Категория: Интересно

Четыре способа денежной магии




  • Не нравится
  • +8
  • Нравится





  • Четыре способа денежной магииНе смейтесь и не пугайтесь, дорогие читатели. Мы ведь уже решили, что немного магического никогда не помешает. Конечно, никакой черной магии, боже упаси! Только чуть-чуть нетрадиционного подхода. Чтобы подтолкнуть и вас к удаче и удачу — к вам. Куда же без удачи?! Как говорили наши купцы-старики: «Кружка веры, стакан надежды и рюмка удачи». Видите, не кружка — а самая малая рюмочка. Однако мал золотник, да дорог...

    Способ первый. Ниточка-иголочка
    Наши предки были не лыком шиты. Весь мир ахал-удивлялся — как это русские купцы наживали состояния в такие немыслимо короткие сроки? Начинал человек дело — был гол как сокол. Не воровал, не грабил. Откуда ж деньги брал?! Может, секрет был особый — магический?
    Был — да не один, и у каждого свой. Начнем с одного предания. Как раз о том, как пути денежные в свой дом открыть, как «денежную ниточку» проложить — тот самый путь, по которому и к вам может прибежать богатство.
    Случилась эта история в 1815 году...

    Савва Морозов, крепостной крестьянин подмосковного помещика Рюмина, потуже затянул узел на своей котомке. Главное, приладить груз так, чтоб спину не тер. Путь далек — из села Зуева в саму Москву. Но Савва одолевает его в одну ходку: выходит из своего крестьянского домишки на- заре и к закату уже входит в Первопрестольную. Дорога знакома — каждый месяц в любую погоду приносит Савва Васильевич в столицу товар — ажурные ткани ручной выделки и окраски. Мать с тетками ткут, дети Саввины им подсобляют, а жена Ульяна красит ткани в красивые цвета. «Ажур» пользуется большим спросом, недаром скупщики встречают Морозова еще на подступах к Москве и тут же о цене договариваются. Да вот только, вернувшись домой и заплатив откуп своему помещику Рюмину, хватается Савва за буйну голову: кажись, и работали не покладая рук, и сделали многонько, и цена была хороша, а денег как не было, так и нет! Где уж тут из крепостной неволи выкупиться...

    Московский постоялый двор у Никитской заставы шумел-гомонил всю ночь: суетились приезжие, заходили опрокинуть стопочку москвичи. Но Савве удалось выспаться всласть. Хорошего настроения прибавляли и вчерашние сделки — цену скупщики дали куда выше обычной. Видать, москвичи расщедрились на обновки: как-никак лето, всем пофорсить охота. Савва нащупал на груди мешочек с денежками, завернутыми в чистую тряпицу, — весомый мешочек! Правда, предстояло еще потратиться на покупки: жена Ульяна два дня твердила-повторяла ему, что надобно для дома купить, — писать-то они были не обучены. И главное — не забыть особый наказ жены выполнить.

    — Пойдешь на базар и купишь самую маленькую иголку! — учила Ульяна. — Только запомни, в понедельник с утра покупать надо! Оберни бумажкой да не потеряй! Я за этот секрет старухе Талдычихе целый гривенник отвалила.

    Что ж, гривенник для семейства Морозовых — большие деньги. Надо надеяться, что жена не зря заплатила. Талдычиха слыла в Зуеве местной ворожеей и всем талдычила, что и как в этой жизни делать следует, — за то и прозвище получила. И стоит признать: почти всегда говорила верно. Так что Савва иголку купил и домой в Зуево принес. Да вот воротился не столь быстро, как обещал. Но ведь тоже из-за дела! Праздновал со скупщиками, встречался с ткацкими мастерами. Словом, вернулся домой только под вечер в среду.

    Жена уж на крылечке сидит — глаз гневный. Не мужа встречает — иголку заветную дожидается. Оказывается, в ночь на четверг надо было ту иглу обязательно в подушку вколоть да и спать на ней. А утром чуть свет вдеть короткую красную нитку и вшить в ворот рубахи, в коей муж другой раз товар на продажу понесет. Вшивать следует с изнанки, чтоб другие люди не увидали. Иголку же потом надобно в тайное место спрятать. Это все Ульяне Талдычиха насоветовала. Савва, конечно, только усмехался. Не верил. Но перечить жене не стал. Через месяц пошел в Москву в той рубахе, куда жена заветную нитку вшила. И вот чудеса — денег принес гораздо больше обычного, А главное — их не только на жизнь хватило, но и на то, чтобы заначку сделать.

    И вот с той заначки пошли у Морозова дела в гору. Через пять лет, в 1820 году, откупился Савва Васильевич от помещика Рюмина за громадную по тем временам сумму в 17 тысяч ассигнациями. Открыл свою небольшую ткацкую фабричку в Зуеве, спустя время — побольше в Богородске, а потом и в самой Москве. А уж внук его, Савва Тимофеевич Морозов, всем известным миллионщиком стал. Жаль только, что увлекся красными революционными идеями, и большевики без конца требовали у него денег. Может, напутала тогда Талдычиха и надобно было вместо красной нитки белую или зеленую нитку в ворот рубахи деда вшивать?..

    * * *
    Хороша история, верно? Одно плохо — действительно напутала Талдычиха. Но ведь не со зла. Наверно, Ульяна Морозова сказала ей, что нужно разбогатеть побыстрее. Потому местная ворожея и присоветовала красную нитку взять. По красному пути денежки быстрее всего прибегут, ведь красный цвет — самый красивый да приметный. Вот только красный — и самый непредсказуемый, и даже опасный (недаром красный сигнал светофора — знак опасности). Результат будет быстрый, но последствия — непредсказуемы, а то и опасны — это уж как сложится. Так что если вам, дорогие читатели, во что бы то ни стало нужен быстрый результат, следуйте совету Талдычихи. Купите в понедельник новую небольшую иголку, в ночь на четверг вколите ее под подушку и на той подушке поспите. А утром, чуть свет, вдевайте в иголку короткую красную нитку и вшивайте в изнанку воротника той мужниной рубашки, в которой он деньги получать пойдет. Вот вам и денежный путь!

    Ну а если вы о дальнейшем беспокоитесь, измените чуток Талдычихин ритуал. Вшивайте в мужнину рубашку зеленую нитку. Цвет зеленого растения понадежней будет. И еще — не одни ведь мужья нынче деньги в дом приносят, и жены этому давненько научились. Можно нитку денежную и в женскую кофточку вшить — ни для кого не секрет, что сегодня женщины гораздо чаще и вернее пути денежные находят, открывают да к себе в дом поворачивают. Словом, дерзайте! Вспомните детскую считалочку:
    Ниточка-иголочка, тити-улети! Пролети стогами, Сладься пирогами, Обернись деньгами!

    Это — тоже остаток древнего народного заклинания на «богатую жизнь», и его цепочка вполне понятна: «стога (то есть урожай) — пироги — деньги». Но вот, оказывается, с каких давних времен люди знали, что начало всему — простая ниточка-иголочка. Так что старая Талдычиха открыла Морозову один из самых древних денежных заговоров.

    Запоминалка:
    Ниточка-иголочка, тити — улети. А ты, денежный путь, с нами будь.

    Рецепт пятый (для любящих жен и бизнес-леди):
    Организуем денежный путь.
    В понедельник покупаем новую иголку. В ночь на четверг вкалываем ее под подушку, на которой спим. В четверг утром вдеваем в иголку короткую нитку и вшиваем в изнанку воротника той рубашки, в которой муж или вы пойдете получать деньги.

    Способ второй. Денежная банка
    Эта история особенная. Она для тех, у кого и деньги вроде водятся, и на жизнь хватает — но вот купить что-то задуманное, крупное они никак не могут. Причем происходит это постоянно. Кажется, только что были деньги, но едва собрались вы за покупкой, глядь — а денег уже и не хватает. И вот опять вы копите-собираете, но только подходит время заветной покупки, деньги снова приходится отдавать за что-то другое. Что же делать?! А вот читайте, что удачливые люди-то делали...

    Жил в 70-х годах XIX века в Костроме на Волге купец Хренов, торговавший скобяными изделиями. Больших денег не нажил, но за 20 лет торговли амбиций своих не утратил. Была у купца мечта — купить собственный пароходик, да не было возможностей. Уж и деньги он собирал не раз, да то родители заболеют, то на ученье двоих сыновей потратиться придется. Словом, никак пароходик к нему не плыл. Однако и из головы не выходила та мечта...

    И вот как-то повез купец свой скобяной товар на ярмарку в Нижний Новгород. Хороша была та Нижегородская (бывшая Макарьевская) ярмарка, на всю Россию гремела, лучшие товары собирала. Да что там Россия! Цены, поди, всей Европе ярмарка диктовала, и везли сюда и из Англии, и из Германии, и из Голландии и ткани, и ювелирные украшения, и посуду, а уж закупали там иноземные купцы все подряд...
    «Уж там-то я заработаю на пароходик!» — размечтался Хренов.

    Да зря! Кроме него нашлось множество купцов, скобяным товаром торгующих. Так что упала цена на все изделия — и на скобы, и на замки, и на задвижки, и на крючки. А уж про купца из Костромы и вовсе обидное прозвище придумали: мол, купец-то — хренов! Никакой, стало быть.

    И вот уж Нижегородская ярмарка заканчивалась. Торговые люди, накупив-распродав, «по порядку» все свои сделки спрыснули и по рукам ударили. А всякий знает: честное слово русского купца надежней любого договора. В последний день торговые ряды от покупателей закрыли, и каждый продавец перед своим навесом стол с угощеньями выставил, чтоб каждый из купцов-товарищей зайти в лавку мог. Накрыл и Хренов стол льняной скатеркой, да только что тут на него выставишь — барышей-то нет...

    И тут вдруг из-за угла краснокирпичного здания ярмарочной управы донесся шум-гам, развеселое пение. Нарумяненные разряженные девицы легкого поведения, те, что обычно дожидались клиентов, не отходя от своей знаменитой «Ямы», хлынули прямо в почтенную толпу. Бесстыдно хватали купцов за руки, подмигивали приказчикам.

    Хренов остолбенел: что творится — не достойный уважения Нижний Новгород, а Содом и Гоморра! А тут еще вслед за шлюхами выбежал, припадая на костыль, седобородый горбун — вдупель пьяный. Взмахнул, дирижируя, своим костылем, и продажные девицы выстроились в ряд. В руках у всех откуда-то появились сковородки с поварешками, и бешеный трезвон разнесся над Волгой. Горбун захохотал, потрясая костылем, и вся его шумная ватага понеслась вдоль ярмарочных лавок и балаганов.

    К Хренову подбежал его приятель, купец Саповалов:
    — Отойдем от греха! Ты-то из Костромы, наших укладов не знаешь. А мы тут научены. Наш местный купчина Рукавишников в разгул пошел. Ишь, собрал нижегородских гулящих девок, у нас их русалками кличут, да и почал тут развлекаться, деньги на ветер швырять...
    — Неужто усмирить нельзя? — подивился костромской купец.
    — По молодости лупили его — аж спину перебили. А теперь кто свяжется с ним — с миллионщиком-то? Теперь он — сам себе закон. И как только миллионы свои заработал, никто не поймет. Раньше был гол как сокол. Но потом один пароход купил, за ним второй, и вот у него уже целая флотилия. Как загуляет в трактире, так и почнет похваляться: мол, коплю, мужики, на новый пароход. И глядь — в сам деле покупает!
    — Как же ему удалось с ничего-то флотилией обзавестись?
    — Не знаю! Только давай уйдем от греха подальше. Я еще с утра прослышал, что наши купцы с московскими сговорились: бить будут Рукавишникова за его разгулы. И верно — через его выверты о нашей знаменитой ярмарке дурная слава пойдет. Кто ж тогда к нам приедет-то, особливо из иноземных стран?..
    И верно — едва приятели в сторону отошли, пронеслись мимо них девки визжащие. За ними — купцы да казаки с нагайками. А тут из-за угла и сам хулиган-горбун вынырнул. Костылями машет, кричит:
    — Спрячьте, ради Христа, православные!

    Купец Саповалов в свою лавку юркнул. А Хренов пожалел убогого, впустил Рукавишникова в свою палатку, да еще и тряпками забросал сверху, чтоб не нашли. Битый час нижегородские да московские забияки по ярмарке шныряли, горбуна искали. Так и не нашли. Угомонились.
    Испуганный Рукавишников до темноты в лавке костромского купца просидел. Когда опомнился, попросил опохмелиться. А как опрокинул стаканчик, на разговор со спасителем своим его потянуло.
    — Ну, каков торг? — поинтересовался. Хренов и не потаился:
    — Пустое дело, одни убытки!
    Горбун свой горб почесал да и говорит:
    — За то, что ты меня спас, я научу тебя, как деньгу приманывать. Я сам в молодости грошу медному рад был, а теперь мильоны не знаю куда девать. А все благодаря денежной банке, в которой я деньги коплю. Вот и ты делай, как я.
    — Да где уж тут скопить, — вздохнул Хренов. — Уж сколько раз откладывал, да никак не получается. То одну прореху латаешь, то другую. Мечта у меня есть — пароходик прикупить. А денег на ту мечту никак не скоплю. Только отложим, глядь — сызнова подножка, случай какой, и пуста кубышка...
    — А ты неправильно копишь. Слушай, я тебя научу! — Горбун, прижавшись к стене, опять почесал свой горб. — Выбери самую простую банку стеклянную, только большую. Подержи ее в руках, согрей своим теплом да громко назови, глядя в нее, свое имя, да как по батюшке, да фамилию. И положи на дно бумажную деньгу. Будет червонец, еще лучше... А так вообще-то любая сойдет. Потому дело не в том, какая ей цена, деньге-то, а дело в заговоре. Вот положишь и, опять же глядя в банку, скажешь, какой драгоценный камень тебе больше всего люб. Алмаз аль яхонт? Иль еще какой... Прямо так и скажи — и сызнова червонец али еще какую бумажку кладешь. Потом мех какой тебе приятен. Ну, соболь там, белка, куница... Назвал — еще деньги на дно банки.

    А четвертым будет твое самое заветное желание — то, ради чего ты деньги собирать хочешь. Вот и скажи: «Хочу купить пароход!» И положи четвертую бумажку. Вот сие запомни крепко: сперва имя, потом драгоценный камень, любимый мех и желание — это и будут четыре ключа от богатства, которым только ты пользоваться будешь. Это четыре твоих заповедных слова, на которые деньги станут отзываться и сбираться. Только успевай потом класть их в ту банку!
    — Чудно как-то... — подивился Хренов. — Как же мне все свои деньги в ту банку запихивать? А ну как не войдут? Да и где я банку держать стану? А ежели украдут, это ж банка, а не банк?!
    — В укромном месте схоронишь. Конечно, риск есть. Но ведь в денежных делах как без него? Придется рискнуть, коли пароходик хочешь! А про все свои деньги не волнуйся. В банку надо только по четыре бумажки с каждой прибыли класть. Но всегда с заговором! Остатние деньги хошь в банк снесещь, хошь в дело пустишь.
    — Так откуда же тогда они на пароход возьмутся? — опять чего-то недопонял Хренов.
    — В том-то и волшебство, — терпеливо пояснил Рукавишников. — Ежели станешь заговаривать банку ка-жен раз, к тебе деньги рекой потекут — на все хватит, и на желанный пароходик також. Но вот токмо одна закавыка. Как увидишь ты, что деньги собраны, — ты должон непременно желание свое заветное исполнить. И ни на что другое их не тратить, понял? Не то уйдут-утекут денежки-то. Вот и валяй. А мне, пожалуй, пора. Прокрадусь задами, покуда темно...

    Горбун подхватил костыли да и был таков. А купец Хренов в свою Кострому вернулся. Решил: «Сделаю, как научил Рукавишников. Все равно, покуда денег нет, ничего я не теряю». Нашел банку, подержал-погрел в руках, сказал туда, как зовут его, и положил на дно бумажную купюру. Потом сказал: «Лазурит» — и вторую. Потом: «Лиса» — и третью. Затем: «Хочу купить пароход!» — и последнюю, четвертую. Завязал банку чистой тряпицей и поставил на верхнюю полку, куда только сам и мог дотянуться.

    С той поры, как барыши какие заработает, в заветную банку четыре купюры с тем же заговором и положит. И хоть бумажки лишь дно прикрывали, но торговля у Хренова оживилась, стала доходы приносить. Да не все гладко шло — захворал вдруг купец. Лежит в жару, бредит: «Деньги надо в банку положить!» А тут как на грех сыновья «захоронку» нашли и, услышав просьбу отца, не поняли, про что он в бреду говорил. Решили, что про банк, взяли да и снесли те собранные с заговором деньги в коммерческий банк, где у отца счет был. Да только банк тот уж на грани краха находился.

    Очнулся купец, выздоравливать стал, но как прознал, что деньги, почитай, в банкротство вложены, чуть с ума не сошел. Неделю стонал-плакал. На сыновей своих глядеть не мог. Одно думал: «Вот невезуха — почти накопил на пароход, и опять все в трубу!»
    Но только через неделю из банка сам управляющий к купцу Хренову пожаловал, чуть ли не в пояс ему поклонился:
    — Спасибо вам, вы наш банк от разорения спасли! Другие-то побежали деньги снимать, а вы вложили. Мы на них и перекрутились. А тут и другие одумались: отчего, мол, Хренов так сделал, видать, на прибыток надеется? Народ ведь алчный, вот и денег к нам вдвое больше прежнего нанесли. И вот мы посоветовались и решили вам, Иван Иванович, тоже вдвое больше денег выплатить. Так сказать, дивиденд!
    Хренов головой покрутил:
    — И сколько ж теперь у меня на счету?

    Банкир когда сумму назвал, купец аж поперхнулся — тут не только на покупку пароходика хватит, да еще и останется. Вот тебе и банка заветная, ловкая! Даже из банковского краха прибыль себе сотворила.
    На другой день Хренов деньги на пароход снял. А у своей волшебной банки новый заговор завел. Первые три названия те же: «Иван Иванович Хренов. Лазурит. Лиса». А четвертое стало звучать: «Хочу второй пароход купить!»
    И купил. Уже через несколько лет целая флотилия по Волге плавала — из Костромы в Нижний Новгород грузы возила. Будут знать нижегородцы, как шутить над костромичом: «Купец хренов!» Да, теперь все знают — миллионщик Иван Хренов!

    * * *
    Ну, к такому рассказу и комментарий не требуется. Методика описана точно. Дело только за большой стеклянной банкой. Придумайте заговор-пароль, да не ошибитесь в последнем, четвертом — собственном желании. Как можно точно сформулируйте его, чтобы потом не получилось, как у того незадачливого волшебника, который «сделать хотел грозу, а получил козу — розовую козу с желтою полосой». Впрочем, и коза, тем более такая веселенькая, разноцветная, в хозяйстве сгодится...

    Запоминалка:
    Купец Хренов

    Рецепт шестой:
    Куда направить денежный путь и где сберечь денежный поток.
    Найдем большую стеклянную банку. Наговорим в нее пароль:
    — имя, отчество, фамилия (и кладем купюру);
    — ваш любимый драгоценный камень (кладем купюру);
    — ваш любимый мех (снова купюра);
    — на что копим (свое заветное желание).
    И каждый раз, когда будем деньги в банку вкладывать, пароль надо повторять.
    Самое главное: как деньги накопятся, их можно тратить только на исполнение своего заветного желания. Ни на что другое — нельзя! Иначе денежный путь ваш перекроется.

    Способ третий. Купюра под порог
    Композитор Россини схватился за голову. Он сочиняет оперы одну за другой — оперы-сериа, оперы-буффа, оперы-фарсы. Им несть числа — а в карманах по-прежнему пусто! Правда, его музыка пользуется успехом. Но критики в газетах ругают его за всеядность. Пишут, что он просто жадный. Будешь жадным, когда за оперу, пусть даже ту, чьи мелодии слушатели на другой день распевают на улице, директора театров платят даже меньше тысячи лир?! За один только 1812 год, чтобы удержаться на плаву, Россини сочинил шесть опер. Пришлось, конечно, использовать свои старые партитуры и беззастенчиво вставлять их куски в новые. Ничего! Великие Бах и Гендель тоже не брезговали такой практикой. А что делать — надо же на что-то жить! Недавно композитор узнал, что восторженные поклонники в одном из итальянских городов решили установить его бронзовую статую.

    — Сколько ж будет стоить сей памятник? — поинтересовался маэстро.
    — Двадцать тысяч лир. Россини аж присвистнул:
    — Господа, а не могли ли вы отдать эти деньги мне? За такую сумму я сам, вживе охотно постою на площади вашего города!
    Конечно, бывали времена и похуже. Если вспомнить детство, то до сих пор скулы сводит от голода. Это сейчас Джоаккино Россини с гордостью рассказывает о себе: «Я — потомственный музыкант!» Приходится сохранять достоинство фамилии. Но в детстве
    заработки отца и матери приносили одно беспокойство: чем жить завтра?..

    Отец Россини играл в третьеразрядных театральных оркестрах, мать пела в операх. Сам Джоаккино в восемь лет тоже вышел на сцену, пел в хоре мальчиков, а в двенадцать уже заменял взрослого певца. Оказалось, что у него сильный и красивый голос. Потом Джоаккино научился играть на всех инструментах, которые тогда существовали, и начал заменять любого оркестранта, а затем и аккомпанировать в частных домах, давать уроки музыки. Двенадцатилетнему мальчишке пришлось стать основным кормильцем в семье. И надо помнить, что это была итальянская семья — не только родители, но и многочисленные тетушки, дядюшки, невестки, кузены. Джоаккино с ног сбивался, чтобы заработать лишнюю лиру!

    В тот год, в качестве юного певца-вундеркинда, Джоаккино отправился в турне. Исколесив всю Италию, вернулся домой — и свалился. Нервное напряжение, простуды, хлопоты — все сплелось вместе и довело бедного ребенка до тяжелейшей лихорадки. Мать позвала из своего театра старую уборщицу сцены — считалось, что та умеет ворожить и заговаривать болячки. Старуха что-то долго шептала над мальчиком, потом напоила его какими-то травами. Но Джоаккино стало еще хуже, и он захрипел, закашлялся. Хорошо, вовремя появился дядя — местный аптекарь.

    — Что вы уродуете ребенка?! — возопил он. — Он сам придет в себя, только дайте ему отлежаться! У нас, у Россини, организмы крепкие. Нам просто денег не хватает. Вот от этого мы и тревожимся, нервничаем — и болеем. Но ведь есть средство раз и навсегда забыть о наших денежных затруднениях. Прекрасный голос Джоаккино — вот настоящее золото. Когда он выздоровеет, надо сделать мальчишке небольшую операцию, и его голос всю жизнь будет кормить семью!

    У Джоаккино душа ушла в пятки. Он знал, что талантливых мальчиков-певцов частенько кастрируют, чтобы сохранить детский высокий голос. Но ведь тогда — прощайте, утехи любви, а Джоаккино уже вовсю заглядывался на девочек. Хвала Мадонне, тогда его спасла мать. Как разгневанная наседка, накинулась она на деверя:
    — Я не потерплю порчи в семье! Мой сын должен стать настоящим мужчиной!
    К тому же и старуха ворожея подала голос:
    — Не ломайте парню жизнь! Если дело только в деньгах, я научу вас, как их приманить. Посмотрите на меня: я работаю всего-то по паре часов в день, а деньжонки у меня всегда водятся. Не станете трогать парня — я вам свой секрет открою!
    Тут, конечно, все Россини разом загалдели, подтверждая, что забудут об операции, ведь все знали, что старуха действительно живет не бедствуя.
    — Дело это несложное, но хлопотное, — начала старуха. — Сперва посчитайте, сколько в доме, где живет Джоаккино, углов, дверей и окон. Положим, будет их двадцать. Возьмите двадцать лир по одной бумажке каждая...
    — С чего это такие затраты? — возмутился дядя.
    — С того, что от ничего и будет ничего, а от денег — деньги! — отрезала старуха и повернулась к матери Джоаккино: — Тебе стану рассказывать, раз другие не верят! Ну, слушай дальше. Положи по лире в каждый угол, по одной — под каждым окном и дверьми, а еще одну — прямо под порог, под половик. Но запомни — класть надо в первый четверг месяца! Лежать деньги должны ровно неделю. Во второй четверг лиры соберешь и завернешь в чистый лист бумаги. Но сначала там напиши: «Веди сестер ко мне!» Поняла?..
    Мать закивала. Но дядя, брат ее мужа, опять перебил ворожею:
    — А потом куда эти деньги? Что, их брать оттуда нельзя? А когда ж ими пользоваться можно?
    Старуха насмешливо поцокала языком:
    — Тебе бы только пользоваться!.. Мальчишка должен зарабатывать их, а ты — пользоваться?.. Ну и ну! И не стыдно? Послушайся меня, донна Россини, спрячь заговоренные лиры в надежное место, но как только семье понадобятся деньги, вынь одну и отдай на хозяйство. А сама про себя скажи денежке: «Веди сестер ко мне!» И потом каждый раз, как будешь бумажку отдавать, повторяй то же самое. Но вот последнюю лиру никому и никогда не отдавай. Она будет, как маяк, освещать путь, по которому деньги в твою семью плыть станут.

    Совет тот в самом деле тогда помог — деньги в семье появились. Джоаккино стали платить за концерты все больше. Однако известно, что в маленьком провинциальном городке денег нужно вовсе не так много, в отличие от жизни в столице, где и траты иные, и престиж известного композитора Джоаккино Россини необходимо поддерживать. К тому же, как и прежде, он вынужден регулярно высылать кругленькую сумму ненасытным родственникам. Да вот только где ж ее взять, эту сумму, если чуть не каждая новая опера Россини терпит провал?! Из разных городов Италии приходится писать матери скорбные письма. Та даже возмутилась как-то:
    — Прекрати писать о своих фиаско! Джоаккино горько усмехнулся — как же писать без слов? Но выход нашел — стал рисовать. По-итальянски бутыль — «фиаско», вот Россини и начал изображать: бутыль поменьше, значит, фиаско не столь громкое, а если в рисунок влезает только горлышко от бутылки — фиаско огромное. Вот и лучшая опера Россини «Севильский цирюльник» вчера с треском провалилась...

    Джоаккино стиснул голову еще сильнее. Надо заснуть, но как?! Перед глазами все еще стоят сцены вчерашнего ужасного провала. Этот день 20 февраля 1816 года стал для него просто роковым. Такое ощущение, что на премьеру «Севильского цирюльника» в римском театре «Арджентина» явились темные силы. Впрочем, все началось задолго до премьеры. Ведущий бас театра, Дзенобио Витарелли, уже давно славился как «джетатторе» — человек с дурным глазом. Россини умолял театральное начальство не поручать ему партию дона Базилио, но тщетно. И едва Витарелли начал репетировать, как умер герцог Сфорца-Чезарини, хозяин и директор театра.

    Теперь все певцы истово крестились, выходя на сцену. Но что делать — закон театра жесток: премьера должна состояться в срок. И вот вчера вечером, состроив «козу» из пальцев (вся Италия знает, что это самое действенное заклятье против дурного глаза!), Россини еще перед поднятием занавеса умолял Витарелли не глазеть ни по сторонам, ни в зал — не дай бог, сглазит коллег-певцов или публику. Но проклятый Дзенобио сглазил всех! Сначала он ухитрился, споткнувшись, грохнуться на пол — да так сильно, что разбил лицо в кровь. Потом на сцене неведомо откуда появился огромный черный кот (чистый сатана!) и как безумный начал прыгать на певцов, приводя их в ужас. А затем и публика под влиянием черного глаза Витарелли засвистала-замяукала почище черного чудовища. Словом, пришлось Россини после премьеры в письме к матери нарисовать только пробку. Фиаско такого громадного размера просто не влезало в конверт.
    Но что же теперь делать?! После такого провала дирекция вообще не заплатит композитору ни гроша. А ведь совсем недавно дядя прислал слезное письмо. Он вложил куда-то деньги, да неудачно — и теперь, пишет, хоть на паперть идти... Деньги — всегда одни деньги! Но откуда же Джоаккино возьмет их?!

    Россини упал на кровать. Вот так же у него трещала голова, когда мать в детстве позвала старуху ворожею, и та сказала... Россини вскочил. Что она сказала?..
    Надо положить по банкноту в каждый угол, под каждое окно и дверь. И еще один у входной двери — прямо под порог. Хорошо, что Россини живет в гостинице, у него всего-то две комнаты, так что лир хватит!

    Вечером должен был состояться второй показ «Севильского цирюльника». Расстроенный композитор на новое позорище не пошел. Сколько можно?! Тем более кассир с утра сказал ему, что очередь за билетами выстроилась аж в три кольца — видно, все тоже жаждали освистать новый «шедевр» маэстро. Когда спектакль окончился, Россини из окна своей гостиницы увидел огромную толпу, шагавшую от здания театра с зажженными факелами.

    «Они идут убивать меня!» — решил бедный композитор и кинулся спасаться на задний двор.
    Но громкий голос певца Мануэля Гарсия, исполнителя партии Альмавивы, перекрыл площадь:
    — Блистательный Россини, улицы Рима приветствуют тебя! Спасибо за твою великую музыку!
    Композитор бочком выбрался на крыльцо гостиницы и, не веря своим ушам и глазам, принимал восторженные отзывы публики, кланялся на несмолкавшие аплодисменты. А на другой день директор вызвал Россини в кабинет:
    — Такой оглушительный успех, маэстро! Билеты проданы вперед на все представления до конца сезона. Я плачу вам вдвое больше оговоренной в контракте суммы. Но только следующую оперу вы принесете тоже в наш театр. Договорились?
    Композитор вернулся в гостиницу, открыл дверь и вдруг споткнулся на пороге. Из-под коврика показался краешек лиры. Россини заботливо запихнул ее назад. Пусть работает!

    * * *
    Что ж, подобное приманивание денег известно с давних пор. Тут главное — не забыть вот что. Старая ворожея верно отметила, что деньгами надо пометить все углы — то есть те места, где обычно скапливается пыль. Вот пусть и деньги (они — не пыль!) копятся там. Отметила старуха двери и окна — то есть входы, через которые все (в том числе и денежные потоки) попадает в жилище. Но для сильнейшего действия заговора следует учитывать не только входные двери, но и ВСЕ двери, что есть в квартире. Это дверцы шкафов, холодильника, стиральной машины и пр., то есть все, что открывается. Рядом с ними тоже следует положить по денежке. Еще надо помнить, что во времена Россини не были особо распространены водопроводы. Но это тоже — входы. Так что у каждого крана (ванна, туалет, кухня) тоже надо поместить денежку. И последнее — не стоит класть купюру открыто. Каждую из них нужно как-то замаскировать, ведь им придется пролежать целую неделю. И вы не забыли: класть их нужно в первый четверг месяца, а во второй — убирать? И на бумаге, в которую вы их потом завернете, написать: «Веди сестер ко мне!» И конечно, не забудьте потом тратить их постепенно — и непременно с заговором. И главное — никогда не тратьте последнюю купюру: она ведь служит маяком, освещающим путь для последующих поступлений денег!

    Запоминалка:
    Веди сестер ко мне!

    Рецепт седьмой:
    Усилим денежный поток. Создадим денежный маяк.
    В первый четверг месяца по одинаковой купюре кладем под порог, по углам, под всеми входами-выходами (включая окна, все двери, даже дверцы шкафов) и кранами (ванная, туалет, кухня). Купюры не должны бросаться в глаза.
    Во второй четверг купюры убираем. Заворачиваем в бумагу, на которой написано нашей рукой: «Веди сестер ко мне!» Тратим постепенно и, отдавая купюру, повторяем про себя: «Веди сестер ко мне!» Последнюю купюру отдавать нельзя. Ее кладем в свой Умный кошелек. Она — маяк для денежного потока, который идет к вам.

    Способ четвертый. Волшебный квадрат Форда
    А теперь перенесемся за моря-океаны — в богатейшую страну Америку, то есть Соединенные Штаты. Если русские купцы часто и грамоте-то не были обучены, одной только сметкой-смекалкой кумекали, то американские богатеи все по науке делать старались. Старина Форд, тот самый, на чьих заводах впервые был изобретен и применен конвейер, и сам был инженером-изобретателем. Увлекался он и математикой. Однажды Форд прочел о магическом квадрате Пифагора. Древнегреческий математик полагал, что миром правят числа, то есть все можно просчитать и выразить математически. Он даже создал целую науку о числах — нумерологию, доказывая, что основных чисел девять: от 1 до 9, все остальные — составные: например, 12 = 3 (1 + 2); 29 = 2 (2 + 9 = 11, но: 1 + 1= 2). Математик составил из девяти чисел (от 1 до 9) особый магический квадрат, в котором выразил гармонию мира. Квадрат прост и пишется сверху вниз:

    1 4 7
    2 5 8
    3 6 9

    Но он поразителен: сумма чисел левого ряда (1 + 2 + + 3 = 6) равна сумме чисел среднего ряда (4 + 5 + 6 = = 15, то есть 1 + 5 = 6) и сумме чисел правого ряда (7 + + 8 + 9 = 24, то есть 2 + 4 = 6). Пифагор рассматривал этот квадрат еще и как описание прошлого (левый ряд), настоящего (центр) и будущего (правый ряд). Прошлое (1, 2, 3) состоит из небольших по значению цифр, но именно с них-то и начинается вся математика. Средний ряд — самый устойчивый и целеустремленный, ведь 4 — квадрат, 5 — звезда и 6 — шестиугольник, стремящийся к окружности. А вот правый ряд, состоящий из самых больших по значению чисел (7, 8, 9), — это будущее человека.

    Форд все больше увлекался Пифагоровой нумерологией и убедился, что магический квадрат работает на сугубо материальном уровне (греки ведь чрезвычайно уважали реальный мир и его реальные блага) и потому может помочь в приобретении богатства. Древние греки писали квадрат Пифагора на особых табличках и клали те таблички в амфоры, где хранились слитки золота и серебра, меры зерна или вычесанная шерсть — главные богатства эпохи Античности, — полагая, что магические цифры Пифагора помогут приумножить все это.

    И вот хитроумный Форд ничтоже сумняшеся взял да и начертал квадрат прямо на долларовом банкноте, спрятал его в потайное отделение своего бумажника и никому его не показывал. И что бы вы думали? Деньги действительно стали множиться куда чаще, чем ранее. А затем на предприятиях Форда ввели конвейер. Другие предприниматели, которым рассказывали о сути изобретения, и смотреть на него не захотели. А Форд, вспомнив столбики квадрата, подумал: «А ведь все три части равны: везде в сумме выходит шестерка. Значит, повторение одного и того же только увеличивает результат!» Так и получилось: конвейер с его повторяемостью увеличил выпуск продукции на заводах Форда в геометрической прогрессии.

    * * *
    Между прочим, в математике множество магических квадратов. Есть квадрат Парацельса:

    2 9 4
    7 5 3
    6 1 8

    Особенность этого квадрата в том, что он просчитывается и сверху вниз (подобно квадрату Пифагора), и справа налево по числу 15, то есть 1 + 5 = 6 (так же как и у Пифагора). Но поскольку Парацельс был целителем, он строил свой квадрат для помощи коррекции и эволюции физического тела. Так что этот квадрат полезно держать написанным на кусочке кожи или натуральной ткани (шелк, лен) в изголовье кровати или под подушкой во время болезни.

    Есть и еще один могущественный квадрат, именуемый квадратом Юпитера. Он состоит уже не из трех сторон, а из четырех и учитывает не только простые числа (1—9), но и составляющие — от 1 до 16. Это квадрат славы и господства. Ежели он вам пригодится, перепишите его на красный шелк и положите в южном углу вашей комнаты или квартиры.

    4 14 15 1
    9 7 6 12
    5 11 10 8
    16 2 3 13

    Сумма любой стороны квадрата Юпитера — 34 — одно из магических чисел. Этот квадрат «выше» квадратов Пифагора или Парацельса, ибо в сумме имеет не 6, а 7 (3 + 4). То есть он апеллирует не к материальным энергиям (6), а к духовной, которая традиционно выражается цифрой 7.

    Однако при работе с квадратами следует помнить одно правило — не надо ничем увлекаться чересчур. То есть если вы в принципе здоровы, вам не стоит спать с квадратом Парацельса под подушкой. Уберите его в укромное место, потом пригодится. То же и с квадратом Юпитера. Власти и гонора может прибыть так много, что кому-то захочется отобрать у вас сей лакомый кусочек. Оно вам надо?!

    Конечно, говорят, денег слишком много не бывает. Просто у нас претензии невелики. Однако вспомните, чем заканчиваются «большие деньги». Либо вы будете ходить в сортир под дулом автоматов своих телохранителей, либо вообще никогда не будете туда ходить. Нет
    уж, любое богатство хорошо, пока оно приносит радость. А то получатся истории прямо как у великого драматурга Островского с его «темным царством» и купчинами, которым и жить-то противно. Потому что все-все-все есть и уже ничего не хочется. Только очень тошно...

    Запоминалка:
    Пифагоровы штаны на все стороны равны.

    Рецепт восьмой:
    Вы можете пользоваться Пифагоровым квадратом для привлечения удачливости материального мира. Для умножения денег квадрат рисуется прямо на купюре, которая потом прячется в Умный кошелек.
    Внимание! Ничего не рисовать на Неразменном рубле! Берите другую купюру.
    Для здоровья следует пользоваться квадратом Парацельса. Его пишут на кусочке кожи или натуральной ткани (шелк, лен) и кладут в изголовье кровати или под подушку во время болезни.
    Для сил и могущества пользуйтесь квадратом Юпитера. Он рисуется на красном шелке и кладется в южном углу вашей комнаты или квартиры.

    Елена Коровина

    Комментарии

    
    Имя:*
    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
    *