующие изменения уже в конструкцию АРК.

В связи с землетрясением в Румынии в 1977 г., когда АЭС «Козлодуй» выдержала землетрясение около 6 баллов (хотя и не была рассчитана на такой уровень), на АЭС «Козлодуй» в 1979–1980 гг. проводилось дополнительное раскрепление оборудования реакторной установки для обеспечения сейсмостойкости. Проект раскрепления был разработан с учетом возможности его применения на вновь строящихся блоках 3 и 4 и на действующих блоках 1 и 2 и реализован под техническим руководством представителя главного конструктора.

Для АЭС «Ловииза» в Финляндии была разработана новая реакторная установка В-213, которая не имела аналогов в СССР и соответствовала требованиям западных норм и правил. Ряд проблем при этом оказались новыми как для проектных организаций, так и промышленности в целом. Для обеспечения безопасности при разрыве главного циркуляционного трубопровода, кроме создания необходимых технологических систем безопасности, были введены существенные изменения в конструкцию собственно реактора, а оборудование шахтного объема реактора было разработано заново. Была создана новая конструкция привода СУЗ, усовершенствована система внутриреакторных измерений, предусмотрена система контроля корпуса реактора при эксплуатации, принципиально изменена опорная конструкция реактора с заменой кольцевого бака на сухую защиту и т. д. Соответственно были увеличены объем и номенклатура работ, выполняемых при монтаже и пусконаладочных работах.

В процессе проведения пусконаладочных работ на энергоблоке 1 АЭС «Ловииза» реактор неоднократно собирался и разбирался, и было продемонстрировано, что изменения, введенные в конструкцию отдельных элементов реактора В-213, не влияют на качество сборки-разборки реактора. В результате этих работ были полностью выполнены требования проекта по основным данным, характеризующим качество сборки (соосности, горизонтальности и т. д.).

На АЭС «Ловииза» были впервые реализованы конструктивные решения, которые создали дополнительные удобства для персонала эксплуатации и сократили время, требуемое для обслуживания реактора при эксплуатации. К ним относятся:

• система центровки верхнего блока;

• подреакторное помещение с организацией нижней биологической защиты;

• новая конструкция теплоизоляции зоны патрубков;

• площадка обслуживания верхнего блока с подъемными кронштейнами для крепления шлейфов электрооборудования.

Независимо от ранее принятых и согласованных решений финская сторона в ходе пусконаладочных работ по требованию финских надзорных органов постоянно проводила уточнения требований и объемов испытаний в зависимости от накопленных знаний и изменений, происходящих в мировой практике.

На основании результатов большого объема работ, выполненных группой главного конструктора реактора на двух энергоблоках АЭС «Ловииза» в Финляндии, был доработан проект реакторной установки В-213, который реализовали на АЭС «Пакш» в Венгрии, АЭС «Богунице» (блоки 3 и 4) и АЭС «Дукованы» и «Моховце» в ЧССР.

2.11. Вклад советской стороны в строительные и монтажные работы. Использование в СССР зарубежного опыта строительно-монтажных работ

 Сделать закладку на этом месте книги

Строительно-монтажные работы на АЭС с реакторными установками ВВЭР-440 и ВВЭР-1000, сооружаемыми за рубежом, осуществлялись на базе проектной документации, разработанной как проектными организациями СССР, так и проектными организациями зарубежного заказчика.

Разделение проектных работ предусматривало, что разработка проектной документации для основных сооружений станции (главный корпус, спецкорпус, дизельгенраторная и турбинное отделение) для первых АЭС в силу своей специфики и назначения будут осуществляться проектными организациями СССР, в частности институтом «Теплоэлектропроект», а в последующем «Атомэнергопроект». По остальным объектам АЭС разработка проектной документации осуществлялась проектными организациями заказчика по заданиям и техническим требованиям, выданным генеральным проектировщиком от СССР.

В последующем по мере накопления знаний и опыта доля проектных работ, выполняемых организациями заказчика, увеличивалась, при этом функции авторского надзора осуществлялись советскими проектными организациями. При исполнении работ было обязательным выполнение требований, вытекающих из действующих нормативных документов СССР.

Важным моментом в использовании советских прогрессивных методов сооружения АЭС стало применение метода крупноблочного монтажа строительных конструкций и технологического оборудования АЭС, разработанного специализированными организациями Минэнерго СССР и принятого к реализации как в СССР, так и за рубежом на объектах нашего сотрудничества.

Применение этого метода потребовало оснащения стройплощадки строительными кранами соответствующей грузоподъемности, их оптимального расположения, чтобы обеспечить требуемый ритм строительно-монтажных работ. Выполнение на стройбазе укрупнения строительных конструкций или монтажных блоков оборудования с учетом грузоподъемности и расположения строительных кранов привело к значительному ускорению выполнения строительно-монтажных работ за счет параллельного ведения работ и к сокращению сроков сооружения и сдачи АЭС в эксплуатацию.

Этот метод, в частности, позволил сократить сроки сооружения энергоблоков 5–6 на АЭС «Козлодуй» в НРБ, блоков 1–4 АЭС «Дукованы» в Чехословакии, достичь определенных успехов в сокращении сроков сооружения АЭС «Пакш» в Венгрии и на других объектах сотрудничества; поточный метод сооружения энергоблоков АЭС, в соответствии с которым работы проводились по всем энергоблокам на площадке одновременно, но с технологическим сдвигом по времени и по одной и той же документации.

С использованием этого метода были сооружены энергоблоки 1 и 2 АЭС «Дукованы» и 5 и 6 АЭС «Козлодуй», а также начаты строительно-монтажные работы на АЭС «Моховце» и АЭС «Темелин» в Чехословакии, сооружение энергоблоков 5–8 АЭС «Норд» и двух энергоблоков АЭС «Стендаль» в ГДР; использование стальных ячеек для плоских строительных конструкций АЭС, в том числе для сооружения контаймента (защитной оболочки) на АЭС с ВВЭР-1000; использование бетононасосов для сооружения монолитных бетонных стен в главном корпусе энергоблоков АЭС вместо сборных конструкций.

В то же время в выполнении строительно-монтажных работ на зарубежных АЭС по сравнению с практикой, принятой в СССР, принимали участие узкоспециализированные фирмы и организации, выполнявшие конкретные виды строительных или монтажных работ, которые были оснащены специальной техникой и приспособлениями для быстрого и качественного проведения этих работ, например специальные фирмы по установке и демонтажу многократно используемых строительных лесов, сооружению градирен, выполнению земляных работ.

Передавая свой опыт строительно-монтажных работ, специалисты организаций СССР изучали также и опыт проведения этих работ на сооружаемых АЭС.

При строительно-монтажных работах, выполняемых зарубежным заказчиком, было отмечено широкое применение мелких специальных приспособлений, облегчающих и улучшающих условия труда работающих, которые следовало бы использовать и при строительно-монтажных работах в СССР. Особо следует отметить систему организации обеспечения и пооперационного контроля качества выполняемых работ при сооружении АЭС «Ловииза» в Финляндии, строго регламентирующую форму, виды, методы и проведение этого контроля.

В последующем все передовое и полезное нашло применение при проектировании и сооружении АЭС и других энергетических объектов в СССР и России.

2.12. Россия в Финляндии

 Сделать закладку на этом месте книги

В 2010 году Росатом РФ отметил 65 летие создания в нашей стране атомной отрасли. На празднование, были приглашены несколько десятков человек из тех стран, где наши специалисты участвовали в строительстве атомных электростанций, до сих пор успешно работающих. В том числе в Москву приехали 5 человек, бывших сотрудников финской фирмы Иматран Войма, руководившие строительством АЭС «Ловиза». Это было признанием того факта, что многолетнее сотрудничество с зарубежными странами внесло весомый вклад в развитие российской атомной энергетики.

Строительные работы на станции были начаты в июне 1971 года, в марте 1977 года был осуществлен пуск Ловиза-1. Второй энергоблок был сдан в эксплуатацию в январе 1981 года. Предстояло также обеспечить успешную гарантийную (до 1983 года) эксплуатацию электростанции.

2.12.1. Командировка в Финляндию

 Сделать закладку на этом месте книги

Мне посчастливилось быть участником этих событий. Я работал в Финляндии в представительстве Атомэнергоэкспорта с 1979 по 1983 год (с 1981 года руководителем представительства). Пришлось тесно сотрудничать с руководителем фирмы ИВО г-ном Нумминеном (руководитель проекта Ловиза-1) и его заместителями г-ном Нурмимяке (руководитель проекта Ловиза-2) и г-ном Палмгреном. Первые двое приехали на празднование 65 летия атомной энергетики России, а Памгрен, к сожалению, не смог.

Не могу не отметить хорошие деловые отношения с руководством фирмы ИВО. Несмотря на большое количество сложных проблем, возникавших в ходе строительства и гарантийной эксплуатации, нам всегда удавалось находить взаимоприемлемые решения. Особенно хотелось бы остановиться на взаимоотношениях с г-ном. Палмгреном. Имея глубокие технические знания в области атомной энергетики д-р Палмгрен был в то время человеком крайне эмоциональным и с подозрением относившимся к своим советским партнерам и Советскому Союзу в целом. Когда в январе 1980 года я приехал к нему знакомиться, он только что прочитал в газетах, что Советский Союз ввел войска в Афганистан.

Когда я появился на пороге его кабинета он, на повышенных тонах, сказал мне, что если завтра СССР вторгнется и в Финляндию, то он бросит работу, станет снайпером и будет уничтожать захватчиков.

До назначения на должность одного из директоров ИВО он руководил эксплуатацией первого блока. Он создал на станции «музей» дефектного российского оборудования, которое иногда выходило из строя в процессе эксплуатации или не проходило входной контроль перед процессом монтажа и обязательно приглашал в этот музей приезжавших на объект руководителей различных советских организаций.

Но, как говорят, время лечит. Процесс гарантийной эксплуатации энергоблоков протекал очень успешно. В одном из интервью финской прессе д-р Палмгрен говорил: «Я могу сказать, что сотрудничество с советскими специалистами было хорошим и приятным. Конечно, иногда не обходилось без разногласий и трудностей, но в результате атомная электростанция построена с учетом всех достижений в области безопасности. Если бы я не верил в полную безопасность станции, то не занимался бы ею. На основе накопленного опыта я считал бы очень хорошим решением строительство в Финляндии следующих атомных станций в сотрудничестве с СССР».

В подтверждение слов г-на Палмгрена следует сказать, что АЭС Ловииза, построенная по советскому усовершенствованному проекту, и в настоящее время является одной из лучших в мире по своим эксплуатационным и технико-экономическим показателям.

Сооружение АЭС в Финляндии, очень жесткие требования заказчика к оборудованию, связанные с безопасной работой АЭС, оказали очень серьезное влияние на повышение уровня профессионализма российских организаций.

Близилась дата окончания гарантийного периода, уезжали советские специалисты и жилой поселок, в котором они жили, пустел. Поселок был собственностью Атомэнергоэкспорта и располагался в лесу, вблизи площадки строительства и вряд ли был нужен кому то еще, кроме финского собственника атомной электростанции, который и так считал, что поселок, со временем, достанется ему задаром.

Но я получил указание продать его на местном рынке, а также, распродать все имущество, которое было в ходе строительства куплено за валюту на местном рынке. По действовавшему в то время в СССР законодательству контроль за ее расходованием был строжайшим и любое «списание имущества, в силу потери потребительских качеств» могло быть рассмотрено, как злоупотребление.

Я разместил массу объявлений о продаже и поселка и имущества, но если поселком пару раз поинтересовались, то сильно подержанное имущество никому не было нужно и задаром. В конце концов нашелся покупатель поселка и я поставил ему условие, что поселок продается в комлекте с имуществом, которое никакого отношения к поселку не имеет. В приложении к спецификации поселка были поименованы более 150 позиций, как то: гинекологическое кресло для медицинского кабинета, киноустановка для клуба, наборы посуды, подержанные автомобильные покрышки и т. п.

Так как с покупателем была согласована одна сумма за поселок в целом, ему было все равно, что дается в придачу.

Этот пример я привожу для того, чтобы показать, как наряду с серьезными проблемами, которые приходилось решать при сооружении электростанции, было много «совковых» бюрократических проблем, которые сегодня кажутся откровенно «глупыми».


По возвращении из загранкомандировки в январе 1984 года я был назначен начальником отдела, ответственным за Финляндию, затем заместителем председателя АЭЭ и несколько лет посвятил разработке советско-финского проекта АЭС ВВЭР-1000 для Финляндии, который, волею судеб, был реализован в Китае, на первых блоках Тяньваньской АЭС.

В зону моих компетенций входило также развитие новых направлений сотрудничества, в том числе и сирийское направление.

2.13. Командировка в Сирию

 Сделать закладку на этом месте книги

С первыми советско-сирийскими контактами в области атомной энергетики у меня связана следующая история. В должности заместителя председателя мне довелось неоднократно бывать в Сирии и вести переговоры о возможном сотрудничестве.

Переговоры показали, что научный потенциал сирийских специалистов в области атомной энергетики один из самых высоких в регионе Ближнего Востока (выше, например, потенциала иранских ученых и инженеров). По сравнению с такими странами, как Египет, Иран, Ливия, куда я также выезжал для переговоров, Сирия является наиболее близкой нам по духу, а сирийские специалисты наиболее подготовленными. Многие сирийские инженеры учились в СССР. Так, мой партнер по переговорам заместитель министра энергетики Сирии Софьян Аллау окончил Харьковский политехнический институт. Следует сказать, что ученые физики, которые трудились в Комиссии по атомной энергии Сирии, учились, в основном, во Франции.

Я уверен, что работать российским специалистам в Сирии в силу культурных и климатических особенностей было бы комфортнее, чем, например, в иранском Бу


убрать рекламу


шере. Веротерпимость, возведенная в ранг государственной политики, еще одна важная особенность Сирии, где около 10 % населения – христиане и много христианских храмов.

Для проведения переговоров о возможном сооружении атомной электростанции, я прилетел в Дамаск 8 мая 1985 г. К слову, в СССР в это время начиналась антиалкогольная кампания (7 мая 1985 г. были приняты Постановление ЦК КПСС «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма» и Постановление Совета министров СССР № 410 «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения»).

Приехав в наше посольство, чтобы доложить послу о целях командировки, я увидел странную картину. На хозяйственном дворе посольства сотрудники били о камни многочисленные бутылки с водкой, виски, коньяком и вином. Бутылок было много, так как большие запасы были заранее приготовлены к торжественному приему в посольстве в честь празднования 9 мая – Дня Победы. Сирийские гости и многочисленные сотрудники посольств других стран любили ходить на приемы в советское посольство из – за возможности хорошо выпить и закусить. Мне объяснили, что во все дипломатические представительства за рубежом пришла команда из Москвы срочно, по акту, уничтожить все спиртное, за исключением пива.

Вечером 8 мая меня пригласил на переговоры и последующий ужин Председатель комиссии по атомной энергии. В ходе этой встречи мы подписали протокол о намерениях организовать сотрудничество в научных исследованиях. В ходе ужина я отказался от приема алкоголя, сославшись на объявленную борьбу моей страны с этим злом. Обильный ужин, непривычная пища и отсутствие дезинфицирующих напитков сыграли свою роль. Я сильно отравился.

Всю ночь и утром 9 мая на переговорах в министерстве энергетики я чувствовал себя очень плохо. По их окончании заместитель министра энергетики господин Аллау предложил отметить бутылкой виски праздник – День Победы над Германией. Я, учитывая, что все традиционные лекарства от моего недуга были испробованы и результата не дали, сомневался недолго, решив совместить празднование с лечением. Вечером на приеме в Посольстве СССР по случаю Дня Победы я уже чувствовал себя значительно лучше. Таким образом, заместитель министра энергетики Сирии, сам того не подозревая, вылечил меня, а иностранные гости на приеме в посольстве пили пиво и кока-колу и были крайне недовольны.

В результате наших переговоров между ВО «Атомэнергоэкспорт» и Министерством энергетики Сирии был подписан контракт на разработку технического проекта сооружения двухблочной АЭС мощностью по 440 МВт каждый блок. К сожалению, из-за разногласий по оценке возможной стоимости объекта и проблем с финансирование у обеих сторон, работы были остановлены в 1991 г.

После того, как два десятилетия по разным причинам было потеряно для развития атомной энергетики в Сирии, в начале нового столетия руководство страны вновь обратилось к потенциалу этого вида энергетики. На международной конференции по мирному атому в Париже в марте 2010 г. заместитель министра иностранных дел Сирии Фейсал Мекдад заявил, что атомная энергетика необходима стране как альтернативный источник электроэнергии в условиях демографического роста в Сирии. Отрадно, что в ходе визита президента РФ Д.А. Медведева в Дамаск в мае 2010 г. российская сторона опять обозначила свой интерес к сотрудничеству с Сирией в области мирного использования атома.

Геополитика разрушила и эти планы.

2.14. Командировка в Афганистан

 Сделать закладку на этом месте книги

В 1987 году Я был назначен заместителем начальника Главного управления кадров ГКЭС. Я отвечал за подбор, командирование, обеспечение достойных условий работы и проживания 15 000 советских специалистов, работающих по контрактам на объектах за рубежом. Это была непростая задача. Понимание «достойных условий» у разных специалистов и у «принимающей стороны» было разным и разнообразным. Было много конфликтов и, в процессе разбирательств, удалось познать многообразие подходов к «мироощущению» разными категориями людей.

Пять тысяч специалистов работали в Афганистане на многочисленных объектах сотрудничества, несмотря на то что шла война. До сих пор Афганистан с благодарностью вспоминает тот вклад, который эти специалисты внесли в развитие страны. Даже в ходе боевых действий антиправительственные силы не атаковали группы специалистов, позволяя им делать свое дело.

Так, например, к специалистам, сооружавшим линию электропередач, обратились «душманы»[4] с просьбой протянуть за соседнюю сопку, в кишлак, который занимали антиправительственные силы, электрический кабель длиной около километра, так как их командир любит смотреть видеофильмы. В благодарность обещали покровительство и защиту.

Приведу еще пример. Во время моей командировки мне позвонил руководитель группы преподавателей сельскохозяйственного техникума и просил приехать на объект в связи с произошедшим инцидентом. Был полдень. Руководитель, статный мужчина лет 40, попивая кофе, спокойно и обыденно рассказал следующее: «Наши преподаватели (а их в группе было 40 человек) привыкли по утрам купаться в бассейне. Так и сегодня несколько человек пошли плавать. Вдруг из окон корпуса общежития, где обычно проживали афганские студенты, выглянули бородатые люди в чалмах и стали стрелять из автоматов вдоль бассейна, явно давая понять, что купаться не стоит. Русские солдаты, постоянно охранявшие техникум, в ответ открыли стрельбу в воздух».

Купание пришлось отменить. Руководитель группы настоятельно просил меня принять меры к недопущению, в будущем такого рода инцидентов. В ходе моей беседы с одним из руководителей местного МВД, мне объяснили, что это стреляли не враги, а отдыхавшие прошедшей ночью в общежитии после боевой операции, бойцы правительственного спецназа. Но такая идиллия наблюдалась только в районах, где работали специалисты. В районах боевых действий шла беспощадная, кровавая война.


Пришел 1988 год. Было принято решение о выводе советских войск. Одновременно, решением ЦК КПС, было определено: «Провести переговоры с афганской стороной о значительном сокращении количества советских специалистов, «с 5000 человек до 500 человек» и, при этом, не насести вреда объектам сотрудничества.

Я был назначен руководителем делегации ГКЭС по проведению этих переговоров на уровне заместителя министра. Моим партнером с афганской стороны был Вице премьер – Председатель Госплана Афганистана.

Сотрудничество с Афганистаном, в то время, было многосторонним. В Афганистане, по рекомендации СССР, было создано 25 министерств и при каждом министерстве работали российские советники и группы советских специалистов. Предстояла непростая работа по радикальному сокращению их количества.


Мы, с моим партнером – вице премьером создали своеобразный сеанс одновременной игры. 25 министерств, 25 групп специалистов, 25 столов, где обсуждались количества сокращаемых. За столами сидели афганские министры, которые не хотели сокращения, руководители групп специалистов, которые не хотели уезжать, так как зарабатывали хорошие деньги, а талибы их не трогали. Было, также, всего 10 представителей советских министерств, направлявших специалистов. Больше желающих лететь в Афганистан не нашлось, а этим было все равно. Они были созерцателями.

Саботаж был полный. Никто не хотел уезжать (умирать тоже, но надеялись, что до этого не дойдет). В результате я предложил вице – премьеру: Муатабар (так его звали), давай оставим на каждом объекте 10–20 человек. Они смогут сохранить сотрудничество, не дадут ему прекратиться. Если же оставим 5000 человек и, не дай Бог, кого-нибудь убьют, то уедут сразу все. Он согласился, мы составили и подписали документ, оставив 500 специалистов. При этом он мне сказал: «Виктор, мы, в Афганистане много столетий живем отдельно – центральная власть в Кабуле и племена за пределами Кабула, которые нам не подчиняются. Постоянно воюем, но так и живем».

Задача была выполнена, но события развивались стремительно и скоро Афганистан покинули и армия, и специалисты.

А Афганистан так и живет.

В 1990 году я был награжден медалью Афганистана «10 лет апрельской революции» за подписью Президента Наджибуллы. Через год захватившие власть группировки, предварительно содрав с его тела кожу, повесили его вниз головой на центральной площади Кабула.

2.15. Командировка в США

 Сделать закладку на этом месте книги

В начале 90-х началось потепление отношений с США. Весной 1990 года в Министерство внешних экономических связей СССР, в котором я работал после объединения в 1998 году Министерства внешней торговли и Госкомитета по внешним экономическим связям, из США пришло предложение направить на учебу за счет американской стороны в «CARNEGIEMELLONUNIVERSITY» в городе Питсбург, на двухмесячные курсы по повышению квалификации руководящих работников корпораций, одного из соискателей на возможное назначение на роль первого лица в организации. Руководство министерства, так как планировало назначить меня руководителем Атомэнергоэкспорта, остановилось на моей кандидатуре.

Таким образом я, протиснувшись в щелку приоткрывшегося «железного занавеса», оказался в Америке.

В нашей учебной группе было 30 человек. Два индийца, два японца, один голландец, одна англичанка, девятнадцать американцев, три американки и один человек из «империи зла», как назвал СССР президент США Рейган. Среди них были вице-президенты таких корпораций, как Боинг, Дженерал Моторс, Бритиш Айрвэйз и других компаний, рангом поскромнее. Я там был представлен, как вице-президент Атомэнергоэкспорта.

График учебы был напряженный – 6 дней в неделю по 6 часов занятий в день. К каждому дню занятий нужно было прочитать по 5–6 темам около 60 страниц рекомендованного текста, естественно на английском языке. На нем же шли занятия и дискуссии. Темы занятий были посвящены экономике, менеджменту, маркетингу, логистике, эффективным комунникациям…

Я осознал, что готовиться каждый день по всем темам мне не под силу. Выбирая по 2 темы, я внимательно читал 12–15 страниц рекомендованных текстов и, на следующий день, старался активно участвовать в дискуссиях.

Практика показала, что таких энтузиастов как я было немного. Индийцы и японцы не участвовали в дискуссиях никогда, половина американцев редко.

Неожиданно я очутился среди передовиков. Так как я варьировал подготовленные темы, казалось, что я готов к дискуссиям по всем темам курса.

Первую неделю американцы ко мне присматривались. Потом выяснилось, что им было интересно оценить человека из-за «железного занавеса».

Мы все жили в одной гостинице, в двадцати минутах ходьбы от университета.

Через неделю у меня появилась компания из 6–7 американцев, с которыми мы каждый вечер, сидя в баре, обменивались мнениями по широкому кругу вопросов. Их очень интересовало, как реально живут люди в СССР, а меня-какова жизнь в США, так как за годы холодной войны дезинформация с обеих сторон была чудовищно гипертрофирована и мы, в ходе обмена мнениями, узнавали много нового и необычного о реальной ситуации в России и США.

Я был заявлен принимающей стороне, как заместитель председателя Атомэнергоэкспорта. В Питсбурге размещалась штаб-квартира «Westinghouse corporation», ведущей американской компании в области атомной энергетики. Я, через имевшиеся связи, просил устроить встречу с одним из вице президентов. Мне ответили, что атомная энергетика России «загибается» и Вестингхаус не видит предмета для встречи и переговоров. Последующие события показали – как эти ребята ошиблись.


По возвращении из США в августе 1990 года я был назначен председателем В/О Атомэнергоэкспорт.

Глава 3. Борьба за сохранение российского потенциала в области атомной энергетики

 Сделать закладку на этом месте книги

3.1. Кризис атомной энергетики России

 Сделать закладку на этом месте книги

После аварий на АЭС «Три Майл-Айленд» (США) в 1979 г. и Чернобыльской АЭС (СССР) в 1986 г. в мировой атомной энергетике наступил своеобразный тайм-аут. В последующие 20 лет в странах Северной Америки и Западной Европы не было заложено ни одной новой АЭС, что было связано как с давлением общественного мнения, так и с тем, что значительно возросли страховые взносы, повлекшие за собой удорожание этого вида энергетики. В СССР было законсервировано или прекращено строительство и проектирование новых электростанций, таких как Башкирская, Волгодонская, Костромская, Крымская и Татарская АЭС. Было заморожено строительство десятков новых энергоблоков на действующих АЭС.

В этот период атомная энергетика была вынуждена выживать. В особенно трудном положении оказались предприятия атомного машиностроения (поскольку строительства новых АЭС почти не велось), а также организации, ориентированные на строительство АЭС за рубежом.

В начале 1990-х гг. практически все машиностроительные предприятия остались без заказов для атомной энергетики. Атомное энергетическое машиностроение в бывших странах СЭВ сначала оказалось под угрозой исчезновения, а в конечном итоге, большей частью было потеряно для технологической цепочки по производству оборудования и комплектующих для АЭС. Аналогичная картина наблюдалась в России и в образовавшихся на пространстве СССР новых независимых государствах.

Отсутствие заказов на оборудование для АЭС повлекло за собой сокращение в России производства на многих предприятиях, вынужденную переориентацию производственных мощностей отдельных из них на выпуск несвойственной им продукции, постепенное разрушение и утерю уникальных технологий, массовый уход с производства квалифицированных кадров.

В рамках советской плановой экономики финансирование работ по зарубежным АЭС осуществлялось через ВО «Атомэнергоэкспорт», являвшееся бюджетной организацией. Объединение получало на свои счета средства как на свое содержание, так и на все виды работ по зарубежным объектам. Однако решением правительства все внешнеэкономические организации (в том числе и «Атомэнергоэкспорт») с 1 января 1991 г. были переведены на полный хозрасчет. Одновременно было прекращено государственное финансирование работ по всем зарубежным объектам. Фактически, в это же время была отменена монополия внешней торговли.

Это означало, что ВО «Атомэнергоэкспорт», продолжая работу в системе Министерства внешних экономических связей РФ (МВЭС РФ), было необходимо менять профиль деятельности.

В дополнение к этому страны Восточной Европы, являвшиеся многолетними традиционными партнерами СССР в области атомной энергетики, оказались объектами ожесточенной борьбы западных компаний за передел атомно-энергетического рынка. На традиционно советский рынок началось «вторжение» компаний Вестингхаус (США), Симменс (Германия), Фраматом (Франция) и др. В первую очередь это проявилось на тех площадках, где еще продолжались работы по строительству энергетических реакторов находившихся в высокой степени готовности, или велись работы по модернизации ранее построенных блоков.

Так, на АЭС «Моховце» (Словакия), на энергоблоке № 1 проводились монтаж оборудования советско-чехословацкой системы автоматики (АСУ ТП) и пуско-наладочные работы. Эти работы были остановлены, оборудование демонтировано и заменено на оборудование АСУ ТП немецкой компании Симменс. Достройку АЭС «Моховце», спроектированной советскими специалистами, осуществлял франко-немецкий консорциум, состоявший из компаний Симменс и Фраматом, правда, с привлечением ограниченного числа российских специалистов.

Вместо советско-чехословацкой АСУ ТП на АЭС «Темелин» были применены технология и оборудование компании Вестингхаус. Также было принято решение о замене ядерного топлива российского производства на топливо этой компании, что потребовало переделки конфигурации активной зоны реактора и привело к значительным расходам и задержке ввода блока в эксплуатацию на 12 лет.

В последствии, по причине большого количества проблем с американским топливом, приводившим к внеплановым остановкам работы электростанции, чехи вернулись к использованию росийского топлива.

Для выполнения мероприятий по модернизации на АЭС «Пакш» (Венгрия) и АЭС «Богунице» (Словакия), построенных по советским проектам, была выбрана компания Симменс.

Таким образом, для России стагнация атомной энергетики и отсутствие контрактов на строительство новых АЭС оказались «отягощены» потерей заказов на традиционных объектах сотрудничества в странах Восточной Европы.

3.2. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих

 Сделать закладку на этом месте книги

В начале 1990-х гг. в российском обществе и в правительстве проходили дискуссии о необходимости «слезть с нефтяной иглы». Учитывая это, ВО «Атомэнергоэкспорт» активно начало обращаться в различные государственные инстанции, а также в правительство СССР, а затем и России, с предложениями по осуществлению ряда шагов, направленных на получение новых заказов на строительство АЭС за рубежом. Наши аргументы были простыми. Реализация такого рода заказов:

– обеспечивает существенное увеличение объемов производства в различных областях российской экономики; разрешает целый комплекс важных социальных и экономических проблем;

– обеспечивает занятость населения внутри страны (в реализации проекта АЭС за рубежом в качестве субпорядчиков в среднем участвуют около 300 предприятий и десятки тысяч работников);

– увеличивает наполняемость региональных бюджетов;

– повышает в мировом масштабе конкурентоспособность российского оборудования в частности и российских высоких технологий в целом.

При этом Атомэнергоэкспорт рассчитывал на выделение государством средств на проведение предконтрактных работ. Однако, встречи руководства АЭЭ с руководителями российских ведомств (МВЭС РФ, МИД РФ), не смогли убедить их в необходимости выделения средств. Их позиция, как правило, сводилась к двум пунктам:

– после Чернобыльской аварии доверие к российской атомной энергетике утеряно надолго, если не навсегда;

– денег у правительства нет и, в условиях рынка, «спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

Отдельно хочется отметить встречи с Петром Олеговичем Авеном, который в те дни был председателем Государственного комитета внешнеэкономических связей при МИД России, а затем – министром внешних экономических связей РФ. Он был предельно откровенен, говоря о состоянии (катастрофическом) госбюджета и невозможности финансировать амбициозные зарубежные проекты. Повторяя свою любимую фразу «Рынок есть рынок», он продолжал: «Если кому-нибудь понравятся ваша технология и ваши условия, то государство вас поддержит, но выделять деньги на предконтрактные работы возможности нет».

Справедливости ради следует сказать, что в 1998 г. именно Авен, занимая пост президента Альфа-Банка, способствовал принятию рискованного, как многие тогда считали, для банка решения о выделении ЗАО «Атомстройэкспорт» (правопреемник ВО «Атомэнергоэкспорт»), практически без обеспечения, кредитной линии на сумму более 100 млн долл. для реализации контракта на строительство АЭС в Китае. Ни один государственный банк тогда на это не решился

3.3. Выход на новые рынки

 Сделать закладку на этом месте книги

Осознав, что надеяться в сложившихся условиях приходится только на собственные силы, ВО «Атомэнергоэкспорт» развило активную непрофильную внешнеэкономическую деятельность. Используя установленные в течение предыдущих лет деловые контакты с зарубежными компаниями, а также знания и опыт сотрудников в области внешней торговли, Обществу удалось в короткие сроки найти новую нишу в международной торговле и осуществлять достаточно прибыльные экспортно-импортные операции по широкой гамме товаров.

Более подробно об этом периоде в главе 8.

Вера же в успешное развитие атомной энергетики после завершения кризиса позволила принять решение о направлении части прибыли, в отсутствие финансирования со стороны государства, на разработку необходимых проектных материалов, обеспечение переговорного процесса с потенциальными заказчиками, включая командирование специалистов за рубеж и прием специалистов заказчика в России.

В те годы практически только четыре страны – Индия, Иран, Китай и Пакистан – продолжали всерьез изучать возможность развития атомной энергетики. Именно с их представителями специалисты ВО «Атомэнергоэкспорт» совместно с ВПО «Зарубежатомэнергострой» и другими российскими организациями вели переговоры и определяли рамки возможного сотрудничества.

3.3.1 Пакистан

 Сделать закладку на этом месте книги

В 1992 г. российские организации получили приглашение посетить Пакистан для переговоров о возможном сотрудничестве в строительстве АЭС. Переговоры прошли успешно, и с пакистанской Комиссией по атомной энергии был подписан протокол, в котором были намечены мероприятия по взаимодействию в сооружении двух блоков АЭС по 440 МВт каждый. Причем Пакистан был готов платить за работы российской стороны наличными. Препятствием на пути нашего сотрудничества являлся тот факт, что, как известно, Пакистан, фактически обладая ядерным оружием, не был членом Договора о нераспространении ядерного оружия, что накладывало ограничения на сотрудничество с этим государством в ядерной сфере.

По возвращении в Москву о результатах переговоров было доложено в МИД РФ. У меня состоялась беседа с заместителем директора департамента по международному научному и техническому сотрудничеству МИД РФ С.И. Кисляком (позднее посол Российской Федерации в США), который выступил категорически против нашего сотрудничества с Пакистаном, сославшись на принцип всеобъемлющих гарантий, запрещающий странам-членам Группы ядерных поставщиков (в том числе России) сотрудничать с государством, не поставившим под гарантии МАГАТЭ всю свою ядерную деятельность, а также потенциально негативную реакцию США на российское сотрудничество с Пакистаном в области атомной энергетики. В личной беседе он сказа мне, что приходя на работу, в тот период, все сотрудники МИДа прежде всего «сверяют время с Вашингтоном».

Мы были вынуждены отказаться от дальнейших переговоров с Комиссией по атомной энергии Пакистана. Таким образом, Россия освободила место Китаю, который на тот момент не являлся членом ГЯП и, несмотря на недовольство Вашингтона, взялся за строительство в Пакистане АЭС, состоящей из четырех энергоблоков собственного проекта и успешно их соорудил.

3.3.2. Индия

 Сделать закладку на этом месте книги

Аналогичную позицию МИД РФ занимал в то время и по сотрудничеству с Индией, которая, также обладая ядерным арсеналом, находится вне Договора о нераспространении ядерного оружия. Потребовалось более 6 лет усилий Министерства по атомной энергии РФ и МВЭС РФ для того, чтобы в июне 1998 г. было подписано дополнение к Советско-индийскому межправительственному соглашению от 20 ноября 1988 г., которое позволило начать работы по сооружению АЭС «Куданкулам». Наличие советско-индийского соглашения, подписанного до принятия Группой ядерных поставщиков принципа всеобъемлющих гарантий (1992 г.), дало России возможность приступить к строительству в Куданкуламе двух энергоблоков на основе реакторов ВВЭР-1000.

3.3.3.Китай

 Сделать закладку на этом месте книги

Наиболее типичные для 1990-х гг. сложности пришлось пережить при выходе на китайский рынок. На декабрь 1992 г. планировался первый в истории официальный визит Президента Российской Федерации в Китайскую Народную Республику. Как правило, в ходе визита главы государства принято договариваться о неких стратегических направлениях сотрудничества. Товарооборот между Россией и Китаем в то время был мизерный, на порядок меньше, чем сейчас. Поэтому аппарат правительства запросил у всех ведомств предложения по возможным новым направлениям сотрудничества. Так как АЭЭ уже вело переговоры с китайскими организациями и имело определенные наработки, им было предложено подписать во время визита межправительственное соглашение о строительстве в Китае атомной электростанции (как оказалось впоследствии, ничего более масштабного подписать в ходе визита не удалось).

Проект такого соглашения был направлен в аппарат правительства, и было получено поручение продолжать работу с китайской стороной. В течение нескольких месяцев АЭЭ проводил переговоры по подготовке текста соглашения, сближая позиции сторон. Существовавшая инерция «наследников» Советского Союза (в лице аппарата правительства), заключавшаяся в том, что с позицией России партнеры должны практически безоговорочно соглашаться, затрудняла и без того непростые переговоры. Так как переговоры шли в Китае, приходилось часто летать по маршруту Москва-Пекин-Москва, доказывая чиновникам в Москве необходимость компромиссов. В результате буквально за неделю до визита соглашение было подготовлено и подписано в ходе пребывания Президента РФ Б.Н. Ельцина 17–19 декабря 1992 г. в Пекине. Подписание соглашения стало первым шагом на 15-летнем пути до сдачи АЭС в эксплуатацию.[5]

Китайской стороной для реализации был выбран проект АЭС, предлагавшийся ранее Россией для сооружения в Финляндии, в котором были учтены самые современные на тот момент требования безопасности. В конце 1994 г. российскими организациями была завершена разработка технико-экономического обоснования (ТЭО) сооружения АЭС в Китае. Китайская сторона сочла необходимым провести международную экспертизу материалов ТЭО силами специалистов МАГАТЭ. В марте 1995 г. группа, куда входили специалисты из США, Финляндии, Франции и Японии, дала положительное заключение.

В течение 1995 г. Россию посещали группы руководителей Госплана КНР, Министерства энергетики КНР, Китайской корпорации атомной промышленности и других ведомств, которые ознакомились с заводами-изготовителями оборудования АЭС, проектными и конструкторскими организациями, находившимися в эксплуатации АЭС с реакторами ВВЭР-1000. Организация всех этих мероприятий осуществлялась «Атомэнергоэкспортом» и «Зарубежатомэнергостроем» за счет этих организаций. Государство по-прежнему не несло никаких финансовых расходов.

К этому моменту «Атомэнергоэкспорт» прошел (в 1993–1994 гг.) процесс акционирования и стал Открытым акционерным обществом. Акциями владели более 200 физических и юридических лиц, при этом государство имело так называемую «золотую акцию», с помощью которой могло контролировать деятельность организации.

В целом, на китайцев произвел впечатление имевшийся в России научно-производственный потенциал в области атомной энергетики, однако не обошлось и без курьезов. Во время посещения одним из руководителей КНР в Санкт-Петербурге «Ижорских заводов» (дело было зимой), его поразила неочищенная от снега территория предприятия, плохо отапливаемые производственные цеха и тощие кошки, бегающие между неработающими станками.

Однако стратегия Китая в области развития атомной энергетики предусматривала диверсификацию подрядчиков на строительство АЭС, освоение технологий и в дальнейшем переход на проектирование, изготовление оборудования и строительство АЭС собственными силами. Поэтому, несмотря на имевшиеся негативные моменты и слабость российской экономики, Китай решил рискнуть и продолжить сотрудничество с Россией.

В декабре 1996 г. в ходе визита в Москву премьера Государственного совета КНР был подписан протокол о принципах рамочного контракта на сооружение Ляньюньганской АЭС (переименованной впоследствии в Тяньваньскую АЭС), который определил основные требования к станции, график сооружения объекта, принципы разделения ответственности, контрактную цену и структуру рамочного контракта.

На этой базе ОАО «Атомэнергоэкспорт» и ВПО «Зарубежатомэнергострой» в марте 1997 г. подписали с китайским заказчиком рамочный контракт, в мае 1997 г. – контракт на разработку технического проекта, а 29 декабря 1997 г. – генеральный контракт на сооружение АЭС.




Рис


убрать рекламу


. 1. Подписание контракта на сооружение АЭС в Китае

Глава 4. Тяньванская АЭС

 Сделать закладку на этом месте книги

4.1. Финансовые трудности на пути реализации проекта, особая позиция Минфина

 Сделать закладку на этом месте книги

До подписания контракта с китайской стороной Внешнеэкономическое объединение (ВО) «Атомэнергоэкспорт» регулярно докладывало в правительство о ходе переговоров, возникающих проблемах и вопросах, которые должны решить те или иные министерства для их успешного завершения и дальнейшей реализации проекта. В соответствии с международной практикой строительство такого рода объектов осуществляется на кредитной основе, что и было зафиксировано в Соглашении между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в сооружении на территории КНР атомной электростанции и предоставлении Россией КНР государственного кредита от 18 декабря 1992 г. Решение ряда проблем требовало согласования Министерства финансов РФ. Правительство дважды поручало Минфину РФ рассмотреть предложения, решить имеющиеся проблемы и согласовать проект контракта, но Минфин игнорировал поручения правительства, не давая официального ответа.[6]

В этот период времени я, занимая должность генерального директора ВО «Атомэнергоэкспорт», несколько раз встречался с первым заместителем министра финансов М.М. Касьяновым (впоследствии – председателем правительства) и обсуждал с ним перспективы сотрудничества с Китаем. Михаил Михайлович откровенно говорил, что является противником такого сотрудничества (Подробнее в главе 9).

Таким образом, 29 декабря 1997 г. генеральный контракт на сооружение двухблочной АЭС «Тяньвань» был подписан без согласования с Министерством финансов, но в текст контракта по нашей инициативе инициативе было включено положение, что он вступает в силу только после одобрения правительствами обеих стран в течение 60 дней после подписания. Мы надеялись, что в течение этого срока Минфин официально заявит свою позицию и правительство сможет, с учетом всех обстоятельств, принять взвешенное решение.

Однако только 24 апреля 1998 г., более чем через 100 дней после подписания контракта, министр финансов М.М. Задорнов направил в правительство письмо, в котором возражал против контракта с Китаем, настаивая на том, что последний является ненадежным партнером и, в случае неизбежного кризиса китайской финансовой системы, он не сможет расплатиться с Россией по предоставленным кредитам[7].

28 апреля 1998 г. заместитель председателя правительства Б.Е. Немцов собрал совещание с участием руководителей Министерства по атомной энергии и Министерства финансов, а также ответственных работников Министерства внешних экономических связей и торговли, Внешэкономбанка, Министерства иностранных дел и аппарата Правительства РФ. На этом совещании Немцов высказал поддержку позиции Минфина, сказав, что Россию втягивают в авантюру. По результатам заседания было дано поручение: «До 12 мая 1998 г. всем участникам совещания рассмотреть подготовленные Минфином России материалы финансово-экономического анализа условий сотрудничества с Китаем и, по результатам рассмотрения, на основе взвешенной оценки всех геополиических и экономических факторов внести согласованный проект решения Правительства РФ по реализации российско-китайского межправительственного соглашения от 18 декабря 1992 г.»[8]

Во исполнение этого поручения все ведомства, принимавшие участие в совещании, выступили с единой позицией поддержки российско-китайского сотрудничества, и только после этого Минфин вынужден был согласовать Проект постановления правительства, одобряющий строительство АЭС в Китае. 19 июня 1998 г. председатель правительства РФ С.В. Кириенко подписал постановление, одобряющее заключенный контракт.[9]




Рис. 2. Церемония начала строительства Тяньваньской АЭС

4.1.1. Преодоление последствий дефолта

 Сделать закладку на этом месте книги

В то время, когда чиновники решали, быть или не быть российско-китайскому сотрудничеству, оно успешно развивалось. Российские институты разрабатывали проект АЭС, китайцы сносили горы, расчищая площадку под строительство, а ЗАО «АСЭ» проводил переговоры с потенциальными поставщиками оборудования и услуг.

Оценка первоначальных предложений российских участников строительства превысила в два с лишним раза стоимость поставок и услуг российской стороны, зафиксированной в контракте. Пришлось многократно встречаться со многими руководителями организаций и объяснять им, что нельзя за счет одного заказа решить все проблемы предприятий, накопившиеся за время длительного застоя в отрасли. В результате сложных переговоров и анализа цен заводов-изготовителей, по сравнению с ценами западных конкурентов на аналогичную продукцию, удалось снизить запросы поставщиков до уровня контрактных цен.

После выхода постановления правительства формальныепреграды на пути строительства АЭС в Китае были устранены, но возникли другие проблемы. В августе 1998 г. в стране произошел дефолт. Многие банки разорились. Предприятия фактически не имели оборотных средств, а оставшиеся на плаву банки отказывали им в предоставлении кредитов.

В соответствии с международной практикой китайцы были готовы заплатить аванс в размере только 5 % от контрактной цены, и то под гарантию крупного российского банка. Сбербанк, Внешэкономбанк и Внешторгбанк в условиях финансового кризиса рисковать не захотели и отказали ЗАО «Атомстройэкспорт» как в выдаче гарантий на получение аванса, так и в предоставлении кредитов на пополнение оборотных средств предприятий.

Правительство поручило Минфину выделить на эти цели 50 млн долл. Они даже были предусмотрены в государственном бюджете на 1999–2000 гг. Однако Минфин не разработал порядок использования этих средств и фактически торпедировал это решение правительства.

В этих условиях почти беспросветного финансового голода появился вариант сотрудничества с Альфа – Банком. С президентом банка П.О. Авеном я обсуждал тему строительства АЭС в Китае еще в 1992 г., в его бытность министром внешнеэкономических связей. Тогда взаимопонимания не произошло. Но на дворе был 1998 год. Оказалось, что в условиях финансового кризиса банку нужен партнер, который бы кредитовался на крупные суммы в течение нескольких лет. При этом, конечно, банк хотел быть уверен в возврате кредитов и хотел убедиться, что станция гарантированно будет построена. Я предложил Авену направить в Китай кого-нибудь из руководителей банка для контактов с китайским заказчиком. Он согласился, и мы вместе с группой специалистов банка вылетели в Китай.

Посетив площадку строительства, где уже работало несколько тысяч китайцев и большое количество техники, проведя переговоры с руководителями китайской корпорации, ответственной за строительство станции, встретившись с послом России в Китае И.А. Рогачевым, они почувствовали решимость китайцев при любых вариантах станцию построить, даже если в условиях экономической ситуации в России придется оказывать на Россию давление.

После доклада группы экспертов Альфа-Банк принял решение выделить ЗАО «Атомстройэкспорт» кредитную линию на сумму более 100 млн долл. США и дать китайской стороне гарантии на возврат аванса.

Таким образом, в 1998 г. контракт вступил в силу, финансовая поддержка получена, и работа была продолжена.

4.1.2. Системные проблемы

 Сделать закладку на этом месте книги

Нельзя не сказать о тех системных проблемах, значительно осложнявших работу ЗАО «Атомстройэкспорт», и о которых в значительной мере были осведомлены китайцы.

Китайскую сторону на переговорах по подписанию контракта возглавлял Чень Чжаобо, первый заместитель Китайской национальной ядерной корпорации (CNNC). После подписания контракта он, как и планировалось, стал Председателем совета директоров китайской корпорации, отвечавшей за строительство станции.

В декабре 1997 г. в Китае шли интенсивные переговоры по подготовке контракта к подписанию. Ожидался прилет в Пекин министра по атомной энергии В.Н. Михайлова, и Чень Чжаобо поехал в аэропорт встречать гостя. Встретив у трапа самолета с букетом цветов последнего пассажира и не увидев министра, он позвонил в российское посольство, чтобы узнать, что случилось. Ему ответили, что министр неожиданно перенес прибытие на следующий день, а китайской стороне, извините, посольство забыло об этом сообщить.

Из аэропорта Чень Чжаобо приехал на переговоры и устроил нам скандал. Он сказал, что его близкие друзья уговаривали его: «Чень, что ты делаешь? Ты заслуженный человек, лауреат Государственной премии Китая в области атомной энергетики можешь погубить свою карьеру и доброе имя, сотрудничая с Россией. В России сегодня «бардак», дисциплина отсутствует на самом высоком уровне. Инцидент с министром еще раз подтверждает это. Кроме того, Россия находится в сложном экономическом положении и вряд ли сможет своевременно финансировать производство оборудования для АЭС, и стройка может быть бесконечной».

К сожалению, все что он говорил, было «горькой правдой», но мы его заверили, что со своей стороны сделаем все возможное, чтобы качественно и своевременно выполнить свои обязательства.

Роль Чень Чжаобо в дальнейшем сотрудничестве была огромной. В ходе строительства постоянно возникало множество сложных, зачастую, казалось, тупиковых проблем. Он оказался мудрым партнером, с которым можно было открыто обсуждать любые вопросы и находить компромиссные решения. Большую роль сыграло то, что в 1950-е гг. он получил образование в Политехническом институте в Ленинграде, хорошо знал русский язык и относился к России с большой симпатией. Я лично очень благодарен ему за плодотворное сотрудничество.




Рис. 3. Переговоры. Слева направо – Козлов, Решетников и Чень Чжаобо


У молодого поколения китайцев отношение к России нейтральное. К примеру, когда мы обсуждали, на каком языке будет техническая документация (а это десятки тонн бумаги) и предлагали русский, напоминая, что многие китайские технические специалисты учились в Советском Союзе и знают русский язык, китайский коллега настаивал на английском. Он подкреплял свою позицию тем, что станция строится 10 лет и эксплуатируется 60. По его словам, за это время все китайские специалисты, знающие русский язык, умрут, а новое поколение учит преимущественно английский. Пришлось согласиться.

Итак, вернемся к системным проблемам. Кроме уже упомянутых – кризиса банковской системы, разрушенной государственной системы управления и отсутствия дисциплины не только на уровне предприятий, но и на уровне министерств и ведомств – нужно отметить и другие крупные проблемы.

Во-первых, отсутствие в новом российском таможенном законодательстве, ориентированном, в основном, на поставки сырьевых товаров, разделов, регулирующих поставку комплектного оборудования для объектов, строящихся за рубежом. Это максимально затрудняло выполнение таможенных процедур при отгрузке оборудования за рубеж и задерживало его поставку на строительную площадку.

Во-вторых, отсутствие в российском налоговом кодексе схемы налогооблажения компаний, строящих объекты в течение нескольких лет, когда финансовый результат (прибыль или убыток) можно определить только по окончании строительства. Такое положение было внесено Минфином только в 2003 г. До этого времени (в течение пяти лет) налоговые службы буквально терроризировали ЗАО «Атомстройэкспорт», пытаясь начислить налог на несуществующую (до конца сооружения проекта) прибыль.

В-третьих, нормативными актами был предусмотрен ряд экспертиз и других услуг при поставках научно – технической продукции и оборудования для зарубежных АЭС, оказываемых разными ведомствами. Организации, осуществляющие эти функции (Минэкономразвития, Госатомнадзор, Федеральное агентство по правам интеллектуальной собственности и др.), выдвинули требования по уровню оплаты своих услуг, непомерно превышающем фактические затраты. Все они считали причитающееся им вознаграждение в процентах от цены контракта, и в сумме это равнялось 10–15 % или 130–200 млн долл.

Указанные проблемы в течение нескольких лет были более или менее решены, но я хотел бы вновь остановиться на самой главной проблеме – отношении к сотрудничеству Министерства финансов РФ.

Итак, правительство приняло решение одобрить контракт и оказать его российским исполнителям государственную поддержку. Схема финансирования проекта строительства АЭС в то время выглядела следующим образом. Изготовленное оборудование проходило таможню и грузилось на корабль. Китайцы подписывали документ, подтверждающий факт отгрузки, и этот документ представлялся в Минфин РФ для оплаты оборудования. Минфин рассматривал эти материалы в течение двух-трех недель и давал указание казначейству перевести деньги во Внешэкономбанк для оплаты ЗАО «Атомстройэкспорт». При этом 10 % от всех платежей китайского заказчика Минфин отбирал в федеральный бюджет. Внешэкономбанк рассматривал это поручение 3–6 месяцев и затем переводил деньги. Речь шла о десятках миллионов долларов. Таким образом, ЗАО «Атомстройэкспорт» получал средства только через 3,5–7 месяцев после отгрузки оборудования.[10]

Министерство по атомной энергии РФ в 1999–2003 гг. направило в Правительство РФ и Минфин РФ 10 писем с комментариями действий последнего, но ситуация, к сожалению, не изменилась.

В 2003 г. Счетная палата провела проверку деятельности ЗАО «Атомстройэкспорт» по сооружению АЭС в Китае. Результаты проверки были рассмотрены на заседании Коллегии 17 октября 2003 г., где было отмечено: «[…] непростое положение наблюдается с исполнением контракта на строительство АЭС в Китае […]. Сложившаяся ситуация с финансированием контракта на строительство АЭС требует принятия действенных мер со стороны Правительства РФ и Минфина России».

По результатам заседания Коллегии было направлено представление в Правительство РФ, в котором отмечалось: «[…] главными причинами дефицита финансирования завершающего этапа работ по пуску 1 и 2 блоков АЭС в Китае в объеме 129,8 млн долл. США является наличие понижающего коэффициента 0,9 при расчетах с российскими поставщиками, эскалация цен на оборудование на внутреннем рынке, отсутствие решения о выделении из федерального бюджета заемных средств для пополнения оборотных средств предприятий, и, в связи с этим, значительные расходы на уплату процентов за пользование кредитами в коммерческих банках».

Счетная палата предложила: «В целях эффективного использования бюджетных средств принять безотлагательные меры по корректировке понижающего коэффициента»[11]

Однако правительство выводы Счетной палаты на протяжении долгого времени игнорировало. Правительство М.М. Касьянова, уже около года ожидавшее ухода в отставку, не торопилось учитывать рекомендации Счетной палаты. Только в июле 2004 г. новое правительство под председательством М.Е. Фрадкова поручило Минфину РФ представить предложения об отмене понижающего коэффициента, а уже в июне и сентябре 2007 г. первый и второй блоки Тяньваньской АЭС были сданы заказчику.


30 декабря 2017 состоялся энергетический пуск энергоблока № 3 АЭС «Тяньвань» (ТАЭС), сооружаемой в Китае по российскому проекту с реакторами ВВЭР-1000. Блок выдал первые киловаттчасы электроэнергии в энергосистему страны.

В соответствии с полученным разрешением от китайского регулятора, реакторная установка третьего энергоблока была выведена на уровень мощности в 25 %, после чего был осуществлен толчок турбины, проведены электрические испытания системы возбуждения и выдачи мощности. Итогом работы стало подключение блока к энергосистеме. Все системы энергоблока отработали в штатном проектном режиме.


«Энергетический пуск третьего блока Тяньваньской АЭС – событие мирового значения и очередной шаг на пути укрепления Российско-Китайского сотрудничества. Строительство третьего и четвертого энергоблоков ТАЭС осуществляется в рекордные сроки и может служить отличным примером международной энергетической кооперации. Мы всецело приветствуем инициативы китайских партнеров развивать технологии в области мирного использования атома и будем рады оказать поддержку в реализации новых совместных проектов», – отметил первый заместитель генерального директора – директор блока по развитию и международному бизнесу Госкорпорации «Росатом» Кирилл Комаров.

Глава 5. Сотрудничество с Индией

 Сделать закладку на этом месте книги

Индия уже эксплуатировала АЭС, созданные по проектам иностранных фирм и с участием национальных организаций и предприятий. Однако возможности промышленности Индии и наличие ресурсов были недостаточны для удовлетворения потребностей страны в электроэнергии. Поэтому Индия проявила большой интерес к возможности поставки из СССР оборудования и помощи в строительстве АЭС с реакторами типа ВВЭР-1000.

Правовой основой сотрудничества с Республикой Индией в области мирного использования атомной энергии стали:

• соглашение между СССР и Индией о научно-техническом сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, подписанное 22 января 1979 г.;

• соглашение между СССР и Индией о сотрудничестве в сооружении в Индии АЭС, подписанное 20 ноября 1988 г.

Соглашением предусматривалось сооружение на условиях подряда двух энергоблоков ВВЭР-1000. Выбранная индийской стороной площадка Куданкулам (для размещения на ней четырех энергоблоков) на юге Индии была одобрена советскими специалистами. В 1990 г. планировалось заключить контракт на первоочередные работы – разработку технического проекта и обоснование безопасности АЭС.

Однако с изменением политической обстановки в Индии работы по АЭС были остановлены и возобновлены с подписанием в июне 1998 г. дополнения к соглашению от 20.11.88, которым подтверждено сооружение АЭС «Куданкулам».

Условия соглашения от 20.11.88 и дополнения от 21.06.98 предусматривают обязательства правительства Индии по исключительно мирному использованию и обеспечению режима гарантий МАГАТЭ в отношении реакторных установок и ядерного топлива, которые будут поставляться из России, а также ядерных материалов из альтернативных источников, которые могут использоваться в этих реакторах.

Российская Федерация предоставла Индии для сооружения АЭС государственный кредит, за счет которого покрывается 85 % затрат российских организаций. При этом 15 % затрат должны оплачиваться индийской стороной наличными в долларах США.

После подписания министерством финансов Индии и Внешэкономбанком соглашения о технической процедуре учета и погашения российского госкредита контракт между Корпорацией по атомной энергии Индии и ЗАО «Атомстройэкспорт» вступил в силу 16 марта 1999 г. С апреля 1999 г. начались реальные работы по проекту АЭС в соответствии с условиями контракта.




Рис. 4. Подписание контракта на выполнение Технического проекта АЭС Кудамкулам

Глава 6. Сотрудничество с Ираном

 Сделать закладку на этом месте книги

6.1. Базовые документы – соглашение и контракт

 Сделать закладку на этом месте книги

Сотрудничество с Ираном по строительству объектов атомной энергетики осуществляется на основе Долгосрочной программы торгово-экономического и научно-технического сотрудничества между СССР и Ираном на период до 2000 г. (от 22.06.89). В рамках этой долгосрочной программы между правительством России и правительством Ирана 25 августа 1992 г. были подписаны соглашения о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии и о сотрудничестве в сооружении на территории Ирана АЭС.

Для реализации указанных соглашений Минатом России и Организация по атомной энергии Ирана (ОАЭИ) подписали 23 мая 1993 г. контракт на сооружение двух энергоблоков АЭС «Бушер» с возможностью расширения до четырех.

В 1994 г. иранская сторона обратилась с просьбой в первую очередь осуществить достройку энергоблока АЭС «Бушер», строительство которого было начато в 1976 г. немецким концерном «Сименс»-KWU и по политическим соображениям приостановлено в 1979 г.

В результате изучения состояния объекта компетентными российскими организациями была подтверждена принципиальная возможность применения на АЭС «Бушер» оборудования и технологии российского энергоблока ВВЭР-1000. Особенностью сооружения АЭС «Бушер» в Иране стало то, что в существующие конструкции здания и габариты помещений, выполненные по проектной документации фирмы «Сименс»-KWU (ФРГ) было необходимо «вписать» реакторную установку отечественной разработки (ВВЭР-1000).

Для этого потребовалось изменение определенного объема уже выполненных строительных конструкций и замена или модернизация уже поставленного на АЭС оборудования. Учитывая отличие габаритов турбины и генератора производства фирмы «Сименс»-KWU от габаритов аналогичного оборудования производства отечественной промышленности, необходимо было разработать и изготовить индивидуальные образцы турбины и генератора мощностью 1000 МВт с проведением всех требуемых испытаний на специальном стенде.

Указанные работы технически и экономически оправданны, хотя это и привело к трудностям, которые отсутствовали бы при строительстве новой АЭС.

8 января 1995 г. был подписан контракт на завершение строительства энергоблока 1 АЭС «Бушер» с применением реакторной установки ВВЭР-1000 и турбоустановки мощностью 1000 МВт.




Рис. 5. Церемония подписания контракта


Первоначально было согласовано, что иранская сторона принимает на себя завершение всех строительных работ на блоке, ремонт поврежденной стальной защитной оболочки и полярного крана реакторного отделения, а также выполнение монтажных и пусконаладочных работ на вспомогательных объектах станции. При этом иранская сторона в соответствии с условиями контракта несла полную ответственность за сроки и качество выполнения взятых на себя работ.

По ходу выполнения работ выяснилось, что принятый в контракте принцип разделения работ не соответствует возможностям иранской стороны, и поэтому стороны пришли к совместному решению передать российской стороне выполнение упомянутых работ в полном объеме; при этом российская сторона должна была максимально использовать возможности иранских строительно-монтажных организаций, привлекая их как субподрядчиков. В результате в августе 1998 г. было подписано дополнение к контракту на завершение строительства блока 1 российской стороной на условиях «под ключ». По генеральному графику ввод блока в эксплуатацию был намечен на декабрь 2002 г.

6.2. Проблемы, возникшие в ходе исполнения контракта

 Сделать закладку на этом месте книги

Российскими организациями выполнено детальное обследование существующих строительных конструкций и поставленного фирмой «Сименс» оборудования для определения возможности их использования в проекте достройки блока, завершена разработка проектно-конструкторской документации оборудования с длительным производственным циклом и начато его изготовление. На строительной площадке АЭС закончен ремонт стальной защитной оболочки и бетонирование железобетонной оболочки реакторного отделения, завершены работы по ремонту здания турбинного отделения и демонтажу забракованного при обследовании немецкого оборудования.

По результатам обследования более 70 тысяч единиц немецкого оборудования планировалась использовать в проекте значительную его часть. Для этого российские организации выполнили большой объем проектных работ, связанных с восстановлением отсутствующей заводской документации, а также разработали документацию, необходимую для ремонта, модернизации и приведения этого оборудования к современным нормам и требованиям проекта.

С момента выбора площадки строительства АЭС «Бушер» в мире значительно ужесточились требования к сейсмостойкости АЭС. В связи с этим российские и иранские организации вынуждены были в 1998–1999 гг. провести дополнительные инженерные изыскания по уточнению сейсмических характеристик площадки строительства АЭС «Бушер». Соответствующий отчет был одобрен экспертами МАГАТЭ.

Принципы сотрудничества, определенные в межправительственном соглашении и контракте на достройку энергоблока 1 АЭС «Бушер», накопленный опыт взаимодействия организаций сторон и их специалистов, максимальное использование российской стороной иранских субподрядчиков, иранской рабочей силы и иранской промышленной продукции, а также более приемлемые для Ирана коммерческие условия, предлагаемые Россией, естественно, являлись стимулом для обеих сторон в развитии дальнейшего сотрудничества в атомной энергетике и строительстве новых энергоблоков АЭС «Бушер».


Особенности строительства энергоблока 1 АЭС «Бушер»

В отличие от АЭС, построенных ранее за рубежом при техническом содействии Советского Союза, контракт с Организацией по атомной энергии Ирана предусматривает завершение строительства блока 1 АЭС «Бушер» российской стороной на условиях «под ключ» с полной ответственностью российской стороны за результаты строительства и сроки ввода блока в эксплуатацию.

Российским организациям предстояло решить уникальную, не имеющую аналогов в мировой практике задачу: достроить энергоблок, который сооружался фирмой «Сименс»-KWU в Иране (типа «Библис») мощностью 1300 МВт. Задача усложнялась еще и тем, что к моменту, когда в 1979 г. фирма «Сименс»-KWU прекратила работы на площадке строительства, был выполнен большой объем строительно-монтажных работ, а также поставлено на площадку значительное количество вспомогательного оборудования.

Поскольку немецкий и российский проекты имеют различные компоновки реакторных установок, в том числе и из-за типа применяемых парогенераторов, потребовалась реконструкция строительной части реакторного отделения с вырубкой и удалением большого количества монолитного железобетона. Такие же работы потребовались и в других зданиях, где устанавливается отличное от немецкого по конструкции и габаритам российское оборудование.

За годы, прошедшие с начала строительства АЭС «Бушер», изменилась нормативная база в атомной энергетике в мире и в России ужесточились требования к безопасности строящихся и эксплуатируемых АЭС. Поэтому интегрируемое в проект достройки блока немецкое оборудование, как правило, нуждалось в модернизации и доведении его до современных требований.

Аналогичная проблема была связана и с интеграцией в проект строительных конструкций, зданий и сооружений, возведенных фирмой KWU.

Длительное нахождение строительных конструкций, зданий и сооружений, смонтированного и хранящегося на складе немецкого оборудования в условиях жаркого и влажного климата, а также последствия многократных бомбардировок площадки АЭС «Бушер» во время войны с Ираком сделали необходимым проведение детального обследования конструкций и оборудования АЭС в целях определения возможности их использования в российском проекте. При детальном обследовании, проведенном российскими организациями, выявилась необходимость не только в ремонте и модернизации строительных конструкций и оборудования, но и в восстановлении отсутствующей по разным причинам исполнительной документации на выполненные строительно-монтажные работы и заводской документации на поставленное оборудование.

Специалисты сторон проделали большую работу по сравнительному анализу нормативных документов ФРГ, России, США, Ирана, МАГАТЭ и сформировали специальный пакет нормативных документов, которые должны применяться при проектировании, изготовлении, строительстве, монтаже и пуске в э


убрать рекламу


ксплуатацию блока 1 АЭС «Бушер», которые утверждены Иранским регулирующим органом (ИРО), независимым национальным органом власти, осуществляющим регулирование ядерной и радиационной безопасности объектов атомной энергетики в Иране.

Поскольку АЭС «Бушер» в Иране являлся первым объектом атомной энергетики, независимой экспертной организацией ВО «Безопасность», являвшейся частью Госатомнадзора России, было оказано содействие Департаменту ядерной безопасности ИРО в осуществлении регулирующих функций по проекту завершения сооружения блока 1 АЭС «Бушер». Сложившаяся организация взаимодействия регулирующих органов сторон значительно упрощала решение вопросов, входящих в их компетенцию.

К особенностям работы по достройке блока 1 АЭС «Бушер» относится еще и то, что российская сторона должна была максимально использовать возможности иранской промышленности и иранских строительно-монтажных организаций, привлекая их в качестве субпоставщиков и субподрядчиков и сохраняя за собой полную ответственность за результаты их деятельности.

Российская сторона также несла ответственность не только за сооружение и пуск блока в контрактные сроки, но и за качественное, своевременное обучение и практическую подготовку иранского эксплуатационного персонала.

Когда в июле 1979 г. немецкая компания KWU приостановила работы в Бушере, строительные работы на первом энергоблоке были завершены на 80–85 %, на втором энергоблоке – на 50–70%9, на площадку было поставлено порядка 80 тыс. единиц различного оборудования. В ходе ирано-иракской войны (1980–1988 гг.) недостроенная АЭС несколько раз подверглась авиационным бомбардировкам, в результате которых возведенным конструкциям был нанесен ощутимый ущерб, в частности, серьезно пострадала защитная оболочка реакторного отделения.

Перед российскими специалистами, которым в начале 1990-х гг. было предложено построить АЭС на площадке в Бушере, встал нелегкий выбор, каким образом реализовывать проект, поскольку на объекте имелись конструкции, возведенные немецкими специалистами.

Экспертами Министерства по атомной энергии РФ на рассмотрение Организации по атомной энергии Ирана (ОАЭИ) были предложены три варианта строительства АЭС:

построить два реактора на основе российских технологий, используя имеющиеся немецкие конструкции;

снести старые конструкции и построить на этом же месте «с нуля» новую АЭС;

начать возведение АЭС на новом месте.

При этом российские специалисты отдавали предпочтение последнему варианту. Однако, поскольку в 1970-х гг. в Бушерский проект Ираном уже было вложено 5,3 млрд немецких марок (1,4 млрд долл.), то ОАЭИ настояла на том, чтобы имевшиеся конструкции, а также хранящееся на складах оборудование были максимально использованы при строительстве. Дополнительная сложность реализации этого варианта заключалась в отсутствии необходимой документации к значительной части имевшегося оборудования, которая была утеряна и требовала восстановления. При этом требовалось не только сертифицировать оборудование, но и разработать технологию его ремонта. Для решения этой проблемы Россия предложила Германии завершить работы на Бушерской АЭС совместно (соответствующее письмо от имени министра по атомной энергии РФ В.Н. Михайлова было направлено в адрес министра экономики Германии). Однако немецкая сторона от сотрудничества уклонилась.

Учитывая специфику проекта, работы на Бушерской АЭС были разделены на три этапа. Первый – обследование АЭС, оценка состояния строительных конструкций, оборудования и характера повреждений защитной оболочки, а также подготовка технического проекта на ее реконструкцию. На втором этапе предстояло провести ремонт оболочки в соответствии с принятым техническим проектом, на третьем – осуществить поставку оборудования и его монтаж.

Таким образом, основной проблемой на начальном этапе работ в Бушере стала сложность интеграции существующих конструкций, созданных немецкими специалистами, в российский проект, а также необходимость изучения работоспособности хранившегося на площадке оборудования. Обследование немецкого оборудования затянулось на несколько лет. В результате 47 тыс. единиц были признаны годными, еще 11 тыс. единиц механического и электрического оборудования находились в рабочем состоянии, но документация на них отсутствовала и потребовала восстановления.

Только в декабре 1999 г. иранской стороной было принято окончательно «расширенное» техническое задание строительства первого энергоблока Бушерской АЭС вместо обычного технического проекта, в котором бы были увязаны все технологии. Всего в российский проект было интегрировано около 12 тыс. тонн немецкого оборудования.

В рамках протокола переговоров министра по атомной энергии РФ В.Н. Михайлова и президента ОАЭИ Резы Амроллахи от 8 января 1995 г. стороны договорились «максимально использовать» иранский персонал на работах по завершению строительства первого блока АЭС в Бушере.[12]

В контракте на завершение строительства первого блока Бушерской АЭС было согласовано, что иранская сторона принимает на себя завершение всех строительных работ, ремонт поврежденной стальной защитной оболочки и полярного крана реакторного отделения, а также выполнение монтажных и пусконаладочных работ на вспомогательных объектах станции. При этом иранская сторона несла полную ответственность за сроки и качество выполнения взятых на себя работ. Планировалось, что работы будут осуществляться иранскими организациями под техническим надзором российских специалистов. Помимо этого иранская сторона взяла на себя поставку определенного оборудования, например, кабельной продукции, трубопроводов и др. Реализация этого положения на практике оказалась затруднена отсутствием у иранских организаций опыта участия в подобных проектах. Вскоре после начала работ выяснилось, что принятый в контракте принцип разделения функций не соответствует возможностям иранской стороны.

В рамках реализации российского проекта заявки на участие в тендере, как правило, подавали сразу несколько иранских компаний, из которых отбирались имевшие рекомендации со стороны ОАЭИ и представившие наиболее привлекательные коммерческие предложения. Однако в первые годы часто получалось так, что уже в ходе работ выяснялась несостоятельность утвержденных подрядчиков выполнить качественно и в срок взятые на себя обязательства. В результате существующие контракты разрывались, и объявлялся новый тендер. Таким образом, реальный объем выполненных работ иранскими специалистами за три года (с 1995 по 1997 г. включительно) соответствовал одному году.

В целях ускорения строительства Бушерской АЭС в ходе визита делегации Министерства по атомной энергии РФ в Тегеран в январе 1998 г. сторонами было согласовано решение о том, что Россия берет на себя управление работами по завершению строительства АЭС «под ключ» и ответственность за результаты строительства. 29 августа 1998 г. ЗАО «Атомстройэкспорт» (в качестве правопреемника ВПО «Зарубежатомэнергострой») подписало с ОАЭИ Дополнение № 1 к основному контракту, взяв на себя обязательства завершить сооружение АЭС в Бушере в 52-месячный срок, хотя, по оптимистическим оценкам российских экспертов, на это требовалось от 70 до 90 месяцев напряженной работы.

Согласно мемуарам бывшего министра по атомной энергии Е.О. Адамова, во время переговоров с просьбой сохранить «нереальные сроки» на момент подписания Дополнения № 1 и пересмотреть их позднее (без штрафных санкций для России), когда станет очевиден прогресс в строительстве первого блока Бушерской АЭС, к нему обратился президент ОАЭИ Голамреза Агазаде, сменивший на этом посту несколькими месяцами ранее Резу Амроллахи. Организация по атомной энергии Ирана таким образом стремилась избежать новой волны критики со стороны противников строительства АЭС, которые имелись в меджлисе страны и за его пределами. В соответствии с Дополнением, российские специалисты должны были, в том числе, выполнить объем работ, который первоначально отводился иранской стороне.

6.3. Политика США в отношении Иранской АЭС

 Сделать закладку на этом месте книги

Заметное влияние на темпы реализации проекта в Бушере оказали Соединенные Штаты. С начала 1980-х гг. США придерживаются эмбарго на поставку в Иран ядерных технологий, в том числе, связанных с мирным использованием атомной энергии, выражая озабоченность, что они могут быть переключены на незадекларированные цели. При этом США на протяжении многих лет стремились добиться соблюдения эмбарго другими странами-экспортерами ядерных технологий. В частности, США удалось убедить правительство Германии отказаться от участия в завершении строительства Бушерской АЭС, а также ввести эмбарго на поставку комплектующих для станции (Иран обращался к Германии с предложением возобновить работы на станции в середине 1980-х гг., Россия предлагала Германии принять участие в работах по достройке АЭС в середине 1990-х гг.).

В разное время официальные представители США называли четыре основные причины озабоченности в отношении завершения строительства Бушерской АЭС:

АЭС может помочь иранским специалистам получить ядерные материалы оружейного качества (этот аргумент из-за своей несостоятельности был снят первым);

строительство и эксплуатация АЭС позволят Ирану получить дополнительный опыт и навыки и подготовить специалистов в ядерной области;

АЭС может быть использована Ираном в качестве обоснования необходимости развития ядерного топливного цикла (ЯТЦ), включая, например, производство топлива и обогащение урана;

Бушерский проект может стать ширмой для несанкционированной передачи иностранными учеными чувствительной информации и технологий своим иранским коллегам, а также ширмой для незаконного приобретения ядерных технологий и материалов в третьих странах.

Набор инструментов давления на Россию по бушерскому вопросу был достаточно разнообразен. Во второй половине 1990-х и начале 2000-х гг. США рассматривали развитие российско-американских отношений по целому ряду направлений, например, в области атомной энергетики, в увязке с отказом России от всех видов сотрудничества с Ираном в ядерной сфере, включая строительство Бушерской АЭС. Также вопрос российско-иранского сотрудничества в условиях глубокого экономического кризиса в России середины – второй половины 1990-х гг. время от времени поднимался в США при обсуждении возможности выделения Москве кредитов международных финансовых институтов, а также помощи со стороны США, в частности, по линии программы Нанна-Лугара (программы Совместного уменьшения угрозы).

Однако максимум, чего удалось добиться США в этом вопросе, – взятие Россией на себя обязательств ограничить свое сотрудничество с Ираном строительством первого энергоблока Бушерской АЭС, поставкой топлива для него и подготовкой специалистов для его эксплуатации. При этом в США существовало широко распространенное мнение, что после отказа России от сотрудничества с Ираном в области технологий ЯТЦ Тегеран потеряет интерес к Бушерскому проекту и АЭС так и не будет достроена.

В дополнение к этому Соединенные Штаты инвестировали значительные дипломатические ресурсы, чтобы заставить иностранных подрядчиков отказаться от участия в проекте. Эти усилия принесли определенные результаты.

Планировалось, что в производстве оборудования для Бушерской АЭС примут участие представители Украины и Чехии. Харьковское предприятие «Турбо-атом» должно было поставить в Иран комплект из двух турбин. Однако накануне визита в Киев госсекретаря США Мадлен Олбрайт, запланированного на 6 марта 1998 г., руководством страны было принято решение наложить запрет на участие «Турбоатома» в проекте в обмен на поддержку Вашингтоном членства Украины в Режиме контроля за ракетными технологиями (РКРТ), заключение американо-украинского соглашения о сотрудничестве в области атомной энергетики и обещание (впоследствии не выполненное) привлечь инвестиции частного американского бизнеса, в первую очередь – в промышленность Харьковской области (через так называемую «Харьковскую инициативу»). В качестве практической реализации решения был использован административный ресурс; по некоторым данным, президент страны Л.Д. Кучма лично позвонил директору предприятия, чтобы проинформировать о принятом решении. При этом Украина избежала взятия на себя обязательств по ограничению участия отечественных специалистов в строительных и монтажных работах на площадке Бушерской АЭС, где в определенное время они составляли около 80 % всех неиранских работников на строительной площадке.

Чешская компания должна была поставить в Бушер вентиляционное оборудование. В марте 2000 г., накануне визита в Прагу Мадлен Олбрайт, правительство Чехии внесло в парламент законопроект, запрещающий участие чешских компаний в Бушерском проекте, который позднее был принят в качестве закона. В обоих случаях у генерального подрядчика строительства в Бушере ЗАО «Атомстройэкспорт» поиск новых производителей занял определенное время, и в обоих случаях вопрос изготовления и поставки оборудования был положительно решен. Были и другие примеры политически мотивированных отказов компаний от участия в проекте по строительству Бушерской АЭС, несмотря на взятые ранее обязательства. На производство отдельного оборудования для АЭС генеральный подрядчик был вынужден размещать заказы трижды.

В 2005 г. президент США Джордж Буш признал, что Бушерская АЭС не представляет угрозы режиму ядерного нераспространения, а в декабре 2007 г. поддержал поставку Россией топлива в Бушер, поскольку, по его словам, она делает нецелесообразным создание Ираном собственного производства ядерного топлива, включая обогащение урана. Отчасти этому способствовало подписание Москвой и Тегераном 28 февраля 2005 г. документа о возврате облученного ядерного топлива (ОЯТ) с Бушерской АЭС в Россию.

6.4. Финансовые сложности

 Сделать закладку на этом месте книги

Общая стоимость работ, предусмотренных контрактом и Дополнением № 1 к нему от августа 1998 г., составила чуть больше 1 млрд долл. США.

С момента подписания Дополнения к контракту на строительство первого блока Бушерской АЭС, несмотря на инфляцию, контрактная стоимость не индексировалась. Однако поскольку ряд поставщиков оборудования и расходных материалов находятся в зоне евро, то ситуация с финансированием проекта значительно усложнилась с учетом значительного роста курса евро к доллару США в первом десятилетии XXI века. Помимо этого, с момента подписания контракта на завершение строительства первого блока Бушерской АЭС значительно выросла стоимость соответствующего оборудования для нее, что связано с ростом цен на металл, с одной стороны, а с другой – с общим повышением цен на оборудование и услуги для АЭС в условиях роста интереса к этому виду энергетики.

С февраля 2007 г. из-за нехватки финансирования стали замедляться работы на площадке для АЭС. Летом 2007 г. на стройке оставалось около 800 человек (ранее численность доходила до 3 тыс. человек). После сложных консультаций и переговоров, во время которых генеральным подрядчиком с российской стороны даже рассматривался вопрос отказа от завершения строительства АЭС, была достигнута договоренность, что возросшая стоимость оборудования и работ будет компенсирована иранской стороной после того, как энергоблок будет введен в строй. Тогда же стороны окончательно согласуют размеры компенсации. Разрешение финансовых проблем позволило России осуществить в декабре 2007 г. поставку на АЭС первой партии ядерного топлива и закрыть вопрос о том, будет ли АЭС в конечном счете достроена.




Рис 6. АЭС Бушер-1


В рамках реализации проекта по различным причинам также неоднократно случались задержки платежей сроком от нескольких месяцев до полугода, которые также сказывались на ритмичности работ на площадке Бушерской АЭС.

6.5. Санкции Совбеза ООН

 Сделать закладку на этом месте книги

В 2002 г. была вскрыта масштабная незадекларированная перед Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) деятельность Ирана в ядерной области, включая строительство завода по обогащению урана и тяжеловодного исследовательского реактора. В сентябре 2005 г. Совет управляющих МАГАТЭ принял резолюцию, которая констатировала факт нарушения Ираном своих обязательств по соглашению о гарантиях от 15 мая 1974 г.

В июле 2006 г. Совет Безопасности ООН принял Резолюцию 1696 (2006), которая отмечала готовность принять меры на основании статьи 41 главы VII Устава Организации Объединенных Наций в случае, если Иран будет уклоняться от ее выполнения, а также требований МАГАТЭ, которые, в первую очередь заключаются в приостановке Ираном деятельности, связанной с обогащением урана-31. В 2006–2008 гг. СБ ООН последовательно принял серию «санкционных» резолюций (1737, 1747, 1803), каждая последующая из которых была обусловлена отсутствием прогресса в выполнении Ираном требований предыдущей.

Резолюция СБ ООН 1737 (2006) наложила запрет на поставки в Иран оборудования и технологий, которые могут быть использованы для обогащения урана и химической переработки ОЯТ, однако ни эта, ни последующие резолюции не ограничивали сотрудничество России и Ирана в рамках Бушерской АЭС. В то же время резолюцией 1737 был создан уведомительный порядок информирования о поставках оборудования и материалов, экспорт которых контролируется списками Комитета Цангера и Группы ядерных поставщиков и которые могут быть использованы при строительстве АЭС. Соответствующие уведомления должны направляться в специально учрежденный Комитет СБ ООН по санкциям в отношении Ирана «в течение десяти дней с момента поставки, продажи или передачи таких технологий»[13].

Несмотря на то, что санкции напрямую не затрагивали проект строительства Бушерской АЭС, они создали дополнительные сложности на пути реализации проекта. В частности, с введением санкций значительно усложнилась процедура оформления контрактов на закупку комплектующих для АЭС в третьих странах. Помимо этого, в отдельных случаях это создало трудности с транзитом грузов в Иран. Так, 29 марта 2008 г. на азербайджано-иранской границе (пограничный переход «Астара») был задержан груз теплоизоляционного оборудования для АЭС в Бушере, который направлялся из России в Иран. Принимая во внимание введенные незадолго до этого санкции, представители таможни Азербайджана запросили дополнительную информацию о технических данных и назначении груза, в результате чего он более месяца простоял на территории страны.

Также необходимо отметить, что российская сторона в условиях проведения МАГАТЭ расследования незадекларированной Ираном ядерной деятельности, которое фактически началось в августе-сентябре 2002 г., до момента прояснения основных параметров и центров этой деятельности не форсировала работы на площадке Бушерской АЭС, несмотря на имевшееся отставание от графика.

Таким образом, при завершении строительства первого блока Бушерской АЭС перед российскими специалистами возник целый комплекс трудностей технологического, технического, политического и финансового характера, усиленных тем фактом, что контракт на завершение строительства первого энергоблока Бушерской АЭС стал для России первым зарубежным заказом на строительство атомной электростанции с момента распада СССР и СЭВ, и помноженных на отсутствие опыта реализации подобных проектов у Исламской Республики Иран. Здесь же следует упомянуть необоснованно оптимистическое планирование сроков реализации проекта генеральным подрядчиком под давлением со стороны заказчика.

В то же время в рамках реализации проекта Россией и Ираном накоплен (как позитивный, так и негативный) опыт взаимодействия в строительстве АЭС, который может быть использован при возведении новых атомных энергоблоков на территории Ирана, в первую очередь – второго энергоблока на площадке Бушерской АЭС (если в России будет принято соответствующее политическое решение). Большинство из «технических» и «технологических» проблем российско-иранского сотрудничества в ядерной области, рассмотренных в данной работе, к настоящему времени решены. В частности, определен список организаций, которые могут наиболее эффективно выполнять подрядные работы. Достигнуто взаимное понимание, что второй блок Бушерской АЭС целесообразнее возводить «с нуля», нежели вновь интегрировать имеющиеся «немецкие» конструкции в российский проект.[14]

Из интервью руководителя Росатома Сергея Кириенко агенству ТАСС 0 т 21.04. 2015 года:

«Проект АЭС «Бушер» в Иране стал своего рода пропуском для современных российских атомных технологий на зарубежные рынки.

Мы выполнили этот контракт, несмотря на попытки, довольно серьезного давления с самых разных сторон. И мы его выполнили так, как не делал никто и никогда. Знаете, политика политикой, но в мире профессионалов, техническом, инженерном мире, высочайшая квалификация людей дороже. Старейший инженерный журнал Америки Power Engenering в январе 2015 года признал АЭС «Бушер» и первый блок АЭС «Куданкулам» в Индии «проектами года». Понимаете, что значит в сегодняшней политической ситуации для американского журнала, отдать первое место проектам Росатома?! Тем не менее, они это сделали, потому что с технической точки зрения аналогов этим решениям нет. Для многих наших партнеров очень важно было еще и политическая воля. Обещали построить эту станцию и построили. Именно поэтому мы подписали с Ираном межправсоглашение еще на 8 блоков и контракт на 2-й и 3-й блоки АЭС «Бушер».

Глава 7. АЭС в Финляндии. История и действительность.[15]

 Сделать закладку на этом месте книги

В 2010 году Минатом РФ отметил 65 летие создания в нашей стране атомной отрасли. На празднование, были приглашены несколько десятков человек из тех стран, где наши специалисты участвовали в строительстве атомных электростанций, до сих пор успешно работающих. В том числе в Москву приехали 5 человек, бывших сотрудников финской фирмы Иматран Войма, руководившие строительством АЭС «Ловиза». Это было признанием того факта, что многолетнее сотрудничество с зарубежными странами внесло весомый вклад в развитие российской атомной энергетики. При сооружении АЭС в Финляндии, очень жесткие требования заказчика к оборудованию, связанные с безопасной работой АЭС, оказали очень серьезное влияние на повышение уровня профессионализма российских организаций.


В ноябре 2000 года финская компания Теолесуденвойма (TVO) подала в правительство страны заявку на строительство пятого ядерного реактора. В январе 2002 года правительство одобрило заявку 10 голосами против 6.

24 мая 2002 года парламент Финляндии проголосовал за строительство в стране пятого энергоблока АЭС. «За» проголосовали 107 депутатов, против – 92 депутата. Это было первое решение о строительстве ядерного реактора в Европе за предыдущие более чем 10 лет. В 1993 году аналогичное предложение было финляндским парламентом отклонено.

В марте 2003 года на тендер были выдвинуты четыре проекта от трёх поставщиков:

Арева (Франция) в консорциуме с фирмой Симменс (Германия) – европейский реактор с водой под давлением (EPR, European Pressurised Water Reactor) мощностью 1600 МВт, а также кипящий реактор (BWR, Boiling Water Reactor) SWR-1000 мощностью 1200 МВт;

General Electric – экономичный упрощённый кипящий ядерный реактор (ESBWR, Economic Simplified Boiling Water Reactor) мощностью 1390 МВт;

Атомстройэкспорт (Россия) – ВВЭР-91/99 (модернизированный вариант реактора ВВЭР-1000).

Компания Westinghouse предпочла не выставлять на тендер свои проекты AP-1000 PWR и BWR-90+, которые она первоначально направила в TVO.

Вот что сообщали новостные агенства в апреле 2003 года:

«Атомстройэкспорт (АСЭ) предлагал финской стороне станцию по проекту, разработанному в 1991 году совместно с финскими специалистами, адаптированному к условиям эксплуатации в Финляндии и отвечающему всем современным нормам в области атомной энергетики. Атомстройэкспорт (как преемник Атомэнергоэкспорта) уже построил одну из атомных станций в этой стране. По данным МАГАТЕ, энергоблоки в Финляндии и Венгрии, построенные АСЭ, уже более 30 лет входят в 10 лучших станций в мире по безопасности и эксплуатационным показателям. Атомстройэкспорт выступал в альянсе с Объединенными Машиностроительными Заводами (ОМЗ), которые являются ведущим российским производителем основного оборудования для АЭС, занимающими 25 процентов мирового рынка оборудования первого контура АЭС и имеют долгую историю партнерства с АСЭ во всех крупных международных программах.

В переговорах с заказчиком по обсуждению предложения российской компании я участвовал в дожности президента Атомстройэкспорта, на которую был избран в 1998 году при образовании компании. Переговоры были крайне напряженными. Участников практически сталкивали лбами, требуя от них улучшения технико-экономических показателей и уменьшения сроков строительства, используя уступки одних участников для давления на других.

Следует подчеркнуть, что тедер был практически объявлен под предложение Аревы (…реактор мощностью до 1600 мвт), так как Финляндия незадолго до этого вступила в Евросоюз и победа европейской фирмы была предпочтительной. В этих условиях Атомсройэкспорт и Дженерал Электрик принимали участие в тендере в качестве «страшилок» для французов. Заказчик использовал это обстоятельство, чтобы добиться от концерна Арева значительных уступок.

В октябре 2003 года TVO объявила, что выбран реактор EPR, а в декабре, после официального закрытия тендера, подписала с Арева контракт стоимостью 3 млрд. евро. В октябре 2003 года было решено, что пятый энергоблок будет построен на АЭС Олкилуото.

В январе 2005 года коммуна Эурайоки выдала разрешение на строительство, а 17 февраля правительство страны приняло окончательное решение о строительстве.

Ожидалось, что третий энергоблок АЭС Олкилуото будет запущен в коммерческую эксплуатацию в 2009 году. Вот как оценил ситуацию со строительством АЭС немецкий журнал DER SPIEGEL (№ 38 от 19.10.2009 г.):

«Когда французский государственный концерн Areva совместно с Siemens предложил Финляндии свой прототип EPR всего за 3 млрд евро, никто, наверное, даже не думал, что проект обернется такой головной болью. Французы обязались построить сам реактор и поставить управляющую электронику, главным вкладом Siemens должны были стать паровые турбины и трансформаторы. Тогда, в декабре 2003 года, менеджеры TVO верили: это удачная сделка. Сегодня понятно. что строительство обойдется как минимум на 2,3 млрд евро дороже, чем ожидалось. Отчисления в резервный фонд на покрытие прогнозируемых убытков съедают почти всю прибыль Areva. Siemens тоже уже зарезервировал на эти цели сотни миллионов.

С началом строительства проблемы стали появляться одна за другой. Компания, выполнявшая заказ на трубы для первичного контура охлаждения, которые вплотную подходят к активной зоне, обработала их так, что произвести ультразвуковой контроль не удалось. Когда же по требованию Areva трубы заменили новыми, на поверхности металла обнаружились трещины.

Фирма, заливавшая фундамент реакторного зала, ошиблась с маркой бетона; с «выбранным» ею материалом легче работать, однако из-за его пористой структуры потребовалась дополнительная «пломбировка» поверхности. Стальные конструкции, усиливающие бетонный корпус изнутри, тоже не без изъяна. Польская фирма случайно вырезала отверстия там, где они не нужны, – образовавшиеся прорехи пришлось заваривать. Но все недостатки устранены и потому не сказываются на безопасности, утверждают французские специалисты.

Из сотен фирм-субподрядчиков лишь немногим приходилось иметь дело с оборудованием для реакторов. Многие действуют так, словно получили срочный заказ на гараж для двух автомашин. Работники некой фирмы, недолго думая, изменили место размещения датчика: им показалось, что добраться до нужного места слишком уж проблематично.

«Это не образцово-показательный проект, а образцово-показательный провал», утверждает Майкл Шнайдер, немецкий эксперт-атомщик из Парижа.

По состоянию на начало 2018 года этот проект до сих пор не завершен.

Естественно, журналистам свойственны преувеличения. Однако очевидно, что Арева была не готова к тем жестким нормам по обеспечению качества проектирования и строительства, которые проповедуют финские надзорные органы.

В свое время с принципиальностью финского комитета по радиационной безопасности столкнулся Атомэнергоэкспорт и немало помучился, прежде чем выполнил все его требования, преобретя бесценный опыт выполнения работ на самом высоком техническом уровне, что позволило поднять уровень советской атомной энергетики в целом.

Сегодня в Финляндии российская организация «Русатомэнерджи интернэйшинел» участвует в строительстве 6 ядерного энергоблока. Надеюсь, что она учтет и негативный и позитивный опыт предыдущих строек.

Глава 8. Процесс формирования современн


убрать рекламу


ой, конкурентоспособной организации, способной обеспечить сооружение атомных электростанций за рубежом, в рамках компетенций 21 века

 Сделать закладку на этом месте книги

8.1. Первый этап преобразований[16]

 Сделать закладку на этом месте книги

В конце 1990 г., после коллапса рынка сооружения АЭС и снятия Атомэнергоэкспорта с государственного довольствия на собрании трудового коллектива организации, сферой деятельности которой с момента ее создания в 1973 г. было только строительство атомных электростанций, предстояло определиться, где и за счет какой деятельности зарабатывать деньги в ближайший период и в среднесрочной перспективе, другими словами, как выжить.

Часть коллектива предлагала разделить те небольшие средства, которые еще были на счетах организации, и разойтись по другим коммерческим структурам, которых в то время существовало множество. Но большая часть сотрудников поддержала идею сплотиться перед лицом трудностей, найти новую нишу в рыночной экономике, выжить, обеспечить достойный доход членам коллектива и накопить средства для профессиональной деятельности в области строительства атомных электростанций в надежде на то, что кризис в этой отрасли когда-нибудь закончится.

Фактически на этом собрании была сформулирована новая миссия компании. А ведь известно, что миссия как глобальная цель организации превращает ее в открытую социально-экономическую систему – основу рыночных отношений. Как долгосрочная цель компании она позволяет разумно распределить усилия и ресурсы для обеспечения долговременной результативности бизнеса. Это необходимое условие для перехода от кризисного стиля управления (достижение и/или сохранение сиюминутной выгоды) к подлинно интеллектуальному управлению (обеспечение перспектив развития).

Россия в то время испытывала товарный голод. Не хватало многого, от продуктов питания до практически всего списка товаров народного потребления. Все это в избытке имелось за рубежом, но для того, чтобы привезти товар и реализовать его в России, были необходимы связи за границей, оборотные средства и опыт реализации товаров на внутреннем рынке.

Связи за границей у организации были. В торговых представительствах России в таких странах как Финляндия, Германия, Чехия, Словакия, Болгария, Венгрия и др., работали сотрудники организации. Репутация компании, заработанная за 17 лет деятельности в этих странах, была высокой, и зарубежные партнеры не требовали от АЭЭ полной предоплаты товара, как от других российских компаний, а довольствовались небольшим авансом.

Еще одним направлением деятельности стала помощь отечественным машиностроительным предприятиям в реализации зарубежным партнерам их продукции.

Сложнее всего было не изменить структуру организации (перестроенную радикальным образом), а переориентировать значительную часть персонала на работу в условиях рынка и переход на непрестижную раньше работу типа «найди – купи-продай». Непростым был процесс изменения психологии сотрудников, избавления от начальственного отношения работника министерства к российским партнерам – производителям промышленной продукции. Многим работникам было крайне тяжело переключиться с позиции начальника на позицию партнера-помощника. Потребовалось принять на работу профессионалов из сбытовых организаций, имеющих связи внутри России и опыт реализации товаров на внутреннем рынке.

Переход от текущего состояния к желаемому всегда является самой важной частью программы преобразований. Именно в течение этого переходного периода и происходят основные перемены. Управление перестройкой началось с определения целей организации и оценки ее нынешнего состояния. Было определено, что нужно сделать для осуществления преобразований. Были приняты решения о корректировке сферы деятельности, создании новых продуктов, новой структуры, освоении новых рынков

Для осуществления первого этапа преобразований ВО «Атомэнергоэкспорт» совершило следующие действия.

Лидеры коллектива осознали необходимость срочных перемен, провели исследование реальной рыночной и конкурентной ситуации, выявили и обсудили с коллективом возможные трудности, потенциальные риски и существующие перспективы.

Была сформирована руководящая группа, обладающая достаточным авторитетом и полномочиями для того, чтобы осуществлять реформы.

Лидеры коллектива воодушевили эту группу на совместную работу в качестве команды.

Чтобы коллектив хорошо представлял себе, какими должны быть реформы, была создана идеология реформ и разработана стратегия реализации этой идеологии.

Различными средствами новая идеология и стратегия были доведены до всех сотрудников (общие собрания, работа в группах, индивидуальные собеседования).

Оперативно преодолевались препятствия, мешающие перестройке, менялась структура, положения о подразделениях и должностные инструкции, содержание которых противоречило новой идеологии.

Поощрялись новаторские идеи и предложения. Отбирались и продвигались по карьерной лестнице сотрудники, способные осуществлять запланированные реформы.

Используя установленные в течение предыдущих лет деловые контакты с зарубежными фирмами и высокий профессионализм сотрудников, организации удалось за короткое время найти новую нишу в международной торговле и осуществлять экспортно-импортные операции по широкой гамме товаров с достаточной прибылью.

Организация осуществляла продажу металлолома, цветных и редкоземельных металлов. Закупались за рубежом и реализовывались в России бытовая техника и товары широкого потребления, в том числе одежда и обувь. Результаты первых двух лет после перехода на работу в новых условиях показали, что компания на правильном пути. Финансовые итоги были успешными, прибыль – значительной, зарплата сотрудников – высокой и конкурентоспособной по сравнению с уровнем оплаты на рынке труда.

Текущее благосостояние организации и ее сотрудников было обеспечено, однако вера в успешное развитие атомной энергетики после кризиса позволила принять решение о направлении части прибыли (в условиях отсутствия финансирования со стороны государства) на разработку необходимых проектных материалов, обеспечение переговорного процесса с потенциальными заказчиками, включая командирование специалистов за рубеж и прием специалистов в России.

В те годы по большому счету только четыре страны – Китай, Индия, Иран и Пакистан продолжали рассматривать возможность развития атомной энергетики. Именно с их представителями специалисты Атомэнергоэкспорта совместно с другими российскими организациями вели переговоры и определяли условия возможного сотрудничества.

Президент РФ начал планировать государственные визиты, в том числе визит в КНР, в конце 1992 г. Как правило, в ходе визита принято договариваться о неких стратегических направлениях сотрудничества. Товарооборот между странами в то время был на два порядка меньше, чем сейчас. Поэтому аппарат правительства запросил у всех ведомств предложения по возможным новым направлениям сотрудничества. Поскольку АЭЭ уже вел переговоры с китайскими организациями и имел определенные наработки, он предложил проект межправительственного соглашения о строительстве в Китае атомной электростанции. Как оказалось впоследствии, ничего более масштабного подписать в ходе визита не удалось. Проект соглашения был направлен в аппарат правительства, и было получено поручение продолжать работу с китайской стороной. В течение нескольких месяцев проводились переговоры с китайцами по поводу текста соглашения, поиск компромиссов и сближение позиций сторон. В результате соглашение было подписано в декабре 1992 г.

Подписание соглашения было первым шагом на более чем 15-летнем пути, который предстояло пройти компании до запуска станции.

8.2. Второй этап преобразований

 Сделать закладку на этом месте книги

В начале 1990-х гг. в России активно проводилась политика приватизации государственных организаций. Многие машиностроительные предприятия, в том числе производящие оборудование для атомных электростанций, перешли под управление частных владельцев.

АЭЭ, основанный в 1973 г. как государственное предприятие, также прошел (в 1993–1994 гг.) процесс акционирования и стал открытым акционерным обществом «Атомэнергоэкспорт». Акциями владели более 200 физических и юридических лиц, при этом государство имело так называемую золотую акцию, с помощью которой могло контролировать деятельность организации по ограниченному кругу вопросов. В 1994 г. ОАО «Атомэнергоэкспорт» стало полностью частной структурой. Это означало, что влияние на работу организации со стороны государства, включая помощь, стало минимальным.

После подписания соглашения с Китаем, путем слияния двух организаций – ОАО Атомэнергоэкспорт и Зарубежатомэнергострой, было создано ЗАО Атомстройэкспорт.

Перед ним встала задача реализации контракта по сооружению АЭС в Китае.

Предстояло в очередной раз провести перестройку, осознать появившиеся перспективы, скорректировать свою структуру, разработать и осуществить ряд мероприятий для мобилизации коллектива на выполнение новых задач.

Во главе объединения стали руководители, имеющие большой опыт международного сотрудничества, которые много лет работали в АО (ВО) «Атомэнергоэкспорт» и ВПО «Зарубежатомэнергострой».

Генеральным директором ЗАО «Атомстройэкспорт» был назначен В. В. Козлов, бывший до этого генеральным директором АО «Атомэнергоэкспорт». Первыми заместителями стали И.Н. Прихидько и А. К. Нечаев.

Руководителями структурных подразделений объединения были назначены специалисты, прошедшие школу международного сотрудничества в АО «Атомстройэкспорт» и ВПО «Зарубежатомэнергострой»: Н.И. Жильченко, В. М. Майоров, М.Л. Катков, В.М. Алпатов, А.С. Постовалов, Ю.В. Малков, Ю.В. Зеленецкий, С.А. Типикин, Г.О. Кумани.


Успех бизнеса во многом определяется структурой компании. При этом миссия помогает компании занять правильное положение на соответствующем рынке, оптимальным образом реализовав свой потенциал.

Переход к профессиональному корпоративному менеджменту принципиально невозможен без разработки миссии, которая находится на вершине пирамиды организационного программирования

Именно благодаря миссии, через осознание целей и стратегий, а также перечня направлений коммерческой деятельности компания может определиться со своим функционалом – набором постоянно воспроизводимых бизнес-функций, функций менеджмента и функций обеспечения.

Понимая важность формирования основополагающих принципов, на стадии слияния двух организаций, руководящее ядро Атомстройэкспорта обеспечило «революционную» перестройку, ориентируясь на новые задачи, стоящие перед принципиально новой компанией.

Это позволило сформировать базовые корпоративные регламенты – положение об организационной структуре компании в целом и пакет положений об отдельных подразделениях, закрепляющих зоны ответственности руководителей. Дальнейшая детализация этих документов дала возможность получить регламенты управления персоналом – положения о функциональных обязанностях и должностные инструкции.

Создавая структуру организации, удалось связать ее задачи и людей, их выполняющих, чтобы каждому было понятно, что он делает, кому подчиняется, кем и чем управляет, за что несет ответственность.

Организации по природе своей с трудом воспринимают новое. В сущности, лидеры, если хотят осуществить масштабные изменения, должны сначала понять, что идут против парадоксальной закономерности: организации становятся крепче, когда в них царит определенный порядок. Сотрудники цепко держатся за него, стремясь при выполнении работы идти по пути наименьшего сопротивления и напряжения. В связи с этим большинство из них не стремится что-либо существенно и надолго менять. Приходилось преодолевать такого рода инерцию в мышлении сотрудников.

Такого рода изменения проходили на втором этапе преобразований в ОАО «Атомэнергоэкспорт».

Управляемость компанией и организационная структура взаимосвязаны напрямую. Продуманная и четко выстроенная структура повышает управляемость, а значит, и скорость движения к цели. Сегодня много говорят о прозрачности бизнеса, но прозрачность должна касаться не только финансовых показателей. Когда миссия, стратегия и цели компании находят свое отражение в адекватной организационной структуре, всем – и сотрудникам, и клиентам, и партнерам компании, и руководителю – становится понятно, что это за организация, какие цели она реализует, какую роль играет то или иное подразделение. Другими словами, все виды деятельности, встречающиеся в работе организации, мы должны рассматривать как технологический процесс.

Понимание этого факта привело руководство АЭЭ к решению о подготовке организации к получению международного сертификата серии ISO 9000.

Международные стандарты семейства ISO 9000 (далее – ISO 9000) основываются на понимании того, что всякая работа выполняется как процесс. Требования к системам качества, по существу, одни и те же для всех общих категорий продукции, различаться могут лишь детали административной структуры и управления системами и терминология. Общее руководство качеством достигается через управление процессами в организации. Управление процессом включает:

– определение целей и желаемых результатов процесса;

– определение ресурсов, в том числе трудовых, необходимых для выполнения процесса;

– определение методов и средств выполнения процесса;

– управление использованием ресурсов, которые выделены для осуществления данного процесса, включая мотивацию персонала;

– наблюдение за ходом процесса, анализ результатов его выполнения и коррекцию процесса.

Концептуальной основой ISO 9000 является то, что организация создает, обеспечивает и улучшает качество продукции при помощи системы процессов, которые должны подвергаться анализу и постоянному улучшению. Для обеспечения правильного управления процессами и организации взаимодействия между ними в сети ISO 9000 предусматривает, что у каждого процесса должен быть «владелец» – лицо, несущее ответственность за него. «Владелец» должен обеспечивать однозначное понимание всеми участниками процесса их ответственности и полномочий, организовывать взаимодействие при решении проблем, охватывающих несколько функциональных подразделений предприятия.

Базовые принципы построения систем менеджмента качества, систем сертификации и систем аккредитации образуют единый, взаимосвязанный и взаимозависимый комплекс. Этот комплекс образован тремя основными компонентами и отношениями между ними: ответственностью поставщика за качество продукции, гарантией качества со стороны поставщика продукции, доверием между участниками экономической деятельности.

В ходе подготовки Атомэнергоэкспорта к получению международного сертификата ISO 9000, которая потребовала около трех лет, были скорректированы и переработаны, в соответствии с требованиями нормативных документов между – народного сертификационного органа, структура организации, положения о подразделениях, положения о документообороте, принятии решений о выборе субпоставщиков, о закупках продукции и т. п. Были существенно скорректированы должностные инструкции каждого сотрудника. В целях плодотворного использования всех этих документов проводилась систематическая учеба членов коллектива, в ходе которой разбирались примеры эффективного взаимодействия сотрудников, подразделений и внешних партнеров.

Вся эта работа осуществлялась сначала группой из пяти человек под руководством Владимира Козлова, а потом управлением в составе 50 человек под его же руководством. В задачи этого управления входила работа с предприятиями – поставщиками оборудования по организации у них системы менеджмента качества, в соответствии с международными требованиями. Международный сертификат был получен уже на третьем этапе преобразований, после проведения нескольких аудитов.




8.3. Третий этап преобразований

 Сделать закладку на этом месте книги

Для выполнения задач, стоящих перед компанией, повышения ее конкурентноспособности, было необходимо обеспечить повышение общего уровня корпоративной культуры. Инструментами достижения этой цели являлись:

– эффективная система оценки результатов деятельности персонала;

– комплексные программы обучения, предусматривающие повышение квалификации в области управления, маркетинга, технологии;

– использование системы оплаты и форм поощрения, обладающих сильным мотивационным эффектом и ориентированных на коллективный труд и признание заслуг каждого работника;

– действенная система информационных связей внутри и вне предприятия.

В Атомстройэкспорте разрабатывались программы оценки общего уровня корпоративной культуры, определяемого наличием ряда качественных характеристик, называемых атрибутами, как совокупность общепризнанных ценностей и норм, сохраняющих свое значение для всех уровней и элементов организационной структуры.

Оценка работников в объединении сосредотачивалась на ключевых факторах успеха, при этом использовалась динамичная, обеспечивающая поддержку и взаимодействие с персоналом методика.

Например, способность к руководству определялась как основное качество менеджера любого ранга. Его деятельность может быть оценена, в частности, исходя из умения подбирать и убеждать людей. Работа служащих оценивалась с точки зрения качества предоставляемых клиенту услуг, поскольку фирма своей первоочередной задачей считает обслуживание клиентов. В этих условиях процесс оценки – это скорее неотъемлемая часть функционирования фирмы, нежели бюрократическая процедура, навязанная руководством. Определение структуры и объема производимых оценок обычно является обязанностью непосредственных руководителей.

Процесс аттестации работников предусматривал образование аттестационной комиссии и подготовку соответствующих организационных процедур (списки, графики, сроки, места проведения). Основными задачами аттестации являлись:

– определение профессиональной компетентности и соответствия работников занимаемым должностям;

– выявление невостребованного потенциала работников с целью его эффективного использования;

– усиление деятельности по подбору, расстановке и профессиональному совершенству кадрового состава;

– стимулирование работников к более эффективному труду, усиление ответственности за его результаты;

– выявление и формирование резерва на замещение руководящих должностей, повышения в должности, возможности направления на загранработу.

Аттестация была призвана содействовать объективной оценке общего кадрового потенциала, выработке рациональных структур управления и эффективному их функционированию. Эту процедуру должны были пройти лица, замещающие младшие, старшие, ведущие, главные и руководящие должности. Аттестации не подлежали: генеральный директор, его заместители, главный бухгалтер, начальник юридического отдела, работники, стаж работы которых в объединении составляет менее года, а также беременные женщины и находящиеся в отпуске по уходу за ребенком (их аттестация должна проходить не ранее чем через год после отпуска), работники пенсионного возраста и технический персонал.

Аттестации с периодичностью один раз в пять лет проводились для руководителей управлений и их заместителей, руководителей отделов по поставкам спецметаллов и сырьевых ресурсов и поставкам ядерного топлива и их заместителей, руководителей функциональных отделов и их заместителей и один раз в три года – для работников всех других категорий. Досрочная аттестация работника могла быть проведена в двух случаях: по инициативе работника, который претендует на повышение в должности, повышение размера оплаты труда и др., и по инициативе администрации – для объективной оценки потенциальных возможностей работника с целью перемещения на другую работу или должность вследствие допущенных грубых нарушений производственной дисциплины, упущений в работе, повлекших за собой ущерб для организации, неисполнения или ненадлежащего исполнения функций, возложенных на работника.

В мае 2000 г. генеральным директором ЗАО «Атомстройэкспорт» было утверждено уточненное Положение о порядке формирования резерва на руководящие должности фирмы. Основной целью этого документа являлось обеспечение системы подготовки высокопрофессиональных кадров для управления производственной, экономической, финансовой и хозяйственной деятельностью общества. Работа по формированию резерва на выдвижение включало в себя комплекс мер по отбору, повышению квалификации и стажировке перспективных работников, проявивших лучшие качества управленцев. Ключевые принципы подбора работников в состав резерва заключались в следующем:

– основным резервом для замещения руководящих должностей должны служить преимущественно кадровые работники объединения;

– при комплектовании состава резерва важно учитывать не только знания и опыт работника, но и его склонности, потенциальные возможности, что позволяет более точно определить уровень и место управленческой работы, где в полной мере могли бы проявиться и эффективнее использоваться его индивидуальные способности;

– в состав резерва должны отбираться работники честные, добросовестные, трудолюбивые, инициативные, целеустремленные, авторитетные, умеющие работать с людьми и обладающие организационными способностями;

– работник, зачисляемый в резерв, должен иметь высшее образование, соответствующее профилю работы, быть преданным интересам объединения;

– при отборе работников в резерв необходимо учитывать их возраст, состояние здоровья, мнение коллег по работе, результаты их прошлой и настоящей трудовой деятельности. Особое внимание необходимо уделять поиску специалистов из числа молодых работников, проявляющих способность к управленческой работе.

Резерв комплектовался на должности трех уровней: руководство объединения, руководство управлений и руководство функциональных подразделений. Число кандидатур определялся степенью функциональной значимости и профессиональной ответственности конкретной должности и мог составлять одну или несколько единиц.

Управление кадров осуществло предварительный подбор кандидатов в резерв на основе системного анализа расстановки и использования кадрового потенциала, результатов аттестации, учета отзывов о работе их коллег из числа кадровых работников. Подобранные кандидатуры согласовывались с руководителями структурных подразделений, и на каждого кандидата оформлялась справка установленной формы. После этого кандидатуры утверждал генеральный директор. На каждого кандидата, зачисленного в резерв, оформлялась учетная карточка.

Была определена и система подготовки резерва, которая представляла собой единый взаимосвязанный процесс, предусматривающий изучение специалистов, включенных в резерв, их воспитание и обучение.

В результате изучения выявлялись положительные качества и недостатки специалиста, его сильные и слабые стороны, оценивались его перспективность, определялась целесообразность отнесения его к резерву, степень подготовленности, необходимая форма подготовки.

Основными методами изучения специалистов резерва являлись:

– общение с сотрудником непосредственно в процессе его трудовой деятельности;

– получение о нем отзыва от его руководителя, в том числе официального отзыва, представляемого в аттестационную комиссию;

– анализ материалов, документов и результатов труда специалиста;

– оценка дисциплины на основе исполнения им приказов, распоряжений, принимаемых решений;

– оценка по результатам служебной аттестации с учетом рекомендаций аттестационной комиссии.

Цель процесса подготовки резерва – выработать у будущих руководителей необходимые личностные и деловые качества, правильный поведенческий стиль, вооружить их знаниями в области организации, управления и руководства.

Основные формы подготовки резерва на выдвижение:

– передача опыта и знаний на производстве;

– повышение квалификации в вузах и академиях;

– стажировки по целевым программам.

Процедура оценки состояния индивидуальной подготовки и результатов практической работы специалиста, состоящего в резерве, заключалась в оформлении письменного доклада линейного руководителя (представления) о его профессиональной  зрелости, на основании которого руководством рассматривается вопрос о возможности его дальнейшего продвижения по службе и выдвижения на руководящую работу. Специалисты, которые не проявили или отрицательно проявили себя, находясь в резерве, и в силу объективных причин не способны быть руководителями, исключались из состава резерва. Решение об этом принимал генеральный директор по представлению управления кадров.

Пополнение резерва в связи с назначением на руководящие должности бывших в резерве специалистов или исключение из резерва осуществлялось постоянно по мере необходимости.

Руководство Атомстройэкспорта предлагало своим работникам многогранные программы обучения, предусматривающие повышение квалификации в области технологии, управления, контроля и др. В дополнение к этому руководители высшего звена использовали форму семинаров для распространения установившейся в объединении системы взглядов и общественных ценностей.

Политика обучения и повышения квалификации персонала в объединении была основана на следующих принципах.

Во-первых, высшее руководство фирмы вовлечено в процесс образования. Каждый из руководителей несет ответственность за свой служебный рост, свои профессиональные качества, а также за развитие своих подчиненных. Если работника посылают на переподготовку, то его непосредственный руководитель должен участвовать в формулировании целей обучения. По мере прохождения учебного курса руководитель должен внимательно оценивать результаты и принимать решение относительно продолжения учебы. Роль руководства состоит в том, чтобы помогать сотрудникам и поддерживать их.

Во-вторых, учебные программы должны соответствовать корпоративным задачам, производственной и рыночной стратегии. При этом использовались два способа организации учебных программ внутри организации: либо берется горизонтальный слой сотрудников, которые проходят один и тот же курс обучения, раскрывающий в целом содержание новых задач и функций хозяйственной деятельности, либо вертикальный слой (какая-то структурная единица, например отдел, все сотрудники которой, включая руководство, направляются на обучение). В обоих случаях должен соблюдаться принцип «сверху вниз», когда инициатива организации обучения идет от высшего руководства.

В-третьих, обучение работников может быть успешным, если оно тесно связано с индивидуальными планами работы. Руководители оценивали цели, которые человек ставит для своего развития и карьеры в этих планах. В частности, оценивалась реалистичность постановки целей и их достижения. На основе агрегированного подхода составлялся своеобразный рейтинг, который увязывался с планами перемещений в организации. С этим рейтингом и с программами обучения сотрудников соотносились личные планы повышения квалификации.

В-четвертых, тщательно оцениваются результаты обучения. Для оценки результатов по ряду параметров используется количественная шкала. Сначала проверялась непосредственная реакция участников сессии: насколько им понравилось содержание учебного курса, была ли программа интересной. Далее важно было проконтролировать, появились ли у слушателей новые полезные знания. И если результаты оценки по этим критериям неудовлетворительны, разрабатывались новые программы обучения.

В ходе учебы могли выявиться новые индивидуальные цели производственной деятельности. Это имеет значение в тех случаях, когда руководители последовательно контролируют обучение подчиненных и содействуют получению наивысших результатов.

Что касается качественных ориентиров компании, то таковыми являются профессионализм, навыки коммуникации и технические навыки.

Профессионализм понимается прежде всего как способность разбираться до мелочей в специальных областях, в частности в управлении.

С целью повышения профессионализма были разработаны программы обучения действиям в конфликтных ситуациях, управлению стрессом, рабочим временем, проведению переговоров. Специальные программы помогают проводить оценку подчиненных. Ряд курсов касается корпоративной этики и моральных аспектов бизнеса. Другие программы расширяют кругозор и обогащают навыки финансового анализа деловых решений, взаимодействия с потребителями, позволяют проанализировать причины потерь некоторых из них.

Навыки коммуникации – важнейшее условие эффективной деятельности. В ходе обучения слушатели учатся формам общения, узнают о пассивных и активных коммуникациях, о правильном написании деловых писем и документов. Большой упо


убрать рекламу


р делался на развитие способности выслушивать и понимать собеседника. Занятия для начинающих проводились отдельно. Особое внимание обращалось на организацию коллективной работы и групповую динамику с пониманием интересов команды.

Технические навыки необходимы при интенсивной модернизации фирмы, активном внедрении новшеств.

В центре внимания организации находится фигура менеджера, который выступает как сильнейшее оружие в условиях жесткой конкурентной борьбы. Менеджеры такого типа должны сочетать в себе, с одной стороны, способности разбираться в общих вопросах глобальной стратегии и корпоративной политики, организационного поведения, диверсификации хозяйственной деятельности, нововведений, руководства человеческими ресурсами, а с другой – углубленную профессиональную подготовку в конкретных областях знаний, навыки практического решения текущих проблем, работы с персоналом, анализа необходимой информации и экспертизы. Это относится как к широкому кругу управляющих по производству, финансам, маркетингу, так и к работникам кадровой службы объединения. Первые помимо прочего усиливают внимание к вопросам взаимодействия персонала, интеграции деятельности подчиненных, поддержания энтузиазма и новаторской инициативы. Вторые наряду с навыками кадровой работы овладевают видением динамичных изменений в развитии фирмы, внешней среды, человеческих ресурсов. Становясь членами команды при принятии важных решений, эти руководители должны хорошо понимать свою роль как советников руководства объединения и консультантов других функциональных служб, чувствовать ответственность за экономическую эффективность кадровой работы, необходимость использования человеческих ресурсов в соответствии со стратегическими планами фирмы.

В апреле 1999 г. в АСЭ, в рамках программы обеспечения качества атомных электростанций, была утверждена процедура подготовки персонала по вопросам обеспечения и контроля качества, которая помимо подготовки и аттестации персонала устанавливала порядок оценки и его начальной, и последующей профессиональной подготовки.

Ее цели:

– гарантировать, что все сотрудники ЗАО «Атомстройэкспорт» имеет образование и квалификацию по вопросам качества, соответствующие их задачам;

– сертифицировать персонал, выполняющий специфические задачи в области обеспечения и контроля качества (ОК и КК), на основании базового образования, обучения и опыта.

Процесс подготовки персонала в объединении состоял из следующих стадий: планирование подготовки, определение квалификационных критериев, проведение обучения и аттестация персонала.

Планирование подготовки персонала осуществлялось путем составления ежегодных планов исходя из конкретного объема задач.

Квалификационные критерии определялись программой обучения и должностными инструкциями персонала.

Обучение персонала включало базовое образование, специальное обучение и периодическую переподготовку и осуществляется:

– средними и высшими специальными образовательными учреждениями;

– учебно-образовательными организациями, имеющими лицензии на право соответствующей деятельности;

– силами квалифицированных и аттестованных кадров ЗАО;

– путем самообразования.

Аттестация персонала проводилась уполномоченными комиссиями Атомстройэкспорта или соответствующих учебно-образовательных организаций и учреждений. Факт аттестации подтверждается выдачей соответствующих дипломов, сертификатов, свидетельств или удостоверений.

В конце 1999 г. была утверждена программа повышения деловой квалификации и профессионального совершенствования работников ЗАО «Атомстройэкспорт» на 2000–2001 гг.

Ключевой фигурой в процессе формирования и реализации культуры должен выступать руководитель фирмы. Он не только создает рациональную структуру организации, но и является творцом символов, идеологий, языка, ритуалов и мифов. Главный же ресурс организации – это, разумеется, его работники, из этого и исходило в своей работе руководство Атомстройэкспорта. Оно верило в необходимость такой организационной структуры и климата, в основе которых лежат уважение к достоинству людей, ценности индивида, поощрение инициативы и раскрытие творческого потенциала, предоставление равных возможностей для развития и вознаграждения по труду; ставило задачи создания и распространения высококачественных, заслуживающих доверия и полезных потребителям услуг, обеспечения высокого качества трудовой жизни; признает общественную значимость деловых операций фирмы.

Проведенные преобразования, создание профессионального, высокообразованного коллектива, опора на высокоэффективную организационную культуру позволили Атомстройэкспорту занять лидирующее положение в мире на рынке строительства атомных электростанций, а также создать для АСЭ необходимый запас прочности для завершения сооружения АЭС в Китае, Индии и Иране.

В период 2004–2011 должность руководителя ЗАО «Атомстройэкспорт» занимали:

Бендукидзе Каха Автандилович -01.11.2003 по 11.02.2004

Яковлев Евгений Кириллович -12.02.2004 по 25.08.2004

Клочко Игорь Петрович -08.10.2004 по 13.06.2005

Шматко Сергей Иванович -14.06.2005 по 11.07.2008

Резников Леонид Михайлович -16.07.2008 по 30.12.2008

Беленький Дан Михайлович -31.12.2008 по 30.11.2010

Глухов Александр Анатольевич -01.12.2010 по 06.11.2011

Достаточно долго, около трех лет, эту должность занимал С.И.Шматко, который активно способствовал работе по завершению сооружения первых энергоблоков и разрешению проблем по замороженному строительству АЭС «Белене» в Болгарии, и, в результате, занявший пост министра энергетики РФ.

Остальные руководители, занимая эту должность в течении небольшого времени, успевали только более-менее войти в курс текущих событий. Ситуация изменилась в 2012 году, когда Росатомом РФ было принято решение об объединении АСЭ и НИИАЭП г. Нижний Новгород.

Новую Организацию возглавил Игорь Лимаренко, который руководит ей до настоящего времени. Он убедил Росатом РФ создать новое подразделение «Инжиниринговый дивизион Росатома РФ», куда вошли все институты, проектирующие атомные электростанции и Атомстройэкспорт.

«Главной нашей стратегической целью является повышение доли присутствия на мировом рынке и удержание лидерских позиций. Бренд АСЭ хорошо известен нашим зарубежным партнерам, так как именно Атомстройэкспорт на протяжении десятилетий занимался возведением АЭС. Этому бренду доверяют, что для нашей отрасли очень важно. Именно под этим брендом мы будем работать и развиваться дальше, расширяя свое присутствие на мировом рынке», – подчеркнул Валерий Лимаренко, ставший президентом Группы компаний АСЭ.

Следует отметить, что сегодня руководителями основных направлений сотрудничества, а именно: с Китаем, Индией и Ираном являются, соответственно – Алексей Банник, Андрей Лебедев и Владимир Павлов, начинавшие свой путь еще в АСЭ также, как и руководитель московского офиса Владимир Савушкин.


В 2016 году завершилась интеграция активов Группы компаний ASE (Atomstroyexport) – Инжинирингового дивизиона Госкорпорации «Росатом», ведущего игрока на мировом рынке проектирования и строительства объектов атомной энергии. Инжиниринговый дивизион хорошо известен нашим зарубежным партнерам, с момента основания он имеет репутацию эффективного поставщика инжиниринговых услуг и завоевал доверие на мировом рынке.

В 2016 году портфель зарубежных заказов превысил 90 миллиардов долларов США.

По решению Госкорпорации «Росатом» Инжиниринговый дивизион стал Отраслевым центром компетенций по управлению проектами капитального строительства.

Уже несколько лет в АСЭ успешно внедряется практика проектного управления. Продолжает развиваться уникальная технология Multi-D, которая является основным инструментом платформы по управлению проектами, в том числе позволяет сокращать сроки строительства с одновременным повышением производительности труда, качества работ и безопасности при снижении стоимости проектов. В 2016 году эта технология получила международное признание – победа в конкурсе WNEAWARDS (Ле Бурже, Франция) с проектом «Система управления проектами на основе Multi-D-технологии», что является большим признанием со стороны мирового энергетического сообщества. Проект «Система управления проектами Multi-D® на Ростовской АЭС» одержал победу в международном конкурсе СЕЛ AWARD2016 в номинации «Мега-проект», о чем объявило одно из наиболее авторитетных в мире промышленных объединений FIATECH.

Кроме того, группа компаний АСЭ стала первой российской компанией, получившей международный сертификат соответствия 3-му классу компетентности в области управления проектами, программами, портфелями по модели InternationalProjectManagementAssociation(IPMADelta). Это еще одно достижение на международном уровне. Сейчас сертификацию в сфере управления проектами по международным стандартам IPMA прошли все топ-менеджеры компании. Дивизион продолжит реализацию своих стратегических целей в непростой ситуации растущей конкуренции как на рынке сооружения АЭС, так и на рынке услуг по управлению сооружением сложными инженерными объектами, используя все ресурсы повышения конкурентоспособности.

Глава 9. Персоны, оказавшие значительное влияние на возрождение атомной энергетики России

 Сделать закладку на этом месте книги

9.1. Лидеры и соратники

 Сделать закладку на этом месте книги

Фрадков Михаил Ефимофич,(в 2004–2007 г.г. председатель Правительства РФ), до этогодолгие годы работал в системе ГКЭС а затем в МВЭС на различных должностях и оказывал решающее содействие (не только Атомэнергоэкспорту) в продвижении российского энергетического оборудования на новые рынки.

В 1997 году Фрадков и Михайлов направили письмо в правительство РФ, возглавлявшееся в то время Черномырдиным, где аргументированно доказали важность для России подписания контракта на строительство АЭС в Китае. Черномырдин согласился и это открыло путь к подписанию контракта. Позже Касьянов пытался дезавуировать решение своего предшественника, но это уже другая история.


Давыдов Олег Дмитриевич

Олег Дмитриевич с 1970 по 1975 год работал в Финляндии на строительстве АЭС Ловииза руководителем представительства ВО «Атомэнергоэкспорт». С 1975–1983 – работал во внешнеторговом объединении «Атомэнергоэкспорт» на разных должностях. В 1985–1988 – заместитель председателя Государственного комитета по экономическим связям СССР; 1988–1993 – заместитель министра внешних экономических связей СССР. В 1993 г. был назначен сначала первым заместителем министра, а затем вице премьером правительства РФ – министром внешних экономических связей РФ;

За время работы в Атомэнергоэкспорте и в Финляндии Олег Дмитриевич в полной мере осознал проблемы, связанные с сооружением атомных электростанций за рубежом. Работая в правительстве России он оказывал Атомэнергоэкспорту всю возможную помощь в переговорах по строительству АЭС в Китае и Индии.

Однако особое отношение у него было к сооружению АЭС в Иране.

В 1995 году был подписан контракт между ВО «Зарубежатомэнергострой» и Иранским заказчиком на строительство АЭС в иранской провинции Бушер.

Атомэнергоэкспорт был официальным консультантом в ходе подготовки и подписании контракта. Подписанный контракт вызвал резко негативную реакцию госдепартамента США. В Москву зачастил зам. Госсекретаря США г-н Болтон, оказывая сильное давление на Руководство России, с целью принудить Россию отказаться от контракта с Ираном.

Во время одного из его наездов, глубокой ночью, я был вызван на государственную дачу, где в это время жил Давыдов. Он рассказал мне об очень острой ситуации, которая сложилась во взаимоотношениях между Россией и США из за контракта с Ираном. США считают, сказал он, что это сотрудничество приведет к возможности Ирана обладать ядерным оружием. Служба безопасности Президента России ищет людей, которые хотят поссорить Президентов России и США, поэтому нужно найти пути к тому, как расторгнуть контракт.

Он предложил мне написать письмо в правительство, обосновав, что подписанный контракт невыгоден для российской стороны. Я, будучи уверенным в том, что российские интересы соблюдены и для многих российских предприятий, находящихся в катастрофической ситуации из за отсутствия заказов, этот контракт – путь к спасению от банкротства, отказался. Его реакция была крайне негативной. Он сказал, что пытался уберечь меня возможных крупных неприятностей и теперь умывает руки. К чести тогдашнего руководства России оно не поддалось на шантаж и контракт не был аннулирован. В дальнейшем Давыдов в полной мере использовал свое служебное положение для поддержки пребывавшей в глубоком кризисе российской атомной энергетики.

В канун нового 1998 года он прислал мне письмо:

«Уважаемый Виктор Васильевич! Я хотел бы прежде всего поздравить тебя и твоих коллег с подписанием контракта на строительство атомной электростанции в Китае.

Это действительно большой успех тех, кто приложил к этому свои силы и знания. Можно гордиться этим событием, так как это первый крупный инвестиционный проект, который будет осуществляться организациями и предприятиями новой, обновленной России.

Знаю, какие трудности пришлось Вам преодолеть, но значение этого контракта трудно переоценить – это и преодоление чернобыльского синдрома, это выход России на новые рынки современных технологий и это, наконец, возрождение Атомэнергоэкспорта, организации, которую Вы сумели сохранить в водовороте социально-экономических перемен в нашей стране. Мне всегда был дорог успех Атомэнергоэкспорта, который много сделал для меня и во многом способствовал моей работе в министерстве и правительстве».

Такая оценка человека, занимавшего высокие посты в правительстве России дорогого стоит.


Качанов Александр Иванович

Александр Иванович прошел длинный жизненный путь. С 1978 года он был тесно связан с внешнеэкономической деятельностью СССР, а затем и России:

1978–1983 гг. – советник Посольства СССР на Кубе по экономическим вопросам;

1983–1988 гг. – 1-й заместитель Председателя ГКЭС СССР;

1988–1991 гг. – 1-й заместитель Министра внешнеэкономических связей СССР;

1992–2001 гг. – торговый представитель Российской Федерации в КНР.

Мне повезло с ним достаточно «плотно» сотрудничать после назначения председателем АЭЭ в 1990 году.

В 1991 году, в ходе нескольких реорганизаций, были освобождены от работы все заместители министра МВЭС и направлены торговыми представителями за рубеж. При этом их предупредили, что они будут в этих должностях максимум год. Затем отставка.

Судьба распорядилась иначе. Он успешно проработал в Китае 9 лет и оказал неоценимую помощь АЭЭ, а затем и АСЭ в ходе проведения переговоров, подписания контракта и начала строительства Тяньваньской атомной электростанции.

Начиная с 1992 года Атомэнергоэкспорт и Зарубежатомэнергострой по нескольку раз в год приезжали в Китай для проведения переговоров о возможном строительстве АЭС. Переговоры велись в разных городах в течении 6 лет и практически всегда Александр Иванович был рядом с нами, помогая организационно и мудрыми советами.


Коновалов Виталий Федорович

C 1989 г. – по ноябрь 1991 г. министр атомной энергетики и промышленности СССР, затем первый заместитель министра и, в последствии, генеральный директор ТВЭЛ.

Виталий Федорович был инициатором объединения Атомэнергоэкспорта и Зарубежатомэнергостроя в новую структуру – Атомстройэкспорт. Он поддержал мою кандидатуру на пост генерального директора и всегда оказывал помощь в повседневной деятельности в то сложное время. Как генеральный директор ТВЭЛ принимал активное участие в переговорах с китайцами, своим авторитетом способствуя достижения договоренностей, выгодных для российской стороны.


Михайлов Виктор Никитич

Виктор Никитич, в ряду «атомных министров», безусловно является исключительно яркой и самобытной фигурой.

Доктор технических наук, профессор, Лауреат Ленинской и Государственных премий, основатель научной школы в одном из ключевых направлений ядерной физики, Виктор Никитич был патриотом России называл ее не иначе, как «Россия Матушка».

До назначения министром Виктор Никитич работал в «закрытых» городах и немало времени проводил на испытательных полигонах. После назначения министром перед ним открылся окружающий мир, и он сполна использовал эту возможность, часто выезжая в загранкомандировки и встречаясь с государственными деятелями и специалистами других стран. Достаточно часто я сопровождал его в этих поездках. Он душой и сердцем болел за «родной Минатом», справедливо считая, что зарубежная деятельность, в том числе приносящая прибыль, позволит отрасли развиваться эффективнее.

Он резко выступал против продвижения НАТО к границам России. Однажды, это было в 1996 году, у него взяла интервью корреспондентка газеты «WashingtonPost». Она спросила: «господин министр, что бы Вы стали делать, если бы базы НАТО были бы размещены у границ России». Он коротко ответил – мы бы их разбомбили.

Через два дня делегация Минатома (министр Михайлов, заместитель министра Евгений Решетников и гендиректор АЭЭ Козлов) вылетела на Кубу для переговоров с Фиделем Кастро.

Интервью наделало много шума в зарубежной прессе и вызвало недовольство в Госдепе США. Михайлову позвонил заместитель министра иностранных дел и уточнил, что и как говорил Михайлов журналистке. Михайлов в ответе заместителю министра немного сгладил акценты.

На встрече с Кастро, первый вопрос, который задал Фидель: «Виктор Никитич, Вы действительно так сказали и почему?». Михайлов ответил – потому что надоело это хамское поведение США.

На следующий день кубинские летчики сбили два одноместных самолета, на которых до этого кубинские иммигранты неоднократно, в провокационных целях, нарушали воздушную границу Кубы со стороны американской границы. Американские санкции против Кубы, после этого инцидента, были усилены.

Что касается зарубежных объектов Росси, то Виктор Никитич оказал решающее влияние на принятие положительного решения в ходе переговоров с китайцами о строительстве АЭС по российскому проекту. Что касается АЭС в Иране, то он убедил Ельцина не поддаваться на шантаж американцев, так как сотрудничество с Ираном в этой области принесет России (и Росатому) столь необходимую конвертируемую валюту.


Адамов Евгений Олегович

Министр Российской Федерации по атомной энергии в 1998–2001 гг.

Евгений Олегович, сразу после назначения министром:

– принял решение о создании ЗАО «Атомстройэкспорт»;

– доказал в правительстве РФ полезность подписания с Индией межправительственного соглашения о сооружении АЭС, учитывая перспективность такого сотрудничества;

– Провел эффективные переговоры с председателем комиссии по атомной энергии Ирана о возобновлении работ по сооружению АЭС в Иране.

В дальнейшем оказывал АСЭ всю возможную поддержку в работе организации.


Румянцев Александр Юрьевич

Ученый ядерщик, директор Курчатовского института, академик РАН, Министр Российской Федерации по атомной энергии в 2001–2004 гг.

Александр Юрьевич принял руководство министерством по завершению «лихих 90-х». В тот период времени предыдущим руководителям отрасли приходилось иногда принимать решения, которые новому руководству страны казались не всегда оправданными. Румянцеву пришлось проводить кропотливую работу по корректировке и адаптации некоторых последствий в соответствие новым требованиям.

Тем не менее он активно включился в тему строительства АЭС за рубежом. Авторитетом министра он поддержал правильность подписания контракта с индийским заказчиком, хотя правительство Касьянова выступало против такого сотрудничества. Посетив площадку строительство АЭС в Иране и проведя переговоры со своим иранским коллегой, председателем комиссии по атомной энергии Ирана, господином Ага-заде, он «расшил» многие острые вопросы, накопившиеся в ходе строительства. Ключевым моментом этого проекта было подписание межправительственного соглашения между Ираном и Россией о возврате отработавшего топлива из Ирана в Россию Которое подписал Румянцев. Атомстройэкспорт постоянно чувствовал его поддержку в разрешении сложных проблем.


Решетников Евгений Александрович

Вклад Евгения Александровича, вообще, трудно переоценить. Он, начиная с 1990 года, в ранге заместителя Министра принимал участие во всех переговорах с зарубежными партнерами и организовывал всю необходимую поддержку со стороны Минатома. В 2002 году он был избран на пост председателя Совета директоров Атомстроойэкспорта и внес решающий вклад в успешное завершение сооружения энергоблоков в Китае, Индии и Иране.


Боровков Игорь Владимирович

В 1999–2002 гг. Игорь Владимирович работал заместителем начальника Департамента оборонного комплекса Аппарата Правительства РФ.

В 2002–2004 гг. Он был первым заместителем Министра РФ по атомной энергии.

Работая на этих должностях Игорь Владимирович, своими квалифицированными советами помогал Атомстройэкспорту организовать эффективный диалог с Правительством РФ по наиболее проблемным вопросам зарубежного сотрудничества.


Овчар Владимир Герасимович

С Владимиром Герасимовичем я, в первые, познакомился в то время, когда он был генеральным директором ПО «Атоммаш» в г. Волгодонске Ростовской области в 1984 году. Он был командирован в Волгодонск с должности директора Подольского завода им. Оджоникидзе Я приехал туда, чтобы обсудить с руководством завода вопрос поставок оборудования для строящейся на Кубе АЭС. С 1988 г. он опять стал директором Подольского машиностроительного завода, а в 1993 г., после приватизации предприятия, занял пост президента АО, затем возглавил совет директоров. С 1993 по 1994 гг. он был членом Совета по промышленной политике при Правительстве РФ.

В начале 90-х мы обсуждали с ним кризисную ситуацию, в которой оказалась российская энергетика – без заказов и перспектив. Я рисовал перед ним «радужные» возможности сотрудничества с Китаем и Индией, а он ответил мне стихами великого русского поэта Некрасова: «Только пожить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне ни тебе».

Судьба оказалась к нам добра и в 1998 году мы с ним и другими директорами крупных заводов обсуждали, как справедливо распределить «финансовый пирог контракта с китайцами» между участниками строительства. Владимир Герасимович обладал огромным авторитетом у руководителей промышленных предприятий и способствовал достижению справедливого консенсуса.

9.2. Люди, мешавшие возрождению атомной энергетики России и, также, временный попутчик

 Сделать закладку на этом месте книги

Касьянов

В конце 90-х я, занимая должность генерального директора ВО «Атомэнергоэкспорт», много раз встречался с первым заместителем министра финансов М.М. Касьяновым (впоследствии – председателем правительства) и обсуждал с ним перспективы сотрудничества с Китаем. Касьянов откровенно говорил, что является противником такого сотрудничества. По его мнению, Китай – это бедная, ненадежная страна, которую в ближайшее время ожидает финансовый коллапс. Кроме того, у России много внутренних проблем, и российские организации не смогут выполнить обязательства по сооружению АЭС в обозримой перспективе. Когда позднее на одном из межведомственных совещаний ему было предложено в ходе государственного визита (в должности председателя правительства РФ) посетить успешно строящуюся АЭС, он отказался, заявив заместителю министра по атомной энергии А.Б. Малышеву: «Мы и так вам слишком много помогаем, чтобы я еще и рекламировал вас за рубежом».

К стати, премьер министр Канады, после подписания аналогичного контракта, приезжал в Китай на закладку «первого камня», показав особое внимание к поддержке высокотехнологичного экспорта своей страны.


Задорнов

Только 24 апреля 1998 г., более чем через 100 дней после подписания контракта с китайским заказчиком, министр финансов М.М. Задорнов направил в правительство письмо, в котором возражал против контракта с Китаем, настаивая на том, что последний является ненадежным партнером и, в случае неизбежного кризиса китайской финансовой системы, он не сможет расплатиться с Россией по предоставленным кредитам[17].


Немцов

Опираясь на это письмо, 28 апреля 1998 г. заместитель председателя правительства Б.Е. Немцов собрал совещание с участием руководителей Министерства по атомной энергии и Министерства финансов, а также ответственных работников Министерства внешних экономических связей и торговли, Внешэкономбанка, Министерства иностранных дел и аппарата Правительства РФ. На этом совещании Немцов высказал поддержку позиции Минфина, сказав, что Россию втягивают в авантюру и нужно примерно наказать людей, которые это делают. По результатам заседания было дано поручение: «До 12 мая 1998 г. всем участникам совещания рассмотреть подготовленные Минфином России материалы финансово-экономического анализа условий сотрудничества с Китаем и, по результатам рассмотрения, на основе взвешенной оценки всех геополитических и экономических факторов внести согласованный проект решения Правительства РФ по реализации российско-китайского межправительственного соглашения от 18 декабря 1992 г.».[18]

Во исполнение этого поручения все ведомства, принимавшие участие в совещании (кроме Минфина), выступили с единой позицией поддержки российско-китайского сотрудничества, и только после этого Минфин вынужден был согласовать Проект постановления правительства, одобряющий строительство АЭС в Китае. 19 июня 1998 г. председатель правительства РФ С.В. Кириенко подписал постановление, одобряющее заключенный контракт. Знал ли он в то время, что ему придется возглавлять Росатом РФ?


Реализация контракта началась и Атомстройэкспорт столкнулся с большими трудностями при оплате выполненных поставок и услуг. Документы о выполненных работах и осуществленных поставках, подтвержденные китайским заказчиком, поступали в Минфин РФ и он давал поручение Внешэкономбанку оплатить счета АСЭ. По существовавшим нормам счета должны были быть оплачены в течении двух недель. На практике задержка в оплате составляла 4–6 месяцев в суммах от 20 до 50 млн. долларов. Банковская ставка по кредитам тогда достигала 18–20 % годовых и Внешэкономбанк «наживался», незаконно задерживая деньги АСЭ, а Атомстройэкспорт нес дополнительные неоправданные расходы, получая кредиты в других банках.

В цепочке Минфин-Внешэкономбанк руководили два человека:

Чернухин – Сторчак.


Чернухин

Он пришел во Внешэкономбанк (ВЭБ) в 1996 году на должность заместителя начальника департамента кредитов и гарантий. В 1998 году возглавил кредитный департамент банка, а в сентябре 1999 года распоряжением правительства РФ назначен зампредом. В мае 2000 года распоряжением правительства назначен заместителем министра финансов РФ. Деятельность ВЭБа регламентировалась указом президента от 1993 года. Банковской лицензии ВЭБ не имел, однако все это время он активно занимался банковским бизнесом, обслуживая выполнение экспортных контрактов по межправительственным соглашениям.

За те неполные два года, что Чернухин руководил банком, по данным журнала «Компания», ВЭБ прославился в первую очередь монополизацией пенсионных денег. Решение о наделении банка полномочиями государственной управляющей компании (ГУК), которой «по умолчанию» достались накопительные счета 97 % россиян, подпадающих под пенсионную реформу, принималось при самом деятельном участии экс-премьера Михаила Касьянова и экс-председателя Пенсионного фонда, Михаила Зурабова.

В мае 2004 года Владимир Путин своим постановлением уволил Владимира Чернухина с этого поста. Отставку главы госбанка, на балансе которого находится более 70 млрд.$. долгов перед Россией, связывали с тем, что он считался ставленником Михаила Касьянова, отправленного в отставку в конце февраля того же года.


В 2006 году одно из красивейших зданий в лондонском Сити, где раньше располагался центральный офис банка Midland Bank, продано российскому олигарху Владимиру Чернухину за 72 млн фунтов. Сумма сделки – 72 млн фунтов стерлингов (135 млн долларов). Как замечает «The Daily Telegraph», Владимир Чернухин смог осуществить покупку благодаря состоянию, которое он нажил, будучи председателем Внешэкономбанка.

"Newsru.com", 18.10.2006,


Сторчак

С 1998 по 2004 годы заместитель председателя Внешэкономбанка.

В 2004 году назначен директором департамента международных финансовых отношений, государственного долга и государственных финансовых активов Минфина России.

27 октября 2005 года назначен заместителем министра финансов России.

15 ноября 2007 года Сторчак был задержан сотрудниками ФСБ и Следственного комитета при прокуратуре России. При

убрать рекламу


"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D0%B1%D1%8B%D1%81%D0%BA">обыске в квартире Сторчака была изъята сумма в один миллион долларов, которая впоследствии была признана законно приобретёнными средствами и возвращена. По информации защиты, деньги предназначались на покупку загородного дома и были заработаны, когда Сторчак занимал должность зам. руководителя Внешэкономбанка и получал «сопоставимые суммы».


Как можно заработать за короткое время такие суммы, работая в государственном банке – вопрос отнюдь не риторический, так как есть и конкретный ответ: в том числе задерживая и используя деньги АСЭ.


Бендукидзе (временный попутчик)

В 1988 году Бендукидзе начал предпринимательскую деятельность в СССР, создав кооператив «Биопроцесс».

Начиная с 1994 года он скупил акции АО «Уралмашзаводы», ОАО

«Красное Сормово», ОАО «Ижорские заводы». Причем, как он говорил своим ближайшим сотрудникам, акции Уралмаша были приобретены по цене двух трехкомнатных квартир в Москве. Крупнейший завод России (60 000 рабочих) оказался не нужен государству по причине экономического кризиса и отсутствия заказов, так же как и другие машиностроительные заводы.

С 1994 года он являлся членом Совета по промышленной политике и предпринимательству при Правительстве РФ.

В 1996 году после создания ОАО «Объединённые машиностроительные заводы» (группа «Уралмаш-Ижора») Бендукидзе стал председателем совета директоров этой компании, В феврале 2001 года вошёл в состав Совета по предпринимательству при кабинете министров Михаила Касьянова.


Приобретя контроль над машиностроительными заводами Бендукидзе и Потанин (владелец концерна «Силовые Машины») стали фактическими монополистами по изготовлению основного оборудования, производя реакторную установку, турбину и генератор для АЭС.

Перед ними встала задача владения инжиниринговой компанией, которая координирует взаимоотношения между иностранным заказчиком и российскими поставщиками.


ОАО «Объединенные машиностроительные заводы» получило контроль над «Атомстройэкспортом» – российским монополистом по строительству атомных электростанций за рубежом, написала газета «Ведомости» 3 ноября 2003 года. Гендиректор ОМЗ Каха Бендукидзе с сегодняшнего дня станет еще и президентом этой компании. В Минатоме произошедшее не одобряют. Но Бендукидзе говорит, что готов поделиться акциями монополиста с конкурентами ОМЗ.

Субподрядчиками «Атомстройэкспорта» выступают десятки отечественных машиностроительных и строительно-монтажных организаций, крупнейшими из которых являются ОМЗ и концерн «Силовые машины». Оборот «Атомстройэкспорта» в 2002 г. составил около 640 млн долл., портфель заказов – около 2.9 млрд долл.

Бендукидзе подтвердил информацию о получении ОМЗ контроля над АСЭ. Он говорит, что приступит с сегодняшнего дня к руководству компанией, а Виктор Козлов возглавит совет директоров. Другой представитель ОМЗ говорит, что специального умысла в получении контроля над АСЭ у его компании не было. А назначение Бендукидзе руководителем АСЭ он называет необходимостью сделать управление и бизнес компании «более прозрачными». Бендукидзе утверждает, что у ОМЗ нет цели сохранения контрольного пакета АСЭ: «Мы не собираемся делать «Атомстройэкспорт» своей дочерней компанией». По его словам, ОМЗ готовы обсуждать переуступку части акций госструктурам и другим компаниям – экспортерам энергомашиностроительного оборудования, а также финансовым партнерам. Как утверждает К.Бендукидзе, интерес к участию в капитале «Атомстройэкспорта» проявляет концерн «Силовые машины», Альфа-банк, ТВЭЛ.

При этом он не скрывал, что приобрел контроль над АСЭ, чтобы, при случае, его выгодно перепродать.

Американское издание Bloomberg Businessweek USA, 6 мая 2003 года опубликовало следующее:

Российская ядерная энергия? Для большинства людей эти слова означают одно: Чернобыль. Однако эта распространенная ассоциация неверна. По мнению экспертов, причиной взрыва реактора, из-за которого в 1986 году над Европой распространилось смертоносное радиоактивное облако, стали человеческий фактор и нестандартная конструкция. Обычно в России изготавливаются надежные, эффективные реакторы – что и подтверждается присвоением Европейским Союзом статуса надежных четырнадцати сделанным в Советском Союзе ядерным реакторам, которые функционируют в Чехии, Венгрии и Словакии. Чего действительно не хватает постсоветской российской ядерной промышленности – так это опытного руководства в финансовой сфере.

Теперь положение дел должно измениться. Ожидается, что после завершении во второй половине мая компанией «Ernst&Young» тщательного аудита АСЭ, хорошо зарекомендовавший себя московский концерн «Объединенные машиностроительные заводы» (ОМЗ), строящий корабли и производящий нефтебуровое оборудование для покупателей со всего мира, приобретет контрольный пакет акций государственного предприятия «Атомстройэкспорт», являющегося российским монополистом в сфере экспорта ядерного оборудования и услуг. Планируемое приобретение является амбициозным шагом «ОМЗ», уже являющегося основным субподрядчиком «Атомстройэкспорта», который направлен на то, чтобы поставить российское предприятие по экспорту оборудования для ядерной промышленности в один ряд с такими западными гигантами, как «Дженерал Электрик» и государственная французская компания «Framatome». Глава «ОМЗ» Каха Бендукидзе уверен, что длительный постчернобыльский «мертвый сезон» подошел к концу. «Когда будет в полной мере осознан вред, причиняемый окружающей среде и здоровью людей угольными электростанциями, спрос на ядерную энергию будет расти», – говорит Бендукидзе.

Первое серьезное испытание для «ОМЗ» пройдет в Финляндии, где «Атомстройэкспорт» участвует в конкурсе на строительство пятого атомного реактора, оценивающегося в 3 миллиарда долларов США. По мнению аналитиков, позиции российской компании в этом конкурсе сильны.

Покупка компании обещает стать большим кушем: ожидается, что экспортные доходы «Атомстройэкспорта» составят 800 миллионов долларов США, в то время как ожидаемые объемы продаж «ОМЗ» оцениваются в сумму от 450 до 500 миллионов. По словам генерального директора Виктора Козлова, отдавшего всю жизнь советской ядерной промышленности, «Атомстройэкспорт» является прибыльным предприятием, хотя он и не сообщил, насколько.

Как видно из публичных заявлений, намерения Бендукидзе по развитию атомной энергетики России были стратегическими, то есть долговременными. Жизнь оказалась прозаичнее. Когда тендер на строительство атомной электростанции в Финляндии (По политическим мотивам) выиграл французский концерн «AREVA», он потерял интерес к предстоящей рутинной и трудоемкой работе. Став президентом АСЭ он предпринял шаги по выводу активов компании в созданные им дочерние структуры. Пробыв руководителем три месяца он передал бразды правления представителю «Силовых Машин», которым планировал продать АСЭ. Новый директор, ознакомившись с ситуацией по выводу средств, передал материалы в прокуратуру. Началось следствие. Не дожидаясь его завершения, в июне 2004 года Бендукидзе заявил о сложении полномочий председателя совета директоров ОМЗ и уехал в Грузию, где был назначен Президентом Саакашвили. министром экономики Грузии.

Заключение

 Сделать закладку на этом месте книги

На базе успешно сооруженных 5 энергоблоков – в Китае, Индии и Иране реализуются следующие направления сотрудничества за рубежом.


Китай

Вторая очередь Тяньваньской АЭС (ТАЭС-2), включающая в себя также два блока с реакторами типа ВВЭР-1000 по проекту АЭС-91, сооружается в соответствии с Генеральным контрактом на блоки № 3 и № 4 ТАЭС-2, который был подписан в 2010 году и вступил в силу в 2011 году. Российская сторона имеет обязательства по разработке технического и рабочего проектов Ядерного Острова (ЯО) для блоков 3 и 4 ТАЭС-2 в целом, оказание сопутствующих услуг. АО АСЭ несет также общую техническую ответственность за проект блоков № 3 и № 4, отвечает за управление интерфейсами по всему проекту и обеспечивает гарантийные обязательства.

Генеральным контрактом предусмотрен ввод в эксплуатацию блока № 3 в феврале 2018 года, блока № 4 – в декабре 2018 года. Все работы идут в соответствии с графиком.

30 декабря 2017 года состоялся энергопуск блока № 3.

Предполагается доведение числа российских энергоблоков в Китае до 8.


Иран

Реализация проекта АЭС «Бушер-1» позволила выйти на подписание в 2014 году Протокола к Межправсоглашению от 25.08.1992, где предусмотрена возможность строительства восьми блоков АЭС на территории Ирана.

Одновременно 11 ноября 2014 года был подписан контракт, по которому Атомстройэкспорт построит второй и третий энергоблоки АЭС «Бушер». 10 сентября 2016 года состоялась торжественная закладка «первого камня». Началом работ по Контракту является 28 декабря 2016 года, когда российская сторона получила аванс от иранского заказчика.

В течение 2017 года проводились работы по подготовке Площадки. 14 марта 2001 года на площадке АЭС «Бушер-2» были начаты работы по вертикальной планировке. 31 октября 2017 года состоялась торжественная церемония начала работ на котловане основных зданий энергоблока № 2.

В 2018 году запланировано проведение инженерно-геологических изысканий морской акватории и участка под водосбросные сооружения. Планируется согласовать проект АЭС «Бушер-2» с Заказчиком и начать процедуры, связанные с экспертизой и получением лицензии на сооружение у иранского регулятора. На 2018 год запланировано обустройство котлована для энергоблока № 3, а на 2019 год – «первый бетон» на энергоблоке № 2. В соответствии с Контрактом, предварительная приемка Блока 2 планируется в 2026 г., Блока 3 – в 2027 г.


Индия

В рамках Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Индии о сотрудничестве в сооружении дополнительных энергоблоков атомной электростанции на площадке «Куданкулам», а также в сооружении атомных электростанций по российским проектам на новых площадках в Республике Индии от 5 декабря 2008 г. стороны приступили к плану реализации проекта сооружения энергоблоков № 3 и № 4 АЭС «Куданкулам» с реакторными установками ВВЭР-1000 МВт каждый.

10.04.2014 подписано Генеральное рамочное соглашение (ГРС) по сооружению энергоблоков № 3 и № 4 АЭС «Куданкулам».

В июне 2017 года проведена заливка первого бетона на второй очереди АЭС «Куданкулам» – блок № 3, в октябре 2017 – состоялась заливка бетона под блок № 4.

Планируемая дата начала гарантийной эксплуатации энергоблоков № 3 и № 4

– 2023 год и 2024 год соответственно.

1 июня 2017 года АО «Атомстройэкспорт» и Индийская корпорация по атомной энергии подписали Генеральное рамочное соглашение по строительству третьей очереди АЭС «Куданкулам», а также подписан Межправительственный кредитный протокол, необходимый для реализации проекта. Соглашение предусматривает возведение по российскому проекту энергоблоков № 5 и № 6 – третьей очереди АЭС «Куданкулам». 31 июля 2017 г. состоялось подписание контрактов между АО «Атомстройэкспорт» и Индийской корпорацией по атомной энергии (ИКАЭЛ) на первоочередные проектные работы, рабочее проектирование и поставку основного оборудования для третьей очереди АЭС «Куданкулам». Планируемые даты заливки первого бетона энергоблоков № 5 и № 6 – 2019 г. и 2020 г. соответственно. Планируемые даты начала гарантийной эксплуатации энергоблоков № 5 и № 6 – 2025 г. и 2026 г. соответственно.


Бангладеш

25 декабря 2015 г. между АО «Атомстройэкспорт» и Бангладешской комиссией по атомной энергии был подписан Генеральный контракт на сооружение АЭС «Руппур» в составе двух энергоблоков мощностью 1200 МВт проекта АЭС-2006, а также отдельные приложения к нему. Подписание Генерального контракта стало основополагающим событием, позволившим подойти к работам по основному этапу сооружения станции.

В соответствии с договоренностью сторон, вступление Генерального контракта в силу было обусловлено выполнением ряда условий. Первое – это подписание кредитного межправительственного соглашения на основной период сооружении АЭС «Руппур», затем подписание приложений к Генеральному контракту, получение бангладешской стороной лицензии на площадку размещения АЭС и одобрения регулирующим органом Бангладеш выбранного проекта АЭС.

26 июля 2016 г. подписано Межправительственное соглашение о выделении государственного кредита для финансирования основного этапа сооружения АЭС «Руппур».

Одновременно с выполнением условий вступления Генерального контракта в силу сторонами в 2016 году была проделана значительная работа по согласованию и подготовке к подписанию сопутствующих интеграционных контрактов по проекту АЭС «Руппур», в частности, контракта на поставку ядерного топлива, контракта на техническую поддержку эксплуатации, сервисное и техническое обслуживание и ремонт АЭС «Руппур.

В марте 2017 года стороны согласовали и парафировали проект межправительственного соглашения по обращению с отработавшим ядерным топливом АЭС «Руппур». Есть договоренность готовить соглашение к подписанию в максимально сжатые сроки.

АО «Атомстройэкспорт» заканчивает выполнение строительно-монтажных работ по сооружению объектов пионерной базы и строительно-монтажной базы. В 2016 году в рамках Генерального контракта проводилась разработка рабочей документации основного периода строительства, разработка материалов обоснования лицензий на размещение и сооружение энергоблоков № 1 и № 2 АЭС «Руппур». Первый бетон планируется залить на площадке в 2017 году. Пуск первого блока АЭС «Руппур» намечен на 2022 год, второго блока – на 2023 год.


Венгрия

История. Венгерско-российское сотрудничество в области атомной энергетики насчитывает более 60 лет. Оно началось в 1955 с подписания соглашения о создании исследовательского реактора в Будапеште. 28 декабря 1966 было подписано межправительственное соглашение между Венгрией и Советским Союзом о строительстве первой АЭС в Венгрии. В настоящее время АЭС «Пакш» с четырьмя блоками ВВЭР-440 успешно эксплуатируется, обеспечивая более 50 % производимой в стране электроэнергии.

14 января 2014 г. в г. Москве между Россией и Венгрией было подписано Межправительственное соглашение о сотрудничестве в области использования атомной энергии в мирных целях, предусматривающее строительство двух новых энергоблоков АЭС «Пакш-2».


9 декабря 2014 г. венгерское АО «МВМ Пакш-2» и российское АО «НИАЭП» (с декабря 2016 – АО ИК «АСЭ»), подписали три договора, касающихся сооружения двух блоков АЭС российскими реакторами ВВЭР-1200:

– EPC-контракт (инжиниринг, поставки оборудования, сооружение) на два новых энергоблока, в котором зафиксированы задачи на ближайшие 10 лет, с учетом физического пуска первого блока в 2023 году, второго – в 2025 г.;

– договор, который регламентирует условия сервисного обслуживания будущих энергоблоков;

– договор об условиях долгосрочного обеспечения топливом.

В апреле 2015 года была успешно завершена процедура одобрения комиссией ЕВРАТОМА контракта на поставку ядерного топлива для новых блоков АЭС «Пакш-2».

17 февраля 2015 г. в ходе визита Президента Российской Федерации В.В.Путина в Венгрию был подписан Меморандум о взаимопонимании между Госкорпорацией «Росатом» и Министерством социальных ресурсов Венгрии о подготовке персонала в области атомной энергетики и смежных областях. Согласно документу, Стороны будут осуществлять сотрудничество в области образования и подготовки персонала, образовательной и научной деятельности, а также в совместных образовательных программах в атомной энергетике и смежных областях.

В июне 2015 году АО «НИАЭП» (с декабря 2016 г – АО ИК «АСЭ») и АО «МВМ Пакш-2» подписали все необходимые для открытия финансирования ЕРС-контракта приложения, предусматривающие график, процедуру и условия платежей, условия страхования.


Венгрия, как член Европейского Союза, была обязана выполнить в общей сложности пять уведомительно-согласительных процедур с Европейской комиссией в связи с реализацией проекта расширения АЭС «Пакш-2». В ноябре 2016 года Еврокомиссия завершила расследование в отношении проекта строительства АЭС «Пакш-2», сняв все препятствия для его дальнейшего развития. В марте 2017 года строительство новых энергоблоков АЭС «Пакш-2» в Венгрии было одобрено Еврокомиссией (ЕК).

Стороны разрабатывают график строительства. Планируется, что лицензия на строительство АЭС «Пакш-2» будет готова в 2019 году, а первый бетон будет залит в 2020 году. Пик строительных работ ожидается в 2021–2022 гг. Ядерный остров и первый контур входят в компетенцию генерального подрядчика, а другие работы выполняются по закупкам.

Основной задачей 2017 года была подготовка к сооружению АЭС «Пакш-2». В круг задач входит: подготовка технической документации; работа с поставщиками; подача заявки на получение лицензии на строительство. В рамках работ, связанных с подготовкой документации, необходимой для получения лицензий на строительство АЭС «Пакш 2», идет подготовка технического проекта блоков 5 и 6; предварительного отчета обеспечения безопасности (ПООБ); отчетов по вероятностному анализу безопасности станции.

Генеральный проектировщик АО «АТОМПРОЕКТ» заканчивает работы над концептуальными проектными документами, предваряющими разработку проектной документации, и также, завершает адаптацию базового проекта ВВЭР-1200, согласованного с Заказчиком МВМ «Пакш-2», под конкретные условия площадки Пакша. Ведется процесс разработки глав ПООБ и разделов техпроекта.

Начато объявление первых тендерных процедур. Конкурсная информация будет доступна на специализированной платформе для тендеров Росатома. Уведомления о проведении тендеров также будут широко публиковаться на соответствующих венгерских и международных сайтах. Вся конкурсная документация будет размещаться на английском языке.

Венгерские и другие европейские компании могут принять участие в закупках, связанных практически со всем процессом сооружения АЭС, начиная от проектирования и строительных работ, заканчивая поставками оборудования (кроме ключевого оборудования первого контура, требующего наличия очень специфических знаний и компетенций) и сопутствующими услугами (юридические, перевод и т. д.).


Перспективы сотрудничества. В дальнейшем при реализации проекта по сооружению АЭС «Пакш-2» все закупки необходимого оборудования и услуг будут осуществляться открыто и транспарентно в соответствии со стандартами Европейского Союза.

В качестве потенциальных поставщиков оборудования и услуг в тендерах смогут в равной степени участвовать все заинтересованные компании, в том числе и из стран ЕС. Российская сторона рассчитывает на значительное участие фирм из Венгрии, чтобы уровень локализации, т. е. участие местной промышленности, составил до 40 %.

Венгерские и другие европейские компании могут принять участие в закупках, связанных практически со всем процессом сооружения АЭС, начиная от проектирования и строительных работ, заканчивая поставками оборудования (кроме ключевого оборудования первого контура, требующего наличия очень специфических знаний и компетенций) и сопутствующими услугами (юридические, перевод и т. д.). Требования к поставщикам разные в зависимости от того, что они поставляют или какие услуги оказывают.


Египет

АЭС «Эль Дабаа» (Египет), включающая в себя четыре блока с реакторами типа ВВЭР-1200, сооружается в соответствии с ЕРС контрактом, который был подписан между АО «Атомстройэкспорт» и Управлением по Атомным Станциям Арабской Республики Египет 31 декабря 2016 и вступил в силу 11 декабря 2017 году. Проект предусматривает сооружение четырех энергоблоков мощностью по 1,2 ГВт по российскому проекту с реактором ВВЭР-1200 МВт (водо-водяной энергетический реактор). Российская сторона также окажет египетским партнерам помощь в развитии ядерной инфраструктуры, осуществит поставку российского ядерного топлива на весь жизненный цикл атомной станции, построит специальное хранилище и поставит контейнеры для хранения отработавшего ядерного топлива, увеличит уровень локализации, обеспечит подготовку национальных кадров, окажет египетским партнерам поддержку в эксплуатации и сервисе АЭС «Эль Дабаа» на протяжении первых 10 лет работы станции.

В соответствии с ЕРС контрактом первый энергоблок АЭС «Эль Дабаа» будет введен в эксплуатацию в 2026 году.


Турция

Межправительственное соглашение РФ и Турции по сотрудничеству в сфере строительства и эксплуатации атомной электростанции на площадке «Аккую» в провинции Мерсин на южном побережье Турции было подписано 12 мая 2010 года.

Проект АЭС «Аккую» включает четыре энергоблока с российскими реакторными установками ВВЭР-1200 поколения «3+». Мощность каждого энергоблока АЭС составит 1200 МВт. Проектные решения станции АЭС «Аккую» отвечают всем современным требованиям мирового ядерного сообщества, закрепленным в нормах безопасности МАГАТЭ, Международной консультативной группы по ядерной безопасности и требованиям Клуба EUR.

Начало промышленной эксплуатации энергоблоков №№ 1–4 АЭС «Аккую» предварительно намечено на апрель 2023, 2024, 2025 и 2026 годов соответственно.


Финляндия

5 октября 2011 года было объявлено о месте строительства новой атомной электростанции в Финляндии: это будет мыс Ханхикиви в общине (муниципалитете) Пюхяйоки провинции Северная Остроботния Ботнического залива, примерно в 100 км к югу от Оулу). В СМИ встречаются различные названия этой станции – АЭС Пюхяйоки, АЭС Ханхикиви, АЭС Ханхикиви-1, однако, официальное название – АЭС «Ханхикиви-1». Первоначально планировалось, что строительство станции начнётся в 2015 году, станция будет запущена в 2020 году, а её максимальная мощность составит 1800 мегаватт. Изначально велись переговоры с компаниями Areva и Toshiba.

3 июля 2013 года финской компанией Fennovoima Oy и ЗАО «Русатом Оверсиз», дочерним предприятием российской госкорпорации «Росатом», было подписано соглашение о разработке проекта с целью подготовки к подписанию контракта на строительство станции. Планировалось, что этот контракт будет подписан до конца 2013 года. В сентябре 2014 года правительство Финляндии одобрило проект строительства АЭС при участии России, предусматривающий использование российского реактора ВВЭР-1200. Станция должна быть построена к 2024 году.


Белоруссия

В Республике Беларусь на Островецкой площадке вблизи г. Гродно ведется сооружение Белорусской АЭС в составе двух энергоблоков типа ВВЭР-1200 суммарной мощностью до 2400 (2×1200) МВт. Обязанности генерального подрядчика возложены на АО АСЭ. Предусмотрено, что Белорусская АЭС сооружается на условиях полной ответственности генерального подрядчика «под ключ». Для строительства первой белорусской АЭС выбран проект «АЭС-2006», генеральный проектировщик АО «АТОМПРОЕКТ».

Проект Белорусской АЭС соответствует всем международным нормам и рекомендациям МАГАТЭ, отличается повышенными характеристиками безопасности и технико-экономическими показателями.

Основными преимуществами российского проекта являются высокая степень защиты, обеспеченная за счет использования независимых каналов активных и пассивных систем безопасности, ловушки расплава и других систем, обеспечивающих максима Блок № 1 станции планируется ввести в эксплуатацию в 2019 году, блок № 2 – в 2020 году.


Большая перспектива предполагает еще большую ответственность. Предыдущая история, теперь уже группы компаний АСЭ, позволяет надеяться успешное выполнение стоящих перед атомной энергетикой России, не побоюсь этого слова, грандиозных задач!

Список использованной литературы:

 Сделать закладку на этом месте книги

1. Атомная энергетика России за рубежом, под ред. Козлова В.В., Москва, Энергоатомиздат, 2001 год.

2. Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в сооружении на территории КНР атомной электростанции и предоставлении Россией КНР государственного кредита. Пекин, 18 декабря 1992 г.

3. В. Козлов, Финансовые трудности на пути реализации проекта, Ж. Ядерный клуб,№ 3, 2010 г.

4. Письмо Министерства финансов РФ № 01–10/26-1392 от 24 апреля 1998 г

5. Протокол совещания у вице-премьера Б.Е. Немцова от 28 апреля 1998 г. 6.Постановление Правительства РФ № 618 от 19 июня 1998 г.

7. Представление Счетной Палаты № 01-1359/05-2 от 31 октября 2003 г

8. В.Козлов, О.Кулаков,В.Наумкин,В.Рыбаченков. «Нужен ли России Бушер-2,?», Ж. Ядерный клуб № 1(8), 2011 г.

9. Антон Хлопков, Анна Луткова, «АЭС Бушер», Ядерный клуб, № 1 (2), 2010 (январь-февраль)

10. В.Козлов, Из истории строительства АЭС Ловиза, Ж. Ядерный клуб 5–6(11–12),2011 г.

11. В.Козлов, Управление корпоративной культурой в период кризиса, Ж. «Управление корпоративной культурой», № 4(12) 2011 г.

12. В.Козлов, АЭС на экспорт: История сохранения российского потенциала. Ж. Ядерный клуб, № 1(2) 2010 г.

13. Отчет АСЭ за 2016 год.

14. Сайт «Атомстройэкспорт».

Об авторе

 Сделать закладку на этом месте книги

В.В. Козлов, д.э.н., профессор. Член диссертационного совета РЭУ им. Плеханова, автор около 50 научных трудов, в том числе монографий, статей, учебников и учебных пособий, ветеран атомной энергетики. С 1990 года по 1998 год возглавлял Атомэнергоэкспорт, с 1998–2003 год Гендиректор Атомстройэкспорт. С 2005 года профессор РЭА им. Г.В.Плеханова.





* * *

В качестве иллюстраций в книге использованы фотографии из личного архива автора.

Дизайн обложки: Козлова Анастасия.


* * *

Эта книга участник литературной премии в области электронных и аудиокниг «Электронная буква 2019». Если вам понравилось произведение, вы можете проголосовать за него на сайте LiveLib.ru https://bit.ly/325kr2W до 15 ноября 2019 года.

Примечания

 Сделать закладку на этом месте книги

1

 Сделать закладку на этом месте книги

До 1987 года за рубежом было построено около 30 энергоблоков АЭС и порядка десяти ядерных научно-исследовательских центров.

Станции, построенные при технической помощи СССР в Болгарии, Венгрии, Чехии, Словакии, Финляндии и ряде других стран, работают надежно, в большинстве случаев гарантийные показатели превышены. АЭС «Ловииза» в Финляндии и АЭС «Пакш» в Венгрии по своим технико-экономическим показателям входят в число пяти лучших АЭС в мире.

2

 Сделать закладку на этом месте книги

Атомная энергетика России за рубежом, под ред. Козлова В.В., Москва, Энергоатомиздат, 2001 год.

3

 Сделать закладку на этом месте книги

Совет экономической взаимопомощи (СЭВ) – межправительственная экономическая организация, действовавшая в 1949–1991 годах. Создана по решению экономического совещания представителей Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, СССР и Чехословакии.

4

 Сделать закладку на этом месте книги

Бандиты.

5

 Сделать закладку на этом месте книги

Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в сооружении на территории КНР атомной электростанции и предоставлении Россией КНР государственного кредита. Пекин, 18 декабря 1992 г.

6

 Сделать закладку на этом месте книги

В. Козлов, Финансовые трудности на пути реализации прое


убрать рекламу


кта, Ж. Ядерный клуб,№ 3, 2010 г.

7

 Сделать закладку на этом месте книги

Письмо Министерства финансов РФ № 01–10/26-1392 от 24 апреля 1998 г.

8

 Сделать закладку на этом месте книги

Протокол совещания у вице-премьера Б.Е. Немцова от 28 апреля 1998 г.

9

 Сделать закладку на этом месте книги

Постановление Правительства РФ № 618 от 19 июня 1998 г.

10

 Сделать закладку на этом месте книги

Соответствующие вопросы в то время курировали в Минфине – заместитель министра В.А. Чернухин, а во Внешэкономбанке – С.А. Сторчак.

11

 Сделать закладку на этом месте книги

Представление Счетной Палаты № 01-1359/05-2 от 31 октября 2003 г.

12

 Сделать закладку на этом месте книги

Антон Хлопков, Анна Луткова, «АЭС Бушер», Ядерный клуб, № 1 (2), 2010 (январь-февраль).

13

 Сделать закладку на этом месте книги

Антон Хлопков, Анна Луткова, «АЭС Бушер», Ядерный клуб, № 1 (2), 2010 (январь-февраль).

14

 Сделать закладку на этом месте книги

В.Козлов, О.Кулаков,В.Наумкин,В.Рыбаченков. «Нужен ли России Бушер-2,?», Ж. Ядерный клуб № 1(8), 2011 г.

15

 Сделать закладку на этом месте книги

В.Козлов, Из истории строительства АЭС Ловиза, Ж. Ядерный клуб 5–6(11–12),2011 г.

16

 Сделать закладку на этом месте книги

В.Козлов, Управление корпоративной культурой в период кризиса, Ж. «Управление корпоративной культурой», № 4(12) 2011 г.

17

 Сделать закладку на этом месте книги

Письмо Министерства финансов РФ № 01–10/26-1392 от 24 апреля 1998 г.

18

 Сделать закладку на этом месте книги

Протокол совещания у вице-премьера Б.Е. Немцова от 28 апреля 1998 г.


убрать рекламу








На главную » Козлов Виктор Васильевич » Российская атомная энергетика за рубежом.