Категория: Для души

Юрий Стоянов о Андрее Краско




  • Не нравится
  • +5
  • Нравится





  • Юрий Стоянов о Андрее Краско

    Наверное, я меньше всех имею право считаться другом Андрея. Это скорее не дружба, а взаимная симпатия и короткое сотрудничество. Я очень высоко ценил его как артиста, независимо от того, в каких я был с ним отношениях — дружеских, товарищеских, приятельских... Мы ведь с Андреем одногодки, мы одно поколение, мы вместе окончили институт в 1978 году. Институты мы, правда, окончили разные: Андрей учился здесь, в Питере, а я — в Москве. Но когда люди распределяются по театрам в рамках одного города, они считают себя как бы «одним призывом». В наш призыв входили Андрюша Ургант, Аркаша Коваль, Игорь Скляр и другие. Мы пришли в театральный мир в один год и поэтому знали, как у кого складываются дела. Признаюсь, что и у меня, и у Андрюши они не очень-то складывались. С той разницей, что Андрею в тяжелые годы пришлось работать на кладбище и шить куртки, а я работал себе в театре и работал, тянул эту лямку в БДТ с разным успехом. Его же жизнь помотала гораздо серьезнее. Он раньше нас других понял свою ответственность — чисто мужскую, что нужно какие-то деньги в дом приносить, а не просто жить ожиданием ролей или переживать на тему: удовлетворительно складывается твоя актерская жизнь или нет, лежать па диване и ждать, когда она изменится к лучшему. А так, я его и на сцене-то толком не видел, разве что в капустниках. Но это всегда было событие значительно более серьезное для многих артистов, чем премьера в театре. Поскольку премьерами мы все были, скажем так, обделены, вот и следили, как складываются наши творческие биографии, внутри капустника. Мы вытворяли черт знает что в этих капустниках, дурака валяли невероятно. Сейчас мне трудно вспомнить какие-то детали. Бывает, что лицо человека запоминаешь лучше, чем шутку. Андрей был именно таким. У него всегда было такое простодушно-серьезное лицо, когда он шутил, что я удивлялся. Любая шутка, даже не очень удачная, всегда компенсируется тем, кто ее произносит или изображает.

    Потом был большой разрыв во времени, мы нигде не пересекались с Андреем, и я ничего не знал про него. Вообще это было такое дурное, смутное время, неопределенное. Хотя вроде бы для меня оно было хорошим, потому что все начало меняться. Надо было принимать какое-то решение, я ушел из театра, начал потихонечку сниматься, делать свою передачу «Городок» с партнером. И вдруг я увидел Андрея в сериале «Агент национальной безопасности». Интересна сама судьба сериала. Ведь он вышел очень давно и совсем не пользовался таким большим успехом, каким пользуется сейчас.
    Он был такой пролонгированный, знаете, как говорят, «плевок вечности». То есть изначально это был сериал «ленинградского разлива»: его показывали не на главных каналах (это сейчас его все, кому не лень, крутят, в том числе на «Первом канале»). Внутри сериала обозначилась пара — Краско и Пореченков, это вообще очень редкая штука. В том, что они делали, не было маски, какой-то неестественности. Так точно были найдены оба характера, и в этом было очень много иронии! Потому что так про ФСБ, про КГБ не снимали никогда. И я думаю, что, если этот фильм курировали люди из организации, это говорит о наличии умных людей в данной организации, потому что они позволили вызвать симпатию к «своим» же людям через улыбку. Никакого серьеза, никакой псевдомужественности, наоборот, абсолютное разрушение представлений, которые складывались фильмами про разведчиков, снимавшимися годами. Убогий зеленый плащ у Андрюши, идиотская шляпа, длинные брюки (длиннее, чем нужно), не очень хорошая обувь — и так на весь фильм. Шли годы, снимался этот сериал, а одежда не менялась. И они все там такие, смешные. В общем, смешные, хотя речь иногда идет об очень серьезных вещах.

    Андрея в сериале нельзя было не запомнить, ведь оттуда все выросло, из этого сериала. А потом потихонечку начали появляться роли в других фильмах. В «Олигархе» Андрей тоже какой-то следователь, только теперь уже появляется судьба, появляется глубина, уже не нужно говорить, что ты думаешь, словами, потому что это видно между слов. В «Олигархе» видно, что Андрей — серьезный артист.
    Когда я еще учился, мой педагог говорил: «Самое главное для артиста — понять природу своего обаяния». Это очень важная вещь. Что-то в этом есть женское, как ни странно. Ты сам знаешь, что в тебе сильно и чем ты можешь обаять зрителя. Без этого понимания невозможно стать артистом, и особенно киноактером. В «Олигархе» очевидно, что человек что-то важное про себя понял, что у этого человека есть судьба. Личная судьба. Есть личные, а не предлагаемые обстоятельства, причем очень серьезные. Очень непростые, но не делающие его хуже. Что было у Андрюхи? Вот у любого зрителя можно спросить, задать банальный вопрос и получить па него такой же банальный ответ. Люди скажут наверняка, что Андрюха очень простой, очень добрый... Какие-то такие вещи, я так думаю. Он не был похож па артиста. А что значит быть не похожим на артиста? Это значит быть невероятно естественным: он каждый раз играет как про себя. Вот что значит - не похожий на артиста: человек глубоко проникает в материал при отсутствии каких-то внешних вещей.

    В Советском Союзе очень модно было произносить фамилию Жана Габена, когда имелась в виду такая вещь: человек играет, ничего не играя. У нас о таком человеке было принято говорить: он как Жан Габен. Когда кажется, что человек все время одинаковый, это обманчиво — на самом деле он везде разный. Я думаю, что сейчас, меняя терминологию, можно сказать нe как Габен, а как Андрюша. Безусловно, он был большим актером. Обычно, когда артист начинает себя «размазывать» бесконечным количеством съемок (Андрей снимался в очень разных но качеству и по уровню фильмах, иногда в очень плохих), это наводит на определенные размышления. Но у меня всегда вызывало уважение то, что я видел в ситуации Андрея, — это честное зарабатывание денег, мужское такое. Ему нужно было на что-то жить. Популярность к нему пришла после сорока лет. Да, он мужчина; он не должен ждать, когда ему позвонит, к примеру, Милош Форман из Голливуда, а должен зарабатывать свой кусок хлеба, потому что он это умеет.

    В свое время, когда актерской профессией нельзя было зарабатывать, он зарабатывал тем, что куртки шил. Когда стал востребован, начал зарабатывать актерским мастерством и не брезговал никакой работой. Он много снимался не потому, что вот, мол, хочу хапнуть все, что можно. Не знаю, секрет это или нет, Андрей (притом, что он очень много снимался в последние годы) имел небольшую ставку по гонорару. То есть, мягко говоря, у него была совсем небольшая ставка для артиста его уровня. Он то ли стеснялся, то ли не умел стучать кулаком по столу, то ли боялся, что то, что так легко пришло один раз, уже нельзя потерять... Потому что роли, которые он сыграл, выдвинули его в десятку самых популярных артистов в этом возрасте и самых востребованных. И даже при все при этом, когда я узнал, сколько он получал максимально за один съемочный день, я был потрясен. Потому что полторы тысячи долларов за съемку — это... У нас вон мальчики какие-нибудь снимутся в сериале, в одном эпизоде, и уже говорят, что они столько стоят... А Андрей Краско — большой и всеми любимый артист! Кому-то, наверное, кажется, что это много. А итог-то какой?

    Для нашей страны это урок. Как он мог не работать, не браться за все, что ему предлагали? Он снимался везде и везде выглядел очень достойно и очень профессионально, независимо от качества самого фильма. Сериал мог быть барахло, но Андрей даже в нем умудрялся быть хорош. Почему-то всегда говорили, что такого не бывает и быть не может. Если картина плохая и режиссер тоже не очень, то сыграть достойную роль в таком фильме нельзя. Да нет, можно. Можно достойно выйти из положения и остаться хорошим артистом в дерьмовом фильме! Андрей это доказывал. Но итог какой? Недостроенный дом и невыплаченная машина? Как он мог не браться? Вот он и брался. Даже притом, что почти каждый день у Андрея был съемочным, что в результате?.. Книгу не написал, сына вырастил, и не одного, дерево посадил. Значит, второй сын приравнивается к книжке...

    Вообще прямых контактов, как таковых, у меня с Андреем было немного, мы просто знали о творчестве друг друга и симпатизировали друг другу. Однажды он приехал ко мне на дачу снимать передачу «Кто в доме хозяин» для телеканала «Культура». И мы встретились, будто бы закадычные друзья. Просто он такой человек умел располагать к себе. Это и человеческое, и профессиональное качество. Я никого не хочу обидеть, но так, как эту передачу вел Андрей, и вообще, каким он был собеседником в кадре, больше никому не удавалось. Он был абсолютным человеком «от зрителя». На канале «Культура» эту передачу повторяли раз пять, рейтинг у нее все время был невероятный. А ведь передача не совсем формата канала «Культура», не очень-то она родом из канала «Культура», а рейтинг тем не менее невероятный. Это значит, что Андрей умел задавать такие вопросы, которые хотели бы, но не могли задать многие люди. Он был человеком с той стороны экрана. Какой-то такой простой человек, и вопросы какие-то простые, по на них очень интересно отвечать. Иногда сидит напротив тебя журналист, и ты не понимаешь: это монолог или все-таки интервью. Ты также не понимаешь: зачем ты ему нужен, он про тебя все уже знает. Андрей же общался со мной так, будто бы ничего обо мне не знал. Ему было все интересно. Ему, большому артисту, было интересно абсолютно все. Это не потому, что он так меня любит, вовсе не поэтому. Это детские качества: умение удивляться, обучаемость, любопытство. А глаза ведь не соврут — они все выдают. Повторюсь, передача была невероятно популярной. Мы говорили вместе даже не знаю сколько. Он подарил мне какую-то ерунду: лук и бутылочку коньяку или водки. Пришел в каком-то ватнике, наверное, потому, что на дачу. Мы с ним говорили, абсолютно позабыв про название и тематику передачи. Казалось бы, передача должна быть про собаку. А мы забыли про собаку, по-моему, сразу. Потом вспомнили ради приличия, сказали о ней несколько слов и вернулись к теме своей беседы. Очень хорошая была передача! После съемок он остался и, кстати, вообще ничего не пил в этот день. Сам наприносил мне каких-то бутылок, подарил их в кадре...
    Я потом спрашиваю: «Андрюша, это для того, чтобы показать народу, что я ему социально близок?» И затем говорю: «Давай я всех удивлю и подарю тебе книжку». И так получилось, что мне — непьющему человеку — он подарил выпивку, а я ему -- чего греха таить, знающему толк в крепких напитках, подарил книжку. На том мы и расстались. Затем мы постоянно встречались (вернее, пересекались): то в аэропорту — он на одни съемки, я на какой-нибудь концерт, то на киностудии, то еще где-то...

    Кстати, если представить Андрюшу в «Городке», то я снял бы его в самой сложной рубрике, с которой справлялись единицы. Самая сложная рубрика, которая только может быть, — это «Скрытая камера». Если представить (гипотетически), что Андрюшу не узнавали бы на улицах (хотя в последнее время это представить практически невозможно), он был бы фантастической находкой: какую бы ерунду он ни предлагал или ни делал, ему бы верили все. Самое тяжелое в передаче «Городок» было сниматься в «Скрытой камере». Почему? Потому что навстречу тебе идет не сосед, не выпускник ГИТИСа, ВГИКа или ЛГИТМиКа, не партнер, не коллега, не артист, а живой человек. Абсолютно непредсказуемый. Я уверен, что единственный, кто мог бы его разыграть, по-хорошему обмануть, заставить поверить во что-то, мог бы быть Андрей — именно в силу своей невероятной органичности и достоверности. В этой рубрике у нас «прокалывались» даже самые хорошие артисты. Это действительно очень тяжело — найти знак равенства, чтобы артист стал таким же естественным, как живой человек, который бы ему поверил. Потом нужно еще и подтянуть этого человека до уровня таких смешных реакций, о которых можно только мечтать. В этом качестве Андрюша был бы превосходен. Но только при условии, что его не узнавали бы на улице. Но как его могут не узнать, если его знали все?!

    Получилось так, что я был в Одессе и увидел по телевизору репортаж о том, что идут съемки, что Урсуляк снимает фильм «Ликвидация»; смотрю — там Андрюша. Я узнал, где проходят съемки где-то в районе Ланжерона, что ли, — и думаю: подойду-ка я завтра. Жил я буквально в десяти минутах ходьбы от места съемки. Но на следующее утро прошел слух, что у Андрюши случился сердечный приступ, потом об этом объявили по радио, потом по телевизору — по местным кабельным каналам. Уже не помню, как я нашел телефон директора съемочной группы, позвонил, и он сказал мне, что это правда. Я посмотрел на календарь — это был, по-моему, вторник, мой самолет улетал в четверг. И я знал, что из Одессы летит только один самолет, и то раз в неделю. И я уже понял, что нам вместе лететь придется... Я предложил свою помощь — мало ли там что, какие проблемы могут возникнуть... Я не знал, что в Одессе с Андреем была его гражданская жена Светлана. Я летел вместе с ней эти два часа. Она очень достойно держалась, потому что уже выплакала все, что можно. Легкие срывы, конечно, были, по основное уже было выплакано...
    Тело Андрея находилось в багажном отсеке. Вот так вот мы вместе и летели...
    У Светланы был цифровой фотоаппарат с большой памятью. Она почти все время фотографировала Андрея скопилось очень много фотографий, кажется, за последние три месяца жизни Андрея. Были там и кадры со съемок нового фильма, в котором Андрей играл действительно главную роль — картина и называлась по имени его героя («Вторая жизнь доктора Тырсы». — А. В.). В этом фильме он играл человека, который умирает. В «Ликвидации» Андрей тоже играл человека, которого убивают. Причем накануне настоящей смерти... Я не вижу в этом мистики. Это, вероятно, совпадение. Но когда человек умирает, начинаешь все пересматривать заново, искать какой-то смысл, какие-то знаки, которые расставляет жизнь.

    На протяжении всего полета я пролистывал фотографии Андрея в памяти цифровой камеры и удивлялся: почему он так запоминается, какой ракурс ни взять? Понятие «фотогеничность» к Андрею неприменимо. Вот на меня, к примеру, наведут камеру, раз сто сфотографируют, и какой-нибудь ракурс в конечном итоге получится нормальным. На самом деле это не вопрос фотогеничности. У Андрея даже на общем плане видны глаза. Поразительная штука: я отсмотрел, наверное, больше ста снимков, а глаза видны, даже если он стоит далеко, где-нибудь метрах в тридцати. Массовый снимок, а глаза всегда видны... Обычно такие глаза бывают, когда артист надевает линзы, и это используется в кино. В Голливуде, кстати, принцип такой — там артистов по глазам выбирают. Смотрят, какие глаза у человека в камере. Так что по голливудским меркам Андрей -- артист голливудский. Наверное, если бы он был жив, я бы не
    обратил такого внимания на его фотографии. А когда человека больше нет, начинаешь по-особенному ко всему относиться, может, стараешься лучше его понять...

    Такого артиста больше нет, и это не пустые слова. Это абсолютная констатация факта, профессиональная. Действительно, если считать, что у каждого актера есть какая-то своя ниша, то можно представить следующее: перед тобой групповая фотография актеров, ты закрываешь негативом одного человека, и на его место не можешь поставить никого. Другим людям нельзя стать плотнее, и в этом ряду создается брешь. Получается, что ты убрал человека с фото, а остальные не сомкнулись плечами — расстояние внутри строя так и осталось, и из второго ряда никто не сделает шаг вперед, не займет это место... Ни глазами, ни судьбой, ни талантом, ни чем бы то ни было другим... Изменить здесь ничего нельзя. Просто очевидно, что такого артиста больше нет и не будет никогда.

    Комментарии

    
    Имя:*
    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
    *